Когда мне было девять лет, я уговорила родителей на восемь недель отпустить меня в летний лагерь. Они отнеслись к моей идее скептически, но мне очень хотелось поехать. Я прочла много книг о летних лагерях на берегу озер, окруженных лесом. Герои этих книжек очень весело проводили там время.

Перед отъездом мама помогла мне собрать чемодан. Мы положили туда шорты, сандалии, купальники, полотенца и… книги. Много-много. Взять их казалось само собой разумеющимся — мы были читающей семьей. По вечерам и выходным родители, братья, сестры и я сидели в гостиной, уткнувшись в свои книжки. Разговаривали мало. Каждый погружался в свой мир вымышленных приключений, но все-таки мы были вместе. Поэтому, когда мама клала мне в чемодан столько книжек, я представляла, что в лагере все будет так же, как дома, только лучше. Я уже видела, как, лежа в одной общей спальне в одинаковых ночнушках, мы — я и еще десяток моих новых подруг — упоенно читаем.

Но все вышло совсем иначе. Лагерь оказался полной противоположностью нашим тихим семейным вечерам. Жизнь в нем напоминала чей-то нескончаемый шумный день рождения. С разницей лишь в том, что я не могла позвонить оттуда родителям, чтобы те пораньше забрали меня домой.

В первый день вожатая собрала нас и сказала, мол, чтобы проникнуться лагерным духом, мы должны выучить кричалку и кричать ее каждый день до конца лета. Размахивая руками, как при быстрой ходьбе, вожатая проскандировала:

После чего подняла руки, широко развела их и расплылась в ослепительной улыбке.

Да, такого я не ожидала! Мне и без того было весело, я радовалась, что приехала в лагерь, но зачем же заявлять об этом во всеуслышание? (И чем тут, собственно, гордиться? Разве хорошо быть шумной?) Я не знала, что и думать. Бодро проорав кричалку вместе со всеми, я поспешила найти тихий уголок, достала книжку и начала читать.

Однако через несколько дней ко мне подошла самая крутая девчонка из нашего корпуса и спросила, почему я все время читаю и почему такая «спокойная» — то есть не шумная. Я посмотрела на книжку, огляделась… Никто не сидел и не читал… кроме меня. Все смеялись, играли, кто-то бегал по лужайке с девчонками из других корпусов. Я закрыла книжку, убрала ее в чемодан к остальным книгам и не доставала до конца лета. Запихивая их под кровать, я чувствовала себя виноватой, словно книги нуждались во мне, а я их подвела.

Остаток лета я вместе со всеми вопила про шумных девчонок, старательно делая вид, что мне это нравится. Каждый день размахивала руками и улыбалась во весь рот, притворяясь веселой и общительной. А когда смена закончилась и я, наконец, воссоединилась с любимыми книжками, что-то изменилось. Я по-прежнему ощущала необходимость быть шумной в школе и даже с друзьями.

В начальной школе мы все знали друг друга, ведь были вместе с детского сада. Я догадывалась о своей робости, но со знакомыми ребятами чувствовала себя уверенно и даже однажды участвовала в школьном спектакле. Все изменилось, когда я перешла в среднюю школу. Там я оказалась новенькой среди незнакомых ребят, болтавших о чем-то своем. В школу меня отвозила мама: я слишком нервничала, оказываясь в автобусе с другими детьми. Двери в школу отпирались только после первого звонка, и если мы приезжали раньше, приходилось ждать на парковке. Школьники разбивались на группки, кто с кем дружил. Все знали друг друга и чувствовали себя совершенно нормально. А для меня та парковка была кошмаром.

Наконец звонил звонок, и мы бежали в школу. В коридорах царила еще большая суета, чем на парковке. Ребята бегали взад-вперед, уверенно шагали по коридору, явно чувствуя себя хозяевами школы. Мальчишки и девчонки обменивались новостями, хихикали. Я же выискивала в толпе знакомые лица, долго думала, не подойти ли поздороваться, а потом шла своей дорогой, так ничего и не сказав.

Но хуже всего бывало в столовой на большой перемене. По сравнению со столпотворением в ней толкотня в коридорах казалась раем! Сотни голосов отражались от массивных шлакобетонных стен. В зале стояли длинные узкие столы, и за каждым восседала смеющаяся, болтающая «компашка». Все в школе делились на компашки: улыбчивые, пользующиеся популярностью девчонки сидели в одном углу, спортсмены — в другом, зубрилки — в третьем. У меня голова шла кругом — куда там улыбаться и непринужденно болтать, как другие!

Знакомая картина? Думаю, не я одна столкнулась с такой проблемой.

Вот, например, Дэвис. Задумчивый, застенчивый парень, в первый учебный день в шестом классе он оказался в такой же ситуации. Будучи одним из немногих азиатов в школе, где учились в основном дети с европейской внешностью, он чувствовал себя неуютно: ему казалось, что все считают, будто он выглядит как-то не так. И настолько нервничал, что на продленке чуть ли не забывал дышать от волнения, пока остальные неторопливо рассаживались по местам. Наконец, он сел и попытался сосредоточиться на домашнем задании. Остаток дня прошел в том же духе: в переполненной столовой он, еле дыша, нашел свободное место и с облегчением выдохнул лишь на уроках, где царила тишина. Когда в половине четвертого прозвенел звонок, Дэвис чувствовал себя выжатым как лимон. Первый день в шестом классе закончился, он выжил. Правда, в автобусе по пути домой кто-то прилепил к его волосам жвачку.

На следующее утро Дэвис пришел к выводу, что в школе все дети совершенно счастливы. Все, кроме него.

Но постепенно все наладилось, хотя в тот — первый — день Дэвис не верил, что такое может произойти. Попозже я расскажу продолжение его истории. А пока хочу, чтобы ты понял: конечно же, не все дети в школе Дэвиса и в моей школе радовались первому школьному дню, хотя казались веселыми. Первые дни нового учебного года, даже если ты ходишь в свою школу уже сто лет, — испытание для всех. Просто мы, интроверты, сильнее реагируем на раздражители, а значит, приспособиться к ситуации нам сложнее.

Что это значит — «сильнее реагируем на раздражители»? Большинство психологов сходятся во мнении, что ничто так не влияет на опыт общения с людьми, как склонность к интроверсии или экстраверсии. И это справедливо для всех людей в мире независимо от культуры и языка, на котором они говорят. Это также означает, что интроверсию активно изучают, мы каждый день узнаем удивительные вещи. Например, нервная система у интровертов и экстравертов функционирует по-разному. Интроверт активнее реагирует на ситуации, связанные с общением, и на сенсорный опыт. У экстравертов же реакции приглушены, и для того, чтобы почувствовать себя в норме, они стремятся к внешним стимулам — яркому свету, грохочущим звукам. Им становится скучно, они не могут усидеть на месте, если их органы чувств недостаточно нагружены. Так уж они устроены: предпочитают более активное общение, то есть любят поболтать. Экстравертам необходимо находиться среди людей, энергия толпы их заряжает. Именно они всегда врубают музыку на полную громкость, любят приключения, щекочущие нервишки, и на уроках первыми тянут руку.

Мы же, интроверты, напротив, реагируем сильнее, а порой даже слишком сильно. Стимулирующая среда, например шумная школьная столовая, истощает нас. А расслабляемся мы и «подзаряжаем батарейки» в более спокойной обстановке — необязательно в одиночестве, но непременно среди родных либо в небольшой компании близких друзей.

Известный ученый психолог Ганс Айзенк провел эксперимент: накапал немного стимулирующего вещества — лимонного сока — на языки интровертов и экстравертов. Естественная реакция ротовой полости человека — выработка слюны, нейтрализующей кислый вкус лимона. Айзенк решил, что сможет измерить чувствительность к стимуляции, рассчитав, сколько слюны вырабатывает человек в ответ на раздражитель. Ученый предположил, что интроверты, более восприимчивые к лимонному соку, выработают больше слюны. И оказался прав. В другом похожем исследовании было обнаружено, что младенцы, более чувствительные к вкусу подслащенной воды, в подростковом возрасте сильнее реагируют на шум во время вечеринок. Мы, интроверты, острее ощущаем вкус, звук и особенности взаимодействия между людьми.

Другие эксперименты привели к похожим результатам. Психолог Рассел Гин предложил экстравертам и интровертам решить задачи по математике, включив фоновый шум разной громкости. Интроверты справлялись лучше, когда в комнате было тише, а экстраверты — наоборот.

Именно поэтому интроверты вроде меня и Дэвиса лучше чувствуют себя в небольшой компании. Когда их окружает слишком много людей, им кажется, будто всё кругом «наваливается» на них. На вечеринках интроверты тоже могут веселиться от души, но иногда быстрее устают и вынуждены раньше уходить домой. Время, проведенное в одиночестве, покое и тишине, восстанавливает энергию интроверта. Вот почему мы часто любим заниматься чем-то в одиночку — хоть чтением, хоть бегом, хоть скалолазанием. Не слушай тех, кто говорит, что интроверты асоциальны. Мы любим общаться, просто по-другому.

Ты можешь добиться успеха и в школе, и в любом другом обществе, если твоей нервной системе дают работать оптимально. Проблема в том, что большинство школ — неподходящая среда для чувствительной нервной системы интровертов. Но, научившись распознавать сигналы, которые посылает тебе тело, например ощущение тревоги и давления, ты сможешь управлять ситуацией. Кстати, если тебе необходимо восстановить равновесие, необязательно возвращаться домой и запираться в комнате. Прислушайся к себе и найди в школе тихий уголок, где можно собраться с мыслями: отправляйся в библиотеку, компьютерный класс или пустой кабинет учителя, который дружески к тебе относится. Можно даже ненадолго уединиться в туалете!

Дэвис интуитивно понял это и после инцидента со жвачкой стал садиться в автобусе на первое сиденье, где его никто не трогал. Мальчик попытался не обращать внимания на оглушительные звуки, сигналы телефонов, крики и смех ребят. Вскоре он обзавелся наушниками и спокойно читал в дороге. Прочел все книги про Гарри Поттера и перешел к книгам по психологии — «Семь привычек высокоэффективных подростков» и «Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей». Отгородившись от шума, он понизил уровень внешних воздействий, мешавших ему ясно мыслить.

Вступая в подростковый возраст, мы обнаруживаем вокруг себя и в себе много непонятного. Разрываемся между физиологическими и эмоциональными изменениями и потребностью в общении — кажется, будто все это бросили в блендер, перемешали, и на выходе получилось что-то совершенно новое. Такое состояние одновременно пугает и волнует. Стараясь наладить общение с окружающими, помни, что даже твои друзья-экстраверты сейчас чувствуют себя неуверенно. Такое состояние свойственно всем подросткам, даже тем, у кого есть старшие братья и сестры, которые подскажут, что к чему, и тем, кто пересмотрел кучу фильмов про школу, и тем, кто пользовался популярностью среди сверстников начиная с детского сада.

Джулиан, обаятельный парень из Бруклина, учится в старших классах и увлекается фотографией. Он вспоминает, как его злило, что «тихие» пользуются гораздо меньшим успехом среди одноклассников. «Я вел себя довольно странно, — с усмешкой замечает он. — В начальной школе и когда только перешел в среднюю, я очень стеснялся своей тихости и пытался привлечь к себе внимание другими способами, например кидал всякую гадость другим ребятам за шиворот, воровал их ручки. А когда приходил домой, то чувствовал себя, мягко говоря, не лучшим образом. Сейчас я успокоился. Пытаюсь наладить контакт с людьми, не раздражать их. Не строю из себя невесть что, как раньше».

Карина, сдержанная пятнадцатилетняя девочка, тоже из Бруклина, часто нервничает, общаясь с людьми. Джулиан пытается компенсировать свою интроверсию тем, что ведет себя шумно и вызывающе, а Карина просто впадает в ступор. Так было всегда, сколько она себя помнит. «Когда я общаюсь с людьми, даже со знакомыми из школы, мне хочется быть нормальной, такой, как все. Но боюсь сказать какую-нибудь глупость и не всегда говорю то, что хотела, а иногда даже не могу найти нужные слова».

Нью-йоркский психолог Челси Греф знает способ, как подготовиться к подобным ситуациям. Одна ее пациентка, умная, творчески одаренная пятиклассница, очень волновалась, общаясь с другими ребятами. Девочке хотелось иметь больше друзей. В школе у нее были две подруги, но в их отсутствие она чувствовала себя потерянной. Доктор Греф порекомендовала проводить мозговой штурм перед каждой ситуацией, в которой Карина могла бы почувствовать себя неуютно. «Главное — составить план и провести ролевую игру, в которой ты первой начинаешь разговор», — сказала она. Так Карина и сделала. Сначала определяла, какая из девочек наиболее приветливая и располагающая к себе. Затем ставила цель заговорить с ней один на один и спросить, не хочет ли она сесть рядом в школьной столовой или поболтать попозже. Это позволяло Карине избегать таких ситуаций, когда, например, она подходила к столу, за которым все места заняты, и не знала, что сказать.

Доктор Греф рекомендует придумать несколько фраз, которыми можно начать разговор: «Какие планы на выходные?» или «Ты тоже волнуешься перед школьным спектаклем (контрольной)?» Так ты почувствуешь себя готовым к общению и на всякий случай приобретешь запасной план действий.

Студентка из Пенсильвании Мэгги раньше постоянно сравнивала себя с общительными одноклассниками, теми, кого называют прирожденными лидерами. Она часто задумывалась о том, почему у сверстников популярностью пользуются именно эти ребята, при том, что некоторых из них даже недолюбливали. Конечно, это были самые красивые, самые спортивные и самые умные, но более всего ценилась их открытость. Они заговаривали с теми, с кем хотели, шумели в классе, устраивали вечеринки. Такими качествами Мэгги не обладала, и иногда ей казалось, что именно поэтому ее все игнорируют и считают странной.

«Когда все самые шумные и общительные ребята болтали и смеялись, я думала: “Ну почему, почему я не могу просто присоединиться к их разговору? Неужели это так трудно? Да что же со мной не так?”» Мэгги добра, умеет пошутить, и ей есть что сказать. Но в школе девочка не могла проявить эти качества и потому ощущала себя невидимкой. Ей казалось, что никто не замечает ее достоинств.

К счастью, со временем Мэгги стала смотреть на вещи иначе: она поняла, что не является единственным интровертом во всей Вселенной, и вздохнула с облегчением. «Все встало на свои места, когда в седьмом классе я прочла книгу “Изгои” Сьюзан Хинтон, — рассказывает Мэгги. — Первая же страница оказалась для меня потрясением. Главный герой, Понибой, возвращается домой из кино в одиночестве, потому что предпочитает смотреть фильмы один. Я так удивилась, прочитав эти слова, — и так обрадовалась! Я поняла, что в одиночестве что-то есть. И существуют другие люди, которые чувствуют то же, что и я!»

Я уже писала, что интровертов много — от трети до половины всего населения Земли. Интроверсия не прихоть, которую можно перерасти; это качество нужно принять, дорасти до него и даже научиться его любить. Чем чаще ты отмечаешь, насколько ценны твои качества интроверта, и понимаешь, что лучшее в тебе, скорее всего, связано с «тихим» темпераментом, тем увереннее ты начинаешь себя чувствовать. Не нужно заниматься чем-то только потому, что так делают все, или пытаться подружиться с людьми, с которыми, как тебе кажется, ты должен дружить. Делай то, что нравится, и выбирай друзей, чьим обществом действительно дорожишь.

Одна девушка, Коринн, рассказывала, что в старших классах[4] из кожи вон лезла, пытаясь казаться общительной «вожатой первокурсников», потому что в ее школе это считалось престижным. Лишь после того как ее выгнали из программы вожатых из-за недостаточной общительности, Коринн поняла, что на самом деле душа у нее лежит к науке. Она начала ходить на дополнительные занятия по биологии и в 17 лет опубликовала первую научную работу. А также получила университетскую стипендию и поступила на факультет биомедицинской инженерии.

Вот история Коринн, рассказанная ею самой.

«Впервые я услышала термин “интроверт” в 10–11 лет. Тогда я не придала этому значения: хотя я любила одиночество, стеснительной себя не считала. И в шутку говорила, что для счастья мне нужно бывать одной двадцать часов в день. Большую часть этого времени я делала уроки и играла на виолончели. Мне говорили, что нужно стать более общительной, но я была вполне счастлива и не обращала внимания на эти советы.

А потом я перешла в старшие классы, замаячила перспектива поступления в колледж, и любая моя деятельность вдруг начала оцениваться с позиций пресловутого “лидерства”. Эти лидерские качества воспринимались чуть ли не как Святой Грааль, которому всем следовало поклоняться. Каждый старшеклассник знал, что стипендии и положительные ответы от университетов получают не самые умные, не самые творческие, не просто хорошие и думающие люди, а «лидеры». Ни одно занятие, ни одно достижение не ценилось, если не было как-то завязано на лидерстве.

Естественно, тихие интроверты не могли быть лидерами и управлять своими более активными подопечными. Только харизматичные экстраверты умели подстегивать более апатичных сверстников. Лидерам полагалось громко говорить и всем нравиться.

В моей школе самой престижной лидерской ролью считалась вакансия вожатого первокурсников. В программу принимали лишь треть из подавших заявки: чтобы тебя взяли, требовалось пройти многочисленные собеседования и предоставить рекомендательные письма. Я вбила себе в голову, что должна стать лидером.

Руководила программой вожатых моя учительница по английскому. Таким, как она, самое место в бизнес-школе Гарварда! Она уговорила сто одного ученика с нашего потока нарядиться на Хеллоуин сто одним далматинцем. Были и еще желающие, сто одним дело не ограничилось! Меня восхищала ее власть над окружающими.

Я поняла, что, если хочу стать вожатой первокурсников, мне нужно ее очаровать. И вот целый год, готовясь к подаче заявления, я притворялась экстравертом. Заставляла себя вести бессмысленные разговоры с бесчисленными практически незнакомыми мне людьми, к которым не подошла бы на пушечный выстрел, будь на то моя воля. Мне это очень не нравилось, но, видимо, я всех одурачила, потому что на втором курсе наконец-то получила вожделенное назначение.

Нас было трое вожатых на двадцать первокурсников. Две другие девочки в дни дежурства устраивали дискотеки и футбольные матчи. Объедались печеньем и травили байки на тему, кто как напился на вечеринке. Я же придумывала сложные квесты с разгадыванием загадок. Подсказки прятала в библиотечных книгах (в каких именно, следовало определить при помощи десятичной классификации Дьюи[5]) и шифровала их шрифтом Брайля.

Я обожала эти квесты и подготовила бы еще много, если бы меня не вышвырнули из программы. В шоке и полном расстройстве я пошла к учительнице по английскому спросить, что сделала не так. Та ответила, что в программе ограниченное количество мест, и она отдала мое место более общительным претендентам. А потом, видимо, желая приободрить меня, похвалила за то, что я “выползла из своей раковины” и “наконец позволила себе раскрыться”. Ее слова показались мне пластырем поверх огнестрельной раны! Я гневно спросила, не догадывалась ли она, что все это время я притворялась общительной. И она ответила: “Значит, тебе вообще нельзя было становиться вожатой. Нам не нужны фальшивки”. Она сказала это таким тоном, словно мое фальшивое “я” никуда не годилось, но настоящее “я” оказалось еще хуже. Это оскорбило меня до глубины души, обесценило саму мою сущность. Я не была прирожденным лидером и не имела никаких задатков, чтобы им стать.

А вскоре я прочла книгу “Интроверты”. Словами не выразить, какое глубокое впечатление она на меня произвела. Меня поразило, что интроверты тоже могут быть лидерами. Я испытала облегчение, что мне не придется всю жизнь притворяться экстравертом, пытающимся себя “продать”, и нашла подтверждение тому, что из моей тяги к одиночеству тоже может выйти что-то хорошее. И ощутила приятное злорадство от того, что кто-то наконец осмелился критиковать культуру экстравертов, процветающую и в Гарвардской бизнес-школе, и в нашей программе вожатых.

Я дважды перечитала “Интровертов” от корки до корки, с большой неохотой вернула книгу в библиотеку… и решила перестать притворяться. В одночасье я с огромным удовольствием вернулась в привычную раковину. “Панцирь — часть черепахи, своего рода раковина, — было написано в книге, — и без этой раковины черепаха не может жить”, — эти слова стали для меня настоящим утешением. На третий год обучения в старшей школе я открыла свое истинное “я” нашему учителю генетики. Он тоже был интровертом, любил глубокомысленные разговоры и отлично разбирался в своем предмете. Мне хотелось слушать его и обдумывать то, что он говорил. Мы очень сблизились, и он не имел ничего против моей склонности к одиночеству. Потом он порекомендовал меня интерном в лабораторию, где проводились генетические исследования кишечной палочки. В 17 лет я написала научную работу в соавторстве с другим ученым и в результате получила самую высокую стипендию Университета Айовы.

А что до роли вожатой… “Лидерские качества” указаны в резюме у каждого первого. И для всех это пустые слова, как и “общественная работа”.

Я благодарна книге “Интроверты” за то, что мое истинное “я” смогло проявиться. Теперь рекомендую ее всем интровертам, которых встречаю. Я говорю им: “Эта книга мотивирует вас, позволит иначе взглянуть на свое будущее, вернет веру в свои силы”.

Большое спасибо за книгу! А сейчас мне пора: через полчаса меня ждут в генетической лаборатории».

История Коринн доказывает, что порядочные люди, безусловно, должны делать многое, например помогать друзьям и родным, заботиться о них. Но есть и другие «обязанности», которые нам тоже зачем-то навязывают. В первый год обучения в средней школе я старалась стать общительнее, ведь мне казалось, что все люди должны быть такими — разговорчивыми, крутыми, шумными. Я не сразу поняла, что могу оставаться такой, какая есть от природы. Все, кем я восхищалась, — мои герои и примеры для подражания — были писателями. И они тоже казались мне крутыми, а ведь большинство из них интроверты! Ничего не зная об особенностях своей нервной системы и даже не зная слова «интроверсия», я начала адаптировать собственное общение под темперамент. Приобрела классных друзей и заметила, что люблю общаться только с одной или двумя подругами одновременно, и страдаю, находясь в большой компании. Я решила, что хоть у меня и не будет множества друзей, зато с теми, которые есть, у меня сложатся самые крепкие и теплые отношения. И так продолжается всю мою жизнь.

Я поняла, что важно не только следовать своим инстинктам и интересам, но также уметь правильно выражать эмоции и объяснять собственные действия окружающим. Вот пример, в котором ты, возможно, узнаешь себя. Представь, что ты идешь по школьному коридору, глубоко задумавшись. Толпа и шум мешают тебе. Мимо проходит друг или одноклассник; ты мельком смотришь на него, но настолько занят собственными мыслями, что не останавливаешься поздороваться и перекинуться парой фраз. Ты вовсе не хочешь показаться невежей или обидеть приятеля, но тот решает, что ты за что-то сердишься на него.

Учись замечать подобные моменты и старайся объяснить человеку, о чем ты думал и что чувствовал в тот момент. Твоим друзьям-экстравертам (а вероятно, и интровертам тоже), скорее всего, и в голову не придет, что ты задумался или решил, что вокруг слишком шумно и это помешает разговору. Объясни им причины своей необщительности, и все изменится!

Однако не каждый, даже выслушав объяснения, способен понять особенности твоего темперамента. Узнав о том, что в мире есть интроверты и экстраверты, Робби, подросток из Нью-Гэмпшира, испытал огромное облегчение. В больших компаниях он всегда вел себя тихо, зато с близкими и друзьями мог непринужденно болтать и шутить, хотя в какой-то момент все же начинал чувствовать переизбыток общения. «Через пару часов мне начинало казаться, что все, я больше не могу! Меня истощало общение. Словно стена вырастала, и мне больше не хотелось ни с кем разговаривать. Я говорю не о физическом, а о психологическом истощении».

Робби попытался объяснить общительной подруге разницу между интровертами и экстравертами, но успеха не достиг. Девушка прекрасно себя чувствовала в толпе шумных сверстников и совершенно не понимала, почему ему так часто необходимо одиночество. Но другой его приятель, Дрю, сразу понял, о чем речь. Судя по описанию, он был амбивертом — не настолько общительным, как младшая сестра, но и не таким сдержанным, как его родители. Чем чаще они с Робби говорили о том, что значит быть интровертом, тем больше Дрю хотелось, чтобы люди сумели понять и принять обе стороны его личности.

Он снимал любительское кино и экспериментировал с новым стилем анимационных фильмов. Изучив тему интроверсии, Дрю снял анимированный ролик — своего рода социальную рекламу о том, что значит быть «тихим». И разместил его на YouTube. Это было только начало! На школьном телеканале он готовил программу новостей, которую еженедельно смотрели все ученики. В один из выпусков он вставил ролик про интровертов. Реакция оказалась невероятной: даже один учитель, скрывавший от всех свою интроверсию, поблагодарил Дрю. «Из-за моего ролика все в школе стали лучше понимать друг друга, — говорит Дрю. — Каждую неделю ко мне подходили люди со словами: “Это было здорово”!» И больше всех ему был признателен Робби.

Всем, кто работает в системе школьного образования, нелишне понимать, какие у интровертов и экстравертов преимущества и в чем их потребности. Средние и старшие классы — самый сложный период для интровертов. Когда сотни ребят изо дня в день вынуждены толпиться в одном здании, кажется, будто единственный способ заставить уважать себя и обзавестись друзьями — стать шумным и заметным. Но ведь есть множество других замечательных качеств, например способность глубоко сосредотачиваться на том или ином предмете или действии, умение внимательно и терпеливо слушать. Это лишь две «суперспособности» интровертов. Пользуйся ими, ищи свою страсть и полностью посвящай себя ей! Тогда ты не только выживешь в школе, но и заживешь полной жизнью.

Иногда школьные стрессы и драмы буквально изводят. Но ты можешь абстрагироваться от этих потрясений без ущерба для своего «я». Вот несколько советов, которые всегда помогут.

Раз в месяц Грейс прибегала домой после школы сильно раздраженная. «Ну вот, опять!» — жаловалась она маме. Так случалось каждый раз после вручения восьмиклассникам награды «Ученик месяца». Награду давали за упорный труд, хорошее поведение и участие в жизни класса, но, насколько Грейс могла судить, она всегда доставалась самым общительным ребятам. Победителями оказывались только те, кто все время тянул руку. А Грейс… Грейс была не такая. В классе она сидела на задней парте и следила за обсуждениями, внимательно слушая и делая заметки. Другие ребята при любой возможности вставляли свое слово. Но ей казалось, что они даже не думали, прежде чем поднять руку, им просто нужно было высказаться во всеуслышание.

Учителя не раз просили Грейс быть поактивней. Учительница английского была настроена к девочке дружелюбно и по ее письменным работам видела, что ей есть что сказать. Поощряла ее участие в дискуссиях. А иногда говорила: «Грейс, ты такая тихая сегодня. Может, прочтешь вслух следующие три абзаца из учебника?» — и Грейс неохотно соглашалась.

Несколько месяцев подряд Грейс не получала награду, которую, как ей казалось, заслуживала. И тогда она решила во что бы то ни стало завоевать ее. Училась она хорошо и никогда не причиняла беспокойства учителям. Хотя девочка не любила быть в центре внимания, ей хотелось, чтобы ее заметили. И она решила бросить вызов самой себе: как только учитель начинал опрос, она сразу поднимала руку. Если ей казалось, что голос слишком дрожит, после первых фраз она останавливалась. Если же чувствовала себя нормально, то продолжала. Она также пообещала себе активнее участвовать в классных обсуждениях.

Грейс стала замечать, что нервничает в определенных ситуациях. Например, если ее вызывали в середине урока, когда кто-то из одноклассников уже успевал ответить, она нервничала меньше. Ведь в таком случае у нее появлялось время сформулировать свое мнение; она могла развить мысль другого ученика или не согласиться с ним и предложить что-то свое. Бывало, что ее вызывали первой, но она просила разрешения ответить позже — так у нее появлялось время обдумать ответ — и предоставляла возможность сначала высказаться другому ученику, у которого ответ был наготове.

Хотя Грейс по-прежнему нервничала, ее стратегия сработала. Она стала все чаще поднимать руку, вызывалась читать, задавала вопросы, когда ей что-то было непонятно, и высказывалась в общих дискуссиях. Она не изменила себе, вовсе нет — скорее начала вести себя немного активнее, но в согласии со своей природой. И вскоре получила награду «Ученик месяца».

Участие в классных обсуждениях может быть полезным. Важно научиться высказываться вслух — этот навык пригодится тебе в жизни. Но некоторые педагоги придают слишком большое значение активности учеников. У Брианны из Колорадо была учительница, которая в начале урока выдавала каждому по три деревянные палочки. Ребята садились в круг, и когда им было что добавить к общему обсуждению, бросали в центр одну палочку. К концу урока требовалось избавиться от всех палочек. «Если ты не бросил ни одной, тебе ставили плохую оценку», — вспоминает Брианна. Однако дискуссии превращались в пустую болтовню: ребята заговаривали с одной целью — избавиться от палочек. Брианне тоже приходилось участвовать в этом, что ее страшно злило. «Ненавижу попусту языком трепать, — признавалась она. — Если бы мне было что сказать важного, я бы сказала. Но в итоге приходилось быстро бормотать хоть что-нибудь, лишь бы избавиться от этой палки».

