Чувствуете, что вкус жизни с каждым прожитым годом уходит? Вы живете, но вас будто и нет? Ощущение бытия потеряно?
Книга дает полное представление (в свете нейронауки, психологии, философии, физики и духовных учений) о необходимости и возможностях восстановления физиологического состояния бытийности, которое поможет преодолеть жизненный кризис и обрести гармонию. Приводятся многочисленные примеры и эффективные способы преодоления проблем и восстановления гармонии между телом и душой.
Книга написана в технике нового перспективного направления в психотерапии, направленного на исцеление психики и достижение гармонии между разумом и телом (дается 27 оригинальных, простых и эффективных упражнений, большинство из которых разработаны автором).
Александр Соловьев Жизнь в кайф. Инструкция, которую вы должны были получить при рождении
«А. Соловьев. Жизнь в кайф. Инструкция, которую вы должны были получить при рождении»: ООО Издательство «Питер»,; Санкт‑Петербург; 2018
ISBN 978‑5‑4461‑0845‑9
Аннотация
Александр СоловьевЖизнь в кайф. Инструкция, которую вы должны были получить при рождении
© ООО Издательство «Питер», 2018
© Серия «Сам себе психолог», 2018
* * *
Предисловие
Жизнь человека состоит из бесчисленного количества мгновений. Представьте себе, какой необычайно длинной, насыщенной и ценной она станет, если каждое из них он сможет зафиксировать в своем сознании.
Вспомните детство: в те годы даже один день казался вечностью, наполненной множеством впечатлений. Вы не задумывались, почему так? Дело в том, что ребенок попросту не умеет коротать время – он проживает каждую секунду душой и телом. В этом возрасте сознание и бытие держатся за руки.
Но с годами человек меняется. Разум взрослого фиксирует факт существования души и тела в исключительно редкие моменты – остальное время он погружен в мысли. Забыв о себе реальном как чудесном сплаве души и тела, сотворенном природой, человек становится частью социума и отождествляется с собой воображаемым – персонажем общественной игры. В мыслях, переживаниях, суете, преодолении конфликтов и стрессов он теряет себя, и жизнь его летит незаметно, как просмотр киносериала.
И это еще полбеды. Пока человек погружен сознанием в виртуальное пространство, нарастающая нехватка бытийности влияет на мироощущение и с годами приводит к глубокому экзистенциальному кризису. Зачем жить? К чему стремиться в этом равнодушном мире?
Подобное состояние, как показывают современные научные исследования, является одной из основных причин депрессий, неврозов, тревожных расстройств и даже серьезных психосоматических заболеваний. Увы, такова цена взрослости и социализации.
Почему люди забывают о собственной душе, о теле?
Можно ли вернуть состояние здоровой бытийности, не уходя в йоги‑отшельники, а продолжая вести привычную жизнь в обществе?
И самое главное – как этого достичь?
Введение
В детстве мне часто снился один и тот же сон, я до сих пор хорошо его помню. Я летел высоко над землей в светлой безоблачной синеве, и на душе было легко и спокойно. Неведомая сила возносила меня все выше и выше, синева вокруг сгущалась, и я предвкушал какое‑то особое чудесное состояние – я вот‑вот должен был в него погрузиться. Внезапно небо распахивалось, и меня поглощало… Хм… пожалуй, эту необыкновенную субстанцию лучше всего назвать словом
Там, где я находился, кроме меня, не было ничего – даже времени. Я застывал в этом стабильном, благостном состоянии без мыслей, без движений, что было странно и удивительно. Я наслаждался осознанием своего существования – ни с чем не сравнимым удовольствием. Я зависал в бытии, словно врастая в него душой, и упивался его замечательным вкусом. Я чувствовал себя легким, свободным и бесконечным.
Позже, в одной из глав этой книги я вернусь к этому сну и объясню пережитое состояние с точки зрения нейронауки. Но в том возрасте я, разумеется, не мог понять, что со мной происходило. Мне элементарно не хватало слов, чтобы наутро поделиться этими ощущениями с родителями. Испытанное состояние казалось невозможным, хотя и удивительно знакомым, как будто что‑то подобное уже случалось со мной раньше – но когда?
Однажды, спустя много лет, когда я уже практически забыл о моем сне, мне довелось войти в это состояние наяву. В то время я учился на третьем курсе медицинского института. Как‑то вечером, вернувшись с учебы в общежитие, я устало опустился на диван: была неделя зачетов, за день я вымотался, и мне хотелось несколько минут посидеть неподвижно.
Я сидел в легком оцепенении, уставившись в стену и ни о чем не думая, а просто прислушиваясь к ощущениям, растекавшимся по телу. Это было комфортное полумедитативное состояние, я пробыл в нем какое‑то время и незаметно для себя погрузился в состояние легкого транса.
Неожиданно пространство комнаты увеличилось и как будто наполнилось светом, предметы стали четче, контрастнее, а время… оно практически остановилось: не было ни прошлого, ни будущего – только одно непрекращающееся сейчас. Моя душа, мое тело и все, что находилось вокруг меня: стены, мебель, книги и даже пустота между ними – все это было схвачено общей реальностью и воспринималось предельно ясно. «Здесь» – вот как можно было назвать мое переживание. Я пребывал в состоянии застывшего во времени присутствия, и у меня была возможность это свидетельствовать! Я и присутствие – мы сидели в обнимку, не выпуская друг друга из объятий, были единым целым, существующим в настоящем моменте, и это существование, непрерывно регистрируемое моим сознанием, представлялось мне невероятно ценным.
Яркое впечатление от случившегося разбудило оцепеневший ум, последовала запоздалая реакция изумления.
Я встал, огляделся, провел руками по лицу – и состояние бесследно рассеялось, все стало обычным.
Этот самопроизвольный транс напомнил мне мой старый детский сон о распахивающихся небесах. А еще он оставил ощущение дежавю: пережитое состояние казалось привычным и естественным, словно мне уже случалось находиться в нем прежде, еще до тех моих детских снов, а может, даже до первого воспоминания о самом себе.
Как‑то раз, спустя несколько лет, мы с одним моим другом ужинали у меня дома.
Мой друг считает себя экстрасенсом. Он утверждает, что временами способен чувствовать то, что скрыто от других. Нет прибора для того, чтобы подтвердить или измерить его магическую силу, но на протяжении нашей дружбы он не раз демонстрировал мне свои необыкновенные способности. Например, закрыв глаза и держа меня за руку, он может почти безошибочно назвать цвет, числа, предметы, которые я себе воображаю. Раньше я, разумеется, удивлялся, но потом привык. А еще мой друг – мечтатель, утопист и любитель поговорить о всяких «высоких материях».
В тот вечер мы как раз спорили об астральных путешествиях. К таким занятиям у меня всегда было скептическое отношение. Друг горячо доказывал мне важность подобных практик с позиции своего личного мироощущения, ссылался на прославленных эзотериков, а я бесстрастно опровергал его аргументы с точки зрения нейробиологии.
Неожиданно друг посмотрел мне в глаза и спросил с волнением в голосе, помню ли я тот сон о небе, который часто видел в детстве. Как я уже написал выше, я успел привыкнуть к подобным фокусам, поэтому почти не удивился, а если и удивился, то постарался этого не показывать.
«Ну, допустим, – сказал я. – И что с того?» Тогда он, «вглядываясь» в мой разум, принялся рассказывать мне об истине, свете, вселенской гармонии, высоком предназначении человека и т. д. – мой друг вообще мастер говорить высоким стилем. Выслушав его, я сказал, что наверняка и сам могу дополнить этот список всевозможными ассоциациями и что у меня и самого с воображением все в порядке, но все же я склонен думать, что испытал что‑то вроде эффекта измененного сознания, которого стремятся достичь йоги и буддисты и которое еще недостаточно исследовано учеными. На тот момент я как раз активно интересовался подобными вещами: несколько лет скрупулезно занимался практикой дзен, и у меня даже был определенный опыт осознанного безмыслия.
«Да нет же, это знак, – возразил мне мой ясновидящий друг. – И это важно для будущего – твоего, моего и даже всего человечества. А ты… ты сейчас думаешь… ну, просто о своей бытийности».
Бытийность! Этим замечательным словом мой друг выразил то, чему я долгие годы не мог найти имя. Да, именно об этом я и думал.
«Огромное тебе спасибо! – обрадовался я. – И за знак, и за бытийность. Кстати, “бытийность” – очень подходящее слово. Когда‑нибудь я напишу об этом книгу. Ведь можно сколько угодно говорить о предназначении и вселенской гармонии, но, прежде чем начать куда‑то двигаться, человек должен быть».
«Да уж, с этим не поспоришь», – сказал друг и задумался.
Тут я должен рассказать вам еще об одном моем детском сне. О нем мой друг‑экстрасенс в тот раз не упомянул – наверное, не «увидел» его. Этот сон приходил ко мне во время моих болезней, особенно тех, что сопровождались высокой температурой. Я очень боялся этого неприятного сна. Его трудно описать, но если попытаться, то я бы сказал, что он был о странной бесформенной суете, пожирающей реальность. Эта тошнотворная суета состояла из тысяч гомонящих эфемерных элементов. Их нельзя было рассмотреть, но они давали о себе знать: с бешеным ускорением и нарастающим шумом они кишели, суматошились, неумолимо наступая на бытие. Это было ужасно. Во сне мне было тошно и жутко, хотелось отвернуться, спрятаться от кошмара, но я не мог: куда бы я ни отворачивался, отовсюду на меня наступала кошмарная суета.
Этот сон приходил ко мне во время болезней до тех пор, пока я не вырос. Со временем я забыл о нем и долго не вспоминал.
Мне было немногим меньше 30, когда однажды, практикуя упражнения по работе с энергией сознания, я случайно вошел в состояние, похожее на тот неприятный сон. Я вдруг обнаружил себя в сфере, где царит зловещая суета, в самом ее эпицентре. Но, находясь там, я только смотрел на происходящее, оставаясь бесстрастным наблюдателем. Если же какие‑то эмоции и возникали, они были не во мне, а снаружи – среди этой суеты. Я был глазами моей души, отстраненно созерцающими хаос, происходящий у меня в мозге.
Возможно ли такое? Мой психологический эксперимент говорил, что возможно.
Когда я вышел из этого состояния, меня осенило: место, где я только что побывал, – это ведь самый настоящий ад! Да, я ни капли не сомневался в том, что именно так должен выглядеть ад, описанный религиозными мистиками: это непрерывно сгущающаяся и постепенно ускоряющаяся виртуальная суета несуществующих элементов; это безостановочный процесс утраты бытия, и происходит он не где‑нибудь в другом измерении или глубоко под землей, а исключительно в человеческом мозге. Ад – это утрата бытия.
Я попытался найти объяснение полученным метафизическим опытам и самым разумным решением счел рассмотреть их с точки зрения целого комплекса различных дисциплин.
В течение ряда лет я изучал всевозможные материалы, в которых осмысливаются понятия «бытие», «телесность», «сознание», «самость», «восприятие», «ощущение» и т. д. Я искал ответы на вопросы, касающиеся феномена экзистенциального свершения. Это были исследования в разных областях – философии, психологии, феноменологии, нейронауки, психофизиологии, лингвистики, метафизики, духовных практик. Каждая из перечисленных дисциплин по‑своему ставила перед собой задачу приблизиться к ответам на вопросы «Что такое “Я”?» и «Что такое “Я есть”?». И каждая предлагала свои собственные способы обретения человеком этой таинственной «я‑естьности» – состояния бытийности, наполняющего жизнь смыслом.
Кроме того, меня весьма интересовала психофизическая проблема, поставленная Декартом, – вопрос взаимоотношения души и тела. Что чем управляет? Являются ли они единым целым, или это две разные субстанции? Существует ли граница, где они взаимодействуют между собой? Чтобы ответить на эти вопросы, я намеревался пересмотреть заново как философскую, так и психофизиологическую точку зрения на душу и тело и объединить их в одну концепцию. Я настолько увлекся этим вопросом, что сменил специальность хирурга, по которой проработал десять лет, на специальность психофизиолога.
В ходе того как я анализировал и сравнивал теории различных древних и современных авторов и применял на практике множество методов управления психикой, способов самоидентификации и достижения непрерывной осознанности, у меня сформировались определенные представления о формировании культуры индивидуального бытия. Человек может жить привычной современной жизнью: ходить на работу, общаться с коллегами, выполнять текущие задачи, читать новости, уделять время семье и т. д. – и при этом во всех ситуациях оставаться собой, ощущать свое единое духовно‑телесное «Я» и, используя возможности мозга и нервной системы, благополучно бытийствовать, каждую минуту своей жизни наслаждаясь существованием.
В числе современных методов обретения состояния бытийности одним из самых действенных и полезных я нашел эмбодимент. Эта практика (с английского буквально переводится как «воплощение») используется в западной психологии, психотерапии и коучинге относительно недавно, но с каждым годом все больше завоевывает популярность: только за последние пять лет на Западе об эмбодименте было издано несколько десятков книг и написано несколько сотен статей.
Я не занимаюсь ни психотерапией, ни коучингом. Как я уже написал, моя профессия – врач‑психофизиолог. Это значит, что я исследую человеческую психику в ее единстве с мозгом и телом. С точки зрения психофизиологии я проверил метод эмбодимента на себе самом и на группе клиентов‑добровольцев. Результаты, которые дала практика эмбодимента, без преувеличения оказались удивительными.
Особенно ощутимый терапевтический эффект эмбодимента я наблюдал при его применении в случаях определенных экзистенциальных проблем (депрессии, кризиса среднего возраста) и расстройств, вызванных влиянием социальной среды (синдрома эмоционального выгорания, тревожного состояния и др.).
Для того чтобы глубже понять механизм эмбодимента, мне пришлось проработать немало специальной литературы и пообщаться с зарубежными коллегами, которые любезно поделились своим опытом. В конце концов мне захотелось систематизировать полученные знания и накопленные наблюдения, а затем и поведать о них широкому кругу читателей, объединив их в рамках одного исследования. Так началась история создания книги о естественно‑физиологическом состоянии бытийности и эффективном способе устранения экзистенциальных проблем – эмбодименте.
Сначала я отказался от попытки вывести из нескольких концепций некую усредненную точку зрения. Прежде всего, меня интересовала задача как можно шире охватить тему духовно‑телесного бытийствования, изложив мысли простым языком.
Во‑первых, для меня было важно понять самому и донести до читателя, как и почему человечество пришло к дефициту бытийности. Для этого во второй главе данной книги я привожу важные исторические факты и описываю некоторые философские идеи, которые, на мой взгляд, значительно повлияли на людей, изменив в них то, что я в этой книге называю настройками мозга.
Во‑вторых, я попытался рассмотреть феномен бытийности в свете последних достижений нейробиологии и психофизиологии.
И в‑третьих, я хотел максимально приблизить читателя к практике подлинного бытийствования и освоению эффективных способов контроля над этим состоянием, чем, собственно, я и сам занимаюсь на протяжении уже долгого времени.
По мере накопления положительных результатов практики эмбодимента и в ходе работы над книгой у меня сформировалась определенная система восстановления психики и саморазвития, которую я условно называю
Наука бытийности не эзотерическое учение. Она не требует получения углубленных знаний, проведения обряда инициации или долгих лет отшельничества. Чтобы ее понять, достаточно прочитать эту книгу и приучить себя к выполнению предлагаемых упражнений, которые помогают восстановить нормальные психофизиологические параметры.
Чтобы оценить мнение широкой аудитории касательно проблемы бытийности, в течение двух лет я регулярно публиковал на своей странице в «Фейсбуке» посты, в которых осмысливал этот феномен и делился личными впечатлениями, полученными в результате наблюдений и самостоятельного выполнения упражнений из практики эмбодимента. Множество моих друзей и подписчиков (а среди них немало практикующих психологов, психотерапевтов и просто людей, интересующихся психологией и занимающихся различными духовными практиками) читали и комментировали мои заметки, задавали вопросы. Я же получил возможность узнать, насколько актуальна и осознаваема проблема дефицита бытийности и каким образом современные люди ее решают, а также определиться с тем, какие термины, метафоры и формы изложения будут наиболее удобны и приемлемы для читателя.
Все это время я продолжал работать с группой энтузиастов (из числа как непосредственно моих клиентов, так и добровольцев в режиме онлайн), которые выполняли предлагаемые мной упражнения. Техника всех этих упражнений подробно изложена в книге.
Таким образом, настоящую книгу можно рассматривать, с одной стороны, как гид по онтологическим теориям и метафизическим практикам бытийствования, с другой – как сборник действенных методик эмбодимента, восстанавливающих здоровое физиологическое самовосприятие.
Во время работы над книгой я общался с большим количеством заинтересованных и, наоборот, критично настроенных людей на тему обретения состояния бытийности, и в конце концов они вселили в меня веру, что такая книга действительно нужна. С ее помощью я хотел бы внести свой скромный вклад в просветительскую деятельность. Пусть как можно больше людей увидят и осознают, к какой глобальной экзистенциальной катастрофе движется современное общество, стремительно уходящее от бытийности в небезопасный виртуальный мир, и тоже задумаются над тем, какие существуют эффективные и реальные способы этой катастрофы избежать.
Работая над книгой, я, как мог, старался придерживаться научной объективности, тем не менее в нее вошло много гипотетического, недоказанного, а также моего личного субъективного опыта и эмоций. Это научно‑популярная книга для широкого круга читателей. Несмотря на некоторую вольность стиля, надеюсь, она поможет не только ответить на вопросы тех, кто уже занимается бытийными практиками, но и решить определенные экзистенциальные проблемы и, возможно, даже предупредить вероятные последствия бытийного дефицита – так называемые психосоматические заболевания, а в некоторых случаях и избавиться от уже развившихся.
А теперь – к делу.
Глава 1. Реальность и виртуальность
The Matrix[1]
Куда исчезают бесценные мгновения жизни
«Суета сует, все суета!» – говорил мудрый Екклесиаст – он же царь Соломон – о своих неторопливых современниках, ездивших на ослах, почивавших после обеда, меривших день по солнцу и подолгу с упоением молившихся, а порой – как и свойственно многим людям – предававшихся страстям и пустым стремлениям.
Интересно, а что сказал бы царь Соломон, живи он в наши дни? Трудно даже предположить, какую фразу изрек бы великий израильский мудрец, увидев толпы спешащих людей на улицах мегаполисов и бесконечные потоки навязчивой рекламы по телевизору и в Интернете. Возможно, он побледнел бы, всплеснул руками и произнес дрогнувшим голосом что‑нибудь вроде этого: «О безрассудные! Что же вы натворили в своем невежестве? Ваш мир утонул в суете – за суетой уже не видно самого бытия!»
Между тем жители современных городов, привыкшие к образу нынешней жизни, нисколько не удивляются такому темпу. Девиз XXI века – «Успеть все!» Именно так! Правда, никто толком не знает, что такое это смутное «все», но в воображаемый список на всякий случай уже внесены те вещи, которые будут произведены и поступят в продажу только лет через пять и о которых сегодня люди не имеют ни малейшего представления. И даже если они не успеют достичь намеченных целей и вообще не верят в свои силы, они все равно помнят, что нельзя сидеть на месте, а надо изо всех сил куда‑то торопиться и делать, в конце концов, хоть что‑нибудь, а иначе можно отстать от других, оказаться «за бортом» и, что самое ужасающее, прослыть неудачником.
Люди заставляют себя спешить, потому что таково требование времени. Проще говоря – так принято. Они забывают, что на самом деле от природы они неспешны. Но, задав себе ускоренный темп, люди уже не могут остановиться. Они бегут сломя голову к поставленным целям, пытаясь обогнать друг друга. Этот бег изнуряет, он отнимает у жизни драгоценные мгновения, дни, года, но люди успокаивают себя: ничего, это же не навсегда, это временно.
Немногие имеют привычку регулярно отвлекаться от повседневной суеты на такие праздные и кажущиеся бессмысленными занятия, как осознание собственного присутствия в бытии. Часто ли вы встречаете в городе людей, ведущих себя по‑детски беззаботно или выглядящих счастливыми и умиротворенными, как буддистские монахи? Как‑то неуместно впадать в детство или заниматься такими вещами, как созерцание бытия, когда в час пик едешь по эскалатору метро, общаясь при этом по «Вайберу», или когда сидишь на совещании в кабинете начальника и ожидаешь его вопроса, с ужасом понимая, что не успел подготовить отчет. Вот почему у многих людей такой хмурый, задумчивый, напряженный вид.
А вечером, когда возвращаешься домой, на эти занятия времени тоже как‑то не хватает, его забирают быт и привычные дела – телевизор, Интернет, хобби… Остается ночь, но ночью сознание занято снами.
Стоп! Когда же в таком случае жить, наслаждаться своим существованием и радоваться удивительной возможности присутствовать в бытии?
«Все это будет, но позже, не сейчас – такие мысли клубятся смутной дымкой на границе сознания и подсознания, – вот закончу учебу, дождусь отпуска, выйду на пенсию и тогда уж точно займусь собой! Честное слово!» Но после учебы, во время отпуска, с выходом на пенсию суета и беспокойство ни на минуту не прекращаются. Для них тут же находятся новые поводы, ведь остается еще так много того «архиважного» и «сверхнужного», что надо доделать, достать, додумать, договорить, досмотреть…
Всегда ли люди были такими суетными, озабоченными? Неужели такова наша странная и печальная судьба – безостановочно и безрассудно мчаться к иллюзорным целям, откладывая реальную жизнь на потом?
Душа и общество
Давайте-ка на минуту перенесемся в далекое прошлое человечества, в бронзовый век, к нашим древним предкам-язычникам, которых в той же мере можно считать и далекими предками вышеупомянутого царя Соломона.
Вот мои любимые строки из «Атхарваведы» – сборника заклинаний, созданного три с половиной тысячи лет назад индоарийскими жрецами:
Солнце – мой глаз.
Ветер – дыханье.
Воздух – душа.
Земля – мое тело[2].
Иногда я повторяю это четверостишье вслух, не спеша, вслушиваясь в слова. На меня это действует так же умиротворяюще, как на некоторых людей – чашечка кофе. Идя по улице или остановившись в степи во время велосипедной прогулки, я смотрю вдаль, на плывущие облака и медленно шепчу эти волшебные строки. Они вибрируют благостным ритмом и стелются под ноги невидимым мостиком, по которому сознание переходит на берег бытия. Эти слова вселяют уверенность. Они просто, ясно и точно передают мироощущение древнего человека: я – весь этот мир, я – един с бытием, я и есть бытие. И это не поэтическая аллегория, не греза, не духовная цель, не самовнушение, а просто констатация факта.
Солнце – это мой глаз. Земля – это мое тело. Так древний человек чувствовал мир и себя в нем. Не правда ли, жизнеутверждающе? Попробуйте представить, что вы индоарийский язычник: каково это – ощущать себя великим и бессмертным, как сама Вселенная?
Со времен «Атхарваведы» человечество изменилось. Людей на планете стало во много раз больше, усложнилась мораль, возникли государства со сложным социально-политическим устройством, развились экономика, наука и культура. Современный человек представляется нам куда более прогрессивным, чем его далекий предок. Он расщепил атом, ступил на Луну, опутал планету паутиной Интернета, в несколько раз увеличил среднюю продолжительность жизни и т. д. Это факты, с которыми не поспоришь. Но изменилась ли его душа – то настоящее «Я», которое он обнаруживает внутри себя, когда закрывает глаза и на минуту забывает о суете? Стала ли она другой, более современной?
На этот вопрос я уверенно отвечаю: то, что люди называют душой, осталось прежним. Как бы далеко человек ни уходил от своего первобытного прошлого, как бы ни торопил приближение высокотехнологичного будущего, природа его души неизменна: она соткана из энергии бытия, а вовсе не из цифр или слов. У нас и наших далеких предков идентичные души. А это значит, что, если на минуту выбросить из головы мысли о текущих делах и посмотреть на мир ясным взглядом, мы увидим те же облака и то же солнце, что видели люди тысячи лет назад. Для того душа и приходит в тело – чтобы увидеть этот мир, потрогать его руками, походить по нему босиком.
Взгляните на младенца: он естественен и ничем не отличается от младенца, рожденного десять тысяч лет назад. Его сознание пока еще ясно, как безоблачное небо. Его душа неразрывно связана с телом. Никакие общественные правила, моральные убеждения, принципы и допущения не имеют над ним власти. В мозге младенца только начинают формироваться нейронные сети, которые в будущем обусловят его поведение, в его мире пока не существует ничего, кроме чистого, как горный хрусталь, бытия. Он не думает, не планирует, не вспоминает, не гордится, не винит себя, не завидует – он просто присутствует. Он – есть.
Что это вообще такое – быть? Бытием обладают или в нем живут? А может, им являются? Задумывались ли вы об этом?
Даже современные философы-онтологи, тесно сотрудничающие с нейробиологами и физиками, до сих пор не могут дать исчерпывающие ответы на эти вопросы, и между тем каждый из нас прекрасно понимает, что такое бытие. Ведь нет ничего проще! Еще до того, как мы выучили первое слово, не научившись толком отделять себя от окружающего мира, мы уже были наделены нервной системой, соединяющей сознание с органами чувств, и это замечательное устройство давало нам возможность воспринимать бытийную реальность с помощью чистого ощущения.
Давайте проверим (вспомним!), как это «работает». Вот простейшее упражнение.
Упражнение 1. Я – есть
Сядьте, закройте глаза, сделайте глубокий вдох и медленно выдохните. Представьте себе, что вы – душа, пришедшая в физический мир из некой таинственной сферы, в которой живут души, и воплотившаяся в теле. Осознайте это воплощение. Скажите мысленно: «Я – есть». Ощутите тело, которое вы собой наполняете, проникните в него вашим сознанием. Внимательно и максимально тонко сосредоточьтесь на этом ощущении, постарайтесь как можно дольше удержать его, не переключаясь на посторонние мысли, – просто «проживайте» самого себя. Не ждите, что за этим последует, не предугадывайте, не анализируйте состояние, в котором находитесь, не сравнивайте его ни с чем – смотрите на ваши телесные ощущения так, словно воспринимаете их впервые в жизни.
Это упражнение кажется несложным. Тем не менее его можно считать базовым: оно положено в основу других упражнений из практики эмбодимента, которые помогают вернуть состояние бытийности, сделать его привычным. Я рекомендую повторить его несколько раз и в дальнейшем практиковать хотя бы раз в день.
Обратите внимание на следующие моменты:
как долго вам удалось удерживать внимание на телесных ощущениях;
как вы оцениваете интенсивность ощущений (яркие, глубокие или, наоборот, поверхностные, зыбкие);
были ли телесные ощущения приятными.
Задумайтесь, но не спешите давать ответы на приведенные вопросы: вы сможете сделать это в ходе дальнейшей работы над книгой.
Итак, каждый из нас от рождения наделен умением осознавать свою душу и ощущать собственное тело – бытийствовать. Способность воспринимать свое присутствие в бытии – важное свойство здоровой психики и центр ее равновесия. В самом раннем возрасте, когда память еще не содержит знаний о мире, ребенок уже ощущает существование, и эта фиксация присутствия в бытии – исходный пункт его жизни, точка отсчета. Он опирается на ощущение присутствия в мире как на фундамент, и именно на нем будет в дальнейшем выстраивать личность. При определенных настройках ума любой человек способен ощутить легкость и свободу этого изначального младенческого бытийствования.
Если мы прислушаемся к ребенку внутри нас, глаза наши вновь обретут блеск. Если мы не утеряем связи с этим ребенком, не порвется и наша связь с жизнью.
Духовно-телесная бытийность – тот центр, из которого каждый человек, родившись на свет, растет в мир человеческого общества. И вот как раз с этим непростым процессом «врастания» в общество, в ходе которого нам предстоит забыть о младенческой бытийности, связаны ожидающие нас жизненные трудности.
Стремительно разворачивающийся перед взрослеющим человеком мир общества слишком отличается по своей природе от души. Это словно две абсолютно непохожие друг на друга вселенные. У общества – свои специфические свойства и собственные потребности, часто не совпадающие с потребностями человеческой души. У общества есть язык общения, правила поведения и масса всевозможных понятий, а у души изначально ничего этого нет. Душа человека природна и самодостаточна, ее невозможно ни улучшить, ни ухудшить, а общество искусственно и несовершенно, поэтому нуждается в постоянном изменении, улучшении. Душа не терпит подчинения правилам, а общество построено на верховенстве ограничений и запретов. И, чтобы научиться соответствовать обществу, приспособиться к его правилам, душа должна пожертвовать изначальной свободой, уступить место активно формирующейся личности, дать ей возможность развиться. Сама же душа вынуждена ограничить себя и уйти в тень.
Нет ничего удивительного в том, что душа воспринимает общество как чуждую среду. Практически каждый ребенок чувствует это, поэтому, когда наступает время приспосабливаться к среде, нередко возникают проблемы. Несмотря на быстрое развитие головного мозга в первые годы жизни, заложенную в генах программу познания мира и стремительный процесс формирования нейронных связей, ребенок часто бывает не готов беспрекословно принять правила навязываемой ему игры. Он медлит, сопротивляется, а любая излишняя настойчивость со стороны родителей или воспитателей (представителей общества) вызывает в нем еще большее сопротивление.
Тем не менее, подрастая, приходя в коллектив, большинство детей пытается подавить в себе это сопротивление. Маленький человек понимает, что ему нерезонно идти не в ногу с обществом, бунтовать. И чем глубже ребенок осваивает правила общественной игры, тем больше соглашается с тем, что они разумны.
Конечно, способности к адаптации в обществе у всех людей разные. Они зависят от индивидуальных психофизиологических свойств, темперамента, психотипа и т. д. Некоторые с легкостью становятся органической частью сообщества, принимают его правила, увлеченно вступают в игру. У других с этим бывают серьезные трудности, они не могут вписаться в коллектив, завести друзей, завоевать авторитет. Кое-кто и вовсе не способен к обычному общению. Он боится жертвовать бытийным одиночеством и всячески избегает людей.
Всякое приспособление есть частичная смерть, исчезновение частички индивидуальности.
Тех, кто сторонится общества, называют социопатами, маргиналами, странными. Но даже и они в течение жизни продолжают совершать попытки адаптироваться.
Вот пример.
Ирина У., 29 лет, работает художником. Малообщительна, живет с матерью. В детстве любила подолгу быть одна, могла часами не выходить из комнаты, где большую часть времени занималась рисованием, лепкой из пластилина, разглядыванием картинок и репродукций или просто подолгу сидела у окна. Признается, что панически боялась общения с другими детьми и не помнит ни единого случая, когда играла бы с ровесниками во дворе или школе.
Ирина не аутист, но она крайний интроверт. Ее душа не сумела сформировать вокруг себя достаточно функциональную личность, которая стала бы надежным проводником в общество, зато ей комфортно в одиночестве.
Вплоть до старших классов Ирина ни разу не отвечала у доски. Учителя с разрешения директора делали ей поблажки, и большинство заданий она выполняла письменно. Одноклассники часто посмеивались над Ириной, что воспринималось ею болезненно. Ирина отказывалась ходить в школу, и в старших классах ставился вопрос о переводе ее на индивидуальное обучение, но школьный психолог посоветовала продолжить учебу в классе. Постепенно, с поддержкой со стороны мамы, психолога и учителей Ирина все же адаптировалась к жизни среди ровесников и даже научилась отвечать у доски. У нее появились приятели.
После школы Ирина окончила художественное училище, нашла работу. Однако проблемы не остались в прошлом. Ирина по-прежнему предпочитает одиночество. И все так же, преодолевая психологические трудности, жертвуя комфортом, она настойчиво пытается приспособиться к обществу.
Но какими бы ни были врожденные и приобретенные особенности нашей психики, нам всем здесь жить: общество – среда нашего обитания. Кому-то в нем проще, кому-то труднее, но даже такие крайние интроверты, как Ирина, вынуждены признавать его ценность. Если бы люди отказались социализироваться, общество развалилось бы, и тогда нам пришлось бы поодиночке противостоять силам природы. Человечество снова оказалось бы в далеком доисторическом прошлом, среди дикой природы и хищных зверей. Представьте себе этот мир без науки, технологий, медицинской помощи, образования и культуры, где каждый выживает как может: все блага, с трудом созданные историей, были бы безвозвратно утрачены.
Лично я в такой сценарий абсолютно не верю. Я убежден, что, несмотря на гипотезы футурологов и фантастов-антиутопистов, общество вряд ли развалится. В нем, как и в отдельном человеке, заложен мощный инстинкт самосохранения, который неразрывно связан с биологическим. Именно благодаря возможности объединиться в род, общину когда-то люди сумели пережить ледниковый период и другие катаклизмы, а затем построить цивилизацию. Наши гены хранят память об этом непростом пути, в них заложено уважение к опыту предков. Вот почему любой из нас ощущает едва ли не инстинктивную потребность подстроиться под ритм общества, приспособиться к нему, стать его частью.
Но нельзя не замечать, что для каждого нового поколения эта задача становится все труднее. Стремительно развиваясь, общество перестает учитывать бытийные потребности отдельного человека. Мир действительно становится все более антиутопичным. Правила общественной игры усложняются, и современным людям приходится приспосабливаться к ним практически на бегу. Это серьезнейшее испытание для нервной системы и всего организма и чревато последствиями для здоровья.
Как ни странно звучит, человеку в этом мире в буквальном смысле
Я часто имею дело с людьми, страдающими тревожными расстройствами, паническими атаками, неврозами, экзистенциальным кризисом. Эти состояния развиваются из-за слишком высокого темпа жизни, частых стрессов, безуспешных попыток контролировать события, профессионального выгорания, психологических травм, утраты смысла жизни и, конечно, разрыва связи между душой и телом, отсутствия привычки фиксировать свое присутствие в бытии. Когда я рассказываю этим людям о бытийности, о единстве души и тела, объясняю суть практик эмбодимента, то нередко слышу в ответ: «Но ведь это же элементарно!»
Современному человеку действительно кажется, что в любой момент он способен зафиксировать сознанием свою бытийность – ведь это не сложнее, чем ощупать свое тело руками: вот же он, я, – я это чувствую. Проблема в том, что он никогда не делает этого. На него наложено колдовство, но он все откладывает и откладывает момент избавления, и это особо тяжелая и опасная разновидность прокрастинации. Глубоко в душе человек чувствует, что с ним что-то не так, ищет способы изменить свою жизнь, но даже если он и попытается вынырнуть на миг в реальность, то лишь для того, чтобы, вдохнув полной грудью воздуха бытия, тут же забыть о себе и снова с головой погрузиться в суету виртуального мира.
Беда в том, что современный человек элементарно не владеет искусством долгого пребывания в бытии. Его мозг не приучен к этому – не сформировались соответствующие нейронные связи, поэтому бытийности нет в его традиции. Он не внес ее в свой ежедневник, а опыт показывает: что не вписано в ежедневник черным по белому, то никогда не выполняется.
Один из величайших парадоксов в эволюции человека заключается в том, что, пытаясь царствовать над природой, при этом суетливо гоняясь за материальными благами, он ничего не приобрел, а, наоборот, существенно ослабил связь с бытием, забыв, что является его неотделимой частью.
С каждым столетием и даже десятилетием человек все больше утрачивает остатки бытийной культуры. С билбордов и витрин, с компьютерных мониторов и экранов телевизоров к обществу обращается всевозможная реклама – коммерческая, социальная, политическая. Она учит человека тому, что он должен делать, она гипнотизирует, повелевает, очаровывает. Реклама инсталлируется в нейронную сеть мозга в виде готовой программы, которая управляет жизнью, отвлекая от телесного бытия, от феномена присутствия. Доверяя таким программам, люди поддерживают друг в друге веру в то, что практические ценности важнее, весомее душевно-бытийных. На деле же это элементарный конформизм, заражающий ум и ведущий к утрате способности быть самим собой. Конечно, стремиться к повышению качества жизни, к адаптации и высокому рейтингу в обществе – логично и разумно, но насколько оправданны попытки обмануть собственную природу?
До тех пор, пока человек зависит от мнения других и от событий внешнего мира, он крайне уязвим и непременно несчастлив.
В последние десятилетия общество окончательно вступило в информационно-технологический этап развития. Ежедневно на людей обрушиваются терабайты информации, которую приходится перерабатывать, сортировать, запоминать, отсеивать… Многократно в разных формах человеку демонстрируются ценности современного общества, к которым надлежит стремиться. Впереди его ждут всевозможные бонусы и масса удовольствия, если он проявит больше усердия и активности. А для того, чтобы достичь результата, надо сильно-сильно захотеть и много-много поработать, и чтобы получше распалить азарт, приводятся бесконечные примеры тех, кто уже достиг успеха: «Посмотри: они смогли. Не попробовать ли и тебе?»
Безусловно, в этом есть логика. Большинство навязываемых мотивов кажутся действительно убедительными, а примеры поведения – оправданными. Стремиться к успеху в обществе людей заставляет банальный инстинкт самосохранения, ведь каждое живое существо – не только человек – желает жить сытно и комфортно.
Но что, если в предлагаемом алгоритме жизни заложена маленькая ошибка, грозящая серьезными проблемами? Какие опасности подстерегают человека, жертвующего тем, без чего невозможно сохранить психическое здоровье, – энергией сознания?
Творящая энергия сознания
Представьте себе, что вы волшебник из детской сказки и у вас есть магическая сила, которой вы распоряжаетесь по своему усмотрению: сила, меняющая реальность. Вы можете взять камень и с помощью этой силы превратить его, скажем, в золото. Встретив несчастного, больного нищего, вы с легкостью сделаете его здоровым и счастливым. Оказавшись в безжизненной пустыне, вы незначительным волевым усилием сотворите прекрасный оазис.
Представили? А теперь выполните это упражнение, состоящее из двух частей.
Упражнение 2А. Волшебство
Закройте глаза и нарисуйте в пространстве вашего воображения цветок. Используйте творческие возможности фантазии, не скупитесь на краски и формы, сотворите с помощью энергии вашего сознания настоящее чудо. Даже если ваше воображение устроено таким образом, что вам трудно визуализировать что-либо, все равно подумайте о цветке, опишите, каким бы вы хотели его видеть. Помните: вы – волшебник. Дайте распуститься вашему творению. Полюбуйтесь результатом и… откройте глаза.
Пока вы практиковали упражнение 2А, ваше сознание было занято творческим процессом. Неважно, насколько хорошо развито ваше воображение и в какой степени выражены художественные способности: разумеется, у всех они разные. Так или иначе, вы умеете представлять и в какой-то мере оказывать влияние на образы, созданные вашим воображением.
Теперь перейдите к выполнению второй части упражнения.
Упражнение 2Б. Созерцание тела
Сконцентрируйте внимание на вашем теле. Рассмотрите его снаружи, а затем ощутите изнутри – почувствуйте его температуру, вес, мышечный тонус, границы, форму… Зависните в этом состоянии. Уделите некоторое время (от пяти до десяти минут) внимательному созерцанию вашего тела.
Завершите упражнение.
Теперь подумайте вот о чем. Пока вы выполняли упражнение 2А, существовало ли в поле вашего восприятия ваше тело? И наоборот, существовал ли для вас придуманный вами цветок, когда вы созерцали тело, выполняя упражнение 2Б?
Что происходило в вашей психике в обоих случаях?
Способность сознания переключаться с объекта на объект философы и психологи называют интенциональностью. Сознание управляемо волей. Создавая в воображении виртуальный цветок, вы давали ему силу, питали его творящей энергией. В это время для вас не существовало объекта из второй части упражнения, вам было не до него. И наоборот, пока вы воспринимали реальный объект – тело, пока энергия вашего сознания наполняла его бытийностью, вы забывали о цветке и, даже если краем ума и помнили о нем, не могли дать ему такой объем энергии сознания, как во время выполнения первой части упражнения.
Это упражнение наглядно показывает, как человек, распоряжаясь энергией сознания, способен волевым усилием поочередно «включать» для себя два мира – виртуальный и реальный, причем в течение дня он выполняет это упражнение неоднократно.
Что в это время происходит в мозге? В первом случае биоэлектрическая активность усиливается в теменной области коры. Это место своего рода творческая мастерская: тут рождаются образы, фантазии. Информация о плодах воображения передается в затылочную (зрительную) область, где происходит процесс визуализации. Таков механизм воображения, помогающий человеку увидеть то, чего нет на самом деле, или то, что уже прошло.
Во втором случае сначала активируется затылочная область коры, поскольку здесь собирается информация, полученная от органов зрения. Эта информация – готовый эквивалент реальности. Также активируются продолговатый мозг и та часть коры, которая отвечает за экстеро-, проприо- и интероцептивные (внешние, пространственные и внутренние) ощущения.
Как видите, главным действующим лицом в обоих упражнениях является управляемое человеком сознание – именно оно активирует определенные участки мозга.
