Высоченные шпильки скользили на льду, и я с трудом выбралась из такси. Свет от редких фонарей выхватывал из темноты заводские корпуса, в одном из которых находится Женский клуб. Нос и щёки опалило морозом. Я спрятала лицо в пушистый воротник и вздохнула.

Угораздило же маму родить меня в канун Нового года! На самом деле, срок ей ставили на конец января, и на праздничную дискотеку она отправилась с чистой совестью. Хотя какое может быть веселье, когда живот на нос лезет, я не понимаю. Вот и тогда меня это не обрадовало, пришлось маме от ёлки и Деда Мороза отправляться в больницу.

Бабушка, одёргивая на мне короткие юбки, беззлобно бурчала, что от осинки не рождаются апельсинки — личность моего отца для всех так и осталась секретом. Я, при всей любви к тусовкам, оказалась умнее мамы. Замуж пока не вышла, но и незапланированных беременностей на моём счету не было.

Тихо прошипев проклятия, я сжала немеющие от мороза пальцы на распечатке схемы заводских корпусов. Порыв ветра вырвал из рук измятую бумажку, но я уже сориентировалась и посеменила в нужную сторону. Чёрт бы побрал моду на «индустриальные» клубы!

По моим ощущениям, за пару минут тонкие чулки намертво примёрзли к ногам, а мороз нагло проникал под юбку и льнул к незащищённому филею, заставляя поторопиться. Несколько коротких перебежек по льду и, нелепо взмахнув руками, я едва избежала падения.

Уже успела почувствовать себя пациентом травмпункта, но крепкая мужская рука подхватила под локоть, помогая удержать равновесие.

— Спасибо! — бросила быстрый взгляд на своего спасителя, мысленно отметив красивый профиль и длинную прядь очень светлых волос. — Может быть, вы мне подскажете, где здесь женский клуб?

— Лучше я вас туда провожу, обидно будет вывалять в снегу такую красоту.

Я невольно улыбнулась. Не зря купила эти сапожки и новый песцовый полушубок, оставляющий открытыми стройные ноги. Несмотря на стукнувший сегодня тридцатник, своей физической формой я гордилась по праву: детство и юность прошли в спортивной школе, на сборах и соревнованиях по художественной гимнастике и бальным танцам. Привычка к нагрузкам заставляла каждый год оплачивать членство в фитнес-клубе, а отсутствие семьи позволяло проводить в нём много свободного времени.

— Желаю хорошо повеселиться!

Тёплое дыхание невесомо коснулось озябших пальцев. Мой спаситель скрылся за дверью служебного входа. А я слегка зависла. Его поцелуй всколыхнул что-то внутри меня, захотелось большего.

Накачанный Дед Мороз ловко избавил меня от шубки. Вокруг засуетились полуобнажённые юноши в обтягивающих брючках, с ушками и хвостиками. Стоило мне сообщить очередному мальчику-зайчику, что оплачен депозит за столик, как через минуту примчался «Олежек — ваш официант и помощник на сегодняшний вечер».

— Позвольте вас проводить! — сверкнул улыбкой парень и подал мне руку.

Как мило! Чувствую себя особенной. Я замерла у входа, позволяя глазам привыкнуть к полумраку зала. Между столиков и на сцене пританцовывали «зайчики». Некоторые из них выглядели весьма соблазнительно. Настоящий женский рай! Настроение стремительно улучшалось.

— У вас самый большой стол с лучшим видом на сцену. Вы подождёте подруг или начнём праздник сразу?

С мягкого диванчика действительно открывался прекрасный вид. Я провела руками по плюшевой обивке и подняла взгляд на Олежку.

— Что у нас сегодня в программе?

— Салатик «Возбуждение», коктейль «Большой Оргазм», приватный танец с любой звездой клуба по вашему выбору.

Я проводила взглядом аппетитную задницу очередного «зайчика». Во взгляде Олежки мелькнуло понимание.

— Пожалуй, для начала мне надо взбодриться. Кофе со сливками, если можно.

— Конечно, всё, что пожелаете! — Олежка затерялся среди таких же «заек».

Без девчонок начинать праздник я не хотела. Телефон завибрировал. Поздравления сегодня сыпались на меня новогодними конфетти, я лениво коснулась экрана. «Лапусь, я сегодня ну никак! С Днём Рождения! Увидимся завтра!», «Увы, дочка заболела. Но я тебя люблю-целую-поздравляю! Подарок получишь…», «У меня машина не заводится…» Вот так всегда! Уже минус три…

— С Днём Рождения!

— Ты великолепна!

— Привет, подруга!

— Наконец-то вы здесь! Я уже готова была погрузиться в «Большой Оргазм» без вас!

— Это ты зря, там на десятерых удовольствия хватит.