Некоторые учителя ставят оценки за участие в классных обсуждениях, и более высокие баллы получают те, кто высказывается чаще, причем неважно, насколько хорошо ученик знает тему. Есть и такие преподаватели, которые поощряют не только участие в дискуссиях, но и вовлеченность — это гораздо более широкое понятие, предусматривающее самые разные способы взаимодействия с материалом.

Групповые обсуждения в классе необходимы, и на то есть несколько причин. Ученики могут выслушать идеи остальных участников, а учитель видит, кто работает, а кому сложно справиться с материалом. Оживленное обсуждение — отличный способ поддержать интерес к учебной теме. Ключевое слово здесь — интерес. Немногословному ученику, который мало говорит или молчит, может быть так же интересно, как и разговорчивому, готовому в любой момент включиться в обсуждение.

Исследователь Мэри Бадд Роу изучала, долго ли ждет учитель, прежде чем вызвать ученика, поднявшего руку. Снимая на видео работу в классе, она пришла к выводу, что в среднем учителя ждут всего секунду. Одну секунду! Некоторые учителя пытаются усовершенствовать классные обсуждения, вводя понятие «время обдумывания». Роу называет это «временем ожидания». Задав вопрос, учитель дает ученикам минуту или две на размышления и лишь потом продолжает дискуссию.

Похожая техника называется «подумай — найди пару — поделись». Сначала ученик обдумывает вопрос, затем делится своими соображениями с одноклассником или небольшой группой, и только потом начинается обсуждение всем классом. Таким образом ты постепенно учишься высказываться перед все большим количеством людей, и делиться мнением становится не так страшно. У тебя также появляется время поразмышлять.

Если же учитель перед ответом не дает времени подумать, но тебе кажется, что он пойдет тебе навстречу, попробуй обсудить с ним (или с ней) этот вопрос. Вот история двенадцатилетней Эмили, которая так и поступила. При большом скоплении людей она всегда стеснялась говорить, но в кругу друзей высказывалась свободно. Из моих лекций и статей она узнала кое-что об интровертах. Учитель отчитывал Эмили за то, что та редко участвует в обсуждениях. Но одна только мысль о том, чтобы подойти к нему и объясниться, пугала девочку. Тогда Эмили написала учителю письмо, где объяснила, что она интроверт и поэтому ей трудно говорить в присутствии одноклассников. И тогда учитель попросил ее остаться после уроков для разговора. Оказалось, он тоже интроверт, и теперь понимает, почему Эмили не хочет отвечать при всех. Учитель пообещал разбить класс на небольшие группы, и опрашивать каждую поочередно, чтобы девочке не пришлось выступать перед всем классом.

Говори о своих потребностях — пусть окружающие знают, в чем твоя проблема. Прочитав письмо Эмили, учитель понял, что она не скучает на уроке, ей интересно, просто она испытывает дискомфорт, отвечая в присутствии всего класса. Возможно, ты недоумеваешь, зачем привлекать дополнительное внимание к таким качествам, как застенчивость и интроверсия? Но история Эмили доказывает, что страдать в одиночку необязательно! Люди помогут тебе почувствовать себя увереннее. Возможно, они прекрасно понимают твои ощущения, так как пережили то же самое.

Как бы мне ни хотелось, чтобы школы и учителя пересмотрели свой подход к оценке внутриклассных дискуссий, я все же считаю, что ты получишь немало плюсов, если постараешься стать активнее и научишься озвучивать собственные мысли, а не хранить их в себе. Твои идеи заслуживают того, чтобы о них узнали и оценили их! Исследователи выяснили, что в типичной групповой среде вклад интровертов со временем начинают ценить все больше. Окружающие понимают, что хотя интроверты и редко тянут руку, они всегда озвучивают что-то продуманное, если уж решаются заговорить.

А раз ты не любишь принимать участие в дискуссиях, постарайся разобраться, почему тебе это так неприятно. Если ты поймешь причину страха, тебе будет проще выработать стратегию его преодоления. Постепенно ты научишься излагать свои мысли так, как нравится и удобно тебе.

Почему нам иногда кажется противоестественным «подавать голос»? Вот несколько распространенных причин:

Если каждый раз, когда ты тянешь руку в классе, сердце готово выпрыгнуть из груди, знай: ты не одинок! Многие люди испытывают то же самое, но это не значит, что нужно постоянно молчать. Если у тебя не было времени прочесть предыдущую главу, вот несколько советов, которые тебе помогут.

ОТВЕЧАЙ ПЕРВЫМ. Если тема обсуждения известна заранее, спланируй, что будешь говорить. Продумай ответ, составь собственное мнение и выскажись прежде, чем дискуссия примет неожиданный оборот.

ОПРЕДЕЛИ, КОГДА И С ЧЕГО ЛУЧШЕ НАЧАТЬ. Когда тебе комфортнее всего вступать в дискуссию? Разработай стратегию и присоединяйся к обсуждению, когда тебе легче сделать это. Не нравится отвечать первым? Ничего страшного: ты можешь дополнить или развить мысль другого ученика. А может, ты любишь задавать провокационные вопросы или играть в «адвоката дьявола» (то есть защищать точку зрения, отличную от мнения большинства)? Выбери роль, которая тебе подходит.

ПОЛЬЗУЙСЯ КОНСПЕКТАМИ. Если ты боишься, что, открыв рот, не сможешь вымолвить ни слова, запиши свои идеи на листке бумаги и сверяйся с ним, если нужно.

ОБЩАЙСЯ С УЧИТЕЛЕМ. Тебе было что сказать на уроке, но ты просто не набрался смелости поднять руку? Если ты переживаешь из-за этого, после урока подойди к учителю и объясни ситуацию. На самом деле тема интересная и слушаешь ты внимательно, но тебе трудно быстро влиться в обсуждение, поэтому ты нервничаешь и молчишь.

НАБЛЮДАЙ ЗА ОДНОКЛАССНИКАМИ. Отмечай, когда другие несут бессмыслицу или неправильно отвечают, но никто не обращает на это внимания. Все люди ошибаются, и их ошибки можно понять и простить! Поняв это, ты станешь спокойнее относиться и к собственным промахам. Поймешь, что, если ответишь неправильно или твой голос немного задрожит, ничего страшного не случится. «Если ты ответишь неправильно, учитель просто спросит кого-то еще», — замечает одна весьма проницательная девушка по имени Энни.

НАЙДИ МОТИВАЦИЮ. Лучший способ выжить в школе — увлечься чем-то. Это не значит, что все застенчивые и тихие ребята должны стать лидерами среди сверстников и баллотироваться в президенты класса — ничего подобного! Подумай о том, что важно именно для тебя. Если тема обсуждения тебе небезразлична, ты сможешь высказываться по ней свободно.

С позиции интроверта групповой проект — палка о двух концах. С одной стороны, обстановка менее тяжелая, ведь в центре внимания не лично ты, а вся ваша группа. С другой стороны, необходимость общаться в группе может истощать интровертов.

Коринн, уже знакомая тебе второкурсница из Бруклина, всегда заметно напрягается, когда учитель поручает классу групповые проекты. У нее большая семья, и они с сестрой живут в одной комнате. Коринн очень не хватает личного пространства и времени на себя. Ей и уроки нравятся потому, что для нее они передышка в шумной школьной жизни, она просто отдыхает от коридоров и столовой, где вынуждена толкаться и контактировать с людьми.

Дело не в том, что у интровертов нет идей. Совсем наоборот! Просто мы не всегда горим желанием высказываться перед всеми. А иногда общительные ребята так подавляют всех своей активностью, что у тихонь нет возможности вставить хотя бы слово. Например, Оливия, ученица средней школы, предпочитает оказаться в компании ребят, которых проект не очень интересует. «Мне нравится быть в группе с теми, кто ничего не хочет делать, — тогда я все могу сделать сама», — признается она.

Эта стратегия может показаться удобной, но зачем же так недооценивать себя и работать с людьми, которые ничем тебе не помогают? Правда в том, что самые продуктивные группы состоят поровну из интровертов и экстравертов. В жизни нам приходится постоянно находиться в групповой среде (в шестой главе мы поговорим об общении на вечеринках, а в десятой — о командных видах спорта). Групповые проекты в школе, пожалуй, остаются для интроверта самой сложной задачей. Но стоит тебе выбрать роль, которая бы подчеркивала твои сильные стороны и давала проявиться твоим талантам, и ты сразу почувствуешь себя увереннее. Как бы ты ни вел себя в группе — громко или тихо, советы, данные в этой главе, помогут тебе выбрать подходящую роль.

Когда я готовилась к написанию этой книги и к лекции TED, меня поразило, как много учителей сегодня поручают детям групповые проекты. Повсюду ребята сдвигают по четыре-пять парт и совместно работают над одной задачей.

Взять хотя бы нашу знакомую Брианну из Колорадо. На уроке испанского ребятам дали творческое задание. Каждая группа должна была снять короткий ролик о мебели с закадровым текстом на испанском, используя новые, только что выученные слова. У Брианны возникла идея: надо написать сценарий, распределить роли (рассказчик, режиссер, монтажер) и отправиться в большой мебельный магазин типа IKEA, чтобы отснять там видео.

Такой подход казался Брианне разумным, но другие пятеро членов команды увлеклись перепалкой. Каждый тянул одеяло на себя, и никто не хотел слушать других. В итоге решили разделиться, чтобы каждый снял свой кусок видео, а потом склеить их в один фильм. «Получилось очень неровно, — вспоминает Брианна, — и некоторым пришлось работать гораздо больше, чем остальным. Я, например, смонтировала примерно половину ролика, потому что боялась спросить: “А вы почему не участвуете?”»

Брианна пожалела, что не настояла на своем: «Тихони очень часто позволяют себя “задвинуть”, и многие этим пользуются». Если бы она могла повернуть время вспять, добилась бы своего. Во время первого обсуждения необходимо было сделать так, чтобы каждый имел возможность высказать свои предложения и обосновать их. Тогда вместе, не спеша, они отбросили бы неэффективные идеи и оставили самые удачные. Да, ей нужно было вести себя посмелее, тогда и результат выглядел бы лучше.

Но и ты можешь быть решительнее! Это проще, чем кажется.

Хотя в группе интроверты часто тушуются, исследования подтверждают: из них получаются сильные лидеры, а коллективы под их руководством часто работают эффективнее, чем под началом экстравертов. Да, ты все прочитал правильно: такие группы выдают не просто более «приличный», а более эффективный результат! Психолог из Уортонской школы бизнеса Адам Грант с коллегами протестировали разные типы поведения экстравертов и интровертов в группе. Для участия в эксперименте были приглашены 163 студента колледжей, которых разделили на группы по пять человек; в каждой группе — один лидер и четыре «подчиненных». Участникам выдали по стопке футболок и сформулировали простое задание: за десять минут аккуратно сложить как можно больше футболок.

Но в эксперименте Гранта содержалась хитрость. Один «студент» на самом деле был актером, обученным упаковывать футболки быстро и качественно. В начале соревнования он сказал, что знает отличный метод складывания футболок, и спросил, не хотят ли остальные освоить его. Интровертные лидеры чаще соглашались на его предложение. В итоге группы, которые прислушались к совету актера, справились с заданием лучше.

Грант не ограничился экспериментом с футболками. Он также изучил доход сети пиццерий и выяснил, что эффективнее всего работали рестораны, в которых активными сотрудниками управлял босс-интроверт.

Еще одно знаменитое исследование провел Джим Коллинз. Он обнаружил, что руководители одиннадцати самых успешных американских компаний, по отзывам сотрудников, скромны, непритязательны, застенчивы, спокойны и тихо говорят. Удивляться тут нечему. Оказавшись во главе группы, интроверты внимательно прислушиваются к идеям всех ее участников. Именно это дает им большое преимущество перед лидерами, поднимающимися на самый верх лишь потому, что они любят говорить и командовать.

Подтверждением тому служит еще одна история от нашей знакомой Коринн. В десятом классе ее учитель по английскому разделил класс на группы и попросил ребят подготовить презентацию по историческому роману в PowerPoint. Коринн читала роман и помнила его содержание. Девочка проглатывала все книги из школьного списка литературы одну за другой. В свободное время читала научную фантастику и фэнтези. Тем не менее она никому об этом не сказала и не горела желанием работать вместе с одноклассниками.

Когда учитель сформировал группы, Коринн, к своему удивлению, попала в компанию к таким же трем тихоням. На первом собрании все четверо в основном молчали, как будто ждали, когда кто-нибудь другой вызовется стать лидером. Наконец Коринн набралась храбрости и заговорила: ведь она прочла книгу и имела о ней свое мнение. «Я поделилась своими мыслями и спросила: “А вы что хотели бы сделать? Как вам мои идеи?”» Поощряя других высказываться, а не перетягивая внимание на себя, Коринн помогла им раскрыться. «Когда мы стали прислушиваться друг к другу, то почувствовали себя настоящей дружной командой», — сказала она.

Доказав себе, что может высказывать свое мнение в группе и заставлять других прислушиваться к себе, Коринн теперь меньше волнуется, когда им поручают групповые проекты. «Это мой первый опыт лидерства. И, кажется, все прошло хорошо. Вместе мы сообразили, что к чему. И мне было очень приятно осознавать, что я вношу свой вклад в решение общей задачи».

Генри из Торонто тоже нашел способ эффективно работать в группе: он и другие ученики уговорили учителей, чтобы те разрешали им самим выбирать себе товарищей. Генри кооперируется с друзьями, чьи навыки и знания дополняют друг друга. Например, им поручили сделать плакат об изменении климата. Генри, его лучший друг Эллиот и их подруга Мередит решили нарисовать четыре времени года в Photoshop. «Эллиот продумал дизайн: как разместить картинки и текст. Мередит очень умная, хорошо разбирается в естественных науках. Я знаком с Photoshop и знаю толк в компьютерах. Думаю, у нас получится отличный совместный проект».

Умение слушать обычно не входит в перечень качеств сильного лидера — так уж принято считать. Но на деле способность выслушать другого очень ценна.

Именно она помогла Люси, девочке-интроверту из Британии, укрепиться в лидерской позиции.

К началу обучения в старшей школе Люси понимала, что у нее как интроверта есть уникальные способности и преимущества. Свою «тихую» природу она приняла как данность. В редакции школьного журнала Люси вскоре продвинулась до помощника главного редактора. Она вычитывала и правила тексты, помогала отбирать статьи для публикации и следила за тем, чтобы одноклассники сдавали работы в срок. Большинство своих обязанностей она выполняла в одиночестве, а обсудить с автором исправления в статье или напомнить ученикам о приближающемся дедлайне можно было и по электронной почте. Работа полностью соответствовала темпераменту девочки.

Конечно, с другими редакторами проводились летучки, но Люси дружила с ними и без проблем участвовала в обсуждениях. Только на общих собраниях сотрудников она смущалась, когда авторы, фотографы, редакторы и дизайнеры садились за большой стол и докладывали о своей работе. Народу было намного больше, чем на камерных редакторских совещаниях, и это пугало Люси.

Говорила она мало, но внимательно следила за ходом беседы. Мы уже говорили о том, что интроверты очень наблюдательны, и Люси не была исключением. Она не только внимательно слушала, но и наблюдала за всеми участниками, изучая их реакции. На одном из первых собраний наметился конфликт интересов, и Люси уловила это. Сотрудники журнала единогласно решили, что первый номер нужно оформить коллажами, как личный дневник с вклеенными фотографиями и рисунками или страницу на Tumblr[6]. Но когда графический дизайнер на собрании представил свою работу, Люси сразу увидела, что ему не удалось добиться нужного эффекта: картинок мало, шрифт неинтересный. Собравшиеся сказали, что им все нравится, но, присмотревшись к ним повнимательнее, Люси поняла, что это не так. Они боялись высказываться или не хотели обижать дизайнера своей критикой.

После собрания Люси поговорила с главным редактором и поняла, что интуиция ее не подвела. Действительно, оформление не понравилось всем, но никому не хотелось расстраивать дизайнера. Люси предложила поговорить с дизайнером тет-а-тет и переработать макет. В итоге первый номер журнала произвел фурор среди учителей и студентов.

Я по-прежнему предпочитаю работать в одиночестве — в конце концов, я писатель, а писатели по-другому не умеют. Но даже я считаю, что умение сотрудничать — важнейший жизненный навык. А после запуска проекта «Тихая революция» мне все чаще приходится работать в группе.

Со временем я научилась добиваться успеха в групповой среде. И хочу, чтобы ты тоже научился работать эффективно и даже полюбил совместные проекты. Вот несколько советов, которые тебе помогут.

Каждый год в школе Грейс выбирают 25 вожатых из восьмых классов, которые помогают ученикам младших классов освоиться в средней школе. Старшая сестра Грейс когда-то была вожатой. Она с восторгом рассказывала о том, какой это потрясающий и вдохновляющий опыт — опекать младших. В шестом классе Грейс сама была очень застенчивой и никак не могла найти друзей. Девочке не помешал бы наставник, но теперь ей казалось, что она сумеет помочь тем, кто только начал учиться в шестом классе. Она бы сразу приметила среди шестиклассников ребят-интровертов и помогла бы им постепенно раскрыться. Грейс решила пойти по стопам сестры и подала заявку на участие в программе вожатых.

Было страшновато, но, заполнив все нужные бумаги, Грейс ощутила твердую решимость пройти испытание. Кандидатов поделили на группы по восемь человек для проведения собеседований. По их результатам учителя и администрация школы выбирали тех, кто станет вожатыми в следующем году. Грейс знала, что многие ребята из ее потока участвуют в отборе: вожатыми мечтали стать четверо из пяти. Она понимала, что, скорее всего, выберут самых разговорчивых и общительных. Когда пришло время собеседования, Грейс с другими ребятами ждала у актового зала. Как она и подозревала, все до единого пришедшие, кроме одного тихого мальчика из ее класса, были «крикливыми экстравертами».

В зале стоял длинный стол, на одном конце которого сидели два преподавателя и замдиректора. Ребята заняли свои места, приготовившись отвечать на вопросы, написанные на карточках. Кое-кто уже тянул руку, но Грейс пока помалкивала. Она поняла, что ей необязательно отвечать первой. По опыту девочка знала, что чувствует себя увереннее, когда отвечает чуть позже остальных. «Мне хотелось сначала внимательно выслушать всех, — сказала она. — Ребята пытались перекричать друг друга, но я хотела высказаться в тишине, когда никто никого не будет перебивать, или в самом конце, когда все уже договорят».

Постепенно освоившись и подключившись к дискуссии, Грейс заметила, что ее одноклассник — тот самый тихоня — даже слова не вымолвил. Несколько раз он пытался произнести что-то, но его прерывали. Грейс хотелось попросить ребят угомониться и дать мальчику возможность высказаться, но она не привыкла перебивать. Когда возникла пауза, она подняла руку и спросила мальчика, не хочет ли тот что-нибудь сказать.

— Хочу, — ответил он, — но я слишком нервничаю.

Чтобы выручить его, Грейс задала ему вопрос со своей карточки: «Что бы ты сделал иначе, если бы сейчас учился в шестом классе?» Мальчик ответил, а затем ответила и Грейс: призналась, что попыталась бы найти больше друзей и не ограничилась бы тремя близкими подругами.

Когда собеседование подошло к концу, Грейс одолели сомнения. Хорошо ли она себя показала? Достаточно ли много говорила? Способна ли она, по мнению учителей, стать лидером? Через несколько дней Грейс узнала, что ее выбрали. Но было еще кое-что. Благодаря ее помощи тот мальчик-тихоня тоже стал вожатым. Грейс помогла ему и показала, что значит быть настоящим лидером.

Путешествуя по США и посещая частные и государственные школы, я заметила две проблематичные тенденции. Первая — большинство учителей придавали огромное значение лидерским качествам и считали, что каждый ученик обязан быть лидером несмотря на то, что многих детей это совсем не привлекало. Вторая — лидерство, осознанно или нет, всегда ассоциировалось с качествами экстраверта. Те, кого считали лидерами, обычно были самыми общительными. А когда более тихие ребята хотели стать руководителями групповых проектов или студенческих советов, им часто поручали второстепенную по значимости работу — вести протоколы собраний или ассистировать.

Но хороший лидер необязательно должен быть общительным и привлекать всеобщее внимание. Мне кажется, пора понять, насколько сильными могут быть «тихие» лидеры. Самые эффективные лидеры руководствуются вовсе не стремлением контролировать происходящее и оставаться в центре внимания. Ими движет желание продвинуть ту или иную идею или мировоззрение либо улучшить ситуацию для целой группы людей. Подобная мотивация характерна как для интровертов, так и экстравертов. Ты можешь достичь этих целей, вдохновлять и мотивировать окружающих, оставаясь тихоней.

В спорте, бизнесе и школе существует множество стилей руководства. В школе все внимание часто направлено на шумных, напористых, пользующихся популярностью ребят. Но первое впечатление обманчиво. Во всем мире «тихие» лидеры достигли больших высот. Например, Эйлин Фишер — застенчивый интроверт и успешный дизайнер одежды, владелица компании. Вдохновением для творчества Фишер служит ее интроверсия: она признается, что научилась шить удобную одежду, чтобы комфортнее чувствовать себя «в своей шкуре».

Эйлин Фишер не единственный лидер-интроверт, добившийся больших успехов. Билл Гейтс, гений, благодаря которому компания Microsoft стала одной из самых влиятельных и успешных в мире, основатель Фонда Гейтса — одной из самых инновационных филантропических организаций — тоже интроверт, причем сам в этом признается. (Он даже сказал, что моя лекция TED — одна из его любимых!) Еще один известный интроверт — Уоррен Баффетт, инвестор-миллиардер, снискавший всеобщее уважение за умение спокойно и глубоко анализировать. Он помногу работает с людьми, но также часами сидит за столом, просматривая финансовые документы. Даже Марта Майноу, декан Гарвардской школы права, где всячески поощряется умение дискутировать, считает себя классическим интровертом.

Элеонора Рузвельт — один из самых вдохновляющих примеров лидера-интроверта в американской истории. Ее жизнь по сей день служит образцом для многих. Элеонора росла чрезвычайно застенчивым и скромным ребенком, стеснялась своей неприметной внешности и нерешительного характера. Мать — красавица аристократка, которая вела активную общественную жизнь, — даже прозвала девочку «бабушкой». Когда Элеонора вышла замуж за перспективного политика Франклина Делано Рузвельта (своего шестиюродного брата), его родные и друзья не скрывали своего отношения, полагая, что ему следовало бы жениться на более легкой в общении и остроумной девушке — то есть полной противоположности Элеоноры. Она редко смеялась, а смысл шуток доходил до нее не сразу; светские разговоры ее утомляли, она была серьезной и стеснительной. А еще — очень умной.

В 1921 году Рузвельт заболел полиомиелитом. Это было страшным ударом для семьи, но, пока муж выздоравливал, супруга поддерживала все его контакты в демократической партии и даже согласилась выступить на партийном мероприятии по сбору средств. Элеонора до смерти боялась публичных выступлений и стеснялась громко говорить — голос срывался на писк, а в самый неподходящий момент она начинала нервно хихикать. Но мужественная женщина тщательно отрепетировала речь и выступила достойно.

Элеонора так и не избавилась от робости, но, несмотря на это, пыталась решать общественные проблемы: боролась за права женщин, за гражданские права афроамериканцев и потомков иммигрантов из Азии, поддерживала благотворительные мероприятия. В 1928 году Рузвельта выбрали губернатором штата Нью-Йорк, а Элеонора возглавила бюро по правам женщин Демократической партии и стала одной из самых влиятельных фигур американской политики.

В 1933 году Франклин Делано Рузвельт победил на президентских выборах. В самый разгар Великой депрессии Элеонора ездила по стране, общалась с людьми, обсуждала их бедственное положение. Вернувшись домой, она рассказывала Франклину о том, как живут простые работяги и какие у них настроения, а также призывала его изменить ситуацию. Элеонора помогла составить программу государственной помощи для семей безработных шахтеров из Аппалачей. Просила мужа включить женщин и афроамериканцев в программы по трудоустройству для тех, кто потерял работу.

Застенчивая молодая женщина, как огня боявшаяся публичных выступлений, полюбила общественную жизнь. Впервые за всю историю страны первая леди провела пресс-конференцию, выступила на национальном съезде Демократической партии; она вела ежедневную колонку в газете, каждый месяц публиковала статьи в журнале и участвовала в еженедельных радиопередачах. Под конец карьеры Элеонора стала постоянным представителем США в ООН. За шесть лет, что она возглавляла комиссию ООН по правам человека, все свои нетривиальные политические способности и упорство она направляла на разработку Всеобщей декларации прав человека и в 1948 году добилась ее принятия.

Элеонора Рузвельт всю жизнь оставалась застенчивой и страдала от «синдрома Гризельды», как сама называла это качество (по имени принцессы из средневековой легенды, которая подолгу молчала). Она пыталась преодолеть робость и обрасти «шкурой, прочной, как у носорога». «Мне кажется, застенчивые люди остаются такими всегда, но учатся преодолевать себя», — говорила она. Однако именно эта черта характера помогала ей сопереживать угнетенным и публично выступать от их имени.

Дэвис, робкий мальчик, с которым мы познакомились в первой главе, тоже стал «тихим» лидером. Хотя в начале учебы в средней школе ему пришлось нелегко, он нашел баланс между общением с друзьями и уединением. Когда Дэвису надоело все время быть одному, он записался в школьную команду по математике. Благодаря своей способности концентрироваться на задаче и подолгу не отвлекаться он прекрасно показал себя на соревнованиях. Другим его преимуществом было терпение. Он подружился с ребятами из команды, освоился и уже не боялся откровенничать и делиться идеями, как добиться еще большей слаженности и эффективности.

К восьмому классу Дэвис стал одним из капитанов. К своему удивлению, он обнаружил, что ему нравится быть лидером и у него это хорошо получается. Дэвис понял, что интроверты очень наблюдательны — и в этом их сила. Сочувствуя окружающим, он пытался поставить себя на их место, понять их. Он видел, что в школе можно многое изменить, и решил, что станет человеком, который претворит эти перемены в жизнь. И когда классный руководитель спросил, кто хочет участвовать в работе студенческого совета, Дэвис глубоко вдохнул и сделал то, чего обычно старался не делать. Он поднял руку.

На первом же собрании Дэвис понял, что большинство ребят в студенческом совете — всеобщие любимчики. Они смеялись, болтали и чувствовали себя абсолютно комфортно.

Дэвис засомневался, а не ошибся ли он? Единственным знакомым человеком в совете была его двоюродная сестра Джессика — семиклассница, активная участница команды чирлидеров.

Джессика знала Дэвиса лучше, чем его одноклассники. По выходным их семьи собирались вместе на ужин. Она понимала, что, хотя ее двоюродный брат тихий и застенчивый, он и не думает оставаться в тени. В глубине души Дэвис действительно хотел изменений, стремился внести свой вклад, и Джессика знала, что у него есть для этого все задатки. Поэтому, когда пришло время выбирать президента студенческого совета, она предложила ему выставить свою кандидатуру. Дэвис решил, что она сошла с ума. На должность уже претендовала самая популярная девочка в школе, и победа ей, судя по всему, была обеспечена. Один из немногих ребят с другим цветом кожи в школе, где учились преимущественно белые, Дэвис часто чувствовал себя чужим и сильно сомневался, что кто-то проголосует за него, застенчивого парня с вьетнамскими корнями.

Джессика выслушала его и посоветовала не сдаваться. Худшее, что может случиться, — он проиграет. В конце концов Дэвис согласился с сестрой и начал планировать свои действия после победы на выборах. Джессика тоже взялась за работу — помогала расклеивать постеры по всей школе.

«Все только и спрашивали: “А это еще кто?” — вспоминает Дэвис. — Они слышали, что я из “ботаников”, но больше ничего обо мне не знали».

Перед выборами кандидаты должны были выступить в параллельных классах с короткой речью. Дэвис до чертиков боялся, что придется встать перед всеми и заговорить. Но рядом была Джессика и постоянно напоминала: он знает, что делает. Соперница Дэвиса, произнося свою речь, чувствовала себя вполне уверенно. Ее предвыборная платформа была проста: побольше развлечений — дискотек и конкурсов талантов. Дэвис выступил с более конкретными предложениями, недаром он два последних года наблюдал за происходящим в школе и подмечал, что нужно исправить. Его речь была посвящена изменениям, которые он планировал внедрить, если его изберут президентом.

Одной из главных проблем была столовая. Согласно школьным правилам, за стол можно было садиться только с одноклассниками; сидеть с ребятами из других классов запрещалось. Дэвис давно заметил, что большинство учеников страшно недовольны этим. В своей речи он заявил, что, став президентом, попросит директора разрешить сидеть где захочется, при условии, что ребята будут хорошо себя вести.

Дэвис также обнаружил, что, если его одноклассникам что-либо непонятно из учебной программы, они сначала спрашивают друг друга и только потом — учителей. Он предложил ввести систему взаимопомощи, чтобы ребята имели возможность обмениваться знаниями. Были у него и другие идеи. Переходя из класса в класс, Дэвис ужасно нервничал, но все же рассказывал о своей программе. Подростки слушали.

К концу выступлений стало ясно, что оба кандидата показали себя хорошо. Соперница Дэвиса обладала харизмой и умела завладеть вниманием аудитории. Но чем больше кандидаты рассказывали о своих планах, тем яснее становилось, что идеи Дэвиса продуманы лучше и потому у них больше шансов на успех.

