Александр Шагинян принадлежит к тем писателям, которые предпочитают своих героев и события своих произведений увидеть собственными глазами. Может быть, оттого так широка география его книги: пьесы переносят читателя из военного городка на берегу Ледовитого океана на строительство трансмагистрали, из отдаленного степного колхоза — в южный городок…
П е т р о в и ч.
Д я д я Ж о р а Е г и я н ц.
А р ш и к.
Л ё к а.
К о л я - т а н к и с т.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а.
Т е т я П а ш а.
Д е в у ш к а В а р я.
С т е п а.
С т а р ь е в щ и к.
Д в а м у з ы к а н т а.
К л а в а — жена участкового.
М и ш а н я.
О с т а п ч у к С ы с о й В а с и л ь е в и ч — участковый.
Д я д я Ж о р а Е г и я н ц. Что скажешь, Лёка?
Л ё к а. Слез много накопилось, пусть текут.
Д я д я Ж о р а Е г и я н ц. Аршик, дай ему мелочи.
Не жадничай.
Купи себе конфетку.
С т е п а. Сегодня прораб наряды бригаде закрыл, а получать не хрена. Но те, кто ставит ему бутылку, те-то получили, а мы — нет.
К о л я - т а н к и с т. Так и спустили на тормозах?
С т е п а. Я ему говорю: «Что ж ты, гад, торгуешь людьми, с которыми вместе мозоли наживал?!»
К о л я - т а н к и с т. А он?
С т е п а. Бог, говорит, не Яшка — знает, кому тяжко.
П е т р о в и ч
К о л я - т а н к и с т
С т е п а. И откуда такие люди берутся?
К о л я - т а н к и с т
С т е п а. Придавили. Слово за слово — и полетели зубы!
П е т р о в и ч. Эх-хэ-хэ… Все, как в песне поется: «Зарплату зажали, жиры подорожали — жизнь жмет…» Иди на завод, Степа. Это надежней, чем ваш строительный шараш-монтаж. Конечно, там упираться надо, зато заработаешь столько, сколько сделаешь.
К о л я - т а н к и с т. Есть у него силушка, бог не обидел.
С т е п а
К о л я - т а н к и с т. Женись — и всех делов.
С т е п а. Легко сказать!
П е т р о в и ч. Для этого большого ума не надо.
С т е п а. На ком?
К о л я - т а н к и с т
С т е п а
К о л я - т а н к и с т
С т е п а. За ней Аршик убивается.
К о л я - т а н к и с т. Несерьезно. Для Варьки он малолетка. А девка в самом цвете, лучше не надо. ФЗУ кончила, бригадир маляров. Аккуратная, и девушка еще наверняка. И ласковая. Глянь, ни одной злой морщинки на лице.
Подойди к ней и скажи: так, мол, и так, Варя!
С т е п а
К о л я - т а н к и с т. Ты дуболом, Степа. Тебе дело толкуют, а ты хохотальник в ответ открываешь.
П е т р о в и ч. Она тебе совсем не нравится?
С т е п а
К о л я - т а н к и с т. Я бы начал так: «Дорогая Варвара. Мы с тобой давно знакомы, хорошо знаем характер друг друга…»
С т е п а. С пеленок!
К о л я - т а н к и с т
С т е п а. Да кто тебе сказал, что я люблю Варьку?! Симпатичная она мне, и все!
П е т р о в и ч. А ты ей нравишься?
С т е п а. Откуда мне знать?
П е т р о в и ч. Ну, можно определить по разным признакам… Глазами улыбается, когда с тобой встречается, ручкой эдак рот прикрывает, когда смеется, нет?
С т е п а. Глазами — не помню, а вот рот ладошкой прикрывает. У нее щербинка вот тут, она и стесняется.
П е т р о в и ч. Деталь.
К о л я - т а н к и с т. А со мной когда говорит, не прикрывается. Значит, Степа, ты ей не без сердца. Но это следует прояснить.
С т е п а. Как?
К о л я - т а н к и с т. В непринужденной беседе. Давай: я — Варя, а ты — Степа, подходишь ко мне произвести разведку боем.
С т е п а. Ты — Варя?
К о л я - т а н к и с т. Ага!
С т е п а
К о л я - т а н к и с т. Ты не смотри на мою обгорелую рожу, ты Варьку на моем месте представляй. Начинай, ну!
С т е п а
К о л я - т а н к и с т
С т е п а. Варвара…
К о л я - т а н к и с т. «Варвара»! Ты ее еще по отчеству назови! Нежно приступай.
С т е п а. Варечка…
К о л я - т а н к и с т
С т е п а. Ты помнишь наши встречи?
К о л я - т а н к и с т. Молодцом!
С т е п а. В приморском парке, на берегу?
К о л я - т а н к и с т. Все назад! Это же из песни, лошадь!
С т е п а
П е т р о в и ч. Не растравляй парня, Николай. К чему жениться, если без чувств?
Т е т я П а ш а
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
П е т р о в и ч. Нельзя без любви.
К о л я - т а н к и с т. Она Степиным сестренкам мать заменит. Пусть парень дыхание переведет!
П е т р о в и ч. Сестренки худо-бедно, да вырастут, замуж повыходят, семьи свои заведут. А Степа себе жизнь с нелюбимым человеком кастрирует. Пить начнет — и прощай мечты о высшем учебном заведении!
С т е п а. Занимаюсь. Приду после работы, открою учебник, полчасика посижу над ним и, как в патоку проваливаюсь, засыпаю. Девки мои тихонечко сапоги стащат — и на кушетку. Хочу сопротивляться, а сил нет.
П е т р о в и ч. Что слышно о мамаше?
С т е п а
К о л я - т а н к и с т. А ты, Петрович, все машинку свою крутишь?
П е т р о в и ч. «Точить ножи-ножницы-мясорубки…» Куда меня с такой биографией возьмут?
К о л я - т а н к и с т. Несправедливо. Ты же механик золотые руки! Квалификация как у короля! А люди сейчас кругом требуются разруху военную восстанавливать.
П е т р о в и ч
С т е п а. И у нас на проходной Юрка-охранник, ну совсем озверел парень, чистая зараза. Опоздаешь на пару минут — отдай пропуск и не греши!
П е т р о в и ч. Это их, охранников этих, еще Иван Грозный разбаловал.
К о л я - т а н к и с т
П е т р о в и ч. На Руси не все караси, есть и ерши.
С т е п а. Страшно было… там?
П е т р о в и ч. И там люди живут.
К о л я - т а н к и с т. Помню, в Дрездене, на главной их штрассе, поймали одного шнурка, тоже, как и ты, из штрафников. Сперва немка примчалась, кричит: ваш, мол, зольдат мою соседку насильничает. Мы туда. Точно: гоняется наш мужичонка за немкой. Хватаем мы его, трясем: «Мать-перемать, что ты армию перед Европой позоришь?!» А он в ответ: «Я мстю!..»
Эх, война-война… С сорок первого воевал, что только со мной не было, где не побывал, сколько в госпиталях валялся! А сейчас временами кажется, что, может быть, ничего этого и не было, а?
П е т р о в и ч
К о л я - т а н к и с т. Ночью стал просыпаться от запаха. Будто снова натягиваю комбинезон, потом и соляркой пропахший. И так тоскливо становится, будто чего не хватает, будто прошло что-то такое… Будто я уже всю свою жизнь прожил и ничего больше не будет.
П е т р о в и ч. По войне-то скучаешь?
К о л я - т а н к и с т
П е т р о в и ч. Что же — вчера твой сержант, теперь человек при исполнении других обязанностей. Зачем ему тыкать?
К о л я - т а н к и с т. Мы же с ним из одного котелка хлебали, шинелькой одной укрывались — какое тут отчество может быть? На фронте мечталось: вот война кончится, и если вернемся живыми, то будут нас на руках носить. А вышло? Месяц законный погулял и — давай обратно в упряжку!.. Работа, заботы какие-то вшивые, карточки отоваривать, жена все время шипит, как сало на сковородке… Нет, не о том мечталось!
П е т р о в и ч. Всю жизнь героем не проходишь, примелькаешься. Вон Жора Егиянц. Летчиком стал, до подполковника долетался. А кончилась война, спокойно вернулся к своей профессии.
К о л я - т а н к и с т. Он же покалеченный, чего ему остается…
П е т р о в и ч. Как чего? Жил бы себе на большую пенсию да поплевывал сверху вниз.
К о л я - т а н к и с т. Да понимаю я, а все же… Живу, а чего-то не хватает. Словно потерял что-то, а что — вспомнить не могу…
П е т р о в и ч. Кончай дурью маяться, Николай. Уже год как демобилизовался, а все баклуши бьешь.
К о л я - т а н к и с т. У меня семь боевых орденов!
П е т р о в и ч. У некоторых других и того поболее. А они сняли шинель и, как все, спокойненько айда трудиться.
К о л я - т а н к и с т. Вернусь в армию!
П е т р о в и ч. Кому ты там нужен, израненный? О Зине, жене своей, подумай. Крутится бабонька белкой в колесе. А ты, амбал здоровый, на шее у нее сидишь да еще обижаешься на ее руготню.
К о л я - т а н к и с т. Потерпит. Я четыре года каждый божий день жизнью рисковал!
П е т р о в и ч. Дело, конечно, хозяйское. Но ты, Коля, думай. Кончилась война, хрен ей в глотку.
С т е п а
К о л я - т а н к и с т
С т е п а
П е т р о в и ч. Дура молодая. Радуйся, что год не вышел. На войну интересно смотреть в кино.
К о л я - т а н к и с т. Пошел, даже медали не стал цеплять.
С т е п а
П е т р о в и ч. Что «правильно»? Пиджак тут при чем?
К о л я - т а н к и с т. Плакала потом Зинка, прощения просила…
П е т р о в и ч
С т е п а. И я с вами.
П е т р о в и ч
А р ш и к
С т е п а
А р ш и к. Надумал?
С т е п а
А р ш и к. Сапоги!.. С тупым квадратным носом! Белый рант вокруг пустим!
С т е п а. А голенища?
А р ш и к. По заказу клиента. Можем высокие «бутылочкой», можем короткие «летные», можем мягкие «кавказские», а лучше всего «полярные», с пряжками поверх голенищ!
И со скрипом, Степа! У меня в заначке, только для солидных клиентов, осталась сухая, выдержанная березовая кора. Мы ее между стелькой и подошвой замастрячим, набьем медные фигурные подковки на каблук, и будешь ты, Степа, как замминистра! Идешь, а сапоги хромово так скрип-скрип!..
С т е п а. Эх! Гори все огнем, сколько?
Не боись. Они тут уже были и ушли.
А р ш и к. Кто?
С т е п а. Дружки твои — Мишаня и этот здоровый… как его?..
А р ш и к. Хобот?
С т е п а. Хобот. Покрутились и ушли.
А р ш и к
С т е п а. Это ваши дела. Так сколько хочешь за сапоги?
А р ш и к. А еще я тебе, Степа, по дружбе бесплатно колодочки фанерные вырежу и байкой мягкой обошью. Перед сном будешь вставлять их в голенища, и ни одной морщинки на сапогах не появится, чтоб мне сдохнуть!
С т е п а. Твоя цена, Аршик?
А р ш и к. Век сносу им не будет, Степа!
С т е п а. Госцена?
А р ш и к. Госцена за вшивые кирзачи солдатского пошива, а у меня офицерский покрой полковничий! Под истинный хром мастрячить буду!
С т е п а. Под хром?
А р ш и к
С т е п а. Назови свою цену.
А р ш и к. Степа, твоя вещь будет выглядеть на столько, на сколько она будет стоить. Три тысячи — и то по старой дружбе.
С т е п а
А р ш и к. А выглядеть сапоги будут на пять… Да что я говорю — на все шесть кусков! С другого фраера за такую работу люкс, да рант, да с вкладышами я запросил бы все три с половиной!
С т е п а. Не потяну…
А р ш и к. Дело твое.
Степа, перед тобой не жлоб, а твой бывший школьный товарищ по парте. Полтора куска сразу, остальное — с зарплаты, в рассрочку. По-божески?
С т е п а. Опять думать буду…
А р ш и к. Я не спешу, хотя клиентов у меня вагон и маленькая тележка. Дело серьезное, Степа, думай.
С т е п а. Подумаю, Аршик.
А р ш и к
Скрип-скрип, скрип-скрип…
Д я д я Ж о р а. Хочу с тобой совет держать, сынок…
А р ш и к. Не беспокойся. И гвозди, и стальные подковки мне уже обещал один мужик с фабрики.
Д я д я Ж о р а. Я за другое…
А р ш и к
Д я д я Ж о р а. Думаю, согласится.
А р ш и к. А если нет?
Д я д я Ж о р а. Считай, она и так наше хозяйство ведет. Готовит, стирает, на базар для нас ходит.
А р ш и к
Д я д я Ж о р а. А ты про кого?
А р ш и к. Ладно, я так просто… Разве нам вдвоем плохо?
Д я д я Ж о р а. Ас тетей Пашей будет еще лучше.
А р ш и к. Она же старая!
Д я д я Ж о р а. Для кого старая, для кого и нет.
А р ш и к. Ты про себя, что ли?
Д я д я Ж о р а. Что ты имеешь против?
А р ш и к. Ну…
Д я д я Ж о р а. У меня голова седая от другого.
А р ш и к. Да я что, я ничего…
Д я д я Ж о р а. Она тебе не нравится?
А р ш и к
Д я д я Ж о р а
А р ш и к. Главное, как она к тебе.
Д я д я Ж о р а. Вот тут и думаю… Кому я калеченый нужен?
А р ш и к. Мне.
Д я д я Ж о р а. А Паше? Может быть, она из жалости только. Мы для нее вроде сирот брошенных.
А р ш и к. Ну и пошла она куда подальше!
Д я д я Ж о р а
А р ш и к. Ничего, отец. Будет и на нашей улице праздник.
Д я д я Ж о р а
А р ш и к. А ты боец, папа!..
Д я д я Ж о р а. Тебе женская ласка будет. В техникум опять пойдешь учиться.
А р ш и к. Не пойду.
Д я д я Ж о р а. Слушай, ты дурак, да?
А р ш и к. Не пойду! Мне деньги нужны, работать буду!
Д я д я Ж о р а. Зачем деньги, зачем?!
А р ш и к. Нужны, и все!
Д я д я Ж о р а. Бить буду!..
Д е в у ш к а В а р я
А р ш и к. Здравствуй.
С т а р ь е в щ и к
Л ё к а
С т а р ь е в щ и к. Иди от меня, глупый человек. Иди куда подальше.
Л ё к а. На!
Д я д я Ж о р а Е г и я н ц
С т а р ь е в щ и к
Т е т я П а ш а
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Не скажи, тетя Паша. У людей всегда что-либо в загашнике найдется.
Т е т я П а ш а. Смотря у каких людей.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Сами знаете, для кого война, для кого и мать родна…
Т е т я П а ш а
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
Т е т я П а ш а. Сволочи это, а не люди! Коробок спичек на базаре десять рублей стоит… «мать родна»!.. Или возьми того же Аршика. Тоже круглый сирота. В детдоме подобрал его Жора.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Не повезло дяде Жоре, жульмана подобрал.
Д е в у ш к а В а р я. Много вы знаете!
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. А то нет? Деревенских мужиков на базаре обманывает! Продает им сапоги со скрипом, а в них — вместо подошвы — кора березовая, дегтем пропитанная!
Д е в у ш к а В а р я
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Да чем же он хороший? Жульман и прохиндей! Он как мыша жухает и в норку тянет. Ох, однажды его мужики ногами топтали за базаром — ужас! Еле отняли.
Д е в у ш к а В а р я. Ему деньги нужны для одного дела.
Т е т я П а ш а
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Нет, придется, видно, моего Юрку в суворовское училище сдать, а то еще на годик подрастет и тоже шкодить будет. И кормят в училище регулярно, и одевают, и в строгости держат. Опять же — образование офицерское получит.
Т е т я П а ш а. Правильно, Нина. Себя потом, глядишь, замуж пристроишь. А так… кто тебя с таким довеском возьмет?
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
Т е т я П а ш а. А чего не погадать — погадаю. Зайди как-нибудь вечерком, раскинем карты.
Д е в у ш к а В а р я. Я слышала, что в суворовское училище принимают только детей погибших краснофлотцев и красноармейцев…
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Несправедливо такое! Я виноватая, что моего забрал военкомат, когда он-то после свадьбы еще не успел проспаться? Виноватая?!
Т е т я П а ш а. Что, в свадебную ночь ничего не было?
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Он говорил, что не хочет пьяным дите затевать, чтоб оно потом здоровым росло.
Т е т я П а ш а. Значит, любил тебя. А то ведь как бывает? Заберется пьяный, попыхтит и отвалит в сторону храпеть…
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Да знает Варька все это лучше нас с тобой, тетя Паша!
Д е в у ш к а В а р я
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Ишь, сразу на «вы» — дворянка какая объявилась!
Т е т я П а ш а. Уймитесь. Садись, Варя.
Д е в у ш к а В а р я
Т е т я П а ш а. А от кого же ты Юрку своего понесла?
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
Т е т я П а ш а. И не жалей. Помучилась в молодости, в старости порадуешься. Будет кому стакан воды подать, не то что у меня…
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
Т е т я П а ш а. Болтай, да не заговаривайся. Петрович человек, не чета твоим хахалям!
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Зря лаешься, теть Паша, я уж забыла, как мужчина выглядит.
Т е т я П а ш а. Показать?
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Покажи!
Т е т я П а ш а
Д е в у ш к а В а р я. Ну вас!..
Т е т я П а ш а. Извини, Варвара, дуру старую.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
Д е в у ш к а В а р я. Зачем в мужчине только это видеть? В нем еще и духовная жизнь имеется…
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Имеется… в виде зарплаты.
Д е в у ш к а В а р я. Третьего дня… Ну да, в воскресенье прошлое, сижу я на лавочке в горсаду одна, и тут подходит мужчина.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Брюнет?
Д е в у ш к а В а р я
А я ему: «С посторонними мужчинами не знаюсь». А он: «Я одинок, как таинственный знак Зорро. Вы видели такое кино?» Я, конечно, смотрела, но молчу, гляжу в сторону и чуть губы поджала, чтобы он ничего такого в голову себе не брал.
Т е т я П а ш а. А лет сколько ему на вид?
Д е в у ш к а В а р я. Ну… тридцать, а может, меньше. В пиджаке шевиотовом.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Брешет!
Д е в у ш к а В а р я. Что брешет?
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Где это видано, чтобы в наше время мужик в таком соку — и одинокий?! Брешет!
Т е т я П а ш а. Чего в жизни не бывает…
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Может, он выпивши был?
Д е в у ш к а В а р я. Не-ет… Я незаметно нюхнула, когда он ближе придвинулся.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
Д е в у ш к а В а р я. Всё ты опошлишь, Нина!
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Я женщина холостая. У меня теперь взгляд на эти вещи как у мужика.
Д е в у ш к а В а р я. Вот и рассказывай вам после этого!
Т е т я П а ш а. Так к чему ты всё ведешь, девушка?
Д е в у ш к а В а р я. Свидание он мне назначил следующим воскресеньем. На том же месте, в горсаду.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Пойдем вместе, Варюха. Я в кустиках спрячусь, гляну на него, а потом сразу тебе скажу, что он такое за личность. Глаз у меня — алмаз!
Д е в у ш к а В а р я. Стыдно это…
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Тю на тебя!..
Т е т я П а ш а. А что у тебя с Аршиком?
Д е в у ш к а В а р я. Просто дружим. Он мне вроде младшего братика. Что еще может быть?
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Ты жизни не знаешь, Варюха, а я помочь хочу. Мужики, они такие — ого! — чуть зазеваешься, а юбка уже на голове. С ними надо ухо востро, а главное — сразу лапам их шкодливым воли не давать!.. Вот был у меня в сорок четвертом хахаль один демобилизованный. Я тогда в хлебном работала, — помнишь, тетя Паша? Тоже обходительный такой и все прочее, ручки даже целовал — вот эти самые.
Т е т я П а ш а. Сбег?
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Как был… в одной гимнастерочке. Так что будь, Варя, настороже. Мужик как волк — все в лес норовит.
Т е т я П а ш а. Хороший парень был.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Я же любя! Чтоб руку женину чувствовал, не шкодил на стороне, боялся!..
Т е т я П а ш а. Сама виновата. Грубая ты бываешь, Нина.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
К л а в а
М у з ы к а н т ы
М и ш а н я
М у з ы к а н т ы
М у з ы к а н т ы
М и ш а н я. Гражданину участковому!..
О с т а п ч у к
М и ш а н я
О с т а п ч у к
М и ш а н я. То, что она круглая, лейтенант.
О с т а п ч у к. И все?
М и ш а н я. Более ничего. Что еще скажешь о твоей голове, Сысой Васильевич?
О с т а п ч у к. Попомню тебе это, Мишаня.
Д е в у ш к а В а р я. Пусть, Сысой Васильевич. Душевно играют.
О с т а п ч у к. Нельзя. Постановление исполкома.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
О с т а п ч у к. Хочешь культурно отдохнуть, Варя, иди в горсад. Там духовой оркестр каждый вечер играет…
М и ш а н я
Д я д я Ж о р а Е г и я н ц. Иди-иди, Мишаня, глаза мои тебя не видят.
М и ш а н я
Д я д я Ж о р а. Нет у тебя с Аршиком никаких дел!
М и ш а н я. Я ему бабки должен.
Д я д я Ж о р а. Какие бабки?
М и ш а н я. Полста рублей занимал.
Д я д я Ж о р а. Отдай мне, я передам.
М и ш а н я. Мы договаривались из рук в руки…
Д я д я Ж о р а. Пошел отсюда, пошел быстро!
М и ш а н я. Чего тянешь, дядя Жора?
Д я д я Ж о р а
М и ш а н я. Передайте Аршику, что, мол, Мишаня заходил.
Пойдем, а?
Д е в у ш к а В а р я. Не хочу, устала…
М и ш а н я. Эх, манюня моя ненаглядная!..
Д е в у ш к а В а р я
Т е т я П а ш а
М и ш а н я. Неправда, тетя Паша. Все, что видим, — наше.
О с т а п ч у к
М и ш а н я
Т е т я П а ш а. Туда тебе и дорога, уркаган!
Распустил шпану, Сысой, потакаешь.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
К л а в а
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Говори, да не заговаривайся, Клавдия. А то… знаешь!..
К л а в а. А то — что?
О с т а п ч у к. Хватит вам, бабоньки… Куда это все мужики подевались?
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Ты думаешь, если замужняя, да он еще и милиционер, я на тебя управы не найду, да?!
К л а в а. Проворовалась, так сиди уж никшни!
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
О с т а п ч у к. Клава!..
К л а в а. Знаем!..
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Выдь сюда и скажи людям всенародно!
К л а в а. Думаешь, испугалась? И выйду!
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Выдь! Дура ленивая!
К л а в а. От такой же слышу!..
О с т а п ч у к
К л а в а. Выйду!..
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
О с т а п ч у к. Ты, Нина, тоже придержи язычок. Паша, устыдила бы хоть ты их.
Т е т я П а ш а. Бабы это, Сысой…
К л а в а
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Это еще надо доказать!
К л а в а. А водкой своей приторговывал?!
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. И это еще надо доказать!
К л а в а. Сысой и докажет!..
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Ничего он уже не докажет!..
К л а в а. Он службы из-за тебя может лишиться, тварь неблагодарная!
О с т а п ч у к. Ну, хватит лаяться, хватит…
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Пусть спасибо скажет, что живого привела!..
П е т р о в и ч. Что за шум, а драки нету?
Т е т я П а ш а. Сейчас будет и драка…
К л а в а
Т е т я П а ш а. Ой!..
О с т а п ч у к
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. И-эх!.. Как была ты, Клавдия, смолоду дурой, такой и помрешь!
П е т р о в и ч
К л а в а
О с т а п ч у к
К л а в а. Изменщик!.. Ну, ничего! Нынче не война, мужиков хватает!..
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Окстись, Клавдия!
К л а в а
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
Т е т я П а ш а
О с т а п ч у к
П е т р о в и ч. Мы-то ничего. Хлеб жуем, картошку жарим. С тобой что стряслось, Сысой?
О с т а п ч у к
К о л я - т а н к и с т. Уходят тебя из органов?
О с т а п ч у к. С чего это ты взял?
П е т р о в и ч. Болтают люди.
О с т а п ч у к. Это все Клавка моя, дура!..
С т е п а
О с т а п ч у к. Ты болтай, да не заговаривайся, — жена все же.
П е т р о в и ч. Рассказывай, Сысой, все одно улица узнает.
О с т а п ч у к. На той неделе поймал нашу Нинку, что называется, за руку. Пиво она разбавляла, так это давно замечено было…
П е т р о в и ч. Кто из них не разбавляет…
К о л я - т а н к и с т. Хрен с ней, с Нинкой, пусть разбавляет… Зато пиво завсегда под рукой было. А теперь вот…
О с т а п ч у к. Пиво — ладно. Петрович прав — все они разбавляют, свыклись уже. Водку она магазинную в розлив по буфетной цене продавала, а это уже подсудное дело. Застукал Нинку наш опер, сообщил мне. Я с понятыми обыск поздно вечером произвел. Обнаружил пять ящиков в подсобке, да еще один початый прямо под прилавком стоял. Ну, составили протокол, понятые подписали. Нинка ревмя ревет…
К л а в а
О с т а п ч у к. Уйди с глаз моих, язва!
К л а в а. Изменщик!..
О с т а п ч у к. Язва!
П е т р о в и ч. Побей ты ее, приведи бабу в норму.
О с т а п ч у к. Пора, наверно… Ну, уложил я протокол в планшетку, взял с Нинки подписку о невыезде и направился в отделение…
П е т р о в и ч. Не с нашей ли улицы урки балуются?
С т е п а. Мишаня и Хобот?
О с т а п ч у к
П е т р о в и ч. А из органов-то за что уходят?
О с т а п ч у к
К о л я - т а н к и с т. Запросто!
П е т р о в и ч. Могла бы вообще пройти мимо, когда тебя убивали.
О с т а п ч у к. То-то и оно!.. Когда я сообразил все это, тогда взял да и порвал протоколы прямо у нее дома.
С т е п а. Нарушение закона, Сысой Васильевич!
П е т р о в и ч. Щенок, а гавкает.
С т е п а. Что-что? Разве не так?
О с т а п ч у к. Нинка смотрит, как горит протокол, и плачет, руки мне бросается целовать, а на душе у меня муторно…
С т е п а. Не понимаю! Ведь каждый на месте Нинки помощь бы вам оказал! Зачем же протокол рвать?!
П е т р о в и ч. Каждый, да не каждый, Степа.
К о л я - т а н к и с т
О с т а п ч у к. Вчера написал рапорт, всю правду изложил. Начальник нашего отделения майор Стрелков сказал, что только славное партизанское прошлое спасает меня от суда.
К о л я - т а н к и с т. Чего жалеть, Сысой Васильевич? Сколько лет служишь, а все лейтенант.
О с т а п ч у к. Я не лезу. Дело свое спокойно делаю — и все.
П е т р о в и ч. А вот скажи мне, Сысой… Допустим, не ахнули тебя по голове, тогда что — посадил бы Нинку?
О с т а п ч у к. Посадил.
П е т р о в и ч. Что выходит из этого?
О с т а п ч у к. Добро мы должны делать друг дружке?
П е т р о в и ч. О, допер наконец! А у нас так: пока самого жареный петух в зад не клюнет, до тех пор только чешемся да молча сочувствуем!
С т е п а. Ладно, Петрович, может, я действительно дурной по молодости… Объясни мне тогда. Одной рукой Нинка-буфетчица Сысою Васильевичу жизнь спасала, но другой же воровала?
П е т р о в и ч. Ну…
С т е п а. Так или нет?
П е т р о в и ч. Говори мысль.
С т е п а. Что в таком случае получается? Нинка сделала добро одному Сысою Васильевичу, зато сотне другим — зло. Воровала у людей трудом добытую копейку! Сысой Васильевич не просто «дядя Петя с Боготяновской улицы», он еще участковый, лейтенант милиции! Он призван по долгу службы защищать закон, а не поддаваться личным чувствам!
К о л я - т а н к и с т. Хорошо говоришь, Степан!
П е т р о в и ч. Тебя когда-нибудь били свинцовой трубой по голове, Степа?
С т е п а. Это уже из другой оперы!
П е т р о в и ч. Все из той же. Дело тут не в Нинке, черт с ее разбавленным пивом! Дело в самом Сысое. Она, как ни крути, жизнь ему спасла, а он ее — за решетку!
С т е п а. Долг выполнял!
П е т р о в и ч. Долг-то он выполнит, а как сам дальше жить станет? Сысой сжег протокол обыска, зато человеком внутри себя остался.
С т е п а
П е т р о в и ч. Далась тебе эта Нинка!.. Ее теперь пусть другие милиционеры ловят.
О с т а п ч у к
П е т р о в и ч. Язык почешет и забудет.
О с т а п ч у к. Хорошо вам рассуждать, а я двадцать лет прослужил в милиции без единого взыскания, а ухожу с позором…
П е т р о в и ч. Неправда, Сысой. Человеком уходишь. А во-вторых, у каждого из нас или было, или будет такое в жизни. Вот на нашей улице разное болтают за моей спиной. Гадают, за что я во время войны загремел под трибунал… А судили меня примерно за то, за что тебя сегодня выгоняют из милиции… Когда мы Ростов освободили, поймали там одного полицая. Мой младший братишка, сука, оказался им. И надо было так случиться, что мне же приказали его в расход вывести.
С т е п а
К о л я - т а н к и с т. На войне и не такое бывало.
О с т а п ч у к. Да, судьбы сплетение…
П е т р о в и ч. Что темнить теперь — сам я это и подстроил. В трибунале не знали, что мы сродственники. Мать с Лешкой, его Алексеем звали, одна у нас была, а отцы разные. Ну, и фамилии соответственно.
К о л я - т а н к и с т. Разве ты в трибунальском взводе служил?
П е т р о в и ч. Старшиной в комендатуре, после второго ранения. Из госпиталя выписали, и там долечивался вроде бы. А так всю дорогу в полковой разведке. Лешку я случайно увидел в комендатуре, когда его конвоиры по коридору вели… Трибунал приговор определил, я вызвался добровольцем привести его в исполнение.
К о л я - т а н к и с т. Рассказывают, взводом расстреливали?
П е т р о в и ч. По-разному бывало. Кого взводом, кому пулю из нагана в затылок.
С т е п а. Неужели были добровольцы на такое дело?
П е т р о в и ч. Находились любители. За добровольное участие доппаек полагался и сто пятьдесят граммов опять же.
О с т а п ч у к. Неужто в брата стрелял?
П е т р о в и ч. Я старшим в доме был. Еще мальчонком Лешку на руках баюкал, пока мать в поле работала… Ну, вывез я его, подлеца, за город на полуторке, отвел в овраг, чтоб шофер не видел, пальнул в небо пару раз, дал Лешке по шее за гадство его полицейское да и отпустил за Дон… На другой день Лешку опять словили в какой-то станице и там шлепнули. А я под трибунал загремел. Сперва тюрьма, потом штрафная…
О с т а п ч у к
П е т р о в и ч
К о л я - т а н к и с т. Сколько у тебя ранений?
П е т р о в и ч. Четыре. Два тяжелых.
К о л я - т а н к и с т
Л ё к а. Жора-дядя!.. Жора-дядя!..
Д я д я Ж о р а Е г и я н ц
Л ё к а
Д я д я Ж о р а Е г и я н ц. Не понимаю тебя, Лёка.
Л ё к а. А-а-а!..
С т е п а
К о л я - т а н к и с т. Иди гуляй, Лёка. Тут разговор.
П е т р о в и ч. Там кто-то есть, да, Лёка?
Л ё к а
П е т р о в и ч. Что-то стряслось.
О с т а п ч у к
А р ш и к
М и ш а н я
А р ш и к. Работы было много, Мишаня, просто не успел!
М и ш а н я. Сколько же тебе времени надо? Ты еще зимой взял у меня бабки за сапоги. Полторы косых.
А р ш и к. Аванс, так все делают!
М и ш а н я. Значит, взял. За это ты обещал построить сапоги, обещал? «Летные», шевро, с белым рантом и со скрипом.
А р ш и к. Завтра, Мишаня! Ей-богу, завтра получишь сапоги!
М и ш а н я. Ты меня пять месяцев завтраками кормишь.
А р ш и к. Ночь буду сидеть, а сапоги к утру будут готовы! С белым рантом, Мишаня, шевро!..
М и ш а н я. Теперь вспомни, Аршик, сколько раз я приходил, сколько раз по-доброму просил построить сапоги или вернуть деньги. Я правду говорю?
А р ш и к. Хорошо, если тебе не нужны теперь сапоги, я сейчас сбегаю домой и принесу деньги.
М и ш а н я
А р ш и к. Правда, Мишаня, не бей. Завтра — кровь из носу! Шевро, летные, с белым рантом на хромовом ходу!..
М и ш а н я. Признаешь свою вину, Аршик?..
Признаешь?
Отпусти руку, Аршик. Ты же сам согласился, что виноват.
Вставай, Аршик, лежачего не бью.
Заложи руки назад.
Вставай, Аршик!
Жухай у фраеров. Но меня не трожь, Аршик. Я вор в законе.
А р ш и к
М и ш а н я. Уж если тебе так нужны деньги, то воруй, но не натягивай людей. Могу по старой дружбе на дело взять. Торгаши тут жирные недалече живут.
А р ш и к
М и ш а н я. Тогда целуй и — разбежались по-хорошему.
А р ш и к. За что?
М и ш а н я. Как «за что»? Полгода с сапогами как последнего фраера натягивал. К Варьке клинья подбиваешь, хотя обязан знать, что я на нее давно глаз положил.
А р ш и к. С сапогами виноват.
М и ш а н я. Дружишь? Ах ты, Павлик Морозов!
А р ш и к
М и ш а н я. Она же с тобой, соплей малолетней, играется. Сама мне говорила.
А р ш и к. Врешь!
М и ш а н я. Варька ко мне на хату по ночам бегает. Ну и потом болтает после этого, понимаешь…
Аршик бьет его по лицу. И в тот же момент Мишаня неуловимо быстрым, почти механическим движением выбрасывает вперед руку с ножом… Аршик медленно, без звука валится ему под ноги. Слышны голоса. В проломе появляются Л ё к а, за ним П е т р о в и ч, К о л я - т а н к и с т и С т е п а.
П е т р о в и ч. Ну что тут, Лёка?..
Л ё к а
П е т р о в и ч
С т е п а. Аршик, эй!..
К о л я - т а н к и с т
М и ш а н я
О с т а п ч у к
К о л я - т а н к и с т. Аршика убил, гад!
О с т а п ч у к
Так… Я веду Мишаню в отделение, а ты, Степа, по-быстрому смотайся в аптеку, там телефон. Вызови «скорую».
С т е п а. Есть!
О с т а п ч у к
К л а в а
Т е т я П а ш а
Д е в у ш к а В а р я
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
К о л я - т а н к и с т. Мишаня.
П е т р о в и ч
К о л я - т а н к и с т
П е т р о в и ч. Закурим, Георгий, полегчает.
Вбегает С т е п а.
С т е п а. Приехала «скорая», ждут!..
П е т р о в и ч. Останься, Георгий, мы сами.
Д я д я Ж о р а Е г и я н ц
Т е т я П а ш а
П е т р о в и ч. Увезли.
Л ё к а. Аршик на машине поехал. Туда!..
Появляется озабоченный О с т а п ч у к.
О с т а п ч у к. Сдал гада в КПЗ.
К л а в а. У Нинки дотошней поспрошай, у нее глаз острый.
О с т а п ч у к. Цыц, Клавдия, или, видит бог, побью сегодня.
К л а в а. Я по-хорошему сказала…
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Мишаня этот цельный вечер тут крутился, да, Варя?
О с т а п ч у к
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Вроде нет… Веселый такой был. Он даже Варьку лапал.
Д е в у ш к а В а р я. Урка проклятый!
О с т а п ч у к. Вы — мужики?
К о л я - т а н к и с т. Сидели на бревнышке, потом за махрой на угол Боготяновской сходили…
С т е п а. Я с Аршиком разговаривал.
О с т а п ч у к. О чем именно, конкретно?
С т е п а. Сапоги мне Аршик обещал смастрячить.
О с т а п ч у к. И больше ни о чем не говорил?
С т е п а. Не-ет…
О с т а п ч у к. Подозрительного ничего не заметил?
С т е п а. Заметил…
О с т а п ч у к
С т е п а. Оглядывался Аршик по сторонам, словно боялся чего-то.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Бандита этого и боялся. Я раз встретила Аршика и Мишаню у базара. Грозил он ему, Сысой Васильевич. Деньги какие-то требовал и за грудки тряс, но не бил.
О с т а п ч у к
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. А я помню?.. Ну, месяц назад, может, чуток раньше. И чего Аршик с бандитом связался?
О с т а п ч у к. Ты — Варвара?
Д е в у ш к а В а р я
О с т а п ч у к. Варвара!
Д е в у ш к а В а р я. Чего пристали?!
О с т а п ч у к. По глазам вижу — знаешь…
К о л я - т а н к и с т. С Лёкой потолкуй, Сысой Васильевич. Он же нас в развалины звал.
О с т а п ч у к. Не учи ученого…
К л а в а
О с т а п ч у к. Дома ты у меня схлопочешь, Клава!
Не желаешь?
Д е в у ш к а В а р я. Отстаньте!
О с т а п ч у к. Ладно, потом все равно расскажешь.
Ты Аршика очень любил?
Л ё к а. Дай.
О с т а п ч у к. Чего тебе дать?
Л ё к а. Дай.
О с т а п ч у к
Аршика в развалины позвал Мишаня, да? Ну, в кепочке такой малой и плетенка по козырьку, да?
Фикса еще у него во рту блестящая? Вот тут
Л ё к а
О с т а п ч у к
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
Л ё к а
О с т а п ч у к
Л ё к а. Видел!..
Т е т я П а ш а
П е т р о в и ч. Да…
К л а в а
О с т а п ч у к. Подходил?
К л а в а. Ну да! Что-то спрашивал у него.
О с т а п ч у к. Жора…
П е т р о в и ч. Оставь все эти дела на завтра. Видишь, человек не в себе…
Т е т я П а ш а. Помянуть надо Аршика. Как, люди?
К л а в а. Окстись, Паша! Какие поминки, еще земле не предали.
Т е т я П а ш а
П е т р о в и ч. Верно сказано.
Т е т я П а ш а
К о л я - т а н к и с т. Нинка, постой-погоди. Магазин-то уже закрыт…
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Я тут с какого краю?
К о л я - т а н к и с т. Ладно, Нинка, не темни.
О с т а п ч у к
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
О с т а п ч у к
П е т р о в и ч. Ай да Сысой Васильевич, ай да наш участковый! Как же с постановлением исполкома?
О с т а п ч у к. Семь бед — один ответ…
Появляются женщины, каждая из них что-нибудь приносит из дома: кто варенную в мундире картошку, кто — воблу, зеленый лук, хлеб… Хлопочут у импровизированного стола. Последней появляется Нинка-буфетчица. Опасливо поглядывая на участкового, достает из-под жакета несколько бутылок водки.
Т е т я П а ш а. Идите к столу, люди.
К о л я - т а н к и с т. Она сегодня в ночной смене.
К л а в а
С т е п а. Отыграют и придут к нам, обещали.
О с т а п ч у к
Д е в у ш к а В а р я. Как вам не стыдно, Сысой Васильевич! Что вы говорите такое?!
К л а в а. Что это она?
Т е т я П а ш а. Дружили они с Аршиком.
К о л я - т а н к и с т. Не в ту степь ты свернул, Сысой.
К л а в а. Ты, Сысой, думай наперед, прежде чем слово свое вякнуть.
О с т а п ч у к
Д е в у ш к а В а р я. Вот!..
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Ого!..
К л а в а. Да тут тысяч тридцать…
О с т а п ч у к
Д е в у ш к а В а р я. Деньги Аршика. Он три года собирал и прятал у меня дома. И ни одной копеечки не потратил на себя, даже на мороженое.
О с т а п ч у к. Зачем он копил деньги?
Д е в у ш к а В а р я. Аршик взял с меня честное слово, что я никому не скажу, — хотел дяде Жоре Егиянцу сюрприз преподнести. Но теперь, когда его нет… Аршик собирал эти деньги, чтобы купить дяде Жоре протезы. Американские, на шарнирах.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Мороженое он, бедняга, любил. А я и не знала…
О с т а п ч у к
Д е в у ш к а В а р я. Аршик хотел быстрее. Поэтому и техникум бросил!
К о л я - т а н к и с т. Сколько там до протезов не хватает, Варюха?
Д е в у ш к а В а р я. Четыре тысячи семнадцать рублей. Мы только вчера с Аршиком пересчитывали.
К о л я - т а н к и с т. Георгий, ты не обидишься, если мы по-соседски сбросимся да купим тебе эти протезы?
С т е п а. Точно!
О с т а п ч у к. Обидишь нас отказом.
К о л я - т а н к и с т. С получки и добавим, как, мужики?
Т е т я П а ш а. И мечта твоего Аршика сбудется.
П е т р о в и ч. Ладно, потом поговорим…
С т е п а
Д е в у ш к а В а р я. Чего тебе?
С т е п а
Д е в у ш к а В а р я. Помолчи, потом…
П е т р о в и ч. А все привыкнуть не могу. Каждый раз во мне будто какая-то малая жилка обрывается. Несправедливо это — смерть. Как же так, вот был он, человек, ел, пил, смеялся, руку мне пожимал — и вдруг нет его! Да как так нет, как?! Куда подевался голос его, сияние глаз, невысказанные слова, которые должен был он произнести, дети его будущие?! Несправедливо!..
