Против превосходящих сил агрессора

«Я — Бейрут...». «Известия». Срочно

13.6.82

Завязли в крови, грязи, позоре... Иначе не скажешь о положении израильских агрессоров в Ливане. Казалось бы, на их стороне огромное преимущество в живой силе и военной технике, в изобилии поставляемой военно-промышленным комплексом США, неограниченные запасы бомб, ракет, снарядов, полная политическая поддержка правителей США и других стран НАТО, лицемерно делающих вид, будто бы они желают прекращения огня в Ливане, а о военной победе агрессорам приходится только мечтать. Не могут они взять столицу Южного Ливана — город Сайду. В городе Тир, находящемся всего лишь в нескольких километрах от границы, им удалось захватить только прибрежные кварталы. На материковой части города продолжаются ожесточенные уличные бои. Поражение за поражением терпят израильские десантники, пытающиеся высадиться в пригороде Бейрута Хальде. Партизанские отряды продолжают днем и ночью наносить удары по агрессорам на всей территории Южного Ливана, в горном районе Шуф. «Понадобятся многие и многие недели, чтобы ликвидировать все очаги сопротивления в Южном Ливане»,— с унынием признал начальник генерального штаба израильской армии генерал Эйтан. А это означает, что еще сотни и сотни гробов отправятся в Израиль с телами восемнадцати-двадцатилетних израильтян, брошенных кликой Бегина на бессмысленную смерть.

Политический комментатор Би-Би-Си признал вчера: агрессоры понесли в Ливане столь большие потери, что оправдать их Тель-Авив стремится лишь окончательным разгромом Палестинского движения сопротивления, а это, по признанию того же комментатора, просто невозможно. И свою злобу Тель-Авив вымещает на осажденном

Западном Бейруте. Час за часом израильская авиация, дальнобойная артиллерия и катера обрушивают на жилые кварталы Бейрута смерть и разрушения. Каждый день гибнут сотни мирных жителей. Это настоящая оргия смерти, кровавая вакханалия, массовое убийство, совершаемое теми, кто так кичится своей «цивилизованностью».

Рвутся бомбы, ракеты и снаряды в центре Западного Бейрута, на улице Хамра, на проспекте Мазра, на набережной. Горит аэропорт. По ночам над осажденным и расстреливаемым Бейрутом стоит багровое зарево пожаров. Подвергнут обстрелу даже президентский дворец, где находился в тот момент президент Ливана И. Саркис.

Смерть, смерть, смерть... «Черным юмором» называют ливанские газеты кодовое наименование, которое присвоил Тель-Авив геноциду, осуществляемому сионистами в Ливане,— «Мир Галилее». Именно ради этого «мира» воздушные пираты Тель-Авива только что уничтожили на дороге Бейрут — Дамаск колонну беженцев, не оставив в живых ни одного человека. Именно ради «мира» они разбомбили один из крупнейших бейрутских госпиталей вместе с находившимися там ранеными. Ради «мира» они ведут массированный огонь по многонаселенным кварталам Западного Бейрута.

Тель-Авив бросил свои войска в Ливан в прошлое воскресенье, 6 июня. На Ближнем Востоке вспыхнула очередная война. Сегодня она все еще продолжается, одна из самых длинных арабо-израильских войн. Тель-Авив уже не хвастается своими военными победами, как в первые дни. Зато все больше вырисовываются масштабы его политического поражения, а заодно и поражения его вашингтонских покровителей. Палестинское движение сопротивления не разгромлено. Ливанские и палестинские патриоты атакуют агрессоров на территории всего Южного Ливана. И даже в «классической» позиционной, не партизанской войне на подступах к Западному Бейруту агрессоры, несмотря на огромное превосходство в авиации, танках и артиллерии, терпят поражение за поражением.

Патриотические ливанские и палестинские

организации призывают бойцов НПС — ПДС покончить с мифом о «непобедимости» израильских захватчиков. И семь дней, прошедшие с начала агрессии, стали подтверждением конца этого мифа. Тель-Авив политически уже проиграл очередную войну против ливанского и палестинского народов, сколько бы ни продолжал он свои кровавые преступления на ливанской земле.

14.6.82

Несмотря на второе уже свое заявление о прекращении огня, Тель-Авив продолжает кровавую войну на ливанской земле. В минувшее воскресенье (13 июня) с самого утра израильская артиллерия, авиация и катера продолжали ожесточенно атаковать южные и юго-восточные районы Западного Бейрута, аэропорт и пытались захватить высоты, господствующие над ливанской столицей. В аэропорту снарядами разбиты два ливанских пассажирских самолета авиакомпании «МЕА», начались пожары. Вновь предпринимались попытки высадить морские десанты в Хальде и Узае, ближних пригородах Западного Бейрута. Все эти попытки были отбиты подразделениями ПДС— НПС и сирийской армии.

Во второй половине дня вновь обстрелам и бомбежкам были подвергнуты густонаселенные районы Западного Бейрута, имеются многочисленные жертвы. Средства противовоздушной обороны ПДС — НПС вели ответный огонь по израильским воздушным стервятникам. Израильские войска обходным маневром вышли к дворцу президента Ливана в пригороде Баабда и захватили его.

Число жертв среди мирных жителей продолжает расти. Лишь в субботу, 12 июня, в ливанской столице погибло более 50 и ранено более 200 человек. Всего же с начала агрессии в Ливане уже убито и ранено несколько тысяч человек. Пятая часть населения Ливана оказалась вынужденной покинуть свои родные края, потеряв кров над головой и все имущество. Израильские войска много дней пытаются захватить город Сайду. Они отвергли призыв Красного Креста дать возможность вывезти из этого осажденного города около 300 тяжело раненных мирных жителей, которым невозможно оказать необходимую медицинскую помощь на месте.

Зверские обстрелы Западного Бейрута, как отмечают наблюдатели, проводятся агрессорами с целью подорвать моральный дух защитников города и ослабить их волю к сопротивлению. Израильское радио утверждает, что Западный Бейрут теперь полностью отрезан от внешнего мира.

Агрессоры уже начинают диктовать ливанским политическим деятелям условия «будущего урегулирования» в Ливане и вывода израильских войск. Одним из этих условий является ввод на территорию Ливана так называемых многонациональных сил, главная часть которых должна состоять из войск США, а также создание под контролем израильской армии «буферной зоны» шириной 40—50 километров на территории Ливана у границы с Израилем.

После ожесточенной ночной артиллерийской канонады в понедельник с утра в Западном Бейруте наступила напряженная тишина. Жители города используют паузу в обстрелах, чтобы попытаться покинуть наиболее опасные зоны. Положение в ливанской столице крайне тяжелое, однако героические защитники Западного Бейрута полны решимости продолжать борьбу.

15.6.82

Как большое и важное событие расценивают ливанские и палестинские органы информации Заявление Советского правительства, решительно требующего положить конец израильской агрессии в Ливане. Изложение этого Заявления неоднократно передавалось всеми ливанскими радио<- станциями и радиостанцией «Голос палестинской революции», транслировалось по всем трем каналам ливанского телевидения. Во вторник утром (15 июня) все ливанские газеты сообщили об этом Заявлении под броскими заголовками на первых полосах. Ливанский и палестинский народы связывают с Заявлением Советского правительства надежды на прекращение кровопролития в Ливане.

Особо выделяются следующие строки Заявления:

«Советский Союз не на словах, а на деле выступает на стороне арабов, добивается, чтобы агрессор убрался из Ливана. Тем, кто ныне вершит политику Израиля, не следовало бы забывать, что Ближний Восток — это район, расположенный в непосредственной близости от южных границ Советского Союза и события в котором не могут не затрагивать интересов СССР. Мы предупреждаем Израиль об этом».

В Ливане создан Комитет национального спасения, возглавляемый премьер-министром Ш. Ваззаном. В него вошли также Валид Джумблат, один из лидеров НПС, Бешир Жмайель, один из лидеров группировки правой партии «Ливанский фронт». Комитет немедленно начал свою работу.

Весь минувший понедельник в ливанской столице, частично отрезанной войсками агрессоров от внешнего мира, сохранялось крайне напряженное положение. Хотя израильская авиация, артиллерия и катера прекратили обстрелы и бомбежки осажденного города, агрессоры продолжают занимать высоты, господствующие над Бейрутом, и укрепляют там свои позиции.

Связь ливанской столицы с внешним миром осуществляется лишь через восточный сектор города, контролируемый правыми. Для палестинцев и сирийских частей, находящихся в Западном Бейруте, эти районы закрыты. Международное шоссе Бейрут — Дамаск перерезано агрессорами. Бейрутский аэропорт находится в руках защитников города, но значительно поврежден и обстреливается израильской артиллерией.

По предварительным данным, в Западном Бейруте убито и ранено более пяти тысяч человек, более шести тысяч семей остались без крова. Город заполнен беженцами, занимающими пустые квартиры. Израильская агентура распускает в Западном Бейруте провокационные слухи, взрывает на улицах автомашины, набитые взрывчаткой и снабженные механизмом замедленного действия. Уголовные элементы, прикрываясь принадлежностью к тем или иным партиям, грабят квартиры и под угрозой оружия отнимают на улицах автомобили.

Патрули ПДС —НПС принимают решительные меры по обеспечению порядка в Западном Бейруте. Несколько оживилось уличное движение, на некоторых бензоколонках появилось горючее, электроэнергия подается рационированно — на несколько часов то в один район, то в другой. Налаживается подвоз продуктов питания. Однако предприятия, учреждения, банки не работают, и граждане некоторых западноевропейских стран эвакуируются через порт Джуния, контролируемый право-христианскими силами. Израильские морские пираты останавливают в открытом море выходящие из Джунии суда и «проверяют» пассажиров. Одно судно было захвачено пиратами и уведено в израильский порт Хайфа.

Из оккупированных агрессорами южноливанских районов просачиваются сообщения о тяжелых испытаниях, выпавших на долю местного населения и палестинских беженцев. Специальные «зондеркоманды» израильских разведывательных служб «просеивают» население палестинских лагерей и производят массовые аресты «подозрительных», которых большими партиями вывозят в Израиль. Такова же судьба многих ливанцев. Трагедия Ливана продолжается.

В. Джумблат отказался участвовать в работе Комитета национального спасения. Отказался от участия в работе комитета и Н. Берри, лидер шиитской организации «Амаль». Джумблат назвал состав комитета «не отражающим расстановку сил в стране и не способным к решению возлагаемых на него в этот трудный период задач».

...В этот день мы узнали от товарищей, сопровождавших наших жен и детей, эвакуировавшихся на пароходе «Репино», об испытаниях, выпавших в пути на их долю.