Для наглядности можно провести параллель между работой сознания и активностью мозга. «И. П. Павлов образно представлял сознание как перемещающуюся по коре зону повышенной возбудимости – “светлое пятно сознания” на темном фоне остальной коры. В настоящее время, согласно данным, полученным с использованием метода ПЭТ-томографии, зона локальной активации действительно имеет вид светлого пятна на темном фоне»[3]. Это пятно (реверберация импульсной электрической активности в замкнутых цепах нейронов), блуждающее по коре мозга, «высвечивает» определенные участки, оставляя остальную часть мозга как бы в тени. Можно предположить, что, когда сознание поглощено мышлением, воображением и прочими виртуальными процессами, наше духовно-телесное «Я» остается где-то там – за пределами мозговой активности.
И созерцание, и воображение – активные процессы, происходящие при участии человеческой воли. Когда человек прислушивается к телесным ощущениям, он с помощью сознания самостоятельно проявляет для себя физическую реальность бытия, как фотограф проявляет фотографию. Когда же он погружен в фантазии, то отключается от реальности и оказывается в виртуальном пространстве, которое создает с помощью все той же энергии сознания в своем воображении. Следовательно, переход от реальности к виртуальности – волевое действие.
Часто бывает, что человек, увидев нечто реальное, прибавляет к нему воображаемое, дополняет его образом, которому в физическом бытии нет эквивалента.
На этом основана общественная игра, в которой нет духовно-телесных «Я», а есть персонажи. Вот простой пример: солдат видит перед собой генерала, хотя в действительности перед ним просто человек со знаками различия на одежде (погонами и т. п.). Человек со знаками различия – реальность, генерал – виртуальность[4].
На поддержание жизнедеятельности сложного виртуального мира, полного образов и сюжетов, уходит большая часть энергии сознания – та самая «магическая сила», которую человек может использовать по своему усмотрению. Вернее, мог бы использовать, если бы его обучили искусству отличать виртуальность от реальности и гармонично их совмещать.
Допустим, кто-то планирует приобрести машину. Или придумывает способ заработать побольше денег. Или занимается общественной либо политической деятельностью. Пока он тратит энергию на осмысление всевозможных социальных и других явлений и связей между ними, его духовно-телесное «Я» находится за пределами осознания и жизнь проходит вне бытия. Он не замечает, как эта
Как правило, такой человек считает себя реалистом, а уж никак не мечтателем, ведь он прагматик и рассуждает исключительно о реальных, как ему кажется, вещах (машина, деньги, работа, политика). Но на деле вся реальность, с которой он взаимодействует (этот тип реальности еще называют социальной реальностью), находится лишь в его воображении и представляет собой интерпретацию – искаженное отражение истинного бытия.
Что из этого следует? А то, что любой так называемый прагматик на самом деле фантазирует, витает в иллюзиях. Он генерирует образы в теменной области коры головного мозга, в то время как настоящим реалистом по праву можно назвать лишь человека, чье присутствие в бытии не ускользает от его внимания, – йога, сосредоточенно созерцающего кончик собственного носа. Звучит парадоксально, не правда ли?
Возможно, у кого-то из читателей возникнет аргумент: но ведь современный человек не йог-отшельник, чтобы с утра до вечера сидеть в позе лотоса и созерцать кончик носа. Как ни крути, ему надо работать, чтобы обеспечить себя хлебом насущным. И он будет прав. Человек – существо и социальное, и бытийное одновременно. Обе сферы важны для него. А это значит, что ни одна из сфер не должна быть им переоценена: истина всегда там, где золотая середина.
Кризис существования: душа и тело на поле боя
Итак, мы пришли к выводу, что современный человек нерационально распоряжается энергией своего сознания. Как это ни странно, ему бывает сложно отличить виртуальность от реальности, поэтому, отдавая энергию сознания виртуальным процессам, в которые погружена его личность, он оставляет душу голодной и оторванной от тела, что рано или поздно приводит к ее истощению.
Среднестатистический человек расходует огромный объем сознательной энергии на обработку виртуальных процессов, в том числе и тех, которые не имеют для него ни малейшего значения, а иногда и крайне вредны. Всякий раз он пытается оправдать свои мысли, поступки, образ жизни, наделить их смыслом, но со временем приходят усталость, разочарование, а с ними – экзистенциальный кризис.
Вот типичный пример того, как неконтролируемые виртуальные процессы в человеке подавляют бытийность и вызывают расстройства психики.
Наталья Ф., 42 года, работает госслужащим, ежедневно контактирует с большим количеством людей, выполняет много «бумажной» работы. Замужем, имеет дочь. Предрасположена к переживаниям, мучительной рефлексии, нервозности. Наталью часто посещают навязчивые мысли и дурные предчувствия. Любая, даже самая незначительная неприятность представляет для нее серьезный стресс, должна быть многократно осмыслена. Но и после того, как все возможные выводы, казалось бы, сделаны, этот процесс не останавливается. В воображении непрерывно прокручивается сюжет, в котором она многократно играет одну и ту же роль, и временами это становится невыносимым.
Порой Наталье кажется, что с кем-то из ее близких может произойти несчастный случай. Наталья не способна контролировать эти мысли. В периоды, свободные от работы, она пытается найти себе занятие, на котором можно сосредоточить внимание, иначе неприятные мысли опять завладеют ее сознанием. В последнее время у нее усилилось чувство неполноценности, появилась привычка к самообвинениям. Также стала отмечать напряжение в мышцах, периодическую дрожь в теле, головокружение, потливость, сухость во рту и т. д. Она пытается с этим бороться, но безрезультатно. Ни разъяснения психолога, ни занятия йогой, ни медитации, ни аутотренинг ей не помогают.
У Натальи генерализованное тревожное расстройство. Состояние периодически обостряется и купируется только транквилизаторами, которые, в свою очередь, вызывают неприятные побочные эффекты – снижение внимания, вялость, сонливость, а самое главное – зависимость. «Это просто какой-то замкнутый круг!» – в отчаянии признается Наталья.
Начинаются подобные расстройства постепенно. Бесконечные тревожные раздумья по поводу неудач, рутина на работе и в быту, негативные новости в СМИ, «зависание» в соцсетях, пустые разговоры со знакомыми – все это зацикливает, выматывает, ослабляет нервную систему, ведет к хронической
«Поселившись» в виртуальном пространстве, подчинившись его темпу, увязнув в суете и погоне за ложными ценностями, человек утрачивает прочную связь с бытийным миром, «забывает» о нем. К сожалению, эта «амнезия» не проходит без последствий. С годами нехватка себя может становиться такой острой, что душа буквально слепнет, глохнет, немеет, съеживается в темноте внебытийности, она задыхается от нехватки жизненной силы – творящей энергии сознания. Это состояние сравнимо с ишемией тканей или инфарктом миокарда, когда участку органа не хватает кровоснабжения, а значит, кислорода и питания. Такая нехватка энергии сознания становится причиной глубоких экзистенциальных проблем, приводит к состоянию, которое часто называют кризисом среднего возраста.
Под
Елена Ф., 46 лет, работает медсестрой в поликлинике, разведена. Живет одна. Ведет малоподвижный образ жизни, курит. Жалуется на бессонницу, тоскливое настроение, постоянную усталость, потерю интереса к окружающему, чувство собственной никчемности.
Раньше Елена вела активную жизнь, была общительна, имела широкий круг знакомств. К жизни относилась творчески, самозабвенно предавалась реализации своих планов. Сначала видела свое предназначение в поддержке мужа, который работал на производственном предприятии и, по ее мнению, должен был сделать карьеру. Не раз уговаривала его сменить место жительства и работу, в связи с чем часто приходилось менять образ жизни. Поняв со временем, что у мужа нет карьерных амбиций, переключилась на саморазвитие. Уже в зрелом возрасте получила заочное образование и диплом психолога, правда, так и не смогла найти работу по специальности.
Несколько лет назад развелась с мужем ради любовника, с которым планировала в будущем заняться совместным бизнесом, но отношения не сложились и с любовником тоже пришлось расстаться.
Оставшись в одиночестве, впала в депрессию, из которой выбиралась долго и трудно. Перенесенная депрессия сказалась на состоянии здоровья: Елена располнела, у нее стало повышаться артериальное давление, начались головные боли. Обследовалась, лечилась по поводу вегетососудистой дистонии и других заболеваний.
Елена считает себя нереализованной; часто подолгу, но безрезультатно думает о смысле и цели своей жизни, анализирует прошлое, испытывает чувство вины. Полгода назад вернулась депрессия, на этот раз в более тяжелой форме. Рассеянность, апатия, раздражительность, недовольство собой, ощущение бессмысленности жизни стали постоянными спутниками. Убеждена, что жизнь прожила неправильно, и не видит способа это исправить. Лечение антидепрессантами приносит временный эффект, но через несколько недель после окончания курса депрессия возвращается.
Так выглядит экзистенциальная депрессия, связанная с кризисом среднего возраста, который, надо заметить, в последние десятилетия значительно помолодел. Если раньше его связывали с возрастом 40–45 лет, то теперь, с широким распространением стереотипа, что уже к 30 годам человек обязан реализоваться, построить карьеру, разбогатеть и т. д., это состояние по понятным причинам может возникать в гораздо более раннем возрасте.
Душа человека, самозабвенно рвущегося к цели, с годами настолько устает от хронической «внебытийности», что взывает о помощи к разуму.
На каком языке говорит душа? Оторванная от тела, подавленная, загнанная в тень, она подает сигналы в виде болезненных ощущений и необычных симптомов, которые нередко вводят в недоумение врачей. Испытывая трудности с дифференциальной диагностикой, они вынуждены говорить о развитии у человека психосоматического заболевания, и в этом есть логика.
Нет телесной болезни отдельно от души.
Вот еще один пример.
Алла С., 37 лет, менеджер на крупном предприятии. Работа связана с частыми интеллектуальными и эмоциональными перегрузками, постоянным нервным напряжением. Замужем, двое детей. Жалуется на периодические приступы сердцебиения, сопровождающиеся внезапной слабостью и тошнотой. Около года назад после перенесенного стресса с жалобами на сильные боли в сердце поступила в терапевтическое отделение. Обследована, на ЭКГ не выявлено изменений, установлен диагноз «невроз сердца».
Несмотря на проводимое симптоматическое лечение, боли практически не уменьшились, но через два дня (когда обстоятельства, вызвавшие стресс, были улажены) неожиданно прошли полностью. После выписки из отделения чувствовала себя абсолютно здоровой, но после очередного конфликта на работе приступ повторился и с тех пор повторяется регулярно с разной степенью интенсивности. Характерна связь приступов со стрессами и увеличением нагрузки на работе в конце каждого месяца, зато во время отпуска не наблюдалось ни одного приступа.
Немецкий философ и психоаналитик Эрих Фромм в своей знаменитой книге «Иметь или быть?», противопоставляя идеалы индустриального века счастью отдельной личности, писал: «Мы живем в эпоху небывалого социального эксперимента, который должен дать ответ на вопрос, может ли достижение наслаждения (как пассивный аффект в противоположность активному состоянию радости бытия) обеспечить решение проблемы человеческого существования»[5].
С тех пор как он это написал, прошло 40 лет, и сейчас мы уже можем сделать выводы о том, к чему привел этот грандиозный эксперимент.
Заглянем в статистику Всемирной организации здравоохранения. За последние 65 лет число неврозов возросло в 24 раза, а депрессия, которой уже сейчас страдает около 10 % населения, по подсчетам ученых, уже к 2020 году займет первое место среди прочих заболеваний. С каждым десятилетием становится все больше людей, которые страдают от нейроциркуляторной дистонии, вегетососудистых расстройств, заболеваний органов дыхания, сердечно-сосудистой системы, желудочно-кишечного тракта и т. д. Причина этих заболеваний – перенапряжение нервной системы, хронический стресс, профессиональное выгорание, которые неизбежно сопровождают современного человека, стремящегося к достижению успеха. Даже завершив трудовую деятельность, выйдя на заслуженный отдых, большинство людей не способны переключить сознание на восприятие бытийного, они по-прежнему заняты поисками и перевариванием большого количества информации, и отвлечь их от этого процесса может лишь серьезное ухудшение здоровья.
Именно самые простые истины человек постигает позже всего.
Неудивительно, что число людей, которых дефицит бытийности привел к психическим расстройствам и психосоматическим болезням, с каждым годом становится все больше. К сожалению, научная литература и официальная медицина пока молчат о том, как этого избежать. Бытийности не учат в семье, где, казалось бы, люди больше всего должны заботиться друг о друге. А в сообществах, где социальный порядок является строгой необходимостью (учебные заведения, предприятия, корпорации и т. п.), экзистенциальные потребности, желание быть собой и вовсе под запретом.
В итоге чем больше отдельный человек жертвует бытийностью во имя общественных ценностей, тем сильнее само общество загоняет себя в ловушку. Оно все больше становится похожим на змею, кусающую себя за хвост. Общество, призванное защищать человека, мало-помалу его уничтожает, отнимая у него способность осознавать свое уникальное существование и делая слабым, уязвимым и больным.
Один мой знакомый психотерапевт по этому поводу любит говорить так: «Свято место пусто не бывает. Если ты не находишь времени на то, чтобы побыть собой, тогда твое место займут проблемы, навязанные тебе окружающими».
Но не странно ли, что природа, под контролем которой человек находился много лет, допустила эту нелепую ошибку? Как такое возможно? Мы обладаем физическим телом, которое живет во времени и занимает определенное место в пространстве, у этого тела есть мозг, сложная нервная система, сознание, чувства, но разум фиксирует факт нашего присутствия в мире в исключительно редкие моменты. Остальная же часть жизни происходит как бы не с нами, а лишь с воображаемым образом, с которым мы себя отождествляем.
Все дело в универсальности сознания. С одной стороны, оно представляет собой комплекс сложных процессов, происходящих в мозге, направленных на познание мира, принятие решений и осознанное поведение, а с другой – участок мозговой активности, перемещающийся по коре, по сути – биологическое электричество, поочередно активирующее отдельные участки мозга.
Вспомните упражнение 2. Сознание – это творящая энергия, которая проявляет, делает видимым то, на чем сосредоточено наше внимание. Если мы смотрим на предмет А, он существует для нас. И чем пристальнее внимание, тем он ближе и реальнее. Но когда мы переключаем внимание на предмет Б, предмет А как бы утрачивает плотность, значимость, он становится размытым, отодвигается в тень или вовсе перестает существовать для нас – теперь он за пределами нашего сознания. Так, перераспределяя внимание с объекта на объект, мы изменяем степень их существования для нас.
Упражнение 3. В двух измерениях одновременно
В каком бы месте вы ни находились, ощутите свое тело. Сделайте это прямо сейчас, не отрываясь от чтения. Представьте, что вы управляете неким «лучом осознанности», который высвечивает отдельные участки вашего тела в темноте, пробуждая в нем телесные ощущения.
Начните с затылка, почувствуйте его реальность, затем медленно опустите «луч осознанности» к шее, «прощупайте» область лопаток, поясницу, ягодицы и т. д.
Не торопитесь, вы можете ненадолго останавливать движение вашего луча, чтобы лучше прочувствовать отдельные области вашего тела. При этом не сосредотачивайтесь чрезмерно, не пытайтесь достичь какого-то сверхъестественного эффекта – просто позвольте себе воспринимать обычные тактильные ощущения и мышечное чувство, сигналы, которые тело постоянно посылает в ваш мозг и на которые вы обычно не обращаете внимания. «Луч осознанности» поможет вам в этом, научитесь им управлять.
Постепенно расширьте сферу восприятия. Осознайте целиком всю верхнюю часть тела, затем – всю нижнюю и, наконец, все тело сразу. Зависните на какое-то время в этом состоянии.
Напоминаю: делайте это, не отрываясь от чтения (или выполнения другой умственной работы).
Раз в день практикуйте это упражнение в течение минуты.
«Я-естьность» как опора жизни и исходная точка развития
Однажды наступает счастливый момент. Человек делает удивительное открытие: острее обычного он осознает, что, несмотря на все житейские проблемы и множество нереализованных планов, он все-таки
«Вот же я, здесь. Существую! В пространстве, в теле, в настоящем…» – думает он, удивляясь тому, как исключительно редко позволяет себе просто быть, присутствовать в реальном мире – здесь и сейчас. Как это замечательно – осознавать свое духовно-телесное существование. Суета отступает, сознание проясняется, и в эту минуту человека охватывает чувство легкости, свободы и полноты жизни.
Я – ЕСТЬ!
Вот она, чистейшая бытийность – самое естественное и приятное, но в то же время такое неуловимое состояние. Оно может охватывать спонтанно во время любования природой, слушания музыки, чтения книги, питья кофе, принятия ванны или даже просто так.
Спросите человека в момент такого духовно-телесного прозрения: «В чем смысл твоей жизни?» Ответ очевиден: «В том, что я существую».
Но такой счастливый момент случается не с каждым. Кому-то о состоянии бытийности (вернее, о его острой нехватке) приходится задумываться уже в процессе решения психологических проблем – в кабинете психолога или психотерапевта. Робко и неуверенно человек ищет себя – правда, не в духовно-телесных ощущениях, а в собственном воображении, в воспоминаниях, в планах на будущее… «Где я? Что я такое? Действительно ли я существую, или мне это только кажется?» – спрашивает он себя, но не находит ответа. Все те догадки и аргументы, которые подсовывает ум, кажутся ему абсурдными. Тем не менее вместо того, чтобы заняться исследованием своей «я-естьности», он продолжает пережевывать мысленную жвачку.
Современным людям, живущим жизнью, типичной для большинства городских жителей, непросто удерживать внимание на идее обретения духовно-телесной «я-естьности»: она кажется эфемерной, поэтому не завладевает широкими массами, а загорается в сердцах единиц. И тому, с кем произошло бытийное озарение, приходится двигаться в одиночку.
Человек, реально вступивший на путь поиска, задается множеством вопросов, которые прежде никогда не приходили ему в голову: «Почему я постоянно забываю о себе и живу в нескончаемых иллюзиях?», «Что значит – быть собой?», «Как мне найти себя и больше не терять?»
Поломав голову над подобными загадками, осознав виртуальность, призрачность львиной доли своей жизни, некоторые из прозревших твердо решают измениться. Они с энтузиазмом хватаются за книги по психологии, записываются на специальные тренинги, ступают на сложный путь переоценки ценностей и внутренней трансформации. Часто это путь болезненного самокопания и неудачных практик, который отнимает время и силы, но так и не приносит действенных результатов, а ведет к разочарованию.
Кто-то спотыкается на первых же шагах, другие упорствуют годами, и лишь единицы добиваются успеха в обретении себя – по крайней мере, так они утверждают.
А возможно ли вообще достичь такого уровня духовно-телесной бытийности, чтобы удерживать это состояние постоянно – 24 часа в сутки, изо дня в день, в течение всей жизни?
Этот вопрос волнует многих. В последние годы все больше ученых задумываются над поиском научно обоснованных методов «удержания и сохранения подлинности, полноты присутствия человека в Бытии»[6]. Все громче в Интернете звучат призывы психологов-практиков и ведущих всевозможных коучингов: «Живите в настоящем», «Будьте осознанны», «Ощутите свое тело»… С каждым годом идея возвращения утраченной бытийности становится актуальнее, а в язык входит все больше терминов и новых устойчивых выражений, связанных с этим понятием. С чего же начать?
Конечно, с практики! Давайте навсегда определимся с тем, чем отличаются друг от друга две формы существования «Я» – духовно-телесное бытийствование и пребывание в виртуальности. Вот простое упражнение.
Упражнение 4. Казаться и быть
Представьте себе мир, в котором вы живете, и себя в нем.
Безусловно, вам и раньше приходилось это делать, поэтому просто вспомните, какие образы обычно возникают в вашей голове, когда вы думаете о себе и окружающем мире. Как выглядит тот мир, что находится в вашем воображении, и как выглядите вы сами?
Теперь посмотрите на ладонь, сосредоточьте на ней внимание, ощутите ее форму, тяжесть, температуру и скажите мысленно или вслух: «Я есть». Осознайте свое присутствие в бытии.
Попробуйте ответить на вопрос: в чем разница между тем человеком, которого вы себе представили, и тем, чье духовно-телесное присутствие вы только что ощутили в реальности?
Для того чтобы объективно ответить на этот вопрос, стоит проанализировать механизмы восприятия в каждом из случаев.
В первом – сознание отражало образ, который воображение создало из фрагментов информации, хранящейся в памяти, – из того, каким вы себя помните и представляете.
Во втором – сознание отражало реальные ощущения: они поступали от физического тела и вашей души. Это не было воспоминанием или фантазией: вы воспринимали самую «свежую» информацию о себе настоящем.
В первом случае вы использовали воображение, во втором – способность ощущать реальность, и в обоих случаях вы, разумеется, использовали сознание, чтобы осветить им субъект восприятия: сознание проявляет, как бы материализует информацию, попавшую в мозг, неважно, из какого источника и каким путем она получена.
Значит, разница и в том, какую информацию вы воспринимали (виртуальный образ или духовно-телесное «Я»), и в том, как вы это делали (с помощью воображения или непосредственно через ощущения).
Вот как описывает свои впечатления после выполнения упражнения 4 Оксана И.: «1. Мир, в котором я живу, – такой разный, интересный, манящий, и я в нем проявляюсь очень по-разному. Он как джунгли, в которых есть все. Иногда я ощущаю себя гурманом, вкушающим и смакующим плоды жизни, иногда ненасытным и голодным бродягой, стремящимся оторвать и умять кусок побольше, не особо заморачиваясь вкусом. Порой, когда мир кажется мне небезопасным и недружелюбным, я становлюсь улиткой, которая прячет свое уязвимое тельце в ракушку, пугаясь и не доверяя. А иногда я – лампочка, которая неизвестно как зажглась и горит.
2. Я смотрю на свою ладонь и произношу: “Я – есть”. Переживание от этого трудно уложить в слова, я чувствую на физическом уровне это переживание, и от него глаза наполняются слезами радости. Я уже не воображаю себя – я вижу и чувствую себя телесно, и это здорово!»
Какие процессы происходят в мозге человека, когда сознание переключается с восприятия воображаемого и хранящегося в памяти на восприятие ощущений тела и души?
За получение, передачу, сбор и переработку сенсорной информации со всего тела отвечает сложная
Функции у левой и правой частей этой структуры разные: левая создает психический образ физического тела (то, что мы ощущаем как форму нашего «Я»), а правая помогает нам ориентироваться в пространстве. Именно благодаря этим участкам коры головного мозга мы отличаем себя от остального мира.
Данные зоны «включены» постоянно и остаются активными даже в то время, когда человек забывает о себе, присутствующем в настоящем моменте. Они формируют телесные ощущения, которые сознание в любой момент может «подержать в ладонях», для этого ему достаточно на них сосредоточиться. Но человек делает это только в случае особой необходимости, потому что умеет выполнять умственные или физические задачи, не отвлекаясь на самоощущение. То есть он может ориентироваться в пространстве, практически не пользуясь сознанием. Переведя управление телом в автоматический режим, он направляет сознание на поддержание активности в тех участках коры головного мозга, где происходит процесс мышления. Благодаря работе этих участков в нашем воображении возникает целая система взаимосвязанных картин, понятий и значений, которую мы обычно и называем своей жизнью. В повседневной деятельности наше сознание полностью поглощено процессами, происходящими в этой виртуальной системе, а зоны, ответственные за ощущение себя, работают автономно, как автопилот в самолете.
Понаблюдайте за человеком, который идет среди уличной толпы, разговаривая по телефону. Он видит в воображении живого собеседника и предмет разговора, ведет диалог, но это нисколько не мешает ему уверенно двигаться, сохранять вертикальное положение и при этом ловко огибать прохожих. Однако если по окончании телефонного разговора задать ему несколько вопросов, нередко выясняется, что он может не вспомнить деталей пути, который прошел, они остались за пределами сознания.
И все-таки, несмотря на то что механизм ощущения нашего пространственного «Я» полностью автономен, мы способны в любой момент, как только пожелаем, переключить его в режим осознанного восприятия, как мы это делали в упражнении 4. Достаточно посмотреть на ладонь и сказать: «Я есть» – или закрыть глаза и прислушаться к телесным ощущениям, и мы как по волшебству снова материализуемся в мире.
А теперь давайте подумаем: для чего природа наградила человека этой способностью? Почему сознание настолько универсально? Какую практическую пользу дает возможность осознавать свое присутствие в реальности?
Попробуем рассуждать от обратного. Представим, что мы от природы лишены способности свидетельствовать факт своего присутствия в мире с помощью ощущений и сознания. Предположим, мы ограничивались бы простым допущением, что мы есть. Но ведь это абсурд! Что такое было бы для нас это гипотетическое «Я есть»? Откуда бы мы вообще узнали об этом «есть»? Чтобы предположить, что что-то есть, надо понимать суть этого «есть» – то есть иметь определенный предварительный опыт постижения феномена существования с помощью ощущений. Сама «я-естьность», которую мы знаем как свойство не только нашего тела, но и души, – не что иное, как ощущение, и с его природой мы можем познакомиться только на собственном опыте. Не попробовав это «есть» на вкус, не осознав его на самих себе, мы не могли бы применить его к другим объектам мира.
Представьте себе это странное состояние полной оторванности от бытия, которое мы испытывали бы, если бы не были способны воспринимать собственное присутствие в мире. Само бытие было бы для нас условностью, а раз так, то природа и весь наш дальнейший путь попросту потеряли бы всякий смысл. Мы не могли бы познавать окружающий мир и даже выдвигать гипотез о нем. Мы превратились бы в бездушные компьютеры, в несовершенные версии искусственного интеллекта.
Именно уникальное существование, непосредственно переживаемое каждым из нас, и само это переживание дают нам возможность приступить к познанию мира: «Я сознаю мир, бесконечно распростершийся в пространстве, бесконечно становящийся и ставший во времени. Я его сознаю, непосредственно наглядно нахожу его – это прежде всего в опыте»[7]. До того как мы предположим, что мир познаваем, существование нашего духовно-телесного «Я» является единственным фактом, о котором мы с уверенностью можем сказать: да,
Следовательно, ощущение собственного присутствия – важнейший источник для получения правды о мире, подтверждения его реальности, главная опора нашей жизни и исходная точка развития.
Субъективность реального и нереальность объективного
Есть в теории познания такое направление – сенсуализм. Его сторонники небезосновательно утверждают, что «нет ничего в разуме, чего не было бы в чувствах» (Nihil est in intellectu quod non ante fuerit in sensu). Одним из первых сенсуалистов был древнегреческий философ Протагор, известный как автор высказывания: «Человек есть мера всех вещей существующих, что они существуют, и несуществующих, что они не существуют». Иначе говоря, каковы ощущения – таков и мир, а если нет ощущений – то нет и мира.
Американский философ Кларенс Льюис для обозначения понятия ощущений предложил термин «квалиа», что в переводе с латыни означает «свойства, качества». Этот термин используют, когда говорят о частных, невыразимых свойствах чувственного опыта, присущих сознанию. Люди не могут сравнить квалиа друг друга, они переживаются индивидуально, но квалиа – это все, что у нас есть, чтобы воссоздавать для себя реальность.
На первый взгляд кажется, что такой субъективный подход ведет в тупик познания, – недаром идеи сенсуалистов подвергаются критике со стороны как материалистов, так идеалистов. Но, с другой стороны, есть важный аргумент, который заставляет задуматься.
Возьмите в руку предмет средней тяжести, например металлический шар. Вы ощущаете его реальность с помощью чувственного восприятия. Закройте глаза, сосредоточьтесь на этом ощущении. Шар, рука, нервные волокна и мозг находятся в одной системе бытия, и информация от нервных окончаний мгновенно передается в мозг. Трансформировавшись в ощущение, она становится доступной сознанию. Какова она – реальность шара, познаваемого ощущением? Что вы о ней знаете?
Вы можете прийти к заключению, что шар тяжелый, – но это мнение будет субъективным, неточным, ведь кто-то другой, взяв в руку этот же шар, сочтет его легким. Значит, шар в вашей руке – субъективная реальность.
Представьте себе, что шар взвесили. После того как вы узнаете, что шар взвешен с помощью весов и получено точное значение, скажем, один килограмм, вы наверняка согласитесь с тем, что это вполне объективные данные, ведь нет причины не доверять весам. В случае если будет сомнение, вы сможете перепроверить эти данные, измерив массу шара на других весах. Когда вы окончательно убедитесь, что масса шара действительно равна одному килограмму, вы освободитесь от субъективной оценки. Шар ни легкий, ни тяжелый, теперь вы знаете точно: его масса – один килограмм.
Между тем полученные в результате взвешивания данные не могут восприниматься как реальность ни вашим «Я», ни вашим телом. Несмотря на то что эти данные объективны с точки зрения физики, вы не способны их ощутить, хотя сколько угодно можете о них рассуждать. Значит, для вас информация о взвешенном шаре с точно определенной массой один килограмм – не более чем виртуальность.
Что же это за парадоксы такие – субъективное, но реальное; объективное, но нереальное?
И если так непросто разобраться с фактом существования шара, то как в таком случае осознать факт существования самого себя? Человек говорит: «Я хочу наполнить свою жизнь истинной бытийностью», но кто он, этот «Я», желающий бытийствовать?
Природное «Я», искусственное «Я»
Итак, перед нами два мира.
Первый – физический, реальный. К нему, исходя из мозга, прорастая сквозь ткани тела, устремляются нервные волокна, увенчанные чувствительными синапсами. Эти синапсы в буквальном смысле впиваются в реальность бытия, давая нам возможность ее воспринять и осознать. Мир, воспринимаемый с помощью ощущений, предстает перед нами материальным и убедительным. Говоря словами Эдмунда Гуссерля, это «мир естественной установки», в котором царит «твердый бытийный порядок пространственного присутствия» «в последовательности времени»[8].
Второй мир – виртуальный. Он находится где-то в коре головного мозга и похож на сложную компьютерную программу, в которой живут образы и воспоминания. В этом мире проходит основная часть жизни взрослого человека. Здесь обитают понятия, смыслы, образы и так называемые фреймы – фрагменты различной степени сложности, из которых человек может создавать воображаемые картины мира. Одни из этих фрагментов заархивированы и спрятаны в глубины памяти, другие хаотично разбросаны по ее поверхности, но сознательные импульсы способны в любой момент собрать их и выстроить в логичные цепочки, создавая таким образом общую картину мира, не менее убедительного, чем тот, который мы воспринимаем с помощью ощущений.
Благодаря универсальности сознания и его творящей энергии человек способен пребывать как в реальности бытия (наблюдение, созерцание, медитация), так и в виртуальном мире ума (рассуждение, рефлексия). Если второй – виртуальный – мир человек самостоятельно создает внутри себя по мере того, как осваивает речь и правила общественного поведения, то первый – реальный – это данность, которую каждый получает с рождения.
Младенец еще не ведает, что у реального мира бывают условные эквиваленты, придуманные людьми (размеры, вес, плотность, формула, атомная масса, рыночная стоимость и т. д.). Он не знает ни слов, ни определений, ни сравнений. В его бытии нет призраков. Его окружает одна сплошная бесконечная и всегда свежая
Любой попавшийся в руки предмет младенец тотчас тянет в рот. Он осязает, облизывает, нюхает, разглядывает, не интерпретируя мир, а воспринимая его в наичистейшем виде. Это прямой контакт, который происходит между бытийным миром и настоящим, природным «Я» – его душой-самостью, слитой с телом, – без посредников.
Позже под влиянием общества (родители, воспитатели) формируется искусственное «Я» (эго, или личность), которое, сосредоточившись на сфере общественной игры, предстает маской – защитным, но в то же время искажающим экраном между душой и миром. Это делает возможной адаптацию к обществу.
Эрик Берн приводит яркий пример того, как человек утрачивает чувство бытийности (Берн использует выражение «включенность в настоящее»), взамен обретая личность.
«Маленький мальчик с восторгом смотрит на птиц, слушая их пение. Вдруг приходит “хороший” отец. Он чувствует необходимость принять участие в развлечениях сына и начинает его “развивать”. Отец говорит: “Это поет сойка, а сейчас чирикает воробей”. Однако, как только мальчик пытается различать птиц, он перестает их видеть и слышать их пение. Теперь он должен видеть и слышать только то, чего хочет его отец. Позиция отца, впрочем, вполне оправданна, так как он понимает, что сын не будет всю жизнь только слушать пение птиц. Чем раньше мальчик начнет свое “образование”, тем лучше. Может быть, он станет орнитологом, когда вырастет. Однако лишь немногие люди могут сохранить свою детскую способность видеть и слышать.
Наверное, поэтому большинство представителей человеческого рода навсегда утрачивают возможность стать живописцами, поэтами или музыкантами, так как они очень рано теряют способность непосредственно видеть или слышать. Это происходит из-за того, что они получают все из вторых рук»[9].
Так и бывает. Если отец повторит несколько раз это имя – Орнитолог, то формирующаяся личность мальчика невольно начнет примерять его к себе. Если отец (представитель общества) будет настойчив, очень скоро самоидентификация мальчика изменится и он потеряет способность смотреть на мир глазами души.
Личность нарочно ограничивает восприятие, сосредотачиваясь на элементах общественной игры, придавая им особую, завышенную ценность и одновременно создавая слепые зоны, в которых теряется информация о бытии.
Мы так привыкаем маскироваться перед окружающими, что в конце концов начинаем маскироваться перед самими собой.
Несмотря на это, способность воспринимать бытие в чистом виде остается и у взрослых, хотя доступ к ней затруднен. Ощущения, какими бы субъективными их ни считали философы, по-прежнему дают человеку самые честные представления о реальности. И наоборот – какими бы убедительными и точными ни были объективные знания, они всегда за пределами реальности. Вы наверняка согласитесь с тем, что не способны телесно воспринимать цифровое значение скорости света, массы водорода или данные спектрального анализа далекой планеты.
Живя той жизнью, которой нас научило общество, мы привыкли считать себя личностью. Мы знаем, что она представляет собой объект социальной жизни и состоит из качеств, воспитанных обществом. Мы также знаем, что личность обитает в коре головного мозга, где пользуется сознанием, памятью, воображением, мышлением и т. д.
Но что такое наша душа – то настоящее, досоциальное «Я», которое воплощено в нашем теле и для которого бытийность – врожденная форма существования и контакта с миром? Можем ли мы это объяснить? Прежде чем углубиться в освоение практики бытийности, мы должны разобраться с тем, что собой представляет эта сущность, которой мы собираемся вернуть ее естественное право быть.
Настоящее «Я», душа, или самость, – трудноопределимый объект психики и один из самых спорных терминов в психологии. Многие авторы предпочитают его обходить или упоминать как можно реже, поскольку те определения, которые даны этому феномену, вызывают немало вопросов и путаницы. Некоторые исследователи приписывают самости свойства эго-личности и наоборот.
Например, американский психиатр Гарри Стек Салливан считал, что самость возникает в процессе развития эго. Большинство же других психологов (к которым отношусь и я) сходятся на том, что самость первична, врожденна и является неким упорядочивающим принципом человеческой психики, его высшей инстанцией и одновременно чувством собственной идентичности. То есть «самость – это не то, что мы выбираем, а то, что выбирает нас»[10].
У Карла Юнга самость имеет трансличностную основу, выражает психическую целостность человека и, более того, предполагает высшую природу. То есть, по Юнгу, самость – это человеческая душа. Вот как он сам это объясняет: «С интеллектуальной точки зрения самость – не что иное, как психологическое понятие, конструкция, которая должна выражать неразличимую нами сущность, саму по себе для нас непостижимую, ибо она превосходит возможности нашего постижения, как явствует уже из ее определения. С таким же успехом ее можно назвать “богом в нас”. Начала всей нашей душевной жизни, кажется, уму непостижимым образом зарождаются в этой точке, и все высшие и последние цели, кажется, сходятся на ней»[11].
В своих рассуждениях о самости Юнг часто ссылается на индуистское мировоззрение, согласно которому весь мир пронизан единой и тотальной разумной душой – Атманом. Атман вечен и бесконечен, и в каждом живом существе проявляется индивидуально.
«Атхарваведа» называет это универсальное «Я» вечно юным, бессмертным; упанишады – «невидимой, неизреченной, неуловимой, неразличимой, немыслимой, неуказуемой сущностью»; «Йога-сутра» Махариши Патанджали – «вечным, чистым, счастливым». И каждое из данных древнеиндийских учений утверждает, что этот абсолютный всепронизывающий дух и является источником души, к которому однажды ей суждено вернуться.
В концепции буддизма индивидуальный Атман – это природа Будды, которая в практиках дзен отражается в наивысшей чистоте.
Даосская литература предлагает собственный термин и интерпретацию Атмана, подчеркивая его неуловимость, неопределимость и безграничность: «Я не знаю ее имени. Обозначая иероглифом, назову ее дао; произвольно давая ей имя, назову ее великое» («Дао-дэ-дзин»).
Какие бы самобытные интерпретации ни создавали новые учения, они повторяют все те же древние теории, согласно которым Атман-дао-самость – универсальное всеохватывающее явление, лежащее в основе природы всего сущего, в том числе – индивидуального «Я» каждого человека. Это индивидуальное «Я» познаваемо с помощью особой практики, суть которой – сосредоточение и созерцание. Обретя контроль над сознанием, медитирующий мистик стремится постичь свое духовно-сущностное начало: он концентрируется на нем и таким образом постепенно освобождается от иллюзий, в то же время обнаруживая себя как проявление единого, абсолютного и неделимого высшего «Я» – Атмана.
Можно ли объяснить природу нашего настоящего «Я» с научной точки зрения? К сожалению, пока это непросто. Попытки понять сущность самости и определить ее местонахождение научными методами (например, такими, как МРТ, ОФЭКТ и т. д.), несмотря на целый ряд любопытных наблюдений за работой сознания, пока не принесли результатов. Для ученых-нейробиологов и когнитивистов по-прежнему «не существует такой вещи, такой неделимой сущности, как «мы», – ни в мозге, ни в каком-либо метафизическом пространстве за пределами этого мира»[12]. Душа, наше истинное «Я», как и многие века назад, остается сфинксовой загадкой.
Это вовсе не значит, что человек не способен осознать свое настоящее «Я». Напротив, оно доступно ему в той же первозданной чистоте, какой оно обладало в момент рождения, и в любую минуту человек может его ощутить. Попробуем это сделать прямо сейчас.
Упражнение 5. Кто я? Где я?
1. Сядьте удобно и закройте глаза. Расслабьтесь и успокойте дыхание. Спросите себя мысленно: «Кто я?» Наблюдайте за ответами, возникающими в уме. Ответы могут быть связаны с вашим полом, профессией, национальностью и т. д., например: «Я – женщина» (или мужчина) или «Я – учитель» (студент, программист…).
Старайтесь воспринимать все ответы бесстрастно, не анализируя и не отождествляясь со значениями слов, которые возникают в сознании. Встречайте и тут же отпускайте, не привязываясь. Смотрите на эти «варианты вас» как на здания или деревья, проплывающие за окном, когда вы едете по городу в транспорте.
Когда наберется с десяток таких вариантов, перейдите ко второму этапу.
2. Спросите себя: «Где же тот, кто играет все эти роли?» – и прислушайтесь на этот раз к ощущениям. Ищите того, кто способен быть любым из только что перечисленных персонажей и может надеть каждую из этих масок. Ищите свое духовное «Я». У него нет формы, но оно обладает свойствами сущности: оно способно быть, и именно по проявлению бытийности его можно найти. Сконцентрируйтесь на этом бесформенном, необусловленном «Я», позвольте ему расшириться и полностью заполнить вас собой. Дышите ровно, спокойно, с каждым новым вдохом «питая» ваше необусловленное «Я» энергией сознания. Постарайтесь удерживать это состояние как можно дольше.
Выводы из первой главы
Современный мир полон суеты. Люди заставляют себя торопиться, потому что таково требование времени. Хочешь добиться успеха – поспеши.
В этой суете люди, занятые проблемами личности, теряют способность бытийствовать – осознавать тело и душу, присутствовать в настоящем, быть собой.
Немногие имеют привычку отвлекаться в повседневной жизни на такие праздные занятия, как осознание текущего мгновения. Люди забыли, что на самом деле от природы они неспешны – такими они были на протяжении сотен тысяч лет.
Современный человек не владеет искусством продолжительного пребывания в бытии: его этому просто не учили. Бытийности нет в его традиции.
Но как бы далеко человек ни уходил от своего первобытного прошлого, как бы ни торопил приближение высокотехнологичного будущего, природа его души осталась прежней: она соткана из энергии бытия, а вовсе не из цифр или слов.
Каждый новорожденный ребенок бытиен. Способность бытийствовать дается человеку от рождения.
Еще до того, как мы выучили первое слово, не научившись толком отделять себя от окружающего мира, мы уже были наделены сознанием и органами чувств, и именно они дают нам возможность воспринимать бытийную реальность с помощью чистого ощущения. Этот первый опыт осознания реальности дает нам возможность познавать мир в дальнейшем.
Каждый человек обладает сознанием. Его творящая энергия способна проявлять объекты, на которые человек обращает внимание. Распоряжаясь энергией сознания, человек способен волевым усилием поочередно «включать» для себя два мира – реальный и виртуальный. Но общественная игра не оставляет людям времени концентрироваться на реальности, осознавать ее. Таков механизм утраты бытийности.