Т е т я П а ш а
П е т р о в и ч. А еще горше, когда жизнь отнимает так просто, как Аршика. Ну, понятно, еще война проклятая, старость горькая, болезнь тяжелая, это куда ни шло, хотя тоже непонятно — зачем? Но вот иной раз задумаешься за поминальным столом, и вдруг смерть человеческая поворачивается другим боком, неожиданным. А может, она дана людям для того, чтобы те, кто остается жить, стали лучше. Ну, к примеру… вот Коля-танкист. Поставь его во главе государства, и он никогда по своей воле войны не зачинет, потому что при нем умирали его товарищи фронтовые. Паше это тоже в голову не придет — две похоронки на мужа и сына получила… Или Степа наш. Теперь уж он никогда не сможет поднять руку с ножом на другого человека, потому что на глазах у него убили друга детства Аршика…
Л ё к а
П е т р о в и ч. Я к чему веду. Хотя смерть сама по себе и несправедлива, но она же очищает души других людей, делает их лучше, добрее, терпимее друг к другу. Память умерших светлая как раннее утро… Помянем Аршика с благодарностью сердечной. Не зря, выходит, он жил на свете. Прими наш поклон за это, Георгий.
Т е т я П а ш а
К л а в а. Налить тебе морсу, Лёка?
Л ё к а. Дай морсу!
К л а в а. Нина, передайте, пожалуйста, бутылку с морсом.
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Пожалуйста, Клавдия.
К л а в а
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. Прости и меня, проклятущую, соседка.
Т е т я П а ш а. Давно бы так.
С т е п а. Подкосели наши женщины.
О с т а п ч у к. Клавдия, смотри у меня!
К л а в а. Уж с человеком хорошим не дашь поцеловаться, милиционер!
О с т а п ч у к. То лаются, то целуются… Бабы, что с них взять!
П е т р о в и ч
К о л я - т а н к и с т. Первую смерть после фронта вижу. Смотри-ка, как она людей всколыхнула, а уж они-то мертвых навидались, не удивишь. Отчего так?
П е т р о в и ч. Да потому, что кончилась война, Коля. Это ты в ней все живешь, а она кончилась. Цена жизни человеческой снова стала настоящей, не уцененной.
К о л я - т а н к и с т. А я все очухаться не могу…
П е т р о в и ч. Дурью маешься. Станешь к станку — и все войдет в свою колею.
К о л я - т а н к и с т. Это верно. Видать, никуда не денешься…
Т е т я П а ш а
П е т р о в и ч. Вспомни, что было, Паша, и радуйся.
О с т а п ч у к. Теперь все за плечами. Теперь только жить надо начинать.
Д е в у ш к а В а р я. Я жизнь будущую нашу так представляю… Каждый новый день, даже в понедельник, идут люди по улице — и все улыбающиеся, нарядно одетые и красивые, как на Первое мая.
К л а в а
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а. У каждого своя отдельная квартира.
С т е п а
Н и н к а - б у ф е т ч и ц а
С т е п а. Главное — всемирное братство трудящихся всего мира! Плюс — отсутствие безработицы в капиталистических странах. Это важный момент!
К о л я - т а н к и с т. Хрен с ними, с капиталистическими! Чтоб мы в одну смену работали.
О с т а п ч у к. А надо бы выпить еще и за то, чтобы я был последним милиционером, которого уволят ввиду отсутствия состава преступления среди населения города, села и привокзальных районов.
П е т р о в и ч
С т е п а. Эх!..
Д е в у ш к а В а р я
С т е п а
Д е в у ш к а В а р я. Руку убери.
С т е п а. Она мешает тебе?
Д е в у ш к а В а р я
С т е п а. Сюда, тут мы!
О с т а п ч у к. Шагайте к столу, ребята. Помяните хорошего парня, спойте людям песню задушевную.
З р я ч и й. Собачиться не станешь?
О с т а п ч у к. Что же я, не человек?
С л е п о й. Как звали покойного?
Кого поминаем?
К о л я - т а н к и с т. Аршика. С нашей улицы парень.
С л е п о й. Земля тебе пухом, Аршик.
З р я ч и й. Пусть ему сейчас легко икнется на том свете.
Д е в у ш к а В а р я
П е т р о в и ч. Паша…
Т е т я П а ш а. Со мной, глупой бабой?
П е т р о в и ч. Не прибедняйся, Паша.
Т е т я П а ш а. Ты ведь у нас на улице такой мудрый…
П е т р о в и ч. Не мудрый я — битый. Может, ты это, а?
Т е т я П а ш а. Бельишко твое постирать? Конечно.
П е т р о в и ч. Какой черт бельишко!.. Извини, Паша, смущаюсь я, злюсь от этого. Замуж за меня выходи.
Т е т я П а ш а. Ты вроде и невыпивши еще.
П е т р о в и ч. Верное слово, выходи.
Т е т я П а ш а. Не к месту сейчас такой разговор — поминки.
П е т р о в и ч. Жизнь и смерть — они завсегда под ручку ходят.
Т е т я П а ш а. И старые мы с тобой для таких игрищ…
П е т р о в и ч. То-то и оно, что старые, Паша. Никому не нужные. Будем держаться друг друга, — глядишь, выстоим и спокойно до могилки доживем.
Т е т я П а ш а. Ну, женишок! Еще не поцеловал ни разу, а уже о кладбище толкует!
П е т р о в и ч
Т е т я П а ш а
П е т р о в и ч
Т е т я П а ш а. Прости.
…
Т и м о н и н О л е г Н и к о л а е в и ч.
Я р ы к а л о в Н и к о л а й П е т р о в и ч.
И р а.
У р в а н ц е в И в а н В а с и л ь е в и ч.
З и н о ч к а.
Ж в а к и н З а х а р С е м е н о в и ч.
Г о р ь к о в.
М а р а т.
С о к л а к о в.
Б е б е ш к о.
Х а р ы б и н.
О с м а н о в Е г о р И б р а г и м о в и ч.
К о р р е с п о н д е н т.
П е р в ы й р ы б а к.
В т о р о й р ы б а к.
Д е м о б и л и з о в а н н ы е с о л д а т ы, м а т р о с ы, р ы б а к и.
П е р в ы й р ы б а к. Что они затеяли?
В т о р о й р ы б а к. Эксперимент какой-то. Капитан вместе со старпомом сами команду набирают.
Ж в а к и н. Так оно по правилам и полагается.
В т о р о й р ы б а к. Это по правилам…
М а р а т. Вот бы попасть на «Ниву»!
В т о р о й р ы б а к. Молодой, а губа не дура! Думаешь, зря мы тут спозаранку собрались?
М а р а т. Говорят, Тимонин берет всех.
Ж в а к и н. Все не поместимся.
Б е б е ш к о. Сколько за рейс может выйти?
П е р в ы й р ы б а к. Детишкам на молочишко да еще кое на что останется. «Нива» — это флагман.
Б е б е ш к о. Нет, правда?
Ж в а к и н. Сколько поймаешь, столько и получишь.
П е р в ы й р ы б а к. Дядя за бешеной деньгой, за длинным рублем прибыл, да?
В т о р о й р ы б а к. Все хотят на «Ниву». Еле в порт пробился…
М а р а т. Чувствуете, как морем запахло?
П е р в ы й р ы б а к. С рыбзавода потянуло.
В т о р о й р ы б а к. Что за мужик Тимонин?
Ж в а к и н. В законе. С ним можно рыбу ловить, не магелланить.
Г о р ь к о в. Старпом тоже ничего. Мы вместе на «Глобусе» ходили. Деловой штурманец, серьезный. Но у всех у них, у капитанов, бзики. Вот помню, хохму отмочил капитан «Белозерска» Вокач Гаврила Александрович. Пришли мы в район промысла, и вдруг «Белозерск» на связь перестал выходить. Только на капитанском часе Вокач объявлялся и сообщал так невнятно: «Двое играют, одна танцует. Как поняли? Прием». Флагман его по микрофонной связи запрашивает: «Не понял вас, не понял. Повторите!» Вокач ему по новой: «Двое играют, одна танцует». И отключается. И так целую неделю. Вся экспедиция голову ломает, что это должно означать? На флагманском зашебуршились, шифровки на берег пошли — капитан «Белозерска» тронулся!.. Вокача уже из управления запрашивают, что, мол, такое значит: «Двое играют, одна танцует»? А он и им в ответ: «Двое играют, одна танцует!» И все. Хоть лопни и разотри!
М а р а т. Может быть, это код?
Г о р ь к о в. Какой там код! В порту уже узнали. Оказывается, запил Вокач. Нашел у завпрода ящик одеколона «Кармен» и запил!
М а р а т. При чем здесь одеколон «Кармен»?
Г о р ь к о в. А как же! Там на этикетке нарисованы двое чудиков с балалайками и одна баба танцующая.
А сообщить по радиосвязи, что он запил, Вокач стеснялся. Нехорошо, мол, весь флот узнает. Вот и шифровал: «Двое играют, одна танцует…»
Здравия желаем, Олег Владимирович!
Ж в а к и н
Т и м о н и н. Форма одежды — сюртук при кортике. Командуй, Коля Ярыкалов. Сегодня последний день, финиш. Стой…
Я р ы к а л о в
Т и м о н и н. Я — капитан Тимонин Олег Владимирович. Представьтесь.
М а р а т. Гончаров.
Т и м о н и н. Имя-отчество, Гончаров?
М а р а т. Неудобно…
Т и м о н и н. Это еще почему?
М а р а т. Дурацкое у меня имя-отчество — Марат Тимофеевич. Имя революционное, а отчество купеческое…
Т и м о н и н. Не бери в голову, Марат Тимофеевич. Специальность?
М а р а т. Пока нет.
Т и м о н и н. Приехал за туманом и за запахом тайги?
М а р а т. В мореходку по конкурсу не прошел.
Я р ы к а л о в. У него любовь к морю в крови.
М а р а т. «Всякий раз, когда я замечаю угрюмые складки в углах своего рта, всякий раз, как в душе у меня воцаряется промозглый, дождливый ноябрь…»
Я р ы к а л о в
Т и м о н и н. «Я понимаю, что мне пора отправляться в плавание. И ничего удивительного в этом нет. Люди просто не отдают себе в этом отчета, а так ведь рано или поздно по-своему начинают испытывать к океану такие же чувства, как и я…» «Моби Дик», Меллвил.
М а р а т. Неужели и вы это знаете?!
Я р ы к а л о в. Мы с Олегом Владимировичем зачитывались этой книгой в училище. Ладно, ну а что ты еще умеешь делать, Марат Тимофеевич, кроме того, как цитировать чужие мысли?
М а р а т. Я не цитирую, я так чувствую. Потом, это проверка. То есть я людей так проверяю. Если они понимают, о чем идет речь, — значит, это личности, с которыми я готов на все!
Я р ы к а л о в. Как тебе это нравится, Олег Владимирович?
Т и м о н и н. В этом что-то есть.
Я р ы к а л о в. Паренек самонадеянный. Проверять можно тогда, когда у тебя на рукаве больше нашивок, чем у присутствующих.
М а р а т. Вы меня неправильно поняли. Я товарищей по духу ищу.
Т и м о н и н
М а р а т. Готов каждый день гальюн чистить, только возьмите в рейс!
Т и м о н и н. Ладно.
М а р а т. Спасибо. Большое спасибо!
Т и м о н и н. Следует говорить: «Есть!»
М а р а т. Есть!
Я р ы к а л о в. Тоже мне Шурик! Мастер художественного слова.
М а р а т. Я не Шурик, я Марат.
Я р ы к а л о в. Это твое личное дело. Исполняйте.
Т и м о н и н. В таком возрасте всем кажется, что у них ноябрь на душе… Заметь, Коля, как я начал выражаться: «в таком возрасте». Стареем, братан. Прошло время надежд, наступило время свершений…
Захар Семенович, и вы к нам?
Ж в а к и н. К тебе, Олег… Виноват… Олег Владимирович. Ушел я с «Невельского». Десять лет, как один день, проработал и ушел.
Т и м о н и н. Что же так грустно?
Ж в а к и н. Вот тут у меня этот Османов!.. Капитан, ничего не скажу, он знающий. Действительно, не магелланим, ловим рыбу. Но мужик тяжелый до изумления. На вахту надо выходить так, чтобы радость была, а у него — как по приговору! Нет, лопнуло терпенье мое.
Т и м о н и н. Кто-то говорил, что Османов на пенсию уходит?
Ж в а к и н. Э, который год слухи!.. Вы, Олег Владимирович, не подумайте чего такого. Я зря на человека бочку катить не буду. Ну вот, например… В прошлом рейсе собрание производственное устроили. Он и приклеился ко мне. «Жвакин, — говорит и брови так супит, — что за выражение лица у тебя было, когда подписывал повышенные обязательства?» А какое у меня выражение лица будет? Мы в море. Есть рыба — ловлю, на то я и тралмастер. Нет ее, штормит — так ты хоть сотню этих обязательств бери, один хрен ничего не поймаешь!.. Выражение лица! Иной раз в море от него шагнуть хочется!
Т и м о н и н. Это вы загнули, Захар Семенович. Собрания нужны.
Ж в а к и н. А выражение лица?
Т и м о н и н. Я буду рад, что на «Ниве» будет такой тралмастер.
Я р ы к а л о в. Чтобы успокоиться, Захар Семенович, пойди и посмотри, какое у нас хозяйство тралмастера, закачаешься и ахнешь! Вам на «Невельском» и не снилось такое.
Ж в а к и н. Наслышан. В порту мореманы только о вашей «Ниве» и толкуют. Значит, я пошел, Олег Владимирович?
Т и м о н и н. Завтра в три буду зачитывать список команды. Приходите.
Ж в а к и н. Там у вас слабину кормового швартового надо выбрать.
Я р ы к а л о в
З и н о ч к а (с вызовом). А вы кто?
Я р ы к а л о в. Я просто старпом.
З и н о ч к а. Тогда помолчи. Мне нужен только капитан.
Я р ы к а л о в. Виноват! Вот капитан, он перед вами.
З и н о ч к а. Такой молодой и интересный мужчина, а уже капитан!
Т и м о н и н. Меня кадрят, Ярыкалов!
З и н о ч к а. Лет сколько?
Т и м о н и н. Тридцать пять. Но я вегетарианец.
З и н о ч к а. Женат?
Т и м о н и н
З и н о ч к а. Или врете, или разведенец. Давно в капитанах ходите?
Т и м о н и н. Впервые пойду.
Я р ы к а л о в. Владимирович, у меня такое впечатление складывается, что тебя хотят взять на работу.
Т и м о н и н. В работу.
Я р ы к а л о в. Или замуж?
З и н о ч к а. Во-первых, женщину в ее присутствии называют только по имени. «Она» — это неинтеллигентно. А во-вторых, кому нужен муж моряк?
Я р ы к а л о в. Зато зарплата большая. Огромная!
З и н о ч к а. Меня за деньги не купишь!
Я р ы к а л о в
З и н о ч к а. Меня зовут Зинаида, понял, старпом?
Я р ы к а л о в. Редкое и прекрасное имя.
З и н о ч к а. Много вас ошивается вокруг!
Я р ы к а л о в. Господи, Зиночка, у меня и в мыслях ничего подобного не было! Крест святой!
З и н о ч к а. Отстань! Капитан, хочу к вам на пароход. Буфетчицей.
Т и м о н и н. От сердца отлегло. Я думал — штурманом.
Я р ы к а л о в
З и н о ч к а. Буфетчицей — и только в кают-компанию!
Т и м о н и н. Почему не в столовую команды?
З и н о ч к а. Не могу.
Т и м о н и н. Не интригуйте.
З и н о ч к а. Ну не могу…
Я р ы к а л о в. Образование не позволяет.
Т и м о н и н. Чем вам не нравится столовая команды?
З и н о ч к а. Вы же видите… они мне покоя не дадут.
Т и м о н и н. Придется отказать вам, Зиночка.
З и н о ч к а. Это еще почему?
Т и м о н и н. Мы долго находимся в море, а в кают-компании тоже живые люди. А тут — эффект налицо… С ума нас сведете.
З и н о ч к а. Какой вы злой!.. Значит, я вам не подхожу?
Т и м о н и н. Ничем помочь не могу.
З и н о ч к а
Т и м о н и н. Они самые. Идите.
З и н о ч к а. Нет, вы мне все же скажите, почему не берете!
Т и м о н и н. Людей не уважаете.
З и н о ч к а. Это вы людей не уважаете, самцы проклятые!
Я р ы к а л о в. Вот тебе, тетя, и Новый год!
Т и м о н и н. Я самец-павиан!..
Я р ы к а л о в. Зиночка эта явно не из тех девушек, на которых женятся…
Б е б е ш к о. Я могу?
Т и м о н и н. Почему не стучите?
Б е б е ш к о. Извините. Я Петр Бебешко. Специальности у меня две — моторист, а также могу плотничать.
Т и м о н и н. Приезжий?
Б е б е ш к о. С Краснодарского края.
Т и м о н и н. Издалека. Не жаль было расставаться с теплым солнцем?
Б е б е ш к о. Заработать треба. Жениться решил. Встречный вопрос разрешите?
Т и м о н и н. Валяйте.
Б е б е ш к о. Надолго в море уходите?
Т и м о н и н. По-разному. Но, как правило, на шесть месяцев.
Б е б е ш к о. Многовато… Извините, я человек новый, морских ваших законов не знаю, — сколько за рейс вырабатываете?
Т и м о н и н. Сколько поймаем рыбы, столько и получим.
Б е б е ш к о. Выходит, если не срыбачишь, то ничего и не получишь?
Т и м о н и н. Суть дела уловили.
Б е б е ш к о. Никто не знает, где суть. Неужто гарантированного оклада нет?
Т и м о н и н. Вы что, торговаться пришли?
Б е б е ш к о. Я молодой хорошую жизнь хочу обеспечить.
Я р ы к а л о в. Какой молодой?
Б е б е ш к о. Жене своей будущей.
Я р ы к а л о в. Деловой мужик, дальновидный. Есть на примете?
Б е б е ш к о. Нет, но будет. А чего ей не быть, а?
Я р ы к а л о в. Действительно.
Т и м о н и н. А вы знаете, что в море работа тяжелая, да и волны там выше вашего сельсовета.
Б е б е ш к о. Работы не боюсь, я такой, извините. Может, я очень настырно интересуюсь, но хотелось бы знать обязательно, сколько выходит в месяц. На круг, по среднему я имею в виду. Учтите, у меня две специальности… и непьющий.
Т и м о н и н. Хоть сейчас его на Доску почета!
Б е б е ш к о. Она мне ни к чему. Я человек скромный.
Т и м о н и н. Судовая роль моториста у нас уже занята.
Б е б е ш к о. Такими, как я, не бросаются. Извините за грубость.
Т и м о н и н. Прощайте.
Б е б е ш к о. Вы подумайте, у меня две специальности… и непьющий. Я еще раз зайду.
Я р ы к а л о в. Этот Бебешко прав — такими, как он, не бросаются.
Т и м о н и н. С детства не люблю таких.
Я р ы к а л о в. Не довод. Ну, чего ты взъелся на человека?
Т и м о н и н. Не знаю. Чувствую, с дрянцой Бебешко.
Я р ы к а л о в. Дочь за него собираешься выдавать замуж?
Т и м о н и н. Если бы у меня была дочь, я бы ее скорей в монастырь отдал, чем за такого Бебешку!
Я р ы к а л о в. У мужика две нужных нам специальности!
Т и м о н и н. Давай следующего.
Я р ы к а л о в. А такие бичи нужны?
Г о р ь к о в
Т и м о н и н. В который раз, Горьков?
Г о р ь к о в. В беде я. В беде страшенной, Олег Владимирович. Жизнь может кончиться. Так по ночам чувствую, и пот от страха прошибает.
Т и м о н и н. Кого винишь в этом?
Г о р ь к о в. К обществу претензий не имею. Сам, добровольно, своими руками, за свои же деньги. Отовсюду гонят… Последняя надежда — возьмите к себе на судно, а? Может, спасусь в море…
Т и м о н и н. Тебя уже брали однажды, вспомни.
Я р ы к а л о в. Ох, не надо! У меня нервный тик начнется!
Г о р ь к о в. И семья от меня отказалась. А про жену и говорить нечего…
Я р ы к а л о в
Г о р ь к о в. Вникните сперва, товарищ Ярыкалов, потом ржите.
Я р ы к а л о в. Ну, ты…
Т и м о н и н. Где заявление?
Г о р ь к о в. Заявление? Нет его. Не верил, что возьмете, Олег Владимирович.
Т и м о н и н. Вот ручка и бумага. Пишите.
Г о р ь к о в. Сейчас, сейчас, я быстренько!..
Т и м о н и н. Будем надеяться.
Я р ы к а л о в. Не понимаю, Олег. Отказываешь Бебешко, а принимаешь этого бичару. Где логика?
Г о р ь к о в. Поверьте, товарищ Ярыкалов. Я свое на пятилетку вперед выпил! Больше не тянет, клянусь!..
Т и м о н и н. Написали?
Г о р ь к о в
Т и м о н и н
Г о р ь к о в. Эх, Олег Владимирович, эх!.. Век не забуду!
Т и м о н и н. Хорошо-хорошо.
Я р ы к а л о в. Вчера вместе с Горьковым поддал и до сих пор не опохмелился?
Т и м о н и н. Не зарывайся, Ярыкалов.
Я р ы к а л о в. Или в Деда Мороза играем? Утверждаем свое капитанское «я»?
Т и м о н и н. Человек падает, зачем же еще толкать его в спину?
Я р ы к а л о в. Кто только с этим Горьковым не цацкался, кто?!
Т и м о н и н. Не убудет, попробуем еще раз.
Я р ы к а л о в. Я бы на твоем месте не рисковал, Олег. Сгоришь с такими подарками, как Горьков. Ты помни — приказ о твоем капитанстве еще не подписан…
Т и м о н и н. Держи свое мнение при себе.
Приглашай следующего.
Я р ы к а л о в
И р а. Здравствуйте.
Я р ы к а л о в. Здравствуй, Ира. Садись, пожалуйста.
И р а. Благодарю.
Т и м о н и н. Фамилия, специальность?
И р а
Т и м о н и н. По какому вопросу явились?
И р а. Вы комплектуете команду?
Т и м о н и н. Комплектуем, что дальше?
И р а. Если еще не взяли врача…
Я р ы к а л о в
И р а. Надо быть обязательно грубым?
Т и м о н и н. Уходи. Сейчас же.
И р а. Олег, это было… ну, как несчастный случай.
Т и м о н и н. Тебя сшибла машина. И как вовремя! Муж в море, пустая квартира!..
И р а. Стыдно!
Т и м о н и н. Стыдно?! В глазах темно становится, как представлю тебя с этим!.. Все у тебя было! Хочешь на Золотые Пески в Болгарию — вот путевка, езжай! Шубу? Покупай любую!..
И р а. Я устала быть одна. Мне двадцать пять. Я молодая, здоровая женщина с естественной жаждой жизни…
Т и м о н и н. А я старик?
И р а. Ты моряк.
Т и м о н и н. А ты — жена моряка! Знала, за кого идешь замуж!
И р а. Не будем упрекать друг друга. Сегодня мы ставим точку на прошлом и начинаем все сначала. Теперь я тоже вместе с тобой буду уходить в море.
Т и м о н и н. Не смеши людей.
И р а. Как судовой врач.
Т и м о н и н. Разбитый горшок не склеишь.
И р а. Во имя всего того хорошего, что было между нами, ты не откажешь мне. Ты не имеешь права сделать этого! Как человек и как капитан. Я хороший врач.
Т и м о н и н. Меня все время мучает странное любопытство… Как зовут его… Ну, этого, который сумел наставить мне такие тяжелые рога?
И р а. Ты злой человек!
Т и м о н и н
И р а. По штатному расписанию, на «Ниву» требуется врач. Место его не занято, я узнавала. Так вот, по закону я имею полное право стать врачом «Нивы». Ты не можешь мне отказать. Вот диплом и характеристика с места работы.
Т и м о н и н. Характеристику я могу тебе дать…
И р а. Я обращаюсь официально.
Т и м о н и н. У тебя нет никаких прав, даже законных. Что касается твоего официального заявления, то я также официально заявляю: нет такого правила, разрешающего людям, находящимся в близком родстве, служить на одном судне. Тем более мужу и жене, хотя они числятся ими формально.
И р а. Я сегодня же подам заявление о разводе.
Т и м о н и н. Если я не смогу отказать тебе как капитан, то сделаю это как человек, которому саданули кулаком под самый дых!..
Х а р ы б и н. Ну, Олег Владимирович, не судно у тебя, а шедевр промысловой техники! Здравствуйте. Мы сейчас поднимались с Николаем Петровичем на мостик, осматривали, и я одно могу только заявить — мечта!
Т и м о н и н. Судно отличное.
Х а р ы б и н. Всех за пояс заткнете. Переходящее Красное знамя можно сразу присуждать вам, до выхода на промысел!
Я р ы к а л о в. План большой определили, товарищ Харыбин.
Х а р ы б и н. Зато траулер какой! Знаете, как вас в городе называют? Везунками! Точно — везунки! Ведь я еще помню, как в море под парусом выходили, рыбу на запах брали, без всяких там эхолотов! И было это совсем недавно…
И р а. Я могу подать заявление, товарищ Тимонин?
Т и м о н и н. Я вам сказал все.
И р а. Ну что же…
Х а р ы б и н. Кем эта красивая женщина хотела пойти в море?
Т и м о н и н. Врачом будто бы…
Х а р ы б и н. Почему отказали?
Т и м о н и н. Не для нее эта судовая роль.
Я р ы к а л о в. Олег Владимирович вообще набирает команду по одному только ему ведомому принципу. Будто в разведку собирается.
Т и м о н и н. В море.
Х а р ы б и н
Т и м о н и н. Кто он?
Х а р ы б и н
Я р ы к а л о в. Предчувствие меня не обманывало. Эксперимент с подбором команды самим капитаном окончится печально.
Х а р ы б и н. Но-но, товарищи! Не расстраивайте старого Харыбина. Синяки и шишки падут и на меня!
Т и м о н и н. Ярыкалов преувеличивает.
Х а р ы б и н. Ох, чую носом панику в ваших рядах! Выкладывайте, пока Османов не явился.
Я р ы к а л о в. Может быть, я и преувеличиваю. Но только потому, что за эти десять дней, пока мы с Олегом Владимировичем набирали команду, я так и не понял, не смог понять, кого же он хочет видеть на борту «Нивы», что за людей? Стержня не вижу капитанского.
Т и м о н и н. Правильно определились — капитанского, а не его, старпома.
Х а р ы б и н. Паника! У вас дело запуталось в личных отношениях!
Т и м о н и н. Просто каждый из нас имеет свою точку зрения.
Х а р ы б и н. Это плохо, вы должны быть единомышленниками…
С о к л а к о в. Флагманам тралового флота общее здравствуйте!
Х а р ы б и н. Бог, если он есть, — понятие единичное. А нас, кадровиков, вон сколько!
С о к л а к о в. Вы у нас один такой, товарищ Харыбин.
Х а р ы б и н. Леща сует. Все равно твоему рапорту о переводе хода не будет. Хоть ты меня Николаем Угодником обзови. Мы его старшим помощником на «Невельский» утверждаем, а он, видите ли, не желает!
С о к л а к о в. Не желаю. Хватит с меня Османова.
Х а р ы б и н. Опытный старый капитан. Учиться у таких надо. И зря на него зуб точишь, Османов сам просил назначить тебя старпомом.
С о к л а к о в. Он ошибся. Разве я ему нужен? Османову «шестерка» на судно нужна, а не старший помощник.
Х а р ы б и н. Со сбрыком ты, парень.
Т и м о н и н. Я тоже это слышал в управлении.
Х а р ы б и н. Ты слышал, а я реку.
С о к л а к о в. Старая сказка. Он уже пятый год уходит на пенсию и в каждый новый рейс опять идет капитаном. С ним тупеешь, хуже причального кнехта становишься!
Х а р ы б и н. Не спорю, Османов — человек характерный. Как глазом поведет — хоть стой, хоть падай. Но справедливый.
С о к л а к о в. Вы Османова по личному делу знаете, а я который год с ним на промысел хожу!
Х а р ы б и н. А именно?
С о к л а к о в. Скажу. Тут все свои, а вы, товарищ Харыбин, вообще отец родной.
Х а р ы б и н. Все шуточки шутим?
С о к л а к о в
Я р ы к а л о в. Штурман Соклаков сложный, как Печорин на перевале.
С о к л а к о в. Вроде того. Ярыжка.
Я р ы к а л о в. Брось эти курсантские шуточки, Соклаков, пора.
С о к л а к о в. Хреново мне, ребята. Олег, возьми к себе на «Ниву». Хотя бы третьим штурманом?
Т и м о н и н. Настроение у тебя, Женя…
С о к л а к о в. Хуже не бывает. Возьми. Может быть, я с тобой обретусь.
Т и м о н и н. Не сработаетесь вы с Ярыкаловым. Как, товарищ Харыбин?
Х а р ы б и н. Психологическая несовместимость налицо. Соклаков, я, тебя любя, еще раз намекаю — останься на «Невельском» старпомом. Уйдет Османов.
С о к л а к о в. Благодарю за намек. Все равно мне пора менять воду в аквариуме. Останусь на «Невельском» — заржавею. Дайте «добро», товарищ Харыбин.
Х а р ы б и н. Не имею права так легко штурманами бросаться. Но пусть решает Тимонин. Эксперимент так эксперимент. А мы потом будем судить да рядить его кандидатуры. Ох, будем!
Т и м о н и н. А ты что скажешь, Николай?
Я р ы к а л о в. Мое дело старпомовское.
С о к л а к о в. Мы с Ярыкаловым не к теще на блины собираемся, а в море.
Т и м о н и н. Не скажи! Мне свара ни к чему.
С о к л а к о в. Я буду стараться, Олег Владимирович. И цель появилась — работать так, чтобы Ярыкалова с его старпомовского места стряхнуть и сесть в него самому.
Т и м о н и н. Потом начнешь копать под меня?
С о к л а к о в. А что? Не боги, говорят, лепят фаянсовые вазы. Мне капитанские нашивки тоже к лицу.
Х а р ы б и н. Плохо он выглядит. А если в резерв, Соклаков, как? На время. Отдохнуть, развеяться, с семьей в Сочи съездить…
С о к л а к о в. Мне Сочи не поможет. Врачи рекомендуют только Гавайские острова. Но туда дорого стоит, да и путевок профком не продает.
Т и м о н и н. Я подумаю, Женя.
Я р ы к а л о в. А теперь идите, Соклаков. Зайдете завтра.
С о к л а к о в. Отчего так грубо?
Я р ы к а л о в. Считаете, что мы при вас сможем обсудить вашу же кандидатуру?
С о к л а к о в. Не поняли вы меня.
Я р ы к а л о в. Зашел вчера в магазин колбасы купить к ужину. У прилавка очередь, время после работы, а продавщица в сторонке с какой-то теткой треплется. Все мы стоим с чеками в руках и терпеливо ждем, будто так и полагается. Наконец я вежливо говорю: пора, мол, товарищ продавец, и нами заняться. Ноль внимания. Я опять намекаю. Тогда тетка, что с продавщицей трепалась, поворачивается ко мне и заявляет: «Постоишь, ноги не отвалятся. Ее муж бросил». Сообщает так, будто факт этот давал продавщице все основания в свою очередь бросить работу и трепаться. Объясните мне — почему? Почему к нам на новое, наисовременнейшее судно приходят наниматься на работу так, словно на прием в поликлинику? У одного, видишь ли, зубы болят, другой — боится спиться, у третьего, извините, душа раненая!
Х а р ы б и н. Открою секрет. Не утвердили Соклакова капитаном на «Невельском». Османов-то действительно уходит на пенсию. От обиды к вам Соклаков пришел.
Я р ы к а л о в. Эта обида дает ему право дурака валять? Будь моя воля, искусственно безработицу создал бы!
Х а р ы б и н. Только осторожней в выражениях.
Я р ы к а л о в. Именно безработицу! Чтобы такие, как Соклаков, или бичара этот, Горьков, посидели бы недельку-другую без хлеба и вина и поняли наконец, как следует относиться к работе!
Х а р ы б и н. Мы ничего не слышали, Олег Владимирович.
Я р ы к а л о в. И вы так думаете!
Т и м о н и н. Создать искусственную безработицу, как ты выразился, это значит нарушить главный принцип государства — право на труд.
Я р ы к а л о в. Слишком много прав — и никаких обязанностей!
Х а р ы б и н. Не обращайте внимания, Олег Владимирович! Ярыкалов так в сердцах говорит, накипело. А вообще он наш, хороший человек, патриот своего дела…
Т и м о н и н
Я р ы к а л о в. Задохнуться можно от всеобщего разгильдяйства! И никто ничего не делает!
Т и м о н и н. Не дай бог, чтобы тебе дали волю. Что же касается Соклакова, то он пойдет в рейс вторым штурманом. Это я тебе говорю!
Я р ы к а л о в. Ты на меня Полкана не спускай!..
Х а р ы б и н. Тише вы! Охолонитесь!..
О с м а н о в. Принимай гостей, Тимонин.
Вслед за Османовым в каюту входит У р в а н ц е в.
Х а р ы б и н. Приветствую, Иван Васильевич.
О с м а н о в. С инспекцией меня управление послало.
Я р ы к а л о в. И отлично! Я вынужден подать рапорт со своим «особым мнением»!
О с м а н о в
Х а р ы б и н. Извините, товарищи, забыл представить. Прошу любить и жаловать — помощник капитана по политической части Урванцев Иван Васильевич. А это наши крупные экспериментаторы эпохи научно-технической революции — капитан Тимонин и старпом Ярыкалов.
У р в а н ц е в. Рад познакомиться, товарищи.
Х а р ы б и н. Иван Васильевич бывший, теперь уже бывший, инструктор райкома партии. Сам выразил желание перейти к нам на флот.
У р в а н ц е в
О с м а н о в. Остыл, Ярыкалов? Теперь выкладывай, что у тебя накипело.
Не семафорь, Харыбин, вижу.
Я р ы к а л о в. Лучше я изложу все в рапорте на имя начальника управления.
О с м а н о в. А я зачем здесь? Говори. Заодно и помполита своего задействуете.
Х а р ы б и н. Иван Васильевич сразу попадет с бала на корабль.
Я р ы к а л о в. Слушаюсь. Я не согласен с капитаном Тимониным. То есть с его принципом подбора команды.
О с м а н о в. Видал-миндал? Он с капитаном не согласен! Нет, эти игры добром не кончатся. Есть отдел кадров, он и должен заниматься комплектованием экипажа.
Х а р ы б и н. Разрешите не согласиться, Егор Османович. Сейчас эпоха научно-технической революции. Везде экспериментируют, ищут новые формы, а мы чем хуже других? Наше управление должно идти в ногу со временем, мы не лысые. Хотя без отдела кадров им не обойтись…
О с м а н о в. Продолжайте.
Я р ы к а л о в. Все десять дней, что мы набирали с Тимониным команду, я молчал. Думал, что я чего-то недопонимаю. Но сегодняшний день все определил. Вспомните, товарищи, как все мы мечтали о таком совершенном траулере, как «Нива». Знали, что это судно — завтрашний день промыслового флота. И вот «Нива» стоит у стенки причала. Во что же хочет превратить судно капитан Тимонин?
Т и м о н и н. Интересно…
Я р ы к а л о в. Скорее — грустно! Тимонин набрал в экипаж такую толпу, с которой не то что в море — на улицу стыдно выйти! Бичи, неудачники, малолетки и еще черт знает кто!
Т и м о н и н. Конкретней. Кого вы имеете в виду?
Я р ы к а л о в. Горькова, Марата Тимофеевича этого, того же Соклакова и еще десяток подобных им людей!.. А нам доверили «Ниву», чтобы по ней равнялись суда всего управления!
Т и м о н и н. Так оно и будет.
Я р ы к а л о в. С теми людьми, которых вы набрали, — нет! Знаете, на что это похоже? На переезд в новую квартиру со старым барахлом! И это дорого будет стоить не только вам, Тимонин, но и всему управлению!
Т и м о н и н. Убеждаете не фактами, а одной интонацией!
Х а р ы б и н. Бросьте, товарищи! Ну что вы не поделили? Оба такие молодые, перспективные!.. В нашем деле как — даешь рыбу, и никаких гвоздей! Пики к бою, тралы в воду — ив море! Рванете рекорд — и вертите себе дырочки для Звезды Героя! Точно, Егор Ибрагимович?
О с м а н о в. Пусть говорят, интересно.
Я р ы к а л о в. Какие вы хотите иметь доказательства?
О с м а н о в. По существу дела.
Я р ы к а л о в. Вот они.
О с м а н о в. Что это?
Я р ы к а л о в. Запись разговоров с людьми, которых Олег Владимирович принял в экипаж «Нивы».
Т и м о н и н. Кто позволил вам устанавливать в каюте магнитофон без моего ведома?!
Х а р ы б и н. Не волнуйтесь, Олег Владимирович. Я просил Ярыкалова вести записи. Это же первый эксперимент на флоте, когда капитан и старпом действительно сами набирают команду судна. Мы потом должны тщательно изучить материалы, обобщить данные, сделать выводы…
Т и м о н и н. Разве нельзя было поставить меня в известность?
Х а р ы б и н. Вот тут Николай Петрович дал лишку.
Я р ы к а л о в. Прошу прощения у капитана Тимонина. Злого умысла не имел, честное слово. Просто в спешке забыл предупредить. Извините, Олег Владимирович.
О с м а н о в. Чего Тимонину скрывать? Он что, не советский человек?
У р в а н ц е в. Неэтично.
О с м а н о в
Включай, послушаем.
О с м а н о в. Это кто же из вас так озверел?
Я р ы к а л о в. Виноват. Не то место.
Вот такому бичу капитан Тимонин может написать заявление, потому что у того рука с похмелья ходит. Зато Бебешко, человеку трезвому, мастеру на все руки, отказывает! А Соклаков? Не штурман, а ходячий набор комплексов!..
Т и м о н и н
Я р ы к а л о в. Докажи!
Т и м о н и н. Я чувствую это.
О с м а н о в. Детский разговор.
Я р ы к а л о в. А с твоим Соклаковым можно выходить в море?
Т и м о н и н. Соклаков — профессиональный моряк. И не мой он, а наш. Ты тоже вместе с ним в мореходке учился, даже за одним столом сидел.
Я р ы к а л о в. Прикажешь теперь всю жизнь ему нянькой быть?
Т и м о н и н. Товарищем.
О с м а н о в. Соклаков неплохой штурманец, но без царя в голове.
Т и м о н и н. Виноват, Егор Ибрагимович, но, может быть, вы его таким сделали?
О с м а н о в. Воспитанием не занимаюсь. У меня промысловое судно.
Я р ы к а л о в. Вот именно!
Т и м о н и н. Возможно, что это звучит громко, но я убежден, что капитан обязан нести моральную ответственность за каждого члена экипажа!
О с м а н о в. Куда я попал — в пионерлагерь, да? Соклаков — взрослый, он зарплату получает, а моральную ответственность, если он такой ненадежный, пусть за него несет жена.
Х а р ы б и н
З и н о ч к а. Кто из вас Урванцев?
Я р ы к а л о в. Черт, куда смотрел вахтенный!
З и н о ч к а. На меня смотрел, поэтому и пропустил! Так кто же тут Урванцев?
У р в а н ц е в
З и н о ч к а. Мне ребята на причале сказали, что вас помполитом назначили, правда?
У р в а н ц е в. Да.
З и н о ч к а. Посодействуйте, пожалуйста, жизнь ломается!
Х а р ы б и н. Господи, это тоже ваш кадр!
З и н о ч к а. Зинаида меня зовут, можно просто Зина. Окажите на них влияние, Иван Васильевич!
У р в а н ц е в. Я не пойму, в чем дело…
З и н о ч к а. Они не хотят меня брать на «Ниву»! А я и работать хорошо умею, и самодеятельность в море буду вести бесплатно! На гитаре бацаю. Вот!..
О с м а н о в
З и н о ч к а
Т и м о н и н. Выйдите!
З и н о ч к а. Только ногами вперед!
О с м а н о в. Распустил людей, Тимонин!
Х а р ы б и н. С такой манерой вести себя вас никто не возьмет, девушка. Это я вам ответственно заявляю, как начальник отдела кадров.
З и н о ч к а. А вы не беспокойтесь! Мне ребята на причале сказали, что с моим такелажем
Х а р ы б и н
Т и м о н и н. Я прошу вас — выйдите.
Я р ы к а л о в. Пожалуйста, Зина, пожалейте нас.
З и н о ч к а
Пауза.
О с м а н о в. Да… Не тех людей набрали, Тимонин.
Т и м о н и н. Будущее покажет, Егор Ибрагимович.
О с м а н о в. Уволь всех бичей и добери достойных моряков.
Т и м о н и н. Нет. Вернусь с промысла, тогда судите — правильно я набрал команду или нет.
О с м а н о в. Мы не можем рисковать. «Нива» должна выполнить план.
Х а р ы б и н. Перевыполнить. Мне тут не раз намекали, что вы берете на «Ниву», не особенно задумываясь.
Т и м о н и н. Я буду отстаивать всех людей, которых набрал в экипаж!
О с м а н о в. Тьфу!.. Духоборец какой-то, а не капитан! Ярыкалов, пока он будет кувыркаться на ровном месте, займитесь подбором экипажа.
Х а р ы б и н. Я его предупреждал!
О с м а н о в. Запомни, Тимонин, на будущее — сперва завизируй, потом экспериментируй. Все. Пошли, товарищи, осмотрим траулер.
Т и м о н и н. Что за маскарад, Женя?
С о к л а к о в. Уезжаю. Попрощаться зашел.
Т и м о н и н. Меня такие сюрпризы с утра не радуют. Хватает своих.
С о к л а к о в. Я знаю, Олег, сколько неприятностей ты имел из-за меня…
Т и м о н и н. Вот именно. Поэтому не валяй дурака.
С о к л а к о в. Мне с тобой хотелось идти в море.
Т и м о н и н. Ярыкалова еще не утвердили капитаном. И не кокетничай, ты не девочка. В конце концов, не все ли равно, с кем идти в море? Главное, на «Ниве».
С о к л а к о в. Для меня главное не судно, а капитан на нем.
Т и м о н и н. Притрешься и с Ярыкаловым. Он хороший моряк.
С о к л а к о в. Он по натуре тот же Османов. Только моложе и вроде бы интеллигентней. Суть одна — злые оба люди. А с меня хватит, не хочу больше зависеть от воли таких капитанов!
Т и м о н и н. Куда же теперь?
С о к л а к о в. Все равно, лишь бы подальше. Найду какую-нибудь тихую рыболовецкую артель на берегу Азовского моря и осяду там.