Результаты выборов объявили в пятницу утром. Тихий парнишка, который после первого дня в школе вернулся домой со жвачкой в волосах, стал новым президентом студенческого совета!

Дэвис победил, потому что сумел обратить свою врожденную особенность себе на пользу. Он сосредоточился на сути, а не на внешних эффектах. Не пытаясь стать таким же общительным, как самая популярная девочка в школе, он показал себя отличным кандидатом и благодаря своей наблюдательности выявил наиболее насущные проблемы. Дэвис не позволил своей робости помешать ему. Выставив свою кандидатуру, он проявил большую смелость, и все это отметили и оценили.

В подростковом возрасте я никогда не была прирожденным лидером, но не принадлежала и к тем, кто слепо следует за кем-либо. Несмотря на робость, я четко представляла, куда лежит мой путь. Уже тогда я любила писать и могла бы попытаться стать редактором школьной газеты, но там и без меня было много народа. Я не представляла, как стану работать с таким количеством людей. К тому же мне больше нравилась литература, а не журналистика. И я стала редактором школьного литературного журнала. Он был поменьше и более камерным. У ребят, писавших для него, была более артистическая натура, они считались большими оригиналами по сравнению с журналистами; с ними я чувствовала себя комфортно. В этой компании чудаков я поняла, что могу управлять людьми по-своему, «по-тихому». Ко мне прислушивались, мои идеи ценили, а мой стиль лидерства уважали. В конце года один из моих подопечных даже написал, как здорово работать под руководством человека, которого он может уважать. Эти слова поразили меня, ведь раньше я никогда не думала о себе как о лидере.

Лори, амбициозная спортсменка из Уэстчестера, штат Нью-Йорк, рассказывает, как открыла в себе лидерские задатки. Лори — классический интроверт. Когда родители водили ее на бейсбольные матчи на стадионе «Янки», она надевала наушники, чтобы не слышать крики десятков тысяч фанатов, и читала книжку. Она изо всех сил пыталась заставить себя восхищаться зрелищем, но подобные групповые мероприятия никогда не вызывали у нее такого восторга, как у остальных. И поэтому Лори считала, что с ней что-то не так, стыдилась себя и стремилась стать более открытой и общительной, хотя это и было ей поперек горла. «Мне не хотелось признаваться в том, что я интроверт, — вспоминает она. — Мне казалось, что у этого слова негативный оттенок».

Но Лори считала себя не только интровертом, но и лидером. В глубине души она догадывалась, что эти понятия не противоречат друг другу. Перейдя в старшую школу, она решила стать капитаном команды по легкой атлетике. Занять пост капитана не так-то просто: каждому ученику, выдвигавшему свою кандидатуру, предстояло пройти собеседование с тренерами и поделиться соображениями о том, как улучшить результаты команды.

К тому времени Лори наблюдала за командой два года и постоянно раздумывала над тем, что можно изменить. К моменту собеседования у нее накопилось немало идей. Например, она заметила, что команде не хватает единства. Некоторые из восьмидесяти участниц вообще не общались между собой, потому что занимались разными видами легкой атлетики. Например, те, кто бегал марафон, никак не пересекались с теми, кто прыгал с шестом. Лори подумала, что показатели команды улучшатся, если все девочки станут поддерживать друг друга, и предложила в начале каждой тренировки делать совместную растяжку. Упражнения на пресс тоже можно было выполнять вместе, ведь их все равно делали все. Хотя сама Лори предпочитала небольшие, камерные мероприятия, она предложила устраивать ужины для всей команды, организовывать совместные общественные и волонтерские проекты и вылазки — короче говоря, встречаться за пределами стадиона, чтобы получше узнать друг друга.

Тренеры оценили идеи Лори и поняли, что она внимательно следила за происходящим в команде. Девочку выбрали одним из капитанов, и она оставалась им до окончания школы. Лори не пыталась изменить свой характер и не вынуждала себя становиться громогласным и общительным лидером. Она просто показывала хороший пример. Так, она стала проводить групповые растяжки перед каждой тренировкой и регулярно размещала информацию о команде на общей страничке в Facebook. Она болела за каждую спортсменку и ее личные рекорды. Команда была сильной, и Лори мотивировала всех участниц к победе.

Лори никогда не заведовала кричалками — не ее стиль. Это занятие она поручила другим капитанам, а на себя взяла индивидуальное общение с девочками, особенно с теми, кто помладше. До и после тренировок она разговаривала с ними, отвечала на вопросы и спрашивала, что они успели сделать сегодня. Чем больше она узнавала их, тем проще ей было помогать им добиваться успеха. Перед соревнованиями Лори и другие капитаны собирали команду и обменивались стратегиями — всем, что могло бы привести их к победе, — от необходимости хорошо выспаться перед забегом до информации о продуктах, насыщающих организм энергией. Ведь если побеждал кто-то один, это означало победу всей команды. Если побеждала команда — значит, это победа Лори как лидера.

Хотя Лори не заявляла о себе во всеуслышание, к ее словам прислушивались. «Когда ты сближаешься с людьми и вы проводите много времени вместе, тебя начинают больше уважать как капитана и лидера. Если ты проводишь тренировку, тебя слушают. Следят за тем, что ты делаешь. Уже не нужно привлекать внимание криками».

Девочки из команды Лори оценили ее сдержанный индивидуальный подход, и она продержалась на месте капитана четыре сезона. На старшем курсе команда добилась беспрецедентного успеха, и Лори наконец увидела результаты своих усилий. «Занятия легкой атлетикой стали очень популярны, — вспоминает она. — Мы побили школьные рекорды и дважды победили в чемпионате лиги. Впервые девочки стали поступать в колледж, надеясь продолжить карьеру в легкой атлетике». Лори не стала исключением: она продолжила заниматься бегом уже в Гарварде. И никто не сомневался, что своим успехом команда отчасти обязана ее тихому капитану, который дал шанс быть услышанным каждому.

В истории немало примеров «тихого лидерства». История Дэвиса убедила нас, что сильные качества тихони могут стать заметными даже на фоне более шумных и общительных сверстников. Читая советы в этой главе, помни о словах сэра Уинстона Черчилля, премьер-министра Великобритании в годы Второй мировой войны: «Чтобы встать и заговорить, нужна смелость; но смелость нужна и для того, чтобы сесть и слушать».

Хочешь ли ты быть лидером? Вот несколько советов, которые помогут добиться этого, не изменяя себе.

ИСПОЛЬЗУЙ СВОИ СИЛЬНЫЕ СТОРОНЫ. Дэвис до смерти боялся публичных выступлений, но вместо того чтобы притворяться открытым и общительным парнем, сосредоточился на конкретных проблемах, которые собирался решить, став президентом. И одноклассники оценили содержание речи и смелость Дэвиса, сочтя их важнее улыбчивости и обаяния соперницы.

СЛЕДУЙ СВОИМ ИНТЕРЕСАМ. Быть лидером сложно, но пытаться руководить делом, которое для тебя ничего не значит, или вести людей к цели, которая тебе безразлична, невозможно. Работаешь ли ты на благо общества или руководишь спортивной командой, делай то, что тебе интересно, и пусть окружающие видят, что тебе не все равно.

ОБЩАЙСЯ И СЛУШАЙ. Интроверты хорошо ладят с людьми, ведь они прекрасно умеют слушать. Эти качества помогут тебе стать сильным лидером. Понимая, что тебе небезразличны их мысли и чувства, окружающие охотнее последуют за тобой. Если ты не блещешь в общении с большими группами людей и боишься публичных выступлений, то устанавливай контакты постепенно, старайся побеседовать с каждым по душам.

ВДОХНОВЛЯЙ. Диктаторский стиль редко бывает эффективным: никому не нравится, когда ими помыкают. Вдохновляющие лидеры мотивируют подопечных, поручая им ключевые задачи, интересуясь их мнением и учитывая его, если оно разумно и аргументировано. Будучи внимательным слушателем и наблюдателем, ты особенно хорошо осведомлен о том, с какими ролями справятся участники твоей команды.

НЕ БОЙСЯ ВЕСТИ ЗА СОБОЙ. Интроверсия вовсе не означает слабость! Если ты интроверт, это не значит, что люди не последуют за тобой. Лори поверила в свои силы и стала бороться за место капитана, а потом доказала тренерам, что те не ошиблись, выбрав ее.

НАЙДИ РОЛЕВУЮ МОДЕЛЬ. Сколько бы раз я ни повторяла, что тихони могут быть лидерами, без реального примера все это пустые слова. Подумай, есть ли в твоем окружении сильный лидер с темпераментом, похожим на твой. Возможно, это кто-то из знакомых или известный человек, которым ты восхищаешься издалека. Ты поймешь, что нет ничего невозможного в том, чтобы вести людей за собой! А если почувствуешь неуверенность, можешь даже мысленно призвать на помощь своего кумира.

ПОДАВАЙ ХОРОШИЙ ПРИМЕР. Это один из главных принципов лидерства, даже самым робким интровертам под силу ему следовать. Покажи своим одноклассникам, товарищам по команде и друзьям, что предан своему делу и настойчив, — это вдохновляет не меньше окрыляющих речей!

Все мы встречали общительных, обаятельных ребят, которые могут войти в комнату, полную незнакомых людей, и через час выйти, обзаведясь двумя или тремя «лучшими друзьями». Таких ребят, да и взрослых, считают идеалом, мол, на них должны равняться все. Но для большинства интровертов противоестественно без всякой причины затевать разговор с незнакомым человеком. Мы предпочитаем иметь немного близких друзей, а не несколько десятков знакомых.

Порой кажется, что в школе ты, как в аквариуме, — все, что ты делаешь, на виду, и другие оценивают, а возможно, даже критикуют твое поведение. Нелегко найти друзей, с которыми тебе комфортно и с которыми ты счастлив. Вот как понимает дружбу Гейл, девочка из Огайо: «У меня трое хороших друзей, мы очень близки. Я могу поделиться с ними чем угодно. Есть и другие люди, с которыми я общаюсь, мне с ними весело, но не каждый может считаться моим другом. Друг — это тот, к кому я могу прийти с любой проблемой. И он, в свою очередь, придет ко мне в трудную минуту».

Джулиан и его лучший друг Андре (он учится в другой школе) говорят обо всем. Общаясь, они не испытывают никакой неловкости. Разговор один на один соответствует интровертному складу Джулиана, который любит покой. «Иногда мы просто сидим дома и смотрим дурацкие ролики на YouTube, но чаще всего разговариваем, даем друг другу советы, и время проходит незаметно. Андре очень мудрый. Наверное, странно говорить так о молодом человеке, но я так чувствую».

К удивлению Джулиана, дружба с Андре помогла ему наладить отношения с другими ребятами. Когда Андре предложил познакомить его с друзьями, Джулиан поначалу занервничал: что, если он им не понравится? Вдруг его посчитают нелюдимым? Однако оказалось, что у них много общего. «Наша компания по-прежнему небольшая. Иногда мы включаем музыку, и кто хочет, танцует, но это все равно не шумная дискотека. Я просто тусуюсь с ребятами, которые мне нравятся. Иногда мы с Андре общаемся один на один, а бывает, собираемся компанией до десяти человек».

Люси, застенчивая девочка из Великобритании, с которой мы познакомились в предыдущей главе, из кожи вон лезла, чтобы стать общительной. В школе она дружила с компанией ровесниц, разделявших ее интересы (чтение и биология). Девочки были совсем на нее не похожи, и Люси порой их не понимала. Они делали вместе всё: учились, посещали вечеринки. Люси присоединялась к ним, но ей больше нравилось, когда они шли к кому-нибудь домой или общались один на один — разговаривали и мечтали. Несмотря на различия, девочка не сомневалась в подругах. Ее тихая натура добавляла разнообразия в их общение, так как именно Люси зачастую направляла разговоры в более глубокое, философское русло.

И все же, когда Люси исполнилось четырнадцать, она почувствовала, что ей нужно больше времени проводить одной, и в обеденный перерыв стала уходить в библиотеку. Девочка никогда не определяла себя как интроверта и даже не знала такого слова, просто она устала постоянно веселиться и болтать. И теперь, обедая в тишине и одиночестве, она испытывала огромное облегчение.

Но однажды она возвращалась из библиотеки в класс и в коридоре столкнулась со своими подругами. В их компании было девять девочек, и одна вышла вперед. «Нам нужно поговорить», — серьезно произнесла она и повела Люси на школьный двор. Девочки расселись в кружок.

«Почему ты нас игнорируешь? — прямо спросили подруги. — Нехорошо вот так уходить в обеденный перерыв и не общаться с нами! А когда мы идем за тобой в библиотеку, ты не хочешь разговаривать! Мы же твои друзья. Мы не заслуживаем такого обращения!» Слова прозвучали как гром среди ясного неба. Люси поняла, что ее подруги абсолютно правы: она бывала с ними слишком резкой. Ей не нравилось, когда ее отрывали от чтения, и она действительно могла отказаться разговаривать с ними в библиотеке. Но ей вовсе не хотелось никого расстраивать. И вот теперь девять ее подруг сидели и смотрели на нее, и кое-кто даже сердито.

«Я просто хотела побыть одна, — объяснила Люси. — Я вас не игнорирую, и простите, если показалась вам грубой».

Тогда одна девочка перечислила правила, которые Люси должна соблюдать, если хочет остаться в их компании. Во-первых, они всегда должны обедать вместе. Во-вторых, когда Люси собирается в библиотеку, она должна предупреждать подруг.

Это происшествие выбило ее из колеи; она поняла, что не все девочки были ее настоящими подругами. Если она в их присутствии не старалась казаться веселой, они не желали иметь с ней ничего общего. Люси постоянно играла чужую роль — именно поэтому подружки не поняли, почему она обедает в одиночестве.

Со временем отношения Люси с четырьмя девочками из этой компании совсем разладились, но с пятью другими, которые поддержали ее, лишь укрепились. Они даже стали специально звать ее, когда затевали важное обсуждение. «Давайте послушаем, что скажет Люси», — говорили они, привлекая к ней всеобщее внимание. Люси больше не нужно было прятаться, объясняться и притворяться кем-то другим.

У Джорджии, девочки, занимавшейся танцами, случилась еще более удручающая ссора с подругами, которых она считала «лучшими». С самого детского сада ей внушали, что она должна чаще «подавать голос». Со временем такие комментарии становились все обиднее. Джорджия никогда не считала себя робкой или застенчивой, но все учителя и сверстники постоянно твердили об этом, и она решила, что это важная составляющая ее личности. Причем не лучшая. Может, с ней что-то не так? У Джорджии было много других качеств: она дружелюбна, любит спорт… Но почему все твердят лишь о том, какая она тихая? Наверное, ей чего-то не хватает.

В шестом классе она стала ездить в школу в компании девочек, с которыми дружила много лет. Ей нравилось, что они все вместе постоянно дурачились и веселились, но в средней школе разговоры приняли другой оборот. Девочки принялись язвить, ехидничали, что она слушает «неправильную» музыку, да и одевается не так; на первое место вдруг вышла необходимость быть крутыми и популярными. Джорджию это застигло врасплох. Когда ей стали названивать домой с глупыми шутками, она сразу поняла, чьих это рук дело. Подруги всё отрицали, но Джорджия им не верила. «Оказалось, никакие они мне не подруги, — вспоминает она. — Но больше у меня никого не было, а одной оставаться не хотелось».

Вдобавок к постоянным оскорблениям и издевкам подружки продолжали твердить, что она слишком тихая. Как-то раз перед школой две девочки поспорили, что она не сможет закричать. «Я бы закричала, — сказала одна. — А ты?»

«Да не хочу я кричать», — ответила Джорджия. Зачем им понадобилось, чтобы она кричала? Неужели просто для того, чтобы поставить ее в неудобное положение?

Тут девочки стали вопить что было мочи. Но Джорджия отказалась. Она пыталась сделать вид, что ей смешно, но на самом деле хотелось плакать.

К сожалению, подобные отношения, когда одна сторона издевается и унижает другую, в средней школе распространены, и особенно среди девочек. Конечно, бывают и исключения, и сейчас я обобщаю, но мальчики обычно преодолевают разногласия, устраивая драки или соревнуясь на футбольном поле. А девчонки часто прибегают к психологической агрессии. Они используют отношения с ровесницами как оружие для запугивания и унижения своих якобы подруг, и все ради власти и популярности. В книге Odd Girl Out[7] писательница Рэйчел Симмонс блестяще описывает агрессию девочек-подростков, приводя многочисленные примеры из жизни детей, серьезно травмированных этой формой буллинга[8].

Разумеется, не только девочки склонны к проявлениям враждебности. Пятиклассник-тихоня Радж очень обрадовался, когда ему предложили посещать занятия по математике с шестиклассниками. Он обожал математику, и возможность перескочить через год обучения поначалу очень воодушевила его. Но вскоре, к изумлению родителей, Радж попросил оставить его в своем классе. Правда, потом он все-таки вернулся в шестой класс.

Позднее родители узнали, что несколько ребят подошли к их сыну и сказали, что не станут с ним дружить, если он перейдет в другой класс. Поначалу Радж не захотел терять друзей, но, поразмыслив, передумал. Он любил математику и хотел учиться в более сильном классе. И если ребята не поддерживали его, значит, никакие они не друзья. Перейдя в другой класс, он почувствовал веру в свои силы, которую никогда бы не получил от так называемых друзей.

Психологическая агрессия бьет особенно больно, когда направлена на застенчивых, тихих мальчиков или девочек. Дети-интроверты часто переживают, что не смогут завести новых друзей, поэтому цепко держатся даже за те отношения, в которых их унижают. Боясь неизвестности, они нередко остаются частью группы, подтачивающей их уверенность в себе, рассуждая, что плохой друг лучше никакого.

К счастью, многие ребята набираются храбрости и противостоят общественному давлению. Порвать отношения с подлыми «друзьями», которые помыкают тобой, совсем не просто, такое решение требует смелости. Поверь, тебе это под силу!

Ведь Джорджия нашла в себе силы так поступить. Сначала она не хотела терять подруг и продолжала сидеть с ними за обедом, хотя те все время издевались над ней. Но в конце шестого класса она решила: с нее хватит! Слишком долго ее унижали — она не желала, чтобы это продолжалось. Джорджия сказала родителям, что больше не хочет ездить с этими девочками в школу. И разорвала с ними всякое общение.

Поначалу ей казалось, что завести новых подруг нереально. Весь класс разделился на закрытые группки, и, отказавшись от своих якобы «подруг», Джорджия осталась одна. В седьмом классе на естествознании ее посадили рядом с девочкой по имени Шейла. Они были не очень хорошо знакомы и поначалу мало разговаривали. Однажды Шейла рассмеялась над словами учителя, и Джорджия почему-то тоже начала смеяться. Вскоре они уже не могли остановиться. Учитель сделал им замечание, но Джорджия даже обрадовалась. Впервые учитель просил ее вести себя потише, а не наоборот!

С тех пор девочки стали чаще разговаривать, смеяться над своими рисунками в классе и вместе готовить лабораторные работы. Шейла познакомила Джорджию с другой одноклассницей. Они стали втроем играть в теннис и баскетбол. Случались у них и дурацкие перепалки, и серьезные разговоры; они говорили о том, чем хотят заняться, когда вырастут, как хотели бы помогать людям и изменить мир.

«Эти девочки были не так популярны, как моя предыдущая компания, — рассказывает Джорджия. — Но я поняла, что внешнее впечатление — далеко не все, и популярность на самом деле не так важна. Я почувствовала, что меня принимают и ценят такой, какая я есть. У меня появились настоящие друзья».

А в восьмом классе стало еще лучше. Отношения Джорджии с новыми подругами укрепились, сблизилась она и с другими девочками. Чем старше она становилась, тем больше понимала, что дружба — совсем не то, что она подразумевала под этим словом раньше. Она поняла, что интроверсия никак не мешает ей дружить. Мало того: везде, где у нее появлялись новые друзья — от теннисного корта до хореографического кружка, — ее «тихий» склад характера даже помогал ей. «Интроверсия — это сила, ведь мне удалось построить крепкую дружбу с несколькими близкими людьми, а не распыляться на поверхностные знакомства. Теперь я могу делиться своими мыслями и чувствами и общаться с друзьями на гораздо более глубоком уровне».

Если тебе сложно заводить новых друзей, это не значит, что с тобой что-то не так. Нужно время, чтобы разобраться, кто тебе подходит, кто будет поддерживать и ценить тебя. Хейли из Мичигана была настолько робкой, что даже стеснялась сказать «привет». В четвертом классе она решила, что станет работать над собой и заставлять себя чаще здороваться. Это же всего лишь «привет», сказала себе она; не нужно даже вступать в полноценный разговор.

Но и такое маленькое усилие привело к поразительным результатам. Одной из первых, с кем Хейли «вынужденно» поздоровалась, оказалась новенькая девочка, недавно переехавшая в город. «Я подошла к ней и поздоровалась, мы разговорились, и оказалось, что у нас много общего», — вспоминает Хейли. Девочка была очень благодарна Хейли за то, что та подошла к ней. «Она почувствовала себя лучше, ведь не так много людей подходили к ней и здоровались». С тех пор прошло пять лет, а они все еще дружат и даже стали соседками по комнате, когда начали учиться в школе-интернате.

А когда наш знакомый Дэвис закончил школу, он боялся, что не сможет ни с кем подружиться в колледже. И решил заранее подготовиться. За лето он научился показывать фокусы. «Я решил: если у меня не получится подойти к ним и заговорить, стану показывать фокусы, и тогда все подойдут ко мне сами». Так и вышло: приехав в кампус, Дэвис взял с собой игральные карты и вместо знакомства стал предлагать ребятам вытащить карту. Показывал фокус, и разговор завязывался сам собой. «Так я познакомился со своими лучшими друзьями», — вспоминает он.

Общение вселило в него уверенность, и в конце концов Дэвис решил, что карты ему больше не нужны. Когда-то, во время выборов в восьмом классе, его поддерживала общительная кузина Джессика, теперь ему помогало умение показывать фокусы. Но к концу первого года обучения в колледже необходимость в них отпала. Теперь, когда ему нужно было с кем-то познакомиться, он просто подходил и называл свое имя.

Хейли и Дэвис не знали одного: у интровертов есть способность, помогающая приобретать друзей, — умение слушать. Ты хотя бы раз оказывался в ситуации, когда нет настроения разговаривать? Со мной такое бывало не раз. Болтовня действует мне на нервы. Возникает ощущение, что кто-то постоянно подгоняет тебя, а ты пытаешься придумать, что бы такого умного сказать. Кроме того, я не люблю говорить о погоде или обсуждать сплетни. И здесь нет ничего плохого, просто мне интересны более серьезные темы. Если мне не хочется оживленно обсуждать что-либо, я начинаю задавать вопросы.

Многие интроверты признаются, что, когда в компании их охватывает желание спрятаться в свою раковину, они преодолевают этот порыв, переводя всеобщее внимание в другое русло. Если мне хочется закрыться от всех в момент, когда от меня ждут оживленных разговоров, я начинаю расспрашивать собеседника о нем самом. Пусть болтают те, кто любит болтать. Их ответы наверняка будут интересными. Окружающим людям есть что рассказать, и слушая их, можно узнать гораздо больше, чем болтая без умолку.

Разумеется, нужно быть осторожным и иногда все-таки вносить свою лепту в беседу, иначе твоим «допрашиваемым» действительно покажется, что они на допросе! Не бойся привнести в разговор свое мнение.

По словам многих журналистов, именно так они нашли свое призвание. Айра Гласс, ведущий популярной радиопередачи и автор подкаста «Американская жизнь», рассказывает, что любит свою работу главным образом за то, что у него есть возможность разговаривать с людьми. Проводя интервью, он умеет расположить к себе собеседника и «вытянуть» из него историю, заставить поделиться сокровенными чувствами и убеждениями. При этом Гласс не считает себя прирожденным рассказчиком. В интервью 2010 года Slate.com он сказал: «Скорее я прирожденный собеседник и прирожденный слушатель, но никак не рассказчик».

Гласс говорит меньше, чем его собеседники, но благодаря его умению внимательно слушать, задавать вопросы и дополнять собеседника своими любопытными наблюдениями его передачи никогда не бывают скучными. Способность создать для человека комфортную обстановку, выслушать и дать ему возможность рассказать самые интересные истории о себе и раскрыть сокровенные тайны — одна из многих суперсил интровертов.

Но иногда и от роли слушателя можно устать. Окружающие поделились с тобой огромным количеством информации, но где твой голос в этой беседе? Разве твои мысли не так же важны? Разве тебя не должны слушать?

Родители часто просят маленьких детей: «Объясни словами». Недавно я слышала, как отец говорил это плачущему ребенку. Он хотел помочь сыну, но не мог понять, почему тот плачет. А малыш рыдал, всхлипывал, но не объяснял, что случилось.

Люди не умеют читать мысли. Как бы тебе ни хотелось, чтобы тебя интуитивно понимали, иногда ты ждешь простого вопроса: «Что с тобой?» Но отвечать на него должен ты сам. Говорить о своих желаниях и потребностях нелегко, но это важно, и, скорее всего, реакция другого человека тебя приятно удивит.

Объясняй словами, что с тобой происходит, даже если приходится преодолевать смущение. Делись своими мыслями, идеями, чувствами. Требовать внимания к себе не признак самонадеянности и хвастливости. Ты не изменяешь себе, когда просишь, чтобы тебя выслушали. Суть дружбы — во взаимопомощи. Ты уделяешь время другу, терпеливо и внимательно слушаешь его, но в ответ должен откровенно высказать свое мнение.

Не существует одной-единственной хитрости или уловки, которая поможет найти верного друга. В этой главе я описала несколько вариантов развития событий, но главное, чтобы ты был открыт для общения и оставался собой. Твоим лучшим другом может стать новенький ученик в школе — тихоня, что незаметно стоит в уголке, — или самый шумный и популярный парень, тот самый, что однажды запрыгнул на стол в школьной столовой! Ты, с твоим умением вести задушевные разговоры и готовностью внимательно слушать, можешь стать хорошим другом каждому.

Когда я училась в средней школе, несколько подруг устроили мне на день рождения вечеринку-сюрприз. Мы общались, смеялись, слушали музыку. Было очень приятно, что девчонки так потрудились ради меня, и я была счастлива, что у меня прекрасные подруги. Но… должна кое в чем признаться. Пару раз в тот вечер я поглядывала на них и испытывала некоторое разочарование. Не поймите меня неправильно; я не разочаровалась в своих подругах, нет! Вовсе нет. Но мне казалось, что их должно быть больше. Я все думала, что, если бы кому-то другому из моего класса устроили такую вечеринку, на нее пришли бы семьдесят или восемьдесят человек, а никак не семь. Этот вечер должен был стать для меня особенным, но, хотя девчонки так старались, я чувствовала себя неудачницей, с которой никто не хочет общаться.

Вспоминая тот день сейчас, я понимаю, что расстраивалась зря. Кому-то нравится компания из шести друзей, кому-то — из шестидесяти, а кому-то и шестисот мало. И это абсолютно нормально. Когда ты только начинаешь осваиваться в обществе, трудно поверить, что все эти три варианта имеют право на существование. Но помяни мое слово: главное, чтобы у тебя были друзья, которые тебе по душе, а уж сколько их — дело десятое. И знаешь, что самое смешное? Вечеринка на семьдесят человек в моем доме мне бы совсем не понравилась!

Если ты интроверт, это вовсе не значит, что ты не можешь получать удовольствие и свободно общаться на людных вечеринках. Я, например, обожаю танцевать и иногда с удовольствием хожу на дискотеки! Но толпа нас изматывает, это факт. Классические экстраверты питаются энергией толпы и обожают шумные сборища. Мы, интроверты, более чувствительны к внешним раздражителям: яркий свет, множество лиц, десятки голосов, громкая музыка на вечеринках бывают нам неприятны. У всех людей есть внутренняя «батарейка», в зависимости от типа личности общение влияет на состояние этой «батарейки» очень по-разному. У кого-то в присутствии толпы она заряжается, а у кого-то, наоборот, разряжается. Мне хорошо знакомо чувство, когда моя «батарейка» садится, и тогда я понимаю: сейчас лучше уйти с вечеринки или сесть на диван и поболтать с кем-нибудь по душам, один на один. Так я подзаряжаюсь.

Ты можешь делать то же самое. Одна моя подруга, тоже интроверт, ходит на все вечеринки, куда ее приглашают, — а она очень популярна среди друзей, поэтому приглашают ее часто. Ей нравится компания, и все обычно рады ее видеть, но через час-два она всегда уходит, вежливо поблагодарив хозяев и попрощавшись. Никто не обращает на это внимания и не обижается — друзья просто рады, что она пришла.

К похожему трюку прибегала Дженни — девочка, которая занимается плаванием. Мы познакомимся с ней поближе в десятой главе. В детстве ей хотелось, чтобы в ее день рождения родители устраивали большой и шумный праздник, как у всех. Но стоило ее друзьям собраться, как она ощущала необходимость уединиться в ванной. Закрыв дверь, она оставалась там, пока не успокаивалась. Эти минутки в тишине позволяли ей «подзарядиться» и снова получать удовольствие от общения.

Тебе нужно выработать эффективную систему релаксации, и потом ты вовсе перестанешь переживать по этому поводу!