В результате хронической внебытийности с годами в жизни человека наступает экзистенциальный кризис. Он приводит к развитию серьезных психосоматических заболеваний. Об этом говорит статистика ВОЗ.
Вывод: нельзя пренебрегать тем, что человек – существо социальное и бытийное одновременно. Обе сферы одинаково важны для него, и ни одна из них не должна быть им переоценена: истина там, где золотая середина.
Благодаря универсальности сознания и его творящей энергии человек способен пребывать как в реальности бытия (наблюдение, созерцание, медитация), так и в виртуальном мире ума (рассуждение, рефлексия).
Чтобы избежать психологических проблем, связанных с внебытийностью, и достичь гармонии в жизни, человек должен научиться жить активной социальной жизнью, но при этом вернуть себе бытийную традицию – научиться бытийствовать непрерывно.
Однако это непросто. Ум нарочно ограничивает восприятие, создавая слепые зоны, в которых теряется информация о бытии, и одновременно сосредотачиваясь на элементах общественной игры, придавая им особую, завышенную ценность.
Глава 2. В поисках утраченного бытия
Как же это может существовать без меня?
От ясного ощущения к запутанной головоломке, или коварный подарок Гермеса
Как я уже говорил выше, есть основания утверждать, что в жизни древнего человека ощущение духовно-телесной бытийности играло гораздо большую роль, чем в жизни наших современников. Об этом говорят многие факты. Несмотря на трудности выживания и опасности, связанные с противостоянием силам природы, невзирая на жестокие, кровопролитные войны между племенами и расами, на протяжении многих тысячелетий человечество хранило естественное бытийное мировосприятие. Человек того времени жил гораздо больше телесной, чем психической жизнью. Современная философия называет эту естественную установку первобытным пансоматизмом.
Вы наверняка слышали о мегалитах – таинственных сооружениях, распространенных едва ли не по всей планете. В эпоху мегалитов, длившуюся несколько тысячелетий, люди совершали поистине удивительные вещи. Они делали нагромождения больших каменных глыб на территориях, весьма удаленных от мест, где можно было добыть такие камни. Например, от всем известного Стоунхенджа до ближайшей каменоломни – почти 400 километров! Для древних людей это огромное расстояние, учитывая то, что некоторые из камней весят более 50 тонн. Поэтому совершенно очевидно, что для древних эти культовые сооружения были чрезвычайно важны.
Глядя на некоторые мегалиты, не скажешь, что они – творение человеческих рук. Скорее, они похожи на творения самой природы, которая пытается что-то сказать. Мегалиты грубы и примитивны, но вместе с тем обладают удивительной духовной мощью. Твердый, тяжелый, незыблемый камень для человека – символ бытийности. А многотонная глыба, с немыслимым трудом доставленная к ритуальному месту силами целого племени, представляет собой воплощение высшего, абсолютного бытия, символизирующее надежность и постоянство и внушающее глубокую и спокойную уверенность в бессмертии.
Древнего человека в полной мере удовлетворяло его первобытное мироощущение. Мир с происходящими в нем явлениями, персонифицированными и отраженными в мифах, был для него очевиден и ясен так же, как он очевиден и ясен ребенку, пока еще не способному задаваться сложными интеллектуальными вопросами. Ребенку не нужны ни диалектика, ни логика, чтобы познавать мир. Его сознание ясно, как солнечное утро. Своими лучами оно пронизывает бытие, как будто смешиваясь с ним. Для того чтобы общаться с миром, ребенку вполне достаточно игры и простых чувств, данных ему природой, – осязания, зрения, вкуса, слуха, обоняния и ощущения присутствия. Первые два года жизни он не задает вопросов – он принимает мир без осмысления.
То же и с древним человеком. Пока явления мира были для него очевидны, бытие не представляло собой проблему, которую надо решать. Для дофилософского человека ощущение «я есть» – данность, не требовавшая истолкования. Поскольку он уже обладал бытийностью, он ее не искал и не рассуждал о ней. Он не проецировал ее в виртуальное пространство, а оставлял
В отличие от изменчивой, суетливо копошащейся виртуальности, похожей на броуновское движение частиц в подогретой воде, бытийность, данная в ощущении, стабильна и непрерывна. Вероятно, во многом именно благодаря традиционному бытийному мировосприятию некоторые древние культуры просуществовали так долго – десятки тысячелетий.
Золотой век – так называли эту эпоху тотальной бытийности поэты. До нас дошли едва уловимые отголоски тех времен – мы ощущаем их в таинственности каменных дольменов, в атмосфере древних гимнов, в удивительных линиях палеолитических Венер…
В какой бы стране я ни был, я стараюсь посетить древние каменные святилища. Когда я смотрю на эти свидетельства возвышенной любви и безграничного уважения к бытию, в памяти всякий раз всплывает высказывание Эдуарда Шюре: «В людях того века чувствуется такая полнота веры, силы и ясности, вернуть которую человечество уже не могло с тех пор»[13].
Так что же с тобой случилось, человечество? Когда, в каком веке, по какой уважительной причине ты утратило вкус Существования и лишилось драгоценного дара Присутствия?
Ответ лежит на поверхности, хотя он может показаться вам странным.
Как вы себе представляете эпоху Античности? Лично в моем воображении, когда я о ней думаю, обычно возникают сверкающее Средиземное море, лазурное небо, амфитеатры, белоснежные колонны и, конечно, бородатые мужчины в светлых одеяниях – философы. Чудесные, бытийные времена! Возможно, вы удивитесь, если я скажу, что именно античные мыслители в большой мере несут ответственность за то, что феномен бытийности из плоскости непосредственного восприятия был перенесен в плоскость осмысления. Да, так и есть. И в этой главе, главным героем которой будет философия в ее развитии, я вам попытаюсь наглядно это показать.
Как любой современный ребенок однажды перестает быть здесь и сейчас и начинает жить в мыслях и образах, так и человечество, немного повзрослев, рассталось с естественной бытийностью и задумалось о том, что же эта бытийность собой представляет.
Возникшая приблизительно в VI веке до н. э., философия оказала огромное влияние на мировосприятие человека. Если до этого феномен существования не вызывал у него вопросов и понимался интуитивно, то теперь бытие стало для него сложной увлекательной головоломкой, которую во что бы то ни стало следует разгадать. И не просто головоломкой, а головоломкой вирусной!
Само собой, философия не могла возникнуть на ровном месте. К ее зарождению имелись определенные исторические предпосылки. Такие, например, как открытие бронзы, изобретение колеса, усложнение языка, возникновение письменности… В конце концов накопление знаний и усложнение общественных отношений привели к тому, что появилась потребность в объяснении тех существующих вещей, которые ранее казались очевидными.
И вот однажды человек задумался: что же такое «Я есть»?
Одним из первых мыслителей, заговоривших о бытии как о ключевом аспекте мира, был Парменид Элейский, автор метафизической поэмы «О природе». Он заявил, что бытие не может быть познано ощущениями, поскольку они неточны и субъективны. Только человеческий разум с его умением сомневаться и анализировать способен решить эту задачу. Собственно, сам процесс мышления и является процессом познания бытия. Пармениду принадлежит авторство тезиса: «Мыслить и быть – одно и то же». Возможно, именно с этой фразы начинается новая эпоха, в которой бытию суждено было потерять привычный вкус и стать философской категорией, абстракцией, предметом бесконечных умственных спекуляций, которые будут длиться вплоть до наших дней.
Парменид, будучи человеком знатным и известным, создал собственную школу. Довольно скоро у философа появились первые последователи, и со временем его идеи завоевали популярность, о них заговорили в обществе. Неужели бытие – это в самом деле нечто такое, что можно объяснить словами? Люди стали с нетерпением ждать чуда.
«Что же такое бытие?» – под таким лозунгом произошла первая революция человеческого разума. Этот вопрос был более судьбоносным, чем освоение огня или изобретение колеса. Ступив на путь познания, научившись философствовать, люди утратили первобытную чистоту, невинность. После возникновения этого вопроса обществу уже никогда было не стать прежним, оно лишилось своей бытийной девственности. Эта социально-психологическая трансформация отражена в истории Адама и Евы: вкусив плод с древа познания, мужчина и женщина потеряли целомудрие, а с ним и свое безмятежное счастье и в один миг задались массой вопросов о смысле существования.
Что представляет собой этот мир? Из какого источника он возник и куда движется? Из чего соткано-вылеплено бытие? Все эти проблемы внезапно обрушились на головы интеллектуалов того времени, а их в античные века было немало.
Одна за другой стали появляться философские школы, между которыми возник непрекращающийся спор о смысле бытия.
Платон, на которого Парменид оказал большое влияние, делил бытие на мир умосозерцаемых идей и мир чувственных явлений. При этом он отдавал предпочтение первому: он говорил, что идеи способны сохранять свое бытие вне времени и пространства, а значит, обладают абсолютным бытием в отличие от природных явлений, воспринимаемых чувствами.
Такая точка зрения обесценивает тот мир, который дан человеку в ощущении. По Платону, материальный мир – нечто среднее между бытием и небытием. С этих его взглядов берет начало концепция идеализма, которая станет питательной средой для философии с религией, но бичом для бытийных традиций.
Каждый новый мыслитель вносил в учение Платона новые правки, а споры между различными школами не утихали: они приводили к возникновению новых точек зрения, открытию новых виртуальных горизонтов.
Огромный вклад в систематизацию знаний о бытии внес величайший ученик Платона Аристотель. Основоположник логики считал, что невозможно познать мир, ограничиваясь восприятием вещей, из которых он состоит, – для этого сначала необходимо найти понятия, определяющие сущность вещей. По Аристотелю, бытие представляет собой актуальный принцип вещей в неразрывной связи с вещью, перводвигатель и самосозерцаемый божественный ум. Проще говоря, бытие – это космическая энергия. Подход Аристотеля был систематичен и даже по-настоящему научен. Он оказал серьезное влияние на всю последующую философию и другие науки и вместе с тем определил путь дальнейших взаимоотношений человека с бытием.
Со времен античной философии онтология превратилась в многотомную науку. Став заложниками диалектики, философы в поисках понимания сути абсолютного бытия все больше удалялись от бытия человеческого, от эффекта присутствия. Погрузившись в туман рассуждений, блуждая в дебрях текстов, на протяжении веков они развивали и усложняли теории предшественников, трактуя их на новый лад и изобретая доказательства собственных взглядов. В этом суть герменевтики – искусства толкования, названного в честь древнегреческого бога Гермеса.
Существует легенда, что Гермес был отправлен на землю богами, чтобы объяснить людям смысл древних божественных посланий, доселе представлявших для них тайну. Предания также говорят, что именно Гермес придумал алфавит, числа и единицы измерения. Он дал название безымянному и разделил бесконечный мир на конечные отрезки. Мир Гермеса можно взвесить, измерить, осмыслить и бесконечно интерпретировать, ибо теперь это словесно-цифровой мир, в котором реальность заменена симулякрами – подобиями реальных вещей. Вот почему древнегреческого бога Гермеса можно считать мифическим отцом виртуальности.
Ради чего же все-таки человечество пожертвовало бытийностью, подаренной ему природой и эволюцией?
Вы когда-нибудь испытывали озарение ума как итог долгих, мучительных раздумий? Приходилось ли вам находить правильное решение непростой задачи или головоломки, а с ним испытать радость и удовольствие от победы? Тогда вы легко поймете, что увлекло философов. Разгадка тайн мира и блеск неопровержимых доказательств, которые способны возводить мастера-мыслители, интеллектуальный азарт и удовольствие от победы в споре – невнятные для души, но приятные для эго, – именно эти сладкие плоды, ранее бывшие нераспробованными, стали мотивом и новой целью лучших умов человечества.
Темные века: поруганная телесность
Если наша цель – отыскать утраченную бытийность, то резонно проследовать по пути, на котором человечество ее растеряло. Поэтому для нас чрезвычайно важно совершить небольшой экскурс в историю.
Мы уже заглянули в золотой век, побывали в Античности… К сожалению, расцвет любой эпохи заканчивается ее закатом. В V веке н. э. с падением Римской империи завершила свое существование греко-римская цивилизация. Лазурное небо затянули серые тучи, и от античного очарования не осталось ни следа.
Как большинство людей представляют себе Средневековье? Каменные стены, рыцари с копьями, монахи в плащах до земли, аскетизм, инквизиция. Так и есть, это были действительно суровые, темные века – времена религиозного мракобесия и жестоких войн.
Практически вся Европа превратилась в крепость, отбивающую атаки с разных сторон света. Начало Средневековья – эпоха непрекращающейся войны. Людям того времени некогда было наслаждаться жизнью и рассуждать о бытии: прежде всего они заботились о сохранении того, что имели. Одни становились наемниками и шли воевать, другие уходили в монастыри, надеясь выжить за каменными стенами. Культура и искусство пришли в упадок, а образование застыло в развитии и сохранилось только в редких религиозных общинах.
Пока короли и принцы устраивали баталии, церковь не теряла времени и распространяла влияние по всей Европе. Язычество повсеместно вытеснилось единобожием, начался мучительный процесс переосмысления морали. Новая мораль была бескомпромиссна. То, что прежде считалось естественным, правильным, прекрасным, отныне было объявлено греховным, безнравственным и уродливым, а стремление к счастью, полноте бытия и достатку было подменено стремлением к Всевышнему и церкви. Постепенно религиозное мировоззрение стало господствующим в обществе, а Священное Писание – законом.
Как все эти изменения отразились на бытийности среднестатистического человека, его отношении к своей телесности? Прежде всего, ему пришлось очень серьезно и надолго перестроить мировосприятие. Такая работа – сложное испытание для эго: оно должно было эволюционировать, усложниться.
Темные века – время противопоставления и осуждения. Сотворенный мир был противопоставлен Творцу, материальное – нематериальному, и эта двойственность еще больше отдаляла человека от бытия и приближала к виртуальности. Данный конфликт порождал в нем неуверенность, комплекс неполноценности, чувство вины, но вместе с тем стимулировал развитие абстрактного мышления.
Изменилось отношение к человеческому телу – оно было провозглашено источником порочности. Тело было отделено от души, противопоставлено ей и даже объявлено ее врагом. Отныне оно должно быть скрыто от глаз, а любые телесные удовольствия – осуждены.
Пренебрежение к телу хорошо видно на картинах того времени: фигуры людей часто изображены плоскими, карикатурными, детали их тел не прорисованы как следует; дети выглядят как пожилые карлики, женщины – традиционно безобразны.
Мог ли этот запрет не отразиться на психическом и психофизиологическом здоровье человека, его духовно-интеллектуальном развитии?
Выше мы уже говорили о том, что человеческое тело в том виде, в каком мы его имеем сейчас, созидалось природой в результате длительной и сложной эволюции. На протяжении сотен тысяч лет человек был естественно-бытийным. Способность воспринимать собственное присутствие в бытии давала людям возможность принимать мир, осознавать его как реальность, получать о нем первичные сведения. Телесное бытие – исходная точка, начало развития человека. Любое ограничение телесности разрывает связь с этим началом и становится препятствием для самого процесса познания. Вот почему широкомасштабное преследование телесности в Средние века привело к тому, что европейский мир надолго погрузился в глубочайший застой, деградацию и его медленное выздоровление длилось вплоть до начала эпохи Возрождения.
Раз уж человеческое тело обесценили и объявили изгоем, ведать вопросами бытия было поручено разуму. И разум ревностно взялся за работу.
Интерпретируя библейские и античные произведения, средневековые авторы разработали философскую систему – схоластику, основной задачей которой стало создание убедительных доказательств бытия Божия, обоснование религиозных догм и оправдание христианской религиозной системы, управлявшей обществом.
Всецело полагаясь, с одной стороны, на Священное Писание, а с другой – на логику Аристотеля, схоластика утверждала, что основными инструментами познания истины являются человеческий ум и вера. Причем уму в этом процессе принадлежала решающая роль – именно он способен подвести человека к той черте, за которой возможно чистое, непосредственное понимание истины, постижение Бога.
К X веку, во времена интеллектуального подъема, массового возникновения университетов и новых наук, схоластика стала доминирующей формой научного и религиозного мышления. Согласно схоластическим представлениям, истинное Бытие (высшее, горнее, в отличие от низшего, дольнего) принадлежит исключительно Абсолюту, и ничто, кроме Абсолюта, не могло обладать статусом по-настоящему реального – ни Творение (то есть созданный этим Абсолютом мир), ни сам человек. Что это значило? А то, что истинное Бытие недоступно для обычного (грешного) человека. (Сравните с простым и ясным мировосприятием индоарийца: «Солнце – мой глаз. Ветер – дыханье. Воздух – душа. Земля – мое тело».) Чтобы обрести бытие, по мнению схоластов, надо всеми силами к нему стремиться, и прежде всего с помощью упорной умственной деятельности, изучения Священного Писания, чтения философских трудов и, конечно, веры. Лишь проделав этот невероятно сложный путь, человек познает подлинную бытийность.
Таким образом, мир Абсолюта был вынесен схоластами за пределы ощущений, и при этом именно сверхчувственный, незримый мир воспринимался как единственно ценный и достойный внимания, а любые другие идеи и концепции объявлялись ересью.
Сотни и тысячи умнейших европейцев на протяжении столетий занимались напряженной интеллектуальной работой по моделированию, усложнению, шлифованию фантастического виртуального пространства, полного абстрактных понятий и условностей, допущений и двусмысленностей, догм и наукообразных доказательств. Окончательно уйдя от естественной языческой бытийности, от собственной природы, от полноценной жизни, жители Средневековья вынуждены были порождать эту виртуальность с помощью собственного воображения.
К сожалению, у интеллектуалов того времени не было другого пути. Создаваемая ими коллективная виртуальность была исторической необходимостью, новым жизненным пространством, ведь, в отличие от языческого мировоззрения, в котором бытие было единым для всех, «схоластика предполагала наличие высшей и низшей реальностей, и связь между ними как раз определялась именно посредством virtus»[14].
Отрекись от мирского, не верь тому, что видят твои глаза и что чувствует твое тело, забудь об этом и думай о Боге, живущем в твоем воображении, зубри латынь, штудируй догмы и бесконечно молись – вот буквальный смысл установки, которую на протяжении целого тысячелетия внушали европейскому обществу отцы католической церкви, теологи и схоласты.
И общество со страхом и рвением следовало наставлениям теологов-схоластов, тем более что дополнительным (и, надо заметить, вполне убедительным) мотивом для принятия такой установки был костер инквизиции.
И лишь неосознанные судорожные порывы общества, такие как праздничные карнавалы, «дни дураков», площадные театры и шуточные народные песни, в которых посредством гротеска, гиперболы и скабрезного юмора выражалась нереализованная любовь к телесности, были спасительной бытийной отдушиной в те мрачные века.
В итоге средневековая схоластика заложила фундамент для формирования нового мировосприятия, и именно на этом фундаменте впоследствии была выстроена стена, по одну сторону которой осталось человечество с его мышлением в бездонном виртуальном пространстве, по вторую – отвергнутая телесность с ее естественной бытийностью, данной в ощущении.
Упражнение 6. Бытийное – виртуальное
Сядьте, примите удобное положение, закройте глаза, успокойте дыхание. Постарайтесь отвлечься от мыслей. Сконцентрируйте внимание на потоках ощущений, идущих от тела. Войдите в уже знакомое вам состояние духовно-телесной бытийности, задержитесь на какое-то время в нем.
Откройте глаза и попытайтесь быстро вспомнить любую запомнившуюся вам жизненную ситуацию, в которой вы побывали недавно. Проанализируйте в общих чертах ваше отношение к ней и к своему поведению. Обратите внимание на разницу в ощущениях между осознанием себя (состоянием бытийности) и рефлексией по поводу своих действий.
В состоянии духовно-телесной бытийности вы могли почувствовать некоторое умиротворение, уют, тепло. Созерцание не поглощает энергию сознания, потому что бытийное отражает сознание, как зеркало, и энергия возвращается к душе, питая ее и принося ощущение комфорта.
Об этом свойстве бытийного отражать сознание знали древние мистики. Медитируя, успокаивая ум и останавливая мыслительную деятельность, они достигали состояния абсолютного блаженства, когда вся энергия сознания возвращается к ее источнику.
Что же произошло, когда внимание переключилось на воспоминания о прошлом? Энергия сознания перестала возвращаться к вашему «Я», произошел ее отток, поэтому вы могли заметить легкий дискомфорт. Даже если виртуальное не связано с негативными воспоминаниями, оно все равно негативно, поскольку потребляет энергию сознания.
Cogito как официальный статус виртуальности
Смутные времена сменяются расцветом. Так было всегда, и так будет до тех пор, пока человечество, усовершенствовавшись, не научится с помощью разума контролировать эту синусоиду.
В конце XV века в Европе началась эпоха Возрождения. Стряхнув с себя ветхое рубище Средневековья, не контролируемая более церковью наука о бытии пошагала по своему тернистому пути дальше в поисках того, чего человечество лишилось отчасти благодаря ее возникновению.
С наступлением новых времен страх перед костром инквизиции рассеялся, а с ним одна за другой стали исчезать многие иллюзии и предрассудки, ранее считавшиеся аксиомами. Тело человека было реабилитировано, и художники с поэтами принялись вдохновенно его воспевать. Искусство вновь прониклось любовью к природе, наука – стремлением к объективности, а философия – уважением к античному антропоцентризму.
На протяжении эпохи Возрождения философия, как могла, пыталась очиститься от средневекового догматизма, и все же тысячелетие схоластики давало о себе знать. Новая философия не пожелала опуститься до театрально-карнавального бунта против безжизненной схоластической виртуальности, и уж тем более не могла себе позволить выглядеть примитивнее своей средневековой предшественницы. Она все еще находилась во власти старых методов, хоть теперь и была всецело обращена к человеку.
В XVII веке произошло эпохальное в истории онтологии событие: великий французский ученый и философ Рене Декарт определил критерии бытийности человеческого «Я» тезисом cogito ergo sum и этим задал тон новой европейской философии.
На русский язык выражение часто переводят как «мыслю, следовательно, существую», но это несколько упрощенный перевод. В действительности под термином cogito Декарт подразумевал не только мышление, но и весь процесс познания, включающий опознавание, понимание, сомнение и особенно рефлексию – способность человека анализировать свои переживания, собственную личность (cogito me cogitare). Человек видит, ощущает, исследует, осмысливает, представляет мир, в то же время наблюдая и за самим собой, – вот что такое cogito.
Декарт неоднократно подчеркивал, что выражение cogito ergo sum не является умозаключением, выводом; оно лишь «первое и вернейшее из всех познаний», первичная достоверность, отправная точка, с которой, по его мнению, должна начинать свой путь философия.
Для объяснения своего тезиса Декарт предложил идею о том, что человек состоит из двух субстанций – физической (res extensa) и духовной (res cogitans), которые не пересекаются друг с другом. Согласно этой идее, человеческое «Я» – духовная субстанция, осуществляющая процесс cogito, существует вне телесного бытия.
Отсюда следует, что, по Декарту, для человеческого «Я» невозможно никакое
Тезис Декарта трудно было опровергнуть. Правда, при рассмотрении параллельных субстанций тут же возникал вопрос: если эти две субстанции не пересекаются, то как вообще человеческий ум, относящийся к мыслящей субстанции, может что-то знать о физическом мире? Этот вопрос стал причиной постановки так называемой
Если внимательно посмотреть в корень психофизической проблемы, напрашивается еще один фундаментальный вопрос: как вообще душа, живя исключительно в духовной сфере, узнает о материальном существовании? Пытаясь ответить на этот вопрос, Декарт ввел философскую концепцию так называемых врожденных идей. Он предположил, что некоторые истины (такие как очевидность существования) имеются в сознании человека еще от рождения. Душа каким-то чудесным образом изначально знает о существовании тела. То есть для того, чтобы заявить: «Я мыслю, следовательно, существую», необходимо иметь врожденное представление о бытии, иначе тезис будет бессмысленным.
Если бы Декарт присовокупил концепцию врожденных идей к своему тезису, то тезис выглядел бы как логический парадокс: «Я существую, поэтому способен мыслить. Я мыслю, следовательно, существую». Это заключение тоже не решало бы психофизической проблемы, но зато оно было бы справедливым. Однако, по мнению Декарта, в таком дополнении не было необходимости, поскольку врожденное знание о бытии относится к «простейшим понятиям», к тому, что само собой разумеется. Таким вполне остроумным образом Декарт вынес бытийность человека за скобки психофизической проблемы.
Провозгласив свой тезис как аксиому, Декарт сделал вывод, что ключом к познанию бытия является понимание, а мерой бытия должно служить значение. Этим он нивелировал базисную, универсальную ценность феномена ощущения. Как справедливо заметил немецко-американский философ Ханс Гумбрехт, Декарт «впервые поставил онтологию человеческого существования как res cogitans в открытую безраздельную зависимость от способности мышления»[15].
Говоря об иконографической традиции XV века изображать мир как плоскую поверхность, Гумбрехт акцентирует внимание на аллегорической фигурке на краю картины, символизирующей человечество. Эта фигурка, «эксцентрически размещенная по отношению к миру, есть чисто интеллектуальное, бестелесное существо. Она, так сказать, позволяет себе быть чисто интеллектуальным существом, потому что единственная функция, которая ей назначена, – быть наблюдателем мира, а для такой функции, очевидно, достаточно чисто познавательных способностей»[16].
Упражнение 7. Я и мое тело
Встаньте и закройте глаза. Прислушайтесь к телесным ощущениям. Чтобы усилить приток сенсорных импульсов, поочередно напрягите и расслабьте мышцы во всем теле, пошевелите пальцами ног и рук, несколько раз втяните и выпятите живот. После этого не спеша пройдитесь по телу «лучом сознания» с ног до головы и обратно, как вы это делали в упражнении 3.
А теперь сосредоточьтесь и попытайтесь понять, в каком месте тела находится ваше настоящее «Я» – душа. Где она? В голове? В сердце? А может, равномерно распространена по всему телу?
Чем меньше человек бытиен, тем больше его «Я» удалено от собственного тела. Как правило, центр самоощущения он обнаруживает у себя в голове, а по отношению к телу чувствует себя посторонним наблюдателем. Данное упражнение помогает это осознать.
Вся западная онтология, начиная с XV века и вплоть до наших дней, развивалась, в большой мере отталкиваясь от тезиса Декарта, и все это время взгляды философов продолжали оказывать влияние на общественное мировосприятие.
Со временем cogito-понимание утвердилось в качестве естественной формы существования человека в искусственной среде[17], виртуальность окончательно обрела статус основного жизненного пространства, а сам человек назначил себя властелином этого пространства. «Поскольку человек стал в своем существе субъектом, бытийность – эквивалентом представленности, а истина – достоверностью, постольку человек теперь в принципе распоряжается всем сущим как таковым, ибо сам задает меру бытийности всякого сущего»[18].
Декартова идея деления человека на независимые друг от друга мыслящую и физическую субстанции со временем так популяризировалась, что большинство людей неосознанно проводят невидимую черту между телом и разумом, отдавая, разумеется, предпочтение разуму, как хозяину бытия, способному понять его суть. Эта «ситуация с пониманием является типичным примером амбивалентного состояния современной духовности. С одной стороны, в ней прослеживается стремление сохранить целостность человеческого духа, предотвратить его превращение в чистую “знательность”, в информацию – и спасение видится в переходе от познания к пониманию, а с другой – понимание начинает подменять генетически более фундаментальные пласты человеческого бытия – чувственность, переживание, душу»[19].
Так изначально разумные идеи и благие намерения выдающегося ученого и философа Декарта окончательно узаконили виртуальность и привели к усилению разрыва человека с бытийностью.
Культ разума и туман метафизики
Что важнее в познании бытия – разум или опыт? Ответ кажется очевидным: и то и другое! Между тем этот вопрос долгое время оставался открытым, и особенно много споров вокруг него было в XVIII веке, когда люди увлеклись процессом познания, сделали его источником веры в светлое будущее.
Пройдя сложный путь от естественно-бытийного язычества до религиозной схоластики, оказавшись в глухом экзистенциальном тупике и, наконец, до известной степени освободившись от власти предрассудков, они явственно увидели перед собой новое направление – путь разума.
После смерти Декарта, подарившего человечеству рационалистический взгляд на мир, его идеи были с энтузиазмом подхвачены учеными из разных стран. Среди них было немало выдающихся умов, таких как Лейбниц, Спиноза и др. Вооружившись математикой, логикой, дедукцией, они углубились в исследования, которые вскоре разделились на два направления: научный метод познания бытия и новую (теперь ее называют классической) метафизику.
Наступил век научных открытий и интеллектуальных споров, энциклопедий и справочников, переосмысления морали и зарождения атеизма. Никогда еще человечество не верило с таким трепетом и восторгом в силу знаний, как это было в век Просвещения. Для интеллектуалов и мечтателей наступило время эйфории. Научный и философский поиск сопровождала великая надежда (и даже предчувствие), что не за горами тот день, когда разум поможет человеку обрести исчерпывающее представление о мире, и на основе этого представления можно будет построить идеальное утопическое общество.
Новый научный метод – рационализм (от лат. ratio – «разум») – основывался на использовании разума в качестве ведущего (а в радикальном рационализме – единственного) метода познания мира. В XVIII веке он представлял собой типичное герменевтическое мышление, то есть относящееся к ощущению, не переработанному разумом, как к чему-то субъективному, недостоверному. Опыт – это не более чем фантазия, если он не зафиксирован на бумаге в виде строгой формулы. Более того, рационалисты считали, что настоящее знание вообще невозможно получить из опыта: оно выводимо только из разума, ибо разум – это не просто инструмент познания, а незыблемая основа бытия. Разум в таком виде, в каком он дан человеку природой, – всесилен.
Мог ли в таких условиях кто-нибудь вспомнить о бытийности как феномене присутствия, данном в ощущении? Нет, после широкого признания тезиса Де-карта это понятие обессмыслилось как для ученого, так и для философа, а потому осталось за пределами исследовательских интересов. Бытийность не могла использоваться в процессе познания в качестве инструмента: она не соотносилась ни с математикой, ни с метафизикой значений, ее нельзя было изложить в виде формулы. И если во времена Средневековья телесные ощущения порицались как греховные, то теперь они были признаны просто недостоверными.
Рационализм и метафизика обрели популярность, а образование стало престижным и модным, поэтому процесс просвещения, обогащения новыми знаниями подхватился обществом и широко распространился по многим государствам. Короткая, но яркая эпоха Просвещения дала миру такие имена, как Вольтер, Руссо, Дидро, Монтескье, Кант и многие другие. Эти выдающиеся люди разработали новые философские концепции, создали новую терминологию и внесли огромный вклад в формирование современного мышления.
В то же время некоторые мыслители (большей частью английские) придерживались и другого взгляда на метод познания. Основой познания они считали не разум, а опыт. Ведущей познавательной способностью они полагали не мыслительную, а сенситивную – то есть ощущения.
Выше я писал о Протагоре и сенсуалистах, утверждавших, что «нет ничего в разуме, чего не было бы в чувствах». На этих же идеях базируется эмпиризм – он признает главным источником знания чувственный опыт.
Эмпирики уверенно называли свой метод научным. Они яростно отвергали идею врожденных истин, из которых с помощью разума выводится содержание знания. Так же как рационалисты и представители метафизики, они отрицали схоластику Средневековья, но, в отличие от рационалистов, их подход не только не умалял роль телесных ощущений, а, напротив, – ставил в основу метода.
Еще до начала научной революции основоположник эмпиризма английский философ Фрэнсис Бэкон предупреждал о присущих разуму стереотипах мышления, которые препятствуют познанию. Желая подчеркнуть их неуловимость и силу власти, он называл их призраками. Так, под «призраками площади» он имел в виду ложные убеждения и словесные обороты, которые «устанавливаются согласно разумению толпы» и «удивительным образом осаждают разум». А ошибочные представления об устройстве действительности он называл «призраками театра». Бэкон явно опережал время, одним из первых увидев суть виртуального мира.
Последователь Бэкона Томас Гоббс отвергал идею Декарта о мыслящей субстанции как сфере, отделенной от тела и не пересекающейся с ней. Будучи одним из ранних материалистов, задолго до возникновения нейробиологии он впервые назвал мысль материальным феноменом. Другой известный эмпирик Джон Локк объяснил, как в результате абстрагирования от воспринятого телом ощущения в голове человека возникают идеи. Разум он называл изначально чистым листом (tabula rasa), на который записывается информация, отраженная органами чувств. Таким образом, он первым показал, как человеческий разум сам в себе формирует виртуальное пространство. Локк также отвергал утверждение Декарта о том, что основным признаком души является мышление (а вместе с этим отвергал метафизику), но в то же время соглашался с тем, что самая достоверная истина – это интуитивная истина нашего собственного существования.
Однако смелые гипотезы мыслителей не сумели изменить общественного мировоззрения. Несмотря на все это многообразие научных мнений и освобождение от религиозных предрассудков и догм, в эпоху Нового времени человеческий разум не достиг той цели, которую перед собой ставил. Он по-прежнему блуждал в сумерках и, приходя к новым умозаключениям, то и дело попадал в им же создаваемые ловушки.
Как-то раз, для того чтобы продемонстрировать успехи разума в понимании бытия, французский просветитель Дени Дидро и его друг, известный математик Жан Лерон Д’Аламбер, поставили перед собой задачу создать единую энциклопедию наук, искусств и ремесел. В ней они решили собрать самые современные научные знания о мире, составить единый онтологический поэтажный план, чтобы, рассмотрев предмет бытия с разных точек зрения, увидеть, наконец, его истинное значение во всей полноте. На деле же вместо колоссального исчерпывающего трактата, созданного коллективными усилиями большого количества авторов, имеющих единую цель, получился многотомный сборник противоречащих друг другу статей, из которых невозможно сделать общих выводов.
Уже в те времена некоторые философы предчувствовали, к какому кризису познания может привести философия, основанная исключительно на спекулятивном, оторванном от опыта мышлении. Тот же Дидро в диалоге «Сон Д’Аламбера» изображает своего друга-математика в ироничной форме: охваченный кошмаром ученый бредит отвлеченными метафизическими идеями, которые по пробуждении разоблачает доктор-материалист, выражающий мнение автора. Похожий посыл мы находим и у Франциско Гойи в его знаменитом выражении «Сон разума рождает чудовищ», где sueco (в переводе с исп. – «сон») обозначает также и мечты, грезы.
В конце концов заблуждения разума привели к тому, что в обществе, ожидавшем от мыслителей быстрых и эффективных решений, действительно начал назревать кризис иллюзий, который впоследствии стал одной из причин глобальных революционных изменений в Европе.
Знания, не рожденные опытом, матерью всякой достоверности, бесплодны и полны ошибок.
Почему идеалы эпохи Просвещения так быстро рухнули? Почему усилия мыслителей не привели к возникновению разумного миропонимания и идеального общества?
Говоря словами Канта, разум человека – заложник собственной странной судьбы: он пытается ответить на нескончаемые вопросы, навязанные его собственной природой. Оторвавшись от телесности, возомнив себя всемогущим, этот блудный сын отправляется на поиски истины в мир формул и абстракций, «к условиям, все более отдаленным» от реального бытия. Он находит там умозаключения, лежащие за пределами всякого опыта, а значит, вызывающие очередные сомнения и новые вопросы, и «вследствие этого разум погружается во мрак и впадает в противоречия»[20].
Философствующий разум так и не свернул окончательно с пути метафизики. Идя по нему, мыслители регулярно с удивительной категоричностью продолжали оспаривать и отрицать друг друга. Они создали авторитетные учения, но, несмотря на размах и убедительность их концепций, значимость большинства из них остается сомнительной. Если два мыслителя, которых мы считаем великими и даже гениальными, имеют противоположные точки зрения, критикуют и категорически отрицают друг друга, то не значит ли это, что по крайней мере один из них ошибается?
Эпоха романтизма: обладает ли искусство магической силой
Прежде чем мы продолжим наше путешествие по истории, расскажу вам об одном человеке, с которым я знаком много лет.
Николай Петрович К. (имя изменено) долгое время работал топ-менеджером на крупном промышленном предприятии. Он был грамотным работником и имел богатый опыт руководства различными структурными подразделениями. В работе Николай Петрович отличался принципиальностью: цель – превыше всего. Его особенностью было то, что он никогда не шутил с подчиненными и крайне редко улыбался. А еще у Николая Петровича не было хобби: всю свою жизнь он посвящал работе. Предположу, что его карьерные амбиции не ограничивались теми должностями, которые он занимал, но, несмотря на годы соперничества с конкурентами и самоотверженное служение корпорации, ему не удалось стать ее директором.
Работа была непростой. Постоянная суета и нервные перегрузки, которые Николаю Петровичу приходилось испытывать, неуклонно вели к психоэмоциональному истощению, и неудивительно, что с годами у него развился синдром профессионального выгорания. Николай Петрович стал раздражительным, конфликтным, быстро утомлялся, у него развилась бессонница, возникли проблемы с артериальным давлением, появились периодические боли в сердце.
Врач, к которому он обратился, детально его обследовал и заключил, что состояние связано с хроническими перегрузками на работе и дезадаптацией нервной системы. Он назначил симптоматическое лечение, посоветовал больше отдыхать и часть времени проводить на природе. Он также порекомендовал ему сменить работу. Другой врач сказал примерно то же самое.
Николая Петровича эти заключения категорически не устроили. Уходить с работы в свои 50 лет он не собирался и утверждал, что сейчас он в полном расцвете сил, а причину дискомфорта объяснял временным ухудшением телесного здоровья. «Мне нужен хороший врач», – говорил он и жаловался, что таковые ему не попадаются. Николай Петрович продолжал обследоваться и проходить курсы лечения, однако самочувствие его только ухудшалось.
С каждым месяцем Николай Петрович становился все более нервозным. На работе он вел себя бестактно, жестоко наказывал подчиненных, постоянно подозревал заговор против себя, конфликтовал с начальством, чего прежде обычно старался избегать. На фоне нервного напряжения участились приступы болей в сердце, поэтому все чаще приходилось уходить на больничный.
Со временем Николай Петрович растерял силы и впал в депрессию. Пришло чувство разочарования. Николай Петрович не мог объяснить самому себе, ради чего столько лет было потрачено на жесточайшую борьбу с конкурентами.
Как-то раз, встретив его на улице (это был единственный случай, когда я встретил его просто так – на улице), я узнал, что он уже полгода не работает. Как ни странно, при этом Николай Петрович был бодр и замечательно выглядел. Мне даже показалось, он находится в какой-то эйфории. Само собой, я нашел нетактичным спрашивать его об обстоятельствах увольнения, но не мог же я оставить без внимания его бодрый вид. «Отлично выглядите! – заметил я. – Неужели наконец нашли хорошего врача?» «Мне не нужен врач, – засмеялся немного фальшиво Николай Петрович – этот полноватый человек с холеной внешностью и благородными сединами. – Представьте себе, я чувствую себя превосходно! Теперь я абсолютно свободен и делаю, что хочу: читаю книги, слушаю музыку. Не поверите, я даже купил краски и пытаюсь рисовать. Посмотрите, что за небо сегодня! Какие деревья! Природа, искусство – вот лучшие лекарства!»
Передо мной был совершенно другой человек: прежний Николай Петрович не был склонен к сентиментальности и романтизму, он не шутил и не смеялся, а новый Николай Петрович был его противоположностью. Неважно, что заставило его уйти с работы – очередной конфликт или волевое решение – но, обнаружив в себе тягу к искусству, он заново почувствовал вкус жизни, по крайней мере изо всех сил старался в это поверить.
Это не единственный известный мне случай, когда увлечение искусством, стремление к эстетическому наслаждению как будто самопроизвольно приходило на помощь к человеку и вырывало его из суеты, давало новые силы. Известно, что созерцание красоты, а тем более занятие творчеством действительно обладают терапевтическим эффектом, и на этом явлении построены некоторые виды психотерапии. Правда, спонтанное увлечение искусством я чаще всего наблюдал у людей, вышедших на пенсию. Случай с бывшим топ-менеджером Николаем Петровичем довольно редкий, нетипичный.
Обычно, руководствуясь твердыми убеждениями, эго человека упрямо, категорично ведет его к выбранной цели. До тех пор пока не случится кризис, эго, как правило, остается глухим к слабым экзистенциальным сигналам, которые подает душа, – так уж оно устроено. В то же время оно отчаянно ищет способ облегчить страдания, хоть и не замечает их истинной причины.
Бытийная бездна разверзается в самом человеке; невмещаемость же состоит в том, что человек не в силах приручить эту бездну.
С момента изгнания из рая человек мечтал о возвращении в него на протяжении всего дальнейшего существования. Проходя через вехи истории, его эго трансформировалось, эволюционировало, изобретало новые правила игры и осваивало новые инструменты для того, чтобы реализовывать свою главную задачу – создание удобного виртуального пространства, в котором оно будет наивно пытаться воссоздать потерянный рай.
