«Freundschaftsgeschichten vom Franz» by Christine Nöstlinger

© Verlag Friedrich Oetinger GmbH, Hamburg 1984

© Толстая Е. В., иллюстрации, 2017

© Комарова В. В., перевод, 2017

© Издание на русском языке. ООО «Издательский дом «КомпасГид», 2017

Францу Фрёстлю скоро девять лет. Он живёт с мамой, папой и братом в Заячьем переулке. Брата зовут Йозеф, и он на шесть лет старше Франца.

В общем-то, в жизни Франца всё хорошо. Но проблемы тоже есть, и немало.

Больше всего неприятностей Францу доставляет его голос. Он становится тонким и писклявым, когда Франц волнуется. А если Франц волнуется очень сильно, голос совсем пропадает.

Ещё Франца огорчает то, что он очень маленький. Хотя скоро он будет уже третьеклассником, его часто спрашивают: «А в школу ты уже ходишь, малыш?»

Но теперь, по крайней мере, никто не называет его «малышкой». Раньше Францу приходилось слышать такое почти каждый день. Однако с тех пор, как нос у него стал длиннее, а рот – шире, на девочку он больше не похож.

С дружбой у Франца тоже есть проблемы. Самая старая из них – это его старший брат. Францу очень хочется однажды сказать:

– Мой лучший друг – это мой брат Йозеф!

Только Йозеф и не думает быть лучшим другом Франца. Он называет его «клопом», «карликом» и «писклёй», никогда с ним не играет и никуда его не берёт. Даже если об этом просят мама или папа.

«Клоп будет камнем висеть у меня на шее», – говорит он.

Мама утверждает, что на самом деле Йозеф Франца очень любит.

– Просто он сейчас в таком ершистом возрасте, – говорит она.

Франц каждый раз спрашивает:

– А долго длится этот возраст?

– Будем надеяться, что недолго, – отвечает мама.

Так она говорит уже много лет. Франц слышал это «недолго» тысячу раз и давно перестал в него верить.

Перед сном, уютно закутавшись в одеяло, Франц часто воображает себе другого Йозефа – своего лучшего друга.

Йозефа, который строит вместе с ним из «Лего» собор Святого Штефана[1], объясняет сложные задачки и берёт с собой в бассейн и на каток.

Иногда этот другой Йозеф Францу даже снится. После таких чудесных снов Франц просыпается совершенно счастливым.

И думает так: «У меня есть брат, и он мой лучший друг. Это главное. А снится он мне или есть на самом деле – это почти не важно!»

«К тому же, – говорит себе Франц, – в настоящей жизни у меня есть два лучших друга. Этого достаточно!»

Лучшие друзья Франца – Габи Грубер и Эберхард Мост.

Габи живёт с Францем в одном доме, в соседней квартире. После школы Франц идёт к Габи и остаётся у неё, пока его родители не придут с работы.

Франц любит Габи. Габи тоже любит Франца. Иначе бы не повторяла так часто:

– Когда нам исполнится восемнадцать, мы поженимся, и у нас будет шестеро детей!

Но Францу с Габи нелегко. Она бывает очень капризной. И всегда всё должно быть по-её! Если Франц не делает того, что хочет Габи, она ужасно злится.

За это Габина мама её ругает. И тогда Габи приходит просто в дикую ярость и кричит:

– Из-за тебя, лилипут несчастный, мама всё время на меня ругается!

Так что Франц предпочитает послушно делать всё, что хочет Габи.

Эберхард Мост в школе сидит с Францем за одной партой.

Он защищает Франца с первого класса. И когда это нужно, и когда это не очень нужно. Если у Франца от волнения голос становится писклявым и кто-то начинает над ним смеяться, этот кто-то будет иметь дело с Эберхардом.

Эберхард – самый рослый и сильный мальчик в классе. И ему вполне достаточно просто рыкнуть:

– Оставь моего друга в покое, а то я за себя не отвечаю!

Жаль только, что Эберхард и Габи друг друга терпеть не могут. Эберхард считает Габи капризной и вредной. Габи считает Эберхарда скучным и противным.

Каждый раз, когда Франц делает что-то вместе с Габи и Эберхардом, всё идёт наперекосяк. Каждый раз они ссорятся. Но Франц ссориться не любит и поэтому больше дружить втроём не пытается.

Он решил так: «Эберхард – мой дообеденный друг, Габи – моя послеобеденная подружка!»

Габи с таким разделением согласна. Она ведь учится не во втором «Б», как Франц и Эберхард, а во втором «А».

Но вот Эберхард против. Ему хочется и после школы быть вместе с Францем. Он не теряет надежды и снова и снова приглашает Франца к себе домой.

– Ты же можешь и у нас обедать, – соблазняет он Франца. – Моя мама отлично готовит! А потом мы сходили бы в зоопарк. Или в парк Пратер[2].