Т и м о н и н. Не жаль губить себя в этой артели? Подумай, ты же талантливый штурман, Женька!
С о к л а к о в. Талантливый… Разве у нас кому-нибудь нужен талантливый штурман? Грамотный исполнитель — вот кто требуется! Османов и сделал меня таким. Прокладываю курс и мучаюсь — правильно ли, не ошибся ли, взяв левее или правее?.. И так всю вахту, пока Османов собственной персоной не поднимется на мостик и не подтвердит! Какой же я после этого штурман дальнего плавания? Так же давить будет и Ярыкалов. Нет, лучше на Азовское море. Там и берега у тебя просматриваются без локатора, и тихо плывешь себе к такой-то матери!..
Т и м о н и н. Останься, Женя. Не вечно же будут держать меня в резерве. Дадут судно, и вместе пойдем в море.
С о к л а к о в. Как писал Белинский Бакунину, во мне человек умер, остался один самец. Нет больше штурмана Соклакова, есть бригадир рыболовецкой бригады. Будь здоров, Тимонин.
Т и м о н и н. Будь здоров, Женя.
Каюта капитана «Нивы». У р в а н ц е в пьет чай, Я р ы к а л о в наигрывает на гитаре.
Я р ы к а л о в
У р в а н ц е в
Я р ы к а л о в. Музыка народная, слова Есенина Сергея.
У р в а н ц е в
Я р ы к а л о в. А что нам, рыбакам? Парни все после срочной службы в армии — ковыряться в них нечего. Дайте-ка мне список…
У р в а н ц е в. Это нетрудно сделать. Вероятно, Лаперуз, Васко да Гама, Нельсон…
Я р ы к а л о в. Не-е! Лучшие люди промыслового флота — Горьков, Марат Гончаров, леди Зиночка, Бебешко. Подарки, из-за которых мы с Тимониным горшок разбили.
У р в а н ц е в
Я р ы к а л о в. Мне не терпится снова увидеть славные лица этих товарищей, в особенности Горькова. Зовите.
У р в а н ц е в. Магнитофона замаскированного нигде нет?
Я р ы к а л о в. Несмотря на ваш шутливый тон, чувствую, что вы меня не любите, Иван Васильевич.
У р в а н ц е в. Вы мнительны, Николай Петрович.
Я р ы к а л о в. Ну их к черту, эти трения, сомнения! Все мы не ангелы, никто из нас крылья в пиджаке не прячет. Вашу руку, Иван Васильевич, и, как любит говорить Харыбин, «пики к бою, тралы в воду и — вперед!».
Привет, Семеныч, садись.
Ж в а к и н. Здравствуйте. А где капитан?
Я р ы к а л о в. Теперь со мной будешь иметь дело.
Ж в а к и н. Понятно.
Я р ы к а л о в. Это ничего не меняет, Семеныч. С тобой все ясно. Вот разве у Ивана Васильевича есть вопросы?
У р в а н ц е в. Удивлены?
Ж в а к и н. Чем?
У р в а н ц е в. Давно плаваете на «Невельском»?
Ж в а к и н. Я не плаваю. Плавают те, кто легче воды. Десятый год хожу на промысел и все на одном судне.
У р в а н ц е в. Солидный стаж. Почему решили уйти?
Я р ы к а л о в
Ж в а к и н. Ну, судно у вас новое, оснащено хорошо… В общем, условия подходящие. Бытовые тоже.
Я р ы к а л о в. Это верно. Каюты для команды у нас лучше, чем люкс на дизель-электроходе «Россия».
У р в а н ц е в. Причина неубедительная, Захар Семенович. На «Невельском» остались люди, с которыми вы десять лет ходили в море.
Ж в а к и н. Я одно скажу — мне хочется работать. Но работать так, чтобы при этом в душу не лезли!
У р в а н ц е в. Я не хотел вас обидеть…
Ж в а к и н. Если не подхожу, так и скажите. Могу и отчалить.
Я р ы к а л о в. Не шебутись, Семеныч. Иван Васильевич по должности интересуется твоим внутренним миром.
Ж в а к и н. У меня в нем все по местам расставлено. Беспорядка нет.
Я р ы к а л о в. Захар Жвакин — известный на флоте человек.
Ж в а к и н. До чего мы договорились?
Я р ы к а л о в
Мне порой не верится, Иван Васильевич, что вы работали в райкоме. Жвакина сразу видно — железный кадр!
У р в а н ц е в. Наверное, я не прав.
Я р ы к а л о в. Его Османов жал, вот Жвакин и списался с «Невельского». Ничего, скоро освоитесь, узнаете наше дело, с людьми ближе познакомитесь…
Ой, а это кто к нам пришел?
У р в а н ц е в. Сплошные метаморфозы. У вас на флоте не соскучишься, Николай Петрович.
Я р ы к а л о в. У нас на флоте, у нас, Иван Васильевич. Теперь вы наш человек.
З и н о ч к а. Правда не узнаете?
Я р ы к а л о в. Вот те крест, не при помполите будет сказано!
З и н о ч к а. Мне Тимонин сказал, чтобы я переоделась. Если место в кают-компании занято, я могу пойти и в столовую команды.
Я р ы к а л о в. Тимонин не прав. Вы мне больше нравились в другом обличье. Правда, Иван Васильевич?
З и н о ч к а. Все смеетесь… А я родом из Кулунды, есть такой город в Казахстанской области…
Я р ы к а л о в. А я-то, чудак, в прошлый раз подумал, что вы из Парижа…
З и н о ч к а. Не надо… Отец нас бросил, когда я еще маленькой была. А мать всегда приходила с работы усталая и злая. Она проводницей работала. Шпыняла, за косу дергала, кричала.
Я р ы к а л о в. У каждого из нас свои беды.
З и н о ч к а. Вот так даже мать родная относилась. Никто не верил, что я честная девушка. За всю жизнь только с одним парнем встречалась. И обманула не я, а он. Уехал в Москву, поступил в институт и забыл про меня… Без него ребенок родился, маленький Алешенька. Соседи тюкать начали, мать из дома выгнала. Я покрутилась-покрутилась с младенцем на руках, потом пошла в оргнабор, завербовалась и к вам сюда, на Север, приехала…
Я р ы к а л о в. К чему все это рассказываешь?
З и н о ч к а. Я грубая только снаружи, чтобы не приставали. А так я тихая.
Я р ы к а л о в. Вы мне, Зиночка, больше нравились прежней — веселой и красивой.
З и н о ч к а. Не знаю, как на всех вас угодить… Одним — такая плохо, другим — другая.
У р в а н ц е в. А вы не пытались быть самой собой?
З и н о ч к а. Разве вы, мужики, дадите?
Я р ы к а л о в. А какая ты была бы самой собой?
З и н о ч к а
У р в а н ц е в. И не только бы вы, Зиночка.
Я р ы к а л о в. Это верно.
З и н о ч к а. Возьмите.
Я р ы к а л о в. Только без слез!.. Через сорок минут приходите в столовую команды.
Берем?
У р в а н ц е в. Решайте.
Я р ы к а л о в. Лукавите, Иван Васильевич?
У р в а н ц е в. Османов вычеркнет. А приказ о вашем назначении капитаном «Нивы» еще не утвержден.
Я р ы к а л о в. Беру Зиночку буфетчицей в кают-компанию. А вот Тимонин не взял, побоялся связываться. Не увидел в Зиночке человека.
У р в а н ц е в. У меня складывается впечатление, что многие ваши поступки продиктованы не сердцем, а именно этим.
Я р ы к а л о в. Чем?
У р в а н ц е в. Доказать всем, что вы лучше Тимонина.
Я р ы к а л о в. А я и не скрываю. Мне Тимонин тоже нравится — и как человек, и как капитан.
У р в а н ц е в. Все же эту девочку вы приняли не по сердцу, а по уму.
Я р ы к а л о в. Эх, Иван Васильевич, знать бы, что лучше в нашем деле — ум или сердце…
Г о р ь к о в. Николай Петрович, поздравляю от всей души и открытого к вам сердца! Вы знаете, товарищ помполит, когда мы с Николаем Петровичем на «Глобусе» ходили — я тогда был мотористом классным, а он, извините, салажонком совсем, — так я еще тогда ребятам говорил: «Плюньте мне в глаза и разотрите, если через энное время Ярыкалов не станет капитаном!» По всей повадке настоящий капитан чувствовался! А у меня глаз — ватерпас!
Я р ы к а л о в
Г о р ь к о в. Обождите, Николай Петрович! Говорю, положив руку на сердце. Вас же на флоте знают! Все говорят так: «Капитан Ярыкалов человек строгий, но справедливый!» Не сойти мне с этого места!
Я р ы к а л о в. Кот-баюн! Ты лучше расскажи, что так запиваешь беспощадно.
Г о р ь к о в. Извините, Николай Петрович, но зря вы меня в глазах товарища помполита роняете… Простите, ваше имя-отчество?
У р в а н ц е в. Иван Васильевич. Я о вас уже наслышан, товарищ Горьков.
Г о р ь к о в. Врут злые языки, чтоб они высохли и отпали!
Я р ы к а л о в. Пить надо в меру.
Г о р ь к о в. Золотые слова, Николай Петрович! Но у меня раньше натура была другая, буйная.
Но это все в прошлом.
Я р ы к а л о в. Ой ли?
Г о р ь к о в. Ей-ей, Николай Петрович!
Я р ы к а л о в. Ладно, посмеялись. Идите, Горьков.
Г о р ь к о в. Николай Петрович…
Я р ы к а л о в. Я сказал — идите, подумаю.
Г о р ь к о в. Огромное спасибо вам, Николай Петрович! Я говорил — вы человек строгий, но справедливый!
Я р ы к а л о в. Вы обратили внимание, Иван Васильевич, что со мной они ведут себя иначе, чем с Тимониным? Баки мне не забивают.
У р в а н ц е в
Я р ы к а л о в. Нет.
У р в а н ц е в. Почему сразу не отказали?
Я р ы к а л о в. Пусть помучается. Может быть, поймет наконец, почем фунт лиха. А поймет, не станет больше бегать с одного судна на другое. Будет дорожить рабочим местом.
У р в а н ц е в. Жестокие у вас воспитательные приемы.
Я р ы к а л о в. Эту пьянь по-другому не проймешь.
У р в а н ц е в. А Жвакин?
Я р ы к а л о в. Что — Жвакин?
У р в а н ц е в. Он тоже сбежал со своего судна?
Я р ы к а л о в. Жвакина с Горьковым не путайте. Жвакин специалист высокого класса. Он достоин работать на самом лучшем судне управления.
Б е б е ш к о. Не помешал?
Я р ы к а л о в. Входите. Я не прав, Иван Васильевич?
У р в а н ц е в. Может быть.
Я р ы к а л о в. Могут у человека быть веские причины, только он не захотел вам говорить?
У р в а н ц е в. Не спорю. Мне он понравился.
Б е б е ш к о. Ничего, не беспокойтесь. Я постою.
Я р ы к а л о в. Грубо говоря, зажрались мы с вами, Иван Васильевич. Если бы «Нива» не была таким роскошным судном, нам бы самим пришлось бегать за Жвакиным, а не наоборот. И за Бебешко тоже.
Б е б е ш к о. Извините, что вмешиваюсь… А что Бебешко? Я дорогу кому-нибудь перебежал? Что вы, извините, взъелись на меня?
У р в а н ц е в. У нас правило: прежде чем принять человека на работу, мы стараемся познакомиться с ним ближе. Например, понять, что привело вас, сухопутного человека, на море?
Б е б е ш к о. Я уже объяснял товарищу Тимонину. Открыто и искренне.
У р в а н ц е в. Меня не было при этом.
Б е б е ш к о
Я р ы к а л о в. Цель понятная и близкая каждому из нас.
Б е б е ш к о. Насмешечки строите… А макуху, извините, пацаном вы ели, нет? Щи из крапивы хлебали, а? А круглый год в одной телогреечке бегали?! Да, я приехал заработать, так же как и все. И женюсь. И дом свой поставлю двухэтажный! И машину последней модели приобрету! И шабашить для этого стану! И никто мне этого не запретит!
Я р ы к а л о в. Могучий мужик. И с программой!
У р в а н ц е в. Это-то и страшно. Зачем вы так уродовать себя будете?
Б е б е ш к о. Чтобы деньги были!
Я р ы к а л о в
Б е б е ш к о. И большие деньги!
У р в а н ц е в. Зачем?
Б е б е ш к о
Я р ы к а л о в. Сейчас переведу. Замполит интересуется, что вы станете делать с такой кучей денег? Ему это любопытно.
Б е б е ш к о. Не понимаю вопроса.
Я р ы к а л о в. Что вы будете делать с деньгами?
Б е б е ш к о. Быть хозяином.
У р в а н ц е в. Чего?
Б е б е ш к о. Жизни, чего еще?
У р в а н ц е в. Вы так считаете?
Б е б е ш к о. А чего тут считать — считать надо деньги.
Я р ы к а л о в. Замечание не в бровь, а в глаз.
Б е б е ш к о. Икру черную по утрам буду есть вместо хека, которого в океане даже акулы не жрут!.. Чего вы на меня смотрите? Если человек хочет жить по-человечески — чего его травить?! Заработаю — не украду же!
Я р ы к а л о в. В этом что-то есть… Не находите, Иван Васильевич?
У р в а н ц е в. Тимонин верно охарактеризовал этого… гражданина новой формации.
Б е б е ш к о. Как что — так сразу и «гражданина»! Мы перед законом чисты! Нам статью не припаяешь!
У р в а н ц е в. Вам следует бояться не столько закона, сколько самого себя.
Б е б е ш к о. Загадками говорите, копаете?
У р в а н ц е в. Однажды, когда вы подъедете на собственной машине к собственному двухэтажному дому и войдете в него, сыто отрыгивая черной икрой, вы не узнаете себя. Вместо человеческого лица зеркало отразит харю.
Б е б е ш к о. Вы при власти, вы можете оскорблять, извините.
У р в а н ц е в. Не прикидывайтесь, Бебешко!
Б е б е ш к о. Ради бога, если что не так. Просто мечту свою детскую высказал. Сказку.
Я р ы к а л о в. Через двадцать минут в столовую команды!
У р в а н ц е в. Николай Петрович, я не возражал против ваших кандидатур…
Я р ы к а л о в. Почти, скажем так.
У р в а н ц е в. Хотели и демобилизованных солдат — хорошо. Зиночку — пусть ее. Но против этого типа я возражаю категорически. Бебешко — ржа, которая изнутри разъест всю команду и в конечном счете потопит «Ниву»!
Я р ы к а л о в. Преувеличиваете. Не вижу особого криминала в поведении Бебешко. Мужик хочет заработать — и бог с ним.
У р в а н ц е в. Действительно так считаете или просто валяете дурака?
Я р ы к а л о в
У р в а н ц е в. Лучше возьмите Горькова. Он по специальности тоже моторист.
Я р ы к а л о в. Я не Тимонин. Я не отдам предпочтение бичу — трудяге Бебешко! Ну что вы действительно взъелись на человека?
У р в а н ц е в. Тимонин вам объяснил, почему?
Я р ы к а л о в. Сейчас я набираю команду!..
У р в а н ц е в. Ира, милая, здравствуй!
И р а. Что ты здесь делаешь?..
У р в а н ц е в. Садитесь, пожалуйста. Вот сюда, тут удобней! Почему ты не пришла тогда? Я очень ждал.
И р а. Ты не получил мое письмо?
У р в а н ц е в. Нет.
И р а. Вернулся мой муж.
У р в а н ц е в. Наконец-то! Если тебе тяжело, я сам поговорю. Мы должны с ним объясниться.
И р а. Я не могу оставить его…
У р в а н ц е в. Так.
И р а. Ради бога, прости.
У р в а н ц е в. Это для меня несколько неожиданно.
И р а. Получишь мое письмо — ты пожалеешь и поймешь меня. Бедный мой… Мне надо идти.
У р в а н ц е в. Мы еще увидимся?
И р а. Я позвоню, наверное.
У р в а н ц е в. Всем, чем могу!
И р а. Я хотела устроиться врачом на «Ниву», но мне (усмехается), мне отказали.
У р в а н ц е в. Господи, конечно! Я поговорю с капитаном.
И р а. Он должен тебя послушаться как представителя райкома.
У р в а н ц е в. Ирочка, ты же не знаешь! Теперь я помощник капитана «Нивы» по политической части, помполит.
И р а. Ты?!
У р в а н ц е в. Мне давно хотелось уйти на флот.
И р а
У р в а н ц е в. Ценят. Послали на лучшее судно управления. Посиди, сейчас вернется Ярыкалов — и мы сразу уладим вопрос о твоем назначении.
И р а. Почему Ярыкалов? Капитан «Нивы» Тимонин. Он, кстати, мне и отказал.
У р в а н ц е в. Пока Ярыкалов. Но это долго объяснять. Знаешь, я сейчас мысленно зажмурился и представил, как буду рядом с тобой ходить по одной палубе целых шесть месяцев. Каждый день!
И р а. А что натворил Тимонин?
У р в а н ц е в. Для нас неважно, кто из них пойдет капитаном, — главное, что мы с тобой будем вместе шесть месяцев. А за это время многое может измениться… и ты действительно полюбишь меня…
Я р ы к а л о в. Полюбуйся, Иван Васильевич, на этого Шурика!.. Здравствуй, Ира.
И р а
М а р а т. Меня зовут Марат…
Я р ы к а л о в. Врешь! Ты настоящий Шурик! Салага домашняя, береговая!
М а р а т. Я хотел как лучше…
У р в а н ц е в. Что случилось?
Я р ы к а л о в. Этот убийца лапу у нашего запасного якоря отрезал! Автогеном! Где взял автоген?!
М а р а т
Я р ы к а л о в. Он, оказывается, еще и думал при этом!
М а р а т. Попросил сварщика, он за бутылку и отрезал лапу якоря…
Я р ы к а л о в. Набрали мореходов на мою голову! Кто разыграл тебя?
Говори!
Ж в а к и н. Так что это я, Николай Петрович.
Я р ы к а л о в. Ну, Жвакин! Ну, хохмачи! Не ожидал от тебя!
Ж в а к и н. Кто знал, что паренек возьмет розыгрыш на веру?
Я р ы к а л о в. И при этом проявит такую инициативу?
Ж в а к и н. Мы там все в столовой команды сидели, ждали вашего решения, Николай Петрович. Ну, скучно стало. Я возьми и скажи: «Марик, сможешь отпилить лапу у запасного якоря — значит, будешь настоящим моряком». Но предупредил — мелким напильником. А это для якоря, сами понимаете…
Я р ы к а л о в. А Марик — автогеном!
М а р а т. Жвакин сказал, что у запасного якоря заводской дефект. В ремонт его должны отправить.
Ж в а к и н. Каюсь. Меня наказывайте.
Я р ы к а л о в. Непременно. Ремонт якоря пойдет за твой счет, Жвакин.
М а р а т. Мы пополам заплатим.
Я р ы к а л о в. Заплатит Жвакин. Ты исполнил приказ старшего. Но все равно надо что-то решать с тобой, мастер художественного слова и автогена.
Ж в а к и н. Пожалейте пацана, Николай Петрович. Он тут боком проходит, я казнюсь.
Я р ы к а л о в. С вами все, Жвакин, идите. Вы свое черное дело сделали.
М а р а т. Если бы я знал, что это розыгрыш, я бы не трогал якоря. Честное слово, Николай Петрович!
Я р ы к а л о в. Не расстраивай меня опять, Шурик. Ты исполнял приказ. Приказали бы тебе мачту топором валить — вали и не распускай губы!
М а р а т. Пожалуйста, не называйте меня Шуриком.
Я р ы к а л о в. Больше не буду. Теперь ты в моих глазах настоящий Марат. Исполнительный, а главное — со смекалкой!
М а р а т
Я р ы к а л о в. Иван Васильевич, а если бы вам приказали отпилить лапу у якоря мелким напильником?
У р в а н ц е в. Тест на сообразительность?
Я р ы к а л о в. Будем считать так.
У р в а н ц е в. Посмеялся бы вместе со всеми.
Я р ы к а л о в. Если это не розыгрыш, а приказ?
У р в а н ц е в. Тогда бы спросил: почему именно мелким напильником?
Я р ы к а л о в. Вслушайтесь, как вы говорите: «Если бы… почему именно мелким напильником!..» Вам приказали!
У р в а н ц е в. Я хочу подчиняться только разумным приказам.
Я р ы к а л о в. Пока будем спорить, разумный это приказ или нет, судно пойдет на дно.
У р в а н ц е в. Мы по-разному смотрим на это. Николай Петрович, вы откуда знаете эту женщину? Ну, с которой вы поздоровались?
Я р ы к а л о в. Понравилась? Нельзя. Это Ирочка, жена Тимонина… Что с вами, Иван Васильевич?
У р в а н ц е в. Перекурил, затошнило.
Я р ы к а л о в
У р в а н ц е в. Я и сам не пойму… Она действительно жена Тимонина?
Я р ы к а л о в. Свидетелем в загсе был. Красивая женщина, но что-то у них с Олегом треснуло… Так что мы решим с Бебешко? Возьмем или выбросим этот камень преткновения нашего за борт?
У р в а н ц е в. А, поступайте как считаете нужным!
Я р ы к а л о в. Я не хочу с вами ссориться, Иван Васильевич!
У р в а н ц е в. И мне не хочется ломать себе жизнь!
Я р ы к а л о в. Не понял?
У р в а н ц е в. Если Бебешко вам подходит — я не возражаю.
Я р ы к а л о в. Вот и хорошо. А то лезем в дебри сложной матросской души, вместо того чтобы набрать стоящих специалистов… Знаете, Иван Васильевич, мне казалось, вы почему-то настроены против меня. Теперь я искренне рад, что ошибался. И рад, что мы нашли наконец общий язык.
Ба! Женя Соклаков приехал! Кто же мне говорил, что ты на Азовском море загораешь? Иван Васильевич, знакомьтесь — Евгений Соклаков, тот самый.
С о к л а к о в. Что значит «тот самый»?
Я р ы к а л о в. Ты у нас считаешься еще одним камнем преткновения. Не вижу южного загара на челе твоем тонком?
С о к л а к о в. Не поднялась у меня рука купить билет.
Я р ы к а л о в. Никто в этом не сомневался, Женечка.
С о к л а к о в. Ты не поймешь, а мне было жаль оставлять город, ребят всех наших. Даже тебя.
Я р ы к а л о в. Обо мне беспокоился зря, я бы пережил. Ах, эти мечущиеся интеллигентные души! Они, Иван Васильевич, не могут как все! Все-то у них что-то болит, гложет, спать не дает! Дрожат, бедные, как цветочки над своей пыльцой!
С о к л а к о в. Куражишься.
Я р ы к а л о в. Боже упаси! Меня тут из-за тебя в душевной черствости обвинили, в пренебрежении к старым товарищам. Это неправда, Женечка. Как человека я тебя люблю, но как штурмана — в упор не вижу!
С о к л а к о в. Я всегда знал, что ты умеешь стрелять с двух рук, по-македонски.
Я р ы к а л о в. Человек, который самому себе не может сказать «нет» или твердое «да», не имеет права, морального права, называться штурманом и тем более прокладывать курс судна. Ты даже на Азовское море не смог самостоятельно уехать. Все ждал, что тебя или подтолкнут, или попросят остаться! Так вот — я этого делать не буду!
С о к л а к о в. Я все пытаюсь понять, откуда в тебе столько дремучей злости к людям, Коля?
Я р ы к а л о в. Настоящий человек, хотя бы для себя, должен выяснить, кто он такой!
С о к л а к о в. В Японии есть обычай: когда японца страшно оскорбят — оскорбят до невозможности! — тогда он идет к своему обидчику и на пороге его дома убивает себя.
Я р ы к а л о в
У р в а н ц е в. Я думал над вашими словами, Николай Петрович. Вы правы — каждый из нас обязан определить для себя, кто же он такой на самом деле…
Я р ы к а л о в. Ну-ну, не так официально, Иван Васильевич.
У р в а н ц е в. Также я не согласен с кандидатурой Бебешко…
Я р ы к а л о в
У р в а н ц е в. Кроме того, на обсуждении в управлении флота я буду возражать против утверждения вас в должности капитана «Нивы»…
Х а р ы б и н. Привет, деятели! Всё закончили?
Я р ы к а л о в. Мы готовы, товарищи проверяющие. Через десять минут должен зачитывать список. Я приказал всем собраться в столовой команды.
Х а р ы б и н. И ладно, и слава богу! А то в управлении гневаются. Гром начинает погромыхивать, молнии точат на наши бедные славные головы.
Т и м о н и н. Здравствуйте, Иван Васильевич.
А, понятно.
Я р ы к а л о в. Могу заверить, Олег Владимирович, что все будущие члены экипажа — советские люди.
Х а р ы б и н. Эти капитаны! Каждый из них — личность, не подойди!
О с м а н о в. Хватит резину тянуть. «Ниве» пора в рейс сниматься. Зачитывайте список, Ярыкалов.
Х а р ы б и н. А мы его все вместе дружелюбно послушаем и быстренько утвердим.
У р в а н ц е в. Разрешите поправку?
Х а р ы б и н. Пожалуйста, Иван Васильевич.
У р в а н ц е в. Мне кажется, будет правомерным другой порядок обсуждения. Прежде чем решать судьбу того или иного члена экипажа «Нивы», мы должны определить для себя, соответствует ли должности кандидатура самого капитана…
Х а р ы б и н. Ого!
У р в а н ц е в. Мы обязаны обсудить степень его профессиональной подготовленности, умение решать проблемы времени и, что тоже немаловажно, понять, какими чертами характера он обладает…
О с м а н о в. Какого цвета трусы он носит, вас не интересует?
У р в а н ц е в. Если цвет трусов влияет на его мировоззрение, то хотелось бы знать и это. Идет эксперимент, поэтому разрешите мне высказаться до конца.
О с м а н о в. Когда кончится эта бодяга с «Нивой»?
Х а р ы б и н. Иван Васильевич, судно не может вечно стоять у причала.
Я р ы к а л о в. Дайте высказаться Ивану Васильевичу. Он на меня зуб наточил!
У р в а н ц е в. Нет, товарищ Ярыкалов, дело здесь не в наших личных симпатиях. Капитан, по сути своей должности, профессия уникальная. Аналогии ей нет среди других отраслей промышленности или сельского хозяйства. С того момента как судно отойдет от причала, вся власть на борту — как должностная, так и юридическая — сосредоточивается в руках одного человека — капитана. Он имеет право даже регистрировать брак…
О с м а н о в. Ближе к делу.
У р в а н ц е в. Разрешив капитану самому набирать экипаж судна, мы забыли о другой существенной стороне дела: а захочет ли команда такого капитана?
О с м а н о в. Доболтались до веселой жизни! Вы понимаете, что говорите?!
У р в а н ц е в. Да. Я не могу судить о профессиональном умении Николая Петровича как капитана, но как человек — он жесток.
Я р ы к а л о в. Иван Васильевич переходит на личности!
Х а р ы б и н. Чего вы добиваетесь?
У р в а н ц е в. Мы теперь знаем принципиальную позицию как Тимонина, так и Ярыкалова. Обе эти позиции имеют свои положительные и слабые стороны. Поэтому мы затрудняемся, кого же из них назначить капитаном на «Ниву»: Тимонина или Ярыкалова. А что, если этот выбор сделает команда? Прямо вот тут, сейчас?
О с м а н о в. Джигит!
Х а р ы б и н. Вы несете бред, Иван Васильевич. Это функции управления.
Я р ы к а л о в. Подожду приговор в другом месте.
Т и м о н и н. Мне, пожалуй, лучше тоже на время уйти. Как лицу
Я р ы к а л о в
Х а р ы б и н. Они с ума посходили!
Я р ы к а л о в. Поддерживаю из корыстных побуждений, предупреждаю заранее. Люди соскучились по деловым, конкретным людям. Таким, как я.
О с м а н о в. Кто предупреждал, что все эти эксперименты не доведут до добра?
У р в а н ц е в. Продолжаю настаивать на своем предложении. Речь идет о случае отдельном, уникальном по своей форме.
О с м а н о в. Распустили народ… Да кто вы такой, чтобы заявлять подобные вещи?!
У р в а н ц е в. Чего вы боитесь? Нас поймут!
Х а р ы б и н. Объясните ему хоть вы, Егор Ибрагимович!
О с м а н о в
Х а р ы б и н. Вот уж истина — за что боролись, на то и напоролись. Лучше не скажешь!
О с м а н о в. А я со стороны понаблюдаю, как вы друг дружке ноги будете ломать.
Х а р ы б и н. Не забывайте, Егор Ибрагимович, что вы тоже представитель управления!
О с м а н о в. Я старый человек, я живу по старинке. Мне ваши модерновые песни непонятны. Решайте сами.
У р в а н ц е в. Почему вы всполошились?
Х а р ы б и н. А он не понимает!
У р в а н ц е в. Каждая команда вправе иметь такого капитана, которого достойна. Пусть выберут сами…
Х а р ы б и н. Вы меня с ума сведете! Нет, нет и еще раз нет!
И р а
Т и м о н и н. Разве мы с тобой не все выяснили?
И р а. Я узнала, что у тебя неприятности, вот и пришла. Всегда чувствуешь себя лучше, когда знаешь, что рядом с тобой человек, которому еще хуже, чем тебе…
Т и м о н и н. Заранее приготовила эту фразу?
И р а. Прости, Олег. Я во всем виновата, я! Я не послушала тебя и отказалась от ребенка. Я изменила, когда ты был в море. Все это сделала я!..
Т и м о н и н. Тише.
И р а. Ну что же теперь нам делать?!
Т и м о н и н. Оставить друг друга в покое.
И р а. Не могу! Я люблю тебя, Олег…
Т и м о н и н. Отказаться от ребенка, изменить… Несколько странный способ доказывать свою любовь к мужу.
И р а. Я сама призналась. Могла бы и промолчать.
Т и м о н и н. Сердечно благодарю!
И р а. А если бы ты не узнал, в наших отношениях ничего не изменилось бы?
Т и м о н и н. Такие вещи не скроешь. Чего ты добиваешься, Ира?
И р а. Я хочу пойти с тобой в море. Целых шесть месяцев мы будем вместе, на одной палубе. За это время многое станет ясным в наших отношениях. Мы или откажемся друг от друга, или вернем нас тех, прежних…
Я даже согласна на официальный развод, лишь бы только разрешили пойти с тобой в море!
Т и м о н и н. Не знаю…
И р а. Разве вместе прожитые годы не дают мне права хотя бы на такую надежду?
Т и м о н и н. Здесь не место для подобных разговоров.
И р а. Почему ты ко всем можешь быть добрым, кроме жены, самого близкого тебе человека?
Т и м о н и н. Ты предала меня!
И р а. Я только споткнулась. А предал дружок твой — Ярыкалов! Подставил подножку и сел на капитанское место!
Т и м о н и н. Мы с Ярыкаловым делаем одно дело, только идем к нему разными путями. В отличие от тебя, у Ярыкалова есть свои принципы! Все. Больше я не хочу с тобой разговаривать!
И р а. Не думай, что на тебе свет клином сошелся!
Т и м о н и н. Уходи.
И р а. Я все равно пойду на «Ниве»!
Я р ы к а л о в. Проходите. Энергичней, товарищи!
У р в а н ц е в
Я р ы к а л о в. Сейчас я зачитаю список людей, принятых на судно…
У р в а н ц е в. Одну минуту, Николай Петрович. Товарищи, возникла ситуация, в которой требуется ваша прямая помощь. Дело в следующем. Управление тралового флота проводило на «Ниве» эксперимент, в ходе которого вы все встретились с двумя капитанами. Оба они достойные люди, знающие моряки, и поэтому руководство затрудняется в выборе кандидатуры на должность капитана. Мы тут посоветовались и решили продолжить эксперимент. Другими словами — представить право выбора капитана «Нивы» вам.
Понимаю, ситуация непривычная. Но мы надеемся на вашу доброжелательную помощь.
О с м а н о в. Как фамилия?
Б е б е ш к о. Я? Зачем, извините?
О с м а н о в. Фамилия, спрашиваю!
Б е б е ш к о
О с м а н о в. Вы что дурочку валяете?!
Б е б е ш к о. Моя фамилия Бебешко.
О с м а н о в. Говори, Бебешко, свое мнение.
Б е б е ш к о. Я что? Я — как все…
О с м а н о в. Тьфу!..
Х а р ы б и н. Из этой затеи ничего не выйдет, Иван Васильевич.
У р в а н ц е в. Николай Петрович, Олег Владимирович, пожалуйста…
М а р а т. Эх вы, а еще моряки! Ведь только что на палубе каждый из вас имел свое мнение! Говорили, какой капитан по душе! Что же сейчас, язык проглотили?!
Ж в а к и н. Не суетись, студент.
У р в а н ц е в. Вероятно, я недостаточно четко объяснил ситуацию…
Ж в а к и н. Поняли, не глухие. Эксперимент и все такое… Но что это за дела? То один выбирает, то второй! А теперь еще заявляют — выбирайте капитана! Мы не куклы, чтобы с нами так играть! Занимайтесь своими делами сами!
М а р а т. Не согласен! Это тоже наше дело! Я, например, хочу знать, кто поведет меня в море!
Г о р ь к о в. Эхма! Где наша не пропадала!
З и н о ч к а. Это почему же Тимонина?!
Г о р ь к о в. Тимонина! Он добрый!..
Ж в а к и н. Это не разговор!..
У р в а н ц е в. Тихо! Давайте по порядку. Каким бы вы хотели видеть капитана?
М а р а т. Человеком с большой буквы!
Г о р ь к о в. Добрым!..
Б е б е ш к о. Деловым! Разгильдяйство надоело!..
З и н о ч к а. И красивым!..
Ж в а к и н. Главное, чтоб в душу не лез и дал спокойно работать!..
У р в а н ц е в. Кто же, по-вашему, отвечает всем этим требованиям?
Г о р ь к о в. Тимонин!..
З и н о ч к а. Фигу! Ярыкалов!..
М а р а т. Тимонин!..
О с м а н о в. Ну, базар!..
Х а р ы б и н. Будя, Иван Васильевич, поиграли. Пора и делом заняться.
У р в а н ц е в. Товарищи, тихо!.. Есть еще и другой выход. Я предлагаю тайное голосование…
К о р р е с п о н д е н т. Прощальные объятия, улыбки, поцелуи… Сегодня мы с вами присутствуем при волнующем событии — родственники, друзья, представители управления тралового флота собрались здесь, на причале, чтобы проводить уходящую в море «Ниву». Вы уже знаете, что это траулер, оборудованный по последнему слову техники, насыщенный наисовременнейшей аппаратурой! Словом, флагман нашего промыслового флота!..
Г о л о с
К о р р е с п о н д е н т. Вынужден прервать свой рассказ. Я вижу, как уже поднимают трап… Подана команда выбрать причальные концы… А вот на крыле мостика появляется и сам капитан! Он молод, но фамилия его уже известна. Мы знаем его как удачливого и знающего свое дело моряка. Это…
Г о л о с
Т р е у м о в А р т е м Н и к о л а е в и ч.
Ю с у п о в.
С о л о м и н.
К у л и к о в.
Т о н я.
А н н а К о р м и л и ц ы н а.
К о з и н е ц.
С о к о в н и к о в.
С л е д о в а т е л ь.
В а с ю т и н а.
К о л я.
Н а т а ш а.
С т а р у ш к а Д а р ь я.
Б а б а П а ш а.
Д е ж у р н ы й р а й о т д е л а м и л и ц и и.
М р а ч н ы й п а р е н ь.
Т р е у м о в. Справочная?.. Алло, справочная? Скажите, когда сегодня прибывает поезд из Алма-Аты?.. Жду.
К у л и к о в. Артем Николаевич, ЧП.
Т р е у м о в. Ну?
К у л и к о в. Соломин отказывается подписывать соцобязательства.
Т р е у м о в. Что за бред ты несешь?
К у л и к о в. Не я несу, а Соломин. Он отказывается подписывать обязательства.
Т р е у м о в. Вот сукин сын! Отчего это вдруг?
К у л и к о в. Ваньку валяет, куражится.
Т р е у м о в
К у л и к о в. Я привел его, Артем Николаевич. Он за дверью ждет.
Вот он — Яков Михайлович.
Т р е у м о в
С о л о м и н. Разве Юрий Петрович Куликов не ввел вас в курс соответствующим образом?
К у л и к о в. Почему ты меня не любишь, Яша?
С о л о м и н. Хотя бы уже потому, что ты не девушка…
Т р е у м о в. Кончайте треп!
К у л и к о в
Т р е у м о в. Не тяни резину.
К у л и к о в. Были составлены таковые и для фермы, которую возглавляет Яков Михайлович. Было такое?
С о л о м и н. Верно.
К у л и к о в. Партбюро сделало ответственным меня за это дело, я прихожу на ферму с отпечатанными обязательствами, а Соломин от имени всего коллектива отказывается их подписывать!
Т р е у м о в. Ну?
С о л о м и н. Зачем нам подписывать, если доярки сейчас и так надаивают столько молока, сколько это записано в обязательствах?
К у л и к о в. Возьмите новые, повышенные…
С о л о м и н. Ишь как просто у тебя! Больше молока получить от коров мы в этом году не сможем — не те корма. Если, конечно, не добавлять воды в молоко.
К у л и к о в. Выходит, все взяли обязательства, а одни вы будете гулять без них?
С о л о м и н. Если это называется «гулять», то выходит именно так.
К у л и к о в. Ты даешь, Яков Михайлович!
С о л о м и н. Просто мы не желаем заниматься туфтой. Девчата и так вкалывают с утра до ночи. Что им еще подписывать!
К у л и к о в. Яша, чудак, это же так полагается!
С о л о м и н. Кто это установил — обманывать самого себя? Если мы работаем, как это записано в обязательствах, то зачем же переводить бумагу?
К у л и к о в. Скажи спасибо, что тут все свои, а то бы тебе дали прикурить! Дело здесь не только в твоей ферме. Сам понимать должен.
С о л о м и н. Пусть подписывают те, кто работает вполноги или кто действительно имеет резервы!
К у л и к о в. Вот уперся рогом в стенку, животновод! Что могут подумать люди, когда узнают, что коммунист Соломин отказался — принципиально отказался! — подписать социалистические обязательства?!
С о л о м и н. А ты не гадай, что они подумают!..
Т р е у м о в. Хватит! Я терпеливо выслушал тебя, Соломин… Чтоб завтра утром эти обязательства лежали на моем столе. Подписанные всей фермой и тобой в том числе.
С о л о м и н. Я их подписывать не буду!
Т р е у м о в. Подпишешь как миленький.
С о л о м и н. Нет.
Т р е у м о в. Послушай, Яша, я с тобой долго чикаться не буду. Сегодня ты заведующий фермой, а завтра к этому времени станешь опять рядовым дояром.
С о л о м и н. От этого мое мнение не изменится.
К у л и к о в. Ну чего ты дуришь, Яшка?
Т р е у м о в. Юрий Петрович, заготовьте приказ — как не справившегося с обязанностями заведующего фермой перевести Соломина в дояры.
С о л о м и н
Т р е у м о в. Чтобы другим было неповадно и чтобы ты мог хорошенько подумать над своим поведением. Иди.
С о л о м и н. Поговорите сперва с доярками, если мне не верите!
Т р е у м о в. Непременно. Завтра в последний раз как заведующий соберешь собрание на ферме. А теперь иди.
С о л о м и н. Эх вы!..
К у л и к о в. Чудак!..
Т р е у м о в
Хорошо, что ты зашла, Аня!..
А н н а. У меня уже все приготовлено. И гусь в духовке томится.
Т р е у м о в. Спасибо, милая. Нужна будет мужская помощь, Юра тебе поможет.
К у л и к о в. Я как пионер, тетя Аня, всегда готов!
Т р е у м о в. Если у тебя все в порядке, иди домой и оденься понарядней. Я много о тебе рассказывал Юсупову.
А н н а. Нет, Артем, я не приду.
Т р е у м о в. Кто же тогда у нас хозяйкой стола будет?
А н н а. Тоня с этим прекрасно справится.
Т р е у м о в
К у л и к о в. Бу сделано, Артем Николаевич!
Т р е у м о в (
А н н а. По какому праву я буду хозяйничать в твоем доме?
Т р е у м о в. На правах моей жены…
Невесты, черт побери!
А н н а. В моем возрасте? Не смеши людей, Артем.
Т р е у м о в. Ну, пойдем наконец распишемся!
А н н а. Видишь, как ты говоришь…
Т р е у м о в. Как?..
А н н а. «Ну, пойдем…» Я знаю, я виновата перед тобой, но я не нищая, мне подачки не надо…
Т р е у м о в
А н н а. Встань, Артем! Зайдет кто-нибудь!
Т р е у м о в. Я ни от кого не скрываю, что люблю тебя!
А н н а. Встань… Ну, пожалуйста!
Т р е у м о в. Только после того, как скажешь «да»!
А н н а. Хорошо, я подумаю.
Т р е у м о в
А н н а. Ты ведь знаешь, если бы не Дима…
Т р е у м о в. Я поговорю с твоим сыном, с этим нашим разлучником! По-мужски поговорю! Кстати, где он?
А н н а. В город на мотоцикле уехал.
Т р е у м о в
А н н а. Ой, гусь в духовке!..
Т р е у м о в. Подожди, я подвезу тебя…
А, черт!..
А н н а. Я побежала!
Г о л о с К о з и н ц а. Ты что такой суровый, Артем?
Т р е у м о в. Извини, Гаврила Иванович, на вокзал спешу. Друг сегодня приезжает.
Г о л о с К о з и н ц а. Он тебе друг, а Гаврила Иванович Козинец — портянка?
Т р е у м о в. Ты по делу, Гаврила Иванович, или так?
Г о л о с К о з и н ц а. Дело у меня такое: ты первый в области начнешь осваивать новые земли за Черной речкой.
Т р е у м о в. Ну, удружили, товарищ главный агроном! Что я, лысый?
Г о л о с К о з и н ц а. Ты передовой, ты надежный. Пример с тебя будут брать.
Т р е у м о в. У меня другие планы…
Г о л о с К о з и н ц а. Планы у всех разные, а дело общее. Решение было принято на самом высоком уровне. Так что думай, Чапай.