Обнаружив себя в очередном тупике, эго в тысячный раз пересматривало свои убеждения и мораль и придумывало другие. Оно возносило кумиров на пьедестал, чтобы впоследствии их свергнуть, оно распинало богов, чтобы затем снова преклоняться им. Оно создавало ярких персонажей и удивительные, богатые перипетиями сюжеты. Непрерывно творимый им виртуальный мир красочен и изменчив, он состоит из бесконечного количества отражений, и пути разума в этом зеркальном лабиринте неисповедимы.
Но иногда после бурных масштабных событий в истории наступали моменты, когда эго, устав от суеты, на время умолкало, и тогда прояснялось восприятие реальности и становился различим шепот настоящего «Я». Человек прислушивался к нему и вдруг с восторгом открывал для себя истины, которые, как ему казалось, лежали совсем близко – достаточно протянуть руку.
Такие периоды наступали после войн и революций, в которых особо неистово проявлялась борьба идеологий. Это были периоды отдыха от страстей, периоды мечтаний.
В конце XVIII века в силу ряда исторических причин во Франции произошла революция, в ходе которой был низвергнут прежний порядок. Вместе с положительными изменениями революция принесла немало негатива – казни, политическую нестабильность, голод и вытекавшее из этого ощущение утраты корней, разрыва с прошлым, с его привычной упорядоченностью. Общество стремилось к всестороннему прогрессу, но отдельная личность была не готова расстаться с традициями. Когда иерархическая пирамида внезапно обрушилась, человек, чьи предки веками жили при королевской власти, почувствовал пустоту.
Французская революция – важный момент в истории человечества, эволюции его мироощущения. Она дала старт той современности, которую мы знаем, с ее темпом и суетой. Старому порядку был положен конец, а новый только начинал создаваться: неудивительно, что в итоге многие люди испытали чувство оторванности, одиночества, незнакомое им прежде. Трудно передать, каким мощным травмирующим потрясением революция была как для рядового француза, потерявшего прежний статус, так и для любого европейца. Эта психологическая травма была из разряда тех, которые не заживают в течение целых поколений.
Великие катаклизмы Нового времени сложно было воспринимать с помощью рассудка и подвергать бесстрастному анализу, и это естественным образом вело к переориентации общественной психологии с социальных событий к внутренней жизни человека. В этих условиях в философии, культуре, искусстве стала возникать особая система мировоззрения. Суть ее заключалась в сомнении во всесилии разума и желании уйти от плохо устроенной действительности, сбежать в некий идеальный мир. Но где он? В красоте, в возвышенном, в странном, в природе, описанной художниками и поэтами, в прекрасной мечте… Имя этой новой идеологии – Романтизм.
Романтизм противопоставил ценность чувственной духовно-творческой личности бездушности прогресса, взбунтовался против идеалов эпохи Просвещения. Человек способен не только рассуждать о мире, познавать его разумом, исследовать его устройство, но и наслаждаться собственным существованием, созерцать красоту мира и собственного тела, и если у него это отнять, он потеряет себя. В этом и заключается смысл истинной религии.
«В мире существует только один храм, и этот храм – человеческое тело. Нет ничего более святого, чем этот образ. Преклонение перед человеком – это прославление откровения во плоти. Когда прикасаешься к человеческому телу, входишь в соприкосновение с небом»[21]. Так писал Георг Новалис – самый известный поэт эпохи романтизма, один из ее вдохновителей. В своей поэзии он возрождал чувство восхищения золотым веком, его антропоцентричным духом: «Человек – это солнце, чувства – его планеты». Не правда ли, этот стих очень напоминает уже знакомые нам строки из «Атхарваведы»?
Как и другие поэты-романтики, Новалис искал способ устранить разрыв между внутренним миром человека и природой, и в этом он опирался на учение своего современника, философа Иоганна Готлиба Фихте, которым восхищался.
Фихте был субъективным идеалистом. Он утверждал, что познание мира должно начинаться с познания собственного «Я». Что такое «Я есть»? Это непросто объяснить, но, что бы это ни значило, здоровый человек всегда осознает тождество своего «Я» с самим собой, ибо «Я» для него – основа реальности.
Эту же идею в своем творчестве развивал и Новалис. Словно удивляясь замечательной способности человека осознавать бытийность, он писал: «Самым чудесным и вечным феноменом является [наше] собственное бытие»[22].
Но как вернуть себе самого себя?
К сожалению, исследуя природу реальности и формально отказываясь от философско-герменевтических методов, поэты-романтики не предлагали действенных практических методов, которые могли бы помочь человеку обрести утраченную бытийность, а лишь подменяли старую обыденную виртуальность новой – альтернативной, сказочно-мифической, книжной. Золотой век, запредельное, возвышенное, прекрасное, таинственное – все это абстрактные формы новой виртуальности, постичь которую можно лишь через искусство.
В то же время наслаждение прекрасным можно рассматривать как частичное освобождение из-под власти суеты и осознание нового уровня существования, так как «сам прорыв к самодовлеющему наслаждению красотой постижения Бытия есть способ трансцендирования на уровень метафизического бытийствования»[23].
Последователь Фихте и друг поэтов-романтиков Фридрих Шеллинг идеализировал красоту, буквально отождествляя ее с истинной реальностью: «…как что-либо могло бы быть действительным, не будучи истинным, и чем была бы красота, не будь она полноценным, лишенным каких-либо изъянов бытием?»[24]
Естественно, инструментом для постижения этой красоты бытия Шеллинг видел прежде всего искусство – только оно способно раскрыть перед человеком тайну абсолютного бытия: «Если, согласно замечанию глубокого знатока дела, каждое создание природы лишь на одно мгновение обладает подлинным совершенством красоты, то не вправе ли мы сказать, что лишь на это мгновение ему присуща полнота существования. В этом моменте оно является тем, чем оно есть извечно; во все же прочее время свойственны ему одни только возникновение и уничтожение. Искусство, запечатлевая сущность в этой мгновенности, изымает ее из тока времени, представляет ее в чистой бытийности, жизненной извечности»[25].
Так в первой половине XIX века люди изобрели еще один способ заглушить свою мучительную экзистенциальную жажду – они уверовали в целительную силу искусства, способного открыть человеку одну из граней бытия.
«Назад, к вещам!», или феноменология восприятия
Помните юмористическую миниатюру Жванецкого «Авас» в исполнении Райкина и Карцева? В ней изображен человек, напрочь лишенный чувства юмора. Он не может понять смысла простейшего анекдота из жизни. Задача анекдота – вызвать у слушателя смех с помощью неожиданного контраста, нелепости, ведь в этом суть комичного. Но в миниатюре Жванецкого рассказчик сталкивается с непониманием слушателя: тот не способен усмотреть смешное в забавном диалоге. Поэтому рассказчик вынужден многократно повторять шутку. Это не помогает. Тогда он пытается объяснить ее суть. Но объясненный анекдот – уже не анекдот. Впрочем, теперь для зрителя смешной становится сама ситуация.
Этот пример подходит для того, чтобы показать, чем на протяжении двух с половиной тысячелетий занималась философия, пытаясь объяснить природу вещей и передать с помощью слов их вкус, запах и цвет. По мере того как объяснений становилось больше, философия все дальше уходила от сути самих вещей, пока они не оказались за гранью понимания. Вместо реальности они теперь имели достаточно тезисов, определений, формулировок, терминов и философских законов, которые можно обсуждать до бесконечности.
В словаре когнитивной науки есть такое понятие – ментальные репрезентации. Когда человек получает информацию о мире с помощью чувств и ощущений, то есть в результате опыта, мозг проводит анализ этой информации, сопоставляет ее с той, что уже хранится в его памяти, и затем создает из переработанного материала ментальный образ. После этого человек может репрезентовать этот образ – передать его в словесной форме другому человеку. Тот, в свою очередь, получив порцию вновь репрезентованной информации и расшифровав ее в собственном мозге, аналогичным путем создает на ее основе новый ментальный образ и передает его дальше. Образы движутся по нервным волокнам, летят по воздуху, проникают из мозга в мозг, многократно расшифровываются и вновь зашифровываются и т. д. Не подкрепляемые свежими ощущениями и фактами из психической жизни реального человека, они теряют первоначальную достоверность и со временем превращаются в такую же искаженную копию реальности и уже «не работающий» посыл, какой представляет собой анекдот, разъясняемый человеку, лишенному чувства юмора.
В XIX веке, когда философия в очередной раз стала бродить по кругу, среди мыслителей, осознающих, что с их философией что-то не так, от безысходности стали появляться лозунги «Назад, к Канту!» или «Назад, к Гегелю!», словно эти философы действительно олицетворяли собой суть бытия. Увы, течения, возникшие в ответ на новые лозунги, не внесли существенных изменений в старую философию.
В те годы философский поиск стал утрачивать строгую научную последовательность и зачастую опирался на случайные предпосылки и факты психической жизни человека. Так, например, философы-позитивисты были убеждены, что знание, исходящее из опыта, можно считать абсолютно надежным, а основной формой, в которой знание должно существовать, они называли банальное эмпирическое описание фактов. Не принеся практической пользы и вместе с тем устав от строгости и зауми, философия утрачивала научность.
Позже немецкий философ Эдмунд Гуссерль назвал эту проблему психологизмом в науке. Именно Гуссерль стал тем исследователем-первопроходцем, который пришел на смену прежним философам и предложил принципиально новый взгляд на теорию познания.
Прежде всего, надо заметить, что по образованию Гуссерль был математиком, а потому являлся ярым приверженцем строгого научного метода. Однажды обратив внимание на современную ему философию, он сделал два важных наблюдения.
С одной стороны, та логика, которую использовала философия, не была достаточно объективным методом. Философы-позитивисты считали, что их логика может черпать факты из психической жизни человека, а это делало ее субъективной, давало волю для бесконечных фантазий[26]. Психологизм в науке ведет к антропоцентризму в истине, утверждал Гуссерль. Он верил, что для любой науки – будь то философия, психология или физика – принципы логики должны быть едины, и предлагал на их основе создать универсальный, общий для всех наук метод –
С другой стороны, современная Гуссерлю философия в большой степени оставалась продолжением двухтысячелетнего герменевтического учения и путалась в нескончаемых интерпретациях. Невероятно усложненная и абстрагированная немецкой философией, она окончательно разорвала связь с реальным бытием, которое так настойчиво, многословно и безуспешно пыталась объяснить. Гуссерль утверждал, что первым и основным методом исследования бытия должно быть непосредственное созерцание – очевидность, ибо там, где заканчивается очевидность, начинается философская заумь, а заумь ни в коем случае не может считаться истиной, поскольку она непонятна.
Гуссерль говорил, что прежние философы, исследуя объекты мира, видели их такими, словно они находятся вне сознания – в пространстве и времени. Он называл это наивным взглядом на мир – естественной (натуралистической) установкой.
Наивно смотрящий не понимает, что на самом деле он видит образы, которые находятся в его сознании: ему кажется, что он наблюдает физическую действительность. К тому же он наделяет увиденное ценностными и практическими характеристиками, что еще больше искажает картину.
Я уже приводил пример с солдатом и генералом, когда говорил о виртуальном и реальном. Глядя на человека в погонах, солдат не видит реальности, он видит генерала. То же самое можно сказать о всей прежней философии: она работала с искаженными значениями.
Естественной установке сознания Гуссерль противопоставил феноменологическую, суть которой – смотреть на мир ясным взглядом чистого сознания. «Назад, к вещам!» – так звучал тезис Гуссерля, с которого берет начало наука феноменология. Основное ее правило: между сознанием и созерцаемым объектом не должно быть искажающей призмы стереотипов и предубеждений.
Процесс перехода от естественной установки к феноменологической Гуссерль назвал феноменологической редукцией. По сути, это духовная практика, которая очищает сознание от всевозможных культурных, философских, бытовых, психофизических и прочих наслоений.
Чистое феноменологическое восприятие – это открытое отношение к миру, умение видеть вещи такими, какие они есть на самом деле. Философ-феноменолог, смотрящий на генерала, прежде чем распознать в нем генерала, увидит перед собой живое существо, а уж затем – человека мужского пола, военного и т. д.
Умение и привычка быть феноменологически открытым не только существенно расширяют возможности теории познания, но и ощутимо повышают качество жизни, дают возможность глубже заглянуть в суть вещей, почувствовать реальный вкус бытия, ощутить его полноту. Недаром метод Гуссерля оказался одним из самых влиятельных среди учений XX века.
К сожалению, нет данных о том, что сам Гуссерль успешно использовал метод феноменологической редукции на практике. А один из его бывших студентов рассказывал, что, когда у Гуссерля спросили, как именно практиковать его метод, он с раздражением ответил: «Откуда, черт побери, я могу это знать? Я ведь философ!»
От общественных установок к реальности человеческого бытия
Бурные события XX века и непродуктивность классической философии, тяготеющей к абстрагированию бытия, послужили тому, что на основе некоторых предшествующих концепций (Кьеркегора, Шопенгауэра, Ницше и др.) и под влиянием феноменологии стало формироваться новое мировоззрение, в центр которого была поставлена личность человека.
«То, что со мной происходит, – вот, что важно, – заявил новый мыслитель. – То, что я чувствую – совокупность всех этих с детства переживаемых мной состояний, которые всегда со мной – в ощущениях или памяти, – вот, что собой представляет мое настоящее бытие. Без него нет и меня. Каково оно – таков и я. Сначала было существование – оно началось еще до того, как я впервые подумал о себе, и затем – день за днем, событие за событием, переживание за переживанием – оно создавало меня, пока я не стал тем, кем я есть: человеком, совершающим осмысленные поступки. Бытие предшествует сущности, оно ее порождает, а значит, мое личное бытие – это и есть все, из чего состою я». Так экзистенциализм (от слова existentia – «существование») противопоставил себя всей предшествующей идеологии эссенциализма (от essentia – «сущность»), свойственной схоластическому мышлению. Эта новая концепция, согласно которой человек, не полагаясь ни на высший разум, ни на судьбу, ни на общественную мораль, сам себя создает и всецело несет ответственность за собственные поступки, посулила человеку новый вид свободы – свободу выбора.
Экзистенциализм изображает одинокого человека, заброшенного в чуждый ему иррациональный мир, в котором он испытывает глубокую душевную опустошенность. В нашем мире человеку приходится противостоять нескончаемому количеству противоречий и всякого рода трудностей, навязанных ему обществом. При этом у него нет инструкции, которая научила бы его сопротивляться им. Но есть общественная мораль: она навязывает иллюзии и учит вытеснять в подсознание даже самые серьезные экзистенциальные проблемы. Человек живет в постоянном напряжении и страхе. Общественные установки уничтожают его бытие, подменяя иллюзиями и бесконечным ожиданием, и до тех пор, пока он не примет волевое решение и не сделает выбор, он в буквальном смысле находится за пределами существования. В этом смысле экзистенциализм – учение об осознанном действии.
Трудно судить, насколько экзистенциализм научил людей действовать осознанно и принимать ответственность за свои поступки, но нет сомнения в том, что он повлиял и продолжает оказывать влияние на современное общественное и личное мировоззрение.
Человек должен обрести себя и убедиться, что ничто не может его спасти от себя самого, даже достоверное доказательство существования бога.
Однажды в детстве, ударившись о судьбу и испытав боль и тоску, человек задает себе вопрос: как мне жить? Вместо ответа с шумом толпы прилетают иллюзорные идеи. Человек ловит первую попавшуюся: вот же она – отдушина – и, доверившись ей, идет по выбранному пути. Теперь у него есть убеждения, дарованные обществом! Но на пути он сталкивается с реальной жизнью, с которой убеждения не имеют ничего общего. Кажется, эти убеждения вот-вот рассыплются, но, не имея других ценностей, человек пытается их сохранить. Приходят новая боль и новая тоска, но гордость не позволяет человеку признать, что он ошибся. «Будь верен себе», – говорит гордость.
И человек идет дальше, но через какое-то время понимает, что путь его похож на замкнутый круг. Однако гордость снова запрещает ему признать это. Она все твердит: «Не останавливайся, все лучшее – впереди, будь себе верен». И он идет по жизни, не останавливаясь, неустанно придумывая оправдания своему выбору, мировоззрению, принципам, пути и собственным ошибкам.
Пока он упрямо верит в иллюзии, проходят годы, а путь становится все тернистее, боль – все мучительнее, тоска – все тяжелее…
Проблема современного человека в том, что, желая оставаться верным себе, полагаясь на убеждения, навязанные обществом, в итоге он оказывается предателем самого себя.
Быть верным себе – не значит быть упрямым и твердо идти до конца однажды выбранного пути. Быть верным себе – значит слышать себя. Когда человек это поймет, он найдет время отвлечься от шума толпы, закрыть глаза и внимательно прислушаться к тихому голосу, который доносится изнутри.
Метод Фельденкрайза: осознанное движение
Моше Фельденкрайз не был философом, он был инженером и занимался исследованиями в области физики звука. Параллельно Фельденкрайз увлекался джиу-джитсу и дзюдо и даже преподавал их, участвовал в научных изысканиях в области этих восточных видов единоборств.
С 40-х по 60-е годы XX века Фельденкрайз, имея за плечами богатейший опыт работы с телом, занимался разработкой и популяризацией новаторского метода, который он назвал «Сознавание через движение». Суть метода заключалась в том, что сначала с помощью учителя, а затем и самостоятельно пациент избавлялся от автоматических движений, учился осознавать и более точно воспринимать собственное тело.
Разрабатывая свой метод, Фельденкрайз многие годы изучал процессы развития человеческого тела, работу нервной системы, изменение чувствительности и восприятия телесности человеком в течение его жизни, характер осознавания своего тела в окружающей среде. Расширяя набор движений и не спеша, планомерно исследуя телесные ощущения, человек открывал в себе скрытые физиологические резервы, избавлялся от неосознаваемых нейромышечных паттернов (зажимов), чувствовал улучшение физического и психического состояния, обретал способность выражать себя более полно, раскрепощался.
Как оказалось, у метода широкий спектр применения. Его стали использовать в подготовке к изучению боевых искусств, для совершенствования танцевальной техники, при реабилитации после травм и особенно для исцеления различных ортопедических и неврологических заболеваний. Вскоре метод получил широкое распространение и стал популярен во многих странах.
Ниже я привожу одну из современных техник метода Фельденкрайза, которую считаю особенно полезной, так как, кроме тренировки восприятия, она стимулирует мозговую активность в среднем мозге, о важных функциях которого мы поговорим в следующей главе.
Упражнение 8. Исследование поворота головы
Сядьте на стул, положите руки на колени, выпрямите позвоночник и закройте глаза.
Внимательно прислушиваясь к ощущениям, медленно поворачивайте голову вправо до тех пор, пока не почувствуйте легкое противодействие. Остановите движение и откройте глаза. Запомните положение головы, ориентируясь по точке, на которую устремлен взгляд. Это было проверочное движение.
Верните голову в исходное положение и снова закройте глаза. Повторите несколько раз поворот вправо, но не до ощущения легкого противодействия, а немного меньше. Отметьте характер ощущений в правой половине шеи, которые вы при этом испытываете.
Продолжайте повороты, прислушиваясь при этом к ощущениям, исходящим от верхней части позвоночника. Насколько далеко вниз они распространяются? Замедлите движения и очень внимательно прислушайтесь, поищите границы ощущений.
Повторите поворот вправо до ощущения легкого противодействия, откройте глаза. Изменился ли угол поворота по отношению к проверочному?
Верните голову в исходное положение, закройте глаза и сравните ощущения в правой и левой половинах шеи.
Снова сделайте несколько медленных поворотов вправо (не до ощущения противодействия), прислушиваясь к ощущениям в плечах – сначала в правом, потом в левом. Сравните эти ощущения.
Появилось ли желание подать левое плечо вперед, а правое – назад? Позвольте произойти этим движениям. Наблюдайте за тем, как вы сами себя до этого ограничивали, обратите внимание на то, что изменилось. Отметьте характер ощущений. Стало ли легче поворачивать голову? Повторите поворот несколько раз – медленно, осознанно.
Повторите движение с открытыми глазами. Как участвуют глаза? Испытывают ли они напряжение? Если да, то позвольте произойти движению, которое вы сдерживаете.
Совершая поворот, сосредоточьте внимание в основном на глазах, пусть шея и плечи как бы следуют за взглядом.
Прислушайтесь к ощущениям в позвоночнике – изменились ли они?
Теперь верните голову в исходное положение и сравните ощущения в правой половине шеи, телесность и функциональность которой вы хорошо осознали и в которой уже успели преодолеть некоторые «зажимы», и левой, с которой вы еще не работали. Поверните голову до упора вправо, затем – до упора влево. Замечаете разницу?
Это упражнение помогает понять, насколько телесная осознанность расширяет диапазон движений и возможностей человеческого тела.
Жизнь человека и эволюция его эго как краткая история человеческого общества
Взросление отдельного человека в его взаимоотношении с бытием напоминает историю человечества.
Младенчество – это доисторические времена. Человек – единое целое с миром. Бытийствовать для него так же просто и естественно, как дышать: он как будто растворен в теплом океане бытия. Эго еще отсутствует.
Детство – это Античность. Человек обнаруживает, что он – часть большого мира. Он проявляет активный интерес к своему телу и впервые задумывается о бытии. Зарождается эго.
Юность, молодость – раннее Средневековье. Человек вступает в конфликт с собственным телом, пытается его изменить – тело кажется ему несовершенным. Нередко он уповает на невидимую силу, к которой непричастен, эта сила – высший авторитет для него. У него масса психологических проблем, предрассудков и суеверий, он оторван от мира и, ощущая эту оторванность, задается вопросом: зачем я в этом мире? Эго-инквизитор правит человеком.
Взрослые годы – позднее Средневековье. Человек твердо верит в ложные убеждения-аксиомы и искупает свои грехи перед собственным эго, горя в инквизиторском костре. Конфликт между душой и телом приводит к экзистенциальной тоске.
Кризис средних лет – Возрождение. Не в силах больше жить по-старому, человек бунтует против собственной многолетней глупости. Он разоблачает свои убеждения, переосмысливает жизнь, переоценивает ее ценности. Человек ищет утраченную связь с миром. Эго активно сопротивляется переменам и ищет способы вернуть утраченные позиции.
Попытка выхода из кризиса – эпоха Просвещения, Реформация, Новое время. Человек с энтузиазмом ищет истину в теории, полагаясь на собственный разум.
Он жаждет преобразиться, вырваться из плена прежнего порядка. Эго находит способ обмануть человека и активно включается в поиски истины.
Созревание – эпоха романтизма. Человек стремится к природе, естественности, он прислушивается к своим чувствам, к сердцу, и ему кажется, что он вновь, как в далеком младенчестве, становится единым целым с миром. Он открывает для себя эстетический способ бытийствования. Эго убаюкивает его, грезит вместе с ним: ему опять удалось его обмануть.
Что приносит зрелость? Она напоминает Новейшее время, полное суеты, тревоги, разочарований, но в котором вместе с тем есть немало великих прозрений и мудрых открытий. Эго в раздумье: ему надеть праздничную рясу и торжествовать полную и окончательную победу или сесть за стол переговоров с человеческой душой?
Что выберет человек? И что выберет человечество?
Выводы из второй главы
Человек – выходец из природы. Долгое время он жил среди нее, был ее частью, созерцал окружающий мир, воздвигал немыслимой тяжести символы бытия – мегалиты, свято чтил проявленную в них бытийность и умел оставаться в реальности (сохранял воплощенность, ощущение бытийности) всю свою жизнь.
Выживание было непростым делом для древнего человека, но его сознание цепко держалось за ткань бытия. Не было ни государственности, ни развитой общественной системы, и потому имеющиеся зачатки виртуальности не могли еще переманить в свое пространство энергию человеческого сознания.
Религия, пришедшая из незапамятных времен, созданная едва ли не самой человеческой эволюцией, была простой и не содержала вопросов, на которые у человека не нашлось бы ответов. Эту эпоху называют золотым веком.
Борясь с недружелюбными силами природы, желая обеспечить себе более комфортную жизнь, люди вынуждены были объединиться в общество – такова историческая необходимость. Продолжая неуклонно развиваться, со временем человек создал первые государства, придумал письменность, написал первые тексты… И однажды он задался вопросом: «Что такое бытие?» Вместо того чтобы оставить вопрос риторическим, он попытался найти ответ с помощью философии. Так была изобретена вирусная головоломка, заразившая ум и в дальнейшем отобравшая у человека замечательную способность бытийствовать в течение всей жизни. Стремясь к ее разгадке, а параллельно – к власти, славе, накопительству и другим социальным ценностям, человек погрузился сознанием в виртуальное пространство.
Между тем человек не лишился окончательно способности бытийствовать. Его мозг по-прежнему устроен так, что он может ощутить свое присутствие в бытии в любой момент, как только пожелает. К сожалению, он не умеет долго удерживать это состояние: его сознание монополизировано виртуальностью. Такова дань обществу – тому самому, без которого человек не выжил бы в борьбе с силами природы.
Испытывая жестокий дефицит бытийности, блуждая в бесконечных лабиринтах виртуальности, на протяжении многих веков человек пытался вернуть утраченную способность с помощью разума и отвлеченных рассуждений. С переменным успехом он искал ее то в Боге, то в умозрительных абстракциях, то в научном прогрессе, то в отвлеченном искусстве, но не находил до тех пор, пока не занялся практикой бытийности.
Процесс поиска продолжается.
Глава 3. Тайные уровни существования: между мистикой и наукой
Мистики не говорят нелепостей, они точно описывают подлинное нейробиологическое событие[27].
Социальные настройки мозга
Многие взрослые люди часто недостаточно ясно понимают, откуда и куда движется их жизнь, и поэтому вместо того, чтобы жить ею – жизнью, топчутся на месте, суетятся, шумят, о чем-то спорят и время от времени с сожалением поглядывают на гремящие вагоны уходящих лет. Проходит лет 30–40–50, и они обнаруживают, что постарели. За эти годы неосознанности с ними произошло много как важных, так и бессмысленных событий, и люди говорят: все это наш опыт. Они многому научились, но – опытные, взрослые – они по-прежнему не владеют чувствами, мыслями, телом: в этом странном ожидании их организмы привыкли жить сами по себе. Взрослые жили долго, много работали и размышляли, но так и не сумели осознать свое духовно-телесное «Я», обнаружить его здесь, в бытии.
Вот почему они часто не умеют любить, а сосредоточены на том, что их «недолюбили». Вот почему они вынуждены были заполнить одиночество камнями убеждений. Вот почему в них нет той легкости, которая была когда-то в детстве.
Возможно, они могли бы еще это исправить, но вместо этого терпеливо ждут, когда исправится мир. Экзистенциальная тоска, переполняя их, просачивается наружу, и вот однажды они видят в зеркале человека, который их пугает. И тогда они в ужасе призывают людоедку-депрессию: приди и скорее уничтожь этого монстра! И она приходит и уничтожает. А иногда по их зову приходят шаманы-неврозы и сжигают их в своем ритуальном огне.
Некоторые из взрослых, опомнившись, сопротивляются, пытаются отогнать этих кровожадных ведьм и колдунов фальшивым смехом и показной уверенностью, но это не убавляет их аппетита – они уверенно продолжают трапезу.
И самое печальное, что, оставаясь такими вот взрослыми горемыками, так и не нашедшими самих себя, они по своему подобию воспитывают детей – новых будущих взрослых. Дети задают им тысячи вопросов, а они повторяют: «Завтра! Вчера! Там!» – и никогда не говорят: «Здесь и сейчас!» Они пихают им в руки камни своих убеждений, а если дети не хотят брать, они сердятся, кричат на них, уговаривают… Так в детях зарождается и множится виртуальность.
Попав в виртуальный мир взрослых, душа ребенка сталкивается с таким сложным сплетением сомнений, иллюзий, зависимости, что до конца жизни намертво зависает. Современный взрослый человек – это и есть зависшая душа и живущие собственной жизнью чувства, мысли и тело.
Я не хотел никого напугать этим отступлением. Напротив, я хотел напомнить: у нас всегда есть выбор.
Мы уже говорили о том, что история не успела оказать заметного влияния на структуру мозга, сформированного природой в доисторический период эволюции. Анатомически наш мозг выглядит точно так же, как мозг представителей рода Homo sapiens, живших десятки тысячелетий тому назад. А это значит, что если бы младенец из далекого прошлого каким-то фантастическим образом попал в настоящее, а современный младенец – в прошлое, то, воспитавшись обществом и повзрослев, вероятнее всего, они оба стали бы типичными представителями своего времени.
Почему же древний человек оставался бытийным в течение всей жизни, а современный, взрослея, эту способность утрачивает?
Чтобы это понять, обратимся к нейробиологии.
Мы не можем сравнить исследования биоэлектрической активности мозга современного человека и его первобытного предка, ибо у нас нет возможности обследовать последнего. Но зато мы можем сравнить результаты исследования головного мозга взрослого и ребенка. Они показывают, что у взрослых наибольшая активность наблюдается в коре больших полушарий и лимбической системе, в то время как у детей – в стволе, куда входят средний мозг, продолговатый мозг, мост и мозжечок.
О чем это говорит?
Науке известно, что кора больших полушарий обеспечивает сложные психические процессы, мышление, речь и многое другое. Лимбическая система контролирует сексуальное поведение, генерирует эмоции и совместно с корой отвечает за воображение. Благодаря этим двум частям мозга человек является социально активным существом, способным воображать, мыслить, говорить и т. д.
Наука также знает, что ствол мозга относится к наидревнейшим структурам – им обладали еще примитивные хордовые. Он содержит в себе ядра черепных нервов, через которые осуществляются чувствительные и двигательные функции. Входящий в него средний мозг представляет собой небольшую область мозга, которая служит центром коммуникации для визуальной, слуховой и двигательной систем. Красное ядро, расположенное в среднем мозге, собирает информацию о положении тела в пространстве, состоянии мышечной системы и кожных ощущениях. Мозжечок отвечает за координацию, равновесие и мышечный тонус. Таким образом, ствол мозга обеспечивает человеку те самые ощущения-квалиа, о которых мы говорили в первой главе.
По тому, какая часть мозга у человека более активна, можно судить о его мировосприятии, и наоборот. Когда человек занят, скажем, планированием завтрашнего дня, он удерживает сознание в коре – преимущественно в височных и теменных областях. При этом изменяется характер волновой активности мозга в сторону преобладания бета-ритма, что свойственно процессу активного мышления, а также состояниям суеты, тревоги, страха и т. д. Одновременно происходит частичное блокирование сенсорной информации, поступающей по нервным волокнам к стволу мозга – он как бы временно отключается от окружающей реальности, переходит в автономный режим.
Если же ему предложить выполнить упражнение 1 («Я – есть») или 8 («Поворот головы»), то, концентрируясь на тактильных и мышечных ощущениях, на синхронной работе глазных и шейных мышц, он тем самым изменит биоэлектрическую активность, усилив ее в среднем мозге.
Маленькому ребенку, в отличие от взрослого, не надо особым образом настраиваться и концентрироваться, чтобы войти в состояние бытийности. Мозг ребенка устроен таким образом, что он способен ощущать присутствие в бытии практически постоянно. Это детское бытийствование полнее и глубже, чем взрослое. Проще говоря, ребенок смотрит на мир средним мозгом. При этом волновая активность мозга у него проявляется преимущественно альфа-ритмом, для которого характерны низкий уровень напряжения нервной системы и состояние умиротворения[28].
И вот теперь, возможно, мы немного приблизились к разгадке тайны древнего человека. Мы можем предположить, что его бытийствование напоминало бытийствование ребенка – он тоже смотрел на мир средним мозгом, а в мозговой активности уровень альфа-волн был гораздо выше, чем у современного человека.
На заре существования рода Homo sapiens в том виде, в котором он существует сейчас (по разным данным, от 40–50 тысяч до 100–150 тысяч лет назад), общество находилось в зачаточном состоянии и не имело развитых традиций воспитания. Оно не могло оказывать такого воздействия на мозг, какое оказывает сейчас. Но жизнь усложнилась, и требованием времени стало развитие абстрактного мышления и высших психических функций. Мозг современного взрослого человека отличается от мозга далекого предка тем, что я называю социальными настройками. Именно благодаря им он утрачивает способность бытийствовать.
Что это за настройки?
Уже с первых дней жизни общество в лице родителей активно воздействует на ребенка. Его задача – вырастить взрослое социально активное существо. Для этого ребенку прививаются социальные навыки и нормы поведения. Подобное воздействие приводит к изменениям как в нервной системе, так и в психике ребенка.
Во-первых, в его мозге активно образуются нейронные связи. Между отдельными клетками головного мозга (нейронами) есть контакты – синапсы. Когда информация в виде электрического импульса впервые передается от нейрона к нейрону, ей приходится преодолеть щель синапса. Пройдя несколько раз по одному и тому же пути, информация прокладывает колею. Образуется устойчивый канал связи – микросеть, состоящая из нескольких нейронов. Благодаря таким микросетям закрепляются повторяющиеся действия, возникают привычки, стереотипы поведения и убеждения, которые впоследствии будет сложно изменить. Сформируется ли та или иная связь между нейронами, напрямую зависит от получаемого опыта, а прочность и долговечность этих связей определяется упорством родителей (воспитателей) и количеством повторений. И еще один факт: укрепление устойчивых нейронных сетей приводит к разрушению нестойких, редко используемых, полученных в результате случайного опыта.
Во-вторых, любые активные действия со стороны взрослых так или иначе травмируют душу ребенка – ту неуловимую субстанцию, которую ребенок ощущает как свое настоящее «Я». От души в буквальном смысле откалываются фрагменты, из которых формируются психологические комплексы. Соединившись между собой в относительно устойчивую систему, комплексы впоследствии образуют личность – эго. Аналогичную теорию около 100 лет назад предложил Карл Густав Юнг, и в последние годы она получила ряд подтверждений.
Эти два вышеперечисленных процесса, один из которых происходит в нервной ткани, а другой – в сознании, и обеспечивают нацеленность человека, воспитанного в современном обществе, на виртуальность.
От сформировавшихся нейронных связей (настроек мозга) и собранной из фрагментов души личности (настроек психики) во многом зависит степень свободы человека. Они определяют его поведение, характер жизни и ее качество.
Выходит, и в психологическом, и в биологическом смысле воспитание ребенка и его детский опыт – это не только передача и получение информации, но и своего рода настройки, которые можно сравнить с настройками электронного устройства.
Если ваш радиоприемник настроен на длинные волны, вы не сможете с его помощью прослушивать радиостанции, вещающие в ультракоротковолновом диапазоне. Точно так же, если человеческий мозг был с детства настроен на восприятие виртуальности, в течение всей жизни рамки настроек будут надежно удерживать его от восприятия бытийности.
Эго-личность современного человека непрерывно потребляет энергию сознания, отнимая ее у души, а старые нейронные связи обеспечивают стабильность такого порядка, а значит, и предсказуемость поведения человека, не позволяя ему совершать каких бы то ни было кардинальных изменений в жизни. Постоянное вынужденное следование привычкам и стереотипам мышления усугубляет эту ситуацию.
Упражнение 9. Без маски
В привычных ситуациях на лицах людей обычно появляются характерные выражения, люди произносят присущие этим ситуациям слова, ведут себя стереотипно. Попробуйте это изменить.
Вы привыкли на работе хранить на лице серьезное выражение? А может, наоборот, показываете всем своим видом, что вам наплевать, хоть сами так не думаете? Вы много времени тратите на пустые разговоры с соседкой, сослуживцем или родственниками просто потому, что так привыкли?
Откажитесь на полчаса от стереотипов поведения. Снимите маску, не притворяйтесь. Перестаньте расходовать энергию на обслуживание вашей маски. Отдохните от игры и побудьте эти полчаса самими собой – используйте высвободившуюся энергию сознания на восприятие бытийных ощущений.
Через полчаса вы можете вернуть ваше привычное выражение лица, ваши специфические словесные обороты, но эти полчаса, где бы вы ни были, попробуйте пробыть без маски.
Итак, чтобы изменить характер жизни в пользу большей бытийности, человеку надо изменить характер работы мозга, поменять его настройки – создать новые нейронные связи. А еще – по-новому посмотреть на устройство собственной личности.
Но тут-то и загвоздка! Современное общество против этого. Оно, как самоорганизующаяся система, действует однонаправленно: навязывает человеку свои законы и ревностно следит за тем, чтобы он их соблюдал. Обществу жизненно необходимо, чтобы у человека сформировались четкие стереотипы поведения, ведь люди с предсказуемым поведением обеспечивают стабильность. Вот почему общество всячески оберегает традиции воспитания – в них содержатся необходимые коды настроек.
Это значит, что после того, как человек будет воспитан, он окажется привязанным к определенному алгоритму жизни. Впоследствии ему будет непросто перестроиться, изменить мировосприятие, сломать привычные модели поведения. Для того чтобы искоренить старые привычки и начать мыслить по-новому, он должен будет проложить в своем мозге новые пути для электрических импульсов, а создание новых нейронных сетей – это всегда самый трудный момент: такова физиология мозга.
Попробуйте написать на бумаге несколько слов не доминирующей рукой, то есть левой, если вы правша, и правой, если левша. Вы умеете правильно держать ручку, прекрасно знаете, как выглядят прописные буквы, но из-за отсутствия необходимых нейронных сетей на бумаге выходят сплошные каракули.
Точно так же воспитание и опыт, привив человеку определенное поведение, отучили его от бытийствования: они перенастроили его буквально на клеточном уровне.
Выходит, с одной стороны, человек – заложник общественной системы, а с другой – раб собственного мозга?
В каком-то смысле так и есть. Но прежде всего он дитя природы, и это значит, что на помощь ему регулярно приходят естественные стимулы. Природа тоже одно-направленна, и человек постоянно чувствует ее зов. Природа неизменно стремится к возрождению: ее колоссальная воля к жизни живет в теле человека, и он осознает ее всякий раз, когда к нему прислушивается.
Рептилия, прильнувшая брюхом к горячему камню, сливается с бытием и растворяется в вечности. Не мигая, она смотрит на мир древним мозгом. У человека тоже есть древний мозг, ведь он и сам животное – он тоже способен сливаться с бытием и растворяться в вечности. Но он непростительно редко смотрит на мир так, как на мир смотрят животные, потому что общество ему запрещает это делать. Оно пытается перехитрить природу и не хочет, чтобы человек слишком часто и подолгу прислушивался к себе, поэтому намекает ему, что быть бытийным – непрактично, странно и даже непристойно. «Посмотри на себя, – говорит оно, – ты уже взрослый, веди себя подобающе».
Как на это реагирует человек? Он чувствует вину, пытается подавить в себе животность и всякую естественность, он стесняется бытийности и стремится выглядеть предельно социализированным. В условиях этого неофициального табу, вечного напряжения и борьбы он постепенно забывает, что живет в придуманном виртуальном мире. Когда же он вспоминает это и пробует вырваться из липкой сети виртуальности, то быстро теряет силы и запутывается еще больше. Он чувствует, как некая сила возвращает его обратно, и эта сила – социальные настройки его мозга.
Как же изменить эти упрямые настройки и довериться зову природы?
Прежде всего надо понять, что бытийность – это не философская категория, которую нужно осмыслить, и не моральный принцип, который надо принять. Бытийность – это психофизиологический навык, который надо освоить на практике точно так же, как маленькие дети осваивают ходьбу. Годовалым детям не преподают теорию ходьбы – их просто учат ходить, по крайней мере не препятствуют тому, чтобы они научились этому сами.
Взрослый человек смотрит на мир корой головного мозга, поэтому видит его прежде всего сквозь призму воображения. Занимаясь такими практиками, как эмбодимент, вы постепенно активируете древние структуры – те, которые были активны в детстве. Научитесь смотреть на мир стволом мозга – и ваше восприятие бытия качественно изменится.
Ребенку, конечно, проще. Ведь он живет среди людей, которые только и ждут от него первого шага. Человек же, пожелавший стать более бытийным, чувствует себя в какой-то мере бунтарем-подпольщиком. Оказавшись между двумя силами – энергией природы и моралью общества, он попадает в странную ситуацию. С одной стороны, общество по-прежнему требует, чтобы он отрекся от права быть душой-самостью и выбирал путь эго-личности. С другой стороны, природа изо всех сил желает в нем возродиться, и поэтому душа взывает о помощи.
Многие миллионы людей уже сделали этот выбор, и он, разумеется, не в пользу души. Но это закономерный выбор, он продиктован эпохой. Мы уже видели историю человечества. Когда-то человек был бытиен, как дитя, однако он не мог гарантировать выживание своему роду. Каждое мгновение жизни он мог подержать в ладонях, но это была слишком короткая жизнь: древние люди жили два, от силы три десятилетия. Позже человек подчинил себе природу с помощью разума, он создал миллионы машин, обеспечивших ему относительно долгую и комфортную жизнь, но ради этого ему пришлось пожертвовать бытийностью, и теперь жизнь, которую он сумел продлить на несколько десятилетий, пролетает быстро и незаметно.