Франц на уговоры не поддаётся. И продолжает делить дружбу на «дообеденную» и «послеобеденную». Но Эберхард очень добрый и на Франца не обижается.

За две недели до пасхальных каникул, в пятницу, Франц сидел на кровати и смотрел, как Габи пытается сделать колесо. Правда, получалось у неё коряво, и колесо больше смахивало на кувырок в сторону.

Франц – мальчик вежливый. Поэтому каждый раз он старательно врал:

– Здорово, Габи! Ещё чуть-чуть – и получится просто отлично.

Во время очередной попытки в комнату вошла Габина мама.

– Ну и ну, – засмеялась она. – Изображаешь пьяного зайца?

Габи поднялась с пола и прошипела:

– Уйди! Ты мешаешь!

Францу не нравится, когда Габи так разговаривает с мамой.

Но Габину маму такие вещи не смущают. Она просто сказала:

– Полегче на поворотах, девушка!

И протянула Габи купюру в пять евро.

– Сбегайте-ка быстренько в магазин. Надо купить фенхелевый чай, у малышки животик разболелся.

(Малышка – это младшая сестра Габи.)

– Да-да, сходим. Попозже! – отмахнулась Габи.

– Прямо сейчас! – сказала Габина мама.

– Прямо сейчас мне надо тренироваться! – крикнула Габи и сверкнула на маму глазами.

Франц соскользнул с кровати, взял у Габиной мамы деньги и сказал:

– Я схожу!

Всё равно смотреть на неуклюжие старания Габи было скучно.

– Спасибо, милый Франц, – улыбнулась Габина мама. – По крайней мере, на тебя я всегда могу положиться.

Франц побежал в супермаркет. Но там такого чая не было. Кассирша посоветовала:

– Тут рядом, за углом, есть магазинчик с аптечным отделом. Там этот чай наверняка продаётся.

– Спасибо, – сказал Франц и побежал в магазин за углом.

Когда он открыл дверь, зазвонил колокольчик. Магазин и правда был маленький и мрачноватый. Оттого что на улице ярко светило солнце, он показался Францу ещё мрачнее.

Франц огляделся. Вокруг были полки, заставленные банками и коробками.

Перед одной из полок стоял прилавок. На нём сидела очень маленькая девочка в бейсболке. Бейсболка была ей явно велика и сползла на уши. Козырёк закрывал пол-лица.

– Добрый день, – сказал Франц.

Очень маленькая девочка кивнула.

Франц немного подождал. «Наверно, кассирша отошла в туалет», – подумал он.

И подождал ещё. И ещё…

Потом очень маленькая девочка взяла с прилавка блокнот и ручку. Написала что-то в блокноте, соскользнула с прилавка и сунула блокнот Францу под нос.

Там было написано очень красивым почерком:

«Чем могу помочь?»

Франц растерялся. Эта девочка – даже в бейсболке – была точно на целую ладонь ниже, чем он.

Но девочка, которая умеет писать, наверняка уже ходит в школу. А раз она пишет так красиво, то наверняка ходит уже не в первый класс.

Получалось, что девочке столько же лет, сколько и ему. Не меньше.

Но Франц ни разу в жизни не встречал ровесников, которые были бы ниже него!

– Мне нужен фенхелевый чай, – пискнул растерявшийся Франц.

Очень маленькая девочка пошла к полке, взяла упаковку чая и сунула её Францу в руки. Потом вырвала исписанный лист из блокнота и написала на чистом: «Он сто́ит 3 евро 30 центов».

Франц дал ей пять евро.

Девочка побежала к прилавку. Она выдвинула ящик, положила туда купюру и дала Францу сдачу – один евро и семь монеток по десять центов.

– Меня зовут Франц, – сказал Франц, положив деньги в карман. Он был рад, что голос у него больше не писклявый.

Очень маленькая девочка вырвала исписанный лист из блокнота и написала на следующем: «А я Эльфи».

Прежде чем Франц успел сообразить, что ещё можно сказать, Эльфи снова взяла ручку и написала: «Большое спасибо. Приходи к нам снова!»

Она вырвала лист из блокнота, отдала его Францу и исчезла за небольшой дверью между полками.

Франц, спотыкаясь, вывалился вместе с чаем из магазинчика. Так, значит, он не самый маленький девятилетний ребёнок в Вене! Этому он был ужасно рад. Но радость получалась какая-то не очень радостная – она была напополам с жалостью. Даже плакать хотелось.

Эльфи такая маленькая, да ещё и говорить не может. Вот ужас! Быть немым, думал Франц, в тысячу раз хуже, чем иногда говорить писклявым голосом. А бедная Эльфи так мужественно сносит свою тяжёлую судьбу!