— Где все?!

Шум девочки устроили на весь зал. Мы пищали, обнимались и вели себя совершенно несерьёзно. Глаза подружек восторженно сверкали в сторону обнажённых торсов. На нас начали с интересом посматривать официанты. Олежек скорчил конкурентам зверскую рожу. И тут же подпрыгнул — Танюшка ущипнула его за попу.

— А что? Должна же я убедиться, что не сплю!

— Хотите, я тоже вас ущипну?

— Ой, я уже верю! — рассмеялась она.

Через десять минут все были в сборе. Салат «Возбуждение» оказался клубникой со взбитыми сливками. Было особенно приятно надкусывать ароматные ягоды или слизывать с них сливки под жадными взглядами мужчин. Мы развалились на мягком диване и разглядывали танцующих мальчиков.

— Вы можете выбрать любого из них для приватного танца, — горячо выдохнул мне в ухо Олежек.

— Пока не вижу никого достойного этой чести, — усмехнулась я.

Профессионал во мне мысленно морщился — подобные дрыганья происходят на танцполе любого клуба. Девчонки, похоже, тоже заскучали. Надо срочно выпить! Будто по мановению волшебной палочки возле нашей компании возникло двое «заек» с искрящимся бенгальскими огнями огромным бокалом.

Наш радостный визг на мгновение перекрыл громыхание музыки и привлёк всеобщее внимание. Не успела я и глазом моргнуть, а украшенный фруктами и цветами сосуд оказался в центре стола. Мы в едином порыве приникли к длинным трубочкам, под слаженное скандирование сбежавшихся к нашему столику официантов: «С Днём Рож-день-я!».

Кисло-сладкий коктейль нежно скатывался по языку в горло, оставляя ощущение свежести и желание сделать ещё глоточек. Вкусненько. Даже происходящее на сцене начало вызывать интерес. Похоже, когда мы отвлеклись, группа танцоров сменилась.

Мой взгляд зацепился за смуглого парня с почти белыми волосами, собранными в высокий хвост. Он двигался, как ленивый хищник. От вида его рельефной мускулатуры потеплело в животе и напряглись соски. Я встрепенулась. Кажется, у меня появился первый кандидат. В зале внезапно погас свет и рассмотреть получше интересного танцора не удалось.

— Желаете ещё чего-нибудь выпить или кальян?

Незнакомый «зайчик» произнёс слова прямо мне в ухо, будто случайно коснулся его тёплыми сухими губами. Я поморщилась.

— Меню, пожалуйста.

Парень понимающе ухмыльнулся и вручил мне красную книжицу, открытую на развороте с «Крейзи меню». Мда, хорошо мальчиков подают. Девочки за соседним столиком уже вовсю флиртовали с полураздетыми «десертами». Но ведь это не моё дело, правда?

Я уже слегка плыла с непривычки. Работа и занятия спортом исключали алкоголь из моего меню. От зрелища, разворачивающегося на сцене, во рту пересохло, и я машинально кивнула на какое-то предложение «зайчика». Уже через минуту он опустился у дивана на одно колено. Мне в губы ткнулась толстая трубочка. Напиток опалил горло.

Мда… Надо выпить ещё чего-нибудь жизнеутверждающего. Полуголый «зайка» возник рядом по первому жесту, и через минуту передо мной стояла мензурка с горящим Б-52. Ну кто так наливает? Я встала, выправила пошатнувшееся было равновесие, и направилась к бару под смех подруг.

Пора объяснить бармену, как делать правильные коктейли. Хорошо, что здесь никому даже в голову не придёт перечить женщине. На стойке мгновенно появился хайбол, и бармен с лучезарной улыбкой наклонил над ним бутылку с кофейным ликёром. Слой Бейлиса, потом Кюрасао, и я еле успела оттолкнуть руку парня, попытавшегося поджечь эту красоту.

— А теперь добавьте взбитых сливок! — имею же я право покапризничать в собственный день рождения?

— Ого. Уверены в своих силах?

Приятный чистый голос без всяких профессиональных хрипов и мурлыканий прозвучал неожиданно. Я медленно повернула голову, спиной ощущая тепло от близко стоящего мужчины. Тот самый блондин с открытой улыбкой и весёлым взглядом, который привлёк моё внимание. Я радостно улыбнулась в ответ:

— Уверена! — сделала большой глоток, слизнула с верхней губы сливки и неожиданно для себя протянула ему коктейль. — Попробуй, это вкусно.

Он весело сверкнул голубыми глазами. Осторожно принял стакан из моих рук и аккуратно пригубил. Я, затаив дыхание, следила за каждым его движением. Длинные ресницы спрятали от меня выражение глаз, кончик языка выскользнул всего на мгновение, чтобы убрать с верхней губы сливки.