Т р е у м о в. У колхоза нет на это денег.
Г о л о с К о з и н ц а. Есть, я знаю. И мы поможем чем можем.
Т р е у м о в. Мне деньги нужны на строительство дороги.
Г о л о с К о з и н ц а. Какой еще дороги?
Т р е у м о в. От села до городского шоссе.
Г о л о с К о з и н ц а. Ты будешь осваивать новые земли, это говорю тебе я!
Т р е у м о в. Пока дорогу не построю, ничем другим колхоз заниматься не будет!
Г о л о с К о з и н ц а. Жди меня завтра поутру.
Д е ж у р н ы й. Отпустило сердечко, можно допрашивать?
Т р е у м о в. Спасибо.
Д е ж у р н ы й. Фамилия, имя, отчество?
Т р е у м о в. Понимаете, товарищ лейтенант, я ехал на станцию, друг у меня сегодня приезжает!..
Д е ж у р н ы й. Фамилия, имя и отчество ваше?
Т р е у м о в. Да-да! Артем Николаевич Треумов!.. И тут вдруг на повороте к Белому озеру — знаете? — он и выскочил. Мотоциклист этот!..
Д е ж у р н ы й
Т р е у м о в. А я ехал и еще про себя в это время думал: «Надо остановиться и долить воды в радиатор». Понимаете, у меня помпа течет, прокладку бы надо сменить, да все не соберусь…
Д е ж у р н ы й. Год рождения, место?
Т р е у м о в. Что? Ах, да! Пишите — тысяча девятьсот двадцать третий, село Вознесенское. «Ладно, — думаю про себя, — дотяну до станции, там и долью воды…» Ах, дурак, поленился!..
Д е ж у р н ы й
Т р е у м о в. Председатель колхоза «Вперед»… Только я подумал об этом, и тут он и выскочил из-за поворота и — прямо в лоб на меня!.. Как граната взорвалась, такой удар страшенный был!.. Я по тормозам, выскочил из машины — и к нему!.. А он уже лежит под своим мотоциклом и тихо так стонет… Дальше не помню. Сердце у меня прихватило, сознание потерял… Стал соображать уже в больнице, куда меня и его привезли. А потом к вам доставили. Вы не знаете, что с этим парнем?
Д е ж у р н ы й
Т р е у м о в. На станцию, друга встречать!
Д е ж у р н ы й. Время? В каком часу это случилось?
Т р е у м о в. Не помню… Виноват, помню. Поезд должен был прийти в двадцать сорок пять… Где-то около восьми часов вечера.
Д е ж у р н ы й. Марка машины вашей?
Т р е у м о в. «Москвич».
Д е ж у р н ы й. Подпишите протокол, Треумов.
Дышите.
Чисто. Еще разок.
Чисто.
Т р е у м о в. Не пил я ничего.
Д е ж у р н ы й. Распишитесь.
Т р е у м о в. Где?
Д е ж у р н ы й. Вот тут, под актом экспертизы…
Т р е у м о в. Кто скончался?
Д е ж у р н ы й. Парень, которого вы сшибли.
Не повезло…
Т р е у м о в. Кто он?
Д е ж у р н ы й. Водительские права залиты кровью, не прочтешь. Завтра по номерному знаку опознаем владельца.
Подождите тут, пока я выясню, что с вами дальше делать.
С о к о в н и к о в
М р а ч н ы й п а р е н ь. Цыц, гнида.
Треумов молча протягивает ему пачку сигарет. Мрачный парень неторопливо закуривает и прячет пачку к себе в карман. Треумов безучастно наблюдает за ним. Соковников завистливо вздыхает, но попросить сигарету не решается и подходит к Треумову.
С о к о в н и к о в. Что за птичка к нам залетела? Ну, подними головку, не стесняйся…
Т р е у м о в. Нет.
С о к о в н и к о в. Шабашник я, Соковников. Наша бригада в прошлом году рядилась в вашем хозяйстве коровник строить, да в цене не сошлись. Помните?
Т р е у м о в. Помолчи ты, ради бога. Плохо мне…
С о к о в н и к о в. А кому тут хорошо?
А я еще с ужасного похмелья, дрожит все внутри. Состояние как… как у собаки, которую машина переехала.
А я вот по-глупому залетел. Кончили мы подряд, детский садик в деревне Ачинской. Получили деньгу за работу и на месяц решили разбежаться, отдохнуть… Теперь долго придется отдыхать, прокурор санкцию наложил… В общем, добрался я до станции, купил билет и зашел в вокзальный ресторан — остограммиться. Так, для общего тонуса. Только принял, а тут диктор объявляет, что мой поезд задерживается на три часа двадцать минут. Плюнул я с досады — уж очень домой хотелось побыстрей попасть — да и присел в зале под пальмой. Очнулся я уже в этих стенах. Следователь говорит, что, когда меня брали, я уже мог творить маленькие чудеса, уголовно наказуемые. А на прощанье, говорит, зеркальную витрину буфета бутылкой из-под шампанского укокошил. Теперь судить будут… Когда же наконец эти безобразия на транспорте кончатся?! Нет, вы только подумайте, Артем Николаевич, скорый поезд может опоздать на три часа двадцать минут?!
Не могу успокоиться. У вас сигаретки еще не найдется?
Т р е у м о в. Дай сигареты.
Слышишь?
С о к о в н и к о в. Не трогайте его, Артем Николаевич, страшная личность!..
Т р е у м о в
С о к о в н и к о в. На кого вы тянете?!
М р а ч н ы й п а р е н ь. Ну, встал…
Т р е у м о в. Сигареты.
С о к о в н и к о в
Т р е у м о в. Откуда ты такой разговорчивый?
С о к о в н и к о в. Соковников Герман Васильевич, бывший научный сотрудник…
Т р е у м о в. Вы же говорили, что шабашник?
С о к о в н и к о в. Я не темню. Бывшим я стал после очередного скандала с женой. Ей справедливо казалось, что я мало зарабатываю денег, — собственно, всем женам так кажется… В тот день я пришел к себе на работу, заложил в счетно-электронную машину данные о себе, и через минуту она выдала ответ. Языком цифр она сказала мне: «Дурачок, ваши желания с женой и твоя зарплата в обозримом будущем не пересекутся. Меняй коньки на санки, научный сотрудник». Я задумался. Уж кто не соврет тебе, так это машина. Ну, воровать я не умею, поэтому по зрелом размышлении я выбрал другую тропку — пошел на промысел с бригадой шабашников…
Т р е у м о в. Но когда вы были инженером, вы двигали дело вперед?
С о к о в н и к о в. Да ну там — двигал! Только присутствовал при этом. Отец виноват. Он был рабочим, и ему, видите ли, хотелось, чтобы сын стал инженером!.. Что касается морального удовлетворения, так теперь у меня его выше головы! Если раньше я на поклон к разным умельцам ходил — слесарям, плотникам, малярам, — то теперь ко мне бегают! А я еще подумаю, пойти или нет. Денег-то у меня больше, чем у них, инженеров этих…
Т р е у м о в. Своеобразный вы человек, Соковников.
С о к о в н и к о в. Да? Я иногда тоже так думаю. Все рвутся карьеру себе делать, а я нет. Меня устраивает мое нынешнее положение. Верите, Артем Николаевич, когда я был еще пацаном, то лягу в постель и по ночам мечтаю, как женюсь на дочери академика, у которого шестикомнатная квартира, дача громадная и денег невпроворот! Потом академик умирает, а хозяином всего становлюсь я, другие мечтают стать космонавтами, а я вот об этом! Странно, да? Я даже сам себе удивляюсь!
Т р е у м о в. Что это вы решили раздеться?
С о к о в н и к о в. Где, если не тут? Здесь у каждого своя беда, впереди суд, этапы. Вот мы поговорили, а завтра развезли нас в разные стороны, и привет! А так выскажешься — и вроде на душе станет светлее. Артем Николаевич, еще сигаретку, а?
Хорошо… Действительно глаза оттягивает.
Т р е у м о в. Ну, а под блатного зачем играете?
С о к о в н и к о в. «Эй да ты, Тамарочка!» На всякий случай. Разных людей сюда приводят. Пусть лучше они меня боятся.
Т р е у м о в. Так дальше и собираетесь жить?
С о к о в н и к о в. К нему как к человеку, а он сразу в душу без перчаток лезет, деятель! Не у себя в кабинете сидите, а в камере, на тех же правах!..
Может быть, я поэтому и ударяюсь в загул. Время от времени…
Д е ж у р н ы й
Дадите подписку о невыезде — и можете отправляться домой. Начальство приказало.
Сосед тебе бывший удружил, Треумов.
С о к о в н и к о в. Передайте ему мою благодарность, гражданин лейтенант.
М р а ч н ы й п а р е н ь. Дай сюда сигареты, гад!
К у л и к о в
Т о н я
К у л и к о в. Одна тысяча триста девяносто восемь…
Т о н я (целует). Одна тысяча триста девяносто девять!..
К у л и к о в. Догоним до полутора тысяч и прервемся. Надо будет позвонить на станцию, — наверно, поезд опаздывает.
Т о н я
К у л и к о в. Что? Какие обязательства?
Т о н я. Твой девиз — «догоним до полутора тысяч»?
К у л и к о в
Ю с у п о в. Добрый вечер, дети мои. Это и есть дом Треумова Артема Николаевича?
Т о н я. Так вы Юсупов?
Ю с у п о в. Если меня знают по имени, значит, я попал туда, куда так долго ехал в поезде.
Т о н я. Спасибо, но вы преувеличиваете.
Ю с у п о в. Я говорю, что видят глаза мои. А как учишься?
Т о н я. Перешла на четвертый курс.
Ю с у п о в. Какая молодец! Скоро будешь большой педагог, как Макаренко или Песталоцци… А этот славный молодой человек?.. Подожди, дай я сам догадаюсь. Этот славный молодой человек твой жених, правильно узнал?
Т о н я. В самую точку попали!
К у л и к о в. Куликов Юрий Петрович, экономист колхоза.
Ю с у п о в. Салям алейкум, Петрович.
А н н а. Приехали наконец?
Ю с у п о в. А эта женщина — радость души, услада сердца моего друга. Зовут ее Аннушка!
А н н а. Добро пожаловать.
Ю с у п о в. Нет, только такой красивой женщине может целовать руки Артем!..
Т о н я. А я и не завидую.
К у л и к о в. Потому что руки Тони есть кому целовать.
Т о н я. Понятно?..
Ю с у п о в. Разве Артема нет дома?
Т о н я. Он поехал на станцию встречать вас…
Ю с у п о в. Меня никто не встретил, я даже удивился. Но подумал: может быть, Артему некогда? Взял попутную машину и сам поехал к вам.
А н н а. Господи, что же могло случиться?!
К у л и к о в. Только без паники. Скорей всего снова забарахлил его «москвичок». Прокладку водяной помпы пробило.
А н н а. Но столько времени прошло!
Ю с у п о в. Правильно говорит Петрович. Всегда надо надеяться на лучшее. Подождем немного и поедем все искать нашего Артема. Машина — это машина. Вот у меня дома «Волга», сын на ней ездит, а я все равно в сарае еще и ишака держу.
Т о н я. Неужели у вас есть ишак?!
Ю с у п о в. Конечно. Ишак не подведет.
А н н а. Наверно, Артем вас ищет на вокзале.
К у л и к о в. Я давно говорил Артему Николаевичу: пора вам менять машину. А он, видите ли, привык к своей консервной банке. «Волга» — вот настоящий аппарат!
Т о н я. Проходите, пожалуйста, раздевайтесь!
К у л и к о в. Простите, как ваше имя-отчество?
Ю с у п о в. Спасибо, дочка. Имя у меня русское — Василий. Отец так назвал в честь своего друга…
К у л и к о в. Ого!
Ю с у п о в. За хлопок.
К у л и к о в. А отчество?
Ю с у п о в. Полностью я звучу так — Василий Арсланкизович сын Юсупова.
К у л и к о в. Присаживайтесь, Василий Арскл…вич.
Ю с у п о в. Зови меня просто дядя Вася.
Т о н я. Эти два чудака — тетя Аня и мой отец — ходят, ходят друг возле друга, а пойти расписаться у них не хватает решимости!
А н н а. Два старых чудака.
К у л и к о в. А давайте объединим две свадьбы вместе — нашу с Тоней и вы с Артемом Николаевичем, как?
Т о н я. Это идея, Куликов!
А н н а. Мне пора идти. Тоня, накроешь на стол…
Ю с у п о в. Э, нет, дорогая Аннушка! Никуда мы тебя не отпустим!
А н н а. Вы уж извините, бога ради, но меня дома ждет сын…
Т о н я. Подождет Димка, никуда не денется!
А н н а
Ю с у п о в. У них с Артемом все по-старому?
К у л и к о в. Вы знаете, да?
Ю с у п о в. Артем говорил, рассказывал.
К у л и к о в. У нас в России есть пословица: «Перемелется — мука будет». Рюмочку с дороги?
Ю с у п о в. Рюмочку можно, а еще лучше — горячего чаю. Я вам кок-чай в подарок привез. Артему, когда он был у меня, очень понравился.
Т о н я. Сейчас заварю. Отец так ждал вас!..
К у л и к о в. Значит, вы к нам, так сказать, с ответным визитом? Садитесь, пожалуйста… дядя Вася.
Ю с у п о в. Выходит так, Петрович. В прошлом году Артем был гостем нашего колхоза, теперь я решил посмотреть его хозяйство.
К у л и к о в. Артем Николаевич много хорошего рассказывал про ваш колхоз. Ему у вас понравилось. Но и мы можем кое-чем похвалиться!
Ю с у п о в. Уверен в этом. Артем — человек со светлой головой, я так думаю… Когда свадьбу крутить будем, а?
К у л и к о в. Это любовь крутят. А мы будем играть свадьбу. Вот с озимыми закончим…
Ю с у п о в. Любишь?
К у л и к о в. О чем вы спрашиваете!
Ю с у п о в. Подарок тебе на свадьбу пришлю — барана. Нет, двух!
К у л и к о в. Спасибо. А я официально приглашаю вас на свадьбу.
Ю с у п о в. Рахмат.
К у л и к о в. Клифф Ричард. Ну вы даете, дядя Вася!
Ю с у п о в. Племянник с утра до ночи магнитофон крутит…
Т о н я. Сейчас закипит чайник…
Папа приехал!..
Входит Т р е у м о в.
Мы уже беспокоиться начали!
Ю с у п о в. Здравствуй, Артем.
Т р е у м о в. Извини меня, Василий. Не смог встретить. Так уж получилось, извини…
К у л и к о в. Прокладка полетела?
Т р е у м о в. Прокладка.
К у л и к о в. Что я говорил!
Т р е у м о в. Правда, мне очень жаль, Василий.
Т о н я. Папа так ждал вас!
Ю с у п о в. Э, Артем, дорогой! Такая мелочь — паф!..
Т р е у м о в. Где Анна?
Т о н я. Ушла, как всегда. Можно подавать?
Т р е у м о в. Да. Прошу всех к столу.
Надолго к нам?
Ю с у п о в. Дней десять погощу, если раньше не прогонишь.
Т р е у м о в. Почему так мало?
Ю с у п о в. В Москву еду. Младший сын в Тимирязевской академии учится на ветеринара. Вдруг жениться захотел. Надо на невесту посмотреть. Надо. Молодой еще, дурной совсем.
Т о н я. Сколько детей у вас, дядя Вася? Юсупов
Т о н я. Мне нравится, когда в семье много детей. В таком доме сразу уютно становится и надежно.
Ю с у п о в. Восемь — это только сыновья.
К у л и к о в. Да вы ходок, дядя Вася!
Ю с у п о в. Эй, Артем, эй! Ты что как туча грозовая, э?
Т р е у м о в. Не обращай внимания, устал немного.
Ю с у п о в. Это он у нас научился такие тосты произносить!
Т р е у м о в. За тебя!
Ю с у п о в. Спасибо, Артем. Прошу, налей всем еще вина… Теперь я сказать хочу. (Встает.) Я ехал сюда с большой радостью. Сердце мое было полно любви к тебе и твоей семье, Артем. Встреча состоялась. Я не поэт, мне трудно передать мои чувства, поэтому позволь сказать словами великого Хайяма:
Пусть всегда пребудут любовь и мир в доме твоем и удача сопутствует во всех делах твоих!
К у л и к о в. «Миг, данный нам, в веселье проведи…» Здорово, дядя Вася!
Т р е у м о в. Завтра, Василий, я тебя на охоту свожу. Есть сокровенное местечко, озерцо одно, там уток!..
Т о н я. И я с вами!
Ю с у п о в. Не обижайся, Артем, но я не люблю стрелять. На войне настрелялся на всю жизнь вперед. Мне бы хозяйство твое посмотреть, в кабинете твоем посидеть, послушать. Землю вашу руками пощупать.
Т р е у м о в. Это само собой… Сделайте вы тише эту чертову музыку!..
Т о н я. Что с тобой, папа?
Т р е у м о в. Ведите себя достойно.
Ю с у п о в. Одна шаль Аннушке…
Т р е у м о в. Такой дорогой подарок…
Ю с у п о в. Бери-бери, жених. А эта, другого цвета, — твоя, дочка. Носи на здоровье, вспоминай чаще дядю Васю Юсупова.
Т о н я. Ой, дядя Василий, какая необычная!
Ю с у п о в. А ты халат примерь, Артем.
Т р е у м о в. Спасибо, Василий, потом…
Т о н я. Нет, сейчас!..
Ю с у п о в
Т о н я
К у л и к о в. Джигит, Артем Николаевич!
Т р е у м о в. Басмач!
Ю с у п о в. Я так думаю, Артем, пора тебе к нам в Казахстан переезжать насовсем, э?
Т р е у м о в. Но сперва я посмотрю на себя в зеркало!
Ю с у п о в. Давай громче твою шарманку, Петрович! Сегодня сам Юсупов-ага танцевать будет!
Т о н я
Т р е у м о в
К у л и к о в. Асса!..
Ю с у п о в. Давай, Артем, давай, дорогой! Жизнь продолжается!..
К у л и к о в. Асса-а!..
Ю с у п о в
С о л о м и н. Здрасьте, лютики полевые!
С т а р у ш к а Д а р ь я
С о л о м и н. Все косточки моем-перемываем?
В а с ю т и н а. Осторожней в выражениях, Яков Михайлович. Мы с вами вместе скот не пасли!
С т а р у ш к а Д а р ь я. Сгинь!..
В а с ю т и н а. Опять Яшка за девкой волочится. А еще начальник!
С т а р у ш к а Д а р ь я. Кобель! Вчерась другая была.
В а с ю т и н а. В платочке горошком, Катька?
С т а р у ш к а Д а р ь я. Не, такая здоровая, как дура. Галины-кладовщицы дочка.
Б а б а П а ш а. Да ладно вам, девоньки. Мужик молодой, холостой. Отпыхтел свои положенные на ферме, вот кровь и грает…
С т а р у ш к а Д а р ь я. Дых спиртной так и застыл в природе…
Б а б а П а ш а. Чего зря напраслину наводишь? Непьющий он, Соломин. Так, по праздникам только.
В а с ю т и н а. И мой капли в рот не берет. Язва у него.
С т а р у ш к а Д а р ь я. Ай замуж выходишь, Зина?
В а с ю т и н а
Б а б а П а ш а. Где ж ты его, болезного, сыскала?
В а с ю т и н а. Сам нашелся. Четвертого дня, когда я на рынок в город ездила.
С т а р у ш к а Д а р ь я. А, поведай, милая.
В а с ю т и н а. Ну, продала я мед, сижу с пустыми бидонами у вокзала в скверике, поезда ожидаю. Вот тут он, Сергуня мой, и возник. Кадриться начал.
С т а р у ш к а Д а р ь я. Ах ты господи!
В а с ю т и н а. А чего тут? Я женщина молодая, в теле. Мне ль за мужиками гоняться?..
Б а б а П а ш а. А может, это судьба?
В а с ю т и н а. А может, это судьба… Ведь потом три раза приезжал ко мне с гостинцами. Предложение по всей форме делал, в город звал жить!..
С т а р у ш к а Д а р ь я. А если аферист какой? Выманит он тебя в город, облапошит и пустит по миру голенькой. Тогда как?
В а с ю т и н а. Ах, знать бы, где упадешь, — соломку б постелила!..
С т а р у ш к а Д а р ь я. Гля, наш-то Треумыч с балеруной идет!
Т р е у м о в
Б а б а П а ш а. Это он чтоб в грязи полы не запачкать.
Ю с у п о в. Здравствуйте, бабулечки.
В а с ю т и н а. Салям алкоголейкум.
Ю с у п о в
В а с ю т и н а
Ю с у п о в
В а с ю т и н а. Да ну вас!
Т р е у м о в. Заходи, Зина.
Так что у тебя за дело, Зина?
Ю с у п о в. Я лучше тут.
В а с ю т и н а. Замуж выхожу!
Т р е у м о в. Поздравляю! Кто же он, избранник сердца твоего?
В а с ю т и н а. Городской! Механик.
Т р е у м о в. Нужный в нашем хозяйстве человек.
В а с ю т и н а. Сергуня забирает меня к себе в город.
Т р е у м о в. Ах вот как… Уже решили?
В а с ю т и н а. Он мужчина, он сказал…
Т р е у м о в. Жаль, нам хорошие механики нужны. Но ты, Зинаида, все обдумала?
В а с ю т и н а. Даже покупателя на дом нашла. Хороший человек, тоже городской. И цену приличную дает.
Т р е у м о в. Где твой хороший покупатель жить собирается?
В а с ю т и н а. В городе. А что?
Т р е у м о в. А дом ему в деревне зачем?
В а с ю т и н а. Зачем дачи? Он природу обожает.
Т р е у м о в. Вот что, Зинаида. Выходить тебе замуж или нет — это ты сама решай, а вот дом на сторону я тебе продать не разрешу.
В а с ю т и н а. Права не имеете!
Т р е у м о в. Его построил колхоз за свой счет и сказал: «Живите, Васютины». А что ваша семья сделала? Григорий, брат твой старший, в Ленинград подался, сестра тоже уехала, теперь ты бежишь…
В а с ю т и н а. По закону дом на меня записан! Что хочу, то и делаю!
Т р е у м о в. Продать дом на сторону не дам. Все.
В а с ю т и н а. Встретимся на суде!
Ю с у п о в. Проиграешь дело, Артем. Женщина права.
Т р е у м о в. Знаю, а жаль. Задержать ее хочется в колхозе, доярка хорошая. Правда, баба характерная. «Цекавая», как у нас говорят. Вот выгонит ее муж через месяц, и придет она снова ко мне, а куда я ее потом поселю?..
Г о л о с б р и г а д и р а. Артем Николаевич, городские взбунтовались!
Т р е у м о в. Картофельный бунт?
Г о л о с б р и г а д и р а. Ага. Картошку отказываются копать. Мол, они из города к нам, а мы, мол, в это время в город, на базар. Ту же картошку, мол, продавать.
Т р е у м о в. С чего это они взяли?
Г о л о с б р и г а д и р а. А поди ты!.. Правда, наши как увидали автобусы с городскими, так кое-кто и намылил лыжи с поля. У каждого дома дел невпроворот. Но только не на базар, ручаюсь!
Т р е у м о в. Фамилии?
Г о л о с б р и г а д и р а. Городских? Это мы сейчас…
Т р е у м о в. Наших дезертиров.
Г о л о с б р и г а д и р а. Вспомнить надо… Ушли-то не все.
Т р е у м о в. Вспомни и составь список. Не забудь свою фамилию первой поставить. Наказывать буду.
Г о л о с б р и г а д и р а. Меня за что? Я тут весь! С утра раннего на поле горблюсь!..
Т р е у м о в. Тебя первого… как бригадира.
Г о л о с б р и г а д и р а. Зря вы, Артем Николаевич…
Т р е у м о в. В другой раз строже будешь.
Г о л о с б р и г а д и р а. Ладно…
Т р е у м о в. Про список не забудь. Да, Игнат, узнай, из каких организаций прибыли эти городские, и составь еще список.
Г о л о с б р и г а д и р а. Это по справедливости! А то все шишки на бедного Макара!
Т р е у м о в
Ю с у п о в
Т р е у м о в (смеется). Напечатали?
Ю с у п о в. Все напечатали, как я сказал!.. Знаешь, сколько людей повалило — сотни! Убрали урожай
Т р е у м о в
Г о л о с с л е д о в а т е л я. Треумов Артем Николаевич?
Т р е у м о в. Да.
Г о л о с с л е д о в а т е л я. Говорит следователь прокуратуры Звонков.
Т р е у м о в. Да.
Г о л о с с л е д о в а т е л я. Вы получили повестку?
Т р е у м о в. Нет.
К у л и к о в
Г о л о с с л е д о в а т е л я. Получите. На всякий случай запомните: завтра в тринадцать часов я жду вас в прокуратуре. Кабинет номер семь.
К у л и к о в. Артем Николаевич…
Артем Николаевич, вы чего?
Т р е у м о в. Что?.. В чем дело, Юра?
К у л и к о в
Ю с у п о в. Спасибо, Петрович, как у себя дома.
Т р е у м о в. Сиди, Василий.
К у л и к о в. Был сейчас на ферме. Соломин продолжает стоять на своем — отказывается подписывать соцобязательства. Что будем делать, Артем Николаевич?
Т р е у м о в. А может быть, он прав?
К у л и к о в. Да вы что, Артем Николаевич?! Он же идею дискредитирует. Нет, это мое партийное поручение, и я выполню его!
Т р е у м о в. Вот что… Пусть-ка Соломин соберет завтра своих доярок, а мы все придем к ним — ты, секретарь партийный и я. Там на месте и решим этот вопрос…
К у л и к о в. Не понимаю, что вы с ним цацкаетесь, Артем Николаевич? Вызвать Соломина на бюро, накостылять ему по шее, чтоб другим неповадно было, и все дело! Идею дискредитирует!
Т р е у м о в. Я сказал.
Ю с у п о в. Извини, Артем, но скажи мне, что у тебя случилось, э?
Давай я помогу…
К о з и н е ц. Вот и я!
Т р е у м о в
К о з и н е ц. Дождался дорогого гостя?
Ю с у п о в (играет). Мой русский плохо понимает, э…
К о з и н е ц
Т р е у м о в. Буду, Гаврила Иванович!
К о з и н е ц. А землю есть будешь, если велю?
Т р е у м о в. Буду, Гаврила Иванович!
К о з и н е ц. Нагрянуло опять, Артем. Вот тут стоит…
Т р е у м о в
Бутылку коньяку и конфет каких-нибудь. Да побыстрей!
К о з и н е ц. Умеешь соображать, Треумыч, живи. Я строг, но справедлив.
Ю с у п о в. Наверно, богдыхан, э?
К о з и н е ц. Какой еще богдых! Козинец я, понял?
Ю с у п о в. Вай!
К о з и н е ц. Газ провожу, хотя и называюсь «главный агроном области»! Поэтому у меня сейчас вот в этой самой руке зажаты все председатели колхозов! И долго еще будут там пищать. Скажи, Треумыч?
Т р е у м о в. Будут, Гаврила Иванович. Вы большой начальник!
К о з и н е ц. Правильно, льсти, люблю. Я решаю, кому в первую очередь газ подвести к селу — к тебе, дед, например, или к Треумову, или кому другому. Вот он сейчас передо мной чечетку бьет, потому что знает — раз пришел Козинец, значит, через три месяца у него в селе люди газом пользоваться будут.
Т р е у м о в. Неужели подписали проект?!
К о з и н е ц. Видишь, дед, он как пацан радуется. А почему? Потому что люди у него станут счастливее, а счастливые люди работают лучше, отсюда — возрастут показатели, а возрастут показатели — наш Треумыч получит звездочку на грудь. Диалектика, дед, — это великая штука!
Ю с у п о в. Диа-лек-ти-ка!
К о з и н е ц. Ты, дед, не юмори. Вижу тебя насквозь — хитрый! А то как брови насуплю и не подпишу твоему Треумову проект.
Т р е у м о в. Прости грешного, Гаврила Иванович! По неразумению своему сболтнул он.
К о з и н е ц
Газ, газ ему нужен! А все равно люблю его. Ну, не хмурься, Треумыч… Ручку мне!
Условие мое помнишь?
Т р е у м о в. Условие?
К о з и н е ц. Слышь, дед, он думал одной бутылкой коньяку обойтись! Ты первый в области должен начать осваивать новые земли за Черной речкой.
Т р е у м о в. О господи!
К о з и н е ц. Знаю-знаю, у тебя, у маршала колхозного, свои планы имеются…
Т р е у м о в. Разве дело только в моих планах, Гаврила Иванович? Нам бы сперва научиться полностью убирать и сохранить тот урожай, который сегодня собираем с полей.
К о з и н е ц. Ну-ну, не так громко…
Т р е у м о в. Не мне это тебе говорить… Лучше бы эти деньги пустить на строительство новых хранилищ, на новые дороги, наконец! Чтобы с уборочной машины на землю не упало бы ни единого зернышка! Вот с чего надо начинать! Кроме всего прочего, этим самым мы вернем людям чувство хозяина земли, а не потребителя верхом на тракторе. Их ржа бесхозяйственности начинает есть изнутри! Про это тоже забывать нельзя!.. В общем, Гаврила Иванович, может быть, освоение новых земель в других областях дело и нужное, но в нашей — не уверен…
К о з и н е ц. Честно говоря, Артем Николаевич, у нас, так сказать, в верхах, тоже мнения разделились. Но попробовать, а потом посмотреть, что из этого получится, мы обязаны. Надо точно знать — будет это выгодно экономически нашей области или следует идти по тому пути, за который ты так горячо ратовал.
Т р е у м о в. Но почему наш колхоз?
К о з и н е ц. Я уже объяснял — ваше хозяйство крепкое, ты мужик вроде с головой…
Т р е у м о в. Нет, Гаврила Иванович.
К о з и н е ц. А в награду — газ от магистрали вам в первую очередь проведем, а?
Я все равно с тебя не слезу, соглашайся.
Т р е у м о в. На меня где сядешь, там и слезешь.
К о з и н е ц. Ну что ты еще хочешь?
Т р е у м о в. Три километра асфальтированной дороги от села до городского шоссе.
К о з и н е ц. Дед, ты слышишь, что этот гангстер требует?!
Ю с у п о в. Он — хозяин!
Т р е у м о в. Это мое последнее слово, так и передайте у себя там, в верхах.
К о з и н е ц. Но я не вправе решать такие вопросы.
Т р е у м о в. А я не знаю, как правление колхоза отнесется к освоению новых земель.
К о з и н е ц. Да… Действительно, там и слезешь. А если грейдерную?
Т р е у м о в. Асфальтированную.
К о з и н е ц. Чем плоха грейдерная дорога?
Т р е у м о в. Тем, что она хуже асфальтированной.
К о з и н е ц. Буржуазное у тебя нутро, Треумов. Ладно, попытаюсь убедить начальство.
Т р е у м о в. Попытайся, Гаврила Иванович. Это у тебя неплохо выходит.
К о з и н е ц. Беспощадный ты человек. Да, еще одно: пока газовики будут вести тебе отвод от основной магистрали, ты обязуешься обеспечить их овощами и фруктами, также дашь лучшую колхозную повариху на все время работ. Идет?
Т р е у м о в. По рукам, Гаврила Иванович.
К о з и н е ц. Пиши расписку.
Все, короновал село. Живите с газом!..
Ну, за то, чтобы все сбылось и всем хорошо икнулось!
Ю с у п о в. Да будет так!
К о з и н е ц. Все. Я погнал. Пока, Артем. Живи дольше, дед. Ох, глаза у тебя хи-итрые!..
Ю с у п о в. Шумный человек!..
К о з и н е ц. Как ты меня обозвал, дед?
Ю с у п о в. Джигит, говорю, товарищ богдыхан.
К о з и н е ц. То-то!..
Ю с у п о в. Богдыхан все время под кайфом ходит?
Т р е у м о в. Жена у него недавно умерла. Теперь выпивает иногда. «Нагрянуло», говорит. Но дело свое в любом состоянии делает и знает его хорошо… Господи, неужели скоро и у нас газ будет?! Знаешь, Василий, когда я узнал, что через область пройдет большая магистраль, я покой потерял! Закрою глаза и вижу: женщины наши дорогие стоят в белых фартучках у таких же белых газовых плиток чехословацкого производства и половником этак в кастрюле с дымящимся борщом помешивают… А на другой конфорке — картошка с салом шкварчит… И никто в селе, ругаясь, не тюкает топором по полену, не тащит из сарая грязные ведра с углем, эх…
Ю с у п о в. Сердце?
Т р е у м о в. Валидол запах хорошо отбивает. Мы с тобой сейчас в поле махнем, а я коньяк пил. Бабоньки наши за версту спиртное чувствуют. Скажут, родные мои: «Никак Треумыч с утра глаза залил…»
Эй, ребятишки!.. Коля, Наташа, стойте! Так дела не делаются!
К о л я. Говорить не о чем, все в заявлении сказано. Пойдем, Наталья!
Т р е у м о в. Садитесь, ну!
К о л я. Вы не очень-то разоряйтесь! Вставай, Наталья!
Н а т а ш а. Но, Артем Николаевич…
К о л я. Кто тебе муж?
Н а т а ш а. А я хочу сидеть!
К о л я. Наталья!..
Т р е у м о в. Стоп, ребятки! Дома закончите раунд… А сейчас давайте объяснимся. Что за блажь вдруг возникла в вашей голове?
Н а т а ш а. Это все он!
К о л я. Предательница!..
Т р е у м о в. Так… Чем же ущемляет интересы твоей семьи колхоз?
К о л я. У нас нет своей крыши над головой!
Т р е у м о в. Отдельная комната в общежитии — это что, халабуда?
К о л я. А мы больше не можем жить в общежитии!
Т р е у м о в. Раньше оно вас устраивало?
К о л я. Не можем, и все!
Т р е у м о в. Почему? Пойми, Николай, пока я не узнаю, что вам мешает жить в общежитии, до тех пор не смогу тебе помочь.
К о л я. А потому…
Н а т а ш а. Коля, не надо…
К о л я. Не можем, и все тут! Или давайте дом, или мы уходим из колхоза.
Т р е у м о в. Милые вы мои, ну что за такой короткий срок вашей общей молодой жизни могло случиться? Когда я вам вручал ключи от отдельной комнаты, вы так радовались, что я про себя даже позавидовал. Что же?
К о л я. Тогда радовались! Теперь — нет.
Т р е у м о в. Черт вас побери, почему?!
К о л я. Наталья…
Н а т а ш а. Не говори!
К о л я. А ты отвернись, и все…
Т р е у м о в. Теперь понимаю.
К о л я. Понимаете, да? Мы теперь с Натальей должны думать не только о себе, но и о ребенке. А общежитие — это не место для нормального развития ребенка. Мы так с ней решили.
Т р е у м о в. Сколько месяцев?
К о л я. Да он еще не родился, в проекте только!
Т р е у м о в. Это я уже понял тоже. Мне надо знать, на каком месяце беременности твоя жена.
К о л я. Я не знаю… Наталья, а сколько…
Вам что за дело?!
Т р е у м о в. Не из праздного любопытства, Коля. Я не фокусник, из кармана дом для вас сразу достать не могу. Мне надо знать, когда родится ваш наследник, и постараться к этому времени что-нибудь придумать.
К о л я. Это уже ваша забота…
Т р е у м о в. Что вы за потребители такие пошли! Вынь и положь ему сразу отдельный дом!
К о л я. Я вас предупредил честно!
Т р е у м о в. Ты меня не пугай!
К о л я. Я требую, что мне по закону положено!
Т р е у м о в. Надо еще заработать право требовать, а вы пока что работаете в колхозе без году неделя!
К о л я. Пойдем, Наталья. А вы еще пожалеете!
Т р е у м о в. И катись к чертовой матери! Сопляк!
Ю с у п о в. Отпустишь?
Т р е у м о в. Ты что?
Ю с у п о в. Только когда ты уйдешь на пенсию, Артем. А пока что — если кувшин падает на камень, горе кувшину. Если камень падает на кувшин — горе кувшину. Всегда, всегда горе кувшину. Председатель колхоза и есть тот самый кувшин.
К у л и к о в. Звали, Артем Николаевич?
Т р е у м о в. Найдешь сегодня же Васютину и купишь у нее для колхоза дом.
К у л и к о в. Разве она уезжает?
Т р е у м о в. Замуж за городского собралась. За ценой не стой, дом этот нужен позарез. У тракториста Коли жена собрались рожать.
К у л и к о в. Не жирно ли будет? Парень совсем молодой.
Т р е у м о в. Разве сперва состариться надо, чтобы начать жить по-человечески?
К у л и к о в. Понятно.
Т р е у м о в. Оставь, я подпишу. А ты пока проводи Василия Арсланкизовича к машине, а то он скучать начал.
Ю с у п о в. Самому делом захотелось заняться.
К у л и к о в. На вашем «Москвиче» поедем?
Т р е у м о в. Нет. Скажи Сене, чтобы завел газик. Идите, я быстро.
Аннушка!.. А я собирался зайти к тебе вечером.
А н н а. Зачем?
Т р е у м о в. Беда у меня, Аня.
А н н а. У тебя беда?
Т р е у м о в. Может быть, мне придется уехать… на несколько лет.
А н н а. Что же ты хочешь от меня?
Т р е у м о в. Присмотри за Тоней, а? Девочка она еще молодая, легкомысленная поэтому. Ей может понадобиться твой совет, участие твое. Отнесись к ней по-матерински, ладно?
А н н а. По-матерински…
Т р е у м о в. Подожди, а почему ты не спрашиваешь, что у меня случилось? Ты… ты уже знаешь, да?
А н н а. Расскажи, как это произошло, Артем.
Т р е у м о в. Ехал я на станцию Юсупова встречать. Тут он и выскочил из-за поворота на мотоцикле…
А н н а. На мотоцикле…
Т р е у м о в. Так на полной скорости и влетел в машину…
А н н а. Он… Он был еще жив, когда ты вез его в больницу?
Т р е у м о в. Не мучь меня. Я не хочу вспоминать об этом.
А н н а. Нет, ты расскажешь все подробно, не забывая ничего.
Т р е у м о в. Тебе-то это зачем?
А н н а. Я хочу знать, как погиб мой сын…
Т р е у м о в. Так это был Димка…
С т а р у ш к а Д а р ь я. Ох!.. Ой, люди, ужас!.. Чистый ужас!..
Б а б а П а ш а. Что стряслось?
С т а р у ш к а Д а р ь я. Задавил!..
Б а б а П а ш а. Сядь ты, отдышись…
С т а р у ш к а Д а р ь я. Треумыч наш! Задавил парня!
Б а б а П а ш а
С т а р у ш к а Д а р ь я. Истинная правда!.. Шурка, племяш мой, в милиции служит. Сейчас прикатил домой на своей мотоциклетке, поесть чтоб, ну и за столом поведал. Вчерась ночью Треумыч машиной своей сшиб насмерть Димку, сынка Анны Кормилицыной. Она уже и в морге была!..
Б а б а П а ш а. Бедная-а…
С т а р у ш к а Д а р ь я. Годочку в тридцать девятом… ну да, в сороковом, Анна с Артемом любовь начали крутить. Да такую красивую, что все бабы на селе завидовали, по ночам в подушку плакали. Как поется, он ее на руках носил, а она с него глаз не сводила.
Б а б а П а ш а. Любовь?
С т а р у ш к а Д а р ь я. Любовь! Треумыч тогда не сивый был, а парень — цвет! Весь видный из себя такой. Ох, время!..
Б а б а П а ш а. А дальше?
С т а р у ш к а Д а р ь я. Будешь вякать под руку, вообще ничего не услышишь!.. Многие вокруг Анны увивались, а больше всех бился за нее Прошка Кормилицын. Бог статью его тоже не обидел… Я тогда была женщина ничего себе и Прошку этого пыталась к себе подманить.
Б а б а П а ш а. Тьфу, охальница!
С т а р у ш к а Д а р ь я. Да куда там! Прошка, кроме Анны, и глядеть ни на кого не хотел! А помню все хорошо, потому как мне и до сих пор обидно… Дрались они с Артемом Треумовым каждый вечер за дальней околицей. Смертным боем бились! Ну, родители их видят такое дело и решили побыстрей свадьбу сыграть, пока парни друг друга не покалечили. И-и!.. Как узнал Прошка, как заплакал, как запил!.. Но вдруг затих и отошел в сторону. И тут, на радость ему, перед самой свадьбой… Треумыча нашего и заарестовали и увезли куда неизвестно.
Б а б а П а ш а. Ох!.. За что его, родного?
С т а р у ш к а Д а р ь я. Конюшня за день до свадьбы сгорела, а Треумыч в то время конюхом при ней был. Ну, Анна поплакала-поплакала, погоревала годик да и пошла под венец с Прошкой Кормилицыным. От него и сына понесла, которого Треумыч вчера машиной сшиб.
Б а б а П а ш а. Ну и чё?
С т а р у ш к а Д а р ь я. А ты соображай! Это же Прошка Кормилицын сам конюшню поджег и сам куда надо тихое письмишко бросил, на Артема указав. А там не разобрались, и… Это уж потом прознали, когда Треумыч в сорок пятом в село вернулся. Да ты не помнишь! Ты тогда еще в Рябиновке жила. А у меня все как есть перед глазами стоит! Помню, вернулся Треумыч в шинельке старенькой и у всех допытывался: где, мол, Прошка? А тот на войне сгинул. Наказал его бог за злое дело. Теперь соображаешь, откуда ветер дует, гарь несет?.. Нет, темная ты, как два часа ночи! Треумыч-то затаил зло! Прошку самого не достал, так на сыне его безвинном отыгрался за свою поломанную жизнь! Выбрал ночку да и сшиб паренька машиной собственной!..
С л е д о в а т е л ь. Подпишите протокол.
Вот и все, Артем Николаевич.
Т р е у м о в. Как она читается?
С л е д о в а т е л ь. Неумышленное нанесение тяжких телесных травм, повлекших смерть пострадавшего.
Т р е у м о в. Сколько же за это могут дать?
С л е д о в а т е л ь. Сие, как говорится, компетенция суда. От условного наказания до десяти лет тюремного заключения.
Т р е у м о в. Я могу идти?