Если ты робеешь и теряешься на вечеринках, существует немало способов помочь себе.

Карли вспоминает, как в средней школе волновалась перед выпускным — самой шумной вечеринкой в году. Мало того что весь вечер ей предстояло отплясывать в компании одноклассников, так еще все постоянно твердили, что этот праздник должен стать «самым лучшим в ее жизни».

Выпускному придавали огромное значение. В классе все делились на группки. Спортсмены и чирлидерши, ребята, увлекавшиеся охотой, и группа Карли, которую она сама ласково называла «творческими чудаками». Карли и ее подруги со своими друзьями решили отпраздновать выпускной без лишнего шума. Встретились у нее дома и вместе поехали в школу, сфотографировались, заказали еду. Карли очень радовалась возможности провести этот вечер с самыми дорогими людьми. Она с удовольствием потанцевала, но больше всего ей понравилось то, что было позже. Они с друзьями вернулись домой, в спокойной обстановке вместе приготовили ужин и на кухне, обсудили, как славно было на выпускном.

Наш старый знакомый Дэвис тоже не любил шумные вечеринки, но со временем научился справляться со своей неприязнью. В средней школе он посещал шумные мероприятия, только если того требовали школьные правила. Как президент класса, он не мог не пойти на школьный бал, но, выполнив свои обязанности — объявив короля, королеву бала и прочих «королевских особ», — отправлялся домой, попросив родителей заехать за ним пораньше. И дело не в том, что Дэвис был асоциален — скорее наоборот. Но уже тогда, в школе, он понимал, что сборища не для него. В старшей школе он сплотил небольшую группу ровесников, которые предпочитали по выходным собираться у него дома, а не на многолюдных вечеринках; ребята играли в видеоигры и в карты. Дом Дэвиса стал для его друзей средоточием общения.

В колледже ему неожиданно помогли беседы один на один, благодаря которым у него появилось много друзей; на шумных вечеринках такого бы не произошло. Когда Дэвиса звали на подобные мероприятия, он отказывался, но тут же предлагал пригласившему его человеку сходить куда-нибудь на следующий день — выпить кофе или посетить новую выставку. Таким образом он давал понять, что не прочь пообщаться, но не любит шумных сборищ. Как правило, люди соглашались, причем эти вылазки понравились не только интровертам. Дэвис пришел к выводу, что даже самым общительным одноклассникам, тем, кто обожал вечеринки, которых он так старался избегать, нравилось проводить время один на один. Это было что-то новенькое по сравнению с обычными тусовками большой компанией.

В конце концов у Дэвиса завязалась крепкая дружба со многими людьми, хотя он не побывал с ними ни на одной вечеринке. Это был его выбор, и он знал, что никого не обидел и не нажил себе врагов. И все же кое-что вызывало беспокойство. «Я боялся, что, если не стану ходить на вечеринки, никто не узнает, кто я такой».

Дэвис вовсе не стремился к популярности, просто не хотел оставаться невидимкой. Однако волновался он зря. К концу первого года обучения он шел по кампусу с одним из своих друзей и по пути здоровался со всеми знакомыми. «Эй, Дэвис, — заметил его друг, — да ты тут каждого второго знаешь!»

«Ты о чем?» — не понял Дэвис.

«Мы только что прошлись по улице, и каждый второй оказался твоим знакомым!»

Год спустя случайное наблюдение приятеля подтвердилось. Дэвис решил принять участие в конкурсе талантов и показать свои фокусы. Победителя выбирали зрители. Когда конкурс подошел к концу, Дэвису аплодировали громче и дольше всех. Он оглядел толпу — в зале собралось около пятисот человек — и увидел, что аплодировали ему не незнакомые люди; все они были его друзьями. Настоящими друзьями, а не виртуальными «френдами», не теми, кому ты мимоходом киваешь на вечеринке. С этими ребятами он говорил о жизни, о любви и обо всем прочем. Глядя на сидевших в зале, Дэвис понял: он не невидимка. Половину зала составляли его хорошие друзья.

Со стороны казалось, что Ноа, молодой режиссер из Батон-Руж, штат Луизиана, всегда был душой компании и обожал травить байки. В обществе он явно чувствовал себя как рыба в воде. Но спустя некоторое время у него возникало сильное желание сбежать от толпы и побыть в одиночестве. В средней школе Ноа водил компанию с геймерами. Ребята резались вместе в игры либо сидели в одной комнате, но каждый был увлечен своей игрой: один на планшете, другой на телефоне, а третий на Xbox. В девятом классе все изменилось — парни начали встречаться с девчонками, старая дружба разладилась. С каждым из друзей Ноа общался по-прежнему, но компания развалилась. У него появилось много дополнительных занятий: он вел школьную онлайн-газету и пел в хоре. Везде у него появлялись новые знакомые, но он никогда не ощущал с ними прочной связи.

«Я бывал то здесь, то там, порхал от одной группы к другой, как бабочка. У меня были хорошие друзья, но не было лучших. На вечеринках, пока все знакомились, влюблялись и заводили друзей на всю жизнь, я всегда чувствовал себя неуютно. Помню, однажды, вернувшись домой после вечеринки, я заснул, чувствуя себя ужасно одиноким. Но к одиночеству примешивалась надежда. Я подумал о том, что в будущем смогу найти свое место в жизни и не буду один».

Почему-то считается, что люди таковы, какими преподносят себя в соцсетях, — вечные весельчаки, хорошо приспособленные к жизни «улучшенные версии» себя. И что средняя школа и старшие классы — лучшие годы жизни, ведь в этот период происходит все самое интересное — первые вечеринки, первая любовь. Правда в том, что «лучшее время» у каждого человека свое. Многие (в том числе и я) считают, что лучшие годы, когда нам хорошо в обществе других людей, — это время учебы в колледже или даже позднее. Нет никаких правил, диктующих, как следует общаться в школе, как и правил, указывающих, кого считать самым крутым. Ты поймешь, что тебе ближе, даже если твои представления об идеальном общении сильно отличаются от того, что ты видишь в кино и по телевизору.

Нашей знакомой Лори тоже не нравились шумные сборища. Она решила самостоятельно организовывать камерные мероприятия и придумала рисовальные вечера. Больше всего на свете ей нравились занятия на курсах живописи. Вместе с ней там учились несколько девочек, а само обучение стало приятной передышкой по сравнению с шумным классом, где все соревновались друг с другом за лучшие оценки. В начале года большинство будущих художников не знали друг друга, но со временем подружились. Как-то раз Лори и одна из ее близких подруг решили порисовать вместе. Вскоре к ним присоединились другие девочки, и рисовальные вечера стали проходить каждую неделю.

Они встречались примерно в семь часов вечера и рисовали до полуночи. Иногда готовили задания по программе курсов, но оставляли время и на отдых. «Мы слушали музыку, — вспоминает Лори, — лакомились всякими вкусностями. Разговаривали по душам. Бывало, что отвлекались от рисования, просто жевали что-нибудь да говорили о жизни». Со временем девочки с художественных курсов стали ее самыми близкими подругами.

Если мысль о вечеринке наводит ужас, никуда не ходи — имеешь право. Всем время от времени хочется побыть в одиночестве. Иногда нужно переступать через себя, но не забывай: у всего свои пределы и себя нужно беречь. К сожалению, некоторые на вечеринках курят, пьют или балуются травкой, так как это помогает им расслабиться. Со временем подобные «увлечения» перерастают в зависимость. Так случилось с Питером — студентом-интровертом из Оберлина, штат Огайо. Чтобы на вечеринке побыть в одиночестве, он то и дело выбегал покурить. Если ты чувствуешь, что можешь расслабиться лишь после дозы алкоголя или наркотиков, пожалуйста, поговори с кем-нибудь из взрослых, кому ты доверяешь. Поверь, существуют гораздо более безопасные способы снять стресс.

К тому же алкоголь и марихуана действуют как транквилизаторы, то есть эйфория, которую они вызывают, быстро сменяется депрессией и беспокойством. Не хочу показаться занудой, но факт остается фактом: алкоголь и наркотики опасны. Есть более надежный метод: учиться быть собой, постепенно осваиваться со своими особенностями, понимать, в каких ситуациях тебе комфортно и как действовать в остальных случаях.

Не все вечеринки хороши, даже если ты устраиваешь их сам. В жизни тебя будут часто приглашать повеселиться туда, где ты, возможно, почувствуешь себя некомфортно. Но есть способы справиться с этими неприятными моментами и получить максимум удовольствия даже от шумного праздника. Вот несколько советов.

ВОЗЬМИ С СОБОЙ ПРИЯТЕЛЯ. Когда от приглашения на вечеринку не отвертеться, возьми с собой хорошего знакомого. По возможности встреться с ним заранее. Входить в помещение, где полно веселящихся людей, гораздо проще, когда с тобой приятель или даже два (к тому же вам незачем искать друг друга в толпе!).

ДОГОВОРИСЬ О ПОБЕГЕ. Установи подходящий лимит времени, например час, и сообщи родителям, чтобы ждали от тебя сообщения в назначенное время. Если к тому моменту тебе покажется, что ты устал, попроси заехать за тобой.

ОТ КРАЯ К ЦЕНТРУ. Придя на вечеринку, дай себе время привыкнуть к шуму и толпе. Побудь немного в уголке комнаты: там обычно спокойнее, чем в центре, где больше всего людей.

СОЗДАЙ ВОКРУГ СЕБЯ «ПУЗЫРЬ». Поначалу постарайся сузить круг общения до небольшой группы друзей или даже начни разговаривать с кем-нибудь один на один. Не думай о том, что творится за пределами твоего «пузыря»: кто чем занят, о чем говорят. Сосредоточься на своих друзьях и позволь себе акклиматизироваться, прежде чем броситься в гущу толпы.

СДЕЛАЙ ПАУЗУ. Когда почувствуешь усталость от шума и толпы, уединись в ванной или в тихом уголке, чтобы расслабиться и «подзарядить батарейки». Всего несколько минут тишины и покоя помогут интроверту.

ЗАДЕРЖИСЬ ЧУТЬ ДОЛЬШЕ. Попробуй пробыть на вечеринке лишних полчаса после того момента, когда тебе захотелось сбежать. Возможно, преодолев первоначальный дискомфорт, ты поймешь, что на самом деле тебе весело, и затеешь разговор с людьми, которые окажутся на удивление приятными собеседниками.

СДЕЛАЙ САМ. Устраивая праздник, не чувствуй себя обязанным все делать «как принято». Если тебе нравится проводить время с несколькими хорошими друзьями, ограничь число приглашенных. Не стоит стыдиться того, что твоя вечеринка немноголюдная и камерная. Многим как раз такие и нравятся!

СТАНЬ ОРГАНИЗАТОРОМ. Если тебе надоело, что тебя вечно затаскивают на шумные сборища, пригласи знакомых заняться тем, что нравится тебе, например сходить в пиццерию или покататься на велосипеде. Твоим друзьям и самим наверняка захочется сменить обстановку.

СКАЖИ «НЕТ» НАРКОТИКАМ. Чтобы расслабиться, тебе не нужны искусственные стимуляторы. Верь себе, держись подальше от опасных людей и ситуаций и береги свое здоровье.

ЛЮБОПЫТСТВУЙ И СОПЕРЕЖИВАЙ. Каждый человек может рассказать что-то интересное и поделиться своим взглядом на мир. Знакомясь с новыми людьми и испытывая неловкость, не зная, о чем бы поговорить, брось себе вызов: попробуй узнать, чем интересен твой собеседник. Помни, что даже у самого крутого парня в школе или у того, кто внушает страх, есть свой внутренний мир и свои переживания. Даже если ты никогда не выяснишь, что беспокоит твоего собеседника, знай — у него наверняка есть проблемы, как и у всех. Не забывай об этом, и тогда ты сможешь с открытым сердцем и со всей душой встречать каждого человека на своем пути.

Представь такую картину: сидишь ты на диване в пушистом свитере, поблизости — тарелка с вкусняшками. Может быть, читаешь захватывающий роман или загружаешь следующую серию любимого сериала, решив устроить себе киномарафон. А может, просматриваешь смешные картинки в интернете или собираешься перейти на новый уровень в компьютерной игре. Субботний вечер, ты рада, что можешь побыть в одиночестве. И вдруг — динь! Оповещение на телефоне: кто-то из твоих знакомых разместил фото в Instagram в компании ваших общих друзей. Они, судя по всему, на каком-то веселом мероприятии, смеются и счастливы.

И ты сразу расстраиваешься. Чем же они заняты? Что, им правда так весело? Если да, значит, в понедельник только и разговоров об этом будет! А почему тебя там нет? Хотя всего минуту назад ты была довольна и счастлива, тебя вдруг охватывает беспокойство: а нормально ли тихо сидеть дома, пока другие веселятся?

Это классический пример синдрома FOMO — Fear of Missing Out, что переводится как «боязнь пропустить что-то важное». Нас, интровертов, естественным образом тянет к более спокойному, камерному времяпрепровождению. Мы понимаем, что и в нашем тихом уголке может быть красиво и здорово. Но стоит увидеть в соцсетях фотографии школьных компашек, отрывающихся на шумных вечеринках, нам начинает казаться, что настоящая жизнь бурлит где-то вдали от нас.

Соцсети усиливают ощущение того, что ты чужой на этом празднике жизни. Даже если тебе нравится сидеть дома по вечерам, глядя на то, чем занимаются в субботний вечер другие, ты невольно задумываешься — а правильно ли живешь? Взять, к примеру, Лолу — девочку интровертного склада, которая дружит с популярными ребятами из школы. Она любит друзей, но ей часто кажется, что они ждут от нее большей контактности, причем как в личном общении, так и в интернете. Смартфон стал для нее источником стрессов: в нем куча сообщений, все хотят, чтобы она посмотрела, чем занимаются другие, и призывают ее участвовать.

«Если я запираюсь дома, мне кажется, что я пропускаю что-то важное. Мои подруги общаются в Instagram с симпатичными парнями, и я им немного завидую. Но мне хочется встречаться с людьми лицом к лицу. Я разрываюсь на части, потому что мне нравится “старомодное” общение офлайн, а это же вчерашний день. Немногие разделяют мою приверженность такому “странному” способу общаться! С одной стороны, я хочу быть активной онлайн и общаться с людьми, а с другой — меня это расстраивает. В интернете я постоянно вижу, что кто-то занят более интересными вещами, чем я».

Сейчас Лола учится в выпускном классе и все реже испытывает сожаление. Она решила, что не станет жалеть о том, будто что-то упускает — ведь она абсолютно счастлива и делает то, что нравится! А с помощью соцсетей поддерживает контакт с друзьями. Они переписываются, посылают друг другу фото, благодаря чему она уже не чувствует себя чужой, а наоборот, как бы подключается к происходящему. Соцсети становятся инструментом общения, позволяя интровертной девочке оставаться собой.

Когда же страх что-то пропустить накатывает снова, Лола использует такой прием: «Когда я занимаюсь чем-то для себя — сижу в комнате и слушаю музыку, катаюсь на скейте, я просто перевожу телефон в режим “полета” и перестаю волноваться, что упускаю что-то важное».

У соцсетей, несомненно, масса преимуществ. Колби, студент-интроверт, который учится в школе-интернате, пришел к выводу, что соцсети помогают ему выбраться из своей раковины. «В Facebook мне проще общаться, — рассказал Колби, — особенно в групповых чатах, когда мы вместе что-то планируем. Я просматриваю чат, здороваюсь со всеми, назначаю встречи. Меня приглашают на мероприятия, о которых я вряд ли бы узнал где-то еще». Там он познакомился с людьми, которые стали его близкими друзьями. Ему нравится, что в Facebook можно посмотреть, кто еще собирается на это мероприятие: становится понятно, пойдут ли друзья. Такая возможность соцсети помогла ему расширить круг общения.

Ноа тоже считает, что у Instagram и других соцсетей много преимуществ. Соцсети для него не только способ узнать о новостях друзей, но и возможность поделиться тем, что ему небезразлично, например поговорить о кино. «Я уже не использую соцсети, чтобы показать, как круто я выгляжу, и похвастаться. Мне интереснее рассказывать о своих увлечениях». И в шутку добавляет: «Ну и фото милых котиков никто не отменял!»

Ноа прав. Нам, интровертам, которые не очень любят групповые занятия, проще рассказывать о своих увлечениях в интернете. А приложения и соцсети — отличный способ поведать об этом всему миру! Например, Лола начала публиковать в Tumblr свои коллажи и была поражена количеством восторженных отзывов. Она познакомилась со множеством молодых амбициозных художников, которые делились своими работами. Многие девушки стали ее подругами по переписке, только они не пишут письма от руки, а обмениваются сообщениями «в личке».

Что, если у тебя есть особое увлечение, которое не разделяет никто из твоих знакомых в школе и по соседству, и ты хотел бы познакомиться с людьми схожих интересов, которые могли бы чему-то тебя научить? Что, если в твоей школе нет людей твоей расы или культуры, а тебе хотелось бы поговорить с теми, кто тебя понимает? Многие ребята признавались мне, что в повседневной жизни чувствовали себя одинокими, но потом нашли в интернете сообщества похожих людей и испытали огромное облегчение. Теперь они могли смело и открыто обсуждать важные вещи, такие как расизм и буллинг.

В отличие от школы, интернет дает интровертам отличную возможность высказаться. Здесь не нужно соревноваться с другими, чтобы твой голос услышали. Соцсети помогут найти поддержку: многие подростки признавались, что в минуты сомнений, когда им казалось, что окружающие их не ценят, лайки в Facebook и Instagram придавали им уверенности в себе. Конечно, нет ничего хорошего в том, что твое состояние полностью зависит от количества лайков и репостов, но, как сказал Ноа, делиться чем-то важным очень приятно, особенно если ты стесняешься сказать об этом вслух в реальной жизни.

Действительно ли интроверты более общительны в сети? Может, в соцсетях мы примеряем экстравертную ипостась? Уже несколько лет психологи пытаются выяснить, одинаково ли ведут себя люди в интернете и реальной жизни. Ученые проанализировали профили и группы студентов колледжа в Facebook. Оказалось, что у экстравертов больше постов, фотографий и друзей, они стремятся взаимодействовать и чаще ставят лайки и пишут комментарии. Интроверты в основном занимают позицию наблюдателя. Другими словами, в интернете экстраверты и интроверты вполне верны себе.

Многие интроверты, с которыми я общалась, признались, что редко публикуют посты, но часто проверяют, что написали другие, и общаются с друзьями в чатах. Социальные сети — способ поддержать и даже укрепить реальные дружеские отношения. В 2012 году группа ученых из Калифорнийского университета в Ирвине обнаружила похожие тенденции, изучив, как подростки используют онлайн-ресурсы для общения. Ученые опросили 126 старшеклассников по поводу общения в соцсетях и выяснили, что большинство ребят в реальной жизни и в интернете общались с одними и теми же людьми.

Ноа — исключение из правила: через интернет он подружился с ребятами со всего света, хотя никогда не встречался с ними. «Я не ожидал, что заведу так много знакомств с людьми в популярных многопользовательских онлайн-играх (MMORPGs, EverQuest и World of Warcraft). Ты играешь сразу с тысячами людей, и у всех есть аватарки. Мне всегда нравились сюжет и креативность самих игр, на этой основе мы и сдружились». В отличие от отношений с одноклассниками, с которыми Ноа всегда стремится быть крутым и постоянно хохмить, виртуальная дружба приносит ему меньше дискмофорта.

У интернет-дружбы есть плюсы и минусы. Согласно исследованиям, виртуальные друзья могут служить реальной поддержкой, но также стать препятствием для дружбы в «настоящей» жизни. В ходе работы над книгой я встретила четырнадцатилетнего парня, который состоял в виртуальном отряде в военной онлайн-игре вместе с другими мальчиками со всей страны. Хотя он называл их лучшими друзьями, они никогда не разговаривали о том, что происходит в реальном мире, и он не планировал встречаться с ними лично. И даже не знал, как зовут некоторых из них на самом деле!

Всегда помни о том, что большинство людей показывают в интернете «отполированную» версию своей жизни. Подумай о том, что люди публикуют в Instagram: фотографии из отпуска, фото вкусной еды или видео с вечеринки в окружении смеющихся друзей. Никто не станет делиться тем, как он ест кашу в пижаме воскресным утром, публиковать фотографии, где ему одиноко или некомфортно. Если ты станешь судить о людях только по соцсетям, никогда не увидишь их уязвимыми и не поймешь, что у всех, даже у экстравертов, бывают проблемы, как и у тебя!

Детский психолог Эйми Йермиш советует пациентам внимательно анализировать свою дружбу. Если она ограничивается компьютерными играми или общением в интернете, вы многого лишаетесь. Друг в интернете — друг лишь отчасти. Истинные, глубокие отношения подразумевают личные и общественные связи, которые налаживаются лишь тогда, когда вы в реальной жизни сидите напротив друг друга и разговариваете — скажем, за чашкой чая. Йермиш советует пациентам воспринимать интернет-друзей так же, как и реальных: искать тех, кто со временем станет настоящим другом. Старайся думать об онлайн-сообществах — от Facebook до игр — не как об отдельных мирах, но как о способе укрепить дружбу в реальном мире.

Скажу честно: поскольку интернет доступен всем и каждому, в нем полно неприятных людей, преступников и тех, кто может унизить и обидеть тебя. Будь осторожен в своих высказываниях и не доверяй незнакомцам. Я не стану читать тебе мораль, но прошу: следи за тем, какие сведения о себе ты раскрываешь в интернете. Помни, что всегда существует вероятность, что кто-то поделится твоей фотографией или видео без твоего разрешения. Убедись, что не отправляешь в чат или не выкладываешь фотографию, которую не хотел бы показывать незнакомым людям или одноклассникам. Какой бы смелой и открытой ни была твоя онлайн-личность, не забывай о безопасности!

Порой мы не можем удержаться от того, чтобы не сравнивать себя с другими, взяв за критерий количество подписчиков в Instagram или друзей в Facebook. Будь у нас в школе Instagram, я бы страшно переживала из-за этого! Даже без соцсетей, чатов и прочего нам часто кажется, что у нас слишком мало друзей. Ученые опросили студентов колледжа и выяснили, что те, у кого больше подписчиков в соцсетях, ощущают себя более счастливыми. Они действительно верят, что все их «цифровые» друзья в Facebook поддерживают их.

Робби из Нью-Гэмпшира считает, что зацикленность на френдах и подписчиках в соцсетях не что иное, как виртуальная версия извечного школьного деления на «популярных» и «непопулярных». Для него эти цифры ничего не значат: он ценит более глубокие личные отношения. Друг — тот, с кем можно поделиться не только успехами и прикольными шутками, но и неудачами и разочарованиями.

Многие ребята-интроверты, которых я знаю, разделяют взгляды Робби, но все равно ценят преимущества общения в мессенджерах и соцсетях. Если задуматься, это же замечательно, что у людей, которым иногда неловко высказывать свое мнение вслух, есть возможность озвучить его. В школе Робби часто бывает погружен в свои мысли или слишком нервничает, опасаясь критики, поэтому не спешит сыпать шутками. Вот что он говорит об этом: «Когда я был помладше и в компании кто-то начинал хохмить, я придумывал, как бы посмешнее ответить. Но прежде чем открыть рот, думал: “А это правда остроумно? А вдруг моя шутка покажется странной?” А потом оказывалось слишком поздно отвечать».

Когда у Робби есть время поразмыслить над ответом, он придумывает что-то действительно смешное и остроумное и отправляет сообщение или оставляет коммент. С одной стороны, ему нравится, что в интернете он более открыт и чувствует себя уверенно. «Все так просто, когда слова — просто символы на экране», — рассуждает он. В интернете он не стесняется рассказывать друзьям, о чем думает, и раскрыть ту сторону своей натуры, показать которую в обычной жизни не получается.

Но больше всего ему хочется так же шутить в реальной жизни, глядя друзьям в глаза. Поэтому он решил уделять соцсетям меньше времени. «Раньше я очень сильно полагался на Facebook и мессенджеры, но если все время опираться на эти “костыли” в общении, можно разучиться общаться в реальной жизни. Не хочу, чтобы меня считали не таким, какой я на самом деле, и не хочу ошибаться насчет окружающих».

Робби решил стать в реале таким же уверенным и остроумным, как в интернете, где ему это давалось легко. Он начал играть в рок-группе и выступать на сцене, что очень помогло ему. Робби также устроился кассиром в местный супермаркет на летние каникулы накануне выпускного класса. Это стало для него важным шагом. Весь день он обменивался с покупателями обычными репликами на повседневные темы, что придало ему уверенности в общении. «Сто раз в день мне приходилось говорить с людьми ни о чем! Раньше такие разговоры ужасно меня смущали, но теперь все изменилось». Такой опыт научил Робби тому, что главное — практика. «Одной лишь силой воли уверенность в себе не укрепишь. Практика очень важна».

Но, оставаясь классическим интровертом, после целого дня общения Робби ощущал психологическую усталость. Чтобы восстановиться, ему необходимо было уединиться в своей комнате, послушать Daft Punk и, конечно, зайти на Facebook!

Все пользуются соцсетями по-разному. Их можно любить или ненавидеть, и если тебе не нравится интернет-тусовка, вовсе не обязательно становиться ее частью. Для многих застенчивых интровертов интернет — идеальная возможность наладить контакт с людьми, не испытывая стрессов от общения лицом к лицу. Кому-то интернет-общение кажется ненастоящим. Помни: каким бы ты ни был в реальной жизни, твоя настоящая личность столь же замечательна, как и виртуальная. Эти несколько советов помогут освоиться в странном и захватывающем мире соцсетей.

5 марта 1975 года. Холодный промозглый вечер в Калифорнии. В гараже собрались тридцать инженеров. Они называли себя «домашним компьютерным клубом», это была их первая встреча. Цель они себе поставили непростую: сделать компьютеры доступными для всех. (В то время большинство компьютеров работали очень медленно и были размером с автомобиль, к тому же они стоили дорого, иметь их могли позволить себе лишь университеты и крупные корпорации. Так что задача перед собравшимися стояла амбициозная.)

В гараже было зябко, но, несмотря на вечернюю прохладу, дверь не закрывали, чтобы опоздавшие могли беспрепятственно зайти. Одним из них стал нерешительного вида юноша лет двадцати четырех с волосами до плеч, каштановой бородой и в очках, разработчик инженерных калькуляторов в компании Hewlett-Packard. Хотя ему нравилось находиться среди единомышленников, в гараже он ни с кем не обменялся ни словом — слишком смущался. Парень взял себе стул и стал молча слушать. Остальные восхищались новым компьютером «Альтаир 8800», недавно попавшим на обложку журнала «Популярная электроника». Это был еще не вполне персональный компьютер, к тому же достаточно сложный в использовании, и мог понравиться лишь тем, кто не прочь собраться в гараже дождливым вечером посреди недели, чтобы поговорить о микросхемах. Но сама встреча стала важным шагом к труднодостижимой цели.

Юноша по имени Стив Возняк — друзья называли его Воз — слушал про «Альтаир», затаив дыхание. Он увлекался электроникой с трехлетнего возраста. В 11 лет прочитал журнальную статью: в ней говорилось о первом компьютере ЭНИАК[9] (сокращение от «электронный числовой интегратор и вычислитель»). С тех пор он мечтал собрать подобную машину, но небольшую и несложную, которой можно было бы пользоваться дома.

В тот вечер он вернулся домой и сделал первый набросок персонального компьютера с клавиатурой и экраном — довольно похожего на те, что мы используем сегодня. И у него возникло ощущение, что Мечта — для него это всегда была Мечта с большой буквы — когда-нибудь станет реальностью.

Три месяца спустя он сконструировал прототип персонального компьютера, а еще через десять месяцев они со Стивом Джобсом основали Apple.

Ты наверняка знаешь Apple как компанию, создавшую айфон, айпад и макбук. Покойный Стив Джобс был более общительным человеком, чем Воз, и в конце концов стал лицом компании. В Кремниевой долине его знали не только как гениального программиста, но и как прозорливого бизнесмена и харизматичного оратора. Однако компания Apple родилась из партнерства Джобса и Воза. Именно Воз придумал первый компьютер Apple и сделал это тихо, «за кулисами». Джобс и Воз создали бренд Apple вместе, хотя представляли собой два разных типа личности — экстраверта и интроверта.

Когда я читала воспоминания Возняка о работе над первым персональным компьютером, меня больше всего поразило, что он все время работал один, почти всегда в своем крошечном кабинете в Hewlett-Packard. Он приходил туда около половины седьмого утра и читал технические журналы, изучал руководства к микросхемам и продумывал дизайн. После работы шел домой, готовил ужин и снова ехал в офис, где работал до глубокой ночи. Для него эти периоды — тихое ночное бдение и уединение в утренние часы — стали потрясающим временем, когда он чувствовал себя полным энергии. Его усилия не прошли даром: 29 июня 1975 года, приблизительно в десять вечера, он закончил конструировать прототип своей машины. Нажал на клавиши клавиатуры, и на экране появились буквы. Это был прорыв, о котором каждый из нас может только мечтать. И в тот момент Воз был один.

В такие минуты многим хотелось бы отпраздновать успех с друзьями, но Воз предпочитал одиночество. Его изобретение перевернуло мир технологий, а объединившись с экстравертом, который создал компанию на основе его изобретения, он представил свою работу общественности. Без Стива Джобса не было бы Apple, это мы знаем, но компании не было бы и без Стива Возняка.