— Слишком сладко, напиток для девочек.

Горячие мужские пальцы прижали мои к прохладному стеклу хайбола. Я задохнулась от нахлынувших ощущений.

— Эй ты чего? — он мягко коснулся моего подбородка, приподнимая лицо. — Я вообще не люблю сладкое. Хочешь, выпьем вместе? Только быстро, скоро мой выход.

Я кивнула. Бармен заученным движением поставил перед парнем шот с чем-то тёмным.

— Тогда на брудершафт! — вдруг выпалила я.

Блондин укоризненно покачал головой и мне стало неловко. Вот сроду на мужиков не вешалась, и уж тем более денег на них не тратила, а тут бес попутал. Я почувствовала, что моё поведение ему неприятно, и задохнулась от удушливой волны стыда.

Захотелось сбежать в дамскую комнату и оплакать свою распущенность. Тёплое прикосновение к запястью остановило мой порыв, парень осторожно скрестил свою руку с моей.

— До дна! — крикнул бармен, вокруг затопали и загомонили.

Я ещё никогда не пила коктейли такого размера залпом. Густая сладкая жидкость ухнула в пищевод, задержалась на несколько секунд и медленно, оставляя за собой горячий след, сползла в желудок. От солнечного сплетения тепло устремилось к соскам, кончикам пальцев и прокатилось ниже, уютно устроившись в районе лобка.

Вынырнув из приятных ощущений, подняла глаза на танцовщика и обнаружила, что он стоит вплотную. Голубые глаза были на одном уровне с моими, я ошалело уставилась на мерцающие в их глубине серебристые искорки. Одна его рука скользнула мне на талию, вторая легла на затылок.

— Вы позволите?

Я вздрогнула. Мягкое прикосновение горьковатых от алкоголя губ почему-то стало неожиданным. Горячие пальцы мягко ласкали шею. У меня в ушах тонко зазвенело, тепло внизу живота взорвалось пожаром. Машинально проведя по его губам кончиком языка, я подумала, что впервые из-за поцелуя готова сползти к ногам мужчины. Это надо же так напиться! Хорошо, что я сижу. Интересно, тихое хмыканье мне померещилось или нет?

Я ведь даже имени этого танцора не знаю… Передо мной оказался ещё один хайбол с коктейлем, но его я решила выпить за столиком вместе с девчонками. Весьма кстати поблизости оказался Олежка. Он помог мне добраться до них, не переломав ноги на ступеньках. Стоило опуститься на диван, как свет в зале погас.

Прожектор выхватил из темноты кокон из ярких тканей. Он шевельнулся в такт музыке. Покачнулся. Вздрогнул. Я следила за борьбой человека с путами, затаив дыхание. Силуэт просвечивал через материю, создавая эффект театра теней.

Мужчина боролся. Он изо всех сил рвался на волю. И ему удалось! Материя ярким росчерком взметнулась вверх. Восхищённый вздох пронёсся по залу. Я не могла отвести глаз от мускулистого тела на сцене. Каждый его шаг, движение, взгляд — это соблазн в чистом виде.

Я ждала и боялась того момента, когда блондин спустится в зал за «жертвой», но так и не дождалась. Гибкое тело извивалось в чувственном танце между тремя пилонами. Он ласкал металлические шесты, как прекраснейшую из любовниц. Его гибкости мог бы позавидовать цирковой артист.

На его груди появились крохотные капельки пота. Я облизнулась. Мне показалось, что на языке чувствуется их солоноватый привкус. Мужчина скользил по пилонам, будто не являлся человеком, настолько плавными были переходы между отдельными элементами танца.

В луче прожектора кульбиты мускулистого тела выглядели нереально. Я даже видела вокруг него лёгкое мерцание. А в необыкновенно ярких голубых глазах танцовщика вспыхивали серебряные искры. Я завороженно смотрела на сцену даже после того, как он исчез за занавесом.

Несколько мгновений тишины, и зал взорвался. Выкрики, аплодисменты, требования срочно познакомить с «тем блондинчиком». Я огляделась по сторонам и содрогнулась от отвращения. Хотя чего от них хотеть, это же стриптиз-клуб.

— Ваш приватный танец, именинница! — жарко шепнул мне в ухо Олежка.

Сейчас мне было не до размышлений. Я даже забыла, что так и не выбрала, кто его исполнит. В полутёмную кабинку с бархатными стенами я буквально впорхнула. «Зайчик» помог мне пройти несколько шагов по пушистому ковру. Даже слабый свет погас, а я расслабилась, утонув в объятиях гигантского кресла.