Этот парадокс вовсе не означает, что судьба сыграла с человеком злую шутку и участь его предрешена. Смещение в виртуальность – всего лишь характеристика переходного периода из одной человеческой эпохи в другую. Впереди – миллионы лет истории, а позади – только несколько тысячелетий. До этого же человек был дикарем. И он до сих пор в начале своего развития.
Посмотрев на историю шире, мы поймем, что люди – разумные животные, которые отчаянно пытаются построить идеальное общество, и, возможно, это будет невероятно долгий период. Хотим мы того или нет, он будет растянут на многие тысячелетия. Но я уверен: однажды люди придут к пониманию того, что культивирование бытийных традиций в обществе необходимо для сохранения психического и физического здоровья человечества.
С одной стороны, такой прогноз звучит не слишком утешительно, ведь мы – люди, живущие в XX веке, – не увидим того идеального общества, которое построят наши далекие потомки. Но, с другой стороны, понимание того, что общественная мораль и сложившийся порядок вещей не истина в высшей инстанции, а лишь временная ситуация, дает нам возможность пересмотреть свой собственный экзистенциальный выбор и открывает путь к развитию. Вот почему в книге о практике и психофизиологии бытийности мы так много говорим об обществе и его истории.
Из вышеизложенного делаем вывод, что бытийствование – это наше природное право, а овладение социальной культурой – необходимость, связанная с задачей сохранения рода, и наша цель – не выбрать что-то одно из этих двух, а, наоборот, преодолеть те моральные, психологические и прочие помехи, которые нам мешают гармонично объединить в себе оба феномена – бытийность и социальность. Нам необходимо научиться чувствовать желания природы, не забывая о целях общества, а для этого душа и эго должны стать союзниками.
В процессе достижения цели мы будем опираться на современную науку, духовный опыт человечества и личную практику.
Упражнение 10. Нейробика
Прислонитесь щекой или лбом и ладонями к стене. Созерцая ее в упор, повторяйте в течение нескольких минут: «Я… есть… Я… есть…»
Лягте на пол, посмотрите в потолок и снова повторяйте мантру «Я есть». Закройте глаза, перевернитесь на живот. Продолжайте повторять мантру.
Найдите в доме уголки, где вы редко бываете. Сядьте, примите позы, которые вы редко принимаете, и продолжайте выполнять упражнение.
Это упражнение помогает задействовать новые участки мозга, связать их с бытийными ощущениями.
Кроме того, в непривычных местах и необычных позах ослабевает власть стереотипов мышления. На какое-то время ум затрудняется находить виртуальные шаблоны, эквивалентные ситуациям. При этом возникают новые нейронные связи. В такие моменты состояние бытийности достигается проще и осознается ярче.
Практикуйте это упражнение как дома, так и вне его. Постоянно находите свои собственные способы ослабить влияние стереотипов.
Метод созерцания
Современный мир полон суеты – это очевидно. Но бесспорно и то, что суетность в мире распространена неравномерно. Есть общества, в которых культура бытийности достигает критически низкого уровня. Чаще всего это государства с развитыми экономиками и высоким уровнем жизни, преобладающим количеством городского населения, а следовательно, стремительным темпом, высоким уровнем стрессогенности и характерными культурно-ментальными установками. Социальные настройки у людей, живущих в таких обществах, препятствуют возможности изменить взгляд на мир, сделать его более безоценочным, естественным, и это основная причина психологических проблем. Вот наглядный пример: в Америке – стране с самой развитой экономикой в мире – количество лиц, заболевших депрессией, за последние полвека выросло в несколько раз, и теперь ею страдает каждый десятый американец.
Но есть и другие общества, где бытийные традиции в той или иной мере сохранились и доныне. Прежде всего, это группы населения или народности, занятые преимущественно сельскохозяйственным трудом. Чем дальше от города и ближе к природе, тем более бытийным чувствует себя человек. Важную роль также играет религия. Например, в тех странах, где распространен буддизм, люди намного уравновешеннее и менее суетны, чем в западном мире. В буддистских обществах, где многие практикуют медитацию и осознанное поведение, количество людей, страдающих психологическими проблемами, в разы меньше, чем в других культурах. Крестьянин-скотовод из Бутана, не имеющий ни телевидения, ни Интернета, ни телефона, большую часть времени погружен в физическую работу и созерцание реальности. Именно у таких обществ, не порвавших связь с древним мировоззрением, современному человечеству целесообразно учиться бытийным традициям.
Один день мудрого и медитирующего человека воистину лучше ста лет человека, не имеющего ни мудрости, ни самоконтроля.
Сколько бы границ люди ни создавали, различные общества, сосуществуя на планете, на протяжении всей истории влияли друг на друга. Либо воюя между собой, либо поддерживая торговые и экономические отношения, они так или иначе обменивались ментальностью (другими словами – социальными настройками).
В наше время Восток и Запад все активнее делятся друг с другом своими традициями. Благодаря этому во всем мире уже давно стали популярными такие духовные практики, как йога и медитация.
Большинство взрослых современных людей смогут хотя бы в общих чертах объяснить суть этих практик, ведь о них уже написано немало книг. В этой области проводились серьезные научные исследования, и принципы, взятые из йоги и медитации, с успехом используются в некоторых видах психотерапии.
Нам, современным людям, привычно рассуждать о подобных психологических практиках, ведь мы уже кое-что знаем об устройстве мозга и связи его с психическими функциями, слышали о духовных учениях и т. д. Сейчас по всему миру открыто множество школ, проходят выездные семинары по обучению этим методам, они широко рекламируются. Древним мистикам – первооткрывателям методов работы с сознанием – было куда сложнее. Очевидно, это были очень наблюдательные люди: наблюдательность позволила им обратить внимание на тот факт, что зарождающееся общество заставляет человека верить в иллюзии. Это заставило их искать способы осознания реальности.
Разумеется, древние мистики не могли ничего знать о нейронных связях и работе коры головного мозга, в их распоряжении не было ни науки, ни многовекового эзотерического наследия, которое есть у нас, но они умели чувствовать и сосредотачивать внимание на ощущении. Им предстояло пройти по нехоженому пути, и все, чем они могли пользоваться, – это собственное сознание и постепенно накапливаемый опыт.
К сожалению, нам ничего не известно о начале этого пути. Читая древние (прежде всего, древнеиндийские) тексты, мы узнаем, что передаваемые из поколения в поколение знания считались священными. Но откуда взялись эти знания?
Возможно, однажды какой-то наблюдательный человек заметил, что при определенных обстоятельствах сознание сужается. Находясь в таком состоянии, люди многого не видят, не чувствуют: мир для них тоже как бы сужен. В такие моменты людьми управляют иллюзии. Привязавшись к ним, сознание становится похожим на узкую реку с быстрым течением – оно так же стремительно, неудержимо и мутно. И наоборот – сознание созерцателя, свободно охватывающее бытие, напоминает широкую реку с медленным течением – оно движется плавно и размеренно.
В «Ригведе» – собрании гимнов, составленном еще во II тысячелетии до н. э., – есть призыв к Агни – богу огня, управляющему вселенской энергией, в том числе и энергией сознания: «Создай, о Агни, воспевающему (тебя) широту против узости!»[29]Эта молитва отражает важную идею, которую древние жрецы-риши воплотили в Ригведе: противопоставление широты (urii-loka) и узости (hmhas). В ведийской модели мира они представляют собой одну из ее главных оппозиций.
Суженное сознание условно можно сравнить с локальной биоэлектрической активностью, ограниченной определенными зонами мозга. Иначе говоря, это зацикленность, механическое использование одних и тех же нейросетей с устойчивыми нейронными связями, приводящее к стереотипному мышлению и поведению.
У человека, чьи психические функции находятся под управлением настроек мозга, сознание, безусловно, сужено. Выйти за пределы настроек – значит расширить сознание. Расширенное сознание – это освобождение от власти программы. Взяв под контроль сознание, управляя им, человек способен волевым усилием изменять активность мозга в различных его участках, кардинально меняя при этом мироощущение.
Возможно, обнаружение факта, что сознанием можно управлять, и стало одним из тех открытий, которые вдохновили людей искать истину.
Из древних текстов мы знаем о двух категориях мистиков, занимавшихся совершенствованием духовных практик. Одни были привязаны к святилищам и следили за исполнением ритуалов и соблюдением определенного образа жизни, а другие жили в лесах и других отдаленных местах, где практиковали аскезу, молчание, самоконтроль и т. д. Практики, которыми занимались древние жрецы и аскеты, привели к возникновению
Метод представлял собой набор психофизических упражнений, жизненных правил и ритуалов, направленных на концентрацию внимания и углубление состояния осознанности. Практикующие его адепты тренировались на протяжении многих лет, со временем превращая практику в привычку. Годы тренировок приводили к улучшению контроля над организмом, перестройке нейросетей мозга, обострению восприятия реальности и измененным состояниям сознания.
Упражнение 11. Безоценочное созерцание
Медленно ходите по комнате, переводя взгляд с одного предмета на другой, не называя мысленно эти предметы, не задумываясь об их практических или других свойствах. Воспринимайте вещи такими, какими вы их видите. Старайтесь не думать ни о чем конкретном. Будьте как младенец, перед которым висят погремушки. Смотрите на вещи внимательно, с интересом, но так, словно видите их в первый раз. Подходите вплотную к стенам, мебели, касайтесь их, прислоняйтесь к ним грудью, щекой, лбом – принюхивайтесь, рассматривайте вблизи. Учитесь воспринимать реальность безоценочно.
В этом упражнении вещи, на которые вы смотрите, не служат никакой цели, а просто существуют в бытии. Постарайтесь сделать процесс созерцания как можно более глубоким. Упражнение выполняйте не менее 15 минут.
Эта практика ведет к стимуляции мозга, изменяет характер его активности, помогает противодействовать власти стереотипов, настраивает на бытийность.
Как показывают историко-археологические исследования, в древности метод созерцания практиковался не только на Востоке: он имел широкое географическое распространение. Между тем им всегда владело ограниченное число людей. Вероятно, еще до возникновения письменности долгое время хранители тайных знаний – жрецы, брахманы, волхвы, друиды – передавали из поколения в поколение информацию о методе в устном виде. Когда же зародилась письменность, ее записали – сначала на каменных плитах, затем – на глиняных дощечках, на папирусе, а позднее – на бумаге. Иногда эти записи сопровождались краткими протоколами переживаний мистиков, связанных с получением опыта созерцания.
К сожалению, лишь малая часть этих свидетельств дошла до наших дней, и практически ничего не сохранилось в первозданном виде. Но в отдельных культурах на основе древних учений возникли духовные школы, и некоторые из них со временем переросли в религиозно-философские системы. К наследиям древних мистических знаний относятся индуизм, йога, буддизм, даосизм, суфизм и т. п. Все эти системы формально отличаются друг от друга, но методы, которые являются ядром их практики, схожи между собой. Они основываются на сосредоточении, созерцании, самоконтроле и работе с энергией сознания.
Давайте рассмотрим некоторые из них детальнее.
Йога и медитация
История йоги корнями уходит в далекое прошлое. Первые упоминания о ней в древних книгах выглядят как комментарии для тех, кто уже посвящен в это таинство. Существуют археологические находки, подтверждающие, что люди на планете занимаются йогой не менее пяти тысяч лет, а возможно, и гораздо дольше.
Под термином «йога» обычно объединяют всю религиозно-мистическую практику в индуизме, а одной из характерных черт индуизма является то, что в нем не существует единой системы верований и общей доктрины и сам он состоит из смеси разнообразных философских и религиозных концепций, основанных на единобожии, многобожии и даже безбожном материализме. Вот почему многовековая йогическая практика представляет собой фантастическую смесь всевозможных школ и течений, между которыми на протяжении столетий велись непрекращающиеся споры о том, какая разновидность йоги лучше.
Тем не менее все многочисленные направления этой практики имеют одни и те же задачи: взять под контроль психику, научиться управлять энергией сознания и с помощью развившихся способностей достичь определенных духовных и психофизических состояний. Поскольку эти задачи отчасти совпадают с задачами нашей книги, разберемся, в чем же суть йоги.
Слово «йога» происходит от санскритского слова «йодж» – «упряжка», «слияние», «единение».
Что же с чем должно соединиться?
Согласно древнеиндийской философии дуализма санкхье, которая во все века была спутницей йоги, Вселенная состоит из двух реальностей – Пуруши и Пракрити – духа и материи, и обе реальности существуют независимо друг от друга.
Пуруша – сознание, обладающее способностью осознавать. Это вечная энергия, являющаяся, по сути, не чем иным, как проявлением Атмана, абсолютного духа Вселенной. Каждый человек своего рода луч Атмана, который он ощущает в себе как свое личное сознание – Пурушу. Пуруша человека, не практикующего йогу, не осознает саму себя: она отождествлена с предметами вещественного мира, ощущениями, мыслями и представляет собой эго-личность, живущую иллюзиями.
Пракрити – это природа: мир вещей, окружающий человека, а также его тело и вообще все, что можно видеть и чувствовать.
Если соотнести оба этих определения с терминологией, которую я использую в данной книге, то Пуруша – это творящая энергия сознания, Атман – душа в ее бытийном естестве, а Пракрити – реальность и виртуальность, которые сознание способно отражать.
Йога ставит перед собой предельно высокую цель – познать природу сознания на личном опыте. Первый шаг для этого – научиться контролировать чувства и мысли. Такая практика дает возможность отключить сознание от восприятия отражаемого мира (будь то реальность или игра воображения) и обратить к источнику. Иначе говоря, направить вектор сознания на осознание самого себя. И не просто на мысли, эмоции или внутренние ощущения (то, что мы называем внутренним миром человека), а на сам феномен сознания в его первозданной чистоте. Когда в ходе выполнения медитации йогу удается осознать свою Пурушу, происходит слияние с ее божественным источником, высшей формой существования бытия. Йог, достигший полного слияния с Атманом, сам становится Атманом – Всевышним.
Для достижения этой мистической цели упанишады предлагают вполне конкретную психофизиологическую практику, состоящую из шести последовательных этапов, к которым относятся «сдерживание дыхания, прекращение деятельности чувств, размышление, сосредоточенность, созерцательное исследование и полное слияние»[30]. В дополнение даются техники, помогающие йогу научиться управлять энергией сознания и подготовить психику к осуществлению заключительного этапа. Среди этих техник наиболее подробно описаны концентрация на телесных ощущениях, тишине или определенных звуках, таких как трансцендентальный звук «аум».
Упражнение 12. Мантра «аум»
Звук «аум» считается сакральным именем Атмана. В Упанишадах он сравнивается со стрелой, наконечником которой является сознание. Во время исполнения мантры воображаемая стрела движется вверх, пробивая толщу мрака и устремляясь к Атману.
Для выполнения этого упражнения выберите уединенное место. Сядьте, примите удобную позу и закройте глаза. Успокойте дыхание и мысли, сосредоточьтесь.
Поскольку слово «аум» состоит из трех звуков, его произношение разбивается на три временных отрезка: первые два произносятся более коротко, третий – протяжно.
Первый звук – «а» – создается на уровне живота (земные вибрации), второй – «у» – на уровне груди (воздушные вибрации). Во время произнесения этих двух звуков должны звучать нижние (так называемые грудные) резонаторы – бронхи, трахея. Если, положив ладонь на грудь, вы чувствуете вибрацию, значит, мантра исполняется правильно.
Третий звук – «м» (небесные вибрации) – должен заставить резонировать черепную коробку.
Сделайте плавный глубокий вдох, а на выдохе пропойте мантру. Исполняя ее, концентрируйте внимание на звуках, постепенно как бы выталкивая их снизу вверх. Во время произнесения звука «м» концентрация должна достигать наивысшей степени.
Выполняйте упражнение в течение десяти минут. Сосредоточение внимания на звуках и вибрации помогает обрести безмятежность, отстраниться от посторонних мыслей.
Мистический опыт показывал, что достижение высшей ступени йоги (слияние с Атманом) сопровождалось экстатическим трансом, чувством умиротворения и свободы. Считалось, что, просветлившись, йог обретал абсолютную мудрость и духовное бессмертие. Это и есть высшее единение: «Словно вода в воде, молоко в молоке, масло в масле, так же становится неразличимым и Атман живого существа от высшего Атмана»[31].
Чтобы достичь этой высшей ступени, йогу необходимо было соблюдать аскезу, которая заключалась в ведении скромного образа жизни и отказе потакать желаниям. Хочется есть – голодай, хочется спать – бодрствуй, хочется пить – терпи. Непрерывная борьба с желаниями требовала от йога постоянного самоконтроля, но высокая цель – достижение божественного состояния – была настолько желанна, что йог мог идти к ней всю жизнь.
Между тем даже в аскезе нужна мера. Уже в те времена мистики знали, что, слишком ревностно следуя по пути йоги, можно попасть в ловушку собственной эго-личности и вместо мудрости и свободы обрести чрезмерную самовлюбленность и гордость, то есть усилить эго-личность. Неправильное использование практики могло приводить к результатам, противоположным цели йоги. Опыт показывал, что это распространенный побочный эффект аскезы. Поэтому йог должен не забывать о гармонии и равновесии.
Более полно концепция йоги изложена в «Бхагавадгите», созданной предположительно в I тысячелетии до н. э. и вошедшей в состав эпоса «Махабхарата». В ней передан метафорический диалог между воином Арджуной (ищущим эго) и богом Кришной (душой). Этот диалог совершается накануне битвы между двумя родственными кланами, к одному из которых относится Арджуна. Глубокое, мучительное сомнение в целесообразности битвы, которую испытывает Арджуна, не желающий убивать родственников, становится завязкой произведения. Но его колесничий Кришна убеждает Арджуну не сворачивать с пути воина и объясняет суть йоги. Предстоящая битва – поединок сознания и тела – это и есть йога. Душа человека вечна и потому не может быть убита. «Ты должен сразиться», – говорит Кришна, провозглашая принципы карма-йоги – йоги действия. Йог, самоотверженно движущийся к цели, никогда не останавливается, но также он не должен отвлекаться на мысли о пути: его идеал – чистое сознание, лишенное всякой привязанности.
Получив от осознавшей себя души истинное знание, ты больше никогда не впадешь в заблуждение.
Особенность «Бхагавадгиты» – ее поэтичность и образность, что делает ее привлекательной для широкого круга читателей. Это произведение значительно дополняет упанишады, поскольку вмещает в себя выводы, сделанные на основе опыта многовековой йогической практики (некоторые исследователи считают, что и сама «Бхагавадгита» составлялась и совершенствовалась на протяжении многих веков). Неудивительно, что до сих пор эта книга остается самым популярным и авторитетным текстом о йоге.
Менее изысканной, но еще более практичной выглядит «Йога-сутра», созданная знаменитым учителем йоги Махариши Патанджали во II веке до н. э. Его учение – обобщенный опыт всей предшествующей йогической практики и лаконичная инструкция, в которой нет ни поэтических рефренов, ни лишней «воды».
Патанджали дает строгую восьмиступенчатую систему самосовершенствования. Она начинается с принятия морального кодекса, включающего в себя воздержание от воровства, насилия и лжи, а также с соблюдения определенных требований – аскетизма, очищения, самообуздания, целеустремленности и т. д. За этим следует практика асан – специальных устойчивых поз, которые помогают уравновесить состояние психики: когда йог находится в правильной позе, он испытывает полную безмятежность. Такая подготовка является необходимым условием для практики дальнейших ступеней – правильного дыхания, концентрации и медитации.
Во время медитации осознанности йог стремится удержать материю мысли от облачения в различные образы или пытается достичь прекращения всякой умственной деятельности[32]. Высшая ступень йоги Патанджали и ее цель – состояние самадхи – окончательное осознание Пурушей самой себя и единение с Атманом. Достижение этого состояния сопровождается экстазом, просветлением и постижением истины.
Человеку, чья эго-личность в течение многих лет была сосредоточена на виртуальности и все это время потребляла большую часть энергии сознания, очень непросто достичь той цели, которую на протяжении тысячелетий ставили перед собой йоги. Ловко используя устойчивые нейронные сети мозга и энергию сознания, активируя воображение и мыслительный процесс, эго-личность постоянно уводит его с пути, не позволяя успокоить ум и сосредоточиться на созерцании.
Чтобы научиться управлять сознанием, человек должен предварительно изменить привычки, убеждения, мироощущение, то есть создать в мозге новые нейронные сети, дать себе новую установку.
Как это сделать?
К сожалению, не существует единого алгоритма: все люди разные. У каждого человека – свой путь, и его направление обнаруживается только в ходе личной практики. Вот почему в йоге существует так много школ и направлений – все они рассчитаны на различные человеческие психотипы и темпераменты. Каждый на свой лад – они готовят адептов к прохождению окончательного этапа. Далее все пути сходятся. Последний этап – единение – надлежит проходить в полном одиночестве, отбросив любые привязанности, даже саму йогу, а с ней и высшую цель – Атмана.
Нет статистики, сколько человек прошли этот окончательный этап, но хорошо известно, что в наше время огромное число людей во многих странах мира (по некоторым данным, до 1/4 миллиарда человек) практикуют различные виды йоги и йогической медитации. Многочисленные исследования показывают, что люди, регулярно занимающиеся этим, не только улучшают состояние психофизического здоровья, но и обретают способность управлять сознанием. Так, во время выполнения сосредоточения наблюдается изменение характера волновой активности мозга в сторону замещения бета-ритма альфа-ритмом. При этом резко снижается активность в областях, которые отвечают за мышление (что приводит к блокировке когнитивных импульсов), и увеличивается в областях, отвечающих за внимание. Это значит, что с помощью йоги можно управлять мыслительным процессом вплоть до полной его остановки, а высвободившуюся энергию распределять по своему усмотрению.
Зная, как устроен мозг, и умея управлять его биоэлектрической активностью (сознанием), человек сможет освободиться из-под власти социальных настроек мозга и самостоятельно контролировать свое мироощущение. И в этом ему поможет наука и духовные практики.
Упражнение 13. Осознанное молчание
Это упражнение относится к традиционной практике йоги.
В выходной день попробуйте провести нескольких часов в полном молчании. Вы можете при этом находиться как в одиночестве, так и среди близких или друзей – важно, чтобы они знали о том, что вы выполняете упражнение. Для удобства вы можете иметь при себе ручку и лист бумаги или телефон, тогда в случае необходимости вы сможете обменяться письменными сообщениями.
Если возникают побуждения нарушить тишину, заговорить, просто наблюдайте за этими побуждениями, смотрите, откуда они приходят, и ничего не предпринимайте.
Следите за собой, за телесными ощущениями, которые испытываете, за мыслями и эмоциями, появляющимися внутри вас. Иногда могут возникнуть новые, непривычные чувства. Не реагируйте на них, просто наблюдайте.
Время от времени садитесь ненадолго в удобную позу и, закрыв глаза, старайтесь ни о чем не думать. Оставайтесь внутри вашего молчания, пытайтесь к нему привыкнуть. Если мысли все же возникают – просто смотрите на них, продолжая внутренне молчать. Это звучит странно, парадоксально, но попробуйте не общаться с мыслями, возникающими у вас в голове, а молчать, находясь среди них, так же, как вы молчали, находясь среди близких или друзей.
Практикуйте это упражнение по выходным в течение двух месяцев.
Три печати дхармы
Легенда гласит, что принц Гаутама до 29 лет жил счастливо и безмятежно в своем прекрасном дворце. Отец тщательно оберегал его от реалий жизни, и принц не имел понятия о людском горе, болезнях и смерти. Но однажды, случайно оказавшись за пределами дворцовых стен, он увидел мир обычных людей с их непрекращающимся страданием и беспомощностью перед законами природы. Глубоко пораженный увиденным, принц задумался о способах избавления от неминуемых страданий и преодоления неизбежности смерти.
Не найдя ответа, Гаутама оставил прежнюю жизнь и направился на поиски мудрости. Бродя по Индии, он повстречал аскета-отшельника, который поделился с ним ведическими знаниями. По его совету Гаутама ушел в лес и усердно занялся йогическими практиками.
После нескольких лет безуспешных медитаций, не в силах достичь просветления, Гаутама подверг себя крайней аскезе и однажды едва не умер от истощения. Поняв, что, умертвив плоть, он не сумеет достичь цели, Гаутама заставил себя немного поесть и после этого продолжил духовный поиск. Этот опыт помог ему успокоить ум и позднее лег в основу срединного пути – одной из главных концепций буддизма: «Двигаясь к цели, не впадай в крайности».
Набравшись сил, Гаутама расположился под деревом бодхи. Он сказал себе, что на этот раз цель должна быть непременно достигнута, сосредоточился и вошел в состояние глубокой медитации, после чего последовала полная йогическая реализация – просветление. Так Гаутама стал Буддой.
В течение всей оставшейся жизни Будда Гаутама бродил по Индии, делясь с людьми своими открытиями. Его интерпретация йоги имела ряд особенностей и легла в основу нового религиозно-мистического учения – Дхармы[33]Просветленного, позже названного буддизмом.
Одной из главных концепций буддизма стала теория трех признаков бытия, которую еще называют тремя печатями Дхармы.
Первая печать – анитья – удостоверяет, что в мире нет ничего постоянного. И вещественный мир, и дух находятся в состоянии постоянного изменения. Даже Будда не является константой. В этом заключается отличие буддизма от религий, основанных на Ведах, в которых Атман представлен как некое незыблемое совершенство. Принятие первой печати Дхармы помогает человеку освободиться от устойчивых убеждений и привязанности к кажущемуся постоянству.
Вторая печать Дхармы – дукха – удостоверяет, что суть всего происходящего в мире есть страдание. Чего бы человек ни желал, к чему бы он ни стремился, какими бы хитроумными путями ни пытался достичь своих жизненных целей, результатом в конце концов будут страдание и неудовлетворенность. Причина этих страданий для человека – порождающее желания эго. Эго относительно и обусловленно, оно лишь результат временного отождествления с теми вещами или явлениями, которые однажды будут непременно разрушены временем.
Третья печать – анатман – удостоверяет, что на самом деле никакого «Я» не существует. Как это понимать? Согласно буддизму, нет ни индивидуального «Я», ни высшего Атмана. Всякое «Я» формируется исключительно под влиянием привязанностей, освободившись от которых человек становится чистым бытием. Несмотря на споры между буддистами и сторонниками ведической философии, можно проследить параллель в отношении обоих учений к индивидуальному «Я». Атман – это аналог ведической Пуруши – сознания. Пуруша бесформенна и имеет ту же природу, что и вселенский Атман, но, будучи отождествленной с изменчивым вещественным миром Пракрити, она становится обусловленной эго-личностью и не осознает себя. Именно в неосознанном, отождествленном состоянии она зовет себя «я», но по достижении йогического единения с Атманом это личностное «я» теряет смысл: «Подобно тому как реки текут, направляясь к морю; достигнув моря, исчезают [в нем]; пропадают их имя и образ, и они зовутся “морем”, – так же и эти шестнадцать частей этого зрящего, направляясь к пуруше и достигнув пуруши, исчезают [в нем]; пропадают их имя и образ, и они зовутся пурушей. Он – единый, лишенный частей, бессмертный»[34].
Как описать состояние, когда душа человека, осознав себя, сливается с бытием? «Я – это тот пуруша в солнце. Поистине, это чтущий действительное, солнечная природа солнца; это чистый пуруша, бесполый. Это лишь часть света, вошедшего в пространство; это словно в середине солнца, в глазу и в огне; это Брахман, это бессмертие, это сияние…»[35]
Поток сознания, смешивающийся с бытием. Не правда ли, это удивительно напоминает известное нам стихотворение из «Атхарваведы»?
Упражнение 14. Випассана
Это популярная буддистская медитация. Ее суть заключается в глубоком сосредоточении на фоне абсолютного бездействия. Цель этой медитации – достичь состояния прозрения, в котором происходит осознание тех самых трех признаков бытия, о каких мы говорили выше. Эта практика поможет получить опыт работы с энергией сознания.
Сядьте и примите удобную, устойчивую позу, например скрестив ноги и прислонившись спиной к стене или позу лотоса. Если такие позы кажутся сложными, просто сядьте на диван или стул.
Проследите за тем, чтобы спина была прямой – это важно для медитации: ничто не должно мешать дыханию во время ее выполнения.
Сложите руки на бедрах, соединив ладони. Закройте глаза, расслабьтесь. Дождитесь, пока успокоится дыхание.
Выберите объект, на котором будет сосредоточено ваше внимание. Сам я делаю так: представляю себе место в области лба и неотрывно «смотрю» на него мысленным взглядом. Можно также следить за дыханием, ни на секунду не прекращая наблюдения. Можно слегка приоткрыть глаза и сконцентрировать взгляд на кончике носа. Или еще один вариант: предварительно заткнув уши ватой или берушами, сконцентрировать внимание на объекте тишины – так называемом звуке беззвучия.
Сидите неподвижно, дышите ровно, наблюдайте. Не отвлекайтесь на мысли. Помните: ваше внимание должно быть сосредоточено исключительно на выбранном объекте наблюдения.
Если вы будете достаточно сосредоточенны, кое-что произойдет. Я имею в виду особое трансцендентальное состояние, которое называют сатори. Оно – признак того, что вы выполняете медитацию правильно. Для его достижения вы должны собрать внимание в одной точке.
Это немного похоже на состояние перед чиханием. Если вы собираетесь чихнуть, вы сосредотачиваетесь на щекочущем чувстве в носу и как бы углубляетесь в него. Чтобы чихание произошло, вам надо отстраниться от мыслей и всего, что отвлекает.
Многие люди практикуют медитацию годами, но так и не достигают состояния сатори, а потом в один прекрасный миг оказывается, что путь к нему был очень прост. Тем не менее даже медитация без сатори многому учит и весьма положительно влияет на общее психическое состояние человека.
Практикуйте медитацию как минимум в течение получаса – либо утром, сразу после пробуждения, либо вечером, непосредственно перед сном. В это время волновая активность мозга наиболее благоприятна для медитации. Кроме того, гормон сна мелатонин, выделяемый в это время эпифизом, уменьшает интеллектуальную, эмоциональную и физическую активность, что поможет вам избавиться от лишних мыслей и сосредоточить сознание на объекте наблюдения. Во время выполнения медитации есть риск задремать, но волевое усилие и настойчивость позволят сохранять бдительность.
Медитация выполняется в течение 30 минут.
В этой книге мы не станем касаться темы просветления и тех мистических состояний, которое испытывает просветленное сознание. Если вы решите воссоединиться с Атманом (или его ипостасью Брахманом) либо достичь нирваны, я рекомендую вам глубже заняться изучением Вед, йоги или буддизма. В рамках же предлагаемой мной системы мы должны разобраться с тем, какую пользу можем получить от древних мистических практик для реализации нашей задачи – обретения бытийности.
Йога и випассана учат блокировать ощущения и мысли путем концентрации внимания на объектах, которые не могут расходовать энергию сознания в больших объемах. В таком состоянии эго-личность временно перестает функционировать, и тогда высвободившаяся энергия направляется на осознание духовно-телесного «Я». Это йогическое состояние освобожденного сознания противоположно состоянию сознания человека, которое отождествлено с изменчивой виртуальностью, так как освобождает от привязанности к иллюзиям.
Мистики стремятся к единению с духом: этому их учат ведическая философия и буддизм. Используя метод созерцания и двигаясь к выбранной цели, мистик развивает в себе умение управлять сознанием. Привычка управлять сознанием изменяет структуру мозга: этот опыт приводит к возникновению новых нейронных связей и ослаблению старых. То есть этот опыт может быть полезен и нам, стремящимся изменить те социальные настройки мозга, которые привязывают наше сознание к виртуальности.
У того, кто умеет управлять энергией сознания, больше шансов избежать экзистенциального кризиса, поскольку, научившись разотождествляться с иллюзией, он не позволит иллюзии расходовать всю энергию сознания, отнимая ее у души.
Наша цель в чем-то схожа с целью мистиков. Мы тоже стремимся к единению, но не с всевышним Атманом, а с тем, что называем реальностью бытия. Для достижения этой цели мы с успехом можем использовать практики, сходные с теми, которые на протяжении веков использовали мистики. Высвободив энергию сознания методом, подобным йогической медитации или випассане, мы направим ее на восприятие своего тела и воплощенной в нем души. В этом и заключается суть эмбодимента.
Особое место в буддизме занимает одна из его школ – дзен-буддизм, и практика, которую я сейчас предлагаю вам выполнить, считается одной из самых эффективных, а во многих японских монастырях она является единственной применяемой разновидностью медитации.
Упражнение 15. Дзадзен
По сути, дзадзен представляет собой видоизмененную випассану, но, в отличие от других буддистских медитаций, нацеленных на просветление, задача дзадзен – достижение чистого существования. Учителя дзена считают, что у человека, проникшего внутрь феномена бытия, дальнейшая трансформация происходит сама собой в ходе последующей практики.
Медитация классически выполняется в позе лотоса. Под ягодицы подкладывается подушка, чтобы обеспечить позе устойчивость. Важное условие: во время медитации позвоночник должен быть прямым. Можно также практиковать дзадзен сидя на стуле, сев ровно и соединив колени.
Примите любую из предложенных поз, соедините ладони так, чтобы левая лежала поверх правой, а большие пальцы были соединены. Обычно глаза советуют держать открытыми, чтобы избежать дремоты, но мастер дзен Кацуки Сэкида рекомендует их закрывать: таким образом медитирующий исключает зрительные ощущения.
Втяните подбородок и расслабьте мышцы живота. Дышите ровно. Не концентрируйтесь на каком-либо объекте (звуке, дыхании и т. п.). Ваша цель – достичь успокоения тела и разума, чтобы беспрепятственно погрузиться сознанием в чистое существование.
Упражнение выполняется в течение 30 минут. Практикуйте эту медитацию ежедневно.
Дзен – это простота во всем. Чтобы вернуть себе дзенское восприятие бытия, надо сбросить с плеч мешок с камнями убеждений. Если вы смотрите на мир по-дзенски, то начинаете видеть лучше. Любуясь миром, вы видите не только дальние звезды, но и детали повседневности.
На самом деле дзенский взгляд – это всего лишь правильное (физиологичное) пользование мозгом. Древние философы не имели понятия о нейронауке, но они были гораздо внимательнее к душе и телу, чем современные люди.
Современные люди игнорируют реальность. Чтобы сказать: «Мир прекрасен» или «Меня это возмущает», сначала надо пропустить поступившую информацию через те участки мозга, где человек хранит придуманные кем-то концепции. Затем увиденное-услышанное сопоставляется с шаблонами, обрабатывается, и уже после этого человек повторяет слова восхищения или возмущения, которые тоже не сам создает, а выбирает из библиотеки фраз – эти слова до него повторяли миллионы людей.
Дзенские реакции иные. Например, по-дзенски объясниться в любви – это передать чувства с помощью слов, но без оглядки на тех людей, которые уже побывали в подобной ситуации и рассказали, как объяснялись они. Дзенская любовь не станет ходить кругами, фантазировать о моральных запретах и пугать себя вымыслами, поэтому и объясниться ей куда проще. Дзенская любовь прямая и непосредственная, как детская.
По-дзенски вспыхнуть ненавистью – это выплеснуть гнев, а не сублимировать его в стандартные ругательства и речевые обороты или копить в себе. Но что может вызвать ненависть в том, кто не измеряет себя чужими концепциями? Только одно – если что-то реально посягает на его свободу. Но не ту свободу, которая сформулирована в чужой концепции, а ту, которая дана от рождения – свободу быть собой.
По-дзенски восхититься миром – это не испортить красоту мира своим «ахом». Когда человек говорит: «Ах, как красиво» – это значит, что кто-то когда-то уже отобрал у него свободу и дзенский взгляд, а вместо них вставил концепцию. Когда вы смотрите на явления природы, этого уже достаточно, вы уже видите все, вы уже присутствуете во всем.
Это и есть чистота существования.
Несколько слов в защиту эго
Религиозно-мистические учения и эзотерические школы часто считают эго причиной всех человеческих бед. Его называют ложным «Я», гордыней, маской, с ним упорно пытаются бороться, поэтому большинство установок и практик направлено на то, чтобы разотождествить эго с объектами отождествления, избавить от обусловленности и тем самым лишить силы и власти над человеком.
С точки зрения нашего исследования такая позиция кажется логичной. Живя виртуальной жизнью, эго эксплуатирует энергию сознания и этим самым блокирует восприятие бытия. Поэтому совершенно очевидно, что если его как-то усмирить, то в жизни человека станет меньше суеты. Тогда душа, освободившись из плена и глотнув живительной энергии, сама найдет путь к счастливой бытийной жизни без неврозов и депрессий.
Но что бывает с человеком, который, вооружившись идеей побороть собственное эго, ведет себя с ним как с соперником? То, к чему он стремился с детства, с таким трудом создавая собственную личность – коммуникативные навыки, общественное признание, обладание материальными ценностями и т. п., – теперь воспринимается им как заблуждение. Неудивительно, что таким же заблуждающимся он и сам кажется обществу, в колыбели которого вырос.
Я знаю одного человека, который на протяжении многих лет практикует хатха-йогу. Он ведет подчеркнуто аскетический образ жизни, ограничивает себя в питании, занимается непрерывными «чистками» организма и по нескольку часов в день выполняет сложные асаны. Это человек не только сильной воли, но и весьма твердых убеждений.
Однажды он подхватил простуду, которая осложнилась бронхитом. По привычке он не стал лечиться средствами современной медицины, а только теми, которые использовались сотни и тысячи лет назад в Индии. Он долго не мог выздороветь, и как-то раз я сказал ему: «Ну хватит. Самолечение может привести к серьезным осложнениям. Тебе стоит обратиться в больницу». В ответ на его лице появилась снисходительная улыбка: «Как бы не так. Ведической медицине я доверяю больше. Этой науке 20 тысяч лет». «Но разве древность гарантирует надежность? – удивился я. – Подумай сам: в те времена, о которых ты говоришь, медицина в Индии была слишком слабой и потому средняя продолжительность жизни не достигала даже 40 лет!» Однако он не хотел рассуждать о том, что могло разрушить его убеждения.
Я не имею ничего против хатха-йоги, она действительно полезна для тела и нервной системы. Йога учит гармонии и контролю над эмоциями. Но, наблюдая за такими людьми, как мой знакомый, можно прийти к выводу: чем настойчивее человек борется со своим эго, тем больше он его питает. Упорная и непримиримая борьба с эго не освобождает душу: эго продолжает доминировать, а значит, по-прежнему расходует энергию сознания, отбирая ее у души. Именно в таких случаях и целесообразно вспоминать о правиле срединного пути, открытом Буддой Гаутамой.
На самом деле эго вовсе не враг человеческой душе, хоть на определенных этапах жизни и кажется его очевидным соперником. Да, оно в самом деле обкрадывает ее, строит иллюзии и создает суету, но, как ни странно, делает это из благих намерений: так неумело и парадоксально оно пытается служить душе, заботиться о ней, создавать для нее лучшие условия. Но вечная проблема эго в том, что оно живет за пределами той реальности, в которой рождена душа, и особенности этой реальности для него непостижимы.
Эго – игрок виртуального мира, и игра – единственный способ его существования. На него возложена невероятно сложная миссия – быть проводником и переводчиком между душой и обществом, что он и пытается осуществить. Стремясь окрепнуть, эго использует энергию сознания, а охваченное азартом, не замечает, как потребляет большую часть ресурсов. И тогда душе приходится терпеть страдания.
Но когда болит душа, именно эго принимает на себя ответственность и отправляется на поиски «лекарства». Оно отчаянно пытается отыскать пути к свободе и счастью. Иногда ему не хватает знаний, у него нет надежного компаса, оно склонно ошибаться, выстраивать перед собой барьеры и сворачивать с дороги, но шаг за шагом, блуждая в тумане собственных иллюзий, оно все же упрямо движется к цели.
У эго свои методы. Для него любой путь – игра, потому что игра – единственная форма его существования так же, как бытийность – единственная форма существования души. Вот почему важно, чтобы эти двое – душа и эго – сумели прийти к компромиссу.
Читая эту книгу, вы находитесь в виртуальном пространстве – вот оно, внутри вас. Чтобы оказаться в нем, достаточно подумать о том предмете, которому посвящена книга. Виртуальность противоречива, изменчива и многообразна, она слеплена из идей и мыслей. Подумайте о прошлом, будущем, и вы увидите ее глубину. В виртуальности бывает сложно. Миллиарды индивидуальных виртуальностей образуют виртуальный мир целого человечества – это огромный штормящий океан. Это мощная стихия. Нельзя просто так войти в нее и благоденствовать. Чтобы не утонуть, понадобятся доска для серфинга, хорошая координация, умение сосредоточиться, реакция, опыт и, конечно, отвага. А дальше – балансировать и скользить навстречу огромным волнам. Таковы законы виртуального мира. Эта наука непостижима для души. Чтобы ее освоить, существует эго. И в этом его ценность.
А теперь закройте книгу, посмотрите на обложку так, словно вы еще не умеете читать. Посмотрите на ваши руки. В эту секунду сознание вновь соприкасается с бытийностью, как бы смешивается с ней. Чувствуете ее вкус? Она стабильна, ласкова, таинственна, бесконечна. Чтобы ее ощутить, думать о ней не надо. Она всегда рядом и каждый миг готова принять в объятия любого из нас – грешного, невинного, несчастного, счастливого, злого, доброго – любого.