Мой муж — открытый, общительный экстраверт. Мы дополняем друг друга: это замечательно и проявляется в самых неожиданных ситуациях. Когда твоим другом и партнером становится человек противоположного темперамента, это окрыляет. Именно так чувствовал себя наш знакомый Дэвис перед выборами президента класса, когда его поддерживала двоюродная сестра Джессика из команды чирлидеров.

А вот история Джеймса и Брайана, учеников, объединившихся, чтобы вместе занять президентский пост в студенческом совете частной школы Манхэттена. Вот как все происходило.

В детстве Джеймс часто играл один, и это вполне удовлетворяло его. Он не был асоциальным — напротив, дружил со многими ребятами, но порой хотел в одиночестве поиграть со своими игрушками и покемонами. В начальной школе Джеймс собрал футбольную команду и стал тренером, хотя эта роль ему не совсем подходила — он стеснялся выкрикивать указания членам команды. Тренер советовал ему высказываться почаще, но, сколько Джеймс ни пытался, это никогда не давалось ему легко.

С трех лет Джеймс ходил в одну и ту же школу. Учился он отлично, однако в его дневнике часто появлялось замечание «редко отвечает на уроках» — та же проблема, о которой говорил тренер по футболу. Но на выпускном в средней школе произошел случай, который помог Джеймсу занять более активную позицию. Семьи и друзья учеников собрались под большим тентом, и учителя объявили, кого награждают за отличную учебу по тому или иному предмету.

Джеймс знал, что в том году очень хорошо показал себя на уроках французского, и когда его назвали лучшим учеником в классе, это не стало для него неожиданностью. Однако через несколько минут он снова услышал свое имя. На сей раз его назвали лучшим по истории. «Две награды? Я был в шоке», — вспоминает он. И одноклассники — тоже. Хотя они знали Джеймса десять лет, из-за его стеснительности мало кто догадывался, что он отлично учится! Ребята подходили к нему, поздравляли и признавались, что даже не подозревали о его академических талантах.

Такое признание подкрепило уверенность мальчика в себе, и Джеймс немного осмелел. Он захотел активнее участвовать в общественной работе, чтобы помочь развитию школы. С этой целью он решил выставить свою кандидатуру на выборах президента класса. Конечно, парень очень боялся. Он, который стеснялся даже выкрикивать команды на футбольном поле, возглавит коллектив умных, амбициозных учеников? Для Джеймса это выглядело настоящим вызовом. К тому же имелась одна загвоздка. В школе президентов класса выбирали парами, и они исполняли свои обязанности вместе. Если он решил баллотироваться, нужно было найти товарища.

Им оказался Брайан. Брайан учился в той же школе с детского сада, но они с Джеймсом подружились лишь недавно, в летнем лагере. Ребята часто сидели на берегу озера и болтали о спорте, девчонках и жизни. С наступлением осени стали вместе обедать в школьной столовой и общаться в интернете после уроков. Брайану всегда казалось, что Джеймс из «популярных» ребят, поскольку тренирует футбольную команду. А себя он считал ботаником. Такие ребята, как Брайан, предпочитают в свободное время читать National Geographic, а не гонять мяч.

На первый взгляд могло показаться, что Брайан должен быть стеснительнее футболиста Джеймса, но вышло по-другому. Брайан обожал находиться в центре внимания. В классе он всегда первым тянул руку, а в групповых проектах стремился стать лидером. Они с Джеймсом представляли собой полные противоположности. Брайан был выше Джеймса на целых 20 см! И любил поболтать. На выпускном в средней школе его друг выиграл две награды отличия, но именно Брайана другие ученики выбрали, чтобы выступить с речью. Он стремился быть на виду. Джеймс, напротив, предпочитал тихо работать в тени. И вот настал момент, когда главной темой разговоров стали выборы президентов класса. Чем чаще Брайан с Джеймсом обсуждали эту тему, тем больше приходили к выводу, что они идеальная пара кандидатов.

Но сам процесс выборов ужасно пугал Джеймса. Он уже проработал свою платформу и надеялся, что, если его изберут, школа расширит программу общественной деятельности. Однако мысль о том, что придется уговаривать одноклассников проголосовать за него, напрягала его очень сильно. Ему казалось, что «продавать» себя глупо и неискренне, да и окружающие подумают, что он хочет стать президентом ради положительной характеристики, которая поможет ему попасть в хороший колледж. Но Джеймс не отступал, и вскоре стало ясно, что эти страхи необоснованны. Он рассказывал о своих планах в разговорах один на один или перед небольшими группами учеников, и те его слушали. Он даже не пытался произвести какое-то особенное впечатление, но у него сложилась репутация честного человека, увлеченного своим делом. Одноклассники доверяли ему и думали, что раз уж этот тихоня решился заговорить, то ему есть что сказать. Джеймс явно не просто стремился быть в центре внимания. Он выставил свою кандидатуру, потому что действительно хотел взять на себя ответственность за дела студенческого совета.

Джеймс репетировал свою речь, наверное, миллион раз, зная, что, в отличие от своего товарища-экстраверта, он не в состоянии запросто встать перед всеми и начать импровизировать. Шагая к сцене, он боялся, что у него ничего не выйдет, но стоило ему заговорить, как он сразу почувствовал себя более уверенно. «Зрители хорошо принимали меня, и я подумал: «Кажется, все получается!»

К своему восторгу, Джеймс и Брайан победили на выборах.

В первое время Брайану было нелегко понять своего немногословного партнера. После выборов президенты начали организовывать собрания учеников, где каждый мог поделиться идеями и обсудить различные предложения. Перед собраниями Джеймс с Брайаном встречались и обсуждали повестку дня. В ходе этих бесед один на один Джеймс фонтанировал идеями, но стоило собраться всем вместе, он менялся на глазах. Брайан становился во главе стола и направлял беседу, активно участвовал в спорах, а Джеймс не произносил ни слова. Другие ребята недоумевали — в чем его вклад? Участвует ли он в обсуждении вообще? Даже сам Брайан усомнился в друге. «Он стал немного раздражать меня. Я даже несколько раз попросил его быть более активным. Но потом понял, что главное не в том, чтобы говорить и делать больше других. Главное — чтобы каждое твое слово и действие было продуманным».

Постепенно Брайану стало ясно, что Джеймс тоже взаимодействует с другими ребятами, только по-своему. Он беседовал с каждым один на один и общался не только с одноклассниками и друзьями. У ребят часто возникали неплохие идеи, и Джеймс пересказывал их Брайану. К примеру, Брайан пытался добиться освобождения от занятий на один день, чтобы полностью посвятить его общественной работе. Но не все согласились. В то же время один ученик предложил Джеймсу провести день отдыха от занятий. Он решил, что школьникам, которые постоянно соревнуются друг с другом за хорошие оценки, не мешает расслабиться и хотя бы один день не конкурировать между собой и не корпеть над учебниками. Идея пришлась Джеймсу по душе. Он поделился ею с Брайаном и добавил, что ребятам из разных классов стоило бы узнать друг друга получше. Брайан вынес предложение на всеобщее обсуждение. И на этот раз все с ним согласились. Тогда он понял, что у товарища просто другая роль. Пусть Джеймс не будет выступать на собраниях, зато он всегда готов выслушать их участников и обычных ребят в школьных коридорах.

Брайан начал лучше понимать Джеймса. «Раньше я не видел ничего плохого в том, чтобы всегда начинать говорить первым и встревать в чужие разговоры: я думал, что Джеймс поступит так же — начнет перебивать меня и громко озвучивать свои мысли, — вспоминает он. — Я не сразу понял, что такое поведение ему несвойственно. Он стесняется не только прерывать окружающих, но и заявлять о себе — у него это плохо получается. У Джеймса другой стиль лидерства».

Чем больше они работали вместе, тем очевиднее становилось, что они добиваются успеха не вопреки своим различиям, а благодаря им. «Если бы он больше походил на меня, вряд ли мы добились бы таких успехов, — замечает Брайан. — И я не хочу, чтобы он менялся. Нашей дружбе, совместной работе и мне только на пользу, что он такой сдержанный и немногословный».

Не бывает «правильных» и «неправильных» типов личности. Я подчеркиваю положительные качества тихих ребят и взрослых интровертов, потому что они часто остаются в тени, но не устаю повторять, что и у интровертов, и у экстравертов есть свои сильные стороны. Не стоит объединяться в пары лишь потому, что таким образом можно добиться большего влияния и работать более эффективно. Главное в том, что это может стать началом прекрасной дружбы. В детстве у меня всегда были друзья-экстраверты, и я многому научилась у них. Тесное общение с разными людьми способствует взрослению, личностному росту, помогает преодолевать скованность. Для экстраверта Брайана таким человеком стал Джеймс. «Здорово, что у меня есть такой друг. Если я хочу расслабиться и ни о чем не думать, он как раз тот человек, с которым это отлично получается. Мы часами можем просто играть в пинг-понг и разговаривать».

На примере Джеймса и Брайана, которые дополняют друг друга, как инь и ян, видно, что интроверты и экстраверты могут стать верными друзьями. Если ты и твой друг схожи, это замечательно, но общаться с людьми, совсем не похожими на тебя, не менее интересно, даже еще лучше! Ты сумеешь многому у них научиться.

К такому выводу пришла знакомая нам Грейс. «Две мои лучшие подруги — классические экстраверты, — говорит она. — Они из тех, кто в столовой любит переходить от столика к столику и сидеть с разными компаниями». Сначала Грейс не хватало уверенности делать то же самое. Девочка переживала, что ее неправильно поймут, особенно если учесть, что она тихоня. Но подруги помогли ей преодолеть страх перед общением с малознакомыми людьми. «Благодаря им у меня теперь гораздо больше знакомых. Мои подруги вечно куда-то рвутся: “Пойдем в бассейн! Пойдем в библиотеку! Пойдем в торговый центр! Пойдем куда угодно!”»

Не только Грейс пошла на пользу эта дружба. Девочки заметили ее и подружились с ней именно потому, что она разительно отличалась от них. Увидев преимущества «тихого» образа жизни, более общительные девчонки тоже стали меняться. Родители с восторгом рассказывали маме Грейс о том, как та уравновешивает их дочек. Без нее, в шутку замечали они, те просто улетели бы в космос от избытка энергии. Как-то раз в седьмом классе девочки собрались на тусовку большой компанией, но Грейс сказала, что останется дома. Ей хотелось провести вечер в тишине. И одна из ее экстравертных подружек, которая не пропускала ни одной тусовки, к удивлению своей матери, решила последовать ее примеру. Она сообщила остальным, что хочет остаться с Грейс.

По мнению педиатра Марианны Кудзуянакис, детей и подростков притягивают люди противоположного склада, так как те обладают качествами, которыми они восхищаются, но не могут найти в себе. Лучшей подружкой ее знакомого девятилетнего мальчика-интроверта была очень общительная девочка. Ему нравились ее раскованность и энергичность, он восхищался ее способностью запросто подойти к незнакомому человеку и заговорить с ним. Их дружба многому научила и эту девочку. «Она смотрела на него и понимала, что можно вести себя уравновешенно. Он всегда был спокоен, и это ей нравилось». Друзья вместе занимались тайцзицюань[10], и даже на тренировках было видно, что у каждого свои сильные стороны. «Она восхищалась тем, как легко ему дается медитация, словно это естественно для него, а его поражало, что эта девочка так легко находит общий язык со всеми в группе».

Несколько лет назад психолог Аврил Торн провела эксперимент по изучению социального взаимодействия между интровертами и экстравертами. В частности, она изучала, как те общаются по телефону. В эксперименте приняли участие пятьдесят две женщины; половина были интровертами, половина — экстравертами. Их разбили на пары. Многим кажется, что интроверты всегда ведут себя тихо, но исследование показало, что они говорят не меньше, чем их антиподы. (Спроси любого из моих школьных друзей: в детстве мы каждый вечер часами говорили по телефону. Тогда все так делали, ведь чатов еще и в помине не было.) В ходе эксперимента выяснилось, что когда одни интроверты разговаривали с другими интровертами, они чаще обсуждали одну или несколько серьезных тем. Когда же экстраверт попадал в пару с другим экстравертом, они могли поверхностно затронуть десятки тем, не погружаясь ни в одну достаточно глубоко. Но самое интересное начиналось, когда экстравертов ставили в пары с интровертами. Обе группы сообщили, что именно эти разговоры оказались самыми приятными. Каждый предпочитал общаться с людьми противоположного склада характера. Интроверты заметили, что с более разговорчивым человеком беседовать проще и веселее. Экстраверты пришли к выводу, что общение с интровертами глубже и серьезнее. Все дело в том, что участникам эксперимента удалось достичь равновесия и найти правильное соотношение легкой беседы и более серьезного общения.

Интроверты и экстраверты могут не только многому научиться друг у друга, но и понять, что уравновешивают друг друга. Наши советы помогут сблизиться с людьми, которые не похожи на тебя.

Для многих интровертов самовыражение — большая проблема. В этой главе мы поговорим о том, как выразить свои чувства и мысли иными способами — не только в разговоре.

Ты наверняка заметил, что с годами твои интересы развиваются, а творчество имеет множество проявлений. Рисование, сочинение музыки, программирование, идеи создания новых приложений и предпринимательство — все это способы творческого самовыражения. И их еще очень много. Творчество поистине безгранично.

Помнишь Карину из первой главы, тихоню и книжного червя, которая не любила групповые проекты? А ведь она творческая личность! Обнаружив интересную тему, она погружается в нее всем своим существом. Недавно Карина услышала, как кто-то из ее знакомых играет на гитаре, и ей так это понравилось, что она начала самостоятельно учиться игре на укулеле — маленькой гавайской гитаре. Карина наигрывает мелодии из телесериалов и сочиняет музыку к песням, слова для которых тоже пишет сама.

Но главное увлечение Карины — писательство. Сюжеты рождаются у нее постоянно! Ее любимые жанры — научная фантастика и фэнтези. Карина может часами концентрироваться на чем-то одном и подолгу сидит за ноутбуком, придумывая рассказы. Еще она рисует иллюстрации к своим книгам в тайном блокноте. Когда ей кажется, что произведение готово, она выкладывает его на сайт юных писателей. «Там другие люди могут комментировать мои рассказы. Я не хочу навязывать свое творчество и не ищу внимания. Мне всего лишь хочется, чтобы люди прочли мои рассказы, и если они им понравятся, сказали мне об этом: я не против конструктивной критики!»

В школе Карины нет отдельных уроков по искусству и писательскому мастерству, и ее преподавательница английского языка придумала мероприятие, чтобы поддержать одаренных учеников. Раз в месяц она проводит собрание, которое называется «Кофешоп». Это сцена с открытым микрофоном, к которому может подойти каждый и прочитать стихотворение, спеть песню или зачитать рэп — одним словом, выступить и поделиться тем, что умеет делать. Мероприятие неофициальное, туда приходят те, кому это действительно нравится, да и атмосфера царит соответствующая — взаимной поддержки и энтузиазма. К собственному удивлению, Карина решилась прочитать свои рассказы ребятам в «Кофешопе». Им понравилось! Поначалу она не отрывала глаз от листка бумаги. Но потом стала смотреть в зал и увидела, что друзья напряженно следят за сюжетом в особенно страшной части рассказа или смеются над умным саркастичным диалогом, который ведут ее герои. Реакция оказалась даже лучше, чем она ожидала. Ее друзья все поняли!

Учительница заметила талант Карины и предложила ей подать заявку в программу Girls Write Now («Девочки пишут сейчас») — муниципальный проект Нью-Йорка, поддерживающий одаренных девочек-подростков, которые учатся писательскому мастерству под руководством опытных наставников. Раз в месяц все участницы программы собираются на мастер-класс, посвященный разным темам — от поэзии до журналистики. Карину приняли в программу, и она поняла, что ей нравится обсуждать свои работы с другими и слушать, что те написали. Поначалу она очень нервничала, читая рассказы перед незнакомой аудиторией, но понимала, что такую ценную возможность упускать нельзя. Получать обратную связь от юных писателей, стоя перед ними, — она и не думала, что это так мотивирует!

Требуется немало мужества, чтобы поделиться своим творчеством, ведь это очень личное. Иногда кажется, что мы, интроверты, не горим желанием рассказывать о своих мыслях и талантах всему миру. Но когда мы все же делаем это, результат может стать просто потрясающим.

Джо — молодая женщина, классический интроверт, однажды села в поезд, идущий в Шотландию. Глядя на поля, где паслись коровы, она вдруг представила, что в поезде едет мальчик. И едет он в школу для начинающих волшебников. В ней он встретится с удивительными персонажами — колдунами и мифическими существами. Кто-то станет ему врагом, а кто-то — другом. Несколько лет Джо билась над своим текстом, многократно переписывала, но не сдавалась. И вот спустя годы наконец-то представила в издательство рукопись. Прошло еще два года, прежде чем ее роман опубликовали. Он назывался «Гарри Поттер и философский камень», а писательница-интроверт Джоан Роулинг впоследствии сочинила еще шесть книг о мальчике-волшебнике.

«Мы пишем всегда в одиночестве, — говорит знаменитый писатель Джон Грин. — Писатель — профессия для интровертов, которые хотят рассказать историю, но не желают при этом смотреть собеседнику в глаза».

В юности моим любимым способом самовыражения был дневник — старого образца, с замком и ключом. Да, иногда я сочиняла рассказы, но именно в дневнике писала абсолютную правду и могла признаться в чем угодно. Он существовал отдельно от остального мира, я никогда не показывала его друзьям или родным. Дневник помогал мне разобраться во всем, что тревожило меня в детские и подростковые годы. Если бы кто-то прочел его, для меня это стало бы равноценно катастрофе. Привычка изливать свои мысли на бумагу сделала меня честным автором.

Дневник необязательно должен быть тетрадкой или книгой на замке. К примеру, Мэгги ведет дневник в «заметках» на телефоне и каждый день что-то добавляет к ним. «Мне нравится записывать свои сны, чтобы они не забывались. Я пишу о своих идеях, о том, что меня волнует; чтобы не сглазить, я предпочитаю не делиться своими идеями со всем миром».

В старших классах Джаред из Калифорнии вел дневник на компьютере и писал все, что придет в голову. «Для меня это было отдушиной, — вспоминает он. — Способом выжить, когда казалось, что голова вот-вот взорвется. В основном я писал о своих переживаниях: это были очень личные мысли о людях, ситуациях, трудностях, которые я преодолевал. Для меня это был способ освободиться от напряжения». Он почти не перечитывал написанное, и, доверив дневнику свои мысли, тут же готовился ко сну. «Я писал, потом чистил зубы и ложился спать, — вспоминает он. — В голове все равно роились мысли, но уже меньше. Я словно сбрасывал груз с плеч».

Не всем нравится писать. Мэтью, застенчивый подросток из Нью-Джерси, пришел в замешательство, когда учитель предложил всему классу начать вести блог. Мэтью всегда больше интересовался математикой и естественными науками и считал, что ведение блога — очередное «писательское» задание, как, например, отзыв о прочитанной книге. Но оказалось, что можно писать о чем угодно. Мэтью установил в своем блоге заставку из видеоигры «Легенда Зельды» и сразу почувствовал себя более комфортно. «Задание оказалось гораздо более творческим, чем я предполагал. И это стало для меня возможностью высказаться», — рассказывает он.

Как правило, на уроках Мэтью сидел тихо. Он внимательно слушал, но не успевал вовремя сформулировать ответ и чувствовал себя неуверенно в ходе дискуссии. В результате ему редко удавалось поделиться своими соображениями или рассказать об увлечениях. В блоге у него появилась такая возможность. Здесь можно было поведать обо всем не спеша. Он мог писать с удобной для него скоростью. Например, один из постов был посвящен его увлечению корейской поп-музыкой. Мэтью опубликовал видеоклип на любимую песню, и несколько человек прокомментировали этот пост. Одна девочка из его класса написала, что тоже любит такую музыку, и они начали обмениваться сообщениями. «Мы с ней почти не знали друг друга, но разговорились, что вряд ли случилось бы в реальной жизни, — вспоминает Мэтью. — Потом мы очень подружились».

В конце учебного года Мэтью написал о том, как ему понравилось вести блог, и пошутил, что блогерство — часть всемирного заговора по превращению интровертов в экстравертов. Но, разумеется, экстравертом он не стал. Его личность не изменилась. Он всегда обладал чувством юмора и умел непринужденно общаться, но только блог стал для него подходящей средой, в которой он сумел раскрыться.

Джейдену двенадцать лет, у него очень развито воображение, но иногда ему трудно донести до окружающего мира все, что происходит у него в голове. Ему хотелось бы делиться своими фантазиями с окружающими, не лишая себя возможности помечтать в одиночестве.

Уравновесить эти два стремления помогло рисование. Джейдену особенно нравится создавать фантастических существ, например драконов. Он придумывает сюжеты для рисунков всюду: и на уроке математики в школе, и даже катаясь на скейте. А вернувшись домой, переносит идеи на бумагу. «Недавно я нарисовал пейзаж с фантастическим водопадом, единорогом и грифоном, — рассказывает он. — Друзья сказали, что рисунок потрясающий. Среди моих друзей много художников, и мы стали показывать друг другу свои работы. Мне это нравится, ведь не каждый способен понять, что происходит в моей голове».

А для Джулиана творческой отдушиной стала фотография. Вот как он об этом говорит: «Раньше, когда я просматривал Instagram, мне казалось, что я где-то в стороне и мне далеко до крутых ребят и того, чем они занимаются. А потом я понял, что необязательно залипать в телефоне и прокручивать чужие фотографии. Я сам мог бы научиться классно фотографировать». Джулиан и его лучший друг Андре решили заняться художественной фотографией и снимать красивые кадры. «Мы берем телефоны и идем снимать в парк, на пляж или на канал в Бруклине — сюжеты найдутся повсюду. Интересное происходит на каждом шагу. Фотография не только моменты или портреты, а эффектные кадры, когда удается поймать в объектив что-то красивое или запечатлеть контраст света и тени. Фотография учит ценить случайные моменты и наделять их смыслом». Научившись видеть красоту в мелочах, Джулиан создал снимки, которыми по праву гордится. И получил в награду не только лайки в Instagram, но и чувство удовлетворения от своего творчества.

Вклад интровертов в развитие искусства огромен. Эд Кэтмулл, глава компании Pixar — новаторской анимационной студии, создавшей мультфильмы «История игрушек», «Корпорация монстров» и «Головоломка», — классический интроверт. А режиссер Pixar Пит Доктер признается, что в детстве рисование помогло ему справиться со страхом общения: «Это был способ сбежать от мира — я создавал свою маленькую вселенную». Доктер также отмечает, что работа со съемочной группой анимационного фильма — очень волнующий опыт, но она истощает психологически: «К концу дня мне больше всего хочется остаться в одиночестве. Спуститься в подвал, залезть под стол и все в таком роде». На создание хитового мультика «Вверх» автора вдохновила мечта многих интровертов, которым очень хочется иногда улететь от повседневности и скрыться в безопасном месте, где они смогут побыть одни.

У интровертов есть одна замечательная способность — они очень самостоятельны. Мы черпаем силы в одиночестве и используем драгоценное время наедине с собой, чтобы сконцентрироваться на главном.

Один спортивный комментатор как-то назвал это состояние «одиночными тренировками», которые крайне необходимы для овладения тем или иным навыком. Психологи называют это «упорной практикой». Проще говоря, когда мы повторяем какое-то действие снова и снова и совершенствуем свои навыки, наступает момент, когда все начинает получаться.

Как это ни называй, а сосредоточенная, упорная и зачастую уединенная работа — залог мастерства в любом деле, в том числе и в командном спорте.

Мы, интроверты, особенно хорошо приспособлены для такой работы — и в музыке, и в спорте, и в любом другом деле. Звезда баскетбола Коуб Брайант тренировался забрасывать мяч в кольцо тысячу раз в день. Молодой пианист Конрад Тао, который уже в 17 лет выступал с аншлагом в знаменитом нью-йоркском зале «Карнеги-холл», в подростковые годы чаще всего занимался один в квартире, пока родители были на работе. Прежде чем приступить к остальным урокам, юный музыкант по четыре часа играл на пианино и по два — на скрипке.

Или взять Стива Возняка, изобретателя из компании Apple, с которым мы познакомились в предыдущей главе. Воз говорит, что с малых лет полюбил копаться в приборах и научился понимать принципы их работы. В мемуарах «Я, Воз» (iWoz)[11] он описывает свое увлечение электроникой. Стив набирался опыта шаг за шагом, участвуя в школьных научных конференциях. «Так я приобрел главную способность, которая помогала мне на протяжении всей карьеры, — терпение… Я научился не переживать из-за результата, а концентрироваться на каждом шаге, пытаясь выполнить его идеально».

Воз часто работал в одиночестве, но отличался большим дружелюбием, и в начальной школе у него было немало друзей. Однако в средней школе его, как и многих «технарей», ждал резкий откат по шкале популярности. Раньше ребята восхищались способностями Воза, но теперь вдруг потеряли к нему интерес. Воз терпеть не мог болтовни ни о чем, а его пристрастия совершенно не совпадали с тем, чем увлекались сверстники. Но трудности этих лет не заставили его отказаться от мечты — напротив, его упорство только возросло. Он никогда бы не узнал так много о компьютерах, если бы не стеснялся выходить из дома!

Никто добровольно не выбрал бы столь невеселую участь, но факт остается фактом: одиночество Воза в подростковые годы, упорная сосредоточенность на своем деле взрастили увлечение, которое длилось всю жизнь, что типично для творчески одаренных людей. С 1990 по 1995 год психолог Михай Чиксентмихайи изучал жизнь девяносто одного человека, добившегося исключительных успехов в искусстве, науке, бизнесе и государственном управлении. Оказалось, что многие из них в подростковом возрасте были изгоями, потому что «сильнейшее любопытство и узконаправленный интерес казались странными их сверстникам». Чрезмерно открытые подростки, которые не умеют находиться в одиночестве, зачастую не развивают свои таланты, «потому что занятия музыкой или изучение математики требуют столь ненавистного для них уединения».

Мария, ученица средней школы из Калифорнии, всю жизнь предпочитала всё делать в одиночку. Школа ее утомляла. К полудню она настолько уставала от людей, что забиралась на дерево и там обедала. Близкие подруги являли собой ее полную противоположность. Шумные и активные, они лучше всего чувствовали себя в большой компании. Им казалось странным, что она прячется на дереве, но Мария не обращала на это внимания. Там, наверху, она «перезаряжала свои батарейки» и только после этого могла продолжать учебу.

Именно благодаря любви к одиночеству Мария достигла немалых успехов. Например, уже в десять лет написала первый рассказ из десяти тысяч слов и усердно занималась игрой на скрипке. Марии особенно нравились блюграсс[12] и кельтская скрипичная музыка, когда слушатели и исполнители играют и поют вместе, собирая порой огромные толпы. Ей тоже хотелось играть в группе, и ее мама, хоть и удивилась желанию дочери, поддержала ее. Поскольку Мария была еще слишком маленькой и не могла ходить в бары, где обычно собирались такие музыканты, они стали искать другие места. Первым приключением стала поездка в парк, где по воскресным вечерам собирался скрипичный оркестр.

«Что же вы сразу не предупредили, что ваша дочка немая, — заметил один из музыкантов после выступления. — Мы-то не против, но очень сложно работать с человеком, у которого такой недостаток, когда нас заранее не предупредили».

«Она не немая, — ответила мама Марии, — просто стеснительная». И им пришлось искать другой оркестр.

Вскоре они нашли группу скрипачей, которые собирались в кафе для людей творческих профессий недалеко от их дома. Как-то в выходные Мария с мамой пришли туда, когда выступление уже началось. Мама решила не мешать. Девочка села за столик у сцены — достаточно близко, чтобы слушать и при возможности вступить со своей партией.

Группа состояла из людей разных возрастов и национальностей, но Мария все равно была моложе их всех минимум лет на сорок. Подвинув стул, она вскинула скрипку на плечо. Музыкант, игравший на банджо, сменил тональность, остальные поступили так же, и все по очереди принялись выбирать песню в новой тональности. Руководитель ансамбля, пожилая женщина, повернулась к Марии и произнесла: «Твоя очередь. Какие песни знаешь в си мажоре?»

«Ой, не обращайте на меня внимания, — сказала Мария. — Меня можете пропустить».

Женщина покачала головой: «Мы никого не пропускаем. Так ты знаешь песни или нет?»

«Нет», — ответила Мария.

Ее мать понимала, что если дочь отвечает так односложно, значит, говорит правду, и наседать на нее нет смысла. Но женщине из оркестра это было неизвестно.

«Ладно, — сказала она, — я начну играть песни в си мажоре, а ты, когда услышишь знакомую мелодию, подай знак. Потом сыграешь».

Женщина начала играть. Мария внимательно слушала и вдруг закивала. «Эту знаю», — сказала она.

«Отлично, — ответила женщина. — Будешь нашей солисткой».

Мария начала сольную партию, а мама смотрела на нее, сияя от гордости. Вернувшись домой, Мария бросилась в свою комнату и составила список всех песен, которые знала, распределив их по тональностям. На следующее выступление она захватила его с собой. Руководитель ансамбля спросила ее: «Мария, что у тебя за список?»