Франц принёс чай и сдачу Габиной маме и сказал:

– Я пойду к себе. Мне ещё нужно доделать подарок для Габи на день рождения.

Это было неправдой. Подарок для Габи – обруч для волос, который он обклеил стразами, – был уже готов.

Францу хотелось побыть одному. А почему – он и сам толком не понимал.

В субботу за завтраком Франц спросил маму:

– А нам в аптеке ничего не нужно?

– В аптеке? – удивилась мама.

– Хочешь пойти в аптеку? – переспросил папа.

Франц кивнул.

– Зачем? – спросила мама.

– Просто так, – пробормотал Франц.

– Наверно, хочет купить таблетки для роста, – съехидничал Йозеф.

– А ну, цыц! – осадил его папа.

– Можно купить набор красок для яиц, – сказала мама. – Скоро ведь Пасха.

Франц запихнул в рот остатки печенья и встал из-за стола.

Но мама его остановила.

– Аптека открывается только в девять, – сказала она.

Франц снова сел и стал смотреть на часы. На секундную стрелку. Ему казалось, что она двигается страшно медленно. Когда до девяти ей оставалось ещё три круга, Франц сорвался с места и побежал.

Открывая дверь магазинчика, Франц чувствовал, как сильно бьётся у него сердце.

На этот раз внутри горел свет и было не так темно. За прилавком стоял какой-то человек. Для папы Эльфи он был слишком стар. «Наверно, это её дедушка», – подумал Франц.

– Чем могу служить, молодой человек? – спросил старик.

– Набор красок для пасхальных яиц, пожалуйста, – пискнул Франц.

– Говори громче, – попросил старик. – Я немного туговат на ухо.

Франц откашлялся. Иногда это помогает против писклявого голоса.

Откашливаться Францу пришлось довольно долго. Наконец он смог прокряхтеть:

– Можно краски для яиц?

– Как, как? – переспросил старик. – Корм для птиц?

Он наклонился к Францу.

– Кра-аски для пасха-альных яи-иц! – прохрипел Франц прямо ему в ухо.

Наконец старик всё понял и спросил:

– Какой цвет ты хочешь? Красный? Синий? Жёлтый?

Тут из двери между полками вышла Эльфи с блокнотом в руках. Бейсболка всё так же сползала ей на уши, а козырёк – на нос. Она подошла к старику и протянула ему блокнот. Там было написано: «Краски для яиц закончились!»

Старик посмотрел на Эльфи, потом на блокнот, наморщил лоб и громко сказал:

– Прекрати ерундить и веди себя по-нормальному!

От ужаса Франц перестал дышать. Он никогда бы не подумал, что дедушка может так грубо разговаривать со своей маленькой немой внучкой!

Но Эльфи вроде бы не возражала. Как ни в чём не бывало она взобралась на прилавок и принялась что-то писать в блокноте.

Но старик выхватил у неё блокнот, бросил его на прилавок и рявкнул:

– Такую дурочку, как ты, ещё поискать! Брекеты носят миллионы детей, и никто не сходит из-за этого с ума!

Франц сделал глубокий вдох. Один, второй, третий… Теперь он был уверен, что сможет говорить нормально. Только вот не знал, что́ сказать.

– Вчера мы ходили к зубному, – сказал старик Францу. – И с тех пор она вообще рта не открывает!

– Даже поесть? – крикнул Франц ему в ухо.

– Она ест под столом! – ответил старик. – Ума не приложу, что делать с этим ребёнком! А моя дочь приедет только завтра. Может, ты придумаешь, как вразумить девчонку. Я для таких фокусов слишком стар!

И он ушёл через дверь между полками, ворча себе под нос.

Франц подсел к Эльфи на прилавок.

– Здо́рово, что на самом деле ты не немая, – сказал он.

Эльфи взяла блокнот. Вырвала исписанную страницу и написала на новой: «Я больше не могу!»

Франц понятия не имел, что это значит. Но согласно кивнул.

Эльфи снова вырвала страницу и собралась уже писать дальше, но Франц сказал:

– Писать слишком долго. Лучше просто повернись ко мне спиной. Тогда я не буду видеть твоё лицо, и ты сможешь говорить.

Эльфи кивнула и отвернулась от Франца.

– Чего ты больше не можешь? – спросил Франц.

Эльфи молчала.

Франц подумал: «Наседать бесполезно, тут нужно терпение».

Терпения Францу понадобилось довольно много. Эльфи долго не решалась заговорить. Но начав, уже не могла остановиться.

– Я со всем смирилась! – сказала она. – И с тем, что я всегда и везде самая маленькая. И что левое ухо у меня торчит, как ручка у кастрюли. И что один глаз у меня карий, а другой зелёный. Но брекеты – это уже выше крыши! Ну не могу я их носить!!!