С л е д о в а т е л ь. Артем Николаевич, мы с вами много раз встречались… Как человек вы мне симпатичны, теперь, когда следствие закончено, я имею право это сказать. Производя дознание, я искренне сочувствовал вам — нелепая, трагическая случайность с этим Дмитрием Кормилицыным. Кстати, вы раньше были знакомы с ним?
Т р е у м о в. Мы из одного села.
С л е д о в а т е л ь. Да-да, судьбы хитросплетения. Знаете, Артем Николаевич, когда я вижу на улице попавшую в аварию машину, мне всегда становится как-то не по себе. Вот, думаю, ехал куда-то человек, спешил на деловое свидание, на дачу, к любимой женщине, и вдруг — авария! Никем не предусмотренная, не предопределенная… И все, что еще минуту назад ему казалось чрезвычайно важным, все это сразу становится мелким, незначительным в сравнении со случившимся. Меняется точка зрения. А если, как у вас, со смертельным исходом… Вы давно знали Дмитрия Кормилицына?
И близких его — отца, мать?
Т р е у м о в. Да.
С л е д о в а т е л ь. Должно быть, очень тяжело чувствовать себя, хотя бы косвенно, виновным в гибели знакомого человека. Сочувствую вам. Хотя старые юристы утверждают, что в своей смерти на семьдесят процентов виноват сам убитый. Парадоксально, но часто бывает именно так. Вы хорошо знали его родных?
Т р е у м о в. Я вам уже говорил — мы из одного села.
С л е д о в а т е л ь. Я мало что знаю о вашей прошлой жизни.
Т р е у м о в. Я обязан рассказать свою биографию?
С л е д о в а т е л ь. Желательно. У меня есть для вас приятный сюрприз. Мне хотелось бы понять, чем он вызван.
Т р е у м о в. Что ж… Биография обыкновенная. Родился в тысяча девятьсот двадцать первом году. Отец пахал землю, и я с пятнадцати лет начал заниматься тем же. Потом началась война, пошел на фронт…
С л е д о в а т е л ь. Со штрафным батальоном…
Т р е у м о в. Не так уж плохо вы знаете мою прошлую жизнь.
С л е д о в а т е л ь. Продолжайте.
Т р е у м о в. Да, со штрафным батальоном. Но после ранения на Курской дуге воевал уже в воинской части, сапером.
С л е д о в а т е л ь. Награды имеете?
Т р е у м о в. Орден Красного Знамени и медали. После войны вернулся в свое село. Работал трактористом, потом окончил сельхозтехникум, институт. Был агрономом, затем выбрали председателем.
С л е д о в а т е л ь. Почему вы скрыли, что уже однажды были осуждены?
Т р е у м о в. Я считал, коли судимость снята, то и вспоминать о ней нечего.
С л е д о в а т е л ь. Если бы не смерть Дмитрия Кормилицына.
Т р е у м о в. Куда вы клоните?
С л е д о в а т е л ь. Вы были осуждены по ложному навету Кормилицына-отца, так? Который, как выяснилось, сам же поджег конюшню.
Т р е у м о в. Это старая история, я про нее забыл… Постойте, неужели вы могли предположить, что я намеренно сбил Дмитрия Кормилицына?
С л е д о в а т е л ь. Именно такой нехороший слушок идет по вашему селу. Я обязан проверить и эту версию… Какие отношения у вас были с погибшим?
Т р е у м о в. Дима был сыном женщины, которую я любил.
С л е д о в а т е л ь. И он был против вашей связи?
Т р е у м о в. Это не связь, Анна моя жена.
С л е д о в а т е л ь. Разве вы официально зарегистрированы в загсе?
Т р е у м о в. По-вашему, печать в паспорте — это главное?
С л е д о в а т е л ь. Почему вы все же не оформили ваши отношения юридически?
Ладно. Дмитрий Кормилицын бывал у вас дома?
Т р е у м о в. Они дружили с моей дочерью. Но обычно он приходил, когда меня не было дома.
С л е д о в а т е л ь. Вы пытались убедить его, чтобы он не мешал вашему счастью с Анной?
Т р е у м о в. Много раз.
С л е д о в а т е л ь. Угрожали?
Т р е у м о в. Что вы!
С л е д о в а т е л ь. Почему он так был против вашей женитьбы?
Т р е у м о в. Не знаю.
С л е д о в а т е л ь. Чувствовал свою вину за подлость отца?
Т р е у м о в. Наверно. Мне не хотелось бы говорить на эту тему.
С л е д о в а т е л ь. Я делаю это в силу своего служебного долга… Вообще, должен заметить, вашим делом интересуются многие люди. Звонило начальство из района и даже из области.
Т р е у м о в. Вот как?
С л е д о в а т е л ь. Да, звонят. Вас ценят.
Т р е у м о в. Как странно все переплелось в жизни моей… Сперва отец, потом сын… Не смог я до сердца Димкиного добраться, настойчивости не хватило… Если бы я уговорил его и Аню жить вместе со мной, может быть, этого несчастья и не случилось бы…
С л е д о в а т е л ь. В конце концов, Артем Николаевич, все образуется. Мне приходилось допрашивать людей и с более страшной судьбой. И ничего, потом встречал их живыми, здоровыми и даже веселыми.
Т р е у м о в. Может быть… Но я, наверно, никогда уже не стану прежним. Почти сына родного убил!..
С л е д о в а т е л ь. Да, вам можно посочувствовать… А теперь отдохните душой, Артем Николаевич.
Читайте вслух.
Т р е у м о в
С л е д о в а т е л ь. Многое я бы дал, чтобы это письмо относилось ко мне… Давайте сюда. Надо подшить его к делу.
Т р е у м о в. Разрешите оставить его себе?
С л е д о в а т е л ь. В суде любят такие письма.
Т р е у м о в. Я прошу вас.
С л е д о в а т е л ь. Артем Николаевич, я человек молодой по сравнению с вами. Мне не пришлось пережить всего того, что выпало на долю вашу. Меня часто мучает один вопрос… Вы были осуждены по навету подлеца. Но вот началась война. Вы обращаетесь с ходатайством к лагерному начальству с просьбой направить вас на фронт. Что же происходит дальше? Вам, бывшему заключенному, дают в руки винтовку, и вы идете на фронт, где проливаете кровь за ту же Советскую власть, которая вас несправедливо обидела, — назовем это так. Ведь это же абсурд! Таких прецедентов нет во всей мировой истории! Вы же живой человек, вы не могли так просто все забыть и не затаить обиды на несправедливость!
Т р е у м о в. Опять покупаете, гражданин следователь?
С л е д о в а т е л ь. Нет, клянусь вам, нет! Мне надо это понять… для себя.
Т р е у м о в. Вас в детстве родители били?
С л е д о в а т е л ь. Случалось.
Т р е у м о в. Разве потом вы всю жизнь таили на них обиду за это? Пусть даже если они и выдрали вас несправедливо?
С л е д о в а т е л ь. И все же?
Т р е у м о в. Переживал я тяжело, в лагере даже хотел руки на себя наложить… Но я был обижен на конкретных людей, с конкретной фамилией, именем и отчеством. Обижаться на всю Советскую власть… Это мне как-то даже в голову не приходило. Ну, как на мать, что ли…
С л е д о в а т е л ь
Б а б а П а ш а. Ох, иль нога у меня болит, иль печень…
С т а р у ш к а Д а р ь я. Анекдот про кур слыхали, девоньки?
Б а б а П а ш а. Это какой?
С т а р у ш к а Д а р ь я. Ну, старый петух встречает молодого петушка и молвит: «Хошь голых кур поглядеть?» Молодой — соответственно: «Желаю». Старый и привел его на базар.
Б а б а П а ш а. Ну и чё?
С т а р у ш к а Д а р ь я. Как «чё»? Куры там, на прилавке, ощипанные лежат. Голые то исть.
Б а б а П а ш а. Охальница!.. Сморозит Дарья, хошь стой, хошь падай!..
Ты что такая смурная, Зинаида?
В а с ю т и н а. Бросил меня механик…
Б а б а П а ш а. О господи!
С т а р у ш к а Д а р ь я. Как же ты его упустила, бедная?
В а с ю т и н а. Упустила-а!..
С т а р у ш к а Д а р ь я. Ах ты, неопытная Варвара!
В а с ю т и н а. Я же ругала его любя! Чтоб руку женину чувствовал, не шкодил на стороне, боялся!..
Б а б а П а ш а. Может, под машину попал? Вон сколько их развелось!
В а с ю т и н а. Узнавала я по милициям, пока братан его Шурка не пришел и не попросил освободить квартиру.
С т а р у ш к а Д а р ь я. О машинах-то… Слыхала, Зинаида, наш-то Треумыч автомобилем убил Дмитрия, сына Анны Кормилицыной?
В а с ю т и н а. Сказились люди! Треумыч, он мужчина, конечно, серьезный, но чтоб такое — ни в жизнь не поверю!..
Я вас дожидаюсь, Артем Николаевич. Давеча приходил ко мне Куликов Юрий Петрович и требует, чтоб я дом свой колхозу продала!
Т р е у м о в. Ты же сама этого хотела?
В а с ю т и н а. Тогда хотела, сейчас передумала!
Т р е у м о в. Ведешь себя как девочка с бантиками! Отвечать надо за свои слова.
В а с ю т и н а
Т р е у м о в. Разошлись? Да утри слезы!
В а с ю т и н а. Напрочь! Как в море корабли… Возьмите обратно в колхоз, Артем Николаевич! Я уже и вещички из города обратно привезла.
Т р е у м о в. Черт, дом мне твой был очень нужен…
В а с ю т и н а. А я хоть умри под забором?!
Т р е у м о в. Живи под своей крышей, придумаем что-нибудь.
В а с ю т и н а. Придумай, Артем Николаевич, на то ты и председатель. А я завтра на работу уже выйду.
Т р е у м о в. Правильно про тебя говорят, Зинаида, — цекавая ты женщина.
В а с ю т и н а. Такая уж уродилась!
Т р е у м о в. Что ж с тобой делать, выходи. Скажешь Соломину — я разрешил.
В а с ю т и н а. Вот спасибочки, Артем Николаевич! Век буду помнить!..
С о л о м и н. Здравствуйте, Артем Николаевич. Я организовал собрание на ферме, а вы не пришли. По поводу наших обязательств, помните?
Т р е у м о в. Что, передумал?
С о л о м и н. Почему же? И я, и доярки остались при своем мнении.
Т р е у м о в. Успел накрутить их?
С о л о м и н. Девчата и без меня понимают, что это будет игра в одни ворота, а не обязательства. А новых, повышенных, как предлагает Куликов, нам в этом году не осилить. Не те корма.
Т р е у м о в. Отчего ты такой настырный, Яша?
С о л о м и н. Просто я уважаю свое дело.
Т р е у м о в. Уважаешь? А может быть, ты просто не понимаешь, чем это может грозить лично тебе?
С о л о м и н. Чем же?
Т р е у м о в. Можешь испортить себе карьеру.
С о л о м и н. Артем Николаевич, нельзя же доить в грязное ведро — молоко скиснет! Ну кому от туфтовых обязательств будет выгода? Вам, мне, колхозу?!
Т р е у м о в. Куликов поставил вопрос о твоем поведении на партбюро. Не боишься?
С о л о м и н. Я уверен, что не все партбюро думает так, как Куликов!
Т р е у м о в. Я тоже так думаю. Но все же, на будущее, не лезь зря на рога, Яша. Люди — они разные. Будь тоньше. Главное — это дело, которому служишь, а не собственный гонор…
К о л я. От имени всей нашей семьи молодой мы пришли поблагодарить вас, Артем Николаевич!
Т р е у м о в. За что, Коля?
К о л я. За чуткость. Вы вошли в наше сложное семейное положение. Куликов уже сказал, что для нас колхоз покупает дом у Васютиной!
Н а т а ш а. Огромное спасибо, Артем Николаевич!
Т р е у м о в. Дела… Заходите, товарищи.
Н а т а ш а. А мы так обрадовались…
Т р е у м о в. Очень хотелось помочь вам, но так уж получилось. Нет пока в колхозе свободного жилья…
С о л о м и н. Знаете что, ребята? Переезжайте пока ко мне, а? Живем мы с мамой вдвоем, а дом у нас большой…
К о л я. Здесь нищих нет! Мы требуем то, что нам положено, не милости просим!
С о л о м и н. Временно, пока вам дом построят…
К о л я. Васютина может раздумать! Но мы с Натальей не Васютина, мы уедем! Это точно!
Т р е у м о в. Дело ваше, ребятки.
К о л я. Почему вы так, Артем Николаевич?
Т р е у м о в. Я устал. От вас устал, от всего устал. Идите себе, ребята.
К о л я. Пойдем, Наталья. Они еще пожалеют о нас!..
С о л о м и н. Шебутные ребята, особенно Коля… Все жалеют о случившемся, Артем Николаевич, Все село… Надо же так… Я могу чем-нибудь помочь, Артем Николаевич?
Т р е у м о в. Спасибо, Яша.
С о л о м и н. Я, пожалуй, пойду, Артем Николаевич? Девчата ждут на ферме.
Т р е у м о в. Иди, Яша.
Г о л о с К о з и н ц а. Это Козинец.
Т р е у м о в. Здравствуй, Гаврила Иванович.
Г о л о с К о з и н ц а. Должен огорчить, Артем Николаевич: нет сейчас возможности построить вам дорогу. Ни грейдерной, ни тем более асфальтированной.
Т р е у м о в. Тогда передай там, что у колхоза «Вперед» тоже нет сейчас ни желания, ни возможности осваивать земли за Черной речкой.
Г о л о с К о з и н ц а. Выходит, ты хитрил, когда подписывал проект? Решил надуть простака Козинца?
Т р е у м о в. Рано или поздно вы нам этот газ проведете…
Г о л о с К о з и н ц а. Если не согласишься осваивать, то поздно. Это я тебе обещаю! Хотя твой старик и мутит воду…
Т р е у м о в. При чем здесь Юсупов? Нам дорога сейчас нужнее, чем газ…
Г о л о с К о з и н ц а. Господи, далась тебе эта дорога! Сто лет жили без нее и еще столько же проживете!
Т р е у м о в. Нет. Теперь не проживем. В селе почти в каждом доме есть или мотоцикл с коляской, или собственная машина. При наличии дорог это же одно удовольствие — в свободное время съездить всей семьей в город. Всего и времени уйдет час-полтора! Зато люди и по магазинам могут походить, и в кино, и в театр тоже. Да куда хочешь! И не надо им будет на поезд спешить, толкаться в рейсовом автобусе. Сам себе человек хозяин!
Г о л о с К о з и н ц а. Скажи честно, Артем: может быть, я тебя чем обидел?
Т р е у м о в. При чем здесь наши отношения?! Пойми, пока нет дороги, людей чуть ли не силой приходится удерживать в селе, особенно молодежь! Хотя зарабатывают в колхозе в два раза больше, чем могли бы в городе! У моих, я знаю, сейчас в кубышке на три машины накоплено, а все равно рвутся в город! Там жить интересней. Нам позарез нужно асфальтированное шоссе, а не эта фронтовая дорога с грязью по пояс!
Г о л о с К о з и н ц а. Артем Николаевич, все уже знают о твоей беде, хотят помочь по мере возможности. Так что не дразни гусей. Не раздражай своей строптивостью. Прими это как дружеский совет. Подумай хорошенько.
Т р е у м о в. И все же я скажу тебе — нет.
К у л и к о в. Проходите, товарищи, в кабинет, рассаживайтесь… Итак, сегодня у нас первое совместное заседание правления колхоза. Все мы сожалеем о трагическом случае, произошедшем с бывшим председателем Артемом Николаевичем Треумовым. Но, как говорится, от тюрьмы да от сумы… В общем, живым жить. Артем Николаевич много сил и энергии отдал нашему хозяйству, и я глубоко уважаю его стиль, методы и общее направление руководства. Но!.. Но многое Треумов недопонимал в силу своего возрастного консерватизма. Главным его просчетом, на мой взгляд, была недооценка освоения колхозом новых земель…
Т о н я
К у л и к о в
Т о н я. Папу будут судить!
К у л и к о в. Я знал об этом.
Т о н я. Почему он молчал об аварии?!
К у л и к о в. Не хотел раньше времени расстраивать, жалел тебя.
Т о н я. А ты? Все село знает, одна я как дурочка!
К у л и к о в. Мне очень жаль, что с Артемом Николаевичем произошла такая трагическая история…
Т о н я. Господи, а Димка, Димка Кормилицын мертвый!.. Мы с ним в это воскресенье собирались на Дальнее озеро за кувшинками…
К у л и к о в. Я уже говорил со знающими людьми. Они говорят, что, возможно, Артему Николаевичу дадут условный срок. Если суд не применит к нему уголовную часть статьи.
Т о н я. Уголовную? К папе?!
К у л и к о в. Машина была неисправна. Он не имел права выезжать на ней. Так мне объяснили.
Т о н я. Так уже больше никогда не будет… Я как представлю, что папа там, в тюрьме, один…
К у л и к о в. Мы будем писать ему каждый день, посылать посылки. Мы станем его опорой… А если меня выберут председателем колхоза, у нас появится еще больше возможности помогать Артему Николаевичу. Председатель, сама понимаешь, это не какой-нибудь экономист.
Т о н я. Где сейчас может быть отец?
К у л и к о в. Наверное, в правлении.
Т о н я. Папа, папа… Я пойду к нему!..
К у л и к о в. Подожди минутку, Тоня… Раз уж случилась такая беда… В общем, поддержи мою просьбу перед отцом.
Т о н я. Какую просьбу?
К у л и к о в. Я хочу, чтобы Артем Николаевич рекомендовал меня на должность председателя колхоза.
Т о н я. Кем же тогда будет папа?
К у л и к о в. Его будут судить.
Т о н я. Ну и что?
К у л и к о в. Разве ты не понимаешь?
Т о н я. Да, конечно… Теперь понимаю.
К у л и к о в. Жизнь надо принимать такой, какая она есть.
Т о н я. А если папе дадут условно?
К у л и к о в. Дай бог. Но это ничего не изменит. Осужденный условно не имеет права занимать такую ответственную должность.
Т о н я. Какое отношение имеет авария к его работе?
К у л и к о в. Все это так, но знаешь, как бывает… Я вот думал, прикидывал по-разному. Лучше моей кандидатуры — это я без ложной скромности говорю — Артем Николаевич вряд ли кого найдет. А к его рекомендации обязательно прислушаются в области. Смотри, высшее экономическое образование — раз! Пять лет работы в колхозе без единого взыскания — два! И молодой — три! Сейчас везде молодых выдвигают, наше время пришло.
Т о н я. Как ты вообще можешь сейчас думать об этом? Беда случилась, беда!
К у л и к о в. Став председателем, я больше сумею помочь Артему Николаевичу!
Т о н я. Папа!.. Я тебя люблю, люблю, папа!..
Т р е у м о в. Сказал?
Ладно, Антон, успокойся… Чему быть, того не миновать… Успокойся… Поставь-ка лучше чаю.
К у л и к о в. Поверьте, Артем Николаевич, мне искренне жаль. Не знаю даже, что сказать…
Т р е у м о в. Да, Юра, беда…
К у л и к о в. Артем Николаевич, а если подключить Юсупова? Может быть, он повлияет на суд?
Т р е у м о в. Каким образом?
К у л и к о в. Заслуженный человек, орден Ленина… Выступит на суде, даст вам положительную характеристику, а? Правление колхоза подготовит коллективное письмо. Ну, вы знаете, как это делается.
Т р е у м о в. Ты еще не раздумал жениться на Тоне?
К у л и к о в. Хорошего вы мнения обо мне, Артем Николаевич!
Т р е у м о в. Извини, Юра, неудачно пошутил. А Юсупов… Нет, не надо. Ему не надо говорить об этой истории. Его в Москве ждет сын с невестой, а если он узнает, то бросит все и начнет обивать пороги. Такой он человек. Да и ничего это не даст.
К у л и к о в. Спасибо, Артем Николаевич…
Т р е у м о в. И береги нашего Антона. Люби ее и жалей.
К у л и к о в. Не беспокойтесь, Артем Николаевич… Артем Николаевич…
Т р е у м о в. Да?
К у л и к о в. Не знаю, как начать… Я понимаю, сейчас не время заводить этот разговор, но завтра может быть уже поздно. Сами понимаете, почему…
Т р е у м о в. Смелей, Юра.
К у л и к о в. Только, пожалуйста, поймите меня правильно.
Т р е у м о в. Постараюсь.
К у л и к о в. Вы всегда относились ко мне хорошо, можно сказать — как к сыну. Поэтому я и решаюсь сейчас попросить вас об одолжении. Порекомендуйте меня на должность председателя колхоза?
Т р е у м о в. Какого?
К у л и к о в. Нашего.
Т р е у м о в. Но я, кажется, еще не умер?
К у л и к о в. Конечно-конечно, Артем Николаевич! Я был бы искренне рад, чтобы вся эта история с аварией кончилась благополучно! Но завтра суд, а как там решат — неизвестно еще.
Т р е у м о в. Понятно.
К у л и к о в. Артем Николаевич, только поймите меня правильно!..
Т р е у м о в. Да нет, ты прав, Юра. Действительно, все может быть. Но я вряд ли смогу выполнить твою просьбу. Уж ты прости меня.
К у л и к о в. Разве я плохой специалист?
Т р е у м о в. Нет. Дело свое ты знаешь отлично.
К у л и к о в. Не честен или замешан в какой-нибудь плохой истории?
Т р е у м о в. Я не могу этого сказать.
К у л и к о в. Я вам неприятен как человек?
Т р е у м о в. Наоборот, иначе бы я не отдал за тебя Тоню.
К у л и к о в. Тогда почему, Артем Николаевич?
Т р е у м о в. Видишь ли, Юра… Председатель колхоза — это… Ну как на судне капитан. Очень много власти, и очень много людей будут зависеть от тебя. И мне кажется, что ты еще не готов к этому.
К у л и к о в. Вы сами недавно высказали такую мысль, я запомнил ее: «Разве надо состариться, чтобы начать жить хорошо?» Чтобы заняться интересной работой, мне обязательно надо ждать, когда голова станет седой или лысой?
Т р е у м о в. Твой возраст здесь ни при чем. Может быть, для тебя это прозвучит неубедительно, но я вот тут
Т о н я. Юра, послушай папу…
К у л и к о в. Не мешай, Тоня. Вы нелогичны, Артем Николаевич. Единственную дочь вы можете отдать в жены «человеку без сострадания», а свою должность — нет?
Т р е у м о в. Во-первых, моя должность не наследная, как у короля, а во-вторых, это разные вещи, не путай их. Тоня любит тебя, и, я надеюсь, ты ее тоже.
К у л и к о в. Извините, но вы уходите от вопроса.
Т р е у м о в. Я отдаю не должность, Юра, а целый колхоз, населенный живыми людьми.
К у л и к о в. Вы, Артем Николаевич, как тот Дон Кихот: отбил стадо баранов и не взял себе ни одного.
Т р е у м о в. Дон Кихот, Юра, бился не за мясо, а за принципы. Так мне кажется.
К у л и к о в. Что же… Нет так нет. Но мне любопытно, если не секрет, кого бы вы хотели видеть на своем месте?
Т р е у м о в. Себя.
К у л и к о в. Без шуток, Артем Николаевич. Кого?
Т р е у м о в. Не знаю. Возможно, Соломина…
К у л и к о в. Яшку?! Это же анекдот!.. Соломин просто-напросто не советский человек!
Т р е у м о в. Мне кажется наоборот. У него есть собственное мнение…
К у л и к о в. И у меня тоже!
Т р е у м о в. И чувство собственного достоинства. Поэтому на него можно положиться.
К у л и к о в. Раньше вы этого почему-то не замечали.
Т р е у м о в. К сожалению. Но теперь, когда соберется общее колхозное собрание и я смогу сказать на нем свое слово, оно будет о Соломине.
К у л и к о в. Вам-то что теперь до этого колхоза?! Дай бог, чтобы вы вернулись сюда через три года!
Т о н я. Вот ты, оказывается, какой…
К у л и к о в. Дурочка, я о нас с тобой думаю! О нашем будущем!
Т о н я. Будущем, построенном на папином горе?
Т р е у м о в. Подождите, ребята, не так категорично…
К у л и к о в. Ты так себя ведешь, потому что не знаешь, что такое жизнь! Все время пряталась за широкой отцовской спиной! А что такого особенного я прошу?!
Т о н я. Я поняла… Папа, ему плевать на нашу беду! Для него главное — дорога в председатели открылась!
К у л и к о в. Подумайте, Артем Николаевич, о Тоне, если уж меня ни во что не ставите.
Т о н я. Уходи! Чтобы больше тебя не было в нашем доме!
К у л и к о в. Ой, Тоня, не спеши бросаться словами. Теперь у тебя той малины уже не будет!
Т о н я. Папа, пусть он уйдет!
Т р е у м о в. Мне кажется, вы оба горячитесь…
К у л и к о в. Вы поняли меня, Артем Николаевич?
Т о н я. Ненавижу!..
К у л и к о в. Я зайду к вам попозже.
Т р е у м о в (подходит к двери, стучит). Тоня… Тоня, открой…
Т о н я
Т р е у м о в. Дорогая моя, хорошая…
Ты где пропадаешь, гулена? Я уже забыл, как выглядит мой гость.
Ю с у п о в. Секрет! Где я был, там меня уж нет!
Т р е у м о в. А сейчас откуда такой веселый?
Ю с у п о в. Артем, дорогой, твой Соломин напоил старого Юсупова! Как это? Молочком от бешеной коровки, да!.. Зашел, понимаешь, ферму посмотреть, как у него дело поставлено. Потом попросил молока — пить, говорю, хочу. А сукин сын, этот Соломин, смеется: «Дядя Вася Юсупов, это еще Чехов заметил: «Целый день мучила жажда — оказалось, что просто хотелось выпить!» И потащил меня к себе в кабинет. Ну, не сукин сын?! О, да ты опять как осенняя туча, Эй!.. «Миг, данный нам, в веселье проведи!» Не плачь о прошлом, не страшись грядущего, Артем!
Т р е у м о в. Что-то в последнее время уставать начал, старею, наверно… Где еще был, Василий?
Ю с у п о в. Кругом! Все обошел, даже на твой хутор ездил — Ма-ли-нов-ку!.. Я очень боялся, когда ехал к тебе в гости. Часто так бывает — и человек хороший, и приятен тебе, и все понимает, а придешь в его дом, — там плохо. Пол грязный, крыша течет, окна немытые… Обидно становится!.. Ты молодец, Артем. Я теперь еще больше тебя любить начал. Ведь земля у вас трудная, суровая земля.
Т р е у м о в. Мне приятны твои слова, Василий Арсланкизович. Жаль, не все успел…
Ю с у п о в. Сделаешь все, что наметил, Артем! Главное — желание есть.
Т р е у м о в. Желание есть, а времени нет.
Ю с у п о в. Сожми руку!
Т р е у м о в. Зачем?
Ю с у п о в. Сожми, говорю!
Т р е у м о в. У меня, к сожалению, другие сведения. Козинец обиделся.
Ю с у п о в. Сегодня твой богдыхан Козинец обиделся, а завтра его вызовут в райком, и он потом первым будет тебе улыбаться!
Т р е у м о в. Теперь понятно, почему Козинец вспоминал тебя… Что ты делал в райкоме?
Ю с у п о в. Секрет!
Т р е у м о в. Как сказал бы Соломин: «Ну ты даешь, дядя Вася!..» Кого бы ты назначил председателем — Соломина или Юру Куликова?
Ю с у п о в. Тебя!
Т р е у м о в. Без шуток!
Ю с у п о в. Я немного их знаю. Но я думаю так, что бычок Соломин лучше. Он чем-то похож на тебя. На тебя, которого я люблю!
Т р е у м о в. Эх!..
Ю с у п о в. Артем, я все время видел, что у тебя какие-то неприятности. Ты не говорил — я не спрашивал. Но я все равно знаю. Мне другие люди рассказали.
Т р е у м о в. Да, Василий, беда.
Ю с у п о в. Не буду тебя утешать — действительно беда. Но ты должен верить, Артем, дорогой. То, что упало на голову, должны выдержать ноги.
Т р е у м о в. Я постараюсь… Ты когда уезжаешь?
Ю с у п о в. Теперь я никуда не поеду, пока суда не будет.
Т р е у м о в. Тебя ждет сын в Москве, ему жениться надо.
Ю с у п о в. Э, в его возрасте уже пора самому решать, кто будет его жена. Ошибется — в другой раз умнее будет.
Т р е у м о в. Спасибо, но, ей-богу, зря. От того, останешься ты здесь или уедешь, ничего не изменится.
Ю с у п о в. Изменится, Артем. Я уже был у многих людей, во многих организациях. Понял, э?
Т р е у м о в. Зачем все это?
Ю с у п о в. Я друг, только чтобы водку пить вместе, так? Сейчас настал тот день для тебя, когда человек, если он один, он может упасть. Двигун твой, сердце, вдруг возьмет и замолчит. И упадешь лицом в стол. Хочешь так, нет? Ты ладно, а мы, друзья твои и близкие, как мы после этого жить будем, ты подумал об этом?! Э? Молчишь, не знаешь. И я не знаю, и дочка твоя Тоня не знает, Аннушка тоже не знает…
Т р е у м о в. Меня пугает не смерть, не тюрьма… Душа у меня больная. Не знаю, как жить дальше буду, как смотреть в глаза Анне, другим людям…
Ю с у п о в. А письмо мальчика-школьника забыл?
Т р е у м о в. Ты и у следователя побывал?
Да, письмо хорошее, доброе письмо…
А н н а. Мне надо поговорить с тобой, Артем.
Ю с у п о в. Хочу сказать два слова, а потом уйти… Это очень даже хорошо, Аннушка, что ты пришла. Ты даже сама не знаешь, как это хорошо! Сегодня настал тот день, когда ни ты, Артем, ни ты, Аннушка, больше не должны быть поодиночке. Права не имеете, если вы люди. Ты должна переехать в этот дом и расписаться с Артемом…
Да, Аннушка, да!
Т р е у м о в. О чем ты говоришь, Василий…
Ю с у п о в. Вы обязательно должны быть сейчас вместе. Иначе вам не устоять против несчастья. Я понимаю, такое решение вам трудно принять, но вот прошлым летом я был в Германии, у своего немецкого друга. Если бы другим летом, сорок первого года, кто-нибудь сказал бы мне, что будет такое возможно, я бы застрелил этого человека из своей трехлинейки!.. Но время, Аннушка, время. Дай человеку время и надежду. А время все вернет. Теперь я ушел.
А н н а. Я и пришла поэтому, Артем… Все эти ночи я не спала, думала о случившемся. Вспоминала нашу с тобой горькую жизнь. Тот пожар на конюшне… Свое предательство, когда вышла замуж за Кормилицына… Видно, бог меня наказал за это…
Я тебя не виню, Артем, и хочу, чтобы ты знал это…
Т о н я
А н н а. Что бы с тобой ни случилось, как долго тебя ни будет, Артем, я всегда буду тебя ждать…
С о к о в н и к о в. Артем Николаевич!.. Вот мы снова и свиделись! Спасибо вам за сигареты.
Т р е у м о в. Здравствуйте.
С о к о в н и к о в. Вам не кажется, Артем Николаевич, что этот мир слишком тесен?
М и л и ц и о н е р. Разговаривать запрещено.
С о к о в н и к о в. Мы по разному делу проходим, сержант.
М и л и ц и о н е р. Не полагается.
Т р е у м о в. Послушайте, Соковников… Вы адреса своих шабашников из бригады помните?
С о к о в н и к о в. Зачем они вам?
Т р е у м о в. Молодожены у меня, трактористы. Жить им негде, а они ребенка ждут…
С о к о в н и к о в. Господи, Артем Николаевич! О чем вы думаете?! Сейчас вам вкатают срок, так не до молодоженов будет!
Т р е у м о в. За месяц построят дом? Мы за ценой не постоим!
М и л и ц и о н е р. Прекратить разговоры!
Т р е у м о в
С о к о в н и к о в. У меня есть только адрес бригадира. Напишите ему, а он остальных соберет. Записывайте.
Т р е у м о в. Говорите, я запомню.
С о к о в н и к о в. Ростов-на-Дону, Темерницкая улица, дом тридцать, квартира два.
Т р е у м о в. Темерницкая, тридцать, квартира два…
М и л и ц и о н е р. Треумов — на выход!
Т р е у м о в. Дом тридцать, квартира два… А фамилия, фамилия бригадира?!
М и л и ц и о н е р. Поторапливайтесь.
С о к о в н и к о в. Сомов. Его фамилия Сомов!..
Что за человек такой?..
З а х а р о в н а.
Н и к о л а й.
М а н я - В а н я.
С и м а.
Л я д я е в а.
Т а и с ь я.
М и р о ш н и к о в.
З а х а р о в н а. Так я к вам…
П е р в а я с в я т а я. Ты не к нам, ты к нему.
В т о р а я с в я т а я. Сейчас явится. Ты жди.
З а х а р о в н а. Я жду.
В т о р а я с в я т а я. Терпеливо жди.
З а х а р о в н а
П е р в а я с в я т а я
З а х а р о в н а
Т р е т ь я с в я т а я. Боже мой!
З а х а р о в н а
Ч е т в е р т а я с в я т а я
В т о р а я с в я т а я. И когда это кончится?
П е р в а я с в я т а я. Не богохульствуйте.
Н и к о л а й. Зачем потревожила меня, женщина?
З а х а р о в н а. Невозможно так больше жить.
Н и к о л а й. А, поведай.
З а х а р о в н а. Старая я, а меня забижают. Зятюха Ксенофонтов дом в деревне продать заставил, в город перевез, а денежку, за продажу даденную, зажилил. Денежки — бог с ними со всеми, не жаль. Измываться начал. Грит, жить я ему мешаю, под ногами путаюсь.
П я т а я с в я т а я. Муж твой куда смотрит?
З а х а р о в н а. А муж мой погиб.
Н и к о л а й. Знаю. В сорок втором, в ноябре, под Великой Руссой. Бедняга.
П я т а я с в я т а я. Дочь твоя?
З а х а р о в н а. Он и ее замордовал, зятюха Ксенофонтов. Как выпьет, так ей по сусалам норовит вдарить. Спасибо, внучки, кобылки-то здоровые, не дают. В туалете кафельном запирают. Он, Ксенофонтов, там всю ночь и шебуршит, словами ужасными ругается!..
Я же, когда в город переезжала, думала, что нужная им буду. Дочке по хозяйству помочь, внучкам платьице сшить, Юленьку, правнучку, нянчить стану — это старшей девонька. Так и ей не нужна.
П е р в а я с в я т а я. Это еще кто у вас в доме обитается?
З а х а р о в н а. Телевизор, кто еще? Юленька не мои сказочки слухает, а то, что ей квадратный бает. И сказочек он поболее моего знает, и музыка в нем грает, и куколки красивые кажет, да и песенку ночную лучше меня пропоет, чтоб глазыньки она закрыла…
Осталось одно — лечь да помереть.
П е р в а я с в я т а я. А люди куда смотрят?
З а х а р о в н а
Так, как же мне дальше быть?
Н и к о л а й
З а х а р о в н а
Так как мне дальше быть-то, господи?
Н и к о л а й
З а х а р о в н а
Н и к о л а й. Он самый, женушка моя дорогая.
З а х а р о в н а. Коля, но ты же погиб?..
Н и к о л а й. Погиб, в ноябре, под Руссой. Осколком мины шарахнуло сюда.
З а х а р о в н а. Ох!.. Больно?
Н и к о л а й. Сперва вроде как ударило несильно. А потом кровью захлебнулся.
З а х а р о в н а. За что так тебя, Коля?
Н и к о л а й. Кто-то же должен был погибнуть. Война — дело серьезное, там по-другому не бывает.
З а х а р о в н а
Н и к о л а й. Не могу, но мы еще увидимся.
З а х а р о в н а. Конечно, увидимся, Коленька, милый. Я старая стала. Значит, скоро приду к тебе насовсем.
Н и к о л а й
З а х а р о в н а. Я все уже на земле сделала, все пережила… Да и дома своего теперича нету.
Н и к о л а й. Так уж и надо было тебе уходить?
З а х а р о в н а. Понимаешь, Катя, дочка наша, хотела из-за меня разводиться с зятюхой Ксенофонтовым. А я, чтоб семью им сохранить, не ссорить каждый день, собрала вещички вечером поздним да рано поутру, покуда они еще все спали, ушла. Теперь вот на работу нанимаюсь. Может, возьмут поварихой…
Н и к о л а й
З а х а р о в н а. А как же! Тебе пирожки с картошкой нравились. Чтоб там лучок был пережаренный и перчика поболее.
Н и к о л а й
З а х а р о в н а. Что, что? Не услыхала я, Коля. Повтори.
М а н я - В а н я. А ты, Лядяева, чего тут спозаранку кучкуешься?
Опять с Вовчиком полаялась?
Л я д я е в а
М а н я - В а н я. Пришла пораньше, боишься, не возьмут?
Л я д я е в а. Я свое уже отбоялась. Давно не девушка…
Появляется Т а и с ь я. Колеблется, прежде чем подойти. Решившись, надевает парик, явно чужие очки и, как в омут головой, подходит к очереди.
Т а и с ь я. Женщины, кто крайняя?
С и м а. Маманька, наверно.
Т а и с ь я. Эй, старушка!..
З а х а р о в н а
Т а и с ь я. Вы крайняя?
З а х а р о в н а. Я, милая, я. Да ты иди вперед, я не спешу.
Т а и с ь я
М а н я - В а н я. Чего тут присматриваться? Наше дело прямое — бери нож и шкерь рыбу.
Т а и с ь я. Я имею об этой работе общее представление…
М а н я - В а н я. Ха, общее! Там вся работа на пупке. Руки в язвах от соли тузлучной, ноги гудут, целый день не присевши. К вечеру глаза от усталости вываливаются. А уж рыбой пропахнешь так, что самой от себя тошнит!
Л я д я е в а. Одни бабы такое могут выдержать. Мужики на путине только в начальниках ходят. Триста баб и пятеро мужиков малахольных с блокнотиками и карандашиками, учет ведут.
Т а и с ь я
Л я д я е в а. Кто?
Т а и с ь я. Мужчины эти с карандашиками?
Л я д я е в а. Пристают, куда денутся…
Т а и с ь я. Но у них же, наверное, жены есть?
Л я д я е в а. Их жены дома деньги считают. Как говорится, «рыбу — стране, деньги — жене».
М а н я - В а н я. А ты что, за этим самым сюда нацелилась?
Т а и с ь я. Как вам не стыдно!
М а н я - В а н я. Ишь, нецелованная!
Т а и с ь я. Я женщина замужняя!
М а н я - В а н я. Чего тогда любопытствуешь?
Т а и с ь я. А это, извините, мое личное дело!
М а н я - В а н я. А, иди ты в баню на второй сеанс!..
Л я д я е в а. Да, в начальничках там все мужики, казакуют вовсю… А ты, Маня, чего с постоянной работы бежала?
М а н я - В а н я. Директора рыбокомбината на собрании обложила по-матерному да под ноги плюнула.
С и м а. Ах, отчаянная!
Т а и с ь я
Л я д я е в а. Смотри, Маня, зуб на тебя наточат начальнички!
М а н я - В а н я. Мне их бояться? Да я лучшая на побережье обработчица! Три раза значками почетными награждали.
С и м а. А все же не надо дразнить гусей…
М а н я - В а н я. Думают, если мы вербованные, так нам все до лампочки? Три года ездила к ним на комбинат, три путины глядела на их безобразия и не стерпела наконец!..
С и м а
З а х а р о в н а. И поднимается рука у человека…
М а н я - В а н я. Валят эту рыбу в траншею, засыпают ее землей сырой, а у меня в груди чувство… Ну, такое, будто мне аборт делают. И больно, и жалко, и стыдно!.. Живое ведь было, нужное могло жить, а мы его своими руками!..
Т а и с ь я. В газету надо было написать.
М а н я - В а н я. Писали, да толку мало. У директора ответ есть — пароход-рефрижератор не смог всю рыбу вывезти.
З а х а р о в н а. Меньше ловите рыбу эту. Чтобы всю вывезти.
М а н я - В а н я. Эх, бабушка… Директор, можно сказать, тоже не виноват. У него план имеется. Как на вылов нерестовой, так и на жировую селедку. Да еще повышенные обязательства, чтоб премии все получили.
З а х а р о в н а. А люди?
М а н я - В а н я. Что — люди?
З а х а р о в н а. Люди же видят, что делается.
М а н я - В а н я. Привыкли.
Л я д я е в а
З а х а р о в н а. Они не рыбу — себя этим губят.
М а н я - В а н я. Я и не стерпела.
З а х а р о в н а. Это ты одна, а другие?
М а н я - В а н я
З а х а р о в н а. Нет, милая. К этому привыкнуть нельзя. А привыкнут — мертвыми внутри себя станут.
М а н я - В а н я
Т а и с ь я. Женщине неприлично так говорить — «морда». Физиономия.
М а н я - В а н я
Все за столом президиума засуетились, руками замахали на меня — возмущаются! А в зале похихикали довольно и замолчали. Обидно.
Т а и с ь я. Да, это удивительно. Стоишь в магазине, продавщица хамит и обвешивает. Сделаешь ей замечание, а тебя никто в очереди не поддержит, наоборот. «Ладно, — говорят, — чего там. Не мешай человеку работать». И льстиво так улыбаются хамке продавщице. Думают, что она им за это кусок получше отрежет.
С и м а. Про условия расскажите, пожалуйста.
М а н я - В а н я. Условия нормальные. Барак деревянный, койки. Питание сносное, особенно если повариха хорошая попадется. Баню раз в неделю кочегарят. В субботу женщины моются, в воскресенье мужики парятся и водку пьют.
Л я д я е в а. И красной икры хоть лопатой лопай!
С и м а. Почему смеетесь? Я красную икру и в жизни никогда не пробовала.
М а н я - В а н я. Ее там будет как грязи. Через два дня и смотреть на нее не сможешь.
Л я д я е в а. Если лосось хорошо пойдет. Но год на год не приходится. Бывает, так заработаешь, что еле за питание рассчитаешься.
С и м а. Не, я так не хочу…
М а н я - В а н я
С и м а. Нам заработать треба.