На грани слышимости зазвучала томная мелодия. Два голубых огонька мигнули в углу. Я облизнула вмиг пересохшие губы. Ощущение движение справа. Прикосновение горячих губ слева. Мне показалось, что кресло медленно вращается.

Горьковатым запахом мужского тела хотелось дышать вместо воздуха. Его кожа мерцала в полумраке, будто подсвеченная луной. Длинные волосы свободно струились по спине. Мышцы перекатывались под смуглой кожей, мягкие движения завораживали, манили прикоснуться к совершенному телу.

Я с силой сжала пальцы на подлокотниках. В затуманенном алкоголем и страстью мозгу мелькнула мысль, что если я сейчас наброшусь на стриптизёра, никто не узнает. Между ног внезапно стало влажно и жарко. Грудь напряглась, будто стараясь разорвать кружевной бюстик. Нет, так не пойдёт!

Мужчина всем телом сделал волну в сантиметре от моего лица. Он буквально отравил меня своим запахом, заставил ртом хватать ставший невозможно сухим и колючим воздух. Его руки порхали надо мной близко-близко. Уверена, ладонью он задевал кончики вставших дыбом волосинок.

У меня звенело в ушах, кровь пульсировала в едином ритме с его зрачками. В животе тугой спиралью скрутилось напряжение. Одно его прикосновение — и она распрямится, даря освобождение.

Гибкое тело хищно извивалось у моих ног. Я развела колени, чтобы лучше видеть. Короткая юбка бесстыдно задралась, полностью обнажив резинки чулок и треугольничек стрингов. Жаркое дыхание коснулось внутренней поверхности бёдер, опалило жалкий лоскут промокшего насквозь кружева.

Я забыла выдохнуть. А он нет. Будто нарочно задержался там, внизу. Я видела, как трепещут крылья его носа. Белые волосы шёлком скользнули по моей гиперчувствительной коже. Я подняла руки к груди, пощекотала кончиками пальцев напряжённые соски.

От этого внутреннее напряжение только возросло. В голове поселился тонкий звон. Казалось, я потеряю сознание, если он немедленно не подарит мне хотя бы одно прикосновение.

— Дыши…

Прядь на моём виске качнулась, потерялась в белом шёлке его волос. Они приласкали мою кожу, на мгновение облегчая неутолённую жажду прикосновений. Я чувствовала себя пудингом, дрожащим от предвкушения у приоткрытых губ человека, готового проглотить его в любую секунду.

Это было сладко. Невероятно. Эротично. Мужчина потёрся щекой о руку, которой я продолжала ласкать себя. Мой стон рассказал ему всё. Чувственные губы изогнулись в улыбке.

— Хочешь?

— Да-а-а-а…

— И согласна на всё?

Жаркий шёпот, его тело всего в нескольких сантиметрах от моего, запах, туманящий рассудок… Неужели он рассчитывал на отрицательный ответ?

— Да-а-а-а! — больше похожее на стон.

Мужчина вдруг замер. Меня будто распирали изнутри миллионы пузырьков воздуха, жаждущих выбраться наружу. Я перестала чувствовать под собой плюш кресла, слышать музыку, забыла, где и с кем нахожусь. Всё, что я хотела — это почувствовать наконец его прикосновение. Любое!

— Пожалуйста… — этот низкий голос с хрипотцой не может принадлежать мне. — Потрогай меня…

Его рука проскользнула мне за спину. Я невольно выгнулась, прижалась к горячему телу. Мои ногти впились во влажные от испарины плечи. Серебряные искорки в голубой глубине вспыхнули, увлекая меня за собой. Его рот требовательно накрыл мой, подчиняя, лишая остатков воли.

Наслаждение ворвалось в меня, проникло до самой сути. Я сжала бёдра, ни за что не желая с ним расставаться. Оно нарастало, заставляло вибрировать каждую клеточку, каждое нервное окончание измученного тела. Освобождение настигло вспышкой небывалого удовольствия. Меня затянуло в искрящийся водоворот экстаза. Я потерялась во времени и пространстве и, кажется, кричала.

— Всё, маленькая, всё. Мы вместе. Теперь и навсегда.

Я приоткрыла глаза и снова попала в плен голубой глубины его глаз. Он бережно собирал губами слезинки с моих ресниц. Я растворялась в его нежности, млела от прикосновения сильных рук.

Он качнул бёдрами. Я застонала. Сладкая истома пожаром пронеслась по телу, заставила сжать внутренние мышцы и слегка вильнуть попой.

Настала его очередь стонать. Я уже заметила, что спину холодит шёлк простыней, и мы оба обнажены. За высоким окном увидела краешек неба, соперничающего синевой с глазами мужчины. Но всё это меркло перед нашим единением. Я не успела вполне насладиться им в клубе и теперь самое время это исправить.

— Да-а-а-а…