Девочке не нравилось, когда ее выделяли из группы, но музыка дарила радость творчества и волновала ее — через мелодии она могла выразить себя. Мария собралась с силами и преодолела свою стеснительность. В такой ситуации ее интроверсия могла бы обернуться недостатком, но послужила причиной, по которой девочка легко влилась в среду музыкантов.

Мария стала искусным исполнителем с натренированным слухом благодаря преданности своему инструменту и ежедневной самостоятельной практике, которая была ей только в радость. Она легко влилась в компанию взрослых музыкантов не вопреки своей тихой природе, а благодаря ей. Вскоре у нее появились поклонники. По школе распространился слух о том, что Мария — одаренная скрипачка, и ученики начали подходить к преподавателю музыки и просить организовать школьный оркестр.

Одна из суперспособностей интровертов — умение глубоко сосредоточиться на проекте и длительное время удерживать концентрацию. Добавь сюда творческую мотивацию — и получишь невероятный результат! Такое сочетание может привести тебя к неожиданным и чудесным открытиям. Ты можешь никому не показывать результаты своей творческой работы, но однажды захочешь поделиться ими с миром. В любом случае тебе нужно научиться творческому самовыражению — неудержимому, уверенному, от чистого сердца. Награда окажется бесценной.

Наши советы помогут тебе сделать это.

Студентка колледжа Мэгги думала, что спорт — занятие для популярных ребят. Разве у такого книжного червя, как она, есть шанс добиться успеха? Все изменилось, когда в девятом классе она открыла для себя йогу. Каждый день перед тем, как сесть в школьный автобус, она слушала подкаст и выполняла в своей комнате «приветствие солнцу» и растяжки. Это заряжало ее энергией.

Мы, интроверты, порой настолько погружены в свои мысли, что абстрагироваться от них и переключиться на телесные ощущения бывает очень полезно. Хорошенько пропотев на тренировке, ты избавишься от тревог и фрустраций, связанных с общением, а твое психологическое состояние улучшится. Ведь физическая активность способствует высвобождению эндорфинов. Эндорфины — это вещества, которые мозг вырабатывает в ответ на определенные виды стимуляции. Они действуют как обезболивающее и вызывают чувство радости. К тому же спорт не только кричалки, чирлидерство и командные игры, есть бег, плавание, теннис. Они помогут интровертам освободиться от излишков негативной энергии и ощутить эйфорию от нагрузок.

В ходе работы над книгой я общалась с одной девочкой-интровертом, Бриттани, и та рассказала, как начала заниматься танцами. Ей всегда нравилось танцевать, но на школьных дискотеках, среди толпы, она очень стеснялась. Когда ей было 14 лет, брат позвал ее на занятия свингом — парным танцем из 1920-х годов, который переживал второе рождение. Ей так понравилось, что она уговорила подругу отвозить ее на занятия каждую пятницу. В ее группе были люди от 12 до 90 лет, и робкая Бриттани танцевала в паре с каждым! «Атмосфера на занятиях была очень дружелюбная, а благодаря танцам у нас появлялось что-то общее. А если мне не хотелось разговаривать, я могла молчать хоть все время! Можно было просто танцевать, смеяться и дурачиться», — вспоминает она. После занятий Бриттани и ее подруга шли в кафе с другими танцорами. Как следует выложившись и от души повеселившись в зале, они уже не стеснялись друг друга, и Бриттани совсем не нервничала, сидя за столиком в большой компании. Так она нашла новый способ наладить коммуникацию и поняла, что это можно сделать не только в разговоре.

С самого детства Джефф обожал спорт, но всегда любил тренироваться один. Гонял мяч по полю или ловил мячи в бейсболе в полном одиночестве. Ему нравилось ощущение эйфории после занятий, но больше всего Джефф ценил возможность побыть наедине с собой. Он вырос в городке недалеко от Олбани, штат Нью-Йорк, любил все виды спорта, отлично играл в футбол, но лишь когда пришел в лакросс, почувствовал, как что-то отозвалось в душе.

В то время ему исполнилось тринадцать, и он многое упустил. Некоторые сверстники уже научились обращаться с клюшкой для лакросса, отбирать и забивать мяч. Джефф понял, что должен нагнать их, а может, и превзойти.

Теперь он тренировался ежедневно. Бежал к своей старой начальной школе, вставал перед бетонной стеной и бросал мяч в одиночестве сотни, а то и тысячу раз в день. Он совершенствовал мастерство и постепенно приобретал уверенность в своих силах. Мальчик понимал, что ни один соперник не тренируется столь же упорно, и это давало ему преимущество. К первому году обучения в старшей школе Джефф установил школьный рекорд по количеству набранных очков в сезоне. А на последнем году обучения завоевал звание участника Всеамериканской команды[13] — одну из высших наград для игрока школьной лиги.

В следующем году Джефф поступил в Вест-Пойнт — военную академию, известную своими строгими правилами. Там увлечение лакроссом только окрепло. Двух- и трехчасовые тренировки стали приятной передышкой в напряженной жизни кадета. Помимо официальных тренировок Джефф занимался самостоятельно. На первом году обучения он работал с психологом военной академии, помогавшим спортсменам улучшить показатели. Психология очень увлекла Джеффа. Сила позитивного мышления, важность целеполагания, умение оставаться спокойным и играть под давлением (невзирая на болельщиков и соперников) — тут было чему поучиться.

Но больше всего ему понравилась техника визуализации. Она требовала спокойствия, сосредоточенности и воображения: Джефф прокручивал в голове «видеоролик», демонстрирующий, как должна развиваться ситуация на поле. В кабинете психолога он просматривал лучшие кадры из прошлых игр и представлял, что снова наносит результативные удары.

Перед началом важных матчей Джефф и помощник тренера смотрели ролики с записью игр соперников и пытались понять, как те играют. Джефф выискивал изъяны в их стратегии защиты, недостатки игроков и представлял, как использует их себе во благо, передавая мяч товарищам или прорываясь сквозь защиту. Накануне матча, пока товарищи мотивировали друг друга кричалками, Джефф надевал наушники и занимался визуализацией. Он вспоминал записи своих лучших бросков и представлял, как бежит по полю и раз за разом обходит противника, забивая голы. Эти два года в его карьере стали лучшими именно благодаря визуализации. Он дважды удостаивался звания игрока Всеамериканской команды и побил рекорд Вест-Пойнта по количеству голевых передач за сезон.

Интроверты могут заниматься любым видом спорта, но чаще их влечет к занятиям, которые позволяют тренироваться и играть в одиночестве. Плавание, бег, гольф — все это занятия для тихонь. В детстве я тоже занималась одиночным видом спорта и в десять лет уже участвовала в соревнованиях по фигурному катанию. Этот вид спорта всегда казался мне особенно привлекательным: есть что-то волшебное в том, как фигуристы скользят по льду, прыгают и выполняют вращения. Мне хотелось прикоснуться к прекрасному ледяному миру, и хотя я начала кататься слишком поздно и не могла мечтать об олимпийской карьере, меня воодушевляло стремление к совершенству. Часы, проведенные на льду в полном уединении, казались мне истинным блаженством. В голове прокручивались события прошедшего дня, и все мои тревоги казались уже неважными. «Спорт — своего рода медитация, — говорит психолог Элизабет Мика. — Тело занято, и у вас появляется возможность спокойно поразмышлять».

Именно медитативный аспект привлекает Дженни в плавании. Дженни — тихий подросток из Сиэтла, в детстве она перепробовала много видов спорта. В средней школе они с подругой играли в футбольной команде, где, кроме них, были сплошь шумные и веселые девчонки. Забив гол, они безумствовали и заходились визгом, но Дженни, как ни старалась, не могла изобразить такой энтузиазм. «Одна из девчонок очень сердилась на меня за это. “Почему ты не участвуешь? Ты что, не рада?” — постоянно спрашивала она».

Вскоре Дженни бросила футбол и занялась плаванием. «Меня очень успокаивала возможность побыть наедине с собой, — рассказывает она. — В самом начале, когда я проплывала пару коротких дистанций, мысли метались в голове — тысячи разных мыслей! Но потом в какой-то момент они исчезали. Если я ссорилась с подругой и грустила из-за этого, плавание помогало мне ненадолго забыть о переживаниях или избавиться от тягостных мыслей, прочистить голову. Или наоборот: не спеша все обдумать, пока плаваю».

Спортивный психолог Алан Голдберг, работающий и со спортсменами-любителями, и с олимпийскими чемпионами, говорит, что в бассейне часто можно обнаружить интроверта. «Плавание — спорт, привлекающий людей, которым в радость тишина и уединение, — говорит он. — Этот вид спорта по природе своей требует умения долгие часы находиться наедине с собой и ни с кем не взаимодействовать».

Несмотря на то что одиночные виды спорта очень притягательны для интровертов, тихони могут добиться успеха и на футбольном поле, и на теннисном корте. Два выдающихся игрока НБА Деррик Роуз и Рэджон Рондо описывают себя как классических интровертов. По словам тренера Рондо, одно из главных достоинств спортсмена — умение слушать.

Звезды футбола Лионель Месси и Криштиану Роналду известны своим упорством — никто не тренируется так усердно, как они, и речь идет именно об индивидуальных занятиях, оттачивании своего мастерства в полном одиночестве.

А в одной газетной статье в 2012 году всю бейсбольную команду «Вашингтон-Нейшнлз» охарактеризовали как «тяготеющих к интроверсии». Спортсмены из этой команды в целом общительны, но также склонны к анализу, сосредоточенности и размышлениям. Громкоголосые ребята, за которыми всегда оставалось последнее слово, никогда не ценились в этой команде. Даже менеджер команды Дэйви Джонсон замечал, что предпочитает работать с игроками один на один, а не устраивать командные тренировки.

Нина из Огайо учится в старших классах и играет в школьной команде по софтболу (разновидность бейсбола). Она питчер, то есть подающий, и не сомневается, что одиночные тренировки — верный путь к успеху. В детстве Нина занималась разными видами спорта, в том числе футболом и баскетболом, но софтбол всегда был ее любимым. Как питчеру ей нет равных! Однажды, когда они с отцом играли на заднем дворе, она бросила мяч с такой силой, что сломала отцу палец!

В школе Нина тренировалась каждый день. Бегала по холмистой местности рядом с домом, а после совместных тренировок оставалась и работала над недочетами. Даже дома, сидя перед телевизором, она оттачивала свои навыки: держала в руке мяч для софтбола и пробовала разные захваты и вращения, овладевая новыми типами бросков. Или брала гантели и укрепляла мышцы запястья. На первом году обучения она провела «ноу-хиттер», то есть в течение всего матча подавала так, что никто из соперников не сумел отбить мяч. В следующем году Нина улучшила результаты по всем показателям.

Спортивный психолог Алан Голдберг отмечает, что у спортсменов-интровертов, конечно же, есть недостатки. Они чрезмерно анализируют свои действия и долго убиваются из-за ошибок и промахов, виня себя во всех грехах.

Мне ли не знать! Когда я занималась фигурным катанием, соревнования были моим кошмаром. Я могла часами кататься на тренировках, и все у меня получалось идеально. Но в день соревнований я не находила себе места. Накануне не могла уснуть, и когда подходила моя очередь выйти на лед, допускала простейшие ошибки, которых просто не могло быть на тренировках! Прошли годы, прежде чем я стала увереннее чувствовать себя на соревнованиях. Надеюсь, тебе не придется так долго ждать! Если бы мне предстояло пройти через все это снова, я бы почаще репетировала именно публичные выступления. А накануне важных соревнований устраивала бы генеральные прогоны, приглашая побольше зрителей, чтобы привыкнуть к шумным трибунам.

У обладателя черного пояса по тхэквондо Ханса Ромбаута была абсолютно такая же проблема. В десять лет он увлекся боевыми искусствами. Нет, никто его не обижал, и интерес к борьбе не был продиктован необходимостью защищаться от хулиганов. Он просто фанател от Брюса Ли и «Черепашек-ниндзя»! В его родной Бельгии самыми популярными видами спорта считались футбол и велогонки, но ему очень нравились боевые искусства, и родители уступили. К четырнадцати годам он тренировался по нескольку часов в день.

Ханс любил подолгу заниматься в одиночестве, поэтому выбрал более «камерный» стиль. В итоге он сосредоточился на технике исполнения боевых приемов, то есть ни с кем не дрался, а показывал «танец» — демонстрировал серию бесконтактных движений параллельно с другим спортсменом. Жюри оценивало выступления обоих мастеров: их владение техникой, движения и так далее. Тот, кто набирал больше очков, переходил в следующий раунд.

Эта разновидность тхэквондо идеально соответствовала интровертному нраву Ромбаута, позволяя ему тренироваться и готовиться к выступлениям в одиночку. Он продолжал совершенствовать свое мастерство и через несколько лет попал в сборную Бельгии. Но его достижения вскоре застопорились. «Выступая за сборную, я не мог подняться выше бронзовых медалей, — вспоминает он. — Меня даже прозвали Мистером Бронзой!» Он легко проходил первые раунды, но ближе к финалу психологическое давление невероятно возрастало. Одна мысль о том, что придется выступать перед сотнями зрителей, была невыносимой: Ханс слишком сильно переживал, замирал от нерешительности и всегда проигрывал в полуфинале.

Прошло несколько лет. Устав от постоянных разочарований, Ханс начал работать с женщиной-тренером, которая сосредоточилась на преодолении психологического барьера. Она убедила Ханса не обращать внимания ни на толпу болельщиков, ни на судей — будто их нет. «Я говорил себе: “Там никого нет. Только я и мой тренер. И я показываю ей то, что умею”, — вспоминает Ромбаут. — Как только удалось снять психологическое давление, стал заметен прогресс». Не прошло и года, как Ханс выиграл чемпионат Европы.

Когда судьи объявили о победе Ханса, вся команда бросилась на ковер, приветствуя его. В тот момент он был совсем не прочь оказаться в центре внимания: «Меня окружила толпа. Все смотрели на меня. Но мне это нравилось. Я чувствовал лишь эйфорию».

Если, подобно Хансу, ты сможешь отключиться от стрессов, которые приносит участие в соревнованиях, и перестать анализировать каждый шаг, твоя интроверсия станет для тебя огромным преимуществом. Ведь у тебя есть три важнейшие суперспособности, которые помогут любому спортсмену: умение тренироваться самостоятельно, стремление к совершенству, способность к глубокой концентрации.

Однако помни, что спорт не только соревнования. Взять хотя бы нашего старого знакомого Джулиана, мальчика с разнообразными интересами: он играет на пианино, увлекается фотографией и боевыми искусствами. А еще паркуром — искусством преодоления препятствий. «Паркур учит использовать возможности тела в той среде, где ты оказался, — рассказывает Джулиан. — Если на пути встает стена — ты перебираешься через нее, учишься приземляться, спрыгивать с большой высоты, перекатываться и падать. Мне нравится паркур, потому что им можно заниматься в одиночку. Я не соревнуюсь с другими, а проверяю, на что способен. Я читаю о паркуре, смотрю видео и просто пытаюсь повторять».

Если тебе нравится какой-либо вид спорта, потому что он приносит радость движения или ты стремишься достичь в нем совершенства, не думай, что обязательно должен участвовать в соревнованиях! Есть и другие пути. Соревнования — лишь один из них.

В подростковом возрасте твое тело стремительно меняется. Уделяй ему внимание. Найди вид физической активности, который тебе по душе. Ты увидишь, что нагрузки позволяют расслабиться и забыть о навязчивых мыслях. Пусть занятия спортом станут для тебя способом проветрить голову и ощутить радость от высвобождения эндорфинов. Спорт не для того, чтобы похудеть или соответствовать навязанным стандартам красоты! И пусть ты не самый громкий человек на поле, возможно, именно тебе будут хлопать сильнее всего.

Джессика Уотсон, ее братья и сестры росли в Австралии. Они не ходили в школу, да и дома в привычном понимании у них долго не было. Когда Джессике было шесть лет, родители купили пятнадцатиметровую яхту, взяли детей, все свои пожитки и отправились вдоль берегов Австралии. В итоге путешествие затянулось на пять лет. Джессика была тихоней, но под внешней робостью скрывалась неуемная жажда приключений. Когда Уотсоны вернулись на сушу, Джессике исполнилось одиннадцать. Она узнала про Джесси Мартина, в одиночку совершившего кругосветное плавание, когда ему было всего 18 лет[14]. Его история потрясла девочку до глубины души. Несмотря на юный возраст, она поняла: это как раз для нее. Она тоже хочет совершить кругосветное путешествие на лодке. И сделать это одна.

Вначале Джессика ни с кем не делилась своей мечтой. Разве кто-нибудь принял бы ее всерьез? Тайком она начала собирать самую разную информацию о кругосветных плаваниях и узнала все, что только можно, о сложном деле одиночного управления парусной яхтой. Она представляла, что случится, если опасный шторм настигнет ее посреди океана. Что она почувствует в минуту опасности? Сумеет ли справиться с трудностями? Удастся ли ей выдержать такое путешествие? Джессика стала экспертом в метеорологии, навигации, яхтенном оборудовании. Чем больше она исследовала свою тему, чем больше мечтала, тем увереннее становилась и чувствовала, что справится с любым вызовом стихии.

Джессика поставила перед собой цель обогнуть земной шар на яхте — и, представьте себе, ей удалось уговорить родителей отпустить ее в это рискованное путешествие одну! Оно требовало серьезной подготовки. Джессика нашла спонсоров и привлекла команду экспертов, которые помогли ей составить маршрут и должны были следить за ее курсом. Она оснастила яхту «Розовая леди Элла» необходимым оборудованием, обеспечив свою безопасность и подготовившись к непредсказуемости погоды. 18 октября 2009 года она вышла в море. Ей было шестнадцать, и следующие восемь месяцев она планировала провести в одиночестве. Благодаря современному телекоммуникационному оборудованию она могла общаться с друзьями, родными и группой поддержки по Wi-Fi, а иногда даже заходить на Facebook. Но все равно там, в океане, ей предстояло плыть совсем одной. Так началось ее путешествие.

Когда берег остался далеко позади, Джессика обнаружила, что совершенно не скучает по людям. Она разговаривала со своим флюгером (инструментом, показывающим направление ветра) и даже назвала его Паркером, говорила с чайкой, которая решила ненадолго обосноваться на яхте, и с плюшевыми игрушками, да и к яхте обращалась, как к живому существу, которое нужно ободрить перед надвигающимся штормом. Порой ей бывало грустно, но, что удивительно, она не так уж часто звонила домой и друзьям, а иногда даже отказывалась от возможности поговорить, предпочитая тишину. Зато ее старший брат умудрялся доставать ее даже на расстоянии многих тысяч километров! Пересекая в одиночестве Тихий океан, она написала в блоге: «Спасибо папе и Брюсу за их терпение, когда мы говорим по телефону, и понимание того, что человеку временами просто не хочется разговаривать!»

Путешествие стало для Джессики удивительным опытом: она видела то, о чем другие могут только мечтать. Стаи дельфинов сопровождали ее яхту. Ночью на палубе каким-то образом оказался маленький кальмар. Она видела ночную радугу — «лунную радугу», образующуюся, когда свет луны преломляется в капельках воды, рассеянных в воздухе после дождя. Еще она столкнулась с танкером, и ее яхта пострадала. Огромные волны захлестывали палубу, грозя перевернуть яхту, а Джессику швыряло в каюте, как тряпичную куклу. Как-то раз она сварила макароны в дизельном топливе.

Очень многие на суше говорили, что ей не стоит отправляться в это путешествие, что она не справится. Но даже в минуты страшной опасности Джессика знала, что все преодолеет.

Она не сдавалась и шла к своей цели со всей энергией и упорством. Проплыв 45 256 км за 210 дней, она пришвартовалась в Сиднее, где ее встречали на вертолетах и яхтах телевизионщики, толпы поклонников и, конечно, семья. Так Джессика стала самой юной путешественницей, обогнувшей в одиночку земной шар.

Считается, что искатели приключений — люди отчаянные, смелые и дерзкие. Но для преодоления трудностей, подстерегающих участников самых славных приключений, порой требуется необычный набор навыков. Чтобы невероятное путешествие Джессики состоялось, требовались способность к полной концентрации, умение подолгу находиться в одиночестве и эмоциональная устойчивость. Будучи интровертом, Джессика идеально подходила на эту роль.

В целом связанные с риском ситуации, конечно же, чаще притягивают экстравертов. Интроверты тоже рискуют, но они более осторожны и взвешивают все риски.

Некоторые ученые полагают, что любовь к риску объясняется феноменом, называемым чувствительностью к вознаграждению. Как правило, мы соглашаемся принять вызов, надеясь в итоге получить вознаграждение, будь то удовлетворение от восхождения на гору или приз, выигранный в лотерее. И есть свидетельства тому, что экстраверты более склонны испытывать сильный прилив гордости, радостное волнение и положительные эмоции, сопровождающие достижение цели, победу в соревновании или выполнение сложнейшей задачи, когда всё было против них. Безусловно, любой, достигнув цели, испытывает восторг. Но ученые выяснили, что экстраверты переживают эти моменты интенсивнее. В человеческом мозгу есть своего рода встроенная система вознаграждения — сеть нейронных дуг, по которой посылаются сигналы. Когда происходит что-то хорошее, мозг вырабатывает химическое вещество дофамин, усиливающее возбуждение. И, если верить ученым, механизм выработки дофамина более активен у экстравертов.

В одном таком исследовании изучали интровертов и экстравертов, которые выигрывали в азартных играх. У победителей-экстравертов в участках мозга, отвечающих за вознаграждение, наблюдалась более высокая активность, чем у интровертов. Уверена, интровертам тоже нравилось побеждать. Однако, согласно научным данным, дофамин при этом вырабатывался в меньшем количестве, чем у экстравертов, то есть интроверты реагировали на победу спокойнее. В ходе другого эксперимента выяснилось, что экстраверты не столь аккуратно водят машину, как интроверты, и чаще попадают в аварии!

Когда речь заходит об опасных приключениях — кругосветных путешествиях или восхождении на горные вершины, — невозмутимость интровертов может сослужить им хорошую службу. Норвежский социолог Гуннар Брейвик несколько десятилетий изучал спортсменов-экстремалов: альпинистов, покоряющих отвесные скалы, заснеженные вершины и сложные участки скалодромов. Чаще всего это спокойные, склонные к созерцанию люди, ясно представляющие себе цель, которую хотят достичь. Более всего склонны к интроверсии те, кто предпочитал скалолазание на природе, а не в зале.

В рамках другого проекта Брейвик изучил участников норвежской экспедиции на Эверест 1985 года: шестеро из семерых альпинистов достигли самой высокой вершины нашей планеты. Брейвик полагал, что они окажутся ближе к экстравертному типу, ведь противостояние чрезвычайному холоду, сильному ветру и снегу связано с переживанием экстремальных ощущений. Помните эксперимент с лимонным соком, показавший, что интроверты интенсивнее реагируют на внешние раздражители и быстрее достигают той точки, когда экстремальные ощущения перестают быть приятными? В каком-то смысле восхождение на Эверест было самой экстремальной стимуляцией из всех — огромной порцией кислющего сока!

Оказалось, что экстремалы были в основном интровертами. «Независимые, волевые люди с богатым воображением», — так охарактеризовал их Брейвик. Все альпинисты были готовы к сотрудничеству и взаимопомощи и вместе достигли высочайшей вершины мира.

Джессика Уотсон и ее одиночная кругосветка подтверждают вывод Брейвика о том, что искатели приключений часто бывают интровертами, сосредоточенными на своей цели. Джессика так успешно справлялась со всеми трудностями, поджидавшими ее в океане, отчасти потому, что ее тихая натура помогала сохранять спокойствие и концентрироваться на решении проблем. Даже в таком рискованном путешествии она оставалась в безопасности, точно следуя курсу, маневрируя в беспокойных водах и заботясь о себе так, как считала нужным.

А есть путешественники-интроверты, которые от природы не склонны идти на риск, но готовы выйти из зоны комфорта и столкнуться с великой опасностью ради своего увлечения или проекта. Молодой Чарльз Дарвин, один из самых известных интровертов в истории, сформулировал теорию эволюции, заявив, что все виды со временем изменяются, приспосабливаясь к условиям среды обитания. Эта теория полностью изменила наше понимание биологии вообще и человеческой природы в частности. В детстве Дарвин любил подолгу гулять в одиночестве и часами ловить рыбу. Иногда склонность к уединенным размышлениям оборачивалась неприятностями. Например, однажды, гуляя по сельским тропинкам в знакомой с детства местности, он настолько углубился в свои мысли, что шагнул с края трехметрового утеса и упал!

Дарвин увлекся наукой. Он мечтал увидеть мир за пределами родной Великобритании. Летом 1831 года ему выпал такой шанс. Британское правительство снарядило экспедиционный корабль к побережью Южной Америки. Корабль назывался «Бигль», его капитану Роберту Фитцрою нужен был натуралист и геолог для описания новых районов и собирания коллекций животных. Университетский преподаватель Дарвина предложил его кандидатуру, и после некоторых раздумий Чарльз согласился. Но капитан не горел желанием брать на борт молодого человека, недавно окончившего университет. Ему не нравилась его молчаливость, а еще он считал, что характер человека можно прочитать по лицу. Капитану Фитцрою казалось, что мужчине с такой формой носа недостанет упорства и энергии, чтобы выдержать многолетнее кругосветное путешествие!

Наконец капитан согласился, и в декабре 1831 года «Бигль» с Дарвином на борту отправился в путь. Экспедиция, которая изначально должна была занять два года, растянулась на пять лет, и большую часть этого времени Дарвин аккуратно записывал все, что видел на море и на суше. Каждый день в своей тесной каюте он описывал деревья, реки, цветы, а также местных животных и людей. Иногда отсылал страницы дневника домой, своему другу-профессору, сопровождая их пояснениями и комментариями. Тогда Чарльз еще не знал, что друг рассылал его записи другим ученым, и когда Дарвин в 1836 году вернулся в Англию, в научных кругах он уже считался знаменитостью. Невероятные животные, которых он встретил в путешествии, натолкнули его на идеи, которые впоследствии сложились в теорию, изменившую все наше представление о мире, — теорию эволюции.

Хотя личные качества и внешность Дарвина заставили капитана усомниться в том, что этот молодой ученый пригоден для морской экспедиции, Дарвин в итоге оказался самым важным ее участником. И если бы не он, о «Бигле» сейчас, возможно, никто бы не вспоминал. Пусть он не был морским волком и рубахой-парнем — а именно таких, видимо, предпочел бы видеть рядом капитан Фитцрой, — благодаря исследовательскому таланту, внимательности и сосредоточенности Дарвина экспедиция «Бигля» стала одной из самых важных в истории науки. Не будь его на борту, это путешествие осталось бы рядовым плаванием.

Следующее приключение ни в коем случае не нужно пытаться повторить дома, но эта история — чистая правда. Мальчик по имени Джастин с раннего детства любил возиться с механизмами. Он обожал собирать кубики и создавал скульптуры из деревяшек, а в десять лет начал конструировать лодки и машины на дистанционном управлении. Родители заметили увлечение сына. Они возили его на свалку, и Джастин выбирал там старые компьютеры, моторы и прочий хлам, что казался ему интересным. Управляющий свалкой даже стал откладывать всякие любопытные вещицы для парня, который делал из металлолома машины и роботов.

Увлечение Джастина крепло, и он решил построить подводную лодку. Первая попытка, предпринятая в 14 лет, не удалась: корпус пропускал воду. Год спустя он попробовал снова, но и вторая попытка оказалась неудачной. В конце концов Джастин понял, что все делает неправильно, и попросил папу купить ему пластиковую дренажную трубу диаметром 60 см и длиной 2 м. К тому моменту отец Джастина уже не удивлялся причудам сына, и, задав множество вопросов насчет безопасности проекта, согласился.

Когда привезли трубу, Джастин утащил ее в подвал, где у него хранилась обширная коллекция старой электроники, моторов, проводов, кабелей и других подобных вещей. Там он задумался, с чего начать. В течение следующих шести месяцев, работая в полном одиночестве, он смастерил из громадного куска пластика работающую подводную лодку (одноместную). Джастин взял мотор от старой рыбацкой лодки, аккумуляторы от игрушечных машинок, рули управления от сломанного водного мотоцикла и запорную крышку от старого сифона. Друзья и родные иногда наведывались в подвал посмотреть, как идет работа, и предлагали помощь, но это был одиночный проект. Когда из-за сильной метели школу закрыли, Джастин не бросился звонить друзьям, чтобы поиграть в снежки. Он весь день подсоединял провода от панели управления к разным частям субмарины. Такое занятие не было для него обузой. Напротив, именно так он мечтал проводить все свое время.

К весне подводная лодка была готова. С разрешения родителей Джастин спустил ее в озеро — и погрузился под воду! Он один пробыл под водой полчаса, перекусывая печеньем, высматривая рыб и время от времени переговариваясь с родителями по рации.

Через полчаса он вызвал по рации папу и сообщил, что у него возникла проблема. Отец запаниковал, но Джастин объяснил, что у него просто кончилось печенье.

Как подростку удалось сконструировать подводную лодку? Во-первых, он был очень умен, а также чрезвычайно сосредоточен и способен работать долго, ни на что не отвлекаясь. Во время метели Джастин целый день занимался проводкой! Он никогда не считал свою интроверсию недостатком. Эта особенность была для него настоящим подарком, и когда он работал над конструкцией подводной лодки или радиоуправляемой машины, то ощущал прилив радости и воодушевления. Его ждали новые приключения!