Т а и с ь я. Вы откуда приехали?
С и м а. Со Ставропольского краю.
М а н я - В а н я. У вас что, заработать нельзя?
С и м а. Тут рубль длиньше, наслышаны. Встречный вопрос — сколько за путину может выйти, если на круг?
Л я д я е в а. Сколько наработаешь, столько и получишь.
С и м а. А гарантии?
М а н я - В а н я
С и м а. Это вы смешно сказали, ха! А если рыба не пойдет, не будет ее?
М а н я - В а н я
С и м а. Как так — ни хрена, извините за прямую речь. Неужто гарантированного оклада нет?
М а н я - В а н я. Ты чего со мной-то торгуешься?
С и м а. Скажете тоже!
М а н я - В а н я. Как корову покупает!
С и м а. Может, и корову купим. Но у нас перспективные планы другие.
Т а и с ь я. У кого это?
С и м а. У меня и мужа моего — Анатолия.
М а н я - В а н я. Тогда считай не три, а все четыре.
С и м а. Анатолий сейчас с шабашниками детсадик строит… А я как в станице семилетку кончила, так только в город Ставрополь разок на экскурсию и съездила. Больше нигде не была, все на ферме дояркой трубила, пока Анатолий из армии не вернулся и замуж меня не взял.
З а х а р о в н а. И ты в одиночку на Дальний Восток подалась?
С и м а. Как можно! Анатолий тоже тут с бригадой. Он не хотел, чтоб я поехала, да напросилась со слезами. Тоже заработать да свет посмотреть. Чего бы я одна дома куковала?
Т а и с ь я. Детей нет?
С и м а. Пока не имеем. Маманя одна в доме осталась.
З а х а р о в н а. Старая?
С и м а. Такая, как вы. Болеет только.
З а х а р о в н а. Кто же за ней присматривает?
С и м а. Соседей попросила, а на душе кошки скребут. Сердце у нее квелое.
З а х а р о в н а. Грешно такую оставлять одну.
С и м а. Соседи же рядом…
З а х а р о в н а. Соседи — не дочь родная.
М а н я - В а н я. И с детишками не промахнись. Круть-верть — состарилась.
С и м а. Не состарюсь. Мы с Анатолием работящие…
Л я д я е в а
С и м а. И в постели, и так дело у нас кипит. Дом уже в станице поставили. О пяти комнатах, с верандой застекленной. Сейчас вернемся с Дальнего Востока, теплицы достроим, а там и детишек заведем, дело нехитрое, известное.
М а н я - В а н я. Теплицы-то зачем?
С и м а. А как же? Огурчики ранние, помидорчики, зелень разную на рынок. С руками отрывают.
М а н я - В а н я. Всех денег не заработаете.
С и м а. Но те, которые можно, чего их не взять?
Л я д я е в а
М а н я - В а н я. Мало вас, куркулей, выводили! Опять на нашу голову разводят!
С и м а. Дура вы совсем, извиняюсь. Газеты читать надо! Там черным по белому сказано: «Люди, займитесь сельским хозяйством!»
М а н я - В а н я. Какие вы с Анатолием люди — чистой воды кулаки!
С и м а. Господи, что за народ!..
Т а и с ь я. А ведь она права.
М а н я - В а н я. Права!.. Сегодня сама руками в навозе копается, а завтра помидоры по семь рублей за килограмм продаст, еще одну теплицу с мужем своим Анатолием отгрохает и меня в батрачки наймет!
Л я д я е в а
Т а и с ь я. И заметьте — даже зимой.
М а н я - В а н я. А сама барыней диван толстым задом прижмет и ручки уже белые на груди сложит!
С и м а. Никогда такого не будет!.. У меня и зад не толстый.
М а н я - В а н я. Отрастишь!
С и м а. Бабушка, вы тоже деревенская, скажите им!
М а н я - В а н я. Пусть скажет, она еще помнит, как ее кулаки гнобили!
З а х а р о в н а. Хорошо, что люди снова к земле льнуть стали. По сердцу, а не из-под палки. Значит, свой интерес им нужен. За одни значки да флажки много не наработаешь.
М а н я - В а н я. И ты туда же, бабуля?
З а х а р о в н а. Тут думать надо, чего людям лучше. Или одна на диванчике сидит, или все помидоры ранние кушают. Обругать да обхаять — дело нехитрое, на это у нас горазды. По уму надо. Чтобы те, кто спину гнет на огороде, и те, кто покупает, — все были довольны и радостны.
Т а и с ь я. Разве люди бывают когда-нибудь довольны? Кажется, все есть, а чего-то и не хватает.
З а х а р о в н а. Доброты нам друг к другу не хватает. Любви и уважения.
М а н я - В а н я. В общем, чем дальше в море, тем оно глубже. Куда плывем?
Л я д я е в а. Просите, бабоньки, Мирошникова, чтоб на остров Серикова направил. Нынче самое рыбное место будет. Там заработать можно будет.
Т а и с ь я. Это кто — Мирошников?
Л я д я е в а
Т а и с ь я. Он добрый?
Л я д я е в а
Т а и с ь я. Я хочу спросить, что он за человек!
М а н я - В а н я
Т а и с ь я. Я так понимаю, у вас все люди нехорошие.
М а н я - В а н я. Его даже утопить хотели рыбаки.
Т а и с ь я
М а н я - В а н я. Ночью за ноги — и за борт.
С и м а. Страсти какие!
З а х а р о в н а. Нельзя на человека руку поднимать — он живой.
М а н я - В а н я. Мирошников у них на траулере завпродом плавал.
С и м а. Это капитаном?
М а н я - В а н я
С и м а
Л я д я е в а. Охамел.
Т а и с ь я. Наговорят на человека с три короба и радуются. Это еще доказать надо!
М а н я - В а н я. Чего доказывать? Мирошников поэтому и списался с траулера, побоялся дальше шакалить. А то бы его рыбачки достали ночкой темной. За ноги — и за борт. Они мужчины серьезные.
Л я д я е в а. Серьезные. По своему́ знаю.
М а н я - В а н я. Так что гад он, Мирошников.
Т а и с ь я. Звери какие-то…
М а н я - В а н я. Ты-то чего за него болеешь?
З а х а р о в н а. Вы мне, девоньки, скажите, поварихи там постоянные или каждый раз заново набирают?
М а н я - В а н я. Заново, как и всех. Ты, бабуля, никак тоже пахать с нами собираешься?
З а х а р о в н а. Ага, поварихой. Пирожки я какие пеку — с луком жареным и яичками, вкрутую сваренными!
М а н я - В а н я. Старая ты для такого дела.
З а х а р о в н а. Да жилистая.
Т а и с ь я. В вашем возрасте, бабушка, внуков дома нянчить надо.
З а х а р о в н а. Мне другого пути нет.
М а н я - В а н я. Куда дети твои взрослые смотрят?
Чего затаилась?
Л я д я е в а. Хватит пытать. Может, у человека и нет никого.
З а х а р о в н а. Как так нет?
Л я д я е в а. Чего же здесь маешься?
З а х а р о в н а
М а н я - В а н я
Т а и с ь я. Если у родных не живется, вы в дом престарелых устройтесь. Есть такой специальный дом, где живут одни старички и старушки.
М а н я - В а н я. Брошенные.
Т а и с ь я. У них, говорят, даже своя самодеятельность есть.
М а н я - В а н я. Ей только самодеятельности и не хватает!
З а х а р о в н а
М а н я - В а н я. Эх, люди… Злыдни проклятые!
З а х а р о в н а. А бабушка в доме стариков милостыню просит, это как? Что люди скажут — стыдобушка одна.
М а н я - В а н я. Плевать, что они скажут!
З а х а р о в н а
С и м а. Обижают вас, бабушка?
З а х а р о в н а. Все одно люблю их всех.
М а н я - В а н я
Т а и с ь я. Да… В таком возрасте — и остаться одинокой…
С и м а. Никому они, старики, стали не нужные. Мне мать рассказывала, как раньше было. До самой смерти родителей почитали. Любили не любили, а почитали. Потому как знали: обидишь — дом в наследство не получишь, деньгами накопленными обделят. А теперь всем всё трын-трава! Домов нет, одни квартирки блочные, а деньги — пенсия куцая.
Т а и с ь я. Любить надо не за деньги, за них самих.
Л я д я е в а. Любить их начинаешь, когда они умрут. Отец помирал в Новочеркасске. Вовча мой говорит: «Съезди попрощайся с батей». А я, дура, посчитала, сколько на дорогу потрачусь от Дальнего Востока до Тихого Дона, и зажалась. Дубленку купить хотела, одна женщина предлагала… А умер папка-то — уж так плакала, захлебывалась!.. До сих пор простить себе не могу, казнюсь…
М а н я - В а н я. Сволочи вы сытые! Я в детдоме росла, так мы там за каждое слово доброе последнюю рубашечку готовы были отдать!.. Как придет кто со стороны ребенка усыновить, выберут одного, уведут, а мы, те, кто остались, всю ноченьку в подушку ревмя ревем!.. Так хотелось кого мамой-папой назвать.
С и м а. А мамку-то свою я, уезжая, больной оставила.
Л я д я е в а
М а н я - В а н я. А сладких слюней не хочешь?
Л я д я е в а. Выслушай сперва…
М а н я - В а н я. Не дам. Кому другому, а тебе, Лядяева, не дам. Опять загуляешь!
Л я д я е в а. Я не за деньги. Помоги заявление написать.
М а н я - В а н я. Сама неграмотная?
Л я д я е в а
М а н я - В а н я. С похмелья?
Л я д я е в а. Тише ты!.. Окажи любезность, а?
М а н я - В а н я. Не стану оказывать тебе любезностей!
Бичара!.. Ладно мужики пьют, а ты чего, глаза твои зеленые, лицо твое нахальное?!
С и м а. Это же надо!
Л я д я е в а. Грустную правду говоришь, Маня…
М а н я - В а н я. Чего пьешь, ответь!
Была девка как девка. Вместе на комбинатах рыбу шкерили. А выскочила замуж, родила — и как с резьбы сорвалась!
З а х а р о в н а. Может, жизнь обижает?
М а н я - В а н я. Какая жизнь?! Муж ее — золото парень! С работы забрал. Сиди, говорит, дома, ходи только за дитем, квартиру в порядке блюди, а я обеспечу!
С и м а. Значит, от безделья это.
Л я д я е в а
М а н я - В а н я. Бить тебя некому!
С и м а. А муж на что?
М а н я - В а н я. Добрый он, муж ее Вовка Лядяев. И не пьет сам. Отличный мужик, каждой бы такой! Тралмастер, зарабатывает прилично, квартира двухкомнатная, дите спокойное, живи — не хочу! А она, гадость, выкаблучивается. Скучно ей!
Л я д я е в а. Не пью я больше, завязала…
М а н я - В а н я. Веревочкой гнилой!
Т а и с ь я. И выражается, как мужчина какой пьющий — «завязала».
Л я д я е в а. Дитем клянусь!
М а н я - В а н я. В который раз?!
Л я д я е в а. В углу я, женщины. Страшно.
М а н я - В а н я. Кто тебя загнал в угол этот?! Кто?
Л я д я е в а. Я же только винцо сладенькое…
Т а и с ь я. Сладкое вино пьют и горькие пьяницы.
С и м а. Они его только и глохчут, бормотуху эту.
Т а и с ь я. Я понимаю — рюмочку за компанию на праздник. Папироску даже можно для смеха перед мужчинами. Но так…
Л я д я е в а. И муж, и сын от меня отказались. Одна я теперь…
М а н я - В а н я. Не бреши! Никуда Вовка от тебя не денется, он дите любит!
Л я д я е в а. Нет, теперь он насовсем ушел…
З а х а р о в н а. Ты расскажи, милая.
Л я д я е в а
З а х а р о в н а
Л я д я е в а
М а н я - В а н я. Знаем такую! Тоже не подарок.
З а х а р о в н а. Помолчи, Маня. Жизнь свою человек кажет.
Л я д я е в а. Она буфетчицей на лесовозе плавает, лес они японцам поставляют. Встретились случайно в порту, расцеловались. Она из хорошего отношения ко мне пару игрушек подарила для сына моего Гошеньки. Драконы такие смешные. И большой флакон одеколону. «Мужу твоему, Володьке». Принесла домой подарки эти. Муж говорит: «Давай, Людмила, как все люди, в кино семьей сходим, пока я в рейс не ушел». Пошли… После кино прогуливаемся по главной улице. Муж меня под руку держит. Гошенька флажком помахивает, играет рядом…
З а х а р о в н а. Ну-ну, милая.
Л я д я е в а. Солнце светит, здороваемся со знакомыми и мужниными друзьями. И тут, на беду мне, из магазина номер одиннадцать опять Сазонова Нюрка появляется. «Здравствуйте, — говорит подлая. — День рождения у меня», — добавляет. Поглядела я на Вовчика, а он губы поджал. Не любил он Нюрку, выпивали мы иногда вместе. Выпьем и песни поем, да… Но все же говорит: «Только у нас на дому и нигде более». А Нюрка, гадость, уже по сумке своей выпуклой похлопывает и подмигивает мне весело. Деньги у нее всегда водились…
Т а и с ь я. Она что, безмужняя?
М а н я - В а н я. Нюрка сама как мужик. Баба веселая, фарцует заграничными тряпками, отсюда и деньги водятся.
С и м а. Детей тоже нема?
М а н я - В а н я. Одиночка. Хотя мужики к ней лезут.
Т а и с ь я
Л я д я е в а. Ну, Вовча выдает мне три рубля на бутылочку вина — с нашей стороны угощенье и вроде подарка ко дню рождения. Купили и пошли к нам домой, да и засиделись мы с Нюркой. Вовча сыночка Гошеньку спать уложил, да и сам уснул на диване. А у нас, как водится, последней рюмки и не хватает…
Т а и с ь я
М а н я - В а н я. Дура, а туда же!
Т а и с ь я. Вы поосторожней на поворотах!
М а н я - В а н я
З а х а р о в н а. Женщины, женщины… Беда у человека, а вы зубоскалите, нехорошо.
Л я д я е в а. Да, не хватило! Очень задушевный у нас с Нюркой разговор был… А все магазины уже закрыты. Пошла к соседу. Нету, сам всю уже выхлестал и мается. Побежала к Василь Кузьмичу, сторожу у промтоварного. Он по пятерке за портвейн в ночное время берет. Отоварилась. Прибегаю домой, а Сазонова Нюрка японский одеколон, что сама подарила, взяла и выпила.
Со скуки, говорит. А утром Вовча взял чемодан, Гошеньку и ушел к маме своей, пока мы с Нюркой спали на кухне.
З а х а р о в н а. Ах ты, господи!.. Поговори с ним, повинись, простит.
Л я д я е в а
С и м а. Мужики, они все такие. Человек, можно сказать, падает, а он еще в спину подталкивает!.. Слушай, а может, у тебя дублерша завелась?
Т а и с ь я
С и м а. Полюбовница тайная. К ней и сбег, проклятый!
М а н я - В а н я. Что зря бочку катить — золотой парень Вовчик ее!
С и м а
З а х а р о в н а. Что вы все «квартира» да «квартира»! А если она мужа не любит?
Т а и с ь я. Мало ли женщин, не любящих мужей своих! Не пьют же они, живут как миленькие!
С и м а. Да!
Л я д я е в а. Что я — трава? Полили, удобрили — и расти не жалуйся?
Т а и с ь я. Долг женщины — семья. А то, что вы про себя рассказали, — ужасно!..
М а н я - В а н я. Опять варежку свою распахнула?
Т а и с ь я
М а н я - В а н я. Тебе нельзя. Ты злорадная.
Т а и с ь я. Вот пристала!..
З а х а р о в н а. Ежели Вовчик хороший — простит, милая.
М а н я - В а н я. Нужна она ему, как петуху тросточка!
Т а и с ь я. Сама злорадная!
М а н я - В а н я
З а х а р о в н а. Сказано было: «Любите и уважайте друг друга, муж и жена. Заботьтесь в радости и беде, в здоровье и болезни, пока вас не разлучит смерть…»
Н и к о л а й. Тише, не мешай людям…
Т а и с ь я
С и м а. Бабушка, хорошая… (Целует Захаровну.) Из вас доброта льется.
М а н я - В а н я. Давай бумагу, напишу.
С и м а. Чего ж бобылкой? У вас тут и тут
М а н я - В а н я. Боятся меня мужики, сторонятся. Злой я им кажусь.
Т а и с ь я
М а н я - В а н я
С и м а. А вы заделайте себе ребеночка, а мужика потом выгоните за дальнейшей ненадобностью.
З а х а р о в н а
М а н я - В а н я
З а х а р о в н а
М а н я - В а н я
Л ю с я. Кто в Оргнабор крайний?
Чего смотрите?
С и м а. Очень уж деловая!
Л ю с я. Какая есть. За кем буду?
С и м а. Голое-то спрячь. Ишь, выставилась!
Л ю с я. А ты не смотри, не для тебя выставилась!
С и м а. Срамота сплошная пляжная!..
Л ю с я. Это кому как глянется!
Т а и с ь я
З а х а р о в н а. Я буду крайняя.
Т а и с ь я. Вы правда кусаетесь или это реклама?
Л ю с я
Т а и с ь я
Л ю с я. Нет, чтобы мужики рукам воли не давали. Вы же видите
С и м а. Сама и выпятилась.
Л ю с я. Молчи, мышь серая!
Т а и с ь я
Л ю с я. Я знаю.
М а н я - В а н я
Л ю с я. В буфетчицы я и хотела… Пришла на пароход наниматься, а замполит не берет. Все штурманы и сам капитан согласны, а этот уперся рогом в стенку — и ни в какую!..
Т а и с ь я. Отказал?
Л ю с я. Отказал!
Т а и с ь я. Умный человек, вперед видит.
М а н я - В а н я. Вот девка — оторви да выбрось!.. И я такой была…
Л я д я е в а
М а н я - В а н я. Тю!.. Ты что, сказилась?
Л я д я е в а. Он думает, жена не волк, в лес не убежит! Дите держит, а фига! Уйду и не вернусь больше. Другого себе найду!
С и м а. А как же Гошенька ваш, не отдаст ведь?
Л я д я е в а. Через суд заберу!
З а х а р о в н а. Не горячись. Подумай сперва хорошенько.
М а н я - В а н я. Сама виновата, никто другой.
Л ю с я
Л я д я е в а. Не твоего ума дело!..
Нет, паразиты мужчины.
З а х а р о в н а. Есть и хорошие.
Л я д я е в а. Только мы их не знаем.
М а н я - В а н я. Не тебе это говорить.
Т а и с ь я. Вот у меня двоюродная сестра — Ксения. Женщина, а стала председателем городского исполкома на Брянщине. Я как раз гостила у нее дома, когда он пришел…
С и м а. Кто?
Т а и с ь я. Бывшая любовь — Константин. Они в молодости еще любовь крутили. Мы с Ксенией тогда на текстильной фабрике работали, а он студентом был, Костя этот. Симпатичный такой, культурный снаружи. Все девчонки Ксении завидовали, и я тоже. Очень уж парень был видный. А кончилось? Ребеночка оставил ей и скрылся в неизвестном направлении. Мы все, близкие и родственники, настаивали: «Отыщи подлеца! Обложи алиментами!..» А Ксения — ни в какую, гордая! «Сама подниму ребенка». И подняла. Хорошая девочка выросла. В Москве сейчас педагогический институт заканчивает. Да и сама Ксения заочно институт кончила, инженершей стала, потом депутатом, а теперь — председатель исполкома. И вот тут он явился, через двадцать лет.
С и м а
Т а и с ь я. Постучал в дверь, я открываю… и не узнала. Стоит какой-то представительный мужчина с букетом роз и растерянно улыбается. «Здравствуйте, Тая», — это он мне говорит. Я ему: «Здравствуйте…» — а сама недоуменно смотрю. «Ксения дома?» — спрашивает. «Ксения Ивановна дома», — отвечаю. «Можно ее видеть?» — спрашивает и в прихожую входит. Ксения, как увидела его, побелела вся что твоя стенка и без сил на диван села с тряпкой в руках. Она уборкой занималась…
«Вот я и пришел…» — говорит он, а сам жалко так улыбается…
М и р о ш н и к о в. Доброе утро.
Ж е н щ и н ы
М а н я - В а н я
Во, как будто нас и нет в природе!
Т а и с ь я
М а н я - В а н я. А чего с ним чикаться?
Т а и с ь я. Человек занимает определенную должность — инспектор по кадрам…
М а н я - В а н я. Тоже начальничек!.. Надоело, вся жизнь в очередях проходит. Куда ни сунься!..
С и м а. Рассказывайте же, интересно!
Т а и с ь я. На чем это я остановилась?
Л ю с я. «Вот я и пришел…» — и улыбается жалко.
Т а и с ь я. Ну да. А глаза как у побитой собаки. Я хотела из деликатности уйти, но Ксения не пустила. «Сиди!» — говорит строго. Пришлось остаться, весь разговор их и слышала. Он тоже сел, цветы на стол положил и заявляет: «Хочу видеть свою дочь…»
С и м а. Ишь ты! Дочь ему теперь подавай! Где раньше был?
Т а и с ь я. Ксения ему в ответ, сдерживаясь, хотя мне видно, что всю ее внутри трясет: «Нет у тебя никакой дочери, Константин, нет! Твоим ребенок может считаться только тогда, когда ты месяцами нянчил его на руках, стирал пеленки бесконечные, не спал ночами, сидел над ним больным!»
З а х а р о в н а. Истина.
Т а и с ь я. А он тут шутит: мол, и я тоже имел некоторое отношение к рождению дочери…
С и м а. Ну да, сделал свое черное дело и отвалил в сторону!
Т а и с ь я. «Господи! — Тут Ксения не выдержала и заплакала. — А как тяжело мне было тогда!.. Общежития, чужие углы, где тебя шпыняет хозяйка!.. Денег мало, по ночам подрабатывать приходилось — мыла лестницы и сортиры в общежитии!.. А я ведь еще училась в институте — контрольные, курсовые. Дочку оставить не на кого, приходилось и ее брать на сессии… Я и в институт поступила, чтобы от тебя, студента, не отставать!» Выхлестнула она все это Константину в лицо, а он сидит, голову опустил и только бормочет: «Прости, прости…»
Л ю с я. Из-за чего они разошлись? Ну, тогда, в молодости?
Т а и с ь я. Ему показалось, что Ксения для него не пара: он институт архитектурный заканчивает, а она простая фабричная работница. Ксения ему так и сказала: «Теперь мы поменялись местами. Теперь я наверху. Мало того, ты, Константин, старый, никому не нужный пень, а у меня есть еще и дочка. Добрая, красивая и умная девочка». И приказала уходить ему из своего дома.
Л я д я е в а. Ушел Константин?
Т а и с ь я. Как миленький, с поджатым хвостом!
З а х а р о в н а
М а н я - В а н я. И то — погонял в свое время за бабами, пожил в удовольствие, пусть теперь поплачется, босяк!
С и м а. Зря она его так отпустила, Ксения ваша. Надо было его обложить алиментами, волка. За все шестнадцать лет, что отсутствовал!
Т а и с ь я. Я тоже намекнула на это. Да Ксения у нас гордая, только рукой в ответ махнула.
С и м а. Положила бы денежки эти на книжку. Дочка замуж, а ей — вот они, как приданое.
З а х а р о в н а
М а н я - В а н я. Как ты говоришь, бабуся? Деньги — как грязь на руках?
Л ю с я. Вот вы все болели за Ксению и Константина этого. А про дочь подумали? Ей, может быть, отец каждый день во сне снился. Я помню, как мой отец поссорился с мамой и ушел из дома. Так я каждый день после уроков прибегала в порт, где папа работал, и часами ждала, когда он выйдет на улицу. Однажды увидела, как он спускался по лестнице с какой-то женщиной из ресторана «Ласточка». И держал ее под руку. Так я от ненависти готова была выцарапать ей глаза, серной кислотой готова была облить!.. А когда в газете появилась его фотография за какое-то рацпредложение, я вырезала ее, наклеила на картонку, чтобы не мялась, и каждую ночь прятала себе под подушку. И молилась. Не знаю — кому, но молилась. Просила, чтобы в один прекрасный день вдруг открылась бы дверь и папа снова вошел к нам в дом. Вошел и остался бы в нем навсегда.
Л я д я е в а
Л ю с я. Конечно. Он меня любил…
М а н я - В а н я. Дура ненормальная!
Л ю с я. Щипается, кричит, что я нарочно перед ним в одной комбинашке кручусь. Ненавижу ее!
С и м а. Не крутись. Отчим — это не отец. У него взгляд другой на тебя.
Л ю с я. Переодеться мне надо? У нас одна комната в общей квартире.
Т а и с ь я. Переодевайтесь в ванной, в туалете…
Л ю с я. Проклятье какое-то! Хоть всему телу пластическую операцию делай!.. Все только и видят
М а н я - В а н я. И я вот… Давно мечтаю взять мальчонку из детдома, да боязно.
З а х а р о в н а. Возьми. Будет кому стакан воды в старости подать.
М а н я - В а н я. Тебе много подавали?
З а х а р о в н а. Они ни при чем. Все зятюха Ксенофонтов…
М а н я - В а н я. Не в стакане воды соль, мамаша… Дитя хочется. Ласку ему отдать, накопилось много… Я же сама детдомовская, отец с матерью погибли в войну. И рядом росли ребята, тоже дети погибших солдат. А нынешние кто? Ребенки алкашей разных. Возьмешь такого, а он больной вырастет. Зачат-то в пьяном виде. Вот и майся с ним всю жизнь.
Т а и с ь я. Дебилы они называются и микроцефалы.
З а х а р о в н а. Не слушай никого — бери. Полюбишь, и маета в радость станет. Свое, родное.
М а н я - В а н я. Так-то оно так…
З а х а р о в н а. А умрешь бобылкой, и не останется о тебе памяти. Будто и не жила на этом свете, не ходила по этой земле. А так жива в нем будешь, в детях и внуках его будущих.
Т а и с ь я
Л ю с я. Пусть пялится. Лишь бы направление на хороший рыбозавод дал.
С и м а. Деньги небось на тряпки новые нужны?
Л ю с я. Долги отдать. Дома не хотели, чтобы я стюардессой стала, не пускали в Хабаровск поступать на курсы бортпроводников, мне девчонки из нашего класса собрали на дорогу.
Л я д я е в а. Провалилась?
Л ю с я. Ну и что? На следующий год опять поеду. Я верю в свою звезду!
С и м а. В какую еще звезду?
Л ю с я. В судьбу свою. Теперь на путине подработаю, долги раздам и буду копить для новой поездки.
Т а и с ь я. Что сейчас в Хабаровске носят?
Л ю с я
Т а и с ь я. Это нам известно.
М а н я - В а н я. Чего тогда напялила?
С и м а. И волос от парика лезет. А за волосом надо ухаживать, как за садом.
Т а и с ь я
М а н я - В а н я
Нелюдь!..
Т а и с ь я. Ну и выражения у вас, женщина!
М а н я - В а н я. Не булькай, темнушница!
Т а и с ь я. Опять она ко мне цепляется!..
М а н я - В а н я. Намотай свой длинный язык вокруг шеи и заткни конец за ухо!
Т а и с ь я. Хамка!..
М а н я - В а н я
Т а и с ь я
М а н я - В а н я. Чего глотку за Мирошникова дерешь?
Т а и с ь я. Мы вместе с вами свиней не пасли! Я техникум заканчивала!..
З а х а р о в н а
М а н я - В а н я
Т а и с ь я. Ах!..
М а н я - В а н я. Это жена разлюбезная Мирошникова!..
Т а и с ь я
М а н я - В а н я. Точно. Я их в клубе вместе видела. На Первое мая! Под ручку стояли!..
Т а и с ь я
М а н я - В а н я. Мне ее обличье сразу знакомым показалось! И про Мирошникова, гада, всю дорогу выспрашивала!
Л ю с я. Может быть, она за нами шпионила в пользу мужа?
Т а и с ь я. Зачем вы мне…
З а х а р о в н а. Стыдно за мужем подглядывать.
Т а и с ь я
С и м а. Нет, дублерша у тебя объявилась, тут собака зарыта. Чую.
Т а и с ь я. Вы так думаете?
З а х а р о в н а. Не колготись опрометчиво, женщина. А если у мужа твоего горе какое, тебе неизвестное?
М а н я - В а н я
Л ю с я
М а н я - В а н я. Странную. Такую только доктор в диспансере может из клетки достать и вылечить.
Т а и с ь я. Злая вы, злая!..
З а х а р о в н а. Постыдись, Маня! Человек не в себе, а ты смеешься будто на радостях.
М а н я - В а н я
З а х а р о в н а
С и м а
З а х а р о в н а. До копеечки! Урки вырезали вместе с карманом.
С и м а. Вот беда так беда!..
З а х а р о в н а. Услыхала я такое, и все у меня внутри оборвалось. До самых слез обидно стало. Жили мы тесно, у мамы моей. Хатка была всего на две комнатки…
Л я д я е в а. Может, в городе загулял и пропил, а тебе байку сочинил?
З а х а р о в н а
М а н я - В а н я. Смотрю на тебя, бабушка, и думаю — сколько же всякого разного за каждой твоей морщинкой на лице?
З а х а р о в н а. Спасибо, милая.
М а н я - В а н я. За что?
З а х а р о в н а. За ласку, за слова хорошие.
Л ю с я. Построили дом?
З а х а р о в н а. Построили. У соседей заняли. Перед самой войной проклятой новоселье справили, на рождество… А в августе Колю на фронт призвали.
Т а и с ь я. В том-то и дело — не хочет слушать меня. Что-то с ним творится…
З а х а р о в н а. А ты думай, думай — и найдешь тропку к нему.
Т а и с ь я
З а х а р о в н а. Вот и нашла загвоздку в его душе.
Т а и с ь я. Я, грешным делом, сперва даже была довольна. Денег стал больше в дом приносить, заставил меня из библиотеки уйти, я там в отделе художественной литературы работала, дубленку подарил на день рождения… А теперь вижу — пропадает человек. Катится вниз. Ничего его, кроме водки, не интересует. Даже с Верочкой, дочкой нашей маленькой, перестал по воскресеньям гулять!..
Л я д я е в а. Уезжайте в другой город.
Т а и с ь я. Я тоже так решила. Но только заикнусь об этом — Гена орать начинает, ногами топает и чуть не матом меня!..
Уж как мать родная любит, так и она говорит: «Тая, его в тюрьму надо сажать, — может быть, там одумается…»
Л ю с я. А за что его посадить можно?
Т а и с ь я
М а н я - В а н я. Тоже мне секрет — за взятки!
З а х а р о в н а. Не сходи с ума, женщина. Кого посадить хочешь? Муж ведь, отец твоего ребенка, свое, родное…
Т а и с ь я. Сил моих больше нет!.. Вот сегодня посмотрю на него в последний раз со стороны и пойду в милицию — сажать негодяя…
М и р о ш н и к о в. Прошу, товарищи. В порядке очереди, по одному.
М и р о ш н и к о в. Э, да это Маня-Ваня к нам явилась!
М а н я - В а н я. Здоров, паскудник Мирошников?
М и р о ш н и к о в. Здоров, здоров… Говорят, теперь ты не только рыбу бланшируешь, но и начальство за вымя трогаешь?
М а н я - В а н я. Беру повышенные обязательства.
М и р о ш н и к о в. И успешно их выполняешь. Слава уже пришла к тебе. Вчера мне звонили из трех комбинатов, просили не присылать к ним такую…
М а н я - В а н я. Пусть звонят, без работы не останусь.
М и р о ш н и к о в. Жила бы себе спокойно, что возникаешь?
М а н я - В а н я. Ты у рыбаков мозоли трогал? Видел, как мы, обработчицы, горбимся, а? А этот гад директор снова приказал селедку в тундре закопать!
М и р о ш н и к о в. Не его вина, Маня. Не хватает судов-рефрижераторов, чтобы всю нерестовую селедку на материк вывезти. А хранить долго нельзя, пропадет.
М а н я - В а н я. Тогда не ловите столько рыбы!
М и р о ш н и к о в. А план?
М а н я - В а н я. Составляйте план с умом, не с потолка собирайте!
М и р о ш н и к о в. И на старушку бывает порушка. Живые люди, ошибаться могут.
М а н я - В а н я. Не люди — враги!
М и р о ш н и к о в. Не оправдываю. Действительно обидно, когда твой труд пропадает. Разгильдяйство!
М а н я - В а н я. Не разгильдяи это, а враги!.. Бабы в моей бригаде как посмотрели на такое, сразу вполноги работать начали — тяп-ляп! А сделаешь замечание, они в ответ: «Все одно пойдет в землю!» И возразить нечего.
М и р о ш н и к о в. Не бери к сердцу, Маня. Когда-нибудь все образуется.
М а н я - В а н я. Когда? Видать, никто уже ничего к сердцу не берет. Прошел день — и ладно.
М и р о ш н и к о в. Особо язык не распускай…
М а н я - В а н я
М и р о ш н и к о в. Меня не трогай, и я не трону. Другие могут.
М а н я - В а н я. А не боюсь я. Живу на Дальнем Востоке, так что дальше не сошлют, да и работы трудней не придумают.
М и р о ш н и к о в. Что это мы с тобой в политику ударились? Давай паспорт и заявление для государства, червонец мне — и разбежались.
М а н я - В а н я. В прошлом году брал по пятерке.
М и р о ш н и к о в. Новая такса.
М а н я - В а н я. Звереешь?
М и р о ш н и к о в. В прошлом году не было такой инфляции на Западе, да и бензин с водкой у нас дешево стоили.
М а н я - В а н я. Паскудник — он и есть паскудник. Никуда от таких не денешься.
М и р о ш н и к о в. Не ругайся зря, Маня.
М а н я - В а н я. Почему?
М и р о ш н и к о в. Меня за взятки снимут, — значит, он рискует больше. А больше рискует — больше берет.
М а н я - В а н я. А если он брать не будет?
М и р о ш н и к о в. Ты действительно чокнулась. Он же жить хочет, хорошо жить.
М а н я - В а н я. За счет других, за их кровный рубль?
М и р о ш н и к о в. А они тоже крутятся, только на своем месте.
М а н я - В а н я. Крутятся, да не все!
М и р о ш н и к о в. Со временем поумнеют. Я ведь не академик, не народный артист, бог таланта не дал. В космонавты тоже не берут, а жить хочется. Взрослый я уже, Маня. Очки надел — все вижу в упор. Все как есть, без розовой краски.
М а н я - В а н я. Не с теми стеклами у тебя очки, Мирошников. Кривые.
М и р о ш н и к о в. Может быть, не спорю. Но мне в них пока удобно.
М а н я - В а н я. Ну что с таким гадом, как ты, делать?
М и р о ш н и к о в. А ничего.
М а н я - В а н я. Как ржа все вокруг разъедаете!
М и р о ш н и к о в. Если ржа существует в природе, значит, и она для чего-то нужна?
М а н я - В а н я. На все-то у него ответ есть!
М и р о ш н и к о в. Без ответа нельзя. Спиться можно, няня.
М а н я - В а н я. Лучше спиться, чем жить на свете с такими бесстыжими глазами!
М и р о ш н и к о в. Сними пионерский галстук, Маня. Взрослая женщина, а все как Дон Кихот в юбке.
М а н я - В а н я. Это который с мельницами сражался?
М и р о ш н и к о в. Как ты с директором комбината.
М а н я - В а н я. Ну, сниму я свой пионерский галстук. С кого тогда червонцы рвать будешь?
М и р о ш н и к о в
М а н я - В а н я. Хочешь сказать, что на твой век дураков хватит, да?
М и р о ш н и к о в. Ладно, дискуссию нашу продолжим в другой раз. Хотя я и не люблю тебя, Маня, и лаешься ты, но раз взял червонец, то, несмотря на личные чувства, направляю на остров Серикова. Золотое место. Там в эту путину лосося ожидается невпроворот, заработаешь.
М а н я - В а н я. Не брешешь?
М и р о ш н и к о в. Зря деньги не беру. Данные авиаразведки. А теперь прощай до следующей путины, Маня-Ваня.
М а н я - В а н я. Прощай. Глаза мои отдохнут от тебя за год.
М и р о ш н и к о в. Мои тоже. Зови следующего.
М и р о ш н и к о в
Л ю с я
М и р о ш н и к о в. Красивую. А то ходят тут разные Мани-Вани…
Л ю с я. Спасибо.
М и р о ш н и к о в
Л ю с я. Меня усиленно приглашали в буфетчицы на лесовоз, но я отказалась. Меня в море укачивает.
М и р о ш н и к о в. Какие буфетчицы — в кинозвезды вам надо идти!
Л ю с я. Я и хотела поступить на курсы стюардесс, но не получилось.
М и р о ш н и к о в
Л ю с я. На следующий год опять попытаюсь.
М и р о ш н и к о в. А пока к нам решили?
Л ю с я. Хотела бы.
М и р о ш н и к о в. Работали уже обработчицей?
Л ю с я. Я только школу кончила.
М и р о ш н и к о в. Так… Специальности нет.
Л ю с я. Для меня единственная возможность за два месяца путины хорошо заработать и сразу рассчитаться с долгами.
М и р о ш н и к о в. Это благородно, долги надо платить. Все дело в том, на какой рыбозавод попадете. Не везде заработки высокие.
Л ю с я. Я надеюсь на вашу помощь.
М и р о ш н и к о в
Л ю с я. Провоторова Люся.
М и р о ш н и к о в
Л ю с я. Нет, я местная, Геннадий… Как ваше отчество?
М и р о ш н и к о в. Васильевич. Нет, нельзя, чтоб такие ручки покрылись цыпками и мозолями…
Л ю с я. Не беспокойтесь, Геннадий Васильевич, я работы не боюсь!
М и р о ш н и к о в. Совесть моя мужская не позволяет… Вот что… Вы, Провоторова, поедете на путину, но в качестве культработника.
Л ю с я. Но я никогда…
М и р о ш н и к о в. Там нечего уметь. Два раза в неделю будете книжки в библиотеке выдавать, плакатик какой-нибудь нарисуете, танцы в клубе устроите… В общем, работа не бей лежачего.
Л ю с я. За это, наверное, мало платят?
М и р о ш н и к о в. Культработникам мы даем полторы ставки обработчика, так что не прогадаете, Люсенька.
Л ю с я. Спасибо.
М и р о ш н и к о в
Л ю с я. Я буду стараться, Геннадий Васильевич.
М и р о ш н и к о в. Можно просто Геннадий… Гена.
Л ю с я
М и р о ш н и к о в. Нет. Скажите — Гена.
Л ю с я. До свидания… Гена.
М и р о ш н и к о в. До скорой встречи, Люсенька.
М и р о ш н и к о в. «Я кусаюсь…»
М и р о ш н и к о в. Опять муж из дома выгнал, Лядяева?
Л я д я е в а. Чего горю чужому радуетесь, Геннадий Васильевич?
М и р о ш н и к о в. Факт констатирую. Небось тоже на остров Серикова хочешь?
Л я д я е в а. Хорошо бы…
М и р о ш н и к о в
Л я д я е в а. Вот спасибочки, Геннадий Васильевич!
М и р о ш н и к о в
Л я д я е в а. Приходилось.
М и р о ш н и к о в. Тогда держи пятерку и адрес.
Л я д я е в а. Паразит…
М и р о ш н и к о в. Что?
Л я д я е в а. Только кухню, говорю?
М и р о ш н и к о в. Только кухню. Пятно рыжее на потолке, течет от соседей сверху.
Л я д я е в а. Это работы на целый день.
М и р о ш н и к о в. Выручи, а? За мной не заржавеет.
Л я д я е в а. А заявление мое что не подписываете?
М и р о ш н и к о в. Какой разговор!
Л я д я е в а. Ладно, давайте адрес.
М и р о ш н и к о в. Спасибо, Лядяева… Да, что там за женщина сидит?
Л я д я е в а. Какая?
М и р о ш н и к о в. Ну, такая…
Л я д я е в а. В парике, что ли?
М и р о ш н и к о в. Кажется. Лицо вроде знакомое…
Л я д я е в а. Не знаю.
М и р о ш н и к о в. Ну иди.
С и м а
Л я д я е в а
С и м а
М и р о ш н и к о в
С и м а. Мои?
М и р о ш н и к о в
С и м а
М и р о ш н и к о в
С и м а. Оттуда, оттуда!
М и р о ш н и к о в. Что занесло к нам, на Дальний Восток?
С и м а. Заработать треба.
М и р о ш н и к о в. Желание, понятное всем, да только не у всех это получается.
С и м а. А бабы болтали, что можно, есть у вас такие места…
М и р о ш н и к о в. Есть. Но на таких рыбозаводах все места уже полностью укомплектованы.
С и м а. А на других?
М и р о ш н и к о в. На другие — пожалуйста.
С и м а. Не, мне на остров Серикова.
М и р о ш н и к о в. Там все места заняты.
С и м а. Чего же делать?
М и р о ш н и к о в. Я не отказываю вам…
С и м а. Не, мне на остров Серикова.
М и р о ш н и к о в. Я вам уже объяснил.
С и м а. А Маню взяли.
М и р о ш н и к о в. Маня-Ваня человек известный на побережье. Все время на Доске почета.
С и м а. Я быстро научусь, я понятливая и работящая! Мне бы только показать, как рыбу разделывают, а там меня не остановишь! У кого хошь спросите.
М и р о ш н и к о в. Подумать надо, Серафима Антоновна, подумать.
С и м а. Подумайте, прошу вас.
М и р о ш н и к о в. Действительно, так далеко уехать от родного дома и вернуться пустой…
С и м а. Ну да, ну да! Билет в один конец больше сотни рублей стоит, это что — хахоньки?!
М и р о ш н и к о в. Понимаю… Конечно, если раскинуть мозгами, помочь можно. Но для этого надо переговорить с нужными людьми.
С и м а. Поговорите, а?
М и р о ш н и к о в. Люди тяжелые, неразговорчивые.
С и м а. Объясните мое положение. У человека, мол, и денег нет на обратную дорогу!..
М и р о ш н и к о в. Совсем нет?
С и м а
М и р о ш н и к о в. Нет, не поймут.
С и м а. Не поймут?
М и р о ш н и к о в. Насухую не поймут.
С и м а. Так вы им бутылку поставьте!