Как только «Репино» вышел из бейрутского порта, «неизвестными» провокаторами было выпущено ему вслед два орудийных снаряда. А затем к пароходу подскочили три израильских катера. Они преградили путь советскому судну и навели на него орудия. Затем потребовали остановить его, спустить советский флаг, допустить на борт израильский десант и следовать за ними в порт Хайфа.

Капитан «Репино» тов. Ильин приказал женщинам и  детям спуститься в трюм. Затем, как рассказывали наши товарищи, заявил пиратам:

— Флаг не спущу, десант на борт не допущу, буду продолжать следовать своим курсом!

Утверждают также, что Ильин на своем родном русском языке послал пиратов по известному адресу, а затем направил судно на катер, пытавшийся преградить путь «Репино».

Пираты еще некоторое время крутились вокруг «Репино», идущего по курсу на Латакию, а затем отстали.

Советские специалисты, работающие в Латакии, оказали нашим женам и детям самый радушный и теплый прием. Каждая советская семья приняла к себе на несколько дней — до прибытия теплохода «Лев Толстой» — наших эвакуированных, никто из них не оказался без опеки и самого дружеского участия.

16.6.82

...Я пишу эти строки поздним вечером в корпункте «Известий». Впервые за двое суток неожиданно дали электричество, в водопроводных трубах зажурчала вода. По городу рассыпалась золотистая дробь электрических огоньков. Но вон те улицы освещаются лишь светом полу-потушенных фар редких автомашин, фонариками патрулей да багровым пламенем горящих куч мусора, не вывозившегося вот уже более десяти дней. Тяжелый дым от этих кострищ стелется между домами. То и дело доносится погромыхивание орудий. Это идет перестрелка в районе аэропорта, примерно километрах в четырех от нашего корпункта. Мне хорошо видно с балкона, как над позициями защитников города зависают оранжевые шары осветительных ракет, запускаемых агрессорами.

Я только что проехал по некоторым кварталам города, застывшего в тревожном напряжении. Все время попадались патрули НПС — ПДС, санитарные машины с ярко подсвеченными дополнительными фарами красными крестами на белых полотнищах. Меняли позиции танки, артиллерийские батареи. Во тьме вспыхивали огоньки сигарет — у подъездов домов, за баррикадами мешков с песком, на верхних этажах недостроенных зданий. Тысячи бойцов, затаившихся с оружием в руках, готовы к уличным боям, в случае если агрессоры посмеют начать штурм города. Один из руководителей Палестинского движения сопротивления заявил, что в этом случае израильской армии придется заплатить за Западный Бейрут такую высокую кровавую цену, которая сионистскому государству запомнится надолго.

Утром и днем я разговаривал с защитниками Западного Бейрута — молодыми и среднего возраста, в военной форме и в гражданской одежде. Они заняли удобные для уличных боев позиции. Здесь же и едят—на одеялах, расстеленных на асфальте,— немудреную пищу. Чувствуют себя уверенно. В одном из узлов обороны я видел двух молоденьких бойцов, почти мальчишек, дурашливо боровшихся, пока их старшие товарищи спали, завернувшись с головой в одеяла. Аккуратным рядком стояли тяжелые солдатские башмаки. Автоматы сомкнулись в пирамидки. На соседней бензоколонке заправлялись военные автомашины, густо вымазанные для маскировки красноватой землей. Они только что прибыли с позиций и сейчас же отправятся обратно. Заправщики были в военной форме. Бензин отпускается по талонам, выдаваемым организациями, входящими в НПС — ПДС. Из ближайшей лавочки вышел пожилой боец с большим котлом в руках — купил, чтобы готовить еду для своих товарищей. В Советский культурный центр (СКЦ) при мне зашли два бойца и попросили почитать «что-нибудь о революции».

— Мы здесь близко от вас, через улицу. Почитаем и вернем,— заявил тот, что постарше. Младший лишь застенчиво улыбался.

О происходящих событиях — ни слова. Да, никто из защитников города, с которыми я в эти дни разговаривал, не произносил много фраз. Но за их сдержанностью чувствовалась твердая решимость драться до конца, умереть в бою, но дорого, очень дорого отдать свою жизнь.

Даже израильтяне вынуждены признать героизм палестинских и ливанских патриотов. Один израильский майор рассказывал западному журналисту, что в районе города Тир израильтяне потеряли несколько танков и бронетранспортеров, прежде чем смогли захватить сдерживавший их более двух суток узел сопротивления. А когда им это удалось, агрессоры обнаружили, что против них дрались бойцы, которым было... от девяти до четырнадцати лет!

Именно героизмом палестинских и ливанских патриотов объясняется то, что в Ливане завязла стотысячная израильская армия, оснащенная Вашингтоном по последнему слову военной техники. Объединенные же силы ПДС — НПС насчитывали перед началом израильской агрессии 10—12 тысяч бойцов! Израильской пропаганде с перепугу почудилось, что у них было... 500 танков и многие сотни орудий! Но как же иначе было оправдать те тяжелые потери, которые понесли в Ливане агрессоры? Тель-Авив уже признал, что Израиль потерял около тысячи солдат и офицеров убитыми и ранеными. Но эта цифра вызывает лишь смех. Наблюдатели считают, что потери израильской армии в 5—7 раз больше.

Я только что смотрел передачу ливанского телевидения, в которой использовались репортажи западных журналистов из Сайды и Тира. Город Сайда окружен, но по ночам патриоты продолжают доставлять туда оружие, боеприпасы, продовольствие. Защитники Сайды поддерживают постоянную связь с командованием в Западном Бейруте. Лишь в тот день, когда снимался репортаж, в боях за Сайду убито более тридцати израильских солдат и офицеров.

Страшно было смотреть репортаж из Тира. Этот библейский город безжалостно уничтожен сионистскими вандалами. Лишь руины остались на месте живописных старинных кварталов, улицы превратились в сплошные завалы из обломков рухнувших стен. Оператор показал и трофеи агрессоров— полдюжины ящиков с боеприпасами. А затем — длинная шеренга горожан, выстроенных под палящим солнцем на городском пляже. Одного за другим выводят из нее мужчин и гонят на допрос к израильскому «коменданту» Тира, перед которым на столе разложены «черные списки», заранее составленные на патриотов израильской агентурой из местных предателей. Тут же сидит один из них с мешком на голове, в котором прорезаны лишь дырки для глаз,— он должен «опознавать» патриотов. Вот он кивает— и молодого парня, стоящего перед «комендантом», израильские солдаты мгновенно сбивают с ног и куда-то волокут, выкручивая ему руки и избивая.

Стоит ли говорить, что такие картины еще более укрепляют решимость защитников Западного Бейрута драться на улицах осажденной ливанской столицы до последней капли крови. Правители Тель-Авива заявляют, что они не намерены штурмовать город, однако их заявлениям здесь никто не верит, так как агрессоры подтягивают все новые и новые силы, укрепляют свои позиции, охватывающие плотным кольцом западную часть ливанской столицы и смыкающиеся с ее восточными районами, контролируемыми правыми силами.

Многие жители Западного Бейрута, те, кто по-богаче, перебрались в восточный сектор, который не подвергается обстрелам, не испытывает недостатка в электроэнергии, горючем, продовольствии. Там до глубокой ночи работают увеселительные заведения, рестораны, кафе. Днем полно народу на пляже.

Но и в осажденном врагом Западном Бейруте жизнь не замирает, несмотря ни на что. Достаточно было агрессорам на один день прекратить обстрел, как приоткрыли свои двери магазины и лавки, на бензоколонках выстроились очереди автомашин, началось довольно интенсивное движение на улицах. Тысячи беженцев, нашедших приют в подъездах домов, переполнивших пустующие квартиры, поселившихся в палатках на пустырях и в городских скверах, высыпали на улицы. Зазвенел детский смех. Из транзисторов понеслись гортанные арабские песни. Старики устроились на тротуарах, играя в «шиш-беш», домино, карты, раскуривая кальяны или попивая кофе.

А ведь как бы хотелось Тель-Авиву сломить дух защитников города, посеять среди них отчаяние и панику! Сколько раз израильские агенты распространяли здесь самые дикие, ложные слухи, вплоть до того, что руководство ПДС якобы покинуло своих бойцов и бежало, а Ясир Арафат, мол, «скрывается в одном иностранном посольстве»! Израильская агентура вновь и вновь взрывает на бейрутских улицах машины — «ловушки», начиненные динамитом, но взрывы эти все чаще предотвращаются благодаря бдительности горожан.

— Защита Западного Бейрута от израильских агрессоров,— сказал один из руководителей НПС — ПДС,— войдет славной страницей в историю ливанского и палестинского народов. И каково бы ни было дальнейшее развитие событий, политическая и моральная победа в этой борьбе будет на стороне ливанцев и палестинцев, сумевших доказать свое мужество в кровопролитных боях против превосходящих сил агрессора.

«Вы падете у наших баррикад»

«Я — Бейрут...». «Известия». Срочно

18.6.82

«Вы не возьмете Бейрут! Вы падете под мешками с песком у наших баррикад! Даже дети будут пинать вас ногами! И каждый камень Бейрута будет для вас могильным камнем! И каждая морская волна будет топить вас!»

Эти новые стихи палестинского поэта Муина Бсису звучат сегодня в передачах радиостанции «Голос палестинской революции» и патриотических радиостанций Ливана. Они читаются нараспев, звучат, как песня. Они отражают настроения палестинских и ливанских патриотов, оказавшихся в огненном кольце вражеского окружения.

С Муином Бсису мы встретились в Информационном центре АПН в Бейруте, ставшем в эти дни подлинной штаб-квартирой советских журналистов, находящихся в Ливане. Инженер-радист АПН Сергей Кукушкин день и ночь обеспечивает нам связь с редакциями, не покидая свой телекс даже во время артиллерийских обстрелов.

Бсису пришел, чтобы передать в Ассоциацию писателей стран Азии и Африки срочную телеграмму относительно дел журнала «Лотос», издаваемого этой организацией в Бейруте. И главный редактор журнала пакистанский писатель Фанз Ахмад Фаиз и его заместитель Муин Бсису продолжают работу в осажденном городе. Пакистанский посол предложил Фаизу уехать в безопасные восточные районы Бейрута, но всемирно известный писатель отказался. «Если мне суждено погибнуть под израильскими бомбами и снарядами,— сказал он,— я погибну в Западном Бейруте».