Не все приключения имеют историческое и технологическое значение, да это и не обязательно. Например, Рита, застенчивая девочка из Индианы, второй год обучения в старшей школе провела в Эквадоре по программе обмена. Там она познакомилась с местными ребятами, научилась танцевать сальсу и прониклась местной культурой: люди здесь были гораздо дружелюбнее, сердечнее и «громче», чем она привыкла. По возвращении домой Рита выступила перед ребятами, призывая их последовать ее примеру и отправиться в путешествие. Она нервничала, стоя перед большим количеством людей, но искренне верила в справедливость своих слов. И хотя кураторы программы считали, что она гораздо больше подходит подросткам-экстравертам, Рита заметила, что ее интровертный склад на самом деле оказался огромным преимуществом. Умение слушать помогло быстро сблизиться с принимающей семьей и сойтись с ребятами в эквадорской школе. Да, порой она надевала маску экстраверта, но ей не казалось, что она так уж изменилась. «Я осталась таким же интровертом, — признается она. — Просто преодолела свою застенчивость».

В школе ее попросили поделиться впечатлениями. На этот раз девочке пришлось выйти на сцену перед несколькими сотнями учеников! Рита до смерти боялась выступать на публике, но решила, что, раз уж ей удалось совершить путешествие на другой край света, где говорили на чужом языке и никто ее не знал, и вернуться, болтая по-испански и заведя массу новых друзей, одна коротенькая речь ей точно по плечу! Она также вспомнила слова своей соседки. Перед отъездом в Эквадор мама подарила Рите маленький блокнот, в котором все ее друзья и соседи написали что-то от себя. «Одна моя соседка написала: “Страх — это вор”. Ее слова стали моим девизом в Эквадоре. Я решила воплотить в жизнь это наставление: “Не позволяй страху забрать твою жизнь. Он отнимет самое драгоценное и лишит тебя самых невероятных мгновений”», — делится воспоминаниями Рита.

В путешествии Рита следовала этому совету, и сейчас он снова ей пригодился. Готовясь к выступлению, она работала с учителем английского и руководителем школьной театральной студии, который научил ее, на каких фразах следует делать акцент и как правильно работать с интонацией. И все равно утром перед выступлением она очень нервничала. В зале собралось более тысячи человек, все смотрели на нее. Она взглянула на свои заметки и заговорила. «Стоило мне произнести первую фразу, как все словно замедлилось, и я ощутила спокойствие», — вспоминала потом Рита. Да, в зале собралась огромная толпа, но все эти люди пришли по одной причине — послушать меня. Для Риты это стало возможностью поделиться своими мыслями и опытом и, может, даже вдохновить других ребят на путешествия и изучение других культур. Она не собиралась позволить страху украсть у нее такой шанс.

Уверенность, приобретенная Ритой за время путешествия, помогла ей не только выступить на публике. Девочка обнаружила, что теперь ей легче заводить новые знакомства — ведь в Эквадоре ей приходилось преодолевать еще большие трудности в общении. Это приключение так изменило ее, что она решила отложить поступление в колледж и после школы на год уехать в незнакомую страну по программе обмена. На этот раз она выбрала Россию. О стране она почти ничего не знала, по-русски не говорила, знакомых там у нее не было. И Россия находилась еще дальше от родного дома, чем Эквадор.

Короче говоря, поездка в Россию оказалась идеальным приключением.

Какое бы приключение ты ни выбрал, какой бы путь ни предпочел — ты со всем справишься! И если ты уже полон решимости, вот несколько советов в помощь.

Город Монтгомери, штат Алабама. 1 декабря 1955 года. К остановке подъезжает автобус, в него заходит аккуратно одетая женщина лет сорока. Она идет, гордо выпрямив спину, хотя провела весь день, согнувшись над гладильной доской в тесном подвальном ателье универмага «Монтгомери-Фэйр». У нее опухли ноги и болят плечи. Она садится в первом ряду посадочной зоны для «цветных» и спокойно наблюдает за входящими пассажирами. Вдруг водитель приказывает ей уступить место белому пассажиру.

И женщина произносит одно слово. Одно-единственное слово, которое положит начало одному из важнейших протестов в борьбе за гражданские права в XX веке. Одно слово, которое поможет изменить Америку.

Слово «нет».

Водитель грозится сдать ее в полицию.

«Что ж, это вы можете», — говорит Роза Паркс.

Приходит офицер полиции. И спрашивает Паркс, почему та не хочет встать.

«С какой стати вы все приказываете нам, где сидеть?» — спрашивает она.

«Не знаю, — отвечает он. — Но закон есть закон, а вы арестованы».

Розу заключили в тюрьму, а суд признал ее виновной в нарушении общественного порядка и обязал уплатить штраф. В тот же день «Ассоциация улучшения положения негров в Монтгомери» провела собрание в защиту Паркс в баптистской церкви на Холт-стрит, в самой бедной части города. Пять тысяч человек пришли поддержать одиночный протест женщины. Толпа набилась в церковь, где не осталось ни одного свободного места. Те, кто не смог войти, терпеливо ждали снаружи и слушали речь через динамики. К собравшимся обратился пастор Мартин Лютер Кинг. «Приходит время, когда люди устают. Мы собрались здесь сегодня вечером, чтобы сказать тем, кто столь долго и плохо обращался с нами, что наше терпение лопнуло. Мы устали от сегрегации и унижений, мы устали от железных кулаков угнетателей», — провозгласил проповедник.

Он восхвалял храбрость Паркс и заключил ее в объятия. А она стояла молча. Но одного ее присутствия было достаточно, чтобы наэлектризовать толпу.

Ассоциация объявила бойкот автобусной компании Монтгомери, который длился 381 день. Люди ходили на работу пешком, каждый день преодолевая путь в несколько километров, набивались в одну машину. Чернокожие таксисты возили горожан на работу и с работы в такси по цене автобусного билета. Автобусная компания несла огромные убытки. Борьба за отмену сегрегации охватила весь Юг. Американская история менялась на глазах.

Я всегда представляла Розу Паркс статной женщиной, гордой и своенравной, ведь именно так, по моему разумению, должен выглядеть человек, способный противостоять целому автобусу недовольных пассажиров. Однако после ее смерти в 2005 году (она дожила до девяноста двух лет) в многочисленных некрологах ее описывали как тихую, вежливую и скромную. Она была застенчивой и робкой, но обладала «мужеством льва». Ее некрологи пестрели фразами «глубокое смирение» и «тихая решимость». Но как можно быть тихой и решительной одновременно, думала я? Или робкой и отважной?

Паркс и сама замечала этот парадокс, недаром ее автобиография называется «Тихая сила». Само это словосочетание заставляет нас пересмотреть свое представление о силе и стойкости. А почему, собственно, тихие не могут быть сильными? На что еще способны тихони, о чем мы раньше не догадывались?

Прочитав эту главу, вы поймете: тихони могут изменить мир.

Несколько лет назад мне посчастливилось познакомиться с одним из ведущих ученых, изучающих типы личности, доктором Карлом Шварцем из медицинской школы Гарварда. Он объяснил, что наша личность во многом формируется еще до рождения и зависит от особенностей строения мозга и нервной системы. Я уже писала о том, что темперамент (склонность воспринимать мир и вести себя определенным образом) — врожденная особенность, и нельзя просто так взять и изменить его.

Однако наша психика может стать более эластичной. Чувствительные и осторожные могут научиться решимости, импульсивные и открытые — стать более терпеливыми и дипломатичными.

Я называю это теорией эластичной ленты. Мы, интроверты, можем при желании «тянуться», как такая лента, вести себя вполне дружелюбно и непринужденно общаться в большой компании. Но стоит слишком сильно растянуть ее, и она отскочит. Главное — знать свой предел.

Одна из моих любимых историй о том, как интровертам удается преодолевать себя, рассказывает о моей одногруппнице из Принстонского университета Уэнди Копп, намеревавшейся улучшить американское среднее образование. Школы в бедных городах Америки едва сводят концы с концами. В классах очень много учеников, а учителей не хватает. В колледже Копп заметила, что некоторые из ее смышленых молодых одногруппников были бы не прочь поработать в этих городках, имей они такую возможность. Значит, выпускникам колледжей нужна организация, занимающаяся именно этими вопросами (позднее она назовет ее «Учителя для Америки» — Teach for America). Копп начала размышлять над своей идеей и поняла, что ее проект, если он осуществится, даст многим школьникам более глубокое образование.

А еще она знала, что бесплатно такой проект не реализовать, нужны немалые вложения. Уэнди Копп провела исследование и подсчитала, что для старта понадобится примерно $2,5 млн. Эти средства пойдут на привлечение молодых учителей, их обучение и заработную плату. Сама Уэнди в то время училась в университете. Таких денег у нее не было, как и знакомых, располагавших большими средствами. Предстояло искать помощи у сторонних людей.

Для кого-то это не составило бы проблемы. Но Уэнди Копп не обладала качествами типичного общительного «продавца», способного очаровать кого угодно и заставить поддержать свою идею. Она была интровертом и обожала одиночество. В колледже Уэнди отказалась вступать в популярные студенческие клубы. Она любила подолгу бегать по утрам — это помогало ей прочистить мозги. До сих пор помню, как она шла по кампусу (задолго до того, как основала свою организацию). Ее окружала аура решимости, которую я никогда не забуду. И Копп поступила так, как поступил бы в подобной ситуации любой амбициозный, целеустремленный интроверт: отправилась в библиотеку и погрузилась в изучение проблемы. Она исследовала ее со всех сторон и узнала, что необходимо для создания организации.

Затем Уэнди написала письма руководителям тридцати крупных компаний, включая Coca-Cola и авиакомпанию Delta Airlines. Большинство отвергли ее предложение. Некоторые даже не ответили. Но девушка не сдавалась. Она окончила колледж и все лето после выпуска работала одна в маленьком офисе. Разослала несколько сотен писем. Ей удалось добиться личной встречи с техасским миллиардером Россом Перо. Энергичный Перо забросал ее вопросами, она неторопливо ответила на них и, наконец, убедила его, что ее проект стоит вложений. Перо стал одним из первых инвесторов.

Когда недостающая сумма была собрана и организация начала работу, Уэнди столкнулась с новой проблемой: ей было неуютно в роли руководителя. Когда первая группа сотрудников приехала на обучение в Университет Южной Калифорнии, Копп старалась избегать встреч с ними. Учителя вместе обедали в столовой, а Копп не выходила из своего офиса. Это было все равно что пригласить гостей домой на вечеринку и закрыться в своей комнате! Но молодые учителя пугали Уэнди. Позднее она вспоминала эти восемь недель как самые мучительные в своей жизни.

Шли годы, организация развивалась, и Копп поняла, что так больше не может продолжаться. Ей следовало переступить через себя. Пусть ей не нравится встречаться с людьми, но это нужно для дела. Она начала выходить из кабинета, перестала избегать дискуссий, более того — стала их инициатором. Почти каждый день она общалась с людьми с девяти утра до восьми вечера — это много даже для экстраверта, не то что для интроверта! Потом она возвращалась домой, несколько часов спала и просыпалась на рассвете. Теперь у нее появлялось время, которое она могла провести в одиночестве — именно так она и предпочитала работать. Это был изнурительный труд, но все ее усилия оказались не напрасны. «Учителя для Америки» стали одной из самых влиятельных организаций в сфере образования США.

Робин вечно слышала от учителей одни и те же слова: «Говори громче! Чаще тяни руку! Хотя бы постарайся наладить контакт с другими учениками!» Но Робин предпочитала одиночество или компанию лучшей подруги. Толпу она ненавидела. Когда в школе ей нужно было делать доклад, она стояла, потупившись, и боялась, что, стоит ей встретиться взглядом с кем-то из ребят, ее начнет бить дрожь. Болтать ни о чем ей было скучно. С лучшей подругой она всегда говорила на важные и глубокие темы: о семье, убеждениях, общении с людьми.

Больше всего на свете Робин любила читать. Ей нравилось сочинять рассказы и играть на пианино, но когда она чувствовала необходимость «перезарядить батарейки», то обычно уходила в свою комнату и с головой погружалась в очередной роман. Она читала все — от Чарльза Диккенса до Джона Грина. Ее лучшая подруга тоже любила читать, и общее увлечение их сблизило. Девочки стали думать, как разделить его с окружающими. «Я подумала, не собрать ли книги для тех, у кого нет возможности покупать их?» — вспоминает Робин. Подруга согласилась, что идея отличная, и они стали думать, куда передать собранную библиотеку. Им хотелось найти благотворительную организацию, которой можно доверять.

Сначала они искали среди местных организаций, но потом Робин узнала о проекте «Африканская библиотека» — организации, которая помогает детям организовывать сбор книг для африканских школ. Девочкам предстояло собрать минимум тысячу книг и $500 на отправку. Проект определил адрес: библиотека в Малави, маленьком и очень бедном государстве на юго-востоке Африки.

Робин обратилась за помощью к двоюродному брату. Тот работал директором соседней школы, и девочка решила, что он даст ей хороший совет. В конце концов кузен не только помог советом, но и пожертвовал проекту 800 книг из школьной библиотеки. Он также порекомендовал Робин обратиться к директору ее школы.

Просить двоюродного брата несложно, ведь он член семьи. Но разговаривать с директором школы? Задача не из легких! В школе Робин ученики носили форму. Раньше школьная администрация устраивала «дни свободной формы», когда можно было прийти одетым как угодно, но с одним условием: каждый ученик жертвовал $10 на благотворительность. Достаточно было одного такого дня, чтобы Робин набрала нужную сумму на отправку книг! Но сначала ей требовалось заручиться согласием директора, а перспектива разговора с ним очень ее пугала. Вместе с тем от этого разговора зависел успех ее проекта.

Робин решила, что чем больше узнает про «Африканскую библиотеку», тем убедительнее выступит. Она изучила работу организации и постаралась разузнать побольше о людях, которым собиралась помочь, и об уровне грамотности в Малави. Потом уговорила подругу сопровождать ее на встречу. Все оказалось не так страшно: директор не кричал на робкую ученицу и не метал молнии, но и не поддержал ее идею. Дело в том, что ему не нравились дни свободной формы, и он не хотел устраивать еще один.

Но Робин не собиралась бросать проект. Она обратилась к школьному координатору по общественной работе, и та предложила несколько вариантов. К концу недели Робин с подругой организовали кампанию «девочки против мальчиков». Они поставили в столовой два ящика для сбора средств: один для девчонок, другой для мальчишек. И устроили соревнование среди одноклассников: кто соберет больше денег? Подруги Робин помогли рассказать о проекте, сделали флаеры и расклеили их по школе и городу. Просили пожертвовать средства или книги — или и то и другое. Робин выступила перед бойскаутским отрядом, в котором состоял ее брат, и рассказала о проекте почти тридцати ребятам и их родителям! Она нервничала, но вера в проект придавала ей сил и смелости. Девочка объяснила, насколько низок уровень грамотности в Малави и как она надеется изменить это. К концу ее речи бойскауты пожертвовали на благое дело свои карманные деньги.

Так постепенно потек ручеек пожертвований, и, конечно, люди приносили книги. К лету, через полгода после запуска проекта, Робин и ее одноклассникам удалось собрать 1177 книг! На отправку их в Малави требовалось около $600. Поскольку денег немного не хватало, она сдала часть книг в букинистический магазин и набрала недостающую сумму. Затем собрала друзей и родных, и ее дом на время превратился в почтовое отделение. Они включили музыку и упаковали книги в 23 большие коробки! Чего там только не было — и детская литература, и учебники, и даже красивый географический атлас.

Когда Робин наконец отнесла коробки на почту, она почувствовала огромное облегчение. А еще девочка очень гордилась проделанной работой. Теперь она не сомневалась в себе и в своей способности добиваться поставленной цели.

Помнишь, в восьмой главе я рассказывала про экстраверта Брайана и интроверта Джеймса, которые стали президентами класса? Применив свои взаимодополняющие навыки, они стали трудиться на общее благо. Будучи президентами студенческого совета, они устраивали множество интересных и познавательных мероприятий: поездки в парки развлечений, школьные собрания и шоу талантов. Но одним своим достижением они особенно гордились: им удалось привлечь больше ребят к общественной работе. Джеймс и Брайан хотели, чтобы ученики участвовали в сборе еды для бедных семей города. Они организовали собрание, на которое пришла вся школа — около 750 человек, — и рассказали о проекте и сборе продуктов питания, а также попросили о помощи. Брайану очень нравилось выступать перед таким скоплением людей. «Я все время шутил, мне было очень весело», — вспоминает он.

Чего не скажешь об интроверте Джеймсе. Но он тоже говорил, хотя и нервничал. Он объяснил ребятам, что самые дешевые продукты, как правило, самые вредные. Люди из бедных кварталов Нью-Йорка не имеют возможности покупать качественные и полезные продукты питания. Их проект позволит малоимущим семьям получать хорошую еду, но им очень нужны добровольцы.

Благодаря увлеченности Джеймса и обаянию Брайана в проект записались почти сорок учеников.

Карли, девочка-интроверт и актриса музыкального театра (ты познакомишься с ней поближе в следующей главе), училась в выпускном классе. Накануне выпуска она часто задумывалась о том, что дала ей школа. И поняла, что наиболее полезной для нее оказалась общественная работа, ведь именно благодаря ей она поняла, что может быть очень щедрой.

Каждый ученик в школе Карли на третьем и четвертом году обучения должен был посвятить общественным работам 24 часа. «Этот опыт изменил меня, — вспоминает Карли. — Я проработала в программе гораздо больше требуемого минимума».

В родном Вермонте Карли участвовала в проекте, цель которого — уберечь детей и подростков от наркотиков, была консультантом школьной и летней программы для учащихся с первого по восьмой классы, помогала детям из группы риска.

«Для меня всегда было важным, на что нацелена программа. Это очень мощная поддержка, потому что ты являешься наставником для детей, хотя те могут и не осознавать этого. Мне нравится просто работать с ними и чувствовать, что мои действия, вероятно, положительно повлияют на них». Карли считает, что стала волонтером именно благодаря своему тихому, сдержанному нраву. Умение терпеливо выслушивать детей научило ее сочувствию.

Будучи интровертом, Карли уделяет особое внимание тихим ребятам. «Я работаю с большой группой, и на групповых занятиях мы иногда даем застенчивым, интровертным ребятам одно задание на всех, чтобы они поняли, что есть люди, похожие на них. Они не одиноки. И у них есть друзья. Летом после обеда мы все вместе идем плавать. Дети всегда ждут этого момента. Для них это возможность побыть с друзьями или в одиночестве. Некоторые играют в песке или читают. Я прекрасно понимаю этих детей и не мешаю им».

В манифесте интровертов в начале этой книги я привела слова Махатмы Ганди. Скромный, спокойный мудрец, практиковавший ненасилие и провозгласивший умеренность во всем, стал во главе мирной революции, изменившей ход истории. В 1947 году, пережив почти два столетия угнетения, Индия наконец добилась независимости от Великобритании. Именно интроверт Ганди привел свой народ к мирным переменам.

Но чтобы изменить мир, тебе необязательно выступать от лица целой нации. На примере Робин и Карли ты убедился, что можно действовать на низовом уровне и достичь своей цели, не будучи шумным и общительным. Наши советы помогут тебе внести вклад в общее дело.

Мы, интроверты, не любим высказываться и привлекать к себе внимание. Несмотря на это, многие тихони выступают на сцене и раскрывают свои таланты перед зрителями. Каждый интроверт реагирует на публику по-своему. Есть интроверты, совсем не страдающие от робости, им нравится находиться в центре внимания. Они полагаются на хорошую память и умение чувствовать настроение аудитории, что помогает им наладить контакт с публикой. Некоторые застенчивые люди, наоборот, раскрепощаются: они внушают себе, что всего лишь играют роль, и там, на сцене, кто-то другой. Но есть и такие, кто до смерти боится публичных выступлений. Им остается лишь стиснуть зубы и действовать через не могу.

А некоторые вообще никогда не выйдут на сцену — и здесь нет ничего плохого! Мне понадобилось лет двадцать, чтобы освоиться с ролью оратора. Я очень надеюсь, что тебе не потребуется так долго ждать, но не спеши — всему свое время. А пока познакомься с молодыми исполнителями и артистами, чьи истории тебя, несомненно, воодушевят.

Карли считает себя интровертом, но она никогда не была робкой и всегда активно участвовала в групповых мероприятиях. На первом году обучения в старшей школе она вступила в хор и даже выступала в «Карнеги-холле» и «Линкольн-центре»! Первые четыре года она также занималась командными видами спорта.

Благодаря хоровому опыту она получила одну из главных ролей в школьном весеннем мюзикле. Петь в хоре или играть в команде среди других игроков было легко, но теперь ей предстояло читать монолог и петь соло на сцене под лучами софитов! Это было гораздо страшнее. Но в школе Карли были очень сильные педагоги по драматическому искусству (режиссер школьных спектаклей и хореограф работали на Бродвее), и ей очень хотелось узнать, что они скажут по поводу ее актерских и вокальных способностей.

Билеты раскупили на все пять спектаклей. Вечер премьеры принес много переживаний. К удивлению Карли, ее прошлый опыт — как на сцене, так и в спортивных матчах — очень помог ей справиться с волнением и выступить отлично.

«Лучший совет, который мне дал кто-то из знакомых, — не смотреть на зрителей. Нужно смотреть на балкон или будку осветителя. На втором спектакле я уже совсем не нервничала. Думаю, мне помогла и моя спортивная подготовка. Режиссер все время повторял, что спорт и театр связаны. В театре, как и в спорте, нужна постоянная практика, а выступление на соревнованиях перед зрителями — тоже своего рода спектакль».

Наш знакомый Генри — еще один интроверт, которому нравится выступать на сцене. Он играет в школьном театре с первого класса, и каждый год ему дают какую-нибудь смешную роль. Генри не считает себя школьным клоуном: его комедийные способности больше проявляются на сцене, а не в повседневной жизни. «Обычно я не высовываюсь, — говорит мальчик. — Мне гораздо больше нравится смешить людей во время спектакля, чем в классе!» Генри проще быть общительным и забавным, когда он в образе. Для него это часть задания, он знает, что делать. На сцене он четко представляет свою роль.

Общение лицом к лицу вне сцены иногда дается ребятам-интровертам нелегко. Хотя Генри симпатизирует одноклассникам, он предпочитает общаться со своим лучшим другом Эллиотом, с которым знаком с первого класса. Оба любят комическую импровизацию. Иногда они ходят друг к другу в гости и просто разговаривают, а иногда снимают видеоролики на айпад Генри. В главных ролях обычно выступают сами ребята или питомцы Генри — две собаки, черепаха и кошка.

«Мы делаем пародии на рекламу или сами придумываем сюжеты, — делится секретом успеха Генри. — Иногда готовим их заранее, иногда сочиняем на ходу. Мне нравятся смешные книги, и еще я смотрю ролики и скетчи других пользователей на YouTube». Недавно ребята открыли свой канал на YouTube и очень рады, что теперь у них много поклонников.

Положительный отклик зрителей и подписчиков в интернете вдохновил Генри на совершенно другое занятие — игру на барабанах. «Я обожаю играть на барабанах, но это очень сложно. Не могу сказать, что репетиции всегда доставляют мне удовольствие. Самое крутое — когда понимаешь, что стал играть лучше. Мне очень хочется, чтобы все видели, как хорошо у меня получается».

Чтобы продемонстрировать всем свои таланты, Генри вступил в школьную рок-группу и сыграл на ежегодном музыкальном вечере. Все ребята привели родителей. Участники очень нервничали и боялись ошибиться, но, по их собственным словам, они играли так громко, что никто не заметил бы пару фальшивых нот! Теперь Генри может называть себя не только актером, комиком и интровертом, но еще и музыкантом.

Карли и Генри — интроверты, не страдающие от излишней застенчивости. Хотя они предпочитают одиночество или компанию близких друзей, интроверсия не мешает им смело выступать перед публикой. А вот Райан, мальчик из Джорджии, как раз из робких интровертов. Ему понадобились долгие годы, прежде чем он привык находиться в центре внимания. Райан пробовал участвовать в конкурсах талантов, но всегда считал, что плохо себя показал.

И все же сцена манила Райана. В старших классах он записался в драмкружок и получил роль в пьесе «Суд в Андерсонвилле», действие которой происходит во время Гражданской войны в США. Он очень нервничал из-за того, что придется выступать на сцене, и досконально изучил свою роль. Райан играл заключенного Андерсонвилльской тюрьмы — концлагеря, в котором погибли тринадцать тысяч северян. На первой репетиции Райан прочел свои реплики, не ощущая никаких эмоций. Но потом ребята из драмкружка съездили на место, где располагалась тюрьма. Оказавшись там, Райан живо представил, каково было находиться в лагере для военнопленных, жить в ужасных условиях и видеть, как каждый день от пыток гибнет по сто человек. Он глубоко проникся судьбой своего героя, и когда в день премьеры вышел на сцену, произносил слова уже не монотонно. Он настолько сроднился со своим персонажем, что почти стал с ним единым целым.

Оказалось, что играть в театре легче, чем участвовать в шоу талантов. Свет софитов и взгляды зрителей по-прежнему пугали Райана, но он так тщательно изучил своего героя, что ему стало казаться, будто на сцене он не один. Как будто его герой стоял перед всеми этими людьми, а не он сам. Способность тихо наблюдать и сопереживать — вот что составляло основу его прекрасной актерской игры.

Когда на нас устремлены все взгляды, мы часто нервничаем. Но опыт Райана, Генри и Карли подтверждает, что не все интроверты готовы оставаться простыми зрителями. Иногда нас манит свет рампы, мы тоже жаждем внимания и аплодисментов. Наше умение наблюдать делает нас очень сильными исполнителями, ведь мы замечаем, какие методы более эффективны, а какие — менее, и интуитивно понимаем, как сыграть лучше.

Многие знаменитые исполнители последних 10–20 лет — интроверты. Я уже говорила, что Бейонсе, которую мы сочли бы очень уверенной, в интервью называет себя застенчивой и говорит, что любит уединение. Майкл Джексон, король поп-музыки, демонстрировал свою знаменитую «лунную походку» на стадионе перед сотней тысяч зрителей, но свободное время предпочитал проводить дома с близкими друзьями и семьей. А стэндаперы? Можно подумать, им нравится шуметь, хохмить и выступать в роли клоунов, но, например, комик и сценарист Стив Мартин признается, что по природе своей застенчив и до сих пор немного смущается, сталкиваясь с чрезмерным вниманием.

Или взять актрису Эмму Уотсон. В фильмах о Гарри Поттере она очень убедительно изображает девочку-экстраверта: ее героиня Гермиона Грейнджер всегда первой тянет руку и готова постоять за себя и друзей. Сама же актриса считает себя интровертом. «Когда я поняла это, у меня открылись глаза, — призналась она в одном из недавних интервью. — Ведь раньше я думала: “О боже, наверное, со мной что-то не так, раз я не хочу идти на тусовку, как все мои друзья!” <…> Если уж быть в центре внимания, — продолжает она, — то ради достойной цели». Поэтому в 2014 году она стала послом доброй воли ООН в борьбе за права женщин. Произнося в ООН свою речь о равноправии полов, она казалась бесстрашной и очень уверенной.

Сама мысль о том, что интроверт может быть артистом и выступать на сцене, выглядит странной. Но, по словам педиатра Марианны Кудзуянакис, для интровертов это не столько добровольный выбор, сколько необходимость. «Если ты хорошо поешь, танцуешь, играешь, твои способности и страсть требуют выражения. Интроверты понимают, что лучший способ выразить себя — предстать перед зрителями, и решают, что стоит рискнуть. Ведь выступление длится недолго, а после можно снова вернуться к привычному “я” и в одиночестве восстановить силы».

Виктория, школьница из Австралии, всегда любила петь. Она была смышленой, трудолюбивой и сдержанной. Часто пробовалась в школьные мюзиклы, но ей никогда не доставалась главная роль. Да ее и не тянуло на сцену, как Райана, она предпочитала раствориться в массовке. «Я всегда стремилась стоять в заднем ряду», — говорит Виктория.

Но потом перед ней встал нелегкий выбор.

В день мюзикла у мамы Виктории намечалась важная встреча. Она пообещала отменить ее и прийти на выступление, но при одном условии: у Виктории будет главная роль. Маме надоело слушать хор и пытаться уловить голос дочери. Она хотела, чтобы Виктория знала: она верит в нее и надеется, что и дочь поверит в себя и продемонстрирует свои таланты всему миру.

Виктория решила попытаться. «Мне хотелось показать всем свои способности». В мюзикле Стивена Сондхайма «В леса» было много отличных ролей. Поскольку Виктория не была готова к главной роли, она пробовалась на роль феи-крестной Золушки. К удивлению, ее утвердили — и она тут же начала переживать. Ей предстояло петь партию сопрано, которая была несколько выше ее диапазона. А в одной сцене Виктория должна была висеть над сценой на высоте трех метров! В хоре ничего подобного не делали.