М и р о ш н и к о в
С и м а. Ну да. А я дам на нее.
М и р о ш н и к о в. Как гора с плеч!
С и м а. У вас есть в продаже по три шестьдесят Две?
М и р о ш н и к о в. Не пойдет.
С и м а. Не пойдет?
М и р о ш н и к о в. Они пьют только коньяк.
С и м а. Он, говорят, вредный. Там дубильные вещества.
М и р о ш н и к о в. А их дубильные вещества не берут.
С и м а. Жалко… А коньяк почем?
М и р о ш н и к о в. Разный. Есть даже за полста рублей бутылка.
С и м а
М и р о ш н и к о в. «Наполеон» называется.
С и м а. Это же целая зарплата!
М и р о ш н и к о в. Все нынче кусается.
С и м а. Неужто есть люди, которые пьют такое?
М и р о ш н и к о в. Есть, Серафима Антоновна, есть.
С и м а. И не поперхнутся?
М и р о ш н и к о в. С чего бы это им?
С и м а. Куда только жены их смотрят!
М и р о ш н и к о в. Они его без жен пьют.
С и м а. С полюбовницами.
М и р о ш н и к о в. И с любовницами. Но больше под одеялом. Чтобы ОБХСС не увидел.
С и м а. Подешевле имеется?
М и р о ш н и к о в. Можно найти.
С и м а. Найдите, ладно?
М и р о ш н и к о в. Постараюсь только для вас, Серафима Антоновна.
С и м а
Глубже отвернитесь.
М и р о ш н и к о в. Бриллианты в своих сусеках прячешь?..
С и м а. Держите. Пятнадцать рублей. На коньяк проклятый.
М и р о ш н и к о в. Трехзвездочный.
С и м а. Я на вас надеюсь.
М и р о ш н и к о в. Думаю, все будет в порядке.
С и м а. Надеюсь очень. Остров Серикова.
М и р о ш н и к о в. Спокойно оставляйте заявление и идите.
Постойте, Загоруйко!
С и м а
М и р о ш н и к о в
С и м а. Не, не возьму, почему такое?
М и р о ш н и к о в. Я к вашему червонцу добавлю свою пятерку.
С и м а. Доброе дело делаете, так еще сами потратитесь. Нет, не возьму!
М и р о ш н и к о в. Эх ты, божий одуванчик… Бери свою пятерку. Я же с ними тоже пить буду.
С и м а. С теми, нужными?
М и р о ш н и к о в. С ними, с ними.
С и м а. Вроде как свою долю внесете в выпивку?
М и р о ш н и к о в
С и м а. А вдруг раздумают?
М и р о ш н и к о в. Не волнуйся. Завтра приходи за направлением.
С и м а
М и р о ш н и к о в. За что, товарищ Загоруйко?
С и м а. За человеческое участие.
М и р о ш н и к о в
М а н я - В а н я. Порядок, ставропольская?
С и м а. А как же! Геннадий Васильевич человек с понятием, знает, что к чему.
Т а и с ь я
М а н я - В а н я. Эх ты, овца белая!
Айда, подружки, в кафе-стекляшку. Отметим событие!..
Л я д я е в а. Не могу, мне идти надо…
М а н я - В а н я. Не боись, Лядяева! Мы вина тебе не дадим. Будешь только присутствовать и мороженое лопать.
Л я д я е в а
М и р о ш н и к о в. Кто еще ко мне, товарищи?
З а х а р о в н а
М и р о ш н и к о в. Опять?
З а х а р о в н а
М и р о ш н и к о в. Я вам, мамаша, третий день русским языком талдычу — по возрасту не подходите.
Т а и с ь я
Л я д я е в а
С и м а. Куда вы теперь, бабушка?
З а х а р о в н а. Почем я знаю?
Т а и с ь я. Послушайтесь доброго совета — идите в дом престарелых, не мучайтесь.
С и м а. Или домой вернитесь. Родные ведь, притретесь.
М а н я - В а н я. Деньги-то у тебя есть?
З а х а р о в н а. Деньги? Что деньги, милые… Много ли мне надо?
М а н я - В а н я. Ну-ка, подружки, поможем человеку!..
С и м а
М а н я - В а н я. Не ври! У куркулей всегда заначка имеется.
С и м а. Ей-богу, поистратилась…
М а н я - В а н я. Черт с тобой, жадина, обойдемся!.. Держи, бабушка.
З а х а р о в н а. Не надо, милые, что вы!
М а н я - В а н я. Бери, от души даем, обидишь!
З а х а р о в н а
М а н я - В а н я
Л ю с я. Пойдемте с нами в стекляшку, бабушка.
З а х а р о в н а. Идите себе, милые. Я тут посижу, может, он еще передумает и возьмет меня.
Л я д я е в а. Адресок мой запомните, бабуля. Морская, тридцать, квартира вторая. Ночевать приходите.
З а х а р о в н а. Спасибо.
М а н я - В а н я. Я не серчаю, сама такая. А деньги тебе пригодятся.
З а х а р о в н а. Прощайте, милые.
Л ю с я. Жалко старушку…
С и м а. Что тут поделаешь?
М а н я - В а н я. Пошли, подружки.
Т а и с ь я. И я с вами. Не завтракала еще…
С и м а. Ты еще тут, бабушка?
З а х а р о в н а. Куда я денусь, милая?
С и м а. Вот!..
З а х а р о в н а. Зачем?
С и м а. Прости меня, жадину, бабушка!
З а х а р о в н а
Коля, родной, отзовись… Прошу тебя, выйди, а?
Н и к о л а й. Что опять?
З а х а р о в н а. Не поняла я, какое слово молвил, Николай?
Н и к о л а й. Когда?
З а х а р о в н а. Давеча, когда прощались?
Н и к о л а й. Ох, Захаровна, суетная ты женщина, не по возрасту. Никуда он уйти от тебя не может. Он всегда у тебя тут.
З а х а р о в н а. Радостно такое слышать.
Н и к о л а й. Что маешься по свету, вернулась бы домой.
З а х а р о в н а
Н и к о л а й. Стерпится.
З а х а р о в н а. Разве я не долго терпела? Да ты знаешь, уж очень горько мне в его доме… Вот на праздник светлый мандаринчиков оранжевых купит. Сядем за стол всей семьей. Он начнет раздавать, вроде подарков. Так мне завсегда норовит самую малую и мятую подсунуть. Не люблю я их, мандаринчиков этих оранжевых. Не привыкла, и кисленькие они, в моем возрасте чего послаще хочется. А обидно.
Н и к о л а й. Осуждаю. Суета это есть.
З а х а р о в н а. Мне и самой смешно было. Обидно, правда, но смеялась. А он новое дело придумал, зятюха Ксенофонтов. Явится с работы и сразу, руки даже не помывши, шасть на кухню ко мне и в кастрюлю мордой лезет.
Тоже стерпела… Тут ему еще одно втемяшилось. Начал каждый день гнать меня в исполком. Иди, говорит, и проси слезно комнату отдельную. Ты жена погибшего фронтовика, должны дать. А дадут, мы эту комнату и нашу квартиру обменяем на большую…
Н и к о л а й
З а х а р о в н а
Н и к о л а й. Сними.
З а х а р о в н а. Зачем, господи? Старая я, стыдно простоволосой. И волосиков мало осталось, жидкие…
Н и к о л а й
З а х а р о в н а. Ах ты, боже мой!..
Н и к о л а й. Чувствуешь?
З а х а р о в н а
Н и к о л а й
З а х а р о в н а. Радостно!..
Н и к о л а й. Ну, хватит, Дашенька, хватит.
З а х а р о в н а. Смирилась я, а тут вдруг такое…
Н и к о л а й. Не забыла, как это делается?
З а х а р о в н а. Как проводила тебя на фронт, с тех пор верная тебе, богом клянусь!.. Один раз, правда, чуть не упала, но удержалась на краю.
А помнишь, Коля, наш новый дом?
Мы в тот год заняли денег и только отстроились. В горнице еще пахло досками сосновыми… Потом рождество было, помнишь? Мама с Лизой, с доченькой нашей первой, что померла, гостевать уехали к твоим старикам на хутор, а мы с тобой остались вдвоем в новом нашем доме. Ты из лесу принес морозную елочку, я на веточки зеленые набросала белой ватки, как снежком, ленточками цветными оплела… Потом ты свечки, в церкви купленные, зажег, и мы сели под нее, совсем как дети малые. И пели… Окошко слюдяное, мохнатое от изморози. На дворе ветер свистит-посвистывает, а мы с тобой, обнявшись, сидим под елочкой, раскачиваемся из стороны в сторону и поем…
Н и к о л а й
З а х а р о в н а. Никогда больше я не была счастлива, как на то рождество…
Н и к о л а й
З а х а р о в н а
Н и к о л а й
З а х а р о в н а. Какое, я не услыхала?
Н и к о л а й. Потом скажу. А сейчас пой, Дашенька, пой, милая моя.
Т а и с ь я. А бабушка наша опять носом клюет…
С и м а. Гляжу на нее, а у самой сердце болит, стонет — как там дома мамка моя одна?
М а н я - В а н я. Если болит, садись в поезд и езжай обратно.
С и м а. Полетела бы, а не поехала! Да ведь столько денег уже поистратила, вернуть надо…
Т а и с ь я. Да она улыбается!
Л ю с я
Т а и с ь я. Что он — не человек?
М а н я - В а н я
З а х а р о в н а
М а н я - В а н я. Взяли тебя на работу?
З а х а р о в н а. Он пока не выходил, Мирошников-то.
С и м а. А чему улыбались так хорошо?
З а х а р о в н а
Л ю с я. Так и будете сидеть?
З а х а р о в н а. Буду.
С и м а. Деньги-то спрячьте, бабушка.
З а х а р о в н а. Пусть их.
С и м а
М а н я - В а н я. Нет, под лежачий камень вода не течет!
С и м а. Господи, страшно женщине быть одной. А еще страшней, когда ты старая, никому не нужная…
М а н я - В а н я. Правила под нос тычет!.. Старая, мол, Захаровна! Накажут его, если возьмет, паскудник!..
Л ю с я. Хотите, я пойду к Мирошникову?
С и м а. Геннадий Васильич Маню не послухал, а тебя и подавно.
Л ю с я
Т а и с ь я. Что вы хотите этим сказать?
Л ю с я. То, что бабушка будет работать.
С и м а. Хвостом покрутишь перед ним?
Л ю с я. Покручу. И глазки построю.
С и м а. Нужна ты ему очень!
М а н я - В а н я. А что? Клюнет. Мирошников — он охоч, ни одной юбки не пропустит.
С и м а. Неужто Геннадий Васильич — кобель?
М а н я - В а н я. Кобель.
Т а и с ь я
Л ю с я. Он мне уже и свидание назначил.
Т а и с ь я. Врете!
Л ю с я. А вы спросите у него.
С и м а
Л ю с я
Л я д я е в а. Если муж любит свою жену, то его хоть в женскую баню запусти — верен останется. По своему Вовчику знаю.
Т а и с ь я. Смотрите, женщины…
С и м а. Что это?
Т а и с ь я. Волосы! Длинные, перекисью крашенные!.. Целых три штуки нашла на диванной подушке!
З а х а р о в н а. Может, от твоей знакомой какой остался?
С и м а. Или на фабрике еще прилипли, когда диван делали?
Т а и с ь я. Нет!.. Он домой приводил женщину, в то время как я у сестры гостила.
С и м а. В собственный семейный дом другую бабу?!
Л я д я е в а. Тьфу!.. Будто ему на стороне места мало!..
Л ю с я. Они беспринципные, мужчины. От них всего можно ожидать.
М а н я - В а н я. Ты-то чего чирикаешь, малолетка?
Л ю с я. Отчим ко мне пристает, когда мамы дома нет. Я ей не говорю, она любит его. Жалею и молчу поэтому…
З а х а р о в н а. Господи, каждому из нас дана боль. Зачем? Непонятно. А терпи.
Т а и с ь я
З а х а р о в н а. Надейся на это, милая. А то сразу — посажу!..
Л я д я е в а. Конечно, дублерша у тебя. Мужики — они простые, одним миром мазанные.
М а н я - В а н я
З а х а р о в н а
С и м а. Точно, и для бабули доброе дело сделаем.
Т а и с ь я. Н-не знаю…
Л я д я е в а. Рискни, ты же рядом будешь.
Л ю с я. Я всегда пожалуйста.
Т а и с ь я. Неужели уговорите?
Л ю с я. Сыграю как по нотам.
Т а и с ь я
М а н я - В а н я. Вперед, Люська, за орденами!
З а х а р о в н а. Ах, бабы, бабы… Любите вы пилить сук, на котором сидите.
Л я д я е в а
В с е.
— Губы поярче…
— Нынче модно большой рот иметь…
— Рубашечку повыше вздерни, пупок оголи…
— Глазами больше играй, зубки белые показывай…
— И крутись перед ним, чтобы сзади тоже видел…
Л ю с я
Т а и с ь я. Пожалуйста!..
Не жмут?
С и м а. Он туфли ваши не узнает?
М а н я - В а н я. Мужики такие вещи не замечают, они выше глаз кладут. Пройдись-ка…
Годится. Как увидит такое Мирошников, так сразу слюну пустит.
Т а и с ь я. Я ему тогда, павлину, все перья из хвоста выдерну!
Л ю с я. Давайте, бабушка, ваше заявление.
Т а и с ь я
С и м а. Рано. Они еще поговорить должны, полюбезничать.
М а н я - В а н я. Какие разговоры! Мирошников мужик деловой…
Л ю с я. Можно?
М и р о ш н и к о в
Л ю с я. Я на минутку.
М и р о ш н и к о в. Не обижайте. Я уже думал, что увижу вас только на острове.
Л ю с я. Хотела посоветоваться, Геннадий Васильевич.
М и р о ш н и к о в. Ради бога! Вы все же присядьте.
Л ю с я
М и р о ш н и к о в. Идея прекрасная. Но они за целый день так наломаются, что им вряд ли будет до театра. Хотя можно попробовать. А сумеете?
Л ю с я. Я в народном театре играла!
М и р о ш н и к о в. Что вы говорите!
Л ю с я. Честное слово!..
М и р о ш н и к о в. Прекрасно!
Л ю с я. И танцевать умею!..
М и р о ш н и к о в
Л ю с я
М и р о ш н и к о в. Выше всяких слов!
Л ю с я. А забодали меня на курсах только из-за внешнего вида.
М и р о ш н и к о в. Никогда не поверю! С вашим такелажем, то есть телосложением, хоть сейчас на Выставку достижений народного хозяйства!
Л ю с я
М и р о ш н и к о в. Не сойти мне с этого места!
Л ю с я. Летчики в приемной комиссии ели меня глазами…
М и р о ш н и к о в
Л ю с я. Только одна старая ведьма, бывшая стюардесса, вякала.
М и р о ш н и к о в. Все правильно, Люсенька. Люди завистливы, ох завистливы! Если тебе везет, так они за ноги готовы вниз потянуть!
Л ю с я. Мне одна девочка в Хабаровске рассказывала — она все знает, по второму разу поступает на курсы, — эти приемщики в комиссии любят, когда абитуриенты скромненько одеты, без краски на лице. Я не знала про это, вот и провалилась.
М и р о ш н и к о в
Л ю с я. А я, дурочка, наоборот, нафуфырилась, думала — так лучше будет. Ничего, на следующий год старенькое ситцевое платьице надену и весь макияж с лица сотру.
М и р о ш н и к о в. Какой макияж?
Л ю с я. Так марафет по-научному называется.
М и р о ш н и к о в. Вы правы, Люсенька. Старики особенно завистливы. Как сели наверху, так нас, молодых, и гноят под собой. Не дают расти. Держат в мальчиках до седых волос. Я ведь не всегда в этой конторе сидел, когда-то и сам командовал… Но… «но над каждым генералом, кто бы ни был он такой, есть другой — большой над малым, а над тем — еще другой. А над тем — еще постарше…» И так без конца. Надоело мне зависеть, плюнул и ушел. Тут хотя бы сам себе хозяин, никто над головой не торчит, по темечку не стукает.
Л ю с я. Согласна с вами, Геннадий Васильевич…
М и р о ш н и к о в
Л ю с я. Согласна с вами
М и р о ш н и к о в. Бодливой корове бог рогов не дает.
Л ю с я. Вы и на этом месте много можете сделать. От вас люди зависят.
М и р о ш н и к о в
Л ю с я. Мне, например, помогли. Вы, наверное, очень добрый, да?
М и р о ш н и к о в
Л ю с я. Тогда помогите бабушке.
М и р о ш н и к о в. Какой бабушке?
Л ю с я. Той, что на лавочке сидит.
М и р о ш н и к о в. Нельзя, она старая.
Не обижайтесь, Люсенька. Есть официальное положение — женщин пенсионного возраста к обработке рыбы не привлекать. Работа тяжелая.
Л ю с я. Вы ее поварихой назначьте.
М и р о ш н и к о в. Готовить на триста человек разве легче?
Л ю с я. Она же будет не одна… А кто-то говорил, что все для меня сделает, а?
М и р о ш н и к о в
Л ю с я. Она мне не знакома. Попросила помочь, а я решила проверить — бросает ли мой Гена слова на ветер или правда хорошо относится ко мне.
М и р о ш н и к о в. Ох, лукавая!.. Ладно, где старухино заявление?
Л ю с я
М и р о ш н и к о в
Л ю с я
М и р о ш н и к о в
Л ю с я
М и р о ш н и к о в. А я никого не боюсь!
Л ю с я
М и р о ш н и к о в. Не жена, а ошибка моей юности. Женился сдуру, а она теперь как старое пальто. И не носишь, и выбросить жалко…
Одно слово — кулема!..
М и р о ш н и к о в
Таисья срывает с себя парик. Немая сцена.
З а т е м н е н и е
З а х а р о в н а. Какое слово ты давеча молвил, Коленька?
Н и к о л а й
З а х а р о в н а. Ой, Коленька!..
М а н я - В а н я. Ну сейчас она выдаст ему бузды!..
С и м а. А не лезь в чужой огород, козел!
Л я д я е в а. Глаза, глаза-то у него были, когда она парик сняла, — во!..
Л ю с я
Л ю с я. Все, бабушка!..
М а н я - В а н я. Не боись, поможем тебе на первых порах.
Л я д я е в а. Опять задремала, старая…
С и м а. Бабушка, эй!..
Л ю с я
М а н я - В а н я
М а н я - В а н я
Т а и с ь я
М а н я - В а н я. Тише ты. Бабушка умерла.
Т а и с ь я. Что?! Что вы такое говорите?!..
М и р о ш н и к о в
Т а и с ь я. Гена, бабушка умерла!..
М а н я - В а н я. Хватит, не трави душу.
Л ю с я. Маму вспомнила… Как только с ней не ругалась, как не обзывала…
М а н я - В а н я. Лаемся на стариков, злимся, вроде мешают жить нам… А спохватимся — их уже нет, родных наших… И будто стеночка какая между тобой и смертью тоньше становится. А если умирает отец с матерью, значит, следующий ты сам. Нет между тобой и могилой больше никого…
К и м В о р о н ц о в — 25 лет.
А с я — врач, 27 лет.
Ж и г у н о в В а л е н т и н С е р г е е в и ч — 40 лет.
Л и н а — 23 года.
Х р о м о в А л е к с а н д р И в а н о в и ч — 30 лет.
С и м о н я н.
Г а т ч и к о в.
С а н С а н ы ч — человек неопределенного возраста.
В о р о н ц о в
Ж и г у н о в. Это военкомат.
В о р о н ц о в. Ух ты!.. А вы кто?
Ж и г у н о в. Меня зовут Валентин Сергеевич.
В о р о н ц о в. И все?
Ж и г у н о в. Для вас и этого достаточно.
В о р о н ц о в
Ж и г у н о в. Почти.
В о р о н ц о в. И такой молодой мужик!
Ж и г у н о в. В свое время вы, возможно, узнаете, в каком я звании.
В о р о н ц о в
Минуту на размышление!.. (Прикрывает глаза.) Все, решение принято! Пишите — Воронцов согласен!.. А куда?
Ж и г у н о в. Не исключена возможность, что вы побываете во всех частях света.
В о р о н ц о в. Вот!.. Признаюсь вам, Валентин Сергеевич, я с детства ощущал в себе предназначение к чему-то необычному!
Ж и г у н о в. Что за ощущение это было?
В о р о н ц о в. Постоянное ожидание крутого поворота, неожиданных изменений в судьбе, интересных, конечно! Знаете, с чего начинается мое утро? С почтового ящика. А вдруг — известие!
Ж и г у н о в. Вы стали программистом, чтобы вычислить наперед свою судьбу?
В о р о н ц о в. Не только поэтому. Электроника — наука двадцать первого века. Сегодня она делает только первые шаги, как в ползунках, что ли… Но скоро электроника станет Архимедовым рычагом и перевернет мир, приведет его в новое качество и превратит человечество из юноши в мужчину!
Ж и г у н о в. Мне нравится такое понимание своего дела. Тогда почему вы с такой легкостью меняете любимую специальность на другую? Разведчик — это же совсем другая профессия?
В о р о н ц о в. Э нет, Валентин Сергеевич, меня не купите! Я же понимаю, что вам нужен человек, разбирающийся именно в электронике, иначе бы я не сидел на этом стуле.
Ж и г у н о в. Логично.
В о р о н ц о в
Ж и г у н о в. Не густо.
В о р о н ц о в. А что вы хотите — человек прожил всего двадцать пять лет! Неплохо знаю английский и люблю мороженое не сливочное, а шоколадное… Я не слишком ерничаю?
Ж и г у н о в. Есть немного. То, что вы любите мороженое именно шоколадное, имеет значение.
В о р о н ц о в. Ага, элемент совместимости? Понятно! Вы меня приглашаете в космонавты!
Ж и г у н о в. Уже теплее. Что-то в этом роде.
В о р о н ц о в. Правильно древние говорили: «Если удача спит — жди!» Предчувствия не обманули меня!
Ж и г у н о в. Валяете дурака. Это что — склад характера?
В о р о н ц о в. Если честно, и то и другое. Но больше от характера. Веселым интересней жить.
Ж и г у н о в. Нравится ваша откровенность. Ваша невеста… Лина, она тоже инженер-программист, я не ошибаюсь?
В о р о н ц о в. И даже пишет кандидатскую… Э-э-э, Валентин Сергеевич, у меня впечатление, что вы знаете обо мне больше, чем я сам.
Ж и г у н о в. Не стану скрывать, мы кое-что знаем о вас, Воронцов. Иначе, как верно заметили, наша встреча не состоялась бы.
В о р о н ц о в. Скажите наконец, в чем дело? Ведь согласная я, согласная!
Ж и г у н о в
В о р о н ц о в. Фантастические?
Ж и г у н о в. Жюля Верна, например? «Двадцать тысяч лье под водой»?
В о р о н ц о в. «Наутилус», капитан Немо? Читал, конечно, в детстве. Но вот теперь я уже ничего не понимаю…
Ж и г у н о в. Работа действительно будет связана с вашей специальностью. Но это не совсем обычная работа.
В о р о н ц о в. Вконец заинтриговали! Чем она необычная?
Вы так рассматриваете меня, словно в душу пытаетесь проникнуть.
Ж и г у н о в. Хочу. Я вас не в Сочи приглашаю.
В о р о н ц о в. Все равно согласная я, говорите!
Ж и г у н о в. Смущает меня ваш несколько авантюристический склад характера…
В о р о н ц о в. А я горжусь им! Вспомните, кого люди называли авантюристами, а потом героями: Лаперуз, Дежнев, Колумб!.. А скольким современным физикам, математикам, генетикам приклеивают кличку авантюристов, но именно они и двигают науку вперед! Стремление к риску, разрушению привычных стереотипов поведения, независимость мышления — разве это плохо? Кто-то же должен идти впереди, пробивая тропу?!
Ж и г у н о в. Что-то в этом есть…
В о р о н ц о в
Ж и г у н о в. Интересно. Хотя бы один пример?
В о р о н ц о в. Однажды я решил весь день говорить родным, друзьям и знакомым то, что я о них думаю.
Ж и г у н о в. Чем закончился эксперимент?
В о р о н ц о в. Потерял девочку, за которой ухаживал, чуть не вылетел из общежития, половина института перестала со мной здороваться.
Ж и г у н о в. Правда дорого стоит?
В о р о н ц о в. В этом я убедился, когда вечером того же дня трое сокурсников устроили мне темную.
Ж и г у н о в. Да, скромным человеком вас не назовешь.
В о р о н ц о в. Я хочу приносить пользу. Ну, а если потом благодарные потомки отольют мне памятник из бронзы, я возражать не стану. А вы станете, только без ханжества, Валентин Сергеевич?
Ж и г у н о в. Отчего же…
В о р о н ц о в. Вот видите!
Ж и г у н о в. Памятник за все хорошее, что успел сделать для своей страны.
В о р о н ц о в. Так куда же вы приглашаете меня, если не в Сочи?
Ж и г у н о в. На Север.
В о р о н ц о в. Это уж точно не Сочи…
Ж и г у н о в. Изменится вся обстановка вашей жизни. Не Москва, а сопки, не квартира на Арбате, а тесная каюта. Но работу гарантирую интересную, почетную и очень ответственную, не пожалеете.
В о р о н ц о в. Вы много платите?
Ж и г у н о в. Не сказал бы. Почти столько же, сколько получаете вы в своем НИИ.
В о р о н ц о в. Пока, Валентин Сергеевич, все это у меня не вызывает особого восторга.
Ж и г у н о в. Вам будет завидовать любой ваш сверстник.
В о р о н ц о в. Ага, мне выдадут джинсовый костюм и дубленку. Чему еще может позавидовать сверстник?
Ж и г у н о в. Черную морскую шинель и шевроны офицера.
В о р о н ц о в
Ж и г у н о в. Вы против военной карьеры?
В о р о н ц о в. Вас это так удивляет?
Ж и г у н о в. Ну, а причина?
В о р о н ц о в. Честно?
Ж и г у н о в. Только так.
В о р о н ц о в. Не обидитесь?
Ж и г у н о в. Валяйте.
В о р о н ц о в. Если уж в нашем дорогом НИИ хватает дуболомов, так у вас их там должен быть целый лес стоеросовый. Извиняюсь, конечно.
Ж и г у н о в. Ваше представление об армии сложено из старых бородатых анекдотов.
В о р о н ц о в
Ж и г у н о в. Не стану утверждать, что в армии каждый второй Спиноза или Жан-Жак Руссо, нет…
В о р о н ц о в
Ж и г у н о в. Вы, Воронцов, глубоко заблуждаетесь, считая современных офицеров ограниченными людьми. Армия сегодня — совсем новая, качественно новая организация людей в шинелях. Ну, судите сами. Разве с электронной супертехникой может совладать дуболом? Только специалисты высокого класса, только высокообразованные люди. Естественно предположить, что между ними возникла и иная точка отсчета не только в служебных, но и личных отношениях. Просто солдафон среди них не может ужиться, не та среда. И замечу — флот во все времена был интеллигентней других родов войск, а теперь и подавно.
В о р о н ц о в
Ведь какой-нибудь поздний историк, копаясь в нашей сегодняшней действительности, с ума сойдет! Не сможет он найти логики в поведении людей двадцатого века! Расщепить атом — и не договориться между собой о мире!
Ж и г у н о в. Знаете, что собой представляет современная подводная атомная лодка, скажем, типа «Трешер»?
В о р о н ц о в. Что-то очень дорогое, большое и с атомным двигателем?
Ж и г у н о в. Корабельные комплексы «этого чего-то большого и дорогого» несут на своем борту шестнадцать ракет стратегического назначения с кассетными самонаводящимися боеголовками. Одна такая лодка способна смешать с землей Англию или такой полуостров, как Камчатка! Со всем, что там есть.
В о р о н ц о в. Недавно прочел повесть одного американца, не помню уж название книги… Там о командире ихней, так сказать, подводной атомной лодки, патрулировавшей в Атлантике. Жена его сбежала с другим. Дочка спуталась с наркоманами и стала проституткой, а сам папа-командир во время стоянки в каком-то скандинавском порту поймал сифилис. И все это у бедняги произошло сразу, представляете, Валентин Сергеевич?
Ж и г у н о в. Представить трудно, но действительно не позавидуешь. И что же?
В о р о н ц о в. Когда лодка снова вышла на патрулирование, этот командир, разочарованный в любви, семье, дружбе, да еще с таким береговым подарком, решил отомстить всему миру за свою несостоявшуюся жизнь. Подвести черту, так сказать, под своей и всем человечеством, гад!
Ж и г у н о в. Каким же образом?
В о р о н ц о в. Ударить ракетами своей лодки по Ленинграду и нескольким крупным городам Союза. Мы бы решили, что это нападение, начало войны, и нанесли бы ответный удар. Ну и заварилась бы мировая каша! Ничего закручено?
Ж и г у н о в
В о р о н ц о в. Но в принципе возможен такой случай?
Ж и г у н о в. Возможен. У пультов живые люди. Постоянное нервное напряжение, могут сдать нервы.
В о р о н ц о в. У нас есть такие лодки, как «Трешер», если это, конечно, не военная тайна?
Ж и г у н о в
В о р о н ц о в. Я польщен, благодарю.
Ж и г у н о в. Не спешите благодарить…
В о р о н ц о в. Я должен сожалеть о своей откровенности, да? Вы уже раздумали брать пацифиста Воронцова?
Ж и г у н о в. Если бы вы не задумывались над такими проблемами, с вами было бы проще. Это же боль каждого думающего человека!
В о р о н ц о в. Вы хороший проповедник.
Ж и г у н о в. Нас было трое — мама, отец и я. В сорок третьем погиб отец. В сорок четвертом умерла контуженная во время бомбежки мама.
В о р о н ц о в. Простите.
Ж и г у н о в. И нас, таких вот одиноких пацанов, было много в нахимовском училище, слишком много. Можно сказать, каждый второй.
В о р о н ц о в. Мне надо подумать.
Ж и г у н о в. Это одно из непременных условий. К нам трудно попасть, но еще труднее уйти.
В о р о н ц о в. Почему ваш выбор остановился именно на мне?
Ж и г у н о в. Кроме профессиональных достоинств нам нужны люди талантливые.
В о р о н ц о в. Откуда известны мои достоинства?
Ж и г у н о в. Я объективен. И повторяю — наша встреча не случайна. Рекомендация военной кафедры и прочее. И вот эта беседа тоже.
В о р о н ц о в
Ж и г у н о в. Пожалуйста. Но вначале определитесь сами.
В о р о н ц о в. Она сможет поехать со мной?
Ж и г у н о в. Конечно, если согласится.
В о р о н ц о в. Почему вы так сказали?
Ж и г у н о в. Есть опыт, по-разному бывает. Жить ей придется действительно не в Сочи.
В о р о н ц о в. Наверное, это у черта на куличках?
Ж и г у н о в. Еще дальше. Вашу Лину мы устроим в школу, учительницей…
Я что-то не так сказал?
В о р о н ц о в. Нет, ничего.
Ж и г у н о в. А теперь подробней о том, чем вы будете у нас заниматься. Только обязан предупредить — информация составляет государственную тайну…
Л и н а
Судя по твоей многозначительности, ты только что выиграл в спортлото… Кеай-й!..
В о р о н ц о в
Л и н а. Эту фразу ты приготовил, пока поднимался по лестнице. Много ли выиграл?
В о р о н ц о в. По всем номерам. Высшую ставку!
Л и н а. Поздравляю.
В о р о н ц о в (насмешливо). Екагири?
Л и н а. Ножной мякагири в живот. Со мной поделишься?
В о р о н ц о в. Отчего же. Но при непременном условии — уедешь со мной на Дальний Восток.
Л и н а. По этапу, как жены декабристов?
В о р о н ц о в
Л и н а. Конечно, если бы ты был похож на декабриста.
В о р о н ц о в. Так… Тебя со мной хватит только до Иркутска?
Л и н а. Проверяешь?
В о р о н ц о в. А хотя бы так…
У тебя не все дома!..
Л и н а
В о р о н ц о в. А те, что есть, со знаком минус!..
Л и н а. Я хочу, чтобы мой будущий муж умел постоять за себя и занялся наконец каратэ.
В о р о н ц о в. В наше время постоять за себя — это прежде всего надо уметь бить вот этим!
Л и н а. И этим! А-а-а!..
В о р о н ц о в
Л и н а. Ты забыл добавить — красивыми ногами.
В о р о н ц о в. Красивыми ногами.
Л и н а. И не злись. Я занимаюсь тем, чем должен заниматься ты, мужчина.
В о р о н ц о в. Будь спокойна. Твои хулиганы, если они нападут, получат от меня по морде просто, по-народному, без всякого каратэ.
Л и н а. Господи! Ну что за ленивый мужик нынче пошел! Ничто их не интересует, ничем заниматься не хотят! Только выхваляются друг перед дружкой и хотят, чтобы жена была нянькой! Этакой мамой… А все остальное время требовать от нее чистые рубашки, жареной картошки и решения всех бытовых проблем!.. Нет, дождетесь, что женщины в конце концов возьмут власть над миром в свои руки!
В о р о н ц о в. Слышали неоднократно.
Л и н а. Разве я не права? Вы, мужики, уже на женских каблуках ходить начали! Выше женщин стать не можете, так за счет каблуков решили подняться!.. Я сделаю из тебя настоящего мужчину!..
Или всю жизнь проживешь под моей пяткой!
В о р о н ц о в. Ты вся из гадючьих спинок.
Л и н а. Хорошо, давай считать! Я исполняющая должность начальника отдела, в котором ты работаешь, — раз! Заканчиваю кандидатскую — два! Зарабатываю больше тебя — три! И собью тебя с ног еще за минуту до того, как ты поднимешь на меня руку!
В о р о н ц о в. Я же говорю — одни гадючьи спинки.
Л и н а. Не нравлюсь — найди себе тетеху, пусть она с тобой нянчится. Ей ничего не надо, кроме зарплаты! Я пытаюсь вылепить из тебя личность, настоящего мужчину!
В о р о н ц о в. Гляньте, люди добрые! У этой женщины мания величия!
Л и н а. Больше и крыть нечем!
В о р о н ц о в. Согласен, зарабатываешь ты действительно больше меня…
Л и н а. Не передергивай, я привела это как пример!
В о р о н ц о в. Но есть такие дела, мой непобедимый друг жизни, куда тебя не пустят ни с твоей кандидатской, ни с твоим каратэ! А меня вот пригласили!
Л и н а. В космонавты, поди?
В о р о н ц о в
Л и н а. При чем здесь Жюль Верн?
В о р о н ц о в. Потому что я могу совершить такое путешествие, как и капитан Немо.
Л и н а. «Ух ты, ах ты — все мы космонавты!..»
В о р о н ц о в. А гидрокосмос, то есть пространство под поверхностью океана, в сто раз враждебней человеку, чем космос!
Л и н а. Чьи слова ты так старательно повторяешь?
В о р о н ц о в. Неважно. Но женщин туда не берут, как ни странно.
Л и н а. Исследовательское судно типа «Витязь»?
В о р о н ц о в. Нет, не исследовательское.
Л и н а. Трепушка обыкновенная!..
В о р о н ц о в. Сегодня утром позвонили из военкомата… Сядь, пожалуйста! Только учти, все, что ты сейчас услышишь, составляет государственную тайну.
Л и н а
В о р о н ц о в. Отнесись серьезно. Я дал подписку о неразглашении.
Л и н а. Расписывался, естественно, кровью?
В о р о н ц о в. Гадючьи спинки.
Л и н а. Успокойся и ври дальше.
В о р о н ц о в. Позвонили и попросили явиться в военкомат в комнату номер четырнадцать. Там сидел такой непонятный мужик в штатском. Пощупав меня, он предложил службу на атомной подводной лодке.
Л и н а. Гальюны мыть?
В о р о н ц о в. Лионелла!
Л и н а. Извини, — конечно, капитаном.
В о р о н ц о в. У меня будут две звездочки на погонах!
Л и н а
В о р о н ц о в. Инженер-лейтенант, так я буду называться.
Л и н а. И маршальский жезл в ранце?
В о р о н ц о в. Мне морская форма к лицу.
Л и н а. Мысленно ты уже примерил ее и кортик, да?
В о р о н ц о в. Зря ты не принимаешь всерьез мои слова.
Л и н а. Этим тебя и купил таинственный «мужик»! А ты подумал, что кроме красивого кителя с шевронами будет еще и жесткая служба с атавистической формой общения между людьми: «Слушаюсь!.. Есть!.. Так точно!..» Да через месяц ты взвоешь и попросишься домой!
В о р о н ц о в. Четко сформулированный ответ исключает разночтения. Ну, представь, если в боевой обстановке, где решается, жить тебе или погибнуть, ты начнешь заниматься словоблудием: «Будьте любезны, если вас не затруднит, перенесите огонь главного калибра на три градуса влево…»
Л и н а. И в конце концов от тебя останется лейтенант минус инженер.
В о р о н ц о в. А я вижу море, цветущее парусами, как сказал Катон.
Л и н а. Чувствуется, что над тобой крепко поработали! Это же мальчишество, Ким!
В о р о н ц о в. Кстати, он разрешил и тебя взять с собой.
Л и н а. Я не чемодан, который берут за ручку и несут куда хотят.
В о р о н ц о в. Значит, ты отказываешься ехать со мной?
Л и н а. А сам-то решился или только пену взбиваешь?
В о р о н ц о в. Речь идет о тебе. От меня ждут ответа завтра.
Л и н а. Мне это нравится! Он, видите ли, будет стрелять из главного калибра, покорять гидрокосмос, а я что?
В о р о н ц о в. Работать в школе, преподавать математику.
Л и н а. Я?!
В о р о н ц о в. А как быть с женами декабристов? Они теряли больше, чем кандидатскую диссертацию.
Л и н а. Не путай понятия, тоже мне Муравьев-Апостол! Я человек, личность, а не довесок к мужу!
В о р о н ц о в. Таким образом, выходит, отказаться должен я? Я, стало быть, довесок к тебе?
Л и н а. Каждый из нас имеет право свободного выбора!
В о р о н ц о в. Вот и выбирай.
Л и н а. Быть твоей женой очень почетно?
В о р о н ц о в. Если ты считаешь по-другому, то нам больше не о чем говорить.
Л и н а. Не тяни все одеяло на себя, ноги замерзнут!
В о р о н ц о в. Пока.
Л и н а. Ким!..
В о р о н ц о в. Эх ты…
Л и н а. И твои старики станут на дыбы…
В о р о н ц о в. Речь сейчас о нас с тобой, о наших истинных отношениях!
Л и н а. Судя по агрессивности, ты уже принял решение и теперь определяешь коэффициент моей любви?
В о р о н ц о в. Я хочу знать — едешь ты со мной или остаешься?
Л и н а. Поставим вопрос по-иному: уступить должен тот, кто больше любит.
В о р о н ц о в. Мелкая женская провокация.
Л и н а. Но армия — это практически на всю жизнь! Всю жизнь я буду обречена быть школьной учительницей! С ума сойти!..
В о р о н ц о в. Я не ошибся. Твоей любви хватит только до Иркутска.
Л и н а. Знаешь что!.. Кто ты такой, чтобы проверять меня?! Надо сначала самому стать личностью, а потом уж проверять других!..
В о р о н ц о в. Вот теперь мне стало хорошо тебя видно. И анфас, и в профиль.
Л и н а. Прости, я со зла, нарочно…
В о р о н ц о в. Решение принято. Я уеду, я буду служить. С тобой, без тебя — значения не имеет.
Л и н а. Перестань, Ким, пожалуйста! Ну зачем мы должны ехать куда-то в тьмутаракань, бросать отличную работу, удачно налаженную жизнь?
В о р о н ц о в. Ты собираешься стать моей женой?
Л и н а
В о р о н ц о в
Л и н а. Ты не поедешь, откажись!
В о р о н ц о в. Нет!
Л и н а
В о р о н ц о в
Л и н а
В о р о н ц о в
А с я. Говорят, у тебя обморок недавно был, Симонян?
С и м о н я н. Ну мичман, ну звонарь!..
А с я. Ваш судовой врач знает об этом?
С и м о н я н. Да здоров я, здоров!
А с я. Так в чем же дело?
С и м о н я н. Не слушайте этих болтунов, Асенька! Они вот все ржут, а у меня как вспомню, так мураши по спине начинают бегать!
А с я
С и м о н я н. Что?
А с я. Мураши?
С и м о н я н
А с я. Эпическое начало.
С и м о н я н. Обводы у нее были, то есть конфигурация, извините, Ася, как у крейсера!
А с я. Да ты поэт, лейтенант!
С и м о н я н. Из песни слов не выбросишь, доктор. Короче, сижу я этак идиллически и душевно расслабляюсь. Вдруг кусты раздвигаются… и вылазит оттуда здоровенная медведица!..
А с я. А ты?
С и м о н я н. Я — ноль внимания. Думаю, что это Стелла. Ну, ручная медведица с тральщика «Громобой». Она у них вроде живого талисмана… Выперла эта зверюга шагах в трех от меня и смотрит звериными глазками!
А с я
С и м о н я н. А я ей спокойно молвлю: «Стелла, уйди».
А с я
С и м о н я н. А она на дыбы и рычит!
А с я. Страшно!.. А ты?
С и м о н я н. Я ей опять же спокойно: «Стелла, кыш!» Тут она и поперла на меня буром, и уже дыхание ее чувствую!.. Взял я тогда удочку, похлестал ее легонько по попе, она обратно в кусты и смылась…
А с я. И все?
С и м о н я н. Нет. Порыбачил я еще, потом вернулся на базу и по дороге зашел к мичману Корункову — вот трепач! — замечание сделать.
А с я. Можешь одеваться.
С и м о н я н
Спасибо, приятно… Ну, поднимаюсь на тральщик, и точно — на корме спит Стелла и во сне цепью побрякивает. Как увидел я это, как понял, что вместо нее, безобидной девочки, дикую зверюгу удочкой гонял!..
А с я. У тебя, Армен, произошла так называемая эмоциональная реакция с вегетативными компонентами.
С и м о н я н. Спасибо, милая.
А с я. Пора жениться, Армен. И все твои эмоциональные реакции как рукой снимет.
С и м о н я н. Совет врача?
А с я. И друга.
