Я сегодня болен, как собака. Другие парни — не лучше. Восемьдесят процентов из нас уже получили безразмерный дрищ. Диарея разгулялась не на шутку, гнездясь в сочетании невероятной грязи, в которой ехали ребята, и гнусного сочетания сухарей, холодных мясных консервов и плохой воды, выданных в составе суточных пайков. Патруль роты C, находясь в арьергардной охране, вступил в перестрелку с боло (большевиками). У этой войны, похоже, нет тыла — фронт везде.

Генерал-лейтенант В.В. Марушевский: «Уже в первые три-четыре дня я поражен был, до каких размеров возросла пропаганда большевиков, главным образом на фронте. Особенно внушало опасения то, что происходило на направлении Обозерская — Чекуево — Онега. На этом тракте, столь спокойном раньше, валялись пачками большевистские прокламации, воззвания, журналы, деньги, пропагандные афиши... Как раз в середине июля на этой же дороге был убит наш мотоциклист, вёзший срочное приказание в 15-й полк в Чекуево. На трупе были найдены образцы пропагандной литературы. Я забеспокоился очень серьёзно, и одной из первых моих мер была командировка в Чекуево генерала Д., моего доверенного лица, испытанного в строевом и боевом опытах. Генерал Д., произведя подробнейшую инспекцию 5-го полка, нашел его в столь блестящем состоянии, что я счел себя обязанным объявить в приказе благодарность полковнику Михееву, которого и всегда считал выдающимся офицером. Тем не менее я не мог успокоиться на этом и, подозревая что-то неладное, производил самые тщательные и интенсивные розыски. Мне помог случай. В одном из госпиталей проболтался унтер-офицер о существовании заговора на Обозерской и назвал несколько фамилий. Дальнейшее расследование показало, что время предполагаемого восстания так близко, что нельзя было терять ни одной минуты. Я схватил первый же аэроплан, находившийся в готовности, и ночью вылетел на Обозерскую, предупредив английское командование о грозящей опасности. Я спустился на Обозерской около четырёх часов утра и был встречен адъютантом английского командующего железнодорожным районом. Еще до моего свидания с этим генералом мне было доложено англичанами, что беспокоиться совершенно не о чем, что настроение в войсках отличное и что мои опасения не имеют оснований. Убедить англичан в правильности моих выводов мне не удалось, но мне это и не было важно, так как моею главною целью было свидание с полковником Акутиным и полковником Барбовичем. Моя беседа с русскими старшими начальниками еще более подтвердила мои опасения. Сговорившись с ними о принятии срочных мер по группировке офицеров, по изъятию из частей подозрительных элементов, я приказал послать офицеров в Чекуево и Селецкое для предупреждения обо всем находящихся там старших начальников. Времени тратить на поездку в далекое Чекуево и Селецкое я не мог, да и беспокоился я за железнодорожное направление, где подозревал центр заговора. Предупредив еще раз английский штаб на Обозерской, я вернулся в Архангельск на том же аэроплане, на котором прибыл. Не прошло и двух суток после моей поездки, как разразилась беда, и прежде всего в Чекуеве. Две роты 5-го полка возвращались на барже с передовых позиций на отдых в Чекуево в сопровождении всего двух прапорщиков. Во время этой долгой поездки на палубу вышел один солдат, который крикнул: «Коммунисты, ко мне!» На его зов выскочило 11 человек. Эти 11 человек в течение двух часов убеждали и убедили баржу арестовать своих прапорщиков и произвести переворот в полку. Когда баржа пристала к Чекуевской пристани, навстречу ей, ничего не подозревая, вышел полковник Михеев, чтобы поздороваться с людьми. Сначала был схвачен он, а затем и чины его штаба. За отсутствием в Чекуеве строевых частей сопротивления оказано не было, а мятежники, воспользовавшись телефоном, спровоцировали все остальные части полка, разбросанные по широкому району. Восстание разлилось по всему полку. Часть офицеров, захватив пулеметы, засела в избы и защищалась до последнего патрона. С последним выстрелом они покончили с собой. Михеева, пользовавшегося большой любовью солдат, пощадили и с частью штаба отправили в Вологду. 5-й полк перестал существовать. Как удалось выяснить тогда же, в ближайшие дни после катастрофы, солдаты полка в большинстве просто разбежались... Была горячая пора сенокоса, в деревнях рабочих рук не было... и это послужило одной из веских причин восприятия солдатами соблазнительных идей. Немалую роль в этом несчастье сыграли и крестьяне селения Пороги, известного своими большевистскими наклонностями. Большая часть их попала в 3-й, последний по порядку мобилизации, батальон, в котором был большой некомплект офицеров. Здесь я подхожу к главной причине разложения полка. Если бы офицерский транспорт, прибывший 24 июля, был в Архангельске на месяц раньше, весьма вероятно, что беспорядки в полку не разыгрались бы в таком масштабе. Катастрофа с 5-м полком в Архангельске произвела впечатление ошеломляющее. С полной искренностью скажу, что и для меня лично это был удар, поразивший остатки моих надежд на возможность сопротивления после ухода союзников».

Сегодня опять получил через «кузена» газету. Почитали с т. И. Он оказался прекрасным географом и во многом помог мне понять разобраться в театрах военных действий. Он вселил уверенность безусловной и неизбежной победы над белой армией.

Работа моя лёгкая, — подноска материалов из сушилки. Сегодня Ульянова и Высоких увезли неизвестно куда за отказ ехать на фронт. Прощались через простенки проволочной изгороди. Неужели расстреляют? Палачам-извергам законы не существуют, можно считать, что они погибнут смертью героев. При прощании у меня навернулись слёзы, авось всё пройдёт благополучно, ведь это только предположение.

Вечером нас выстроили в полуподвальном помещении в шеренгу, по всем правилам устава строевой службы. Сосчитали, оказалось 47 человек. Вдруг выводят примерно взвод «настоящих» белогвардейских солдат, одетых в английские френчи и ботинки. По команде командира роты нас повернули лицом к лицу и дали команду стоять вольно. Недоумеваем, для чего это делается? расправа? Оказалось, что они задумали «агитнуть». Какой-то гнусавый подполковник закатил речь: посмотрите друг на друга, на что вы похожи? Он обозвал нас оборванцами, нищими, отщепенцами, шайкой бродяг, богоотступников и т.п., обывательской руганью. Напротив, начал хвалить чистоту и опрятность «своих» солдат. Наконец, он торжественно объявляет, что по «милости» Верховного командования нас допустили в ряды «доблестной» народной армии на защиту отечества от чумы большевизма и варварства и т.д.

Я внутренне смеялся этой глупой затее. Очевидно, тупица подполковник хотел вызвать в нас отвращение к советской власти и восхищение богатством и роскошью белой армии, но получилось абсолютно наоборот. Это дикое нравоучение, издевательство. Мне бы тоже хотелось выступить подобной бранью, бранью базарной бабы и обозвать его: шеромыжник, болван, неучёный холоп, чёртов сын, неумытое сало. Ну вот, кажется, я видел и слышал «подлинного» представителя дворянской России, России сытой, вымытой, варварской.

Подожди, подлец, ты мне ответь на один вопрос: за какие интересы ты воюешь? Расскажи программу белобандитов. Теперь мы как будто уже не скоты. Спать не хочется. Состояние возбуждённое. Что же дальше? Живём, Шура! Скоро будем там... А.