Продолжайте чтение, не разрывая связь с бытием. Задача человека – научиться жить одновременно в двух параллельных пространствах – бытийном и виртуальном. А для этого надо позволить обоим – и эго, и душе – оставаться самими собой.
Упражнение 16. Постмедитация – бытийность
Запланируйте себе несложное бытовое занятие. Например, уборку или приготовление еды.
Теперь сядьте, примите удобное положение (позу лотоса или просто на стуле, в кресле и т. д.). Закройте глаза, успокойте дыхание, отвлекитесь от мыслей.
После того как почувствуете, что достаточно расслабились, сосредоточьте внимание на дыхании. Выполните випассану. Дышите свободно и одновременно наблюдайте за вдохом, выдохом и паузами между ними. Не смещайте внимание на мысли или ощущения. Если же оно сместилось, возвращайте обратно и удерживайте там. Постарайтесь добиться того, чтобы вся энергия сознания была сосредоточена исключительно на вашем дыхании. Отождествитесь с этим процессом, насколько возможно.
Пробудьте в состоянии медитации десять минут или больше.
Завершите медитацию.
Теперь, удерживая энергию сознания собранной и успокоенной, не спеша займитесь запланированным делом. Сосредотачивайте внимание на каждом этапе: делайте это так же, как во время дыхательной медитации.
Практикуйте время от времени это упражнение.
Кванты бытия и эффект наблюдателя
Человеческий разум прошел немало путей в поисках понимания сути бытия. Эти пути и сегодня манят искателей. Одни выбирают таинственный путь мистики, другие – строгий путь науки, третьи опираются на философию, четвертые уповают на искусство. С каждого из достигнутых уровней видна определенная сторона бытия, ведь бытие многогранно.
Между тем, описывая какую-то одну из его сторон, мы тем самым нивелируем целое. Помните индийскую притчу о слоне и трех слепых? Ощупав слона – каждый со своей стороны, – слепые поделились впечатлениями, и они оказались разными, поскольку один трогал слона за ногу, второй за ухо, а третий – за хобот. Это привело к спору: оказалось, у каждого из слепых был свой слон.
Точно так же у каждого искателя – свое бытие. Пытаясь его осознать, искатель смотрит на него сквозь призму своих убеждений и потому видит узко. Но как же увидеть целое?
Две установки помогут в этом: доверие к другим точкам зрения и настойчивость. Вместо того чтобы спорить с противоположным и сопротивляться непонятному – исследовать неизведанное и быть при этом систематичным. «Бытие постоянно ускользает, скрывается от единичности, но через бесчисленное увеличение количества подходов, повторений мы можем надеяться получить доступ к бытию, иметь возможность в одном из этих повторов как бы “зачерпнуть” бытие»[36].
Это непросто. Если, стремясь постичь бытие, мы попытаемся опереться на все известные точки зрения одновременно, нам придется вывести общую систему понятий и создать новую интегральную науку. Пока это кажется маловероятным. Некоторые пути познания (такие как физика и мистика) слишком антагонистичны по отношению друг к другу и не имеют точек соприкосновения. Тем не менее существуют такие исследования и теории, которые указывают на то, что в недалеком будущем различные пути могут быть соединены. Примером может служить когнитивная наука, созданная на пересечении нейронауки, теории познания, психологии, лингвистики и теории искусственного интеллекта. Эта наука ставит перед собой задачи, которые в одиночку не осмелилась бы поставить перед собой ни одна из дисциплин, входящих в нее.
На протяжении последнего столетия благодаря ряду открытий формировалась благоприятная почва для возникновения подобных идей в теоретической физике. Исследуя природу реальности, специалисты в этой науке часто приходили к выводу, что «реальность гораздо больше, чем кажется, и большая ее часть невидима. Те объекты и события, которые мы можем наблюдать с помощью приборов, – не более чем вершина айсберга»[37].
В 1923 году французский физик Луи де Бройль предположил, что материя имеет двойственную природу. Он говорил, что, вероятно, неделимые микрочастицы (кванты), из которых она состоит, одновременно могут проявлять как корпускулярные, так и волновые свойства. Согласно этой гипотезе, с одной стороны, все объекты материального мира имеют массу и занимают определенное место в пространстве, а с другой – и это тоже факт реальности – на микроуровне они представляют собой волны.
Через несколько лет смелая гипотеза де Бройля была подтверждена экспериментально. Выяснилось, что материя действительно обладает волновыми свойствами. Также стало известно и другое: явления, происходящие на микроуровне, нельзя объяснить с точки зрения обычной физики. Исследования показали, что микрочастицы материи могут в один и тот же момент времени находиться в разных точках пространства, причем во всех этих точках они существует не достоверно и окончательно, а как бы в непроявленной – вероятностной – форме. Но и это еще не самый удивительный парадокс.
В одном из экспериментов, проводимых квантовыми физиками, на фотопластинку направлялся поток электронов. На пути устанавливалась преграда – медная пластина с двумя тонкими щелями. Если следовать привычной логике, то результатом эксперимента можно было ожидать появление двух засвеченных полос, соответствующих щелям. Но вместо этого на экране возникал ряд расплывчатых светлых и темных полос. Эксперимент в очередной раз подтверждал волнообразную природу электронов. Взаимодействуя между собой в пространстве, они изменяли траекторию движения, чем и объяснялся сложный узор на фотопластинке.
Но следующий этап эксперимента поразил ученых. Когда в эксперименте появлялся наблюдатель, задачей которого было фиксировать с помощью приборов процесс прохождения электронов через щели, картина на экране полностью менялась. Это кажется невероятным, но с появлением наблюдателя электроны как по волшебству меняли форму существования с вероятностной на определенную. Они переставали вести себя как «зыбкие» непослушные волны и в дальнейшем вели себя как вполне конкретные «твердые» частицы. Поэтому на экране вместо сложного размытого узора появлялись две аккуратные полосы.
Это невероятное явление, позже названное эффектом наблюдателя, заставило ученых серьезно задуматься. Неужели бытие каким-то загадочным образом понимает, что мы его осознаем? Или, говоря языком науки, неужели человеческое сознание тоже является одной из физических величин – причем такой, которая способна участвовать в формировании реальности?
Да, именно так: многочисленные исследования четко и убедительно показывали, что на квантовом уровне реальность представляет собой вероятностную, непроявленную форму, как будто это пока еще не совсем реальность, а только ее замысел («бытие в возможности»). И лишь после того, как на эту псевдореальность направляется сознание наблюдателя, она обретает физическую конкретность («бытие в действительности»).
Было предложено немало гипотез, пытающихся объяснить это странное явление. Для этого ученым пришлось выйти за рамки привычных рассуждений и обратить взгляд в сторону онтологических моделей, используемых в мистических учениях. И, хоть «наука и мистицизм – странные товарищи»[38], некоторые исследователи все же пытались их соединить.
Например, известный американский физик Джон Арчибальд Уиллер, ученик Нильса Бора и автор термина «черная дыра», неоднократно утверждал, что реальности как таковой вовсе не существует до тех пор, пока нет восприятия этой реальности. До появления наблюдателя для нее естественно пребывать в неопределенном состоянии некой праматерии, и только в сочетании с сознанием она обретает завершенную форму. «Наблюдатели необходимы для обретения Вселенной бытия», – говорил он.
Его коллега Юджин Вигнер, лауреат Нобелевской премии по физике в 1963 году, считал, что человеческому сознанию свойственна способность влиять на волновую функцию материи, а австралийский нейрофизиолог Джон Экклз, лауреат Нобелевской премии по физиологии и медицине в том же году, даже выдвинул предположение, что этот таинственный процесс осуществляется на уровне синапсов мозга.
Что же в таком случае представляет собой наблюдение?
Как бы сложно ни был устроен его механизм, в любом случае наблюдение является не чем иным, как
Наука пока не знает, как происходит это взаимодействие: его нельзя исследовать методами классической физики. Но квантовая механика уже дала кое-какие подсказки.
Так, ученые выяснили, что частицы и состоящие из них физические тела могут делиться друг с другом своими квантовыми состояниями: в этом случае говорят о квантовой запутанности. Характерно, что взаимозависимость между такими частицами не исчезает даже в том случае, если частицы (или тела) разнести на большое расстояние друг от друга.
На основании этих и ряда других данных была выдвинута идея квантового сознания, вселившая в некоторых ученых надежду, что природу сознания однажды можно будет объяснить с помощью квантовой физики.
Двигаясь в этом направлении, канадские исследователи выяснили, что миелиновая оболочка аксонов (отростков нервных клеток) может выступать в качестве волновода, распространяющего биофотоны – особые частицы, обнаруженные в мозге. Этот же механизм вполне может обеспечивать создание квантовой запутанности. А в 1994 году английским физиком Роджером Пенроузом и американским нейробиологом Стюартом Хамероффом даже была создана версия нейрокомпьютерной модели сознания, в которой активность мозга рассматривалась как квантовый процесс.
Таким образом, процесс наблюдения за бытием может представлять собой квантовое взаимодействие человеческого сознания и бытия. А значит, такие феномены, как бытийные ощущения и осознание своего присутствия в бытии, рано или поздно тоже могут быть объяснены с точки зрения квантовой механики. В любом случае уже сейчас с полной уверенностью мы можем утверждать: человеческое сознание – не просто наблюдатель бытийных процессов, оно – их полноправный участник.
Упражнение 17. Безмолвная беседа с деревом
В парке или саду подойдите к дереву и, взявшись рукой за ветку или ствол, закройте глаза. Ощутите свою телесность.
Осознайте присутствие дерева, понаблюдайте с закрытыми глазами за его природой. Попробуйте наблюдать не умом, а всем духовно-телесным «Я».
У дерева нет такой сложной нервной системы, как у вас, а следовательно, нет такого разума и чувств, чтобы вы могли пообщаться на одном языке. Но вас объединяет единая реальность.
Поговорите с деревом на языке единой реальности, побудьте в состоянии единой вибрации.
Не мистифицируйте эту практику. Это всего лишь бытийствование – утерянная вами в детстве способность сознания взаимодействовать с бытием.
Ритмы мозговой активности, или Почему утро мудренее вечера
Выше я уже писал, что биоэлектрическая активность мозга характеризуется не только способностью менять местоположение, но и свойством перехода с одной волновой частоты на другую. И если перемещение очагов активности говорит о том, что сознание наблюдателя переключилось с одного объекта на другой (например, с рефлексии на телесные ощущения), то изменение частоты волн указывает на то, что изменилось общее психическое состояние. Давайте остановимся на этом подробнее.
Современные технологии позволяют людям использовать радиоволны различных диапазонов. Свойства этих волн определяют сферы их применения. Например, низкочастотные волны больше подходят для геофизических исследований, средние и высокие – для радиовещания, телевидения и мобильной связи, а крайне высокие пока применяются лишь в медицине и астрономии.
Точно так же нейроны, из которых состоит человеческий мозг, в зависимости от выполняемой задачи могут генерировать биологическое электричество различного частотного диапазона.
Для мозга среднестатистического городского человека, занятого активной умственной деятельностью, наиболее характерным является бета-ритм (14–30 колебаний в секунду). Он соответствует психическому состоянию от легкого умственного напряжения до сильного эмоционального стресса. Логическое мышление, общение с людьми, решение текущих проблем – все это обеспечивается бета-волновой активностью мозга. Чем выше нервное напряжение, суетливость и уровень тревожности, тем больше нейроны генерируют волн этого диапазона. Избыточная бета-волновая активность приводит к хронической блокировке сенсорных импульсов, или, говоря в терминах этой книги, к разрыву связи сознания с бытийными ощущениями. К сожалению, для многих современных людей типично устойчивое преобладание бета-ритма в течение всего времени бодрствования.
Чем больше нервное напряжение, тем выше частота волн. Во время самой активной умственной деятельности и максимального сосредоточения регистрируются самые высокочастотные ритмы мозга – гамма-волны (30–100 колебаний в секунду). Находясь в гамма-состоянии, человек способен решать наиболее сложные когнитивные задачи (а то и несколько одновременно) и свободно оперировать абстрактными понятиями. При этом энергоресурсы мозга и всего организма быстро исчерпываются, стремительно нарастает усталость. Частое и длительное пребывание в гамма-состоянии плохо воздействует на психику и нарушает стабильность нервной системы, что сказывается и на физическом здоровье. И еще: находясь именно в гамма-состоянии, человек субъективно отмечает наибольшее ускорение времени.
Волевое усилие позволяет человеку менять ритм мозговой активности. В состоянии покоя, расслабленности, рассредоточении внимания и особенно при закрытых глазах частотный диапазон мозговой активности меняется в сторону альфа-ритма (7–13 колебаний в секунду). При этом снимается напряжение, проходит нервозность, проясняется сознание. Вместе с тем происходит повышение уровня серотонина, что приводит к улучшению настроения.
У взрослых альфа-состояние обычно регистрируется после пробуждения ото сна. Вы не раз слышали поговорку «Утро вечера мудренее». Так и есть, в альфа-состоянии сознание проясняется, делается более плавным, размеренным, а это, в свою очередь, повышает креативность мышления. Впрочем, уже при переходе ко сну мозг начинает активно генерировать альфа-волны, что приводит не только к расслаблению тела и успокоению дыхания, но и разотождествлению сознания и большей ясности мышления.
В отличие от взрослых у подавляющего большинства детей до десяти лет и даже более старшего возраста альфа-состояние является доминирующим в течение времени бодрствования. Но с годами частота активности мозга возрастает. Социализация, формирование эго-личности, разрыв с бытийностью и переход от альфа-состояния к бета-состоянию – это периоды, совпадающие во времени.
Следовательно, дети обладают лучшим умением бытийствовать не только потому, что воспринимают мир средним мозгом в большей степени, чем взрослые, но и потому, что частота их мозговой активности намного медленнее. Самые медленные волны – тета-ритм (4–7 колебаний в секунду) и даже дельта-ритм (1–4 колебания в секунду) часто регистрируются у новорожденных и детей до года. В этом же диапазоне работает мозг йогов, пребывающих в состоянии единения – самадхи.
Мозг обычного взрослого человека тоже способен генерировать медленные волны – во время глубокого (медленного) сна. В этот период волновая частота замедляется до двух колебаний в секунду. Это так называемый дельта-сон – время сновидений.
Помните, в предисловии я описывал детское воспоминание о моем удивительном повторяющемся сне, в котором я как бы сливался с существованием? Уже тогда у меня присутствовало ощущение дежавю, и позже, во время медитаций, занятий йогой и практики телесной осознанности, состояние дежавю повторялось. Дело в том, что медленные волны пробуждают глубинную память, а находясь в дельта-состоянии сна или медитации, человек способен вспомнить себя, пребывающего в таком же состоянии, будучи новорожденным.
Многочисленные исследования волновой активности, проводимые ведущими университетами и исследовательскими лабораториями, показали, что практика медитации и телесной осознанности является надежным и эффективным методом волевого управления частотой мозговых волн. Испытуемым многократно проводилась электроэнцефалография, и всякий раз исследования подтверждали, что на начальных этапах медитации или телесной осознанности бета-волны активно вытеснялись альфа-волнами, которые затем все больше замедлялись, а у самых опытных медитаторов вскоре регистрировалось тета- или дельта-состояние мозговой активности.
Таким образом, медитация и практика осознанности способны затрагивать основные мозговые функции, а знание этого факта, как считают многие исследователи, дает новые идеи относительно лечения ряда психических расстройств и психосоматических заболеваний.
Волны мозговой активности можно сравнить с волнами на поверхности озера. Когда в озеро падает камень, рядом с местом его падения возникают быстрые волны. Но по мере удаления их частота замедляется, волны успокаиваются. Камень – это мысль, волны – сознание. Медленное сознание смотрит на мысли как бы издалека, в то время как быстрое с ними отождествляется.
Замедляя частоту мозговых волн, йог переводит сознание в режим максимальной ясности и направляет его на познание самого себя. Ребенок пребывает в таком же состоянии, но, в отличие от йога, не блокирует чувства, а воспринимает ясным (медленным) сознанием всю информацию, поступающую в мозг. Он бытийствует, осознанно проживает каждое мгновение, но эта кажущаяся расслабленность не мешает ему ежедневно усваивать огромный объем информации.
Понимание этого механизма крайне важно для нашего исследования и дальнейшей практики бытийности.
Психофизиологическая проблема: тело и ум – два или одно?
Важным аспектом психофизической проблемы, поставленной перед наукой Декартом, является психофизиологическая проблема, касающаяся взаимоотношения психики и тела. Как вы помните, Декарт был дуалистом: он делил мир на физическую и психическую составляющие. По Декарту, дух и материя существуют параллельно. Об этом было много споров, но вопрос о черте, проведенной философом, до сих пор не нашел окончательного ответа.
«Если психика действительно способна регулировать поведение (а это настолько очевидно, что не вызывает сомнения), то каков механизм этой регуляции? Как психическое, будучи нефизиологическим и, соответственно, нематериальным, может оказывать воздействие на физиологическое, то есть на материальное?»[39]Такой вопрос продолжают задавать современные ученые.
Впрочем, некоторые философы считали эту проблему надуманной. Я уже упоминал Томаса Гоббса, который, критикуя дуалистическую теорию, полностью отрицал существование духовной субстанции. Мир – это материя, все остальное – лишь ее проявления. Будучи одним из первых физикалистов (другими словами – материалистов), Гоббс утверждал, что человеческая психика тоже не более чем тонкая форма существования телесной материи, а чувства и сознание – ее внутренние движения. Надо признать, на тот момент это была довольно смелая мысль.
Позже эта идея выразилась в форме физиологического редукционизма, согласно которому мысль и весь психический процесс являются продуктами мозга. То есть психика и физиология суть единое целое.
Подобные взгляды разделяют многие современные исследователи. Большинство из них придерживаются мнения, что психика и физиология – это разные проявления единого и неделимого процесса физической жизнедеятельности. Они даже подтверждают это исследованиями и доказательствами.
Но такой слишком категоричный подход к решению проблемы грозит тем, что со временем высшие формы психической деятельности могут быть сведены к элементарным физическим процессам. И вот к чему это может привести.
В 2009 году немецкий философ Томас Метцингер опубликовал книгу, в которой высказал идеи, заставившие ужаснуться даже ученых. Опираясь на современные представления в области нейробиологии и когнитивной науки, он разработал оригинальную и вполне убедительную теорию так называемой я-модели, с помощью которой продемонстрировал широкой публике, что никакого «Я» на самом деле не существует. Почитайте эту книгу, если еще не успели. Это одно из самых любопытных исследований современности. Индивидуального «Я» не существует, а то, что воспринимается как «Я», на самом деле иллюзия, живущая в виртуальности и не имеющая никакого отношения к реальному миру.
Идеи Метцингера тщательно аргументированы и широко обсуждаются в ученой среде. Тем не менее, насколько бы вескими ни были доказательства философа, они не решают психофизиологическую проблему, и каким бы зыбким призраком в действительности ни казался феномен человеческого «Я», как ни крути, это единственный способ его жизни.
Человек не константа, он непрерывно эволюционирует. Чем осознаннее он становится, тем труднее его убедить в том, что он не существует. Даже если душа и сознание не являются творением Бога или лучом Атмана, а возникли в результате эволюции, этот сложнейший феномен во Вселенной, в отличие от остальной природы, способен осознать себя и уже поэтому не может воспринимать себя как
Человек не рептилия. Он уже оторвался от тела, и то, что он теперь пытается снова найти его, тому свидетельство. Поэтому до тех пор, пока наука будет развиваться, психофизиологическая проблема будет оставаться для него актуальной и никакие тезисы и умозаключения не заставят его отказаться от поисков нити, соединяющей духовное и материальное.
Несмотря на популярность философских теорий, подобных теории профессора Метцингера, для нас все так же остается очевидным, что между «Я» и телом существуют прочные каналы связи, по которым передается информация. Будь то квантовые скачки или волшебные импульсы, преодолевающие пелену небытия, которая разделяет материю и психику, они – есть, и в течение жизни человек практически постоянно наблюдает их проявление.
Когда человек решает, закрыть или открыть книгу, а через мгновение ощущает, что мышцы его пришли в движение, и видит, что руки выполнили его желание, он осознает примерно следующее: что-то вроде мысли или побуждения, превратившись в беззвучный, невидимый сигнал, преодолело некую границу и заставило материю двигаться.
Что это за таинственная граница между «психическим» и «материальным»? Немецкий физиолог Эмиль Дюбуа-Реймон называл ее самой необъяснимой границей естествознания. Ignoramus et ignorabimus, что в переводе с латыни значит «не знаем и не узнаем», – так говорил он об этой тайне.
Обнаружит ли человек когда-нибудь эту границу? Ученые пока не готовы ответить на этот вопрос. Отложив до лучших времен вопрос «Что через что проникает?», сейчас они могут только философствовать о том, как именно это происходит, пользуясь теми немногими научными данными, которыми они располагают. При этом им приходится учитывать сразу несколько точек зрения. Основные из них – материалистическая (материя первична, сознание является ее производной), идеалистическая (сознание первично, материя не может существовать вне сознания) и дуалистическая (сознание и материя – параллельны).
Все большую популярность приобретает четвертая точка зрения – так называемая двухаспектная теория сознания, согласно которой сознание и материя – проявления единой основополагающей субстанции.
Согласно двухаспектной теории, человек – это все-таки тело, однако его мозг, находящийся в этом теле, является не только физическим объектом. В его недрах наравне с электрохимическими процессами, которые регистрируются приборами, протекают и невидимые ментальные процессы, находящиеся за пределами материального мира – в ином измерении.
Следовательно, человек – это единое духовно-телесное «Я» – уникальный природный сплав. Его мысли, чувства и ощущения не являются обычными физическими явлениями, они за гранью понимания классической физики. Для их исследования нужна либо новая наука (возможно, эту функцию на себя возьмет квантовая физика), либо мистическая интуиция.
Если ты думаешь, что твои тело и ум – это два, ты ошибаешься, если ты думаешь, что они одно – опять ошибаешься. Твои тело и ум одновременно одно и два.
Кстати, подобной точки зрения придерживались Бенедикт Спиноза и Альберт Эйнштейн. Лично мне эта теория тоже представляется наиболее оптимальной и универсальной.
Выводы из третьей главы
Древний человек оставался бытийным в течение всей жизни. Современные люди от рождения тоже бытийны, но, вырастая, утрачивают эту способность.
Несмотря на то что анатомически наш мозг выглядит так же, как мозг представителей рода Homo sapiens, живших десятки тысячелетий тому назад, у современных взрослых он работает по-другому. Это происходит потому, что с первых дней жизни общество в лице родителей активно воздействует на ребенка, вызывая изменения в его нервной системе и психике. Привитие ребенку социальных навыков и норм поведения, с одной стороны, приводит к образованию в мозге многочисленных нейронных сетей, а с другой – травмируя психику, становится причиной возникновения комплексов, из которых потом формируется личность. Нейронные сети и черты личности – это социальные настройки общества, программирующие поведение человека и меняющие мироощущение.
Сравнение результатов исследования головного мозга взрослого и ребенка показывает, что у взрослых наибольшая активность наблюдается в коре больших полушарий (мышление, речь и т. д.) и лимбической системе (воображение, эмоции и т. д.), в то время как у детей – в стволе (сенсорные ощущения). Из-за социальных настроек взрослый человек отучается «смотреть на мир» стволом мозга и «смотрит» корой.
Бытийствование – наше природное право, а овладение социальной культурой – необходимость, связанная с задачей сохранения рода. Современным людям важно научиться преодолевать те моральные, психологические и прочие помехи, которые мешают гармонично объединить в себе оба феномена – бытийность и социальность. В процессе достижения этой цели разумно опираться на открытия науки, духовный опыт человечества и личную практику.
У человека, чьи психические функции находятся под управлением настроек мозга, сознание сужено. Выйти за пределы настроек – значит расширить сознание и освободиться от власти программы. Зная, как устроен мозг, и умея управлять его биоэлектрической активностью (сознанием), человек сможет изменить настройки мозга и психики и самостоятельно контролировать свое мироощущение.
Одним из самых эффективных методов управления сознанием является йога. Ее задача – освободить сознание от привязанностей и направить на самоосознание. Йога имеет богатейший опыт практики, в ней множество школ и направлений, подходящих для людей с различными психотипами. Похожим методом является буддистская практика медитации. Занятия йогическими и буддистскими практиками помогут научиться высвобождать энергию сознания, которую можно будет использовать для восприятия бытийных ощущений.
Одной из наук, которая поможет в будущем объяснить механизм взаимоотношения души и тела, возможно, является квантовая физика. Она доказала, что, кроме реальной формы, материя может иметь вероятностную – волновую. В одном из экспериментов, проводимых учеными, выяснилось, что материя, пребывающая в такой непроявленной форме, после того, как на нее направлено сознание наблюдателя, становится реальной. Это явление названо эффектом наблюдателя. Несмотря на то что наука еще не нашла объяснения этому феномену, можно предполагать, что процесс созерцания бытия представляет собой взаимодействие человеческого сознания и бытия на квантовом уровне.
С помощью волевого усилия можно менять не только локализацию биоэлектрической активности мозга, но и ее ритм. Бытийному состоянию ребенка соответствует медленный альфа-ритм, в то время как в мозге взрослого, пребывающего в состоянии суеты и беспокойства, регистрируются быстрые бета-волны. С помощью медитации и телесной осознанности можно замедлять частоту мозговых волн. Чем волны медленнее, тем яснее сознание.
Существует несколько точек зрения на проблему взаимоотношения души и тела. Одна из них – двухаспектная теория. Согласно ей, человек есть тело, однако его мозг – не просто физический объект. В его недрах наравне с электрохимическими процессами, которые регистрируются приборами, протекают и невидимые ментальные процессы, находящиеся за пределами материального мира. Это измерение пока недоступно для науки.
Глава 4. Эмбодимент, практика бытийности
Быть – значит быть в восприятии.
Остановите суету
Типичный день современного городского человека часто состоит из множества забот, планов и срочных дел. Моральная загруженность, многозадачность работы и постоянная необходимость расстановки приоритетов приводят к тому, что нервная система, работая на пределе, перегружается и начинает давать сбои. Появляются жалобы на повышенную утомляемость, сонливость, головные боли и т. п. Для того чтобы активировать мозг и привести себя в состояние бодрости, люди нередко используют стимуляторы – от избыточных доз обыкновенного кофе до сильных амфетаминов. В итоге нервная система быстро изнашивается, и это сказывается на работе всего организма, в первую очередь гормональной, сердечно-сосудистой и пищеварительной систем.
Вы хорошо знаете людей, неспособных вырваться из суеты. Они постоянно беспокойны, раздражительны, взвинчены. Они бывают рассеянны и поверхностны, они не замечают чувств других людей, не видят большей части того, что происходит вокруг, потому что по уши погружены в виртуальность.
Если вы читаете эту книгу, то, возможно, вас тоже иногда охватывает подобное состояние. Оно неприятно тем, что крадет драгоценное время жизни, отравляет существование и искажает картину мира, всякий раз заставляя поступать так, как вы на самом деле поступать не хотите.
Когда все происходит слишком быстро, человек теряет уверенность во всем, совершенно во всем, даже в самом себе.
Возможно, вы уже давно ищете способы избавиться от этого состояния, хотите стать глубже, бытийнее. Если это так, то первое, что надо сделать, – это остановить внутреннюю суету. Избавление от суеты – первый шаг практики бытийности.
Вспомните о теле и воплощенной в нем душе, прислушайтесь к ним. Чем дольше вы будете концентрировать внимание на теле-душе, тем в более низкочастотном диапазоне будет работать ваш мозг и тем шире распространится сознание, оно выйдет за пределы коры головного мозга и охватит нижележащие структуры – ствол и средний мозг.
Когда сознание человека в течение долгого времени сосредоточено на телесных ощущениях, его постепенно наполняет состояние бытийности, которое представляет собой нечто большее, чем временное субъективное переживание. При этом не только тело и неразрывно связанная с ним душа, но и весь мир вокруг становится более реалистичным. Человек буквально сливается с бытием. В этом и есть суть эмбодимента: воплощайтесь! И помните: вы не обязаны спешить. Ведь в любом случае вы не сможете «успеть все»: природа создавала вас вовсе не для того, чтобы вы переделали все дела на свете и заслужили похвалу; природа преподнесла вам дар бытия и хочет, чтобы вы его приняли.
Если у вас много забот, самым правильным выбором для вас будет спокойное, рассудительное отношение к списку дел, которые необходимо выполнить. Если вы внимательно и трезво проанализируете ваши планы с точки зрения целесообразности и жизненной необходимости, то вам станет ясно, какое из дел выполнять первым, а какое – последним. А некоторые дела, возможно, вообще выпадут из списка, и от этого вам сразу станет легче на душе. Но если даже вы не успеете сделать всего, что запланировали, в этом не ваша вина: вы не всесильны.
Умение расставлять приоритеты меняет ритм жизни. Выработайте традицию не спешить. Очень скоро вы заметите, что ваше мировосприятие тоже качественно изменилось.
Не бойтесь противостоять современному темпу жизни, не заражайтесь нервозностью. Даже на работе вы можете сказать уверенное «нет» суете. Скажем, когда вы получаете от вашего начальника слишком много заданий или если на вас обрушивается ряд неожиданных житейских хлопот, прежде всего следуйте этому алгоритму.
1. Сядьте, расслабьтесь, замедлите дыхание и успокойтесь.
2. Отстранитесь от переживаний по поводу трудности выполнения дел и возможных неудач.
3. Сосредоточьтесь на анализе заданий и составлении списка приоритетов.
4. Включитесь в работу.
5. Выполняя задания, максимально полно присутствуйте духовно-телесно, не разделяйте тело и душу, ощущайте их физиологическое единство.
6. Если вы замечаете, что сознание слишком быстро переключается с одного задания на другое, а мысли беспорядочно вспыхивают в голове, мешая работе, найдите немного времени, чтобы выполнить следующее упражнение.
Упражнение 18. Успокоение ума
Сидя на стуле, скрестите голени и положите руки на колени так, чтобы правая ладонь оказалась поверх левой. Закройте глаза и успокойте дыхание. Прижмите кончик языка к верхнему небу и сосредоточьте внимание на ощущении легкого напряжения в этом месте. Погрузитесь в это ощущение, отстранившись от мыслей.
Выполняйте это упражнение три минуты.
Эта практика, основанная на древней технике из упанишад и усовершенствованная современными кинезиологами[40], обеспечивает баланс работы двигательных и сенсорных центров мозга и активирует работу среднего мозга. Ее выполнение приводит к успокоению мыслительного процесса, замедлению ритма волновой активности, нормализации восприятия сенсорных сигналов, делает вас более трудоспособными и бытийными одновременно.
Такой комплексный подход поможет вам стать гораздо менее суетливыми, а значит, более продуктивными. Уделяя больше внимания своему духовно-телесному «Я», вы почувствуете, как улучшилось ваше настроение, а также проникнетесь чувством уверенности и уважением к самим себе.
Пригласите себя на танец
С чего начинается увлекательный путь возвращения в родной дом бытия?
Прежде всего, с понимания того, что мы уже давно стоим на этом пути – с тех пор как покинули дом, но вместо того, чтобы искать обратную дорогу, прислушиваясь к телесным ощущениям и интуиции, топчемся на месте. Не всматривайтесь в окружающий туман виртуальности – он не покажет верного пути: путь придется искать самостоятельно, ощупывая босыми ногами каждый его камушек. Поэтому необходимо всеми силами мотивировать себя на этот поиск, поместить бытийную установку среди главных жизненных приоритетов и возложить ответственность за свои действия на себя.
Присутствовать в бытии – это самое сильное желание и естественное право человека. Сделать себя реальным, существующим в этом бесконечно богатом и фантастически прекрасном мире вы можете лишь одним способом: совершив волевое усилие и сосредоточив внимание на себе – сплаве души и тела. Это духовно-телесное «Я» не является некой завершенной структурой, отграниченной от остального бытия пустым пространством: скорее духовно-телесное «Я» человека – лишь клетка всемирного Бытия, неразрывно связанная с остальным миром и участвующая в его жизни, и это вам предстоит осознать и прочувствовать.
Вы уже знаете, как устроен мозг и какие чудеса способно творить человеческое сознание, если умело управлять его энергией. Выполняя упражнения, изложенные в этой книге, вы с легкостью научились отличать реальное от виртуального. Эти знания и умения будут помогать вам обрести состояние бытийности и освободиться от власти тех социальных условностей, которые вредят вашей психике. Но большая часть пути – за пределами этой книги и даже за пределами знаний, которые можно изложить словами. Эта наиважнейшая часть пути – в вашем последующем индивидуальном опыте. Эмбодимент – очень интимная практика.
Начинайте с того, что вы уже освоили. Это может быть простая концентрация, примеры которой описаны выше, а может быть любая из множества медитативных техник, используемых в йоге, дзен-буддизме, даосизме и др. Возможно, вы еще до чтения этой книги имели опыт работы с сознанием. Суть любой медитативной техники сводится к тому, что во время упражнения энергия сознания должна быть направлена к своему источнику – духовному «Я». Бытийные практики, о которых мы поговорим в этой главе, отличаются тем, что во время их выполнения сознание не должно блокировать сенсорные ощущения. Наоборот – оно будет направлено на восприятие всего духовно-телесного «Я».
Людям, не имеющим подобного опыта, поначалу такая практика кажется и простой и сложной одновременно. С одной стороны, осознать ощущения, идущие от органов чувств, может каждый человек. С другой – сознание то и дело «соскальзывает» с них, оно не приучено на них сосредотачиваться: в мозге нет соответствующих нейронных сетей, которые помогли бы быстро запускать и подолгу удерживать процесс бытийствования.
Одни люди относятся к практикам со скепсисом, другие верят буквально каждому слову, считая, что вера быстрее поможет достичь результата. Между тем отношение не так важно, как целеустремленность. Так что вам придется проявить настойчивость, достаточную для того, чтобы наступили изменения.
Обнаруживая один за другим признаки бытийности, вы постепенно раскроете ее в себе целиком. В некотором смысле это похоже на попытку разглядеть предмет в темной комнате после того, как войти туда с яркого света. Сразу не удается найти его взглядом, но если быть по-настоящему терпеливым и долго всматриваться, предмет со временем проявится.
И вот еще один очень важный совет: если вы еще не начали практиковать бытийность, начинайте сегодня же, прямо сейчас. Больше не жертвуйте своим правом «быть», оно дано самой природой. Нет смысла откладывать бытийность на завтра. Не вытесняйте себя за пределы ваших чувств, вашей физиологии, ощущайте себя, любите себя уже сейчас.
Каждое человеческое существо – это бесконечность чудес.
Осознайте, что вы – уникальное явление во Вселенной! Посмотрите, как потрясающе сложно устроен ваш мозг. Там, за костяными стенами, прячется древний город – серые здания и белые дороги: волшебные клетки, чудесные волокна. Сама природа многие миллионы лет назад заложила первый камень в фундамент этого города, и теперь он разросся в сложнейшую нейронную сеть, где живут чувства, мысли и ваша душа.
Посмотрите на эту замечательную архитектуру! Здесь есть дом счастья, дом тревоги, дом страха, целые кварталы памяти, окраина созерцания, районы размышления. Посмотрите: все это ваше!
Вы – житель удивительного города, о котором почти ничего не знаете. Бродя по нему, вы не понимаете, почему иногда вам бывает весело, а иногда – грустно. Вы думаете: «Может, мне просто не хватает цветов, или звезд, или любви?» Вы внимательно высматриваете все это там, снаружи – сквозь окна-бойницы в костяных стенах, хотите, чтобы кто-то вам это подарил. Вы верите в сказки о цветах, звездах и любви, не задумываясь о том, что вы сами – прекраснейший цветок мироздания, сами – таинственнейшая звезда. А вокруг вас такие же удивительные люди-города, люди-звезды, люди-цветы… Полюбите все это, будьте этим – и начните прямо с себя!
Состояние бытийности похоже на танец, в котором ваш партнер – вы сами. Пригласите самого себя на этот танец! Танцуя с собой, не сводите с себя внутреннего взгляда. Пусть ваше духовно-телесное «Я», с которым вы танцуете, каждый миг чувствует на себе ваше внимание. Прислушивайтесь к вашему партнеру, доверяйте ему, наслаждайтесь им, и тогда вас ждут удивительные ощущения!
Упражнение 19. Танец-дым
Вы наблюдали, как ведет себя сигаретный дым в помещении со слабой вентиляцией воздуха? Он висит облаком, медленно расползающимся по пространству. Будьте так же плавны и неспешны в этом упражнении.
Осознайте свое тело. Медленно (и с каждым шагом все медленнее) выйдите на середину комнаты, одновременно по возможности «отключая» мысли (если же мысли возникают, не старайтесь от них избавиться). Застыньте в пространстве. Закройте глаза и оставайтесь осознанным, ничего не предпринимая, растворяясь в бытии и теряя ощущение границ. Вы – просто дым, которому все равно, в какую сторону он растекается.
Позвольте уйти напряжению, оставшемуся в теле, пусть оно постепенно вытечет из вас. В это время тело может начать двигаться само по себе. Для некоторых людей это естественно. Не удивляйтесь, если заметите, что туловище плавно отклоняется в сторону, сама собой вращается голова, движутся руки. Движения могут то замедляться, то ускоряться: это похоже на дым, которым лениво играют потоки воздуха, – не участвуйте в этом танце, пусть он происходит спонтанно. Так вы освобождаетесь от лишнего напряжения, накопившегося в течение вашей виртуальной жизни.
«Танец-дым» – это эффективное упражнение из практики эмбодимента. Можно выполнять его ежедневно – утром или вечером.
Идентифицируйте себя с самим собой
Ответьте честно на вопрос: кто вы?
Что внутри отозвалось первым – мысль или чувство? Где вы обнаружили себя – в ваших воспоминаниях или в ощущении духовно-телесного присутствия?
Если в ответ на этот вопрос на ум приходит значение (например, «я – человек», «я – Марина»), то доминирует виртуальное. Те, кто ищет ответ в мыслях, воспоминаниях, если будут внимательны, могут заметить, что испытывают при этом некоторое напряжение, сомнение и даже едва уловимую тревогу.
Но если вместо ответа на этот вопрос приходит ощущение присутствия, самости, «я-естьности», вы переживаете миг встречи с собой, и это непременно сопровождается благостным ощущением.
Упражнение 20. Телесный контакт с собой
Во время водных процедур каждый раз, стоя под душем или сидя в ванной, поочередно то правой, то левой ладонью не спеша скользите по телу, постепенно покрывая прикосновением все участки его поверхности, до которых сможете дотянуться. Внимание должно быть максимально сосредоточено на ощущении прикосновения, взглядом неотрывно следите за ладонью.
Остановитесь, закройте глаза, спросите себя: «Кто я?» Осознайте тело целиком. Напомните себе, что тело – драгоценный дар. Наполненное живыми ощущениями, оно представляет собой настоящее чудо мироздания.
Откройте глаза, очень внимательно и медленно осмотрите ваше тело. Старайтесь ни о чем не думать. Осторожно касайтесь кончиками пальцев тех мест, к которым вам захотелось притронуться.
Выполняя дальнейшие практики, время от времени задавайте себе вопрос «Кто я?», наблюдайте за постепенным процессом «возвращения в себя».
Следующее эффективное упражнение поможет вам разотождествиться с виртуальными значениями, относящимися к вашему эго, и идентифицировать себя с самим собой – вашим духовно-телесным «Я». Рекомендую вам выполнять его как можно чаще – в любую свободную минуту, проявляя при этом максимум осознанности и настойчивости. Сделайте это упражнение своей привычкой.
Упражнение 21. Я-бытие
Представьте себе, что ваши мысли, воспоминания, эмоции и все события, которые происходили с вами в последнее время, – абсолютно независимая сфера. Это некоторое параллельное виртуальное существование, в котором нет и никогда не было вас настоящего. Поэтому, что бы ни происходило, какие бы мысли и эмоции у вас ни возникали сейчас, вас это нисколько не должно беспокоить. Будьте по отношению к нему тем, кем является зритель по отношению к театральной постановке. Позвольте всем этим параллельным явлениям существовать сколько им заблагорассудится. Не анализируйте их, не думайте о том, что можно было бы что-то изменить, улучшить, а принимайте такими, каковы они есть.
Скажите себе: «Это не я. Это не мое. Это не принадлежит мне, и я тоже не принадлежу этому». Посмотрите на все эти явления, которые по-прежнему существуют в вашем воображении, новым, отстраненным взглядом. Посмотрите издалека. Разотождествитесь с ними. Ваше духовно-телесное «Я» находится в реальности, а мысли, эмоции и даже то, что вы считаете событиями, – все это находится в виртуальности.