С и м о н я н. Ах, Асенька! Если бы ты могла выписать рецепт, где вместо названия лекарства стояло бы имя такой же женщины, как ты, — я бы всю страну перевернул, а нашел бы ее!
А с я. Спасибо, Армен. Ты хороший парень, и жена у тебя будет прекрасная женщина.
С и м о н я н. Где найдешь ее среди этих диких сопок?
А с я. Она появится сама, как только ты почувствуешь, что пора жениться.
С и м о н я н. Любопытная информация: если взять бутылку из-под шампанского и наполнить ее десятикопеечными монетками, то наберется триста рублей. Здорово, правда?
А с я. К чему это ты?
С и м о н я н. А так просто!
А с я
С и м о н я н. Гм, в этом соображении что-то есть…
А с я. Начни с приобретения бутылки.
С и м о н я н. Это за нами не заржавеет, как только вернемся из похода. Но — полной!
А с я. Как поживает ваш новенький?
С и м о н я н. Кисляков?
А с я. Нет. Воронцов, кажется?
С и м о н я н. Ну, какой он новенький, уже обжился. Парень от и до. Наш человек, одним словом!..
А с я. Да… Он что — в наряде?
С и м о н я н
Ж и г у н о в. Доброе утро, Ася Александровна. Симонян, вы что — прописались здесь? Полчаса жду за дверью.
С и м о н я н. Шумы у меня в сердце, товарищ командир.
Ж и г у н о в
А с я. Симонян ошибается, Валентин Сергеевич. Не шумы в сердце, а соловьиное пение в душе его.
Ж и г у н о в. Непростительно, лейтенант. Вы акустик по специальности, обязаны точно различать характер шумов.
С и м о н я н. Весна, Валентин Сергеевич. Эфир переполнен звуками.
Ж и г у н о в. Он вам больше не нужен, Ася Александровна?
А с я. У Симоняна все в порядке.
С и м о н я н. Кроме сердца, а может быть, и души.
Ж и г у н о в. Идите, соловей-разбойник.
Все офицеры лодки прошли осмотр?
А с я
Ж и г у н о в. А Воронцов?
А с я
Ж и г у н о в
А с я. Он был. Здоров как чемпион. Вообще должна заметить, Валентин Сергеевич, ваши ребята молодцы. В хорошей форме держатся.
Ж и г у н о в. Разрешите?
А с я. Что с ним?
Ж и г у н о в. Уходим в море, а человек как в воду опущенный…
А с я. Вы имеете в виду отношения Гатчикова с женой?
Ж и г у н о в. Злая баба!.. Извините.
А с я. Мне искренне жаль, что так несчастливо у них случилось. Я не оправдываю Неллю, Валентин Сергеевич, но и ее понять тоже надо… Молодая женщина, полная сил, энергии, сидит дома в четырех стенах. Работы по специальности нет. Военный городок, пойти некуда. Что делать ей целыми днями? Болтать с соседкой, возиться с ребенком да получать по аттестату мужа деньги. А Женя вернется с морей, две-три недели побудет дома и — опять в океан! Вот и сходит с ума от тоски.
Ж и г у н о в
А с я. Разные характеры у людей, Валентин Сергеевич, разная степень любви… Что касается меня, то я занята делом. Артем лежит в этой земле.
Ж и г у н о в
А с я. Попытаюсь, Валентин Сергеевич.
Ж и г у н о в
Г а т ч и к о в. Разрешите, Ася Александровна?
А с я. Здравствуй, Женечка.
Г а т ч и к о в. К вам целое паломничество сегодня. Раздеваться?
А с я. Так всегда бывает перед походом. Снимай китель, давление только проверю. У тебя такой цветущий вид, что и неспециалист скажет «годен», хоть под воду, хоть в космос.
Г а т ч и к о в
А с я. Почему? Садись.
Г а т ч и к о в. Я ведь знаю, что Нелля была у тебя дома перед отъездом. Ябедничала.
А с я. Плакала она. Очень.
Г а т ч и к о в. Ее слезы недорого стоят.
А с я. Женечка, я понимаю, как должно быть скверно у тебя на душе…
Г а т ч и к о в. Да черт с ней! Пусть катится! Но она сына увезла — Юрку моего!
А с я. Она мне сказала, что Юрку будет присылать сюда каждое лето вместе с бабушкой.
Г а т ч и к о в. А если я в это время буду в море?
А с я. Одно могу сказать, Женя. И это не пустые слова утешения, а пережитое мною… Страшно и непоправимо, когда человек не уезжает, а перестает существовать. Вот он был, смеялся, щурился на солнце — и вдруг нет его!..
Давай все же проверим твое давление и пульс…
Почти в норме.
Г а т ч и к о в. Что нам сделается?
А с я. Хватит, Женя.
Г а т ч и к о в
А с я. Приходи вечером в Дом флота. Потанцуем с тобой. Придешь?
Г а т ч и к о в
А с я
Г а т ч и к о в
А с я
В о р о н ц о в
А с я
В о р о н ц о в. Заболел не я, а один мой близкий друг.
А с я
В о р о н ц о в. Это не мой секрет, поэтому я не имею права назвать имя. Главное — случилась беда.
А с я. О господи! Никогда у тебя не поймешь — дурака валяешь или говоришь правду!
В о р о н ц о в. Я прошу, Ася Александровна, отнеситесь к этому серьезно. Итак… Ему, как и мне, двадцать пять лет, он офицер и тоже недавно прибыл служить на флот. Но вот два месяца назад он встретил одну женщину… Не спешите улыбаться, Ася Александровна. История моего друга только начинается. Сперва ему этот человек просто нравился, как может нравиться мужчине красивая и умная женщина. Поэтому все было легко и просто. Но спустя некоторое время он вдруг почувствовал какое-то неясное томление. Что-то постепенно не давало ему покоя… Вам интересно, доктор?
А с я. Слушаю со всем вниманием.
В о р о н ц о в. «Что такое? — удивился мой друг. — Что за аномалии со мной происходят? Ночью сплю плохо, стал рассеянным, недавно в кают-компании разбил любимую чашку командира».
А с я. Бедный…
В о р о н ц о в. И тут мой друг понял, что любит эту женщину!
А с я. Он не ошибся? Быть может, принял обычное увлечение за истинное чувство? Симптомы этих двух заболеваний схожи.
В о р о н ц о в. В том-то и дело, что нет!
А с я. Если друг нуждается в совете специалиста, то бог в помощь. Передайте ему, чтобы смело шел к этой женщине и признался в любви. Вашему другу сразу полегчает.
В о р о н ц о в. Вообще-то он парень решительный. Его смущает другое.
А с я. Как отнесется к признанию предмет его воздыханий?
В о р о н ц о в. Конечно, положительно.
А с я. Самоуверенный нахал этот ваш приятель!
В о р о н ц о в. Вовсе нет. Женщины любят, когда им признаются в любви.
А с я. О, друг такой многоопытный?
В о р о н ц о в. Во всяком случае, не вчера родился, беллетристику почитывает…
А с я. Тогда что же его мучает?
В о р о н ц о в. Эта женщина упорно скрывает их отношения от друзей, предпочитает встречаться тайком.
А с я
В о р о н ц о в. Но это же ненормально! Какие могут быть причины?
А с я. Самые разные. Самое простое то, что отношения между мужчиной и женщиной не нуждаются в рекламе!
В о р о н ц о в. У моего друга серьезные намерения, и я не вижу причин устраивать из их отношений криминальный роман!
А с я. Не надо гнать лошадей…
В о р о н ц о в. Но почему она должна так себя вести, почему?! Такое поведение унижает не только ее, но и моего друга!
Может быть, она просто развлекается с ним, а?
А с я. Нет!
В о р о н ц о в. Так, интрижка, помогающая скрасить гарнизонную скуку?
А с я
В о р о н ц о в. Но факты!..
А с я. Ким, будь добр, не надо сегодня. Вернешься из похода, и все определится.
В о р о н ц о в. Убеждаешь меня одной интонацией, как во МХАТе.
А с я. Умница!..
В о р о н ц о в. Вот так всегда…
А с я. Хватит скрипеть, мой друг.
А с я. Жарко сегодня…
В о р о н ц о в. Сочинский денек. Далеко еще?
А с я. Уже пришли. Вот эта полянка и есть мое любимое место.
Нравится?
В о р о н ц о в. Обетованное место.
А с я. Я раньше часто сюда приходила. Одна.
В о р о н ц о в. Сейчас уже не приходишь?
А с я
В о р о н ц о в. Молодец, Асик! Это ты хорошо придумала — устроить именно здесь наше прощание. Одним, среди сопок…
А с я. Но учти — стол должен у нас быть как в лучших домах!
В о р о н ц о в. Убедительная просьба к матросам — во время сражения адмиралам советов не давать…
А с я. Отвернись, мне надо переодеться.
В о р о н ц о в. Зачем?
А с я. Хочу, чтобы в походе ты вспоминал меня красивой.
В о р о н ц о в. Переодевайся, я с удовольствием помогу.
А с я. Ким…
В о р о н ц о в. Соглашаюсь скрепя сердце.
А с я. Не подсматриваешь?
В о р о н ц о в. С трудом сдерживаю себя.
А с я. Молодец!
В о р о н ц о в. Как благородный король.
А с я. Валет. Короли благородные — это капитаны первого ранга с седыми висками…
В о р о н ц о в. Раз, два, три, четыре, пять — Воронцов идет искать! Кто не спрятался, я не виноват!..
За нас с тобой!
А с я. За твое благополучное возвращение из похода! И прошу тебя — вернись живым и здоровым…
В о р о н ц о в
А с я. Слушаюсь, мой лейтенант!..
В о р о н ц о в
А с я. Как быстро ты стал для меня самым дорогим человеком… А помнишь
В о р о н ц о в
А с я
В о р о н ц о в. «На судьбу, при вашем таком цветущем виде, лейтенант?»
А с я. «На нее, злодейку! Почему мне раньше не встретилась такая прекрасная женщина, как вы!»
В о р о н ц о в. Быстрота и натиск — девиз великих полководцев!..
(Не замечая его.) Сейчас ты скажешь: «И что я нашла в тебе?»
А с я. И что я нашла в тебе?
В о р о н ц о в. А как женщины оценивают мужчин? Поделись секретом. Почему нравится именно тот, а не этот?
А с я. Так же, как и мужчины.
В о р о н ц о в. Ну да! Мужчины сперва любят глазами. Фигура и все такое. А уж потом заглядывают в душу.
А с я. Если удастся.
В о р о н ц о в. Кова-р-рная!..
С а н С а н ы ч
В о р о н ц о в. О, божий человек!
С а н С а н ы ч. Здрасьте.
В о р о н ц о в. Охотник — и без ружья?
С а н С а н ы ч. В госпромхозе не все стреляют. Есть люди, что воспроизводством всего живого занимаются. Вот иду подкормки для диких оленей проверить.
В о р о н ц о в. Да ты садись с нами, папаша.
С а н С а н ы ч. Сан Саныч.
В о р о н ц о в. Пожелайте нам удачи, дорогой Сан Саныч.
С а н С а н ы ч. Пусть вам чаще улыбается жизнь.
А с я. Спасибо. Хорошо сказано, Сан Саныч.
С а н С а н ы ч. Мужчина ваш, вижу, человек военный…
А с я. Мужчина этот — будущий адмирал!
С а н С а н ы ч. И красивый. Я тоже не всегда за животными ухаживал. Когда-то и форму носил.
В о р о н ц о в. На флоте служили?
С а н С а н ы ч. В пехоте родимой. А морякам завсегда завидовал — красивые. А если уж погибают, так во всем чистом, не то что мы, пехота, в грязи по уши.
В о р о н ц о в. Э, папаша, умирать что в белой манишке, что в грязной гимнастерке — все равно скучно. Результат один.
С а н С а н ы ч. Верно, товарищ лейтенант. Это я знаю. Я ведь не только в пехоте на пузе ползал, я ведь и снайпером был, вот как.
В о р о н ц о в. И сколько на вашем счету?
С а н С а н ы ч
В о р о н ц о в
С а н С а н ы ч. Враги. И война справедливая была. А все ж живые люди…
А с я. Это страшно…
С а н С а н ы ч. Очень, девочка. Удар пули-то равен девяти тоннам на один квадратный сантиметр человеческого тела… Я по бывшей своей профессии бухгалтер, в Гжатске работал до призыва. А как война кончилась, вернулся до дому и не смог более на счетах своих щелкать. Вот и уехал сюда, на край света, к природе поближе. Тут наконец и отпустило, спать стал спокойно. А лечился просто — уйду в сопки, сяду на солнышке и гляжу окрест…
А с я
С а н С а н ы ч. А красота вокруг такая несказанная, что плакать хочется… Да вы сами гляньте — море-океан, сопки синие, тундра цветными лоскутами… Думаешь про себя: ну что вы, люди, спокойно не живете? Что вы танки заместо тракторов делать продолжаете?
В о р о н ц о в. Не к месту вы такой разговор затеяли, Сан Саныч.
А с я. Подожди, Ким. (Сан Санычу.) Семья у вас есть?
С а н С а н ы ч. Жена Нина померла в прошлом году, тихая была женщина, любящая меня. А дети взрослые, разлетелись по всей стране. Младший сейчас тоже службу несет в погранвойсках.
В о р о н ц о в. Сан Саныч ярый пацифист… Если бы мы не понастроили этих штуковин и не готовы бы были из них стрелять, вы вряд ли могли лечиться на этих сопках.
С а н С а н ы ч. Знаю, сынок, и согласен. Я про иное речь веду… Я хочу знать, задумываетесь ли вы, ребятки, над тем, что вот в этих самых ваших руках…
В о р о н ц о в. Не дрейфь, Сан Саныч, сами жизнь любим!
С а н С а н ы ч (
А с я. Я знаю Кима и его товарищей. Им можно верить.
С а н С а н ы ч
В о р о н ц о в. У нас что — политзанятия?!
С а н С а н ы ч
В о р о н ц о в. Забавный старикан.
А с я. Ты обратил внимание, какие у него тихие, всепрощающие глаза?
В о р о н ц о в
А с я. Ты хочешь узнать про Артема, да?
В о р о н ц о в. Если тебе тяжело, то не надо.
А с я. Рано или поздно такой разговор должен возникнуть между нами.
В о р о н ц о в. Почему ты осталась здесь, а не уехала обратно в Ленинград?
А с я. Сначала мне казалось, это будет предательством по отношению к Артему — оставить тут его одного. А потом… А потом все друзья Артема стали моими друзьями, и я их всех полюбила. Да и привыкла работать в нашей флотской поликлинике…
В о р о н ц о в. Бедная моя…
А с я
В о р о н ц о в. Военная тайна. Но тебе… Сегодня в ночь. Но мы еще с тобой в Доме флота успеем потанцевать!
Г а т ч и к о в. В народе слух прошел, Ася, что наш бравый Симонян в обморок упал.
С и м о н я н
А с я. Так точно. С вегетативными компонентами…
В о р о н ц о в. Общий привет голубым гусарам!
С и м о н я н. Разве ты не в наряде?
В о р о н ц о в. Дядяев подменил. За сборник современной поэзии.
А с я. Здравствуйте, Ким.
Продешевил бедный Дядяев. Променять последний вечер на берегу…
В о р о н ц о в. Сборник Дядяеву нужен позарез. Он из него выбирает любовные афоризмы, раскавычивает их и, выдавая за свои собственные мысли, цитирует в письмах одной женщине из города Пензы.
А с я. Пользовался бы лучше Блоком.
В о р о н ц о в. В Пензе тоже читают Блока, раскусит женщина нашего Дядяева…
Х р о м о в. Почему здесь маячите, а не в зале?
С и м о н я н. Дышим напоследок свежим воздухом, Александр Иванович.
В о р о н ц о в. А не очищенным установкой кислородом. Маловато дали погулять, Александр Иванович. Из похода — в поход.
Х р о м о в. Привыкайте, лейтенант Воронцов. Это и называется служба.
С и м о н я н. Мы люди казенные.
Х р о м о в. Военные…
Окажите честь, Ася Александровна.
В о р о н ц о в. Почему так смотришь на меня, Армен? Решил в долг попросить?
С и м о н я н. Ким…
В о р о н ц о в. Аюшки?
С и м о н я н. Надо поговорить…
В о р о н ц о в
Г а т ч и к о в. Не валяй дурака, Ким.
В о р о н ц о в. Мистер Симонян, разве я валяю дурака? Я валяю дурочку.
С и м о н я н. Шутишь?
В о р о н ц о в. Шучу.
С и м о н я н. Я так и подумал.
В о р о н ц о в. И ты прав, черт побери!
Г а т ч и к о в. У нас серьезный разговор к тебе.
В о р о н ц о в. Что-нибудь сексуальное?
Г а т ч и к о в
В о р о н ц о в
С и м о н я н. Говори ты, Женя, иначе я его сейчас укушу!
Г а т ч и к о в. Сегодня я буду танцевать с Асей.
В о р о н ц о в. Оригинально.
С и м о н я н. Пусть женщина отдохнет, развлечется. Ей и так невесело.
В о р о н ц о в. Значит, рядом со мной у Аси должно испортиться настроение?
Г а т ч и к о в. Армен, не тяни резину!
С и м о н я н
В о р о н ц о в. Что из этого?
С и м о н я н. Не пачкай ее имя, будь человеком, Ким.
В о р о н ц о в. Тебе не кажется, что ты суешь нос не в свои дела?
Г а т ч и к о в
В о р о н ц о в. Ого!.. Кто это «мы», хотел бы я знать? И почему «пошлые»?
Г а т ч и к о в. Мы — офицеры нашей лодки. А пошлые, потому что Ася Александровна жена нашего товарища!
В о р о н ц о в. Бывшего товарища.
Г а т ч и к о в
С и м о н я н. Правда, Ким. Ася — она святая и чистая…
В о р о н ц о в. Кто вам сказал, что я позволю лезть в мои личные дела
Г а т ч и к о в
В о р о н ц о в. А то?
Г а т ч и к о в. Иначе вам придется уйти с нашей лодки!
В о р о н ц о в. Не много ли вы на себя берете, а?
Г а т ч и к о в. Мы со всякими в море не выходим!
С и м о н я н. Ну зачем так резко, ребята…
В о р о н ц о в. Я повторяю — наши отношения с Асей никого не касаются!
Г а т ч и к о в. Вы недостойны Аси Александровны, Воронцов. И если не оставите в покое эту женщину, мы все подадим рапорт командиру с требованием списать вас с лодки.
В о р о н ц о в
Говори!
С и м о н я н. Любопытная информация, Ким. Оказывается, если взять бутылку из-под шампанского и наполнить ее десятикопеечными монетами, то наберется триста рублей. Здорово, а?
В о р о н ц о в
С и м о н я н. Так просто.
В о р о н ц о в. Нет, стой!..
С и м о н я н. Тебе популярно объяснили, что к чему.
В о р о н ц о в. А вы знали, товарищи офицеры, что со мной было, когда Лина написала, что никогда не приедет сюда, знали?! Нет?!
С и м о н я н. Не надо исповедоваться. Я не священник.
В о р о н ц о в
С и м о н я н. Всё так, и я не отказываю тебе в дружбе. Но твои личные переживания — это еще не предлог для встреч с Асей.
В о р о н ц о в. Она для меня… ну, свет в окошке!
С и м о н я н. Для нас всех тоже. Поэтому и просим — не загораживай его.
В о р о н ц о в. Иди ты!..
С и м о н я н. Иду. Но Асю оставь в покое. Иначе это будет тебе последний мой дружеский совет.
В о р о н ц о в. Я не верю, что все ребята против меня! Это штучки Гатчикова, он интригу плетет!
С и м о н я н. Неправда.
В о р о н ц о в. Пляшете под дудку этого капитан-лейтенанта, потому что он в кругосветке был и орден по праздникам надевает!
С и м о н я н. Я перед Женей Гатчиковым снимаю шляпу. Благодаря таким, как он, у нас на лодке нет жлобов!
В о р о н ц о в
С и м о н я н
Х р о м о в
А с я. Славно танцует ваш замполит — кавалергард!
Отчего такой взъерошенный вид?
С и м о н я н. Обижаемся, Асенька. С замполитом танцуешь, а мы что — черная кость?..
В о р о н ц о в. Нам пора определить наши отношения.
А с я
В о р о н ц о в
А с я. Что это вдруг, Воронцов?
В о р о н ц о в. Хватит!
А с я. Правда, Ким, я вас что-то не понимаю?..
В о р о н ц о в. Я хочу услышать твой ответ!
А с я
В о р о н ц о в. Твое поведение недостойно!..
А с я
В о р о н ц о в
А с я. Как я им всем буду потом смотреть в глаза?
В о р о н ц о в. Но и так не может продолжаться до бесконечности!
А с я. Пусть память об Артеме отдалится. Вернешься из похода, тогда…
В о р о н ц о в. Мне в море надо знать, что меня здесь действительно любят!
А с я. Ты будешь смеяться, а у меня ко всем нашим ребятам… ну… какое-то материнское чувство, что ли… Мне жаль их, я боюсь их обидеть.
В о р о н ц о в. А меня — нет?
А с я. Как ты можешь, Ким?! Нам осталось быть вместе каких-то несколько часов, а ты их втаптываешь в грязь!.. (Плачет.)
С и м о н я н (преувеличенно весело). Асенька, свет очей моих, — вальс!
А с я
Г а т ч и к о в. Подонок!..
Х р о м о в. Товарищи офицеры!..
Г а т ч и к о в
В о р о н ц о в. Извините!
Г а т ч и к о в
«Сижу теперь на «губе» и сочиняю тебе письмо…»
В о р о н ц о в. Вы не могли бы, капитан-лейтенант, заниматься эпистолярным творчеством молча?
Г а т ч и к о в
В о р о н ц о в. Я к вам обращаюсь, Гатчиков!
Г а т ч и к о в
В о р о н ц о в. Сочиняйте свое послание молча!
Г а т ч и к о в. Извините, лейтенант, не могу. У меня, видите ли, с детства такая привычка. Мне вслух лучше думается. Так что простите великодушно.
Но, дорогой Анатолий, ты знаешь, что к таким типам у нас, подводников, идиосинкразия. Мы их выводим без всякого ДДТ…»
В о р о н ц о в
Г а т ч и к о в. Вы что-то произнесли?
В о р о н ц о в. Жалею, что отменили дуэли!..
Г а т ч и к о в. Вот в этом я с вами согласен, лейтенант!..
Х р о м о в
Гатчиков, возьмите табуретку и сядьте в тот угол.
Г а т ч и к о в. Я готов нести наказание за свой поступок. Но и готов повторить его!
Х р о м о в. Удивлен вашим поведением, Женя. Такой выдержанный человек — и вдруг эта неприглядная история…
Г а т ч и к о в
В о р о н ц о в. У вас мания величия, капитан-лейтенант!
Х р о м о в. Мне кажется, произошло недоразумение.
В о р о н ц о в
Г а т ч и к о в. Этот гад издевается над Асей, до слез ее доводит!
Х р о м о в. Выбирайте выражения, Гатчиков… Это правда, Воронцов?
В о р о н ц о в. Я считаю ниже своего достоинства оправдываться!
Г а т ч и к о в. Гнать таких с флота! Вынуждаете нас, кадровых офицеров, служить с разными!..
Х р о м о в. Стоп, ребята. Так мы ни к чему не придем. Пожалуйста, Гатчиков, сядьте туда и не мешайте нашему разговору.
Присядем и мы?
Тревожит меня ваше поведение…
В о р о н ц о в. Я плохо несу службу?
Х р о м о в. Нет, служите вы хорошо…
В о р о н ц о в. Тогда остальное никого не касается!
Х р о м о в. Не скажите…
В о р о н ц о в. Кто вы такой — папа, мама, друг детства?
Х р о м о в. Старший по званию и замполит.
В о р о н ц о в. Вот и учите меня политграмоте, а личные мои дела пусть останутся именно моими личными делами. Тут я обойдусь без старшего по званию!
Х р о м о в. Личная жизнь офицера тоже подчинена службе…
В о р о н ц о в. Может быть, вы захотите и моей зубной щеткой пользоваться?
Х р о м о в. Не вспухайте, лейтенант. Ведите себя достойно.
В о р о н ц о в. Вы забываете, что я не только лейтенант, но и инженер. Такой же человек, как и любой штатский!
Х р о м о в. Сколько стоит ваша форменная тужурка?
В о р о н ц о в. Речь сейчас идет о другом!
Х р о м о в. Ваши ботинки? Обед?
Шинель, жилье?
В о р о н ц о в. Какое это имеет отношение к нашему разговору?
Х р о м о в. Самое прямое. Я хочу объяснить разницу между вами, инженер-лейтенантом, и просто инженером. И обед, и плащ, и ботинки гражданский инженер оплачивает из своей зарплаты сам, лично.
В о р о н ц о в. Я работаю, и не меньше, чем на гражданке. И в более трудных условиях!
Х р о м о в. Но кроме того, именно он — инженер, рабочий, колхозник — заботится о том, чтобы вы могли служить, не думая о цене за обед, плащ и шинель.
В о р о н ц о в. Я должен за это расплачиваться?
Х р о м о в. Подчинять и свою личную жизнь службе. Потому что вы, Воронцов, прежде всего военный человек. За нашей спиной живут люди, наши с вами соотечественники, которые хотят спокойно жить и работать, не опасаясь, что на их головы где-то в Липецке или Краснодаре может свалиться ракета с ядерной боеголовкой.
Когда должна приехать ваша невеста — Лина, кажется? Спрашиваю не из праздного любопытства. Мы с командиром квартиру вам хлопочем, как семейному офицеру.
В о р о н ц о в. Она не приедет.
Х р о м о в. Позвольте узнать причину?
В о р о н ц о в. Роль только моей жены ее не устраивает.
Х р о м о в. Дети у вас есть?
В о р о н ц о в. Мы еще расписаться не успели.
Х р о м о в. Дети появляются независимо от печати в паспорте.
В о р о н ц о в. Что вы говорите?!
Х р о м о в
В о р о н ц о в. По ее просьбе?
Х р о м о в. Причина сложнее. Сегодня в пять тридцать утра наша лодка снимается в поход. Ситуация между вами и офицерами экипажа ненормальна. Она может продолжиться в море.
В о р о н ц о в. Эти отношения сложились не по моей вине!
Х р о м о в
Г а т ч и к о в. А ему ловко!..
Х р о м о в. Представьте себя на моем месте. Вы замполит, и у вас погибает офицер, каких мало. Можно сказать, лучший из лучших…
Г а т ч и к о в. Не то что некоторые!
Х р о м о в. Гатчиков, нам с вами еще предстоит беседа!.. И вот жена такого прекрасного офицера остается здесь, на базе. Она для нас дорогой человек, она как член экипажа. Это факт немаловажный. Не каждая женщина способна на такой шаг. Некоторые жены офицеров частенько уезжают отсюда, бросая живых мужей… Проходит год. Ася ни с кем, и с ней никто. А претендентов хватало…
Ребята должны быть уверены в ней, уходя в море. В ее неприкосновенности, понимаете? Они должны верить в любовь. Знать, что есть такие женщины — любящие, ждущие, верные… Сами знаете, всяко бывает. «Офицерские жены» — это тоже не просто сказано… Ребята на Асю молятся. Она для них, если хотите, символ женской верности и чистоты!.. И вдруг приезжаете вы — и все рушится. Понимаете, Ким?
Г а т ч и к о в. Гнать надо с флота таких!..
Х р о м о в. Придержите язык!
В о р о н ц о в
Х р о м о в. Что-то в этом роде…
В о р о н ц о в
Х р о м о в. Не упрощайте, Воронцов.
В о р о н ц о в. Вы хотите Асю в угоду себе закопать вместе с мужем в могилу?!
Г а т ч и к о в
Х р о м о в
В о р о н ц о в. Теперь вы постарайтесь стать на мое место, товарищ капитан третьего ранга!.. У вас была невеста, вы пошли служить на флот, но ей это не понравилось, и она отказалась ехать с «любимым». Другими словами, бросила вас. И вот вы, поставив крест на всем хорошем, встречаете такую женщину, как Ася… Ася Александровна. Но вдруг оказывается, что своей любовью вы разбиваете сердца офицерам-подводникам!.. Вы думаете только о себе, а где же право на жизнь у Аси? Ей кого ждать на берегу?! Вас — и только?! Вы лишаете ее любви, жизни, какой-то коллективный эгоизм!
Х р о м о в. Возможно, вы правы…
В о р о н ц о в
Х р о м о в. Я тоже не прочь, да на «губе» запрещается… А черт с этими запретами! Давайте потихоньку.
А как относится Ася к вам?
В о р о н ц о в. Так же, как и я к ней.
Х р о м о в
В о р о н ц о в
Х р о м о в. На флоте люди чистоплотные. А экипаж подводной лодки — это как одна семья. И мы если уж погибаем, так все вместе. И когда лодка пойдет уже не в учебную, а боевую атаку, мы должны знать, кто рядом с тобой идет под воду, верить каждому.
В о р о н ц о в. Обидно, Александр Иванович! Но я не человек, что ли?
Х р о м о в. Недостойные у нас не задерживаются. Только лодка погружается, они тут же всплывают. У них удельный вес легче. А за ребят приношу вам извинения.
Г а т ч и к о в
Х р о м о в. А сейчас собирайтесь — и на лодку. У вас еще будет время поговорить. За поведение, недостойное офицеров на вечере в Доме флота, вы, Гатчиков, как и Воронцов, отсидите свои трое суток после похода…
Г а т ч и к о в. Кто там ломится?
Г о л о с С и м о н я н а. Воронцова позовите.
В о р о н ц о в. Извините, Александр Иванович.
Г о л о с С и м о н я н а. Ким, эй! Симонян за окном!
В о р о н ц о в. В чем дело, Армен?
Г о л о с С и м о н я н а. Слышишь, узник, невеста твоя объявилась!
В о р о н ц о в
Г о л о с С и м о н я н а. Та, что из Москвы!
Что молчишь, Ким? Радуйся!
Г о л о с ч а с о в о г о
Г о л о с С и м о н я н а. Все, старшина, отваливаю. Ким, она тебя ищет. Что передать?
Х р о м о в
Г о л о с ч а с о в о г о. Товарищ лейтенант, нельзя — это ж гауптвахта!
Г о л о с С и м о н я н а. Пока, узник!..
Ж и г у н о в. Тебе известно, что в экипаже ЧП?
Х р о м о в
Ж и г у н о в. Для замполита это грозит профессиональной непригодностью.
Х р о м о в. Помоги, пожалуйста…
Ж и г у н о в. За шесть месяцев службы парень стал классным специалистом!.. Тьфу, черт! Сам борись с этим пододеяльником. Чудовище какое-то!
Х р о м о в. А если офицеры подадут рапорт и потребуют списать Воронцова с лодки?
Ж и г у н о в. Пока еще я командир!
Х р о м о в. А я ведь их поддержу. Специалист Воронцов хороший, но его человеческая суть оставляет желать лучшего.
Ж и г у н о в. Жду предложений.
Х р о м о в. В этот поход я бы его не взял. Пусть сначала разберется в своих личных делах.
Ж и г у н о в. Вчера опять засекли американскую атомную лодку. Учти — «Огайо»!
Х р о м о в. К чему это ты?
Ж и г у н о в. Не кажется ли тебе, Саша, что мы с этим нравственным воспитанием и политграмотой несколько перегибаем палку? Все же главное для нас — боевая подготовка личного состава, боевая!.. Человечество сидит на открытой крышке порохового погреба. Сидит и чиркает спичками, трубку мира пытается разжечь! А ведь достаточно одного неверного движения, чтобы весь мир взлетел к чертовой матери! И люди как биологический вид могут исчезнуть с лица земли!
Х р о м о в
Ж и г у н о в. Интересно.
Х р о м о в. А понял вот что. Политическое сознание, дух, правильная точка отсчета в нашем таком неспокойном сегодня мире не менее важны, чем комбайны для уборки хлеба насущного. Ты прав, Валя. Политическая ситуация — опасней еще не было. Наступил кризис «холодной войны», и преодолеть его сможет только лишь такое общество, социальная система которого и нравственные, опять же, принципы предполагают в себе здоровое начало.
Ж и г у н о в
Х р о м о в. Что касается Воронцова… Я человек терпимый. Многое могу понять и простить. Но сейчас речь идет о психологической совместимости изолгавшегося Воронцова и офицеров экипажа. Им не один месяц вместе находиться под водой. Нельзя выходить в море, имея на борту такую свару.
Ж и г у н о в. Почему ты не допускаешь, что человек отстаивает свое право на любовь?
Х р о м о в. Допускал, пока не появилась его жена.
Ж и г у н о в. Уточняю — невеста.
Х р о м о в. Невеста — это будущая жена.
Ж и г у н о в. Глубокомысленное замечание. А если он ее не любит?
Х р о м о в. Тогда зачем Воронцов ее сюда вызвал? К нам добираться — не ближний свет.
Ж и г у н о в. Эх, Саша!..
Х р о м о в. Ты открываешься мне с неизвестной стороны…
Ж и г у н о в. Да, Саша, да. Когда-то и твой командир тоже сдался на милость. А когда спохватился — было уже поздно. Двое здоровых пацанов по дому бегали… А какое, наверно, это счастье — возвращаться со службы и каждый раз видеть не только мать своих детей и хозяйку дома, но и любимую женщину… Я могу понять Воронцова. И если он, несмотря на все давление, сможет отстоять свою любовь, значит, он человек достойный. Наши офицеры поймут это, они ребята с чутьем.
Х р о м о в. Но как же быть с его невестой?
Ж и г у н о в. А вот с ней Воронцов пусть разбирается сам, по возвращении из похода…
Жена приехала, Катя?
У тебя
Х р о м о в. Ты чертовски проницателен, Валя…
Л и н а (весело). Здравия желаю, командиры-полковники!
Х р о м о в. Знакомьтесь — Валентин Сергеевич Жигунов, наш командир.
Л и н а. Рада познакомиться.
Ж и г у н о в
Л и н а
Х р о м о в. В эту минуту Валентин Сергеевич начал терять веру в человечество и своего замполита.
Л и н а. Это ужасно! Бедный… Но почему вдруг?
Ж и г у н о в
Х р о м о в
Ж и г у н о в
Л и н а. Шекспир был не прав, Александр Иванович. Мы ласковые, незлобивые существа.
Ж и г у н о в. Сколько человеческих судеб сломлено этими ласковыми существами.
Л и н а. «Человеческих»! Женщин вы за людей не считаете, товарищ командир?
Ж и г у н о в. Виноват. Эта информация предназначалась для Александра Ивановича.
Х р о м о в. Да, я совсем забыл сказать тебе, Валентин Сергеевич… Лина — невеста лейтенанта Воронцова.
Ж и г у н о в. Да…
Л и н а. Лионелла.
Ж и г у н о в. Так вы надолго к нам, Лионелла?
Л и н а. Называйте меня просто Лина. Ненавижу свое идиотское имя!
Ж и г у н о в. Ну почему же — звучит.
Х р о м о в. Хочу повторить вопрос командира: вы надолго к нам, Лина?
Л и н а
Х р о м о в. В школу, если там есть место.
Л и н а. А если нет?
Х р о м о в. Буфетчицей в береговую кают-компанию.
Л и н а. Я окончила университет!
Ж и г у н о в. У нас проблема с устройством офицерских жен на работу. У всех высшее образование. А вы, к сожалению, слишком долго ехали сюда и, кажется, опоздали…
Л и н а. Тогда я увезу от вас Воронцова.
Х р о м о в. Думаете, вам это удастся?
Л и н а. Если я ставлю перед собой какую-нибудь цель, я ее добиваюсь!
Ж и г у н о в. Воронцов военный человек, он служит.
Л и н а. Пусть служит, но только в Москве.
Х р о м о в. Вы считаете, что здесь Воронцову плохо?
Л и н а. Для меня здесь нет работы. А если плохо жене, то, значит, невесело и мужу. Логично?
Ж и г у н о в. Александр Иванович, вам не кажется, что назрела срочная необходимость перебазировать нашу часть куда-нибудь поближе к Москве, скажем — в Черемушки?
Х р о м о в. Над этим предложением стоит подумать…
Л и н а. Юмор ваш оценила по достоинству, командиры-полковники.
Ж и г у н о в. Воронцову вы сообщили о своем приезде?
Л и н а. В том-то и дело, что нет!
Хочу преподнести ему сюрприз!
Ж и г у н о в. И вам это наверняка удастся.
Л и н а. Валентин Сергеевич, может быть, вы объясните, где сейчас находится мой жених?
Александр Иванович почему-то упорно уклоняется от ответа.
Ж и г у н о в. Как бы вам объяснить…
Л и н а. Он в секретной командировке?
Ж и г у н о в. Гм, можно сказать и так.
Х р о м о в. Его даже охраняют.
Ж и г у н о в. Святая правда.
Л и н а. Ай да Ким! Не зря он настоял на своем и пошел служить!.. Он за кордоном, да?
Ж и г у н о в. Нет, не за кордоном. В пределах базы.
Л и н а. Тогда почему я не могу увидеть Кима?
Ж и г у н о в
Х р о м о в. Извините, что на раскладушке, но, как видите, быт не налажен, жена в пути…
Л и н а. Что вы, я вам и так признательна!.. А вы где будете слать?
Х р о м о в. В прочном корпусе…
Л и н а. Где?!
Ж и г у н о в. У нас так называют подводную лодку.
Л и н а. Столько хлопот из-за меня…
Х р о м о в. Это-то как раз пустяки.
Л и н а. Валентин Сергеевич, хотя бы позвонить Киму можно?
Ж и г у н о в. Туда звонить нельзя.
Л и н а. Тогда прикажите — пусть его отпустят хотя бы на час?
Ж и г у н о в. Не положено…
Л и н а. Валентин Сергеевич, миленький, ну пожалуйста, а? Волшебное слово говорю!.. Александр Иванович, поддержите меня!
Х р о м о в. Такие вопросы решает командир.
Л и н а. Всего на один часик, Валентин Сергеевич! Ведь я полгода Кима не видела и так долго добиралась сюда!
Ж и г у н о в. А что?
Х р о м о в. Конечно, пусть поставят точки над «и».
Л и н а. О чем это вы?
Ж и г у н о в. Так, домашние дела.
Л и н а. А я в таком виде!..
Ж и г у н о в
Х р о м о в. Мы отчаливаем, Лина. Будьте как дома.
Ж и г у н о в. Спокойной ночи.
Л и н а. Я очень благодарна вам обоим! Вы такие славные, спасибо!..
А с я. Мне надо срочно поговорить с вами, Александр Иванович!.. Очень хорошо, что и вы здесь, Валентин Сергеевич! Вас это тоже должно касаться!
Ж и г у н о в. На минное поле мы с тобой выскочили, Саша…
Х р о м о в. Вы успокойтесь, Ася Александровна.
Ж и г у н о в. Точно! Давайте потом встретимся и разумно обо всем переговорим…
А с я. Нет, я прошу вас!
Х р о м о в. Мы не одни, Ася…
А с я
Л и н а. Не буду мешать вам. Извините.
А с я. Что позволяют себе ваши офицеры! Кто дал право им так беспардонно вмешиваться в чужую жизнь?!
Х р о м о в. Произошло недоразумение, Ася…
А с я. Мало того, что Кима оскорбили!..
Ж и г у н о в. Тише, пожалуйста.
А с я. Так его еще и упекли на гауптвахту!
Х р о м о в. Гатчиков находится там же.
А с я. Он это заслужил! Но Воронцов за что?!
Х р о м о в. Я думаю, что нам лучше поговорить на свежем воздухе.
Ж и г у н о в. Да, такой прекрасный вечер!
А с я. Ким не виноват, это я тянула с замужеством!
Ж и г у н о в. Я больше не могу, Саша. Скажи ты.
А с я. Как только Ким вернется из похода, мы тут же подадим заявление в загс!..
Л и н а. Простите.
Х р о м о в
Ж и г у н о в. Конечно, позовем!
А с я. Я требую, чтобы вы сейчас же приказали освободить его! Слышите?
Л и н а
Х р о м о в. Ситуация…
Л и н а. Валентин Сергеевич, у вас не хватит мужества отказать в просьбе такой красивой женщине!
Ж и г у н о в
Х р о м о в
Л и н а
Ж и г у н о в. Ну, лейтенант!.. Подсунул военкомат подарок!..
Л и н а. Это он!.. Я спрячусь, Александр Иванович, ладно? Сюрприз так сюрприз!..
В о р о н ц о в. Товарищ командир, лейтенант Воронцов прибыл по вашему…
Х р о м о в
А с я. Я повторяю — Ким не виноват! Это Гатчиков все затеял!
В о р о н ц о в. Ася, не надо. Мы сами разберемся с Гатчиковым.
Х р о м о в
А с я. Ошибаетесь, ничего не будет и быть не должно!
Х р о м о в
А с я. В чем дело?
Л и н а. Я все слышала, Ким.
А с я. Кто эта женщина?
В о р о н ц о в
А с я
Л и н а. Лионелла. Что же теперь нам делать?
Ж и г у н о в
Х р о м о в
В о р о н ц о в. Я просил бы вас остаться.
Х р о м о в. Нет, Воронцов, мы с командиром здесь права голоса не имеем. Разбирайтесь сами.
Ж и г у н о в. Ася, вы с нами?
А с я. Идите, я догоню.
Л и н а. Мне Ким писал о вас, ставил в пример. А вы оказались просто цепкой женщиной.
В о р о н ц о в. Лина!..
Л и н а. Дурачок, ты должен знать, что добродетель женщины — это просто привычка к спокойной жизни, и не более того!
В о р о н ц о в. Не будь хуже, чем есть на самом деле!
Л и н а (Асе). Вам сколько лет?
Под тридцать. Подумайте, что будет через пятнадцать лет. Вы станете пожилой женщиной, а Ким только превратится в настоящего мужчину.
В о р о н ц о в. Прошу тебя вести себя достойно, слышишь?! Я люблю Асю!
Л и н а. Ты это себе просто внушил! Жил один, вдалеке от дома, меня не было, и захотелось иметь кого-нибудь рядом с собой. Вот и объяснение твоего чувства к этой женщине!
Но теперь я приехала, все станет на свои законные места!
А с я. Мне стыдно, что я оказалась в подобной ситуации… Но я задержалась лишь для того, чтобы ты знал, Ким… Что бы вы ни решили с Линой, я всегда буду с