Однако, подчеркивает Муин Бсису, настроение у бойцов Палестинского движения сопротивления отнюдь не похоронное. Поэт постоянно читает свои стихи на позициях Объединенных сил НПС — ПДС.

— Даже Тель-Авив вынужден признать,— говорит Муин Бсису,— что никогда еще его армии не приходилось вести таких ожесточенных и кровопролитных боев. Многодневная оборона лагеря беженцев Айн АльХальве в Сайде стала уже легендарной. Его защитники бросаются в контратаки, обвязавшись взрывпоясами, чтобы взорваться в гуще врагов. Лагерь штурмует отборная израильская бригада, но уже есть немало случаев, когда ее солдаты отказываются идти в бой, напуганные большими потерями. Каждый день борьбы делает известными имена все новых и новых героев— палестинцев и ливанцев. Четырнадцатилетний палестинский мальчик, в одиночку уничтожив из противотанкового орудия (остальной расчет погиб) четыре израильских танка, погиб смертью героя. Его звали Джихад («Священная война»), но скорее всего это был его боевой псевдоним.

Муин Бсису рассказывает, как он прорывался в Бейрут из Дамаска за день до того, как дорога была перерезана агрессорами.

— Я ехал среди сирийских танков и бронетранспортеров, миновал заставы Объединенных сил. Навстречу текли потоки беженцев. И вдруг мне подумалось: июнь... а ведь именно в июне гитлеровские полчища вторглись на территорию Советского Союза в 1941 году! Да, сегодня и мы ведем свою великую отечественную войну, палестинцы и ливанцы, войну против неофашиста Бегина и его клики. Вооруженные в основном только легким и средним тактическим оружием, наши бойцы убили и ранили многие сотни вражеских солдат и офицеров, уничтожили значительное количество американо-израильской военной техники. И все наши бойцы понимают, что сегодня политическая стойкость важна не менее, чем стойкость в бою. Вашингтон, который спланировал израильскую агрессию и дирижирует ею, намереваясь навязать арабским народам новый Кэмп- Дэвид на обломках независимого Ливана и «разгромленной» ООП, хочет превратить ливанскую территорию в израильский кибутц и свергнуть патриотический режим в Сирии. Надо сделать все, чтобы противостоять этим преступным замыслам. Нельзя допустить, чтобы Ближний Восток превратился в подстилку для американо-сионистского волка, а Средиземное море стало бы корытом для американских авианосцев и израильских морских пиратов.

Мы, палестинцы, от всего сердца благодарим Советское правительство, советский народ за поддержку, которую они оказывают нам в этот трудный час.

...«Вы не возьмете Бейрут! Вы пагдете у наших баррикад!..» Начинается очередная передача радиостанции «Голос палестинской революции».

19.6.82

Нас обстреливают. Уходим в подвал. Как только станет потише, передам материал.

Израильские агрессоры, плотным полукольцом обложившие западный сектор ливанской столицы, укрепляют свои позиции, подтягивают свежие части, технику, подвозят боеприпасы. Несмотря на договоренность о прекращении огня на 48 часов, их батареи вновь подвергли обстрелу некоторые районы Западного Бейрута. Агрессоры пытались продвинуться в горных районах, в частности в направлении города Алей, но были остановлены.

Защитники Бейрута тоже укрепляют позиции, готовясь дать решительный отпор, если агрессоры начнут штурм города.

Сорока-восьмичасовое прекращение огня расценивается в Бейруте как ультимативный срок, предоставленный Тель-Авивом через специального посланника президента США Ф. Хабиба палестинским патриотам для того, чтобы они сложили оружие, прекратили борьбу. По некоторым данным, ООП настаивает, что, прежде чем это будет сделано, из Ливана должны быть выведены израильские войска. Газеты сообщают об интенсивных политических переговорах, встречах и консультациях, в которых принимают участие ответственные представители ливанских властей, НПС — ПДС и Сирии. Представитель НПС В. Джумблат требует расширения созданного президентом Ливана И. Саркисом Комитета национального спасения, с тем чтобы он отражал реальную расстановку политических сил страны. В Бейруте раздаются требования, чтобы И. Саркис переехал из дворца Баабда, оккупированного агрессорами, в столицу, чтобы не принимать решений под стволами израильских орудий.

С возмущением встретили широкие круги ливанской общественности слова государственного секретаря США, что Вашингтон готов направить свои войска в Ливан в составе так называемых многонациональных сил. Это заявление расценивается как стремление Вашингтона заменить израильских оккупантов американскими.

...Новорожденного назвали Мунтасир. По-арабски это означает «побеждающий». Он появился на свет в лагере палестинских беженцев в юго-восточном предместье Бейрута. Это был один из самых трагических для ливанской столицы дней. Западный Бейрут в этот день был превращен израильской авиацией и артиллерией в кромешный ад. Грохот разрывов израильских бомб и снарядов сливался с канонадой защитников города. Агрессоры непрерывно атаковали с воздуха, с моря, на земле.

Мунтасир появился на свет в бетонном подвале, и свет этот был светом огарка свечи.

— Мальчик?—сразу же спросила мать и, узнав, что родился мальчик, вздохнула:—Он отомстит за нас...

Эту историю рассказал мне Муин Бсису. Потом он читал свои новые стихи — протяжно, нараспев. Это были стихи о Западном Бейруте и его защитниках, о решимости их драться до последнего патрона, до последнего человека.

Западный Бейрут полон героических и трагических историй. Вот еще пример. Прошел слух, что израильский генерал Эдем и его свита были накрыты «случайным» залпом. А в Западном Бейруте рассказывают другое.

В предместье Бейрута Хальде генерал Эдем прибыл уже после того, как здесь прошли израильские танки и мотопехота. Генерал вместе со своей свитой вышел из машины. Израильские агрессоры, подобно гитлеровцам, любили фотографироваться в Ливане на фоне, подчеркивающем их «подвиги». Может быть, генерал Эдем хотел увековечиться таким же образом?

И вдруг из ближайшей воронки поднялся палестинский юноша, совсем мальчик. Мгновенье — и в его руках заговорил автомат. Так, прямо в упор, были расстреляны юным палестинским мстителем генерал Эдем и вся его свита, в том числе несколько высокопоставленных офицеров.

Юному герою удалось уйти. Он ранен и находится в госпитале. Ему всего лишь 14 лет. И таких историй множество, героизм и мужество, проявляемые палестинскими и ливанскими патриотами, воистину беспредельны.

Но беспредельны и страдания палестинского и ливанского народов. Нет палестинской семьи, в которую сегодня не пришло горе,— гибель отца, брата или сына. Горе пришло и во многие, очень многие ливанские семьи.

У дома, в котором находится корпункт «Известий», вечером остановилась автомашина. Человек, сидящий за рулем, припарковал ее к тротуару и склонил голову на руль. К нему тотчас же подбежали жильцы нашего дома, несущие у подъезда своеобразную охрану,— я уже писал, что израильские агенты взрывают на улицах машины. Поэтому горожане проявляют максимальную бдительность.

— Кто вы? Что вам здесь надо? Уезжайте домой!— набросился на незнакомца один из моих соседей.

Человек в машине с трудом оторвал голову от руля. Его лицо было измученным, смертельно усталым.

— Домой?—с трудом шевеля губами, переспросил он, словно не понимая сказанного.— Домой... У меня нет дома. Ни дома, ни семьи. Никого. Мне некуда ехать.

Этот человек — ливанец, чиновник. Его дом был вблизи бейрутского аэропорта. В первый же день, когда агрессоры открыли огонь по Западному Бейруту, он кинулся домой, чтобы вывезти из- под обстрела свою семью. И опоздал. Вместо дома увидел лишь дымящуюся груду развалин. Никто из его близких не спасся.

И еще одна трагическая история, которую поведал мне ливанец средних лет у маленькой авторемонтной мастерской. Он приехал сюда на изрешеченной осколками машине в надежде что-то отремонтировать. Вся левая часть его лица была закрыта окровавленной повязкой, оставалась лишь щелочка для глаза. Переднее сиденье и пол в машине были тоже в запекшейся крови.

До израильской агрессии он жил в Хальде, в собственном доме, обрабатывал сад и огород, которые кормили семью. Когда израильтяне начали массированный обстрел этого местечка, он вместе с женой и двумя малолетними дочерьми спустился в подвал. А лишь только обстрел прекратился, решил немедленно вывезти семью из опасной зоны.

Они вышли из подвала — дети выбежали первыми. И тут грохнул взрыв! Это взорвался израильский снаряд замедленного действия. Он лежал как раз у стены их дома. Старшую дочку—10 лет—буквально изрешетило осколками. Она умерла мгновенно. Младшую (8 лет) смертельно ранило. Она потеряла сознание. Ранило и жену.

— Я положил жену и раненую дочь на заднее сиденье,— словно в прострации, рассказывал мне этот обезумевший от горя ливанский крестьянин.— А тело моей убитой дочери себе на колени... Я вел машину, и кровь моей мертвой девочки заливала меня. Так я приехал в Бейрут. Младшая моя дочь сейчас умирает в госпитале. Жена потеряла рассудок.

По новым данным, в результате варварских действий израильских агрессоров в Ливане на сегодняшний день убито и ранено 15—16 тысяч мирных жителей. Разрушены тысячи домов. 600 тысяч человек остались без крова. Национальной экономике Ливана нанесен огромнейший ущерб. И все это сионистская пропаганда называет операцией «Мир Галилее»!

Как сообщается из Израиля, улицы городов и деревень в этой стране значительно опустели — мобилизация! Если в первые дни агрессии большинство израильтян было охвачено шовинистической эйфорией, то теперь наступает пора траура и нелегких размышлений, постепенно приходит горькое отрезвление. Даже по признаниям самого Тель-Авива, израильская армия уже потеряла убитыми и ранеными более полутора тысяч солдат и офицеров. И счет этот непрерывно растет—и людских потерь, и материальных. На самом деле израильская армия потеряла не менее четырех-пяти тысяч человек убитыми, ранеными и пленными.

Добился же Тель-Авив лишь того, что вновь предстал перед всем миром в роли кровавого палача палестинского и ливанского народов, безжалостного убийцы ни в чем не повинных людей. Когда Бегин в эти дни бесстыже воспользовался трибуной Генеральной Ассамблеи ООН и начал цинично разглагольствовать о праве сионистского государства на «самооборону», представители более ста государств демонстративно покинули зал, не желая слушать этого матерого террориста. В Западной Европе даже те, кто всегда поддерживал Израиль, требуют от Бегина немедленно прекратить кровавую оргию и вывести израильские войска с ливанской территории.

Авторитет Организации освобождения Палестины еще более вырос во всем мире, ее политическая роль стала еще значительнее. Да, бойцы ПДС—НПС, противостоящие более чем стотысячной израильской армии, вооруженной и оснащенной Вашингтоном, понесли в неравной борьбе значительные потери, но они не разгромлены, моральный дух их чрезвычайно высок. Они вновь и вновь доказывают, что невозможно так называемое «военное решение» палестинской проблеШа, на которое сделали ставку Вашингтон, спланировавший агрессию, и Тель-Авив, с разнузданностью распоясавшегося гангстера принявшийся за осуществление этого преступного плана.

21.6.82

В бейрутском пригороде Баабда состоялось первое заседание Комитета национального спасения, которое местные органы информации расценивают как важный шаг на пути к урегулированию внутриполитического кризиса в стране. В то же время в ливанской столице продолжаются усиленные переговоры между представителями различных политических сил, включая Палестинское движение сопротивления, направленные на прекращение израильской агрессии. Еще на 48 часов продлено прекращение огня. В ливанской столице высказываются надежды на возможность предотвратить кровопролитную битву за Западный Бейрут, которая неминуема в случае, если войска агрессоров начнут наступление к центру ливанской столицы из ее южных и юго-восточных пригородов.

Сообщается, что агрессоры перебрасывают в Ливан все новые и новые подкрепления и размещают гарнизоны в оккупированных ливанских городах и населенных пунктах. По признанию израильских властей, каждый день агрессии обходится Тель-Авиву в 100 миллионов долларов, а следовательно, 14 дней войны против ливанского и палестинского народов уже обошлись израильтянам в 1,4 миллиарда долларов. Весь же годовой бюджет сионистского государства составляет 14 миллиардов долларов. Агрессия против Ливана явилась еще одним ударом по экономике Израиля.

23.6.82

Одному из самых ожесточенных огневых налетов израильская авиация, артиллерия и катера подвергли в минувший вторник (22 июня) многонаселенные жилые кварталы и пригороды Западного Бейрута. Среди мирных жителей новые многочисленные жертвы. В городе опять пожары. Полностью прекратилась подача электроэнергии и воды. Одновременно агрессоры бросили 200 танков в наступление по дороге Бейрут—Дамаск, пытаясь смять удерживающие ее сирийские части, но получили отпор. Сообщается, что при этом произошло танковое сражение — самое большое с начала агрессии. Понеся большие потери, агрессоры запросили очередное прекращение огня в этом районе. Однако на других направлениях они продолжают продвигаться в глубь ливанской территории, оккупируя все новые и новые населенные пункты. Сообщается, что в ходе ожесточенных боев в минувший вторник в районе Мансурия уничтожено 12 израильских танков и 8 бронетранспортеров, убито и ранено около 100 израильских солдат и офицеров. В боях принимают участие добровольцы из Южного Йемена, Иордании, Ирана и эмиратов Персидского залива. Тель-Авив был вынужден признать, что в районе города Тир партизаны атаковали израильскую мотоколонну и разгромили ее.

Два норвежских врача — добровольцы Красного Креста,— схваченные агрессорами в одном из госпиталей Южного Ливана, заявили, что они были непосредственными свидетелями зверского обращения сионистских палачей с пленными палестинскими бойцами. Врачи провели несколько дней в концлагере, где содержалось около 500 палестинцев. Израильские солдаты систематически избивали и истязали их, морили голодом и жаждой, забивали насмерть железными палками. Было забито, по свидетельству норвежцев, не менее 10 палестинцев, многие получили увечья на всю жизнь...

В ливанской столице продолжаются политические консультации и переговоры по проблемам, возникшим в связи с израильской агрессией. Состоялось очередное заседание Комитета национального спасения. Ливанская общественность выражает возмущение «политикой выкручивания рук», которую проводят в Бейруте специальный посланник президента США Ф. Хабиб и посол США в Ливане Р. Диллон.

24.6.82

— Даю наведение на цель! Видите здание с флагом ГДР?

— Вижу!

— Атакуйте!

Израильский воздушный пират устремился на многоэтажное здание, на котором развевалось огромное полотнище государственного флага Германской Демократической Республики. Раздался страшный грохот, к небу взметнулся гигантский столб черного дыма. А когда дым рассеялся, там, где только что стояло жилое здание сотрудников посольства ГДР, осталась лишь груда развалин.

Так в кровавый список международных преступлений израильских террористов было вписано в Бейруте еще одно циничное злодеяние. А разговор воздушного пирата с сообщниками, наводившими его на здание, принадлежащее дипломатической миссии суверенного социалистического государства,— это подлинная запись радиоперехвата, сделанная специальными службами вооруженных сил Палестинского движения сопротивления.

Воздушные пираты говорят между собою по радио открытым текстом. На такой-то час вызывают авиацию для налетов на жилые кварталы Бейрута, на такой-то час «заказывают» подвоз очередной партии боеприпасов для батарей, ведущих огонь по ливанской столице, на такой-то — вызывают танки для очередной атаки. Говорят откровенно, цинично, не боясь, что их могут услышать. Это — и психологическая война, с помощью которой они надеются подорвать моральный дух палестинских и ливанских патриотов, и уверенность в своей безнаказанности: мол, все равно свидетелей в живых не оставим!

За день до уничтожения здания под флагом ГДР израильские террористы в очередной раз обстреляли район посольства СССР. И вот я держу в руках часть снаряда, разорвавшегося на советской территории — на территории нашего посольства. Американская маркировка... Надпись по-английски. Калибр — 155 миллиметров. Выпущен из американской тяжелой гаубицы... Итак, израильские террористы — американским снарядом из американского орудия... по советскому посольству. Но напрасно в Вашингтоне и Тель-Авиве думают, что распоясавшимся сионистским гангстерам все без конца будет сходить с рук.

Я пишу эти строки в шестом часу вечера в среду, 23 июня 1982 года. Только что начался очередной налет израильской авиации на Западный Бейрут. Километрах в двух от корпункта «Известий» то и дело встают столбы дыма и земли, выброшенной взрывами. Многие здания горят. С воем несутся санитарные машины. Который это уже по счету разбойный налет?

Страшно проезжать сегодня по бейрутским улицам, лежащим в обгорелых развалинах. Страшно заходить в палаты госпиталей, переполненных искалеченными ливанцами и палестинцами, в основном стариками, женщинами и детьми. Страшно видеть на городских кладбищах все новые и новые ряды свежих могил. Страшно!

И все же защитники города полны решимости сражаться.

В Советский культурный центр пришла при мне группа бойцов. Командир попросил показать им какой-нибудь советский фильм о Великой Отечественной войне. И надо было видеть, как смотрели бойцы советский фильм «Бессмертный гарнизон» — о героических защитниках Брестской крепости. Когда они после фильма выходили из кинозала СКЦ, лица их были суровы, но сколько чувства было в их крепких рукопожатиях!

А на следующий день в СКЦ пришла еще одна группа — те, кому не удалось посмотреть «Бессмертный гарнизон» накануне. И опять на экране шли героические кадры, и опять бойцы смотрели волнующий фильм о событиях, которые происходили в июне 1941 года — ровно 41 год назад.

— Это фильм о нас,— сказал мне потом боец, молоденький паренек лет семнадцати.— Бейрут — это наш Брест.

И было видно, что он давно все решил уже — прежде всего для самого себя: если понадобится—умрет, но с оружием в руках, уничтожив при этом как можно больше врагов. И это — не фанатизм, это уверенность в правоте дела, за которое стоит заплатить своей только что еще начинающейся жизнью.

25.6.82

...Пять часов утра. Проснулся без будильника. От тишины. Всю ночь не смолкала артиллерийская канонада. Израильские снаряды рвались гдето близко в нашем районе. Метрах в трехстах? В пятистах? Но я рассчитал, что дом, в котором находится корпункт «Известий», защищен от них многоэтажными зданиями. Достать могут лишь мины или авиабомбы. Но до минометных обстрелов еще дело не дошло, а авиабомбы...

Во всяком случае, я большей частью нахожусь в помещении корпункта и ночую здесь, невольно поднимая тем самым моральный дух хозяина нашего дома и всех жильцов, к которым сюда нахлынули толпы родственников — беженцев из оккупированных израильтянами районов Ливана. Когда становится особенно «жарко», спускаюсь на первый этаж — в подъезд, где возле входа в подвальное помещение собираются мужчины- соседи.

— Шу? (Что это такое?) Кифак? (Как дела?)— каждый раз спрашивает меня толстяк хозяин с тревожным лицом и перепуганными угольными глазами.

— Маш эль-халь! (Все в порядке!) — бодро отвечаю я, и мои соседи улыбаются.

В нашем подвале, набитом женщинами и детьми, для меня, как говорит хозяин, всегда найдется место на тюфяке, чашечка хорошего кофе и кусок свежей домашней лепешки. Мои соседи считают, что пока «русский» остается в доме, все здесь будет нормально. И я не хочу предавать их надежд и остаюсь в корпункте.

А по утрам — в 5 часов — мчусь на своем «пежо-504» в региональный центр агентства печати «Новости» (РИЦ АПН), где ждет меня инженер- радист Сергей Кукушкин. Он обеспечивает нашу последнюю связь с Москвой — телекс.

— Что же это вы, Евгений Анатольевич?— каждый раз, когда бы я ни приехал, укоряет меня Сережа.— Запаздываете сегодня...

А ведь я приезжаю около пяти часов утра! В это время после ночной канонады обычно наступает некоторое затишье. Мы садимся у телекса — одни на весь РИЦ!— и Сергей начинает под мою диктовку пуншировать телексную ленту — очередной материал для «Известий» из осажденного агрессорами Западного Бейрута. Когда снаряды рвутся от нас слишком уж близко и здание сотрясается, словно карточный домик, мы оба делаем вид, что бьют не по нам, а от нас — батареи защитников города, хотя отлично знаем, что происходит. Впрочем, иногда все-таки приходится прерывать работу и спускаться в подвал, где мы сидим на много-килограммовых пачках бумаги, приготовленных для издания журналов и бюллетеней АПН, дожидаемся, пока обстрел будет не столь интенсивным.

— Боишься?— спросил я как-то Сережу.

— Нет!—сразу ответил он, потом добавил:— Вообще—боюсь, а этих сволочей и их снарядов — нет! Работал и буду работать им назло!

«Я — Бейрут...» — так обычно мы вызываем Москву. «Я — Бейрут...»— это сегодня голос 600 тысяч жителей Западного Бейрута, над которыми нависла угроза кровавой бойни в случае, если агрессоры пойдут на штурм города. Пока же нас методично расстреливают израильские (американские!) 155-миллиметровые гаубицы, бомбят «фантомы», «скайхоки» и «кфиры», поливают огнем с моря израильские катера. Лишь в одном Западном Бейруте скопилось более 80 тысяч беженцев, ютящихся в палаточных городках, разбитых в скверах, в полуразрушенных зданиях школ, больниц, общественных учреждений. В городе очень плохо с водой — подается лишь на два часа в сутки и то не каждый день, плохо с электроэнергией— ее не бывает по двое-трое суток, а потом она подается на 3—4 часа. Нет горючего. Очереди за хлебом выстраиваются с вечера и стоят всю ночь у тех немногочисленных пекарен, которые еще работают. Улицы завалены обломками зданий и гниющими отбросами.

«Я — Бейрут...» — печатает Сергей. Сегодня это и голос тысяч бойцов — защитников города: палестинцев, ливанцев, сирийцев, добровольцев из мусульманских стран, готовых защищать Западный Бейрут до последней капли крови. Решимость их, сила духа потрясают.

Чтобы победить их, нужно снести в Западном Бейруте каждый дом, превратить в руины- каждую улицу. Дорого придется заплатить Тель-Авиву, если будет принято безумное решение начать штурм города. Тысячи израильских матерей будут рыдать над гробами своих сыновей, которым придется расстаться с жизнью из-за безумства террориста Бегина и его клики.

В бейрутских газетах появились сообщения, что государственный секретарь США Александр Хейг (когда данная книга готовилась к печати, он уже был в отставке) подстрекал Бегина накануне встречи с президентом США Рейганом: «Только не отступайте! Идите напролом, берите Западный Бейрут!» И пока в Израиле не додумались отправить маньяка Бегина хотя бы на осмотр к психиатру, в Ливане он продолжает (при поощрении из Вашингтона!) свои кровавые оргии. 30 тысяч убитых и раненых ливанцев и палестинцев, 600 тысяч человек, лишенных крова,— таков итог злодеяний агрессоров на ливанской земле за первые две недели так называемой операции «Мир Галилее». И данные эти еще далеко не полны.

«Я — Бейрут...» — вызывает Сережа Кукушкин Москву, и оба мы с замиранием сердца следим за неторопливыми литерами телекса. Отзовется сегодня Москва или нет?

«Я — Бейрут...»

А мне вдруг вспоминается минувшая ночь. Над нашим кварталом израильтяне «повесили» яркие «лампы», долго парящие в ночном небе осветительные ракеты. Стало нестерпимо светло, светлее, чем днем, если только можно себе представить такую степень освещенности.

Бадран (боевой псевдоним), боец ливанских национально-патриотических сил, крепкий, уверенный в себе высокий парень, вскинул автомат. Выстрел! Еще один! И «лампа» разлетелась огненными брызгами. У автомата Бадрана фосфором наведена мушка. Бадран стреляет только одиночными патронами, очереди ему не нужны. Он — снайпер. Когда-нибудь я назову его настоящее имя, а пока этого сделать нельзя.

Он сражался против агрессоров в Южном Ливане. На его глазах головорезы из банд правых христиан надругались над его сестрой, а потом зверски убили ее. Его самого расстреливали. Девятнадцать пуль попало в него, но он чудом остался жив. И теперь весь смысл его жизни — борьба за родную землю. И Бадран не стреляет очередями. Один патрон— один убитый враг, один израильский солдат, один из них, кто еще три недели назад считал, что вторжение в Ливан будет чем-то вроде туристической поездки.

Каждую ночь Бадран выходит на позиции. И каждую ночь очередная израильская мать теряет в Ливане своего сына. Трагично? Да, трагично! Но Бадран защищает свою родину. А что надо в Ливане «нашим ребятам», как диктор израильского радио ернически именует агрессоров? Диктор расписывает их «подвиги» на ливанской земле, но молчит о том, как они насмерть забивают железными палками пленных палестинских бойцов, как они грабят на оккупированной территории ливанские банки, а потом все «списывают» на пожары в результате военных действий.

— Они войдут в Бейрут только через мой труп,— твердо говорит Бадран. И нет никакого сомнения, что каждая его пуля найдет свою цель среди «наших ребят».

«Я — Бейрут...» — это и голос одного из сыновей ливанского народа, с оружием в руках защищающего свою родину,— снайпера Бадрана.

26.6.82

Самым зверским за все три недели вторжения бомбардировкам и обстрелам подвергли израильские агрессоры в минувшую пятницу (25 июня) южные и юго-восточные пригороды и густонаселенные кварталы ливанской столицы. Огонь по Западному Бейруту вели тяжелые американские гаубицы калибра 155 и 175 миллиметров, подошедшие израильские корабли били по городу тяжелыми ракетами, с неба волна за волной его атаковали бомбардировщики. Все заволокло густым дымом, разрывы слились в сплошной гул.

Массовое убийство мирных жителей Тель-Авив использует в качестве «средства давления» на Палестинское движение сопротивления, которое, как заявил военный министр Израиля А. Шарон, сионисты стремятся уничтожить любой ценой. Поздним вечером Тель-Авив объявил об очередном «прекращении огня». Таких «прекращений огня» объявлялось уже несколько, и все они использовались агрессорами лишь для накапливания сил, чтобы затем вновь продолжать кровавые злодеяния.

Как сообщило ливанское радио, премьер-министр Ливана Ш. Ваззан и некоторые другие министры подают в отставку в знак протеста против варварских действий агрессоров в Ливане и намерения Тель-Авива диктовать этой стране ее внутреннюю и внешнюю политику. Представитель НПС В. Джумблат вышел из Комитета национального спасения и обвинил власти в неспособности решать проблемы, созданные израильской агрессией. Выступая на специально созванной пресс-конференции, он резко критиковал арабские режимы, которые не пришли на помощь ливанскому и палестинскому народам.

В субботу, 26 июня, информационная программа ливанского телевидения началась необычно. Вслед за заставкой с надписью «Телевизионная газета» в полном молчании пошли страшные кадры... Бомбоубежище— и в нем изуродованные трупы детей, женщин, стариков. Тела, обоженные пламенем фосфорных бомб. Пылающие здания. Многоэтажные дома, превращенные в хаотические руины. И опять тела погибших. Тела, тела, тела... Их прикрывают одеялами, кладут на носилки, грузят в автомашины.

Госпиталь. Трупы на госпитальных койках. Мертвые дети, женщины, старики. Придавленные тяжелыми обломками рухнувшей бетонной крыши. Истерзанные осколками. Засыпанные штукатуркой. А затем вид снаружи — огромный белый флаг с красным крестом, развевающийся над полуразрушенным зданием госпиталя, прекрасно видный издалека— и с неба, и с земли, и с моря. И кратеры бомб и ракет в плоской бетонной крыше госпиталя. Красный крест и белый флаг не спасли его.

Эти кадры были сняты в Западном Бейруте 25 июня 1982 года, в день одного из самых страшных преступлений сионизма. В этот день израильские агрессоры подвергли густонаселенные кварталы ливанской столицы неслыханным по жестокости бомбардировкам и обстрелам, хладнокровно убили более двух тысяч ни в чем не повинных мирных жителей, ранив, искалечив и оставив без крова тысячи и тысячи бейрутцев.

Это был второй день тотального уничтожения, на которое правители Тель-Авива обрекли население Западного Бейрута. Второй день подряд не смолкала ни на мгновенье артиллерийская канонада. Второй день подряд израильские «фантомы», «скайхоки» и «кфиры» делали заход за заходом на западный сектор ливанской столицы. Стена огня и густого дыма уперлась в небо и протянулась километров на десять от побережья до гор. В черном дыму билось, ходило, гудело багровое пламя, в котором горели человеческие тела. Дым был похож на дым крематория. Такой же дым шел из труб Майданека и Освенцима, в печах которых нацисты сжигали русских, поляков, евреев, граждан многих стран и многих других национальностей.

Теперь же сионистские палачи сжигали в гигантском десятикилометровом огненном жерле тысячи ливанцев и палестинцев.

Диктор ливанского телевидения, когда наступило для нее время появиться на экране, плакала. Голос ее дрожал, ее душили слезы, она не могла произнести ни слова. Потом ей удалось, наконец, сказать:

— Смотрите... это ужасно... ужасно!

А через полтора часа диктор израильского радио цинично заявил:

— Теперь мы можем спать спокойно! Вы не представляете себе, как это неудобно — спать в бомбоубежище!

Представляем! Весь Западный Бейрут вот уже почти месяц пытается укрыться в бомбоубежищах, а вернее, в наскоро переоборудованных под них подвалах. Но теперь и в них уже нет спасения. Израильские палачи стали применять особой силы бомбы и снаряды, предназначенные для разрушения именно бомбоубежищ. Катера ведут огонь тяжелыми ракетами огромной разрушительной силы, американские гаубицы, установленные на склонах гор над Бейрутом, безжалостно расстреливают Западный Бейрут.

Зато в Израиле теперь «можно спать спокойно». Более 10 тысяч убитых ливанцев и палестинцев, более 20 тысяч раненых и искалеченных, более 800 тысяч человек, оставшихся без крова,— такова сегодня кровавая цена агрессии под циничным названием «Мир Галилее». Неужели же кто-нибудь, кроме профессиональных убийц, садистов и маньяков, может в Израиле «спокойно спать»? Хотелось бы, ох как хотелось бы, чтобы на экранах израильского телевидения прошли кадры, которые я видел в Ливане 26 июня 1982 года.

Но в Израиле, как всегда, свирепствует военная цензура. Тель-Авив тщательно скрывает подлинный размах своих преступлений, делает все, чтобы о них как можно меньше писала международная пресса. По его «данным», на сегодняшний день в Ливане нашли бесславный конец лишь 300 агрессоров и 1500 ранено. Даже на собственных убитых согражданах правители Израиля хотят «делать свою игру». Каким цинизмом надо обладать, чтобы, например, выпустить на телеэкран несмышленую малолетнюю девчушку и заставить ее произнести кощунственные слова:

— Мой папа убит в Ливане. Я немного поплакала, а теперь перестала плакать и весело играю.

Это было сделано для того, чтобы поднять моральный дух граждан сионистского государства. Их моральный дух все меньше и меньше удовлетворяет правителей Тель-Авива. Израиль ведет войну, заранее обреченную на политический и моральный проигрыш.

Если в первые дни агрессии израильтяне (гражданские лица) могли довольно легко переходить ливанскую границу и отправляться в оккупированные районы Южного Ливана на «экскурсии», теперь это запрещается. Картины уничтоженных сионистскими вандалами древнейших городов Тира и Сайды потрясли даже просионистски настроенных «экскурсантов». То, что они рассказывали, вернувшись назад, заставило содрогнуться многих. И далеко не случайно, что более десяти тысяч израильтян приняли участие в демонстрации протеста против кровавых злодеяний клики Бегина в Ливане. Парламентская оппозиция, поначалу активно поддерживавшая агрессию (кроме депутатов-коммунистов и некоторых других), теперь хоть в какой-то степени старается отмежеваться от нее.

Все громче раздаются требования, чтобы Бегин и Шарон ушли в отставку. Уничтожение целых районов ливанской столицы вместе с их жителями сравнивается с уничтожением гитлеровцами в годы второй мировой войны еврейского гетто в Варшаве. И при этом надо учитывать, что сионистская пропаганда прилагает бешеные усилия, чтобы скрыть от израильтян подлинный размах геноцида, осуществляемого Тель-Авивом в Ливане, террора, который обрушили агрессоры на жителей оккупированной ими ливанской территории.

Даже западные журналисты, которые в первые дни агрессии могли довольно свободно передвигаться по Южному Ливану, сегодня ни шагу не могут ступить там без «гида», приставленного к ним израильскими карательными органами. И все же им удается сообщать о массовых арестах, облавах и допросах под пытками. Аресты производятся по «черным спискам», по специальным альбомам с фотографиями, составленным израильской разведкой заранее. Многие из арестованных затем «пропадают без вести». И напрасно Международный Красный Крест пытается отыскать затем хоть какие-нибудь их следы. Так же действовало на оккупированных территориях гитлеровское гестапо.

О политической ситуации в Ливане писать сейчас очень трудно. Она меняется по нескольку раз на день. Чрезвычайная сессия Генеральной Ассамблеи ООН потребовала от Тель-Авива немедленного прекращения агрессии и вывода его войск из Ливана. Против этого требования голосовали лишь Израиль и США.

1.7.82

Ливанская столица продолжает оставаться под угрозой штурма, которая нависла над нею, по выражению местных газет, «как дамоклов меч». Правители Тель-Авива не скупятся на угрозы возобновления кровопролития. Израильская агентура продолжает взрывать в Западном Бейруте автомашины, убивая и калеча мирных жителей. Защитники города готовятся к минированию улиц, продолжают рыть окопы и возводить баррикады, укрепляются в узловых пунктах Западного Бейрута.

Палестинское агентство ВАФА сообщает, что федаины (бойцы ПДС) готовы сражаться до последней капли крови и стоять насмерть. «ООП не разгромлена,— заявляет ВАФА,— и если не будет найдено почетное политическое решение, начнется сражение в Бейруте». Местные газеты много пишут о продолжающихся в Бейруте переговорах, направленных на поиски политического выхода из сложившейся кризисной ситуации. Хотя подлинное содержание и ход переговоров, в которых участвуют ливанские политические и государственные деятели, лидеры ООП, США и Израиль, фактически представляемый посланником президента США Ф. Хабибом, содержатся в тайне, газеты выражают сдержанный оптимизм в отношении их результатов. Сообщается, что речь якобы идет о выводе бойцов ООП с их легким оружием из Западного Бейрута, о сохранении в Западном Бейруте политических и информационных органов ООП, о новых ливано-палестинских переговорах относительно статуса палестинских беженцев в Ливане, о вводе частей ливанской армии в Западный Бейрут. При этом выдвигаются требования отвода сил агрессора от Бейрута и гарантий безопасности уходящим федаинам. Сообщается также, что Тель-Авив угрожает сорвать переговоры, выдвигая вместе с США новое требование — разоружить национально-патриотические силы Ливана, на что НПС отвечает категорическим отказом. Некоторые ливанские деятели заявляют, что «сценарий» политического решения уже якобы выработан и «осталось проработать мизансцены», для чего, однако, требуются время и терпение.

Прогрессивные ливанские органы информации высмеивают утверждение президента США, сделанное им на пресс-конференции в Вашингтоне, что США якобы ничего не знали о планах израильской агрессии против Ливана. Они напоминают, что Бегин совсем недавно утверждал обратное. Прогрессивная ливанская печать широко публикует материалы, разоблачающие американо-израильский сговор. Публикуются также сообщения о массовых митингах протеста против израильской агрессии в СССР и других странах.

2.7.82

Сегодня ночью взрывом снаряда калибра 175 миллиметров причинен значительный ущерб зданию советского торгового представительства, расположенного по соседству со зданиями советского посольства. Это уже третий случай преднамеренного обстрела агрессорами района посольства СССР. При этом каждый раз сионистские преступники пытаются опровергнуть сообщения об этих обстрелах. Затем, после очередного «опровержения», вновь ведут прицельный огонь по району советского посольства и торгпредства. Лишь по счастливой случайности до сих пор среди советских граждан, находящихся в Ливане, нет серьезных жертв.

30 дней кровавой авантюры

«Я — Бейрут...». «Известия»

3.7.82

Ровно месяц исполняется завтра, 4 июля, со дня начала израильской агрессии против ливанского и палестинского народов. Отряды палестинских и ливанских патриотов приняли бой. И хотя силы были явно неравные, блицкрига, «военной прогулки» у израильской военщины не получилось. Сначала агрессоры полагали «обойтись» лишь двадцатитысячным экспедиционным корпусом, но уже через 3—4 дня Тель-Авиву пришлось довести численность сил вторжения до 60, а затем до 100 тысяч солдат и офицеров. Сегодня численность израильской армии, увязшей в Ливане, значительно превышает и эту цифру.

По нескольку дней пришлось агрессорам штурмовать города Набатия, Тир, Сайда, Дамур. Чтобы захватить старинную крепость Шкиф (замок Бофор), оборонявшийся, как выяснилось, всего лишь полусотней бойцов ПДС, израильтяне использовали нервно-паралитический газ. Больше недели понадобилось израильской военной машине, чтобы пройти 70 километров, докатиться до южных и юго-восточных предместий Бейрута и... застрять там, наткнувшись на яростное сопротивление Объединенных сил ПДС—НПС.

При этом агрессоры понесли очень тяжелые потери в живой силе и технике. Подлинные данные о них считаются в Израиле строжайшей государственной тайной. Кроме того, как заявил 1 июля председатель финансовой комиссии израильского кнессета Ш. Лоренс, агрессия в Ливане уже обошлась Израилю более чем в 3 миллиарда долларов, в стране выросли цены и повышены налоги.

Много горя и страданий принесли агрессоры ливанскому и палестинскому народам. По данным международной благотворительной организации католиков «Каритас», в результате агрессии убито более 14 тысяч ливанцев и палестинцев, более 20 тысяч ранено, сотни тысяч остались без крова. Разрушены тысячи жилых домов, сотни предприятий и общественных зданий, больниц, учебных заведений, разного рода учреждений.

Угроза кровавой бойни висит над жителями Западного Бейрута. Сегодня здесь фактическими заложниками агрессоров оказалось более полумиллиона человек, в том числе 350 тысяч женщин и детей. Это против них сионистские палачи применяют особые осколочные бомбы, фосфорные снаряды, тяжелые фугасы. Целые районы и кварталы города уничтожены вместе с их обитателями, сметены с лица земли. В Западном Бейруте почти не бывает электроэнергии, воды, хлеба, горючего. Не работает связь. Продукты питания вздоражали в несколько раз. Возникла угроза эпидемий.

А из Тель-Авива вновь и вновь несутся угрозы начать штурм Западного Бейрута, если его защитники не сложат оружия и не согласятся на ультимативные условия правителей Израиля и вашингтонской администрации. В ответ на эти угрозы защитники города укрепляют свои позиции, готовятся к ожесточенным боям за каждую улицу, переулок, дом, этаж. Западный Бейрут превратился в заминированную крепость.

Вот уже целый месяц продолжает Тель-Авив грязную войну против ливанского и палестинского народов. Это самая долгая, самая кровопролитная и самая тяжелая война в истории сионистского государства. Она преподносилась сначала израильтянам лишь в качестве меры по защите их безопасности. При этом объявлялась и военно-политическая задача — создать «зону безопасности» в 40— 45 километров на ливанской территории вдоль израильской границы. Несколько дней спустя после начала агрессии Тель-Авив объявил, что в действительности его военно-политической задачей является «полное уничтожение» Организации освобождения Палестины и захват ее руководства. Аппетит приходит во время еды, и ныне Бегин и его подручные хотят уничтожить уже не только ООП, но и национально-патриотические силы Ливана, а затем создать в стране послушное им правительство, которое под дулами израильских пушек заключит с Израилем «мирный договор» в рамках Кэмп-Дэвида.

— Вы сознательно лгали израильтянам, когда говорили о целях этой войны! — бросил в лицо Бегину бывший начальник генерального штаба израильской армии генерал Гур в ходе дебатов в кнессете.

Что это? Прозрение? Или в Израиле уже кое-кто начинает подводить итоги кровавой авантюры, спланированной Вашингтоном и осуществляемой Бегином, Шароном и компанией? А итоги эти — таковы. В военном плане победы нет. Вооруженные силы ПДС не уничтожены, не разгромлены, а за оккупацию трети Ливана израильтянам пришлось заплатить дорогой ценой. На оккупированной территории ливанские и палестинские патриоты разворачивают борьбу против захватчиков, и они несут все новые и новые потери в районах Набатии, Сайды, Тира, Дамура. А то, что небольшие по численности отряды ПДС—НПС оказались способными противостоять всей израильской военной машине, разве это не скандал для израильской армии, запугивающей арабские страны своей мнимой «непобедимостью»?

В политическом плане дела Израиля обстоят еще хуже. Никогда сионистское государство не было так изолировано на международной арене. В ООН никто не выступил в поддержку Израиля, если не считать американцев. Даже страны НАТО решили объявить эмбарго на поставки Израилю оружия, хотя жест этот с их стороны больше символический, чем практический. А вот объявленный греческими докерами бойкот израильских судов ударил по экономике сионистского государства довольно больно!

Весь мир требует сегодня политического решения проблем, возникших в результате израильской агрессии против Ливана.

Неизмеримо вырос политический авторитет ООП. Все больше глав государств и вместе с ними римский папа выступают за законные права палестинского народа на самоопределение и создание собственного государства.

Месяц кровавой агрессии стал для сионистского государства и моральным поражением. Зверские убийства ливанцев и палестинцев потрясли весь мир и вновь продемонстрировали человечеству звериный оскал сионизма.

И в самом Израиле с каждым днем ширится движение протеста против кровавой авантюры Бегина. В массовой демонстрации протеста, состоявшейся 26 июня в Тель-Авиве, приняло участие, по уточненным данным, до 20 тысяч человек.

Канцелярия Бегина круглосуточно пикетируется израильтянами, требующими немедленного прекращения агрессии. Впервые в истории сионистского государства, в то время, когда оно ведет войну, парламентская оппозиция выступила против правительства широким фронтом.

В Ливане все еще льется кровь. Однако как бы ни развернулись дальнейшие события, уже можно сказать: вновь доказано, что палестинскую проблему нельзя решить военным путем, путем уничтожения Организации освобождения Палестины. ООП, пройдя большой и сложный путь развития, стала признанной, авторитетной политической организацией. Сила ООП в огромных политических успехах, достигнутых ею в последние годы на международной арене, в том, что за нею сегодня стоит весь палестинский народ, все миролюбивое человечество, все люди доброй воли. Тель-Авив хотел убить ООП, но лишь добил Кэмп-Дэвид. И это тоже еще одно политическое поражение Вашингтона и Тель-Авива.

Советский народ требует положить конец израильской агрессии в Ливане. Трагедия этой страны еще раз подчеркивает, что лишь твердая и принципиальная позиция Советского Союза по ближневосточной проблеме, неоднократно излагавшаяся в Заявлениях Советского правительства, является подлинным путем к прочному и справедливому миру на Ближнем Востоке.

5.7.82

Премьер-министр Ливана Ш. Ваззан потребовал немедленно снять израильскую блокаду Западного Бейрута и открыть сообщение между западным и восточным секторами города. В противном случае, заявил он, переговоры о политическом выходе из кризиса будут сорваны.

В минувшую субботу (3 июля) израильские агрессоры полностью закрыли пути сообщения между западной и восточной частями города и лишили жителей Западного Бейрута подвоза продовольствия, медикаментов и горючего, которые до этого, хоть и в небольших количествах, все-таки иногда доставлялись. Эта акция еще раз разоблачает лживые утверждения израильской пропаганды о том, что сионистское государство якобы «не ведет войну против мирного населения, а наоборот — оказывает ему гуманную помощь».

Сегодня весь мир воочию видит, что такое сионистский «гуманизм» в действии. Намерение Тель-Авива удушить голодом и жаждой полмиллиона жителей Западного Бейрута — еще одно преступление против человечности, совершаемое агрессорами в Ливане. Прекращение огня ими практически сорвано. Всю ночь с воскресенья на понедельник (с 4 на 5 июля) тяжелые орудия агрессоров вели методический обстрел южных и юго-восточных кварталов города и лагерей палестинских беженцев. Над городом с воем и грохотом рвались осветительные снаряды. Жители провели бессонную ночь в подвалах. Утром, когда я передаю эту информацию, обстрел продолжается. Снаряды сейчас рвутся вокруг нас. Вот один попал в дом напротив. Еще один ударил метрах в семидесяти от нас, но не разорвался.

И обстрел, и жестокая блокада Западного Бейрута, и садистская «война нервов» против мирных жителей, которых запугивают уничтожением (опять израильские самолеты разбрасывают листовки!),— все это направлено Тель-Авивом на срыв политического решения, на пути к которому, по заявлению ливанского правительства, имеется определенный прогресс.

Обстрел. Уходим в подвал.

7.7.82

Израильская артиллерия вновь подвергла зверскому обстрелу многонаселенные кварталы Западного Бейрута, а также лагеря палестинских беженцев. Обстрел начался около 6 часов вечера в минувший вторник (6.07.82) и продолжался всю ночь до самого рассвета. Среди мирного населения опять многочисленные жертвы.

Пожары продолжаются и сейчас, когда я передаю эту информацию. Одновременно агрессоры попытались перейти в наступление в районе аэропорта, но были остановлены.

Израильские орудия вновь вели преднамеренный прицельный огонь по посольству и торгпредству СССР. Разрушено несколько жилых и служебных помещений. На территории советских учреждений разорвалось пять снарядов крупного калибра. Это уже четвертый обстрел агрессорами советских учреждений. Территория их засыпана шариковыми бомбами замедленного действия, которые продолжают взрываться. В результате обстрела в посольстве произошел пожар. Сгорело несколько автомашин.

Сжимая, вопреки протестам международной общественности, кольцо блокады вокруг Западного Бейрута, агрессоры закрыли и единственную оставшуюся возможность сообщения между западным и восточным секторами — дорогу через порт.

Премьер-министр Ливана Ш. Ваззан, самым энергичным образом требующий от Тель-Авива снятия блокады Западного Бейрута, отказывается, несмотря на ожесточенные обстрелы, покинуть этот сектор столицы и заявляет, что действия Израиля блокируют переговоры о политическом урегулировании. В то же время израильское радио передало, что «Бегин выразил оптимизм» в отношении завершения этих переговоров. Оно передало также, что Вашингтон готов направить в Бейрут свои войска и корабли 6-го американского флота и что американские корабли якобы уже взяли курс на ливанскую столицу. Франция также согласна направить в Ливан свои подразделения для участия в многонациональных силах, прикрывающих эвакуацию палестинцев.

Мы встретились с ним 6 июля, на второй день после того, как израильские войска попытались было пойти на штурм города. Накануне почти сутки батареи тяжелых израильских орудий вели непрерывный ожесточенный обстрел.

От орудийной канонады содрогалась земля. Стена густого черного дыма закрыла южные предместья Бейрута. То и дело ее разрывали столбы багрового пламени — рвались снаряды американских гаубиц. Батареи защитников города вели ответный огонь из многоствольных реактивных установок, которые местные жители называют «катюшами». По израильским батареям открыли огонь орудия вооруженных сил ПДС—НПС, находящиеся в окрестных горах вне кольца блокады.

Радиостанция «Голос палестинской революции» объявила, что «враг начал штурм Западного Бейрута». Улицы опустели. Лишь машины защитников города, густо вымазанные для маскировки красновато-желтой грязью, иногда проносятся, ловко лавируя между лунок для противотанковых мин, испещривших в эти дни асфальт улиц и переулков. Бойцы внутренней линии обороны города заняли свои боевые места за баррикадами из мешков с песком, в бетонных бункерах, в специально оборудованных центрах сопротивления.

Огневой шквал бушевал часов до пяти вечера 6 июля, а затем стал стихать. Лишь стояли над городом дымы пожаров, да надрывно завывали сирены санитарных и пожарных машин. Черные столбы дыма тянулись к небу и там, где находилась одна из батарей израильских гаубиц. На следующий день бейрутские газеты поместили фотографии, отметив на них это место кружком, и сообщили, что батарея была накрыта залпом «катюши».

К 6 часам вечера канонада прекратилась, и в городе воцарилась напряженная тишина. Радио объявило, что достигнуто соглашение об очередном прекращении огня. Улицы Западного Бейрута стали постепенно оживать.

Я знал, что Фидель (этот боевой псевдоним выбрал для себя знакомый мне боец Демократического фронта освобождения Палестины) находится на самых передовых позициях, как раз в том районе, где агрессоры пытались прорвать линию обороны защитников города, в районе бейрутского аэропорта. И когда я с балкона корпункта «Известий» наблюдал ад, творящийся в пределах прямой видимости от меня, честно говоря, я всячески старался отогнать самые мрачные мысли о его судьбе.

Но сегодня утром Фидель появился живой и невредимый, как всегда, улыбающийся, подтянутый, в чистой, тщательно отутюженной форме, в сдвинутом набок берете с красной звездой ДФОП. Оказывается, сразу же после прекращения огня он получил приказание отправиться с боевых позиций в отель «Коммодор», где живет большинство находящихся в Западном Бейруте журналистов из капиталистических стран, чтобы рассказать им о событиях минувшего дня.

Фидель — интеллигентен, хорошо говорит по-английски. За несколько дней до нашей встречи ему было поручено командованием выступить перед представителями западного телевидения. Его снимали и интервьюировали американцы, англичане и французы. Он отвечал на их вопросы, прикрыв лицо палестинским клетчатым шарфом. Мера предосторожности не лишняя, так как известно, что службы израильской разведки ведут специальную охоту за палестинскими политработниками, офицерами и бойцами, когда-либо появлявшимися в прессе и на телеэкране.

— У нас, к сожалению, мало товарищей, хорошо говорящих по-английски или по-француз-ски,— словно извиняясь за что-то, говорил мне Фидель.— Вот мне и дают иногда такие поручения, как это.

Я попросил его рассказать о событиях минувшего дня, участником которых он был.

— Израильтяне поставили задачу — во что бы то ни стало захватить бейрутский аэропорт,— начал он свой рассказ.— Использовать его они, конечно, не смогут в любом случае, так как он в пределах досягаемости наших батарей. Но захват аэропорта важен для них в психологическом плане. Уже около месяца они пытаются продвинуться в этом районе и застряли на своих позициях. И теперь вот почти двое суток вели артиллерийский обстрел наших рубежей, а потом, решив, что там уже никого не осталось, начали наступление.

— Израильское радио сообщило, что их потери при этом составили... трое раненых,— перебил я Фиделя.

Он рассмеялся:

— Вы что же думаете — мы кидаемся в них виноградом?

И продолжил свой рассказ:

— Мы подпустили их поближе и ударили! Я сам, своими глазами, видел 8 подбитых израильских танков, один джип, пять бульдозеров, которые израильтяне используют для разрушения заграждений, поставленных нами на дорогах. Кроме того, израильтяне потеряли в этот день около 80 солдат и офицеров, беспилотный самолет-шпион.

У Фиделя за плечами уже большой боевой опыт. Он принимал участие в первых боях под Набатией, потом защищал Сайду. Ему с группой бойцов было поручено перегнать по горным дорогам из Сайды в Бейрут три «катюши». Задание это было с честью выполнено, и сейчас две из них ведут огонь по позициям агрессоров, окружающих Западный Бейрут.

— Третья установка по приказу командования была направлена по горным дорогам в район Алей — Бхамдун, — рассказывает Фидель. — Не знаю, пробились ли туда наши товарищи. У нас на каждую установку оставалось лишь по полной «закладке». Ну и, конечно, личное оружие, гранаты... Хочу подчеркнуть,— говорит Фидель,— что советское оружие, которым мы сражаемся, превосходно! Это израильская и американская пропаганда изо всех сил пытается его скомпрометировать, опорочить. В руках тех, кто умеет, а главное, хочет им пользоваться, оно представляет действительно грозную силу. Лишь под Набатией мы уничтожили гранатометами 22 израильских танка и бронетранспортера. При этом, конечно, мы знали их уязвимые места, знали, куда бить, а не палили наобум!

Я попросил Фиделя рассказать о боевом эпизоде, который сильнее других врезался ему в память.

— Их было так много,— растерянно пожал он плечами.— Впрочем... Под Набатией мы сбили израильский вертолет с десантниками. Дело было так. После многочасового обстрела и бомбежек с воздуха израильтяне решили, что на наших позициях никого в живых не осталось, и направили вертолет с десантом. Вертолет завис над нами, затем снизился. И тут мы очередями из автоматов расстреляли его пилотов. Он рухнул и взорвался.

Фидель решил посвятить жизнь борьбе за законные права своего народа. Он родился в Иерусалиме, там осталась вся его семья. Ему нет еще и тридцати лет, у него молодая жена и маленькая дочка.

— Когда мы победим,— говорит он,— я обязательно поеду учиться в СССР, в страну, о которой так много слышал, но которой никогда не видал. И я уверен, что час нашей победы придет. Чтобы разгромить нас, надо уничтожить весь палестинский народ, а это не под силу ни террористу Бегину, ни Вашингтону.

Юго-восточный Ливан, Нский р-н

В горах над Бейрутом

19. 8. 82

...Странно и необычно видеть Бейрут с высоты Верхнего Метна, горного района, нависающего над ливанской столицей с северо-востока. Над Бейрутом плыла легкая темноватая пелена, словно к небу все еще тянулись дымы пожаров, вызванных бомбардировками и обстрелами. Но артиллерийской канонады не было слышно. Лишь в ранний утренний час, когда мы с группой бойцов ПДС выходили в этот район по ненадежным горным тропам, ярко-синее небо прочертила пара израильских самолетов-разведчиков.

Бойцы проводили их насмешками:

— Полетели... Бегин и Шарон! Ничего, придет время — отлетаются.

Командир батальона ПДС подполковник Кайс лишь строго повел бровью — и разговоры сразу прекратились. Война есть война, и только вчера при очередном налете израильских воздушных пиратов погибли двое палестинцев из группы: один — студент, учившийся уже на 6-м курсе медицинского института в Гаване, другой — студент 3-го курса этого же института. В группе называли их «кубинцами». Сколько хороших слов услышал я о погибших товарищах, когда мы расположились на ночлег в яблоневом саду!

А на рассвете отправились дальше к Бейруту, на позиции батальона ПДС в Верхнем Метне. Путь был нелегкий. То и дело попадались большие воронки от авиационных бомб и тяжелых снарядов, скалы, оплавленные фосфором, черные остовы сгоревших автомашин, разрушенные домишки. Фруктовые сады — осиротевшие, покинутые, ветви ломились от неснятых плодов.

— Только не сжата полоска одна, грустную думу наводит она,— вполголоса прочел мне строки Некрасова командир нашей группы Насер.

Он — студент филфака МГУ, большой поклонник русской литературы, и особенно поэзии. Перед тем как отправиться сражаться, он написал курсовую работу: «Тема Родины в поэзии Александра Блока». И пока мы продвигались к Бейруту, соблюдая максимальную осторожность, чтобы не быть замеченными вражескими наблюдателями, он читал отрывки из блоковской поэмы «Двенадцать». Может быть, мы вызвали у него аналогию с блоковскими красногвардейцами? Хотя тучноватый командир батальона, шедший впереди, Христа мне никак не напоминал. Разве что кружок седых волос, обрамлявших его красноватую лысину, казался Насеру... нимбом?

Насер — псевдоним, и израильтяне дорого заплатили бы, чтобы узнать настоящее имя этого палестинца-командира, бойцы которого каждую ночь проводят дерзкие операции у них в тылу.

— Сейчас от нас до Бейрута по прямой километров 10—12,— говорит подполковник Кайс, указывая рукою в сторону ливанской столицы.— Прямо за горой — Баабда, резиденция президента Саркиса. Слева Бхамдун, ниже Софар. А вон там, где мечеть, уже израильтяне.

— Хорошо бы глянуть в бинокль...

Кайс отрицательно качнул головой:

— Нельзя. Израильские наблюдатели могут заметить отблеск стекол и сразу же начнется артобстрел района, где мы находимся... В дни, когда они вели ожесточенные обстрелы Бейрута, нашей задачей было подавлять их батареи. Ведь нас разделяет только эта узкая долина...

— И подавляли?

Подполковник Кайс лишь ухмыляется и показывает глазами на скромно держащегося в сторонке бородача с интеллигентным лицом, командующего в этом районе палестинской артиллерией:

— Спросите его...

Бородач лишь пожимает плечами:

— Подавляли. Мы же не имеем права расходовать снаряды впустую. Слишком тяжело их сюда доставлять.

— А можно познакомиться с вашими артиллеристами?

Бородач кивает:

— Конечно.

И опять —груды скал, ишачья тропа, оползни, колючки. Бойцы заботливо поддерживают меня — без тренировки здесь нелегко. Но сами они, в том числе и тучноватый подполковник Кайс, легко перепрыгивают с камня на камень.

Из чащи фруктового сада, террасами спускающегося в глубь узкой ложбины между двумя крутыми горными склонами, появился молодой парень в видавшей виды зеленой форме. В руках у него была портативная японская рация: наше продвижение по горным тропам все время контролировалось, невидимые бойцы охраняли нас, оберегали от вражеских засад и разведывательных групп, «передавали» от поста к посту, четко зная наше местонахождение. В этом помогал им и радист нашей группы, все время бормотавший что- то в небольшую коробку рации, почти прижатую к губам.

Парень оказался командиром «катюши». Еще несколько препятствий — и мы очутились в тени сада, на одной из его узких и длинных террас. Но к самой «катюше» надо было еще идти — спускаться в ложбину, перебираться через бурлящий там ручей, а потом карабкаться вверх по скалам. И я честно признался, что больше не могу—не та физическая подготовка!

Впрочем, бойцы расчета избрали террасу сада, на которой мы находились, местом своего отдыха. В тени яблонь были аккуратно разложены одеяла, бездымно шумел примус, на котором кипел чайник, заранее поставленный к нашему приходу. В большом эмалированном тазу, наполненном горной ледяной водой, охлаждались крупные яблоки и сливы.

— А яблоки собирать можно будет лишь через пять недель,— посмотрев в таз, вдруг задумчиво сказал подполковник Кайс.— Тогда они уже будут сладкие-сладкие, не оторвешься!

— Крестьянин, феллах,— тихонько толкнул меня локтем в бок Насер, быстро указав взглядом на подполковника, который уже опустился на одеяло и усаживался, скрещивая ноги.— По земле тоскует... по Палестине!

А потом за чаем у нас потек разговор, к каким я уже успел привыкнуть за все эти дни, проведенные и в специальных подразделениях на позициях палестинцев, и в долине Бекаа, и в горном Ливане. Командир «катюши» рассказывал о боевых буднях, о своих бойцах, о боях, в которых они участвовали.

В последние дни осады Западного Бейрута его установка прославилась точностью огня, заставив не одну вражескую батарею прекратить варварские обстрелы города.

— Мы постоянно получаем отличные разведывательные данные о расположении батарей врага от...— командир «катюши» кивает на Насера.— И мы не имеем права на плохую стрельбу, ведь мы должны помогать товарищам в Западном Бейруте!

— А каковы в целом задачи находящихся здесь подразделений ПДС?— спрашиваю я.

Отвечает подполковник Кайс:

— С выводом наших товарищей из Западного Бейрута наша революция, наша борьба против агрессоров не прекращаются. Да и сионисты готовятся, как они говорят, к «главному сражению». Они хотят прорваться к сирийской границе. С этой целью ими уже сконцентрировано три дивизии в районе озера Карун и горы Барук, ведется интенсивная разведка. Только что бойцы ливанских национально-патриотических сил перехватили в нашем районе джип с израильскими разведчиками. Один из них был убит, второй взят в плен. Практически не проходит и дня, чтобы израильтяне не бомбили или не обстреливали наши позиции. Впрочем, вы же сами всему этому свидетель... Наши же задачи здесь очень четки. Первое: подавлять батареи врага, ведущие огонь по Западному Бейруту. Второе: не давать ему покоя ни днем ни ночью, наносить возможно больший ущерб, действуя и во фронтовой зоне, и в его тылу. Третье: обеспечивать связь с нашими товарищами в Западном Бейруте...

Да, всему этому я был свидетелем.

В пятницу 20 августа выехал в Западный Бейрут.

Евгений Анатольевич Коршунов «Я — БЕЙРУТ...»

Редактор Ф. Л. Ц ы п к и н а Художественный редактор В. М. Носенко Технический редактор В. Д. Коннова Корректоры М. С. Никитина, Э. 3. Сергеева

И Б № 3609

Сдано в набор 11.02.83. Подл, в печ. 17.06.83. А01331. Формат 84Х100/з2. Бумага типогр. № 1. Гарнитура литературная. Печать высокая. Уел. печ. л 5,46. Уел. кр.-отт. 5,76. Уч.-изд. л. 5,48. Тираж 100 000 экз. Заказ № 113. Цена 30 к. Изд. инд. ХД-491.

Ордена «Знак Почета» издательство «Советская Россия» Государственного комитета РСФСР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. 103012, Москва, проезд Сапунова, 13/15.

Книжная фабрика № 1 Росглавполиграфпрома Государственного комитета РСФСР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли, г. Электросталь Московской области, ул. им. Тевосяна, 25.

Издательство просит отзывы об этой книге и пожелания присылать по адресу: 103012, Москва, проезд Сапунова, 13/15, издательство «Советская Россия».

Писатель Евгений Анатольевич Коршунов родился в 1934 году. Окончил факультет журналистики МГУ. Автор романов и повестей «Операция «Хамелеон», «И придет большой дождь», «Гроза над лагуной», «Наемники», «Амаль», публицистических книг «Псы войны»... Кому они служат?», «Репортаж из взорванного «рая», пьес «У нac в общежитии свадьба», «Домашнее сочинение», «Кто боится электрического стула», а также поэм, стихов и рассказов. Произведения Евгения Коршунова переводились с русского на языки народов СССР, на английский, французский и португальский языки.

Литературную работу Евгений Коршунов сочетает с журналистикой, не раз бывал и освещал события в «горячих точках» планеты. С 1978 года — собственный корреспондент газеты «Известия» по Ближнему Востоку.

В 1982 году награжден орденом Дружбы народов.

СОВЕТСКАЯ РОССИЯ