Теперь внимательно посмотрите на ваши руки. Скажите: «Вот я». Подойдите к зеркалу, не спеша рассмотрите ваше отражение. Повторите несколько раз: «Это я». Оглянитесь вокруг, осмотрите пространство комнаты, при этом повторяйте: «Это я. Все это – я». Ходите по комнате, прикасайтесь к предметам и говорите: «Это я… я… я…» Закройте глаза, осознайте свою душу, слитую с вашим телом, и скажите мысленно: «Это я».
После того как вы выполните это упражнение, снова посмотрите на ваши мысли, эмоции и недавно беспокоившие вас события. Скажите так: «Это игра, и я играю в нее просто потому, что мне интересно. Но у меня всегда есть выбор. Если мне надоест эта игра, я стану играть в другую».
Накапливайте «Я-естьность»
Одна моя знакомая, психолог по образованию, хорошо знающая, что такое контроль над сознанием, и вполне успешно занимающаяся с клиентами практикой гештальта, в беседе со мной пожаловалась на то, что часто не может остановить поток беспорядочных мыслей в голове.
Она прекрасно знала в теории, что такое «ощущать наличную действительность» и «пребывать в “здесь и сейчас”», но категорически не понимала, как этого достичь на практике. «Меня замучило мое проклятое эго, оно не оставляет мне возможности сосредоточиться на настоящем», – пожаловалась она и поинтересовалась, не могу ли я что-нибудь ей посоветовать.
«А ты попробуй посмотреть на это вот так, – сказал я. – У тебя есть ты и твое эго. И у вас есть сознание – одно на двоих. Сознание – это ценная жизненная энергия, без нее нет ничего, только глубокий сон без сновидений. Сознание – одновременно и свет, чтобы видеть, и питание, чтобы жить. Когда-то, может быть, в глубоком детстве, твое эго приучило тебя к тому, что, в отличие от тебя настоящей, главной, оно выполняет очень важные жизненные задачи и, следовательно, претендует на львиную долю жизненной энергии сознания. Тебе нечего было возразить, и в итоге ты хронически недокармливаешь себя – то есть свою душу – и постепенно слабеешь. Даже понимая устройство психики и механизм использования сознания, ты попадаешь в ловушку. Ты винишь во всем эго, злишься на него, ведешь с ним непримиримую борьбу, но пока ты пытаешься бороться с ним, ты даешь ему силы, поддерживаешь его. На самом деле эго само разыгрывает эту борьбу, само злится на себя. Запрещая мысли, пытаясь укротить эго, ты тем самым повышаешь его статус, по-прежнему забывая о душе. Перестань бороться с эго – борись за энергию сознания. Вернее, просто бери ее и пользуйся ею. Лично мой опыт подсказывает мне, что этой энергии всегда хватает на оба “Я”».
В тот же день она сказала, что мой совет действительно помог ей. Она перестала бороться с мыслями и сделала приоритетом стремление к осознанию себя настоящей. Чем реальнее она становилась, тем меньше эго пыталось разыгрывать в ней борьбу с самим собой.
Попробуйте сделать то же самое. Ощутите свое духовно-телесное «Я» прямо сейчас, читая эти строки. Сначала ощутите физическое тело, затем осознайте свою духовную самость.
Если вы сделали это и продолжаете читать, то, вероятно, замечаете, что стало труднее удерживать внимание на содержании текста.
Теперь сосредоточьтесь на тексте. Как только вы пытаетесь вникнуть в содержание, ослабевает состояние «я-естьности», его вытесняют мысли.
Оба процесса требуют энергии сознания, и вам пока трудно разделить ее на две части. Но не отчаивайтесь. Вам элементарно не хватает практики. Это всего лишь вопрос времени. Тренируйтесь, упорствуйте, вырабатывайте энергию сознания и распределяйте ее в зависимости от ваших духовно-телесных потребностей. Для этого вам природой подарены мозг и нервная система: это гибкие когнитивные структуры и они умеют замечательно адаптироваться к новым обстоятельствам.
Возможности человека широки. Например, он способен научиться писать сразу двумя руками или жонглировать, катаясь при этом на одноколесном велосипеде. Правда, поначалу кому-то это покажется практически невозможным. Чтобы добиться мастерства в каком-либо деле, приходится совершать попытку за попыткой.
Постепенно, в ходе практики, иногда ценой большого усилия, человек накапливает полезный опыт, в его мозге образуются новые нейронные связи, формируются микросети, которые обеспечивают точность и привычность движений. Достаточно потренировавшись, человек сможет совершать почти автоматически даже очень сложные трюки.
То же с бытийностью. Умение оставаться бытийным, занимаясь при этом каким-либо делом, приходит не сразу. Делайте попытку за попыткой и имейте терпение. Когда вы этому научитесь, бытийность будет с вами постоянно.
Начните с простейшего напоминания: «Я – есть», которое можно мысленно произносить в конце каждого прочитанного предложения, каждой возникшей в голове мысли, каждого совершенного действия и т. д. Если есть возможность, закрывайте на несколько секунд глаза и тут же наполняйте свое существо бытийностью. Если возможности закрыть глаза нет, осознавайте свое духовно-телесное «Я» с открытыми глазами.
Практикуйте эту технику в течение дня, накапливайте ощущение «я-естьности», и в конце концов количество перейдет в качество – вы изменитесь.
Когда вам со временем надоест повторять одни и те же слова, закрывать глаза, достаточно будет самоосознания – оно станет привычным. Скоро вы станете замечать, что вам чего-то не хватает, если вы случайно забыли дополнить действие или произнесенную фразу привычным импульсом бытийности, вызывающим легкое благостное состояние. Как только вы вспомнили, что забыли почувствовать свое духовно-телесное «Я», не корите себя, а просто в очередной раз повторите упражнение.
Приучив себя к такому «коллекционированию» бытийных моментов, вы тем самым значительно уменьшите время пребывания в виртуальном пространстве. Увеличение доли бытийности в жизни изменит ваше отношение к событиям. В отличие от человека, пользующегося бессознательными шаблонами, человек бытийствующий в гораздо меньшей степени является заложником жизненных ситуаций, рабом общественного мнения и того, что мы называем правилами общественной игры.
Вы сможете остаться полноправным членом общества – работать, учиться, заниматься бытовыми делами – и при этом не погружаться в чрезмерную мучительную рефлексию, не уходить с головой в виртуальность, не растрачивать на суету и тревогу радость жизни и целебное ощущение бытийности.
Разумеется, осознанная жизнь предполагает наличие определенного мужества, на что часто указывают психологи и духовные учителя. Быть осознанным – значит взять на себя ответственность за собственные поступки, строить собственные модели отношений с людьми, стремиться к своим, а не навязанным целям: иными словами – быть собой. Поэтому всем, кто решил практиковать осознанность, я желаю твердости и решительности.
Упражнение 22. Бдительность
Допустим, вам надо добраться из дома на работу или в другое место. Перед самым выходом закройте глаза и ощутите свое присутствие, усилив это ощущение словами: «Я здесь, вот я».
Откройте глаза и дальше поступайте так: используйте часть сознания для того, чтобы совершать привычные действия, связанные с вашим движением, ориентацией в пространстве, мышлением, а вторую часть сознания оставляйте для восприятия своего духовно-телесного «Я». Будьте собой, будьте присутствующими, бытийными, выполняя при этом привычные действия. Следите за собой непрерывно, не давайте задремать наблюдателю: его задача – не сводить глаз с вашего духовно-телесного «Я».
Проблемы с самосознанием могут возникать в случае избыточной бета-волновой активности. Чтобы замедлить ритм мозговых волн, частично перевести их в альфа-состояние, при любой возможности закрывайте на несколько секунд глаза, успокаивайте дыхание, расслабляйте мышцы тела. Эти несложные действия быстро и эффективно понижают частоту мозговых волн, делают вас более спокойными, само-осознанными и бдительными.
Учитесь «якорить» состояние бытийности, привязывайте его к ситуациям, движениям, позам. Выше я уже говорил, что это можно делать напоминанием «Я – есть», которое вы произносите мысленно в начале или конце любого действия, фразы или даже мысли. «Якорем» также может служить легкое похлопывание ладонью по бедру или незаметное постукивание пальцем по сумочке, поверхности стола и т. д.
Практикуя осознанное поведение, вскоре вы найдете собственные уникальные способы сохранять бдительность. Будьте креативны! Осознанность – это искусство, которое нуждается в постоянном совершенствовании.
Научитесь жить всем телом
Как вы уже заметили, упражнение по тренировке осознанности не обязательно должно быть связано с сидением в неподвижной позе, как в йогической медитации. Статические упражнения нужны лишь на начальных этапах. Их цель – помочь разобраться с принципами управления сознанием. После освоения этих принципов для вас большее значение будут иметь динамические упражнения. Во время выполнения этой практики также не обязательно закрывать глаза. Но периодически для усиления эффекта выполняемых упражнений, вхождения в состояние сосредоточения и укрепления образующихся нейронных связей вы можете принимать удобную неподвижную позу и закрывать глаза.
Попробуйте выполнить упражнение 7 «Я и мое тело», которое вы уже выполняли. Где в настоящий момент находится ваше духовно-телесное «Я»? Насколько широко распространяется его территория? Стала ли она хоть немного шире за последнее время?
Как я уже писал, человек, у которого нет привычки подолгу находиться в бытийном состоянии, ощущает свое «Я» преимущественно у себя в голове. Тело (особенно те его части, которые анатомически удалены от головы) – это не он сам, а как бы нечто принадлежащее ему. Отчасти это связано с тем, что в голове сосредоточено много органов чувств – глаза, органы слуха и обоняния, а также язык, которым мы пробуем на вкус и говорим с другими людьми. Непрерывный поток сенсорных импульсов поступает и от кожи и мышц, ведь там содержится огромное количество воспринимающих рецепторов.
Благодаря большому числу рецепторов одна часть которых воспринимает сигналы из внешней среды, а другая – от внутренних органов, наше духовно-телесное «Я» словно врастает в пространство бытия, поэтому тело можно сравнить с корнем и стволом дерева, по которым бежит вкусный питательный сок бытия. Но, находясь в автономном режиме, человек блокирует вкус бытийности и довольствуется только той скудной сенсорной информацией, которая необходима ему для привычной жизнедеятельности. Поэтому, например, многие люди не могут обнаружить в своей ноге или руке свое «Я». Нога и рука для них всего лишь чувствительные инструменты, присоединенные к телу. Причина этого парадокса – все те же социальные настройки, о которых я говорил выше.
Посмотрите на мир каждой клеткой своего тела. Описанная ниже практика поможет этому научиться.
Упражнение 23. Духовно-телесная осознанность
Запланируйте себе несложное бытовое занятие. Например, уборку или приготовление еды. Сядьте, примите удобное положение. Закройте глаза, успокойте дыхание, отвлекитесь от мыслей. После того как почувствуете, что достаточно расслабились, сосредоточьте внимание на дыхании. Дышите свободно и одновременно наблюдайте за вдохом, выдохом и паузами между ними. Выполняйте випассану. Не смещайте внимание на мысли или ощущения. Если же оно сместилось, возвращайте обратно и усилием воли удерживайте там. Постарайтесь добиться того, чтобы вся энергия сознания была сосредоточена исключительно на вашем дыхании. Пробудьте в состоянии медитации десять минут или больше.
Постепенно начинайте расширять осознанное пространство – сначала грудная клетка, затем все туловище и, наконец, целиком все тело. Вспомните, что ваше тело и вы – единое, целое духовно-телесное «Я»: ощутите этот сплав – он и есть ваше настоящее воплощенное «Я».
Теперь, продолжая оставаться телесно осознанными, медленно встаньте и не спеша займитесь запланированным делом. Оставайтесь собой настоящими. Будьте предельно осторожны, старайтесь не расплескать бытийное состояние. Несите его бережно, как стакан, до краев наполненный водой. Привыкайте к повседневной бытийности.
Предельно сосредотачивайте внимание на каждом этапе: делайте это так же тщательно, как во время дыхательной медитации. Если чувствуете, что состояние начинает рассеиваться, остановитесь, закройте глаза и снова наполните тело осознанностью, а затем продолжите заниматься делами.
Любое действие, которое вы совершаете, делайте не только руками, взглядом и мыслями, как вы привыкли, а всем телом, каждой его частью, каждой клеткой. Пусть ваши спина, грудь, живот, ягодицы, ноги, кожа, внутренние органы тоже чувствуют себя причастными к этой деятельности. Работайте медленно и осознанно.
Бытийствование во время простого бытового занятия – упрощенная модель вашего повседневного бытийствования, которому вы скоро научитесь. Выполняя любую бытовую работу, вы живете социальной жизнью, потому что делаете ее в основном по тем правилам, которым вас научило общество. Живя этой социальной жизнью, присутствуйте в бытии.
Отождествиться со всем своим телом, воплотиться в нем – значит принять себя целиком.
Иногда вы по привычке будете забывать о своем духовно-телесном «Я». В этом нет ничего страшного, не корите себя. В мозге еще не сформировались те нейронные связи, которые будут отвечать за стабильность бытийного процесса, но уже сейчас они начинают формироваться. Надо дать время, чтобы они стали прочнее. Упорствуйте, прокладывайте, закрепляйте их. Поэтому, случайно переключившись со своего «Я» на действие и на минуту забыв о себе, снова вспомните и продолжайте бытийствовать.
Творите реальность сами
Когнитивисты говорят, что мозг отражает реальность примерно так же, как это делает зеркало. Многие древние мистики прибегали к той же метафоре. Но современные исследователи все чаще приходят к выводу, что благодаря энергии сознания мозг способен сам создавать реальность, в том числе, как бы это парадоксально ни звучало, даже нас самих. Эффект наблюдателя, открытый квантовыми физиками, тому подтверждение.
Попробуйте заменить пассивный метод бытийствования активным. Создавайте реальность сами.
Без вашего сознательного воздействия мир всего лишь черно-белая раскраска с нечеткими линиями. Если изменить психофизиологический подход к мировосприятию, то мир оживет и заиграет красками. Здесь не понадобится богатое воображение или какой-то особый позитивный настрой, потому что на самом деле все заложено в вашей физиологии. Вам просто надо вернуть это естественное состояние с помощью простых упражнений.
Возможно, еще до чтения этой книги вы пытались практиковать медитацию осознанности и, вполне вероятно, сталкивались со следующей трудностью: когда вы пытались удержать состояние «здесь и сейчас», оно неумолимо ускользало.
В чем причина этой проблемы?
Когда вы пытаетесь сосредоточиться на том, что мистики и психологи называют «здесь и сейчас», ваше сознание непроизвольно стремится делить отрезки времени на фрагменты, вычленяя мгновения. Ум представляет, что мгновение – это часть времени. Но попробуйте изменить подход. Не пытайтесь вычленять мгновения из потока времени. Вычленять – значит вычитать, а это негативный процесс. Вместо этого просто активно заполняйте время мгновениями бытия – одно за другим. Наполните секунду реальностью, создаваемой творящей энергией вашего сознания.
Вы почувствуете ощутимую разницу между этими двумя методами. Сколько мгновений вы сможете поместить в одной секунде? Зависит от вас. Проверьте на собственном опыте, и вы узнаете, какие пределы (и есть ли они вообще!) у этой функции вашего мозга.
Распробуйте вкус присутствия
Закройте глаза и сладко вздохните. Внимательно прислушайтесь к ощущениям. Что вы почувствовали?
Осознавая себя, сосредоточившись на духовно-телесном «Я», мы как бы высвечиваем в пространстве бытия некое сущее, которое «схватываем как присутствие»[41]. Так описывал состояние присутствия в бытии немецкий философ, один из основоположников экзистенциализма Мартин Хайдеггер. Он сказал «схватываем». А как описали бы процесс взаимодействия с бытием вы? Что вы обычно делаете с присутствием, когда осознаете его?
Я неоднократно задавал этот вопрос своим пациентам и всякий раз получал разные ответы. Войти, осознать, ощутить, потрогать, пригубить, опереться, вдохнуть его, обнять, зависнуть в нем, раствориться – каждый человек воспринимает присутствие по-своему, у каждого свое восприятие этого явления.
Вот как поэтично говорит об этом американский писатель и просветитель Дэвид Керс: «И я обнаруживаю себя в том, что в собственном невежестве, не владея языком и понятиями, я называю Присутствием, выражающим себя как Сияние, как свет, но более ясный и яркий, за пределом света. Не белый, не золотой, а просто абсолютное Сияние. Сияющее Живое, ослепительно Сущее Всего, Что Есть»[42].
Феномен присутствия кажется настолько зыбкой, слабоуловимой вещью, что невольно напрашивается вопрос: зачем его ловить, осознавать, зависать в нем?
Да потому, что в нас самой природой заложена эта потребность. Присутствие – это одна из величайших тайн нашей жизни и вместе с тем ее соль, ее вкус.
В своей книге «Производство присутствия. Чего не может передать значение» Ханс Ульрих Гумбрехт спрашивает себя: «Разве не открылась моему “я” однажды, когда телесное вместилище этого “я” сидело… на кушетке аналитика, та ошеломительная истина, что имеющие, подобно мне самому, репутацию трудоголиков так много работают и так стараются все перепробовать просто из сильного (хоть и смутного) опасения, что в своей окончательной реальной сущности они ленивы? И разве не посещает меня настойчивая приятная греза о том, как я выйду на пенсию и стану просто “пребывать здесь”, то есть вести такой образ жизни, чтобы просто занимать собой пространство, ничего особенного больше не делая»[43]. Он же называет присутствие «избавлением от обязанности все время двигаться и меняться».
Если вам знакомо это спонтанное желание выбраться из суетной виртуальности и самым банальным образом материализоваться в «здесь и сейчас», ожить в пространстве бытия и наслаждаться собой и окружающими предметами как реальностью или хотя бы на миг остановиться и осознать миг, то вы отлично понимаете, почему Гумбрехт называет восприятие присутствия избавлением. Давайте прямо сейчас войдем в это состояние.
Упражнение 24. Один на один с реальностью
Будучи в комнате наедине с собой, решительно скажите вслух: «Тихо!» – и тут же внимательно прислушайтесь к внезапно образовавшейся тишине. Ничего не происходит, вы – один на один с реальностью. Вас окружает присутствие.
Присутствие чего? Это совершенно неважно. Истинная реальность неописуема. Просто погрузитесь в это, побудьте там какое-то время.
Выйдя из этого состояния, не пытайтесь его осмыслить, описать. Ваше описание не будет иметь никакого значения для вас и вашего опыта. Не анализируйте пережитое. Ваши впечатления и мысли о нем неважны. Присутствие совершенно, идеально, поэтому не нуждается ни в каких действиях в отношении него. Наоборот, процесс осмысления отнимет у вас ту энергию сознания, которую вы могли бы использовать на восприятие присутствия. Все, что вы можете, – это войти в него снова.
Повторите упражнение еще раз. Вот время и остановилось. Вы – есть. Погрузитесь в это, побудьте там – присутствуйте…
Выйдя из этого состояния, оставайтесь пусты и расслаблены.
Эффект, вызываемый элементарным сосредоточением на духовно-телесном «Я», часто сопровождается ощущением блаженного покоя, легкости, тепла, «тонких вибраций», возвращения в некое «исходное состояние», точку отсчета. Сумму всех этих субъективных ощущений я называю
Вы уже выполнили немало упражнений и имели возможность ощутить этот неповторимый вкус. Но даже среди читателей данной книги есть люди, которым еще только предстоит обнаружить его в реальности. Когда они впервые по-настоящему распробуют его, они наверняка будут счастливы и удовлетворены, ведь вкус присутствия – это в то же время и вкус счастья и великого удовольствия.
Чтобы его распознать и распробовать, надо особым образом настроиться, а распробовав, погрузиться в него глубже, привыкнуть к нему.
Как этого достичь практически?
Наверняка вам приходилось видеть рекламу кофе по телевизору. Герой или героиня ролика вдыхает аромат, отпивает глоток, закрывает глаза. Блаженная улыбка говорит: «Я наслаждаюсь моментом».
У зрителя создается впечатление, что это обычная ситуация, ведь каждый из нас способен наслаждаться ароматом и вкусом кофе и может позволить себе ежедневно какое-то время посвящать такого рода удовольствию. Но многие ли люди в действительности ведут себя так? Как часто в жизни вы наблюдаете такие же выражения лиц, какие демонстрируют актеры на экране?
Чаще у людей бывают хмурые или отсутствующие выражения, потому что обычно даже во время приема пищи, отдыха сознание большинства людей занято процессом мышления – планированием, мечтами, воспоминаниями, самообвинениями, поисками ответов…
Но что нам мешает вести себя так, как герои клипа?
Упражнение 25. Вкус присутствия
Всякий раз, когда пьете кофе или чай, когда принимаете пищу, будьте максимально бытийны – не упускайте мгновение. Удерживайте его с помощью сознания – и смакуйте.
Положите на язык кусок шоколада. Не разжевывайте его. Просто закройте глаза и дайте ему растаять. Наблюдайте. Сосредоточьтесь на том, что происходит в вашем рту. Это момент взаимодействия наблюдателя и бытия.
Вместо шоколада можно использовать любой другой продукт. Вы помните, что присутствие наблюдателя способно менять свойства материи. Кофе, вино, вода, сыр, мед, хлеб, масло – до контакта с вами эти объекты находятся в непроявленном состоянии. Помогите им проявиться. Вкус этих и других замечательных продуктов становится во много раз богаче, если их приправить вкусом присутствия. Когда они попадают на язык, осознавайте, что как раз в этот момент на квантовом уровне происходит таинство взаимодействия духа с материей.
Тепло, холод, день, ночь, звездное небо, облака, музыка, ваше тело, тело другого человека, бабочка на цветке, капля дождя – все это тоже проявления бытия, данные в ощущении. У каждого ощущения свой неповторимый вкус. Наблюдайте, присутствуйте, и в ответ каждое мгновение подарит вам истинное наслаждение.
Превратите это упражнение в привычку, и ваша жизнь изменится. Я не знаю более изысканного и замечательного вкуса, чем вкус присутствия. На самом деле все истинные сомелье и гурманы дополняют им вкус вин и блюд, которые собираются попробовать. Все ценители шедевров музыки или живописи вносят его в восприятие в момент созерцания искусства. Вкус присутствия способен преобразить любую пищу, явление, действие.
Если хотите жить счастливо, любите повседневные мелочи: сияние облаков, шелест листьев, чириканье стайки воробьев, лица прохожих – во всех этих повседневных мелочах находите наслаждение.
Даже сейчас, читая книгу, присутствуйте в бытии всем своим духовно-телесным «Я». Пусть процесс чтения и присутствия совершаются параллельно. Это возможно. Не позволяйте воображению уводить вас в сторону, отобрать у вас это сладкое ощущение «здесь и сейчас». Оставайтесь в моменте, в пространстве, в самой тайне присутствия. Получайте удовольствие от того, что вы есть, от тех предметов и явлений, с которыми вы взаимодействуете. Наслаждайтесь уникальностью и самой возможностью существования. Становитесь гурманом, сомелье присутствия.
Внесите вкус присутствия в повседневность. Постепенно, но настойчиво закрепляйте в себе эту полезную привычку. Работая над ней, однажды вы обнаружите, что ваше мироощущение изменилось и незаметно для вас свершился переход от суетной, беспокойной жизни к более счастливой и комфортной.
Желаю вам удачи в этой практике.
Осознайте непрерывность существования и позвольте исчезнуть границам
Небезызвестный нам Парменид Элейский говорил, что бытие цельно и непрерывно. Между тем, всячески взаимодействуя с бытием, на протяжении многих веков человек пытался упростить и структурировать его, сделать понятным. Он делил его на верх и низ, светлое и темное, хорошее и плохое и т. д.
В итоге бытие стало представляться человеку таким, как будто между его отдельными объектами в самом деле есть что-то вроде разделяющей пустоты. Иначе говоря, человеческий разум сотворил небытие, создающее границы. И вот это придуманное небытие, придя в мир, окрепло, разрослось и стало угрожать жизни человека.
Небытие, каким мы его знаем, – вымысел. Парменид отвергал существование небытия, считая его попросту невозможным. «Небытия – нет», – говорил он. Мир для него был континуальным, как бесконечная нить или нескончаемая река. Разумеется, он ничего не знал об открытиях квантовой физики, которые демонстрируют нам прерывистость, дискретность бытия, его способность пребывать в вероятностной форме. Впрочем, эти открытия пока еще не подтверждают ни существования, ни отсутствия небытия, они лишь говорят о том, что, хоть в силу квантовой неопределенности не все пустое пространство занято квантами, в присутствии наблюдателя любое место в пространстве может стать непустым. А посему бытие для нас континуально и безгранично. Пустота, вакуум, пространство между летающим по орбите электроном и ядром атома – все это не что иное, как бытие.
Но это лишь теория. Чтобы подтвердить или опровергнуть ее на собственном опыте, человек должен сам сначала стать равным бытию. Для этого ему придется перевести сознание из режима дискретности в режим континуальности и направить его на восприятие бытия, наложив одно на другое. Но большую часть жизни человек занят тем, что создает виртуальное пространство и обеспечивает происходящие в нем процессы, поэтому не может совместиться с бытием настолько, чтобы познать его истинную природу.
Виртуальные процессы требуют особой работы ума, специального ритма. Сознание то вспыхивает, то затухает. Мышление – прерывистый процесс. Такой характер работы сознания позволяет производить синтез вновь поступающей информации и той, что хранится в памяти, дает возможность принимать решения. Без этого механизма человек не смог бы разделить прямую на отрезки и до сих пор не освоил бы математику. Иначе говоря, дискретность сознания помогает человеку познавать мир.
С помощью сознания, пребывающего в дискретной форме, человек делит бытие на фрагменты, перескакивает с одних на другие, а часто и вовсе выпадает за пределы бытия в виртуальность, поэтому воспринимаемое бытие для него фрагментировано. В качестве границ-разделителей сознание использует, если можно так выразиться, некое условное «вспомогательное небытие». И вот как раз это «вспомогательное небытие», созданное в ходе деления бытия на фрагменты, представляет для человека очевидную проблему, если он не умеет его контролировать.
Представьте себе ночной город, на который вы смотрите издали. Город сияет электрическими огнями, но вот неожиданно погас целый район. Такую аварию в энергосистеме называют блэкаутом. Тысячи людей остались без света, и для них это проблема.
«Вспомогательное небытие» как свойство дискретного сознания – это своего рода необходимые «блэкауты», происходящие в мозге. Они – не что иное, как слепые пятна человеческого бытия. Без них невозможна работа мозга, но именно эти «блэкауты», будучи неконтролируемыми, пожирают время и пространство человеческой жизни, как это делали фантастические лангольеры из одноименной повести американского писателя Стивена Кинга. Именно они делят жизнь на прошлое, будущее и настоящее. Именно они крадут у человека бытийность.
Поэтому для нас очень важно научиться переводить сознание из дискретного режима в континуальный.
Упражнение 26. Река бытия
Эта метафорическая визуализация поможет осознать непрерывность вашего духовно-телесного «Я», совмещать бытийность с повседневной мыслительной активностью.
Представьте, что ваше тело – это река бытия, которая никогда не останавливается. Она течет с равной скоростью с того момента, когда вы родились на свет. Даже внутри того, что называют мгновением, она продолжает движение, ведь на самом деле никаких физических мгновений нет: время не движется толчками, как секундная стрелка, оно течет непрерывно. Почувствуйте себя этой нескончаемой телесной рекой и лейтесь в пространстве и времени.
Ваши берега – окружающее пространство, они пропитаны вами, и поэтому вы способны ощущать их. Вы не только наполняете собой помещение, в котором находитесь, но и распространяетесь далеко за его пределы. Не существует границ, которыми можно было бы отделить вас от бесконечного мира. Где бы вы сейчас ни находились, наполняйте собой пространство, проникайте повсюду и, будучи беспредельными, теките.
Ничто не может вас остановить. Даже если вы стоите на месте, сидите или лежите, вы все равно льетесь. Естественное течение бытийной реки сопровождается ощущением свободы.
Но когда ум строит плотины из мыслей и эмоций, возникает напряжение – вы это чувствуете. Построенные вами плотины – это ваши концепции и убеждения, которые перекрывают бытийную реку. Для их создания вы меняете режим сознания на дискретный и используете то, что я назвал «вспомогательным небытием». Не стройте плотины, преграждающие течение реки: возводите острова, соединенные мостами.
Таким образом, осознавая себя как реку бытия, а мысли, концепции, убеждения и т. д. – как острова, вы сможете совмещать дискретный и континуальный режим работы сознания.
Пребывайте в торжественном настроении
Зачем нужен праздник? Затем, что он – чудесное лекарство от суеты, серьезности и печали. Праздник не похож на будни. А все необычное приносит новый взгляд и новые прозрения.
Праздник – это изменение характера мышления, усиление мозговой активности с одновременным замедлением ее ритма, выработка нейромедиаторов, улучшающих настроение и вызывающих прилив бодрости. Все эти процессы делают человека более бытийным, помогают отстраниться от привычных моделей виртуальности.
Чтобы праздник получился, надо осознать его ценность. Сесть, закрыть глаза и погрузиться сознанием в атмосферу праздника. Быть в празднике – не значит смеяться, усиленно шутить и рассказывать анекдоты. Это не значит произносить тосты и много выпивать. Пребывать в празднике – это значит испытывать торжественное настроение, чувствовать пространство бытия. Оно восхитительно, оно всегда здесь и сейчас. У праздника всегда есть неповторимый вкус присутствия, о котором мы говорили выше. Возможность ощущать этот вкус и есть повод для радости.
Для того чтобы испытывать ровное торжественное настроение, необходимы особые настройки восприятия. Попробуйте отыскать в своей памяти эти настройки, они хранятся там с детства.
Упражнение 27. Праздник
Вспомните, что вы – волшебник, ведь вы обладаете творящей энергией сознания, способной создавать реальность.
Войдите в состояние бытийности, насладитесь вкусом присутствия и позвольте естественной радости наполнить все ваше существо.
Отстранитесь от вашего привычного образа, каким бы серьезным человеком в жизни вы ни были, войдите в состояние праздника и пребывайте в нем.
Стремитесь к гармонии – будьте собой, но не превращайтесь в отшельника, или как быть счастливым и успешным одновременно
Я описываю вам простые психофизиологические практики, в них нет никакой мистики. Я всего лишь рассказываю о простых принципах ухода за телом и психикой, и я верю в то, что когда-то они будут изучаться в детских садах и школах в курсе предмета о ЗОЖ – здоровом образе жизни.
Кроме того, я надеюсь, что кое-какие из предложенных упражнений вы уже практикуете. Если же вы скрупулезно и последовательно следуете моим инструкциям, то, возможно, уже достигли определенных положительных результатов. Если так – это замечательно.
Бытийствовать – просто. Бытийность – это не сказка, не игра воображения, а нормальная физиология, как дыхание или сон. Верни себе себя и наслаждайся бытием – вот и вся наука. Даже ребенок умеет это делать.
Душа не учится; она только вспоминает то, что она всегда знала.
Многие люди мечтают об успехе в жизни. Это вполне обоснованные мечты. Успех в жизни дарит комфорт, а комфорт – это хорошо: спросите у тела, и оно вам это подтвердит.
Добиться успеха в обществе – не проблема, если очень сильно захотеть. Многие люди к этому стремятся, но не все знают, что это прежде всего вопрос правильно составленного плана и последовательного его выполнения. Вникайте в правила общественной игры, посещайте тренинги, учитесь быть продуктивными, приспосабливайтесь к ритму современной жизни, становись сильнее, воспитывайте в себе лидерские качества, ставьте высокие и очень высокие цели, боритесь, рискуйте, побеждайте и пользуйтесь благами современного общества.
Но труднее всего – находиться в гармонии:
Ребенок, рожденный невидящим и не знающим ни слова, уже через три года способен кое-как объяснить вам свои желания и поделиться мыслями, потому что за это время он научился управлять мозгом. Так же и вы, практикуя несложные упражнения, сможете научиться совмещать бытийность с социальной активностью.
Практикуйте их ежедневно, чем чаще, тем лучше. Особенно важно, чтобы вы вспоминали о своем духовно-телесном «Я» даже в тех состояниях, в которых переключиться на него труднее всего. Осознавайте себя, погружайтесь в присутствие, живите всем телом, находясь среди людей, на работе, в обычной повседневной жизни.
Бытийствуя, играйте в виртуальную игру. Играя в виртуальную игру – бытийствуйте.
Выводы из четвертой главы
Остановите внутреннюю суету. Будьте внимательнее к телесным процессам, эмоциям и экзистенциальным потребностям души. Заставьте ваш мозг работать в низкочастотном диапазоне. Уделив внимание духовно-телесному «Я», став самими собой, вы почувствуете, как улучшилось ваше настроение, проникнетесь чувством уверенности и уважением к самим себе.
Состояние бытийности похоже на танец, в котором ваш партнер – вы сами. Пригласите себя на этот танец! Танцуя с собой, не сводите с себя внутреннего взгляда. Пусть тот, с кем вы танцуете, каждый миг чувствует на себе ваше внимание. Прислушивайтесь к вашему партнеру, доверяйте ему, и тогда вас ждут удивительные ощущения! Эффективным упражнением по достижению состояния бытийности является практика «Танец-дым». Можно практиковать его ежедневно – утром или вечером.
Идентифицируйте себя. Попробуйте ответить на вопрос: кто вы? Если вместо ответа на этот вопрос приходит ощущение присутствия, «я-естьности», то вы переживаете миг встречи с собой, и это сопровождается благостным ощущением.
Вы – это ваше единое духовно-телесное «Я». Не позволяйте доминировать виртуальности. Помните, что ваши мысли, воспоминания, эмоции и все события, которые происходили с вами в последнее время, – абсолютно независимая сфера. Скажите себе: «Это не я». Разотождествитесь с ними, позвольте им протекать параллельно.
Будьте всегда осознанны. Практикуйте осознанность в течение дня, накапливайте ее, и в конце концов количество перейдет в качество – вы изменитесь. Приучив себя к осознанному поведению, вы тем самым значительно уменьшите время пребывания в виртуальном пространстве. Увеличение доли бытийности в жизни изменит ваше отношение к событиям. В отличие от человека, пользующегося бессознательными шаблонами, человек бытийствующий в гораздо меньшей степени является заложником жизненных ситуаций, рабом общественного мнения и того, что мы называем правилами общественной игры.
Научитесь жить всем телом. Благодаря огромному числу рецепторов наше духовно-телесное «Я» словно врастает в пространство бытия, поэтому тело можно сравнить с корнем и стволом дерева, по которым бежит вкусный, питательный сок бытия. Но, находясь в автономном режиме, человек блокирует вкус бытийности и довольствуется только той скудной сенсорной информацией, которая необходима ему для безопасной жизнедеятельности. Чтобы изменить это, используйте практику «Духовно-телесная осознанность». Она заключается в том, что любое действие, которое вы совершаете, необходимо делать не только руками, взглядом и мыслями, как вы привыкли, но и всем телом. Отождествиться со всем своим телом – значит принять себя целиком.
Осознайте ваше присутствие в бытии. Для того чтобы войти в это состояние, практикуйте в одиночестве упражнение «Внутри присутствия». Погружайтесь сознанием в состояние чистого присутствия, пребывайте в нем как можно дольше.
Эффект, вызываемый сосредоточением на духовно-телесном «Я», сопровождается ощущением блаженного покоя, легкости, тепла, «тонких вибраций», возвращения в «исходное состояние», точку отсчета. Сумму всех этих субъективных ощущений составляет вкус присутствия.
Полюбите этот неповторимый вкус. Всякий раз, когда пьете кофе или чай, когда принимаете пищу, будьте максимально бытийны – не упускайте мгновение. Удерживайте его с помощью сознания – и смакуйте. Тепло, холод, день, ночь, звездное небо, облака, музыка, ваше тело, тело другого человека, бабочка на цветке, капля дождя – все это тоже проявления бытия, данные в ощущении. Наблюдайте, присутствуйте, и в ответ каждое мгновение подарит вам истинное наслаждение.
Осознайте непрерывность существования.
С помощью сознания, находящегося в дискретной форме, человек делит бытие на фрагменты. В качестве границ-разделителей он использует «вспомогательное небытие» – «блэкауты» мозговой активности. Это «вспомогательное небытие» представляет для человека очевидную проблему, если он не умеет его контролировать. Поэтому для нас очень важно научиться переводить сознание из дискретного режима в континуальный. Для этого хорошо подходит практика метафорической визуализации «Бытийная река». Осознавая себя как бытийную реку, а мысли, концепции, убеждения и т. д. – как острова, вы сможете совмещать дискретный и континуальный режим работы сознания.
Научитесь пребывать в праздничном настроении.
Праздник – это изменение характера мышления, усиление мозговой активности с одновременным замедлением ее ритма, выработка нейромедиаторов, улучшающих настроение и вызывающих прилив бодрости. Все эти процессы делают человека более бытийным. Отстранитесь от вашего привычного образа, каким бы серьезным человеком в жизни вы ни были, войдите в состояние праздника и пребывайте в нем.
Чем чаще вы будете практиковать бытийность, тем лучше. Научитесь пребывать в гармонии: находясь в обществе, живя повседневной жизнью, размышляя, принимая решения, не забывайте при этом жить всем своим телом.
Глава 5. Полные пригоршни бытия
Теперь я понимаю, что существую, таким образом бытие реализуется через меня и тоже существует.
Когда все пути открыты
Я пишу эту книгу не спеша, главу за главой, слово за словом. Создавая структуру текста, описывая события прошлого, изучая и цитируя литературу, формулируя гипотезы, излагая упражнения, я стараюсь оставаться как можно более осознанным и бытийным. Иногда я просто останавливаюсь, чтобы пережить состояние существования, осознать свое духовно-телесное «Я».
Чем меньше суетишься, работая, тем яснее видишь цель своей работы, тем больше ей впоследствии соответствует результат. Когда дует ветер, поверхность озера дрожит и отражение искажается, а когда ветер затихает – отражение становится похожим на реальность. Моя книга о том, как перестать дуть на поверхность.
Это последняя глава, и в ней меня будет больше, чем в предыдущих главах, но не потому, что мне не терпится поделиться своими успехами в области бытийствования, а потому, что я хочу продемонстрировать некоторые важные признаки бытия, а самое близкое и доступное для моего восприятия бытие – я сам. И это значит, что я теперь буду говорить не о результатах онтологических исследований, которые проводились в научных лабораториях, а преимущественно о результатах исследований субстанции бытия, которые проводились с помощью моей собственной нервной системы. Разумеется, это всего лишь опыт одного-единственного человека, но, может быть, мои слова будут звучать более внушительно, если я сообщу вам, что в моей нервной системе содержится около 85 миллиардов нейронов.
Философы и ученые по-прежнему задают вопрос: можем ли мы доверять чувствам, ведь они субъективны? Почему бы нет? Чувства даны нам природой. Они были, есть и навсегда останутся прослойкой между нашим «Я» и окружающим миром. Вопрос в том, достаточно ли умело мы ими пользуемся и хватает ли нам сенсорной информации для того, чтобы мы могли ее воспринять.
Это не значит, что «кажется» и «есть» – одно и то же. Если мне недостаточно ощущений, чтобы осознать какой-либо феномен, я автоматически становлюсь скептиком. Говорю себе: допустим, этого нет, и затем пытаюсь доказать, что это все-таки есть. Стараюсь найти закономерности, причинно-следственные связи, использую индуктивный метод, диалектику, анализ и т. д., то есть исследую феномен в соответствии с принятыми в науке алгоритмами. Я за научный подход и против всякой мистификации.
Но если мне удается воспринимать феномен чувствами, то в этом случае я задаю себе вопрос: «Нужны ли доказательства?» Ведь когда ребенок видит свою мать, он не нуждается в подтверждениях ее существования. Вырастая, он тоже не ищет свидетельств тому, что она действительно есть. Он так и живет, полностью доверяя чувствам.
Не следует ли из этого, что если я вижу ангела, то это значит, что он
Да, этим я хочу сказать, что я действительно из тех людей, которые доверяют чувствам. Для того чтобы быть уверенным сенсуалистом, я всегда ношу при себе три вполне, на мой взгляд, убедительных аргумента.
Например, если я любуюсь небом, что со мной довольно часто случается, то в этот торжественный момент у меня крайне редко возникает желание цитировать пусть даже самые прекрасные строки, которые я когда-либо слышал. Я восхищенно молчу. У настоящего неба – небесный цвет и другие небесные признаки. Я просто смотрю на небо чувствами, и мы с ним становимся одним целым.
Если я пью вино, то не пытаюсь сопоставить свои вкусовые ощущения с теми, которые до меня описал профессиональный сомелье: я не думаю о каленых орешках, карамели или переспелых фруктах, а просто чувствую вкус вина и не более того.
Если я пытаюсь разглядеть в бытии Бога, то самое последнее, в чем я нуждаюсь в эту минуту, – священник. Вряд ли другой человек сможет описать мне Бога таким, каким бы он оказался, если бы я его увидел. Священник физиологически устроен абсолютно так же, как я, но он – не я. Его чувства движутся не к моему мозгу, а к его мозгу.