Но, как и другим героям этой книги, Виктории помогли качества интроверта. Вдумчивый Райан глубоко изучил своего персонажа, а Виктория воспользовалась умением концентрироваться и репетировать. В течение нескольких месяцев упорных занятий она смогла расширить диапазон своего голоса и подготовиться к тому моменту, когда зрители устремят на нее свой взор. «Всю неделю до спектакля я волновалась: вдруг я всё испорчу и на сцене буду трястись от страха», — призналась она.

Но оказалось, быть звездой здорово! Когда ей прикрепили маленький микрофончик, она испытала огромный восторг. Несмотря на опасения, все прошло идеально. «Я вышла на сцену, и ничего страшного не произошло. Я была совершенно спокойна». Ее мама сидела в зале и с гордостью смотрела на дочь. Виктория спела очень чисто и великолепно сыграла. Мама слышала, как ребята в зале изумленно восклицают: «Она умеет петь? Кто бы знал!»

Психолог Брайан Литтл изучает поведение людей и сложные пути взаимодействия человеческого разума и эмоций. Несколько лет назад, когда мы с ним познакомились, он работал в Гарварде и был одним из самых любимых профессоров среди студентов. Все отзывались о нем как об исследователе, увлеченном своим предметом, и внимательном к учащимся преподавателе. У профессоров колледжей есть приемные часы, когда любой студент может зайти в кабинет и поговорить с ним с глазу на глаз об учебных или о личных проблемах. В приемные часы Брайана Литтла очередь из желающих пообщаться тянулась до конца коридора — как будто в его кабинете раздавали бесплатные билеты на суперкубок!

На кафедре, перед студентами, Литтл вел себя как общительный экстраверт. Но на самом деле он был классическим интровертом и любил одиночество. Можно ли вести себя как экстраверт и оставаться верным себе и своим «тихим» качествам? Ответ на этот вопрос — «да». Главное, чтобы твоей мотивацией преодолевать себя было важное дело — служение людям или проект, который тебе действительно интересен.

Основываясь на своем опыте, Брайан Литтл сформулировал новую психологическую теорию, получившую название теории свободных черт. Согласно Литтлу, мы рождаемся с определенным набором личностных качеств (постоянных черт), но можем приобретать и другие (активизируя свободные черты характера), если в этом действительно есть необходимость, например ради проектов, в которые готовы вложить всю душу. Так что не только экстраверты умеют «включать обаяние» на сцене. И не только интроверты могут тихо сидеть и часами изучать статьи в интернете или подолгу тренироваться в одиночестве.

Вернемся к Гермионе Грейнджер — девочке-экстраверту, которую сыграла интроверт Эмма Уотсон. Героиня саги о Гарри Поттере на уроке рвется немедленно ответить на любой вопрос, что не очень согласуется с ее умением глотать книгу за книгой. Поведение Гермионы подтверждает теорию свободных черт. Ею движет жажда знаний, поэтому она готова сидеть в одиночестве и читать взахлеб. Теория Литтла применима ко всем людям: он утверждает, что каждый человек, испытывая вдохновение, обретает совершенно не свойственные ему черты.

Мой опыт с публичными выступлениями — типичный пример теории свободных черт. Сейчас я постоянно выступаю перед толпой из сотен, а иногда и тысяч человек. Я улыбаюсь, хожу по сцене, жестикулирую, пытаясь донести свою мысль, и говорю со всей энергией и страстью, вкладывая в свои слова всю душу. Кому-то покажется странным, что интроверт выступает перед огромной аудиторией с лекцией об интроверсии, и наверняка кто-то из моих слушателей решит, что на самом деле я экстраверт. Ведь со стороны кажется, что на сцене я чувствую себя как дома. Порой удается даже рассмешить зал, чему я всегда очень радуюсь. У меня это получается главным образом потому, что я говорю об очень важных для меня самой вещах. Меня действительно заботят судьбы тихонь, детей и взрослых, и хочется, чтобы нас услышали! Страсть к делу воспламеняет меня.

Естественно, я не всегда ощущала такую уверенность перед аудиторией. Никогда не забуду, как в восьмом классе я сидела на уроке английского со своими хорошими друзьями. Меня окружали знакомые лица, поэтому я почувствовала себя чуть увереннее, чем обычно, и подала голос. Учительница решила, что мне нравится выступать. Мы изучали «Макбета» Шекспира, и к доске вызвали меня и мою подругу. Я запаниковала, особенно когда учительница объяснила, что сейчас мы разыграем сценку: я буду леди Макбет, а подруга сыграет главного героя — обреченного короля Шотландии Дункана, и играть нам предстояло одну из важнейших сцен пьесы. Читать по книге не разрешалось. Учительница предложила нам импровизировать!

По ее мнению, нам должно было понравиться. Понравиться? Да я готова была сквозь землю провалиться! Я покраснела до ушей. Не могла и рта раскрыть. Меня затрясло, и, к удивлению учительницы, мне пришлось вернуться на свое место. До конца урока я больше ни слова не произнесла и в тот день бродила по коридору, сгорая от стыда. Почему я не смогла спокойно выполнить задание?

На самом деле у нас была прекрасная учительница, и будь на моем месте кто-то другой, задание оказалось бы потрясающе интересным экспериментом. Но обстановка так давила на меня, что я ощущала себя в смертельной опасности.

Сейчас я знаю: преодолеть эту почти аллергическую реакцию на всеобщее внимание возможно, и понимаю, что моя интроверсия может быть преимуществом при выступлении на сцене. Жаль, я не подозревала об этом тогда. Надеюсь, мой опыт поможет вам!

Десятилетнюю Кейтлин приводила в ужас одна мысль о выступлении перед публикой. Девочка была очень робкой и замкнутой. Она говорила так тихо, что даже родные напрягались, чтобы услышать ее, а с некоторыми людьми она вовсе отказывалась заговаривать. Во втором классе учительницу так раздражало ее нежелание говорить, что она посоветовала родителям Кейтлин перевести дочь в класс для детей с особыми потребностями. Девочка не отставала в учебе. У нее были отличные оценки по всем предметам. Просто она была очень-очень тихой.

В пятом классе всем поручили сделать пятиминутный доклад. Кейтлин сильно разволновалась и сразу же стала готовить задание. Сначала девочка как можно больше прочитала о своей героине — Амелии Эрхарт. Изучив ее биографию, подготовила презентацию в PowerPoint с заметками о жизни отважной летчицы. Когда презентация была готова, к делу подключился папа Кейтлин. Он тоже был интровертом, но научился при необходимости скрывать это. Он овладел искусством светской беседы и состоял в организации Toastmasters («Мастера тостов»), помогающей взрослым преодолеть страх публичных выступлений. Отец решил поделиться маленькими хитростями с дочкой.

В центре гостиной поставили ноутбук и запустили презентацию. Папа сел напротив Кейтлин, и девочка обращалась только к нему, рассказывая о жизни Амелии Эрхарт. Затем папа расставил по комнате около десяти мягких игрушек — это были «зрители», ученики из класса Кейтлин. Ее рассмешила забавная игра, но папа заверил дочку, что все очень серьезно. И попросил провести презентацию снова, только на сей раз глядя на плюшевых зверей. Тренируясь на игрушках, Кейтлин привыкла перемещать взгляд по комнате во время доклада. Только в классе вместо игрушек ей предстояло смотреть на одноклассников и учителя. Больше часа Кейтлин с папой репетировали пятиминутную речь перед аудиторией из кукол и игрушек. Она повторила доклад 12 раз! А через несколько дней блестяще выступила перед классом, ни разу не запнувшись, и получила высший балл.

История Кейтлин подтверждает, как важно соблюдать одно из главных правил публичных выступлений — готовиться. Это крайне необходимо! В тот день в восьмом классе я ничего не знала о планах учительницы и оказалась не готова импровизировать в роли леди Макбет. Много позднее я поняла, что репетиции — ключ к успеху любого выступления.

В 2012 году меня пригласили выступить на большой конференции TED в Калифорнии перед аудиторией из 1500 человек. Сначала я пришла в ужас. Но к тому моменту я уже год занималась ораторским искусством. Как и папа Кейтлин, я вступила в организацию Toastmasters (позднее мне вручили награду за публичные выступления!). Я работала с консультантом по риторике конференции TED и даже наняла преподавателя по актерскому мастерству, чтобы увереннее выражать свои мысли и чувства. Он объяснил, что язык жестов, интонация и даже вспомогательные материалы могут оживить любую речь.

Когда настало время выйти на сцену, я все еще нервничала. В тот день в зрительном зале сидели основатель Microsoft Билл Гейтс, бывший вице-президент Эл Гор и актриса Кэмерон Диас. Но я была готова и выступила прекрасно. Правда, помню все как в тумане, но мне рассказывали, что моему выступлению аплодировали стоя, а за неделю лекция набрала более миллиона просмотров. Вывод прост, и он касается не только лекций TED, но и школьных спектаклей, и шоу талантов, и докладов в пятом классе: у меня все получилось не потому, что я прирожденный оратор, у меня получилось потому, что я готовилась, — а интровертам иначе и нельзя.

Когда ты в следующий раз будешь выступать перед большой аудиторией, вспомни мои советы. И не волнуйся, выживешь ли ты после такого. Выполнив эти простые действия, ты не просто выживешь, а будешь блистать!

Своя комната. Терраса. Баскетбольная площадка. Уголок в библиотеке. Домик на дереве. Подвал в доме друга. Вот что отвечали люди на мой вопрос о безопасном месте, где можно укрыться и побыть в тишине, расслабиться и «зарядить батарейки». Это называется личным пространством.

Помнишь, как в детстве ты строил домики? Из подушек и одеял, а может, это был шалаш из веток? Личное пространство — именно такой «домик». Найди такое место! Оно необязательно должно быть тайным убежищем или неприступной крепостью, но там ты должен чувствовать себя в безопасности, ощущать комфорт и неприкосновенность. Твое место «для себя» может быть совсем небольшим, к примеру, кресло в комнате. Или просторным, как песчаный пляж на побережье океана.

Психолог из Гарварда Брайан Литтл, с которым ты познакомился в предыдущей главе, называет это пространство восстанавливающей нишей. Оно может быть реальным и воображаемым, в нем ты можешь укрыться от шума и хаоса окружающего мира, побыть наедине со своими мыслями и чувствами и восстановиться после долгого дня среди людей. В своем личном пространстве ты снова можешь быть собой. Как мы уже обсуждали, интроверты крайне чувствительны к внешним раздражителям. В личном пространстве их интенсивность идеальна для тебя, а твоя энергия — на оптимальном уровне. Пребывание в таком месте равносильно перезагрузке.

Несколько лет назад я выступала с лекцией об интровертах в одной из школ Огайо. Ко мне подошла ученица, которую звали Гейл. Оказалось, во многих примерах из моей лекции она узнала себя. Начав изучать интроверсию, она наконец-то осознала, почему ей так неловко, когда другим весело, а чувство безмятежности возникает лишь в одиночестве или в компании близких друзей. Узнав о понятии личного пространства, Гейл загорелась идеей создать его.

Девочка поняла, что у нее нет места, где она могла бы полностью расслабиться. Дома она почти все время сидела в гостиной, где работал телевизор, и звуки с экрана постоянно нарушали ее размышления, мешали читать и выполнять домашние задания. У нее была своя комната, но она казалась темной и мрачной. А еще там царил беспорядок.

Услышав о восстанавливающей нише, Гейл решила кое-что поменять. Чтобы ее комната стала убежищем, местом, где можно «перезагрузиться» и побыть собой, необходимо было сделать ее светлее. Она повесила одежду на место, выкинула старые бумажки и занялась освещением. Прикрепила к потолку старую рождественскую гирлянду, чтобы лампочки тянулись через всю комнату, и включила в розетку. Такое простое действие все изменило: комната наполнилась чудесным мягким сиянием. Гейл была в восторге.

Лола тоже считает свою комнату личным пространством, где можно восстановить силы: «Я люблю сама придумывать себе развлечения. Смотрю на Netflix[15] документальные фильмы, анализирую случайно услышанные факты, изучаю что-нибудь новое. Мне нужно место, чтобы расслабиться и “зарядить батарейки”. Для меня это насущная необходимость. Ты же не выходишь из дома, не зарядив телефон? А я считаю, что не менее важно заряжать себя».

В разное время года твое особое пространство может меняться. Так, зимой Лола предпочитает укрываться в своей комнате, а летом любит кататься на скейте или сидеть у пожарного выхода со смузи и книжкой.

Личное пространство есть и у самого профессора Брайана Литтла, придумавшего понятие восстанавливающей ниши. Он регулярно выступает на публике (и в конце выступлений ему часто аплодируют стоя), примеряя на себя личину экстраверта, но впоследствии чувствует сильное утомление и опустошение. Развлекать восторженную толпу студентов или взрослых познавательной лекцией не так уж просто для интроверта — после этого Литтлу необходимо удалиться в спокойное место и побыть одному.

Много лет назад его попросили произнести речь в Королевском военном колледже Сен-Жан в окрестностях Монреаля (Канада). Колледж находился на берегу реки Ришелье. Речь Литтла имела огромный успех, и принимающая сторона пригласила его на обед. Профессор не хотел обижать хозяев, но ему крайне необходимо было побыть в одиночестве, чтобы восстановиться после утомительного выступления. И он соврал. Сказал, что очень любит лодки и хочет в одиночестве прогуляться по берегу реки. К счастью, никто не разделял его выдуманное увлечение, и профессор неспешно отправился на прогулку! Вернувшись, он был готов общаться снова.

Лекция Литтла так понравилась студентам, что его стали приглашать каждый год. И каждый год между выступлениями он гулял по берегу реки, восстанавливая силы. Потом школа переехала в новое здание в городской район. Литтл приехал, но реки-то уже не было! И весь обеденный перерыв он просидел в туалете. Я не шучу! Он предпочел сидеть в кабинке туалета, а не обедать с коллегами. Иногда он даже садился на унитаз и задирал ноги, чтобы никто не узнал его ботинки и не попытался заговорить с ним через дверь.

Интроверт никогда не будет счастлив, не имея возможности укрыться в своем «домике». Мы обожаем время уединения после долгого дня в школе или общения с друзьями и семьей. К сожалению, детям и подросткам не так легко остаться в одиночестве. Помните Люси? Все утро она притворялась общительной, но когда захотела уединенно пообедать в библиотеке, подруги ее не поняли. Последние научные исследования подтверждают, что их реакция была не такой уж странной. Любовь к одиночеству противоречит социальным нормам средней школы, где главное — деление на группы и стадный инстинкт. В одном исследовании 234 восьмиклассника должны были охарактеризовать 200 учеников из старших классов. Оказалось, что у учащихся средней школы стремление к одиночеству вызывает неодобрение. Старшеклассники же относятся к нему гораздо терпимее.

Есть существенная разница между здоровым стремлением отдохнуть от общения и восстановить силы и асоциальным поведением. Некоторые ученики, участвовавшие в исследовании, предпочитали одиночество, потому что им не хватало социальных навыков, и они избегали контактов со сверстниками. Я встречала немало ребят, переживающих те же трудности. Например, Бейли в средней школе каждый день обедала одна, запершись в кабинке туалета. Это не было восстанавливающей паузой, девочка просто пряталась. Компании популярных ребят и отщепенцы, взгляды одноклассников на переменах — все это было очень тягостно. В конце концов становилось невыносимо оставаться в школе, и она сбегала. К счастью, Бейли научилась справляться со своим страхом и стала взаимодействовать с окружающими, при этом заботясь о себе и восстанавливая силы.

Важно видеть разницу между «плохим» и «хорошим» стремлением к уединению. Предлагая тебе искать личное пространство, я вовсе не призываю ото всех прятаться (хотя, разумеется, всем нам иногда это нужно). Личное пространство — это место, где ты можешь отдышаться, расслабиться, «перезарядить батарейки», чтобы иметь силы противостоять повседневным стрессам.

Легче всего найти такое место дома. В школе тебя могут не понять, если ты будешь отгораживаться от всех. Но дома тебя, скорее всего, оставят в покое и не станут осуждать — ты только объясни, что тебе необходимо побыть в одиночестве. (О взаимоотношениях с домашними мы поговорим в следующей главе.)

Обустроив свое личное пространство, ты сможешь не только отдохнуть и восстановиться, у личного уголка есть множество других плюсов. Помнишь, я рассказывала об эксперименте с лимонным соком? Тогда мы выяснили, что интроверты более чувствительны к внешним раздражителям. Автор исследования Ганс Айзенк считал, что у каждого человека есть свой оптимальный уровень стимуляции. Экстраверты стремятся к шумным людским сборищам, а нам, интровертам, нужны спокойствие и уединение. И не только для того, чтобы расслабиться: в спокойной обстановке нам думается легче.

В другом исследовании интроверты и экстраверты играли в сложную игру, надев наушники, в которых периодически слышали шум. Когда участникам разрешили регулировать громкость, интроверты сделали звук намного тише, чем экстраверты. Обе группы показали отличный результат. (Это подтверждает идею о том, что интеллектуальные способности не зависят от типа личности. Мы просто разные и по-разному реагируем на одни и те же вещи.) Однако, когда громкость у интровертов увеличили, а у экстравертов уменьшили, обе группы справились с заданием хуже, чем в предыдущий раз.

Отсюда можно сделать вывод, что у каждого свой идеальный уровень стимуляции, своя гармония, складывающаяся из подходящей музыки, соответствующей громкости и даже идеального освещения, температуры воздуха и присутствия или отсутствия людей. Отыскав эту гармонию, ты станешь намного счастливее и обретешь ясность мысли.

Даже супергероям нужно личное пространство! Бэтмен, борец с преступностью в развевающемся плаще, всю ночь сражается с коварными злодеями, а потом удаляется в свое убежище — громадную пещеру глубоко под землей. Он мог бы просто зайти в любую комнату особняка Уэйна и закрыть дверь, но пещера для него — то место, где он может быть собой. И не у одного Бэтмена есть такое место. Даже Супермену иногда нужно отдыхать от всего. Когда ответственность за судьбу человечества оказывается чересчур тяжелой, он улетает в собственную ледяную пещеру — Крепость Одиночества.

Поскольку мы не умеем летать и у нас нет даже бэтмобиля, нам нужно создавать свою Крепость Одиночества самим — дома или в другом месте, где безопасно и спокойно. Рупал, сестра Раджа — мальчика, любящего математику, с которым мы познакомились в пятой главе, — после школы сразу идет в свою комнату и сидит там примерно час. Она слушает музыку, читает или делает уроки. Маме не терпится расспросить дочку о том, как прошел день, но она понимает: уединение очень важно. Рупал необходим период восстановления, после которого она всегда выходит из комнаты в хорошем настроении, готовая общаться.

Ее брат Радж применяет другую тактику. Он тоже любит отдыхать после школы, но не чувствует необходимости быть в полном одиночестве. Радж садится за стол на кухне, читает или играет в телефоне. Мальчик почти не разговаривает, и мама не пристает к нему с расспросами. Это его место для отдыха. Ему не всегда нравится сидеть одному, он предпочитает находиться в нескольких шагах от мамы.

Каким станет твое убежище? Это зависит и от твоего дома, и от личных потребностей. Тайлер, семиклассник из Миннесоты, может расслабиться где угодно — главное, чтобы там были деревья. На природе он успокаивается, обретает душевный баланс. Тайлер — интроверт. Два любимых увлечения — охота и рыбалка — не просто позволяют побыть в одиночестве, а требуют этого. «Летом мы с папой и бабушкой рано утром идем гулять и ловить уток. Или берем лодку и едем на рыбалку. Чтобы поймать рыбу, нужны терпение, средство от комаров и полная тишина». Лес и озеро, простор и чистый воздух — на природе забываются все стрессы, связанные с общением и учебой.

А еще он расслабляется в прыжке! У Тайлера большой двор, а во дворе стоит батут. Когда нужно выпустить пар, он прыгает на батуте, смотрит на горизонт и дышит воздухом!

А для Риты, нашей знакомой путешественницы, побывавшей в Эквадоре, идеальное место для отдыха — заднее крыльцо. Ей не требуется полное одиночество, и обычно на крыльце сидит вся семья. Иногда они разговаривают, но чаще всего просто слушают, как поют птицы или ветер шелестит кронами деревьев.

В старших классах Ноа обнаружил, что лучше всего расслабляется, играя в видеоигры в подвале. Родители беспокоились: почему он так много играет? Наверное, пытается уйти от реальности? А Ноа воодушевляли сюжеты видеоигр. Они пробуждали в нем желание творить. Наигравшись, он сочинял новые рассказы, а потом рисовал к ним иллюстрации.

В своем личном пространстве ты можешь расслабиться, заняться тем, что тебе интересно, а главное — быть собой.

Но что, если у тебя нет своей комнаты или домашние не дают тебе покоя? Для Карины личное пространство всегда было больной темой: она жила в одной комнате с сестрой, и дверь не запиралась. Но и она нашла способ отгородиться от всего: надевала наушники, включала музыку и писала рассказы. Если сестра шумела или мешала ей, Карина шла читать на крыльцо. Если на кухне никого не было — пекла печенье и смотрела на ноутбуке мультсериал «Время приключений».

Бывало, тихий уголок найти никак не удавалось, и тогда Карина создавала такое пространство мысленно. «Я уже бессознательно “уменьшаю звук” и “выключаю” окружающих. Создаю в голове такое место, куда не проникнет никто. Там я чувствую себя в безопасности».

Когда сбежать и уединиться в своем «домике» невозможно, бери его с собой! Некоторые ребята умудряются расслабиться даже в битком набитом транспорте. Джули, девочка из Нью-Джерси, рассказывает, как раньше ее знакомые считали, что она не высыпается, потому что в автобусе она всегда сидела с мрачным видом. Садилась и ни с кем не разговаривала. Это не имело ничего общего с невежливостью или дурным настроением. Ей просто нужно было побыть в одиночестве после пробуждения и подготовиться к предстоящему дню. Отыскав местечко у окна, она надевала наушники, слушала музыку, смотрела на проезжающие машины, деревья и дома. Вокруг нее было полно ребят, но, как и Дэвис со своими наушниками, она находилась в идеальном внутреннем пространстве, где могла неспешно подготовиться к событиям дня.

Ты можешь укрыться в своей комнате, как Гейл, или, как доктор Литтл, сбежать в туалет. Можешь отгородиться от всего, погрузившись в чтение или музыку. Каждому нужно время для отдыха, и если ты уже нашел свой способ восстанавливать силы, можно только порадоваться. А если нет — вот несколько советов, как найти и обустроить личное пространство.

У Дженни, увлекающейся плаванием (мы познакомились с ней в десятой главе), однажды летом выдался очень напряженный период. Сначала она с семьей поехала в выходные на день рождения друга. Весь уикенд прошел в общении. На празднике было много людей, и все донимали Дженни вопросами. «Она все время твердила, что ей нужно отдохнуть от толпы, — вспоминает мама Дженни. — Хотела хотя бы один день покоя».

Наутро после возвращения из гостей она уехала в лагерь. Смена длилась неделю. В этом лагере их не заставляли заучивать кричалки, веселиться и шуметь с утра до ночи, как меня в детстве, но в целом обстановка не позволяла расслабиться. В основном там были амбициозные дети-экстраверты, и Дженни изо всех сил старалась не выделяться, притворяясь общительной и открытой. Когда она вернулась домой, родители поинтересовались, как прошла смена. «Мы не видели дочь неделю, — вспоминает ее мама. — Нам так хотелось расспросить ее обо всем и поговорить!»

Родители решили устроить семейный обед, а потом вместе посмотреть кино. Но Дженни меньше всего хотелось быть в компании. «Она слишком долго была лишена одиночества и изголодалась по нему, — говорит мама Дженни. — В тот вечер у нее случилась настоящая истерика».

Наверняка ты знаешь, о чем идет речь, — крики, плач, хлопанье дверью… На самом деле подобные истерики иногда полезны. Порой у интровертов накапливается так много эмоций, что выпустить их наружу и как следует прокричаться даже приятно. Такая разрядка — как хлопок лопнувшего воздушного шарика.

Но Дженни и ее мама прекрасно отдавали себе отчет в том, что истерики можно было избежать. Вскоре у них состоялся разговор, и мать объяснила Дженни, что ее потребность в отдыхе и подзарядке — действительно насущная необходимость. Она пообещала, что отныне будет внимательнее прислушиваться к дочери и постарается понять, когда та на пределе. И попросила Дженни выражать свои чувства словами, чтобы избежать неприятных для всех сцен.

Чтобы заметить в себе склонность гасить эмоции, нужно быть очень внимательным к своему внутреннему миру. Дженни уже не была ребенком, и мама решила, что дочери пора взять на себя больше ответственности. Она знала, что девочка уже достаточно взрослая и ей это по плечу. Научившись понимать свои потребности, Дженни могла бы заявлять о них и при необходимости удаляться в свою Крепость Одиночества, чтобы отдохнуть и вернуться в мир спокойной и уравновешенной. Кажется, что это просто, но есть одна загвоздка: Дженни живет в семье. А когда у тебя есть родные, ты должен учитывать не только свои потребности и чувства, но и чужие. Например, младшая сестра Дженни была полной ее противоположностью.

Вскоре после рождения второй дочери мама Дженни поняла, что хотя разница между дочками составляет всего два года, разница в их темпераментах огромна. «Дженни — человек-кошка, а Эми — человек-собака, — объясняет она. Дженни рада сидеть в уголке с книжкой, чтобы ее никто не трогал, а Эми — она как щенок. Ей нужно, чтобы все вокруг крутилось и вертелось». Эми тянулась к общению, и особенно — со старшей сестрой.

Стоило Дженни уйти в свою комнату в надежде отдохнуть и побыть в одиночестве, как младшая сестра стучала в дверь. Дженни старалась быть хорошей сестрой, но как же это было сложно! «Все зависит от того, в каком я настроении, — говорит она. — Если я весь день общалась с людьми, то вряд ли скажу: “Давай, сестричка, позанимаемся чем-нибудь вместе”. Поскольку Дженни переживала подростковый возраст, у нее часто менялось настроение. Иногда ей просто не хотелось быть рядом с сестрой.

Так перед Дженни, Эми и их родителями встала непростая задача: как сделать так, чтобы все были довольны. Проблема обострилась, когда они всей семьей отправились в отпуск. Поехали к реке Колумбия, протекающей по живописному ущелью, — в райский уголок в горах на границе штатов Орегон и Вашингтон. Всё время шел дождь, и все планы искупаться, погулять, покататься на яхте, каяках и водных лыжах пошли прахом. Но Дженни не слишком расстроилась. Ей было чем заняться: она взяла с собой книжки и скетчбук. Оставшись в номере, она читала, рисовала и была совершенно счастлива. Но Эми… Ей в такую погоду ничего не оставалось, как только маяться от скуки.

В конце концов они пришли к соглашению: когда Дженни читает, Эми в течение определенного времени обещает ее не трогать. Но потом наступала очередь Эми: Дженни пообещала искупаться с сестрой под дождем — и не с кислой миной, а с улыбкой! Так сестры пережили путешествие и непогоду, а на следующий год родители нашли выход: пригласили поехать с ними лучшую подругу Дженни. Та оказалась экстравертом и полностью удовлетворила потребность Эми в общении, а у Дженни появился шанс почаще бывать в одиночестве. «Когда появилась третья девочка, Дженни стало немного легче», — рассказывает мама. К ее удивлению, подруга Дженни не мешала сестрам общаться, а, наоборот, помогла им наладить контакт.

Я уже писала о том, что в нашей семье все были задумчивыми тихонями. Все члены моей семьи были классическими интровертами, и таких семей много. Близнецы Софи и Белла обожали бывать дома, потому что их родители тоже были интровертами и предпочитали тишину и покой. «У нас в семье у всех замедленный пульс», — шутит их мама Аманда.

То ли дело семейство Карверов! Эта семья разделилась надвое. Мама Сьюзан и одна из дочерей были экстравертами, а отец и вторая дочь — интровертами. Как и семье Дженни, Карверам было нелегко уравновесить разные потребности детей и родителей. Когда ее муж замыкался в себе, Сьюзан думала, что он чем-то расстроен, и нервничала. Сама Сьюзан могла говорить без умолку с утра до ночи, но ее мужу были крайне необходимы периоды тишины и время на размышления. Старшая дочь, Мария, походила на отца, а младшая, Габи, была, как и мать, разговорчива, постоянно стремилась к новым впечатлениям, ей хотелось играть и общаться.

Карверам удалось гармонизировать обстановку в доме, введя правило открытых дверей. Все двери в доме за редким исключением всегда должны были быть открыты — никто не мог запереться в комнате и отгородиться от других членов семьи. Это касалось всех. Но правило действовало при одном условии. «Ты объясняешь, что происходит в твоей комнате, — рассказывает Сьюзан. — Если ты сидишь и читаешь в тишине, кто-то другой может войти, сесть рядом и тоже взять в руки книгу, но не врубить музыку и пуститься в пляс!» Благодаря этому правилу у Марии и ее отца появилось достаточно времени для уединения, а младшая сестра усвоила важный урок. «Мы пытаемся показать Габи, что отношения между людьми — это не только разговоры». Просто побыть с человеком, посидеть рядом с ним в комнате — тоже вариант взаимодействия.

Могут ли интроверты жить в гармонии в своей семье? Истории Дженни, Марии и других ребят показывают, что гармония может как создаваться усилиями всех членов семьи, так и возникать естественным путем. Главное — она достижима, если следовать нашим важным советам.