Эльфи сдёрнула бейсболку и повернулась к Францу. Глаза у неё действительно были разные – один зелёный, другой карий. И левое ухо оттопыривалось.

У Франца есть много знакомых мальчиков и девочек с оттопыренными ушами. Но он никогда ещё не видел кого-нибудь только с одним оттопыренным ухом. И с разноцветными глазами тоже.

– Но ты всё равно очень красивая, – сказал Франц. И сказал честно!

– И теперь тоже красивая?

Эльфи открыла рот и оскалила зубы. Как бойцовая собака, которая собирается укусить.

Франц посмотрел на брекеты. Они были совершенно роскошными – с крошечными синими цветочками, по одному на каждом зубе!

– Вот это да! – сказал Франц. – Брекеты у тебя – красивей не придумаешь!

– С ума сошёл? – фыркнула Эльфи. – Красивых брекетов не бывает!

– Это ты сошла с ума! – сказал Франц. – Вот бусы – они же могут быть красивыми? И заколки для волос, и обручи. Значит, и брекеты тоже могут.

– Это один ты так говоришь… – сказала Эльфи.

– А откуда ты знаешь? – спросил Франц. – Ты их кому-нибудь показывала, кроме меня?

Эльфи принялась покусывать нижнюю губу. И кусала её довольно долго.

Потом сказала:

– Ладно, давай попробуем. Пойдём в парк и спросим кого-нибудь.

И она собралась опять надеть свою огромную бейсболку. Франц осторожно взял её у Эльфи из рук.

– Без неё ты гораздо симпатичнее! – сказал он.

– Без неё все увидят моё ухо и дурацкие глаза, – возразила Эльфи.

– Всё равно ты без неё гораздо симпатичнее! – настаивал Франц.

– Ну, раз ты так считаешь…

Эльфи спрыгнула с прилавка и крикнула в проход между полками:

– Дедушка, мы пойдём в парк! Ненадолго!

Старик вышел к ним и сказал Францу:

– Спасибо, дружок. Ты не ребёнок, а просто золото!

Франц шёл с Эльфи в Моцарт-парк и чувствовал себя не в своей тарелке. По выходным Франц никогда туда не ходит, потому что ему хочется побыть с мамой и папой. И он не знал, что за дети гуляют в парке по субботам. А вдруг им попадутся такие дураки, которым придёт в голову посмеяться над брекетами, разноцветными глазами и оттопыренным ухом?

На перекрёстке перед парком им встретился Эберхард.

– Я иду в парк, – сообщил Эберхард и с любопытством поглядел на Эльфи.

Франц сказал Эльфи:

– Это мой друг, Эберхард.

А Эберхарду сказал:

– Это Эльфи.

– Куда идёте? – спросил Эберхард.

– Тоже в парк, – ответил Франц, – испытывать брекеты.

– Как это? – спросил Эберхард. – Надо укусить что-то твёрдое?

– Их надо показать, – сказал Франц.

– Ага, понятно, – пробормотал Эберхард. Так он всегда говорит, если чего-то не понимает.

На детской площадке в парке играли девочки. Три прыгали в резиночку, две сидели на детской горке и пускали мыльные пузыри.

– Пойду сначала к тем двум, – сказала Эльфи Францу.

– Хочешь, я с тобой? – спросил Франц.

– Лучше я сама, – сказала Эльфи и побежала к горке.

Франц и Эберхард уселись на качели и стали смотреть, как Эльфи поднимается по лестнице и подсаживается к двум девочкам.

– Она твоя двоюродная сестра? – спросил Эберхард.

Франц покачал головой.

– Новая подружка? – спросил Эберхард.

Франц кивнул.

– Правда?

Глаза у Эберхарда сделались круглыми.

– Давно познакомились?

– Вчера, – сказал Франц.

– И как? – спросил Эберхард.

Франц не знал, что ответить. И просто пожал плечами.

– Насчёт этого испытания брекетов я не понял, – признался Эберхард.

– У неё есть проблемы, – объяснил Франц. – И одна из них – из-за брекетов.

– Ей больно, что ли? – спросил Эберхард.

– Нет! – помотал головой Франц.

Эберхард озадаченно на него посмотрел, и Франц рассказал, как познакомился с Эльфи. И как сделал так, чтобы она заговорила.

– Ну, ты здорово ей помог! – сказал Эберхард.

Франц показал на горку.

– Сейчас увидим, помог или нет. Если эти девчонки станут над брекетами насмехаться…

– Что-то не похоже, – сказал Эберхард. – Кажется, они поладили.

А потом спросил:

– А какие ещё у неё проблемы?

– Она слишком маленького роста, – объяснил Франц. – И левое ухо оттопыривается. И глаза разные – один зелёный, а другой карий.

– Я не заметил… – признался Эберхард.

– Но полно таких, – сказал Франц, – кого хлебом не корми – дай над кем-нибудь посмеяться.

– Что ж обижаться на идиотов, – махнул рукой Эберхард.

– Вон она, вниз спускается, – сказал Франц.

– Кажется, вид у неё довольный, – заметил Эберхард.

Он не ошибся.

Эльфи, улыбаясь, подошла к качелям и сказала:

– Девочка, которая в зелёных джинсах, тоже носит брекеты. Она спрашивала, где дают такие, как у меня, и сколько это стоит. Жалко, что я не знаю!

Франц вздохнул с облегчением. Потом посмотрел на часы и ужаснулся.

– Мне пора домой! – крикнул он. – А то мама будет волноваться!

– Можно мне с тобой? – спросила Эльфи. – У дедушки в магазине так скучно…

Франц заколебался. Выходные всегда были временем для мамы и папы.

«Ничего, один разок сделаю исключение», – подумал Франц.

И сказал Эльфи:

– Ясное дело, можно.

– А мне? – спросил Эберхард.

– Само собой, – сказал Франц.

Когда Франц вместе с Эльфи и Эберхардом пришёл домой, там был только Йозеф.

– Мама с папой тебя ждали, ждали… – сказал он. – А потом ушли за покупками одни, десять минут назад.

Он оглядел Эльфи сверху донизу и спросил, ухмыляясь:

– Минни-Маус – твоя новая невеста?

И вдруг заорал:

– А-а-а! Ой-ой-ой!

Это Франц со всей силы наступил ему на босую ногу. Такого ещё никогда не случалось! Йозеф ошарашенно посмотрел на младшего брата.

– Я не разрешаю обижать своих друзей, – сказал Франц. Он был рад, что голос у него совсем не писклявый.

– Шуток не понимаешь, клоп… – пробормотал Йозеф и похромал на кухню.

– Пошли ко мне в комнату, там нам этот медведь не помешает! – предложил Франц.

Он показал Эберхарду и Эльфи модель вертолёта, которую собирал.

– Не очень-то ты продвинулся, – сказал Эберхард.

– Для таких вещей у меня нет таланта, – признался Франц.

– У меня талант вроде бы есть, – сказал Эберхард. – Но пальцы слишком толстые для мелких деталей.

– Вам бы только оправдания искать! – сказала Эльфи. – Втроём уж как-нибудь справимся.

Когда мама и папа вернулись домой, все трое возились с вертолётом. Дело продвигалось быстро, и всем было весело.

Мама Франца немножко удивилась, когда увидела Эберхарда и незнакомую девочку. И сказала:

– Мы сейчас будем обедать, еды хватит на всех. Но сначала позвоните домой, чтобы ваши родители не волновались.

Эльфи достала из кармана мобильник и набрала смску.

– Так проще, – объяснила она маме Франца. – Потому что не надо кричать. Мой дедушка очень плохо слышит.

Эберхард побежал в коридор, где стоял телефон, и позвонил своей маме.

У Франца и Эберхарда мобильных телефонов нет. Франц считает, что «такая штуковина» ему не нужна. А Эберхарду мобильник не покупают, потому что он уже два потерял.

На обед была курица гриль из супермаркета. И пончики из кондитерской. Йозеф, конечно, поворчал, что из-за гостей ему досталось только два пончика вместо трёх. Но заворчал он, по крайней мере, только тогда, когда Эльфи и Эберхард ушли в комнату Франца.

Первый раз в жизни Франц мастерил с большим удовольствием. Такого ещё никогда не было – делать что-то вместе, втроём, и без всяких язвительных слов и обиженного вида. Потому что «втроём» с Габи и Эберхардом всегда кончалось только ссорами и раздорами.

«Просто здорово! – подумал Франц. – Такой мирный день!»

Но день полагается хвалить вечером, а не после обеда!

Примерно в три часа вертолёт был готов, не хватало только подставки.

И тут в дверь позвонили. Через секунду в комнату влетела Габи. Злая как чёрт.

– У меня голова болит, мне нужен покой! – взвизгнула она. – Нечего тут шуметь, прекратите немедленно!

И убежала, хлопнув дверью.

– Что это было? – спросила Эльфи.

Франц молчал.

– Это была его подружка, – сказал Эберхард. – Она живёт в соседней квартире. Ей палец в рот не клади – съест и не подавится.

– Мы же не очень шумели, – сказала Эльфи.

– В этом доме у стен есть уши, – сказал Эберхард. – Тут каждое слово слышно.

– Может, тогда мы лучше пойдём? – спросила Эльфи.

Франц молчал.

«Сразу было ясно, – подумал он, – что произойдёт что-нибудь такое. От Габи ведь ничего не скроешь».

– Да, мы лучше пойдём, – сказал Эберхард.

Франц продолжал молчать.

На прощание Эльфи сказала:

– Мой дедушка живёт над магазином. Завтра я до пяти вечера буду у него.

– Ага! – пискнул Франц. На большее его не хватило.

Не успели Эльфи и Эберхард уйти, как опять решительно вошла Габи. Она уселась на кровать Франца и заявила, что это несправедливо: ей на выходных никогда нельзя приходить к Францу, а вот Эберхарду с его дурацкими подружками можно! Францу, наверно, с этим жиртрестом интереснее, чем с ней!

– Нет-нет, – пискнул Франц. – Это просто случайность! Совпадение!

Он не стал говорить Габи, что Эльфи – подружка вовсе не Эберхарда.

«Так рисковать – это уж чересчур», – подумал он.

Когда Франц не справляется с какой-нибудь проблемой, он идёт к маме.

В воскресенье перед завтраком он так и сделал. Мама принимала ванну. Франц сел на краешек ванны и тяжело вздохнул, не зная, с чего начать.

– Эльфи мне очень понравилась, – сказала мама.

– Но Габи её не потерпит… – ещё раз вздохнул Франц.

– Может быть, всё-таки сначала попробовать? – предложила мама.

Франц покачал головой. Он уже насмотрелся, как зло Габи умеет высмеивать того, кто ей не нравится. Уж она-то ничего не упустит – ни брекетов, ни оттопыренного уха, ни разноцветных глаз!

– А если и правда ничего не получится, – сказала мама, – придётся тебе поделить время между Габи и Эльфи.

– Но этого Габи тоже не захочет, – сказал Франц.

– Что хочет Габи – это её дело. Подумай о том, чего хочешь ты.

Франц опять тяжело вздохнул и, понурив голову, вышел из ванной.

– Что с тобой, Франц? – спросил папа за завтраком. – Ты почему такой грустный?

– Я думаю о том, чего я хочу, – сказал Франц.

– Он думает, может ли у него быть ещё одна подружка, кроме Габи! – встрял Йозеф.

– Что за чушь! – воскликнул папа.

– Ничего и не чушь, – возразил Йозеф. – Я слышал, как они с мамой говорили об этом в ванной.

– Правда? – спросил папа.

Франц кивнул.

– Ну знаешь, Франц! – покачал головой папа. – Да заводи хоть десять друзей-подружек! А понравится это Габи или нет – это её дело. Не плясать же всё время под дудку этой вредины!

– Точно! – воскликнул Йозеф. – Вот увидишь, она отыграет назад и уступит. У неё ведь, кроме тебя, и друзей-то нет! Ты ей нужен больше, чем она тебе.

– На этот раз твой старший брат, как ни странно, прав! – сказала мама.

Франц встал и сказал:

– Ладно, тогда я иду в аптеку.

На лестнице он встретил Габи. Она несла газету.

– Ты куда это? – спросила она.

Франц собрал все силы и сосредоточился на том, что только что сказали ему папа, мама и Йозеф. Потом глубоко вздохнул и сказал:

– К Эльфи.

– Кто это? – спросила Габи.

– Ну, та девочка, что вчера у нас была, – сказал Франц.

– А, подружка Эберхарда? – спросила Габи. – Эта лопоухая?

– Она моя подружка! – сказал Франц, оттолкнул Габи и выбежал на улицу.

По дороге в магазинчик Франц вспомнил, что не знает, как фамилия дедушки Эльфи и в какую дверь на втором этаже надо звонить. Но ему повезло. В подъезде какая-то тётенька протирала пол. Её Франц и спросил.

– Его фамилия Больке, – сказала тётенька.

Франц побежал на второй этаж и позвонил в дверь к Больке.

Дверь открыла какая-то женщина. Тут же появилась Эльфи и крикнула:

– Мама, это же Франц, я тебе про него рассказывала!

Эльфи провела Франца в огромную комнату, заставленную старой-престарой мебелью. Там даже рояль был. И напольные часы.

– А где твоя комната? – спросил Франц.

– У меня нет своей комнаты, – сказала Эльфи. – Я же не очень часто тут бываю. В этот раз я приехала из-за брекетов. А живу я в Кремсе.

Тут Франц почувствовал себя совсем плохо. Дышать стало трудно, как будто на грудь кто-то положил тяжёлый камень.

– Я думала, мы останемся до пяти, – сказала Эльфи, – но мама уже хочет ехать.

Она взяла с рояля конверт и дала его Францу. На конверте было написано: «Францу Фрёстлю, Заячий переулок, 12».

– Я подумала, вдруг мы больше не увидимся, – сказала Эльфи. – И написала тебе письмо. Там про то, что я хочу с тобой переписываться.

Конверт был большим и в карман не помещался. Франц засунул его под свитер.

– Ответишь? – спросила Эльфи.

Франц кивнул. И не один раз, а по меньшей мере раз десять, как китайский болванчик.

– Я буду писать тебе каждую неделю, – сказала Эльфи. – Честное слово!

Тут в комнату вошла мама Эльфи и сказала:

– Нам пора ехать!

Франц проводил Эльфи до машины и махал ей вслед, пока машина не скрылась из виду.

Тяжёлый камень больше не давил ему на грудь. Он исчез, как только Франц засунул письмо под свитер.

Утром в понедельник Франц нервничал. И всё время думал: «Позвонит Габи в дверь без четверти восемь, как всегда? Или рассердится и пойдёт в школу одна?»

Габи позвонила! На пять минут раньше обычного. И на обиженную была не похожа. А когда они пошли вниз по лестнице, даже взяла Франца за руку, ласково улыбнулась и сказала:

– Я исправлюсь, честное-пречестное слово!

– С чего это? – спросил Франц.

– С того, что у тебя теперь есть новая подружка, – сказала Габи. – Но и ты тоже виноват, потому что терпел все мои выходки.

Когда они вышли из подъезда, Габи остановилась и, не выпуская руки Франца, сказала:

– Теперь, если я буду себя вести гадко, всегда говори мне: СТОП! Клянусь, я перестану. Мне и самой не хочется обижать других, просто я этого не замечаю.

– Ладно! – сказал Франц и очень довольный отправился вместе с Габи в школу.

Вечером мама спросила у Франца:

– Что ты хочешь, чтобы тебе принёс пасхальный заяц?[3]

Йозеф сказал:

– Наш клоп никогда не знает, чего хочет.

– А вот и знаю! – воскликнул Франц. – Много-много бумаги для писем! И конвертов! И марок!

1. Сколько всего рассказов про Франца?

«Рассказы про Франца» – это серия из 19 книг. Одноимённая первая книга вышла в 1984 году (первый тираж в России появился в 2013-м), а последняя – «Рассказы про Франца и дружбу» – в 2011-м (пока ещё не издана в России).

2. Есть ли логическая последовательность у этих книг? Обязательно ли читать их по порядку?

Франц взрослеет от одной книги к другой. В первой ему шесть с половиной лет, а в последней, девятнадцатой, – девять. В третьей книге он пойдёт в первый класс, а в пятой наступят первые в его жизни летние каникулы и состоится поездка в детский лагерь без родителей. За девятнадцать книг мальчик проживает тот период жизни, который мы обычно называем «младшим школьным возрастом». Читатель может «расти» с Францем: начать в семь лет и взрослеть вместе с героем.

В то же время нет особенной разницы, с какой книги знакомиться с Францем. Каждая начинается с короткого предисловия: автор напоминает (или впервые рассказывает) читателю, кто такой Франц, сколько ему лет и чем он примечателен. Любая книга – это законченная история, случай из жизни типичного условно восьмилетнего ребёнка, что очень удобно для родителей: они могут выбрать те рассказы, которые заинтересуют именно их детей (например, про школьную жизнь или про телевизор). В этом смысле рассказы про Франца чем-то похожи на любимые книжки нашего детства – «Денискины рассказы» Виктора Драгунского или рассказы про друзей Мишу и Колю, сочинённые Николаем Носовым, которые тоже можно читать в любой последовательности.

3. Каков объём каждой книги?

В каждой книге примерно сорок страниц. В некоторых – 48, а в одной («Новые рассказы про Франца») – 32. Это «текстовые» книги, то есть картинок в них существенно меньше, чем букв.

4. В каждой книге – несколько рассказов. Они длинные?

Один рассказ занимает от четырёх до двадцати пяти страниц. В среднем чтение одного рассказа вслух займёт пятнадцать минут.

5. Ребёнку какого возраста подходят эти книги?

Книги рассчитаны на детей младшего школьного возраста, то есть 7–10 лет.

6. Наш ребёнок только недавно перешёл от чтения слов к чтению коротких предложений. Когда я могу предложить ему эти истории для самостоятельного чтения?

Практически сразу после букваря. Сами рассказы небольшие, предложения короткие, простые и состоят из вполне понятных слов. Книги про Франца написаны будто специально для ребёнка, начинающего читать. При переводе эта простота была бережно сохранена. К тому же шрифт во всех книгах очень крупный, в тексте большие междустрочные интервалы и поля, что делает чтение максимально комфортным.

7. Вы говорите, что серия рассказов про Франца создана для начинающего читателя. Не значит ли это, что язык историй чересчур примитивный и никак не обогатит речь моего ребёнка?

Язык рассказов про Франца простой, но не примитивный. Конечно, автор не использует слов вроде «электрификация», не злоупотребляет сложным синтаксисом и не экспериментирует с композицией. Зато в книгах Нёстлингер много фразеологизмов, хороший, не прямолинейный юмор и подробно описаны чувства и эмоции ребёнка, что для человека младшего школьного возраста очень важно и ценно. Оказывается, далеко не каждый первоклассник запросто объяснит, что значит «нарезáть круги», «цирлих-манирлих» или «фурия» (эти и другие слова и выражения вы встретите в рассказах про Франца). Да что там, попробуйте спросить у 6–7-летних детей, что такое «племянник» и кто из родственников приходится племянником маме или папе! С помощью рассказов про Франца самые простые, с точки зрения взрослых, понятия станут по-настоящему ясными и очевидными для маленького читателя.

8. Кто придумал рассказы про Франца?

Автор «Рассказов про Франца» – современная австрийская писательница Кристине Нёстлингер. Нёстлингер родилась в 1936 году, и сейчас, к 80 годам, она признанный автор более сотни книг для детей и подростков и лауреат двух главных мировых наград в области детской литературы – Золотой медали им. Х. К. Андерсена и Премии памяти Астрид Линдгрен. На первый взгляд, в биографии Нёстлингер нет ничего необычного: она не пересекала океан на плоту, как Тур Хейердал, не охотилась на подводные лодки фашистов, как Эрнест Хемингуэй, и не пилотировала самолёт, как Антуан де Сент-Экзюпери. Зато необычен её путь в большую литературу: Нёстлингер вообще-то художник, а вовсе не писатель или журналист. Свою первую детскую книгу «Огненно-рыжая Фредерике» она сочинила в 36 лет, сама же её проиллюстрировала и была немало удивлена, что получила премию не за иллюстрации, а за текст. Но с тех пор она сочиняла постоянно, порой по 5–6 детских книжек в год.

В России некоторые книги Нёстлингер выходили ещё в советские годы («Долой огуречного короля!», «Лоллипоп»). Сегодня издатели продолжают знакомить нас с творчеством автора, однако большая часть её книг на русский по-прежнему не переведена. Нёстлингер пишет как для совсем маленьких детей, так и для подростков. Одна из главных её книг – «Лети, майский жук!» (1970), автобиографическая повесть о нескольких майских днях 1945 года.

9. Хорошо ли переведены книги на русский язык?

Переводчик всех рассказов про Франца – Вера Комарова. Первым её опытом в переводе с немецкого на русский были книги по психологии, а позже она стала переводить детскую литературу. Именно благодаря ей в России появились сборники рассказов Гудрун Мёбс про Фридера и его бабушку, повесть Кристине Нёстлингер для подростков «Само собой и вообще», детектив Андреаса Штайнхёфеля «Рико, Оскар и тени темнее тёмного» и, может быть, самая обсуждаемая подростковая книга последних лет «Скажи, Красная Шапочка» Беате Терезы Ханики.

Вера Комарова бережно относится к языку оригинала, старается передать особенности стиля автора. Она живёт в Германии, в языковой среде, поэтому очень точно переводит все фразеологизмы, разговорную речь и диалекты.

10. Что можно сказать об иллюстрациях к серии книг?

Все книги про Франца оформлены в едином стиле, и создала его петербургская художница Катя Толстая, автор иллюстраций почти к двум десяткам книг. Картинок в рассказах про Франца не так уж много. Они не выполняют роль второго – визуального – текста, не сообщают новой информации, а лишь дополняют основную историю, помогая лучше уловить настроение повествования. Художник использует только два цвета – чёрный и голубой. На рисунках чаще всего изображены герои: улыбающиеся, хмурые, хитрые, сердитые. Ведь «Рассказы про Франца» – это в первую очередь истории про ребёнка младшего школьного возраста, который испытывает типичные для этого возраста эмоции.

Катя Толстая – член Союза художников России. В 2012 году в издательстве «КомпасГид» вышла её авторская книжка-картинка «Истории о маленьком кролике». В 2015 году Катя Толстая была номинирована на Премию памяти Астрид Линдгрен, первым лауреатом которой стала Кристине Нёстлингер.

Евгения Шафферт, аспирант кафедры семиотики и дискурсного анализа НГУ, литературный критик

«Рассказы про Франца» – это идеальное чтение для тех, кто только начинает читать.

Собор Святого Штефана – очень красивый старинный собор, он стоит в самом центре Вены. – Примеч. пер.

Парк Пратер – это большой парк в центре Вены. Туда приходят погулять, покататься на велосипедах и роликах и на всяких аттракционах. – Примеч. пер.

В Австрии, где живёт Франц, есть такая традиция: на Пасху дети получают подарки от пасхального зайца, который прячет их в укромных местах. – Примеч. пер.