Как ни парадоксально, чтобы понять друг друга, мы должны прислушаться каждый к себе. Мы создали разные виртуальности, но у нас одна общая на всех бытийность. Когда мы закрываем глаза и прислушиваемся к своему духовно-телесному «Я», мы пьем одно и то же вино бытия и видим одно и то же небо. В своих ощущениях, в своем восприятии, в своем сознании мы находим весь мир. Там, в наших чувствах, тысячи путей, и все они открыты.
Это то, что надо сделать
Иногда меня спрашивают, как достичь того или иного психофизиологического состояния. На вопрос «Как?» я обычно отвечаю: «Безусловно, можно, приступайте». Потому что этот вопрос – «Как?» – отвлекает. Чтобы освоить езду на велосипеде, не надо сосредотачиваться на «Как?», надо просто ехать. Так же и в любой психофизиологической практике.
Чем сложнее и пространнее объяснение, тем дальше оно уводит от смысла. Поэтому в своей работе я стараюсь не говорить книжными предложениями и как можно реже пользоваться специальными терминами. Например, хоть около 20 лет медитация – одна из составляющих каждого моего дня (даже самого суетного), в действительности я нечасто использую это слово. Оно как раз из тех слов, что искажают суть. Слово meditatio переводится как «размышление», в то время как на самом деле медитация – это даже гораздо глубже, чем созерцание. Медитация – слияние с источником сознания. Есть более точные слова – дхьяна, дзен, но они иностранного происхождения, запутывают, да к тому же устаревшие.
Когда я говорю: «бытийность», «осознанность», «отстраненность», «быть собой» и т. д., я тоже говорю о процессах и состояниях, сходных с медитацией, подразумеваю, что происходит нечто эквивалентное ей.
Проблема в том, что многие, приступая к психофизиологическим практикам, слишком привязываются к терминологии: это свойственно людям, чье сознание погружено в пространство виртуальности. Спрашивая: «Как этого достичь?» – человек создает расстояние между собой и целью.
В этой книге вы много раз встретили слово «бытийность». Не привязывайтесь к нему – найдите свой собственный эквивалент. А лучше, ощутив это состояние на практике, удерживайте его в памяти в виде ощущения. Тогда вам не придется каждый день возвращаться ко все более устаревающему термину – нет, вы будете ежедневно, ежеминутно, вновь и вновь обнаруживать данное состояние в себе в самом свежем воплощении.
В этой книге я часто использую термин «бытийность». Но сама книга – это виртуальность, которую вы создаете внутри себя, расшифровывая знаки на страницах. Несоизмеримо важнее ваша личная практика, ваши собственные ощущения. Поэтому в реальной жизни, где есть голос, взгляд, прикосновение, дыхание, молчание, я редко использую специфические термины.
Как же в таком случае я объясняю в жизни то, что должно происходить с душой или телом? Как, например, можно объяснить суть самадхи?
Например, так: «Принцип самадхи прост: останавливаете ум и проваливаетесь в это состояние». Никаких других объяснений не требуется. Тому мозгу, который нам дала природа, такого объяснения достаточно.
Понаблюдайте за маленькими детьми. Когда они чему-то учатся, они редко уточняют и часто опираются на интуицию: они доверяют своему мозгу, своему телу. Поэтому не зацикливайтесь на терминологии и методах достижения. Вы легко достигнете той цели, для которой созданы природой, если сами перестанете ставить перед собой преграды.
Чтобы не привязываться к терминам, используйте слово «это»: это то, что надо сделать; это то, что я сделаю.
«Это» – как ходьба для ребенка: ребенку не объясняют технику ходьбы, ему просто не мешают сделать первый шаг.
Прислушивайтесь к себе и открывайте свои возможности, используя те знания, которые в вас заложила природа. Доверяйте своей интуиции.
Интуиция – это наставник души, который говорит с человеком в те моменты, когда его ум спокоен.
Возможно, чтобы побороть старые привычки и изменить социальные настройки, на каких-то этапах вам понадобится достаточно много упорства и практики. А еще – смелости и творчества. Но вам не придется прибегать к волевым усилиям, если вы просто влюбитесь в собственную душу, примете собственную телесность. Это изменит качество вашей жизни, наполнит ее смыслом.
Несколько раз в день я обязательно предоставляю себе возможность открыть новый взгляд на мир. Ниже несколько описаний таких неожиданных ракурсов.
«Монитор утратил свою гипнотическую силу и раскрыл невиданную красоту. Рамка, экран, миллионы разноцветных пикселов, надпись в уголке – теперь монитор не виртуальность, поглощающая сознание, а прекрасное творение, часть Вселенной.
Трогаю его рукой, глажу. Удивительно, что у меня есть такая возможность. Это как коснуться другой планеты.
А еще есть стол, комната, окно. За окном – ветер, солнце, шелест… Все это здесь, вот оно, я это ощущаю, потому что я воплощен в чувствительном теле, которое способно сливаться с окружающим миром.
Закрываю глаза, прислушиваюсь к происходящему. Бытийность – это мед, а я – пчела, которая сладко тонет в этом меду. Мед постепенно превращается в янтарь. Сладкий, бесконечный, космический янтарь…»
«Однажды, проснувшись утром, я обнаружил, что на потолке, отразившись от какой-то уличной лужи, подрагивают солнечные зайчики. Это были не обычные блики, которые появляются рано утром в теплое время года, а почти те самые настоящие, ни с чем не сравнимые таинственные зайчики из детства.
Я вдруг понял: чтобы блики стали детскими солнечными зайчиками, надо о них не думать, а просто лежать под одеялом и таращиться на них. И при этом очень важно не знать, сколько я еще так пролежу.
Так я совершенно случайно нашел давным-давно потерянное ощущение абсолютно безмятежного пробуждения. Я считаю это большой удачей!
Я взрослый ответственный человек, поэтому взял на себя всю ответственность за то, чтобы впредь больше не терять умения видеть и чувствовать вышеописанное».
«Если стукнул мороз, то это значит, что ночью сползло облачное одеяло и на землю своим ледяным дыханьем дохнул космос. Потому и морозно и солнечно!
Иду на работу, улыбаюсь во весь рот этому удивительному событию, по сторонам глазею. Все вокруг такое странное, пахучее, искристое, все проникает в меня через зрение, обоняние, слух…
Собакам тоже весело – бегают туда-сюда, хвостами машут, иней с любопытством обнюхивают.
Я и собаки – в одной реальности: мы это осознаем, когда обмениваемся взглядами.
Больше всех сегодня озабочены шелковицы. Они проспали это событие, мороз застал их врасплох, и теперь они торопливо избавляются от листьев. Это надо видеть (а лучше – слышать): огромные светящиеся листья один за другим срываются и скользят вниз с громким шуршанием, а там, внизу, – рыхлый ковер, и хочется по нему походить, зарываясь в него туфлями, что я, естественно, и делаю. То ли я снова в детстве, то ли время больше не имеет значения.
А все остальное, кроме меня с собаками и шелковицами, как будто знало, что сегодня все будет именно так – стоит себе, торжествует и в ус не дует. Всепроникающая бытийность…»
«Я родился сегодня утром. Первое, что я увидел, – небо. Оно замечательного серого цвета. Это глаза девственницы, она с любопытством заглядывает в воду, желая увидеть свою судьбу. И одновременно это глаза старика, который уже увидел свое бессмертие.
Серое небо драгоценно, как жемчуг. Оно весь мир превращает в оправу. У этой серости глубина, намекающая на существование четвертого измерения. Что может быть прекраснее этой серости?
Крупицы серого неба падают на землю, по пути становясь прозрачными, но, коснувшись земли, темнеют. Как удачно, что я родился именно сегодня. Это невероятное везение – заново родиться и начать знакомство с миром с такого вот фантастического неба.
Вчера я тоже рождался – не менее удачно: небо было голубым, как одно из маминых платьев, когда она была молодая.
Мир – это танцующий слон, а я – зритель, который ходит вокруг слона кругами. Когда я закрываю глаза, мир исчезает, а когда открываю – оказывается, что это уже другой мир».
«Пятница. Прохладно и солнечно. Иду мимо супермаркета, любуюсь огромными смеющимися лицами на его стене и на миг проваливаюсь в жизни этих людей. Как не улыбнуться? Знаете, что я делаю? Подхожу и прикасаюсь рукой к билборду.
Поворачиваю голову и вижу собаку, делающую свои дела на клумбе и одновременно купающуюся в лучах счастливого утреннего солнца. Замечательное зрелище. Собака небольшая, сухощавая, рыжая, деловая. На миг проваливаюсь в бытие этой собаки.
Шагаю дальше. Впереди широкая спина высокого пожилого мужчины. Голова седая, взлохмаченная, угловатые мальчишечьи движения. Невольно копирую его движения, проваливаюсь в его бытие. Воспоминания мешают ему проникнуться веселым настроением этой гремучей смеси солнца и города. Но вот мужчина примечает знакомого (седого, хлипкого, низкорослого, бодрого). Размашисто, картинно дает ему “пять” и дальше идет почти вприпрыжку. Теперь ему легче – солнце уже внутри него.
И теперь я – эти люди на стене супермаркета, собака и тот седой мужчина. Чувствую их всех. Мы – клетки единого бытия».
«В саду есть одно волшебное местечко – летний душ. Вода там необыкновенная – она пахнет водой, нагретой солнцем. Закрываешь глаза, подставляешь лицо – и ты в раю. А когда выходишь мокрый, свежий – как раз под стать зелени вокруг, – тут по тебе вдруг скользнет ветерок, и это настолько хорошо, что не понимаешь, как такое вообще может быть.
Ну а вечером это уже больше, чем рай, это – настоящая нирвана. Горят садовые фонари, разбрасывают повсюду светотени, а ты стоишь под теплым душем и смотришь на себя в зеркало: одна половина тела сияет, вторая сливается с телом ночи и по этой чудесной скульптуре струится живая глазурь. Рядом в кустах самшита поет сверчок, а у тебя в голове – ни единой мысли. И потом выходишь – прохладный, таинственный, невесомый – идешь по траве под звездами, не вытираясь. В этот момент обычно что-то легкое пролетает над головой сквозь мистическую летнюю густоту.
А вчера освещенную часть дорожки преодолевал жабенок: он был размером со шмеля. Всякий раз непременно объявится что-то, что просит меня остановиться. Бытие – разумно. Стоишь, бытийствуешь, растворяешься – не спешишь обматываться полотенцем, тебя все равно никто не видит, кроме твоей собаки, которая терпеливо ждет где-то в темноте и не сводит с тебя взгляда».
«Иногда со мной случается одна таинственная вещь: я перестаю читать, писать и даже думать. То, что совершается в моей душе, теле и вокруг, полностью захватывает мое внимание.
Скажем, приходит весна… Зеленеет… Не то чтобы я бросаюсь в диком восторге обнимать каждое дерево или как ненормальный бегаю босиком по лужайкам… Но все же я действительно очень впечатлен происходящим, я наполняюсь замечательными ощущениями, торжествую и не хочу это из себя вытеснять. Я пользуюсь своим законным правом быть воплощенным, живым, счастливым.
Каждый год так. Весна – естественный стимул. Думание уступает место чувствам – зрению, обонянию, тактильности, созерцанию. Я – бытийствую.
У меня свой сад, и в этом саду бывают такие листья, которые я хорошо помню – много раз подходил к ним, смотрел: на гинкго, яблоню, шелковицу, персик, черешню… Подошел к одному, постоял, посмотрел, прикоснулся, понюхал, затем к другому – и так далее. Но… как бы это описать? Тут метафорой не обойдешься, а протоколом ощущений – тем более. Все же попытаюсь.
Вот что я чувствую. Каждый лист приходит из абсолюта, из недвойственного бытия, из непроявленного. Когда не думаешь ни о чем, а просто смотришь, то это очевидно. За гранью видимого – бездна живой энергии. Это так же таинственно, как в детстве летом заглядывать в очень глубокий колодец – завораживает. Так вот, насчет листа. Еще две недели назад его не было в видимой природе, и даже почка не набухла, но, похоже, он все-таки был в замысле, раз взял да появился. И в эту минуту ты стоишь и смотришь чуть ли не прямо в глаза этому замыслу. И вот оно! – лист воплощается буквально у тебя на глазах: он находит путь в физический мир, протискивается в него через квантовый лимб из мира непроявленного прямо сюда, к нам. И вот он уже здесь. Он воплотился, как и ты когда-то. Теперь он тоже бытие. Теперь он – это ты… И когда ты, глядя на него, осознаешь единство с ним, ты понимаешь: величайшее чудо, данное тебе жизнью, – просто быть!»
Маленькие секреты из личной практики
В жизни мне сказочно повезло с общением. Я знаю многих людей, которые управляют сознанием так же легко, как рукой или взглядом. Это люди разных профессий, возрастов. Есть среди них психологи, врачи, поэты, рабочие, пенсионеры, безработные, монахи… Они обычные люди и не ходят по воде, но зато умеют быть здесь и сейчас, в бытии. Они уверенны, несуетливы, счастливы, медитативны, внимательны к другим людям, природе. Да, такие люди существуют, и их на свете немало.
Насколько я знаю, каждый из них проходил этап, когда ему приходилось осознанно и ответственно менять настройки, «пожалованные» ему обществом. У каждого из них в памяти хранятся такие детали опыта, о которых они не рассказывают. Есть такие вещи, которые лучше хранить в себе.
У меня тоже был период, когда я проходил подобный этап. Я практиковал випассану, и у меня долго ничего не получалось. Но я не отчаивался и проявлял настойчивость.
Я поставил себе цель взять сознание под контроль. Для этого я изо дня в день делал следующее:
подолгу сидел в неподвижной позе;
концентрировался на объекте медитации (им могло быть абсолютно что угодно) и бдительно созерцал;
полностью останавливал умствование и присутствовал в настоящем моменте;
сосредотачивался на дыхании или с помощью дыхания (напоминаю, что дыхание – отличный костыль, если вы хотите научиться управлять сознанием);
упрямо проникал сознанием в Это (так я называю состояние, близкое, хорошо знакомое и интуитивно понятное душе-самости, но не имеющее четкого, исчерпывающего объяснения с точки зрения эго-личности; в лучшем случае я могу определить его так: врожденное состояние души-самости, в котором сознание покоится в себе самом);
отметал сомнения в том, что цель может быть для меня недостижимой;
не мистифицировал Это, как делали некоторые мои собратья по йоге, а относился как к обычному делу;
полностью доверял Этому, каким бы необычным и бесконечным однажды оно передо мной ни предстало;
проваливался в Это бесстрастно, без мыслей, не беспокоясь о том, что меня ждет дальше.
Иногда в своих практиках я не останавливал умствование, а просто наблюдал за работой ума и всем окружающим миром отстраненно. На протяжении дня я оставался бдительным, медитативным. Я ничего не ждал – просто присутствовал в мире.
Позже я обнаружил один замечательный способ, который помог мне очистить сознание от привязанностей. Приняв позу лотоса, я закрывал глаза и, оказавшись в мире образов, привычно ползущих по темному фону, уже там, внутри себя, снова закрывал глаза: это были глаза моего воображения, за которыми – пустота. Именно эта пустота и становилась объектом моей медитации.
Или вот еще один способ: я концентрировался на том гипотетическом беззвучии, поверх которого слышны звуки окружающего мира, или на том несуществующем фоне, на котором нарисован мир и все, что я вижу, чувствую и знаю. Это беззвучие, этот фон – что-то такое, чего нет. Я пытался его созерцать: сознание, не найдя ничего, возвращалось к своему источнику.
Как только я начал медитировать, я занимался ежедневно по нескольку часов в день. Я ел и спал столько, сколько нужно было для того, чтобы помех для медитации было как можно меньше. Иногда ел совсем мало. Не ел мяса – не из-за каких-то особых йогических принципов, а просто такая пища мешала мне трансцендировать. Я ел то, что не вызывало усиленной перистальтики, не клонило в сон, не слишком возбуждало.
Меня не интересовали ни блаженство, ни вечная жизнь, ни здоровье, ни чудеса вроде левитации – у меня была четкая цель научиться управлять сознанием настолько, чтобы обратить его на осознание самого себя (или, говоря поэтическим языком Вед, соединиться с источником).
Порой мне мешали звуки, и я использовал беруши, а в дополнение надевал на голову подушку, как чалму (когда-то мой сосед по общежитию пользовался этим приемом, если ему надо было выспаться днем). Эту импровизированную чалму я закреплял ремнем, чтобы туже сидела. Наступала глухая тишина, и я сосредотачивался в позе лотоса часа 3–4 или даже больше, упорно трансцендируя сквозь мысли – в неизведанное.
И вот однажды наконец произошло то, что нельзя ни с чем спутать. Первый раз я провалился (или взлетел, растворился, трансцендировал) в Это через несколько месяцев упорнейших медитаций. Описывать это состояние нет смысла. Могу сказать лишь одно: в этом состоянии не было ни единого байта виртуальности.
Сознание очистилось и осветило мою внутреннюю реальность. Я увидел свое духовное «Я».
На следующее утро сразу после пробуждения я вошел в это состояние почти мгновенно, без всякой подготовки. Но когда я описал свой опыт жене, а затем попробовал войти в Это в третий раз, я понял, что потерял путь: рассказав о своем опыте, я обусловил то, что должно оставаться безусловным. Поэтому мне пришлось искать другой путь, и я потратил немало времени, пока его не нашел, а когда нашел, больше о нем никому не рассказывал.
Все найденные способы управления сознанием в дальнейшем очень помогли мне в практике эмбодимента.
Касаясь звезд руками
Когда-то мне показали несколько упражнений китайской гимнастики цигун и предложили повторить. Как только я начал выполнять движения, мои руки чудесным образом выросли: они стали такими огромными, что, казалось, я легко мог бы дотянуться до горизонта. Я зачерпнул, сколько мог, бытийного богатства и стоял, наслаждался, пока меня не стали тормошить. Оказалось, прошло достаточно много времени, в течение которого я стоял и загребал руками пространство.
Да, сначала это была игра воображения, но лишь как толчок. Представив, что у меня огромные руки, я подключился к бытию, а затем освободил сознание от лишних картинок. Я просто стоял, пил руками бытие и наслаждался его совершенным вкусом.
Мне сказали, что я выполнял гимнастику неверно, указали на ошибки. Но я не слушал – я был счастлив, ведь только что я разгадал одну из тайн мироздания. Мне было хорошо и легко, я чувствовал прилив сил. Между мной и миром не было никаких границ, потому что теперь у меня – замечательные бесконечные руки, которыми всякий раз, когда пожелаю, можно пить бытийное богатство в неограниченных количествах!
Несколько раз я упоминал в книге о подобном состоянии безграничности. Бытие – непрерывно и бесконечно для нашего сознания, способного переводить кванты из неопределенного состояния в определенное.
С тех пор как я получил первый опыт бытийности, время от времени я испытывал подобное состояние. Но не изучая и не выполняя специальные практики, отшлифованные восточными мастерами, а просто прислушиваясь к телу. Я обнаружил, что все необходимые знания заложены в человеческом теле природой. Я осознал, что к тому «здесь и сейчас», в котором я нахожусь, мои предки – носители моих генов – шли миллионы лет и благодаря этому во мне уже с рождения накоплен колоссальный опыт бытийствования, а доступ к реальности открыт 24 часа в сутки и при желании я всегда могу быть онлайн. Все, что для этого требуется, – не выключать сознание, оставлять его в теле. Осознанное тело – мост, соединяющий человека с остальным бытием.
Вот слова античного философа Плотина, считавшего, что у души есть трансцендентное начало, которое он называл Единым. «Представляй себе источник, который не имеет уже другого начала, но который отдает себя всем потокам, не исчерпываясь этими потоками, а пребывая спокойно сам в себе. Представляй себе также, что истоки из него, прежде чем протекать каждому в разных направлениях, пребывают еще вместе, но каждый как бы уже знает, куда пойдут его течения. И представляй себе жизнь огромного древа, обнимающего собою все, в то время как начало его пребывает везде неизменным и нерассеянным по всему древу и как бы расположенным в корне. Это начало, стало быть, с одной стороны, дает древу всеобъемлющую многообразную жизнь, с другой же стороны, остается самим собой, будучи не многообразным [само], а началом многообразия»[44].
Когда вы закрываете глаза, расслабляетесь и ваше восприятие становится утонченным, вы чувствуете вкус присутствия. Это и есть один из признаков Единого, о котором говорил Плотин. К этой сфере нельзя прикоснуться, как к телу другого человека, нельзя ощутить ее температуру, но она есть – как и кванты той самой праматерии, что существуют в непроявленной форме и проявляются лишь в присутствии сознания.
Человек обладает способностью взаимодействовать с тем, что Плотин называл Единым. Это взаимодействие позволяет человеку и самому реализоваться как бытийному существу, ощутить себя клеткой единого бытия. Когда он осознает в себе такую возможность, его жизнь наполняется смыслом.
В присутствии сознания ваше духовное «Я», подобно кванту, из неопределенной формы переходит в определенную – воплощается. Вы чувствуете это всякий раз, когда выполняете практики эмбодимента.
Идеальное состояние бытийности – это ощущение, когда каждый атом тела купается в теплом океане бытия, а идеальная жизнь – это непрерывность такого ощущения. Не выключайте бытие – оставайтесь онлайн. Бытийность онлайн – самый благоприятный режим психики для поддержания душевного и физического здоровья человека.
Упражнение 28. Несколько благословенных минут абсолютного наслаждения собой
Утром, в выходной день, когда не надо никуда идти, проснувшись, потянитесь и сладко зевните. Улыбнитесь.
Примите такое положение тела, в котором вам будет легко, свободно и уютно, – раскиньтесь на кровати или свернитесь калачиком. Снова закройте глаза. Расслабьтесь.
Представьте себе, что собираетесь задремать, погружайтесь в дремоту, но сознанием растекитесь по телу и за его пределы.
Вы – счастливое дитя Вселенной, покоящееся на ладонях бытия. Оставайтесь какое-то время осознанными на грани сна и бодрствования.
Это упражнение поможет войти в состояние чистой бытийности. Со временем попробуйте воспроизводить его в повседневности. Когда у вас это получится, старайтесь его удерживать постоянно.
О чудесных успехах моих клиентов
В предисловии к этой книге я писал о группе добровольцев, согласившихся выполнять предложенные мной упражнения из практики эмбодимента.
Вот примеры их бытийных успехов.
Оксана И., 34 года: «В ситуациях сильного эмоционального напряжения, повторяя про себя мантру “Я есть” и прислоняя ладони к тому, что было, я возвращалась в тело, к себе, ощущала наполненность и ту самую тихую радость присутствия. Это очень похоже на то, когда маленький испуганный ребенок плачет, а попав к маме на ручки и услышав: “Мама пришла, мама есть”, успокаивается и затихает. “Я есть”, – шепчу я за рулем авто. “Я есть”, – проговариваю на заседании у директора, получив порцию замечаний и указаний. “Я есть” – нежась в ванной, укутанная пеной, выныривая из тысячи пузырьков. В этом упражнении, кроме меня и моих ладоней, появляется то, с чем они соприкасаются, – поверхности, предметы. Я останавливаюсь, нахожу себя в них, а их – во мне. Чувствую холод, тепло, шероховатость или гладкость, живое или неживое».
Олег Б., 45 лет: «Суета прошла во многом благодаря випассане и установкам. По утрам говорю себе: “Вот я. А вот не я”. Самым полезным для себя упражнением считаю “Я-бытие”. Пытаюсь не отождествлять себя с профессией и т. п., идентифицируюсь с собой. Иногда кажется, что начинает получаться. Понял, что раньше реально считал себя, с одной стороны, обиженной жертвой, с другой – чуть ли не ангелом. При всем при том пытался выглядеть определенным образом – правильным парнем, который понимает, чего хочет. Понял, что все это по большей части игра воображения. Да, это был просто образ, над которым все еще надо поработать. Но это был не “я”, и теперь я это понимаю. Я – вот он, здесь. Беру и ощупываю себя руками. Это не надо понимать умом, это надо просто чувствовать. Теперь я у себя есть. Трудно даже выразить, какая это сила. Буду работать дальше в этом направлении. Спасибо!»
Ирина К., 23 года: «Уже несколько недель практикую “Танец-дым” и еще несколько упражнений, но “Танец-дым” почему-то самое любимое. Чувствую, как меня подхватывают потоки, которые и расслабляют меня, и одновременно наполняют силой. Я вообще ничего не делаю, просто как будто ложусь на воздух, и дальше тело движется само собой. Это невероятное состояние, как будто я растворяюсь в теплом тумане. Мне очень нравится понимать, что с каждым днем я становлюсь все больше собой, это ощущение помогает мне по-новому смотреть на мою жизнь».
В этой группе есть также два участника, которые долгое время не были удовлетворены результатами практики. С обоими я работаю дистанционно. Конечно, достоверно, на 100 % результаты подобных упражнений измерить сложно: в данном случае я могу опираться только на тесты, интерпретацию индивидуальных отчетов и собственную интуицию.
Характерно, что оба участника отличаются особым упорством. У каждого из этих двоих свои причины не останавливаться. Оба они – морально-интеллектуальные ригористы, привязанные к привычным точкам зрения, стереотипному мышлению. Сознание этих двоих категорически не желает переключаться с виртуального «Я» на духовно-телесное и делает все возможное, чтобы не трансцендировать в него.
Что при этом происходит? А вот что: простые практики ум воспринимает как подвох. Несложную и вполне конкретную инструкцию он бесконечно анализирует, результаты анализа пропускает через воображение, дополняя содержание умственными спекуляциями и фантазиями. Один из участников так и сказал мне: «Думаю, сначала я должен понять умом, какого рода состояние я должен испытать, и только после этого смогу реализовать это на практике».
Вот что я, с позволения этих моих клиентов, написал по поводу их трудностей на своей странице в «Фейсбуке»: «Когда над чем-то потеешь, а в итоге имеешь нулевой результат, это похоже на муки школьника, который не понимает задачу.
Хорошо помню это зависание в 1–2 классе – напряжение, а в конце тупик и отчаяние. Но оно прошло, когда я научился переключать внимание и абстрагироваться. Школьник решает задачу после того, как ему удается сместить позицию наблюдателя. Чтобы понять, надо двигаться, менять точку зрения.
Посмотрите на художника. Чтобы уловить нюанс, он должен постоянно танцевать вокруг картины, менять ракурс, щуриться: ему всегда, каждую секунду, нужен новый взгляд – множество новых взглядов.
Поэтому не стойте на месте – действуйте. Когда вы пытаетесь трансцендировать, входить в особое состояние, основной метод, который можете использовать, – это старый добрый “метод тыка”. Вы не знаете, где находится Это, следовательно, должны ткнуть в тысячу разных мест.
К сожалению, с этим бывают проблемы. На самом деле ригорист пытается делать как раз то же самое, но он упрямо тычет всегда в одну точку. Тысячу, десятки тысяч раз в одну и ту же точку. И поэтому каждый раз ригорист получает один и то же результат. Все другие потенциальные варианты остаются в пределах слепой зоны, и он даже не знает о них».
В своем посте я допустил, что все мы в какой-то степени моральные ригористы и это нам мешает освободиться от стереотипного мышления. По этому поводу я иронично напомнил: «Чтобы помочь таким людям выбраться из ловушки, дзен-буддисты и даосы успешно используют бамбуковую дубинку», подразумевая под такой «дубинкой» и свой пост.
Многие читатели оставили комментарии под этим постом, в которых признались, что это и их частая проблема.
Оба добровольца прочитали этот пост, и каждый из них по-разному отреагировал на послание. Первый уже через несколько недель практики испытал состояние глубокого и длительного погружения в бытийность, которое не покинуло его некоторое время даже по окончании упражнения. Похоже, это было действительно очень глубокое состояние, поскольку сам он его восторженно называл «духовно-телесным самадхи». Мы долго и плодотворно переписывались: полученный им опыт был важен как для него, так и для моих исследований. В момент написания данной главы этот человек успешно продолжает практику и вносит в нее собственные нюансы.
Второй доброволец искренне восхитился тем, как ясно я ему объяснил суть механизма переключения внимания, и также похвалился успехами в освоении методов бытийствования, но написанное им письмо и собеседование по «Скайпу» заставили меня усомниться в правдивости его утверждений. Несколько проведенных тестов дали мне повод считать, что на деле он лишь имитировал состояние погружения в бытийность, тем самым обманывая самого себя. Это обычная ловушка ума. Большинство взрослых людей знают, как заставить себя поверить в успехи, которых нет, и даже порадоваться этим успехам.
Это были примеры того, как в силу особенностей воспитания, психофизиологических, интеллектуальных и других способностей разные люди, используя техники эмбодимента, по-разному осваивают науку бытийности. Сколько желающих изменить свою жизнь, столько и путей. Даже самая упорная практика не всегда быстро приводит к высоким результатам. Но не стоит отчаиваться. Приведенные примеры говорят лишь о том, что первый – подготовительный – этап для каждого практикующего может иметь разную продолжительность и зависит от особенностей устройства психики и умения отстраняться от привычной точки зрения.
Апория Зенона и тайная сила мгновения
Как-то раз я осознал, что я и мои близкие – все мы рано или поздно умрем. Мне было четыре года. Все спали, а я тихо хныкал в своей детской кроватке. То, что человек смертен, казалось мне высшей несправедливостью. Сам феномен разрушения и окончания чего-либо живого был мне противен и ужасен. Я категорически не хотел ни с кем и ни с чем, что я любил, расставаться. Между тем я хорошо понимал, что это неизбежно.
Я рос и с каждым годом становился больше, что тоже было неизбежностью. Сначала время для меня шло медленно, потом побежало быстрее. Разумеется, оно не само ускорилось, это я для себя его ускорил: я изменил восприятие. Просто иногда в моей жизни встречались периоды, которые казались мне скучными, – учеба в школе, институте, работа в больнице и т. д., поэтому, взрослея, я изобретал или заимствовал у других людей способы коротать время, пока не преуспел в этом деле: раз – и час пролетел, два – и ночное дежурство прошло, три – и вот уже пятница. Сначала я, разумеется, старался коротать только самое скучное время – всякую там рутину, но не заметил, как вообще вся моя жизнь стремительно ускорилась.
Ускорив ход жизни, я, соответственно, стал приближать ее предполагаемый конец. А тут еще и близкие начали по-настоящему умирать, как бы намекая, что вот она – неизбежность.
И тогда я задумался о времени, о жизни – стал присматриваться к окружающим. Вскоре выяснилось, что у них та же проблема, они тоже изменили восприятие и научились коротать время, хотя некоторые даже не подозревали об этом.
Они думают так: «Как быстро пролетают выходные, отпуск, лето, жизнь… Время мчится с невероятной скоростью, унося события в прошлое. Жизнь проносится мимо…» Но при этом немногие что-либо предпринимают, большинство из них просто стараются забыть о скоротечности жизни, вытеснить мысль о смерти в бессознательное.
И я решил, пока еще не слишком поздно, обратиться к человеческому опыту, первоисточникам, практикам… Когда я испробовал на себе множество методов, я понял, что все эти малоприятные субъективные переживания можно кардинально изменить. На самом деле время никуда не мчится – его скорость остается неизменной и каждая секунда равна предыдущей. Поэтому жизнь вовсе не скоротечна, напротив, она невероятно длинна. Просто одни мгновения сознание улавливает, а другие – нет, и таких упущенных мгновений – миллионы. Те минуты и часы, которые прошли мимо сознания, для человека никогда не существовали, они канули в небытие.
Я продолжал поиски, и это было увлекательное путешествие. Представьте себе, вскоре я узнал о таких местах, где, как мне казалось, смерти вообще нет, и путь туда, как опять же мне казалось, открыт: отправляйся хоть сейчас. Я заглянул туда одним глазком. Там было все, включая райские кущи и молочные реки с кисельными берегами, и все это доступно, и никаких ограничений – free all inclusive.
Мое сознание было готово вернуться к своему источнику, и я уже стал было собираться в то самое заветное free all inclusive, но вдруг задумался. Что-то не клеилось. Если я пришел сюда для того, чтобы поскорее сбежать отсюда, то зачем я вообще приходил? Выходила бессмыслица.
Я немного посоображал, и тут меня осенило. В этом мне помог Зенон, ученик уже известного нам Парменида.
Зенон славился тем, что придумывал неразрешимые головоломки, которые называли апориями, и одна из самых известных – об Ахиллесе и черепахе.
Зенон заявил, что быстроногий Ахиллес никогда не догонит уползающую черепаху. Логика проста. За то время, пока Ахиллес добежит до того места, откуда стартовала черепаха, та успеет отползти на какое-то расстояние. Пока он одолеет и этот отрезок, черепаха опять немного отползет. И так до бесконечности.
Выходит, в определенной реальности все эти исчезающе малые промежутки времени, остающиеся до того, как Ахиллес догонит черепаху, никогда не закончатся, ведь бесконечно малого соответственно бесконечное множество. Достаточно только обнаружить (или создать с помощью сознания?) эту реальность, и тогда мы получаем в пользование целую бесконечность времени не в каком-то гипотетическом мире Атмана или загробном раю (free all inclusive), а прямо здесь – в мире, где среди множества прочих явлений существует смерть.
Правда, опровергая зеноновскую апорию, физики утверждают, что, видимо, время и расстояние все-таки не могут быть бесконечно делимыми и Ахиллес в конце концов догонит черепаху. Но мы ведь уже знаем из раздела книги об эффекте наблюдателя, что физики способны объяснить далеко не все чудеса Вселенной.
Лично я думаю, что Ахиллес не сможет догнать правильно бытийствующую черепаху, если она осознанна настолько глубоко, что умудрится схватить сознанием всю бесконечность бесконечно малых отрезков времени.
Для этого надо всего лишь научиться использовать сознание в полной мере, сделать его таким же континуальным, как само бытие. Если хорошенько натренировать его, оно станет цепким, как рука обезьяны, и непрерывным, как река.
Человек способен оставаться бытийным даже в самые трудные минуты жизни. Осознанная бытийность как дыхание. Когда мы решаем сложные умственные задачи или переживаем неприятные моменты, мы продолжаем дышать, потому что дыхательный центр остается активным. То же самое возможно с нашей бытийностью.
Если сознание человека не тренировано, он похож на дырявый карман, в который проваливается жизнь. Можно терять часы, дни, годы… Но можно смаковать мгновения. Абсолютно каждое!
Одну за другой практика бытийности зашивает дыры в этом кармане. Что будет, когда она зашьет последнюю? Может быть, тогда время-Ахиллес застынет и превратится в вечность? К сожалению, я пока не достиг такого уровня, поэтому у меня нет ответа. Но если вам захочется узнать его, вам ничто не мешает проверить на собственном опыте.
Человек способен взаимодействовать не только с материей, но и с временем. Время – лишь одна из граней бытия. Когда люди погружены в виртуальность, их тела по-прежнему живут по законам бытия – растут, стареют, а сознание совершает скачки сквозь непрожитые мгновения. Вот почему, прожив много лет, человек недоумевает: как вышло, что годы пронеслись так быстро?
Не отчаивайся, человек. Ты все еще здесь, и впереди все еще сотни миллионов мгновений. Жизнь принадлежит не тому, кто пытается ею управлять, а тому, кто смотрит на нее широко открытыми глазами. Распахни глаза шире и живи на полную катушку!
Заключение
Душа никогда не рождалась, она не приходила в этот мир, она просто воплотилась в теле и проявилась в бытии благодаря чудесному фонарику – сознанию. Воплотившись, она какое-то время лежала в люльке, светила фонариком в потолок и любовалась им. Нет, правда, что может быть лучше простого белого потолка? Он – есть, и этого достаточно. Воспринимать бытие – величайшее блаженство. Впрочем, эти разноцветные погремушки тоже не помеха, на них тоже можно смотреть бесконечно.
Душа, равномерно наполняющая тело, чувствует: все это – я, бытие. Вот проголодался желудок, тело закричало, получило пищу и сразу успокоилось. Душа все это видела. Ее глаза всегда открыты, пока у нее есть фонарик. Душа созерцает свое присутствие в Присутствии Всего.
Но общество, которое снаружи, и гены, которые в теле, сказали: «Встань. Пора идти. Топай ногами. Тут так положено. Надо учиться, строить дома, сажать деревья, выращивать хлеб, воспитывать детей. Позже ты сам поймешь, зачем все это».
Чтобы выбраться из люльки и стать такой же сильной, как мама и папа, душе пришлось сконструировать личность. Она, как сумела, склеила ее из масок, красок, эмоций и комплексов, подтолкнула слегка и…
Но тут – неожиданный поворот. Личность открыла глаза и решительно сказала: «Мама». А затем отобрала у души фонарик, вылезла из люльки и пошла в мир хоть и не ровными, но решительными шагами.
А душа так и осталась лежать в люльке, но без чудесного фонарика. Она уже почти не видела потолка и почему-то стала гораздо хуже чувствовать тело.
Личность времени не теряла. Она научилась думать, говорить и тут же отправилась искать пищу, а заодно развлечения, деньги, уважение, любовь, красоту, счастье и даже Бога.
А душе чем заняться в темноте, когда даже потолка не видно? Она задремала – и разорвалась связь между душой и бытием.
Пока душа спала, личность брала пример с других личностей, стремилась к успеху, зарабатывала неплохие деньги и мечтала о счастье, но как раз с последним у нее не ладилось. И однажды личность сказала: «Хм… Как-то все не так, честное слово. Как будто дыра в груди…» Словом, охватила ее тоска.
А все потому, что, как вы помните, не было связи с бытием, с телесностью.
Личность не понимала этого, она просто решила, что неполноценна, и, как другие личности, попыталась как-то исправиться. Она стала читать мудрые книги, медитировать, петь мантры, ходить к психологу и даже в храм. Она усердно молилась, постилась, пила таблетки от депрессии… Она говорила: «Как же я устала. Как же мне хотелось бы освободиться от этого неприятного холода в груди и просто стать собой».
А душа, если бы не дремала и тоже умела говорить, ответила бы ей: «Какая же ты у меня глупая. Я ведь и так уже есть. Просто я в темноте, без тела, без света, и ты меня не видишь, поэтому тебе не по себе. Ты почему-то никогда не светишь в мою сторону, даже когда говоришь обо мне. Ты молишься – а я уже молитва, ты медитируешь – а я уже медитация, ты ходишь в храм – а я и есть храм. Мы обе имеем право жить и видеть свет, и каждая должна делать свое дело: ты – думать, планировать и работать, а я – быть, смотреть на мир вокруг и чувствовать. Но ты, глупенькая, пытаешься со всем справиться одна. Верни мне часть сознания, я заново воплощусь в моем любимом теле, увижу то, что не удается разглядеть тебе, и тогда тебе перестанет казаться, что ты себя потеряла».
Примечания
1
«Случалось ли тебе, Нео, видеть сон, казавшийся реальностью? Что, если бы ты не смог проснуться? Как бы ты узнал, что такое сон, а что действительность?» – «Матрица» (англ.).
2
Атхарваведа (Шаунака): В 3 т. / Пер. с вед. Т. Я. Елизаренковой. – М.: Восточная литература, 2007. – Т. 2.
3
4
Стоит заметить, что в этом примере виртуальность и реальность разделены недостаточно, ведь «человек со знаками различия» – это тоже все еще образ, с которого можно продолжать снимать маски.
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
Там же.
17
18
19
20
21
Зарубежная литература XIX века: Романтизм: Хрестоматия историко-литературных материалов. – М.: Высш. шк., 1990.
22
Там же.
23
24
25
Там же.
26
В наше время тоже существует немало направлений в прикладных видах деятельности, которые претендуют на научность, не ставя перед собой задачи строго следовать научному методу ради истинного познания действительности. Как правило, их относят к пара- или квазинаукам.
27
28
Альфа-ритм – это колебания биоэлектрического потенциала с частотой 7–13 Гц. В основном он присущ импульсам, генерируемым клетками, которые отвечают за слух, зрение и осязание. У взрослого альфа-волны активно вырабатываются при закрытых глазах и в состоянии медитации, но в повседневной жизни вытесняются более высокочастотными бета-волнами.
29
Ригведа: В 3 т. / Пер. Т. Я. Елизаренковой. – М.: Наука, 1989–1999. – (Серия «Литературные памятники»).
30
Упанишады / Пер. и предисловие А. Я. Сыркина. – М.: Наука, 1967.
31
Упанишады / Пер. и предисловие А. Я. Сыркина. – М.: Наука, 1967.
32
33
Дхарма – «учение», «закон» (санскр.).
34
Упанишады / Пер. и предисловие А. Я. Сыркина. – М.: Наука, 1967.
35
Там же.
36
37
38
39
40
Кинезиология (или биомеханика) – наука о связи мышечных движений человека с эмоциями и мыслительным процессом.
41
42
43
44
Антология мировой философии – М., 1969. – Т. 1. Ч. 1.
[1] «Случалось ли тебе, Нео, видеть сон, казавшийся реальностью? Что, если бы ты не смог проснуться? Как бы ты узнал, что такое сон, а что действительность?» – «Матрица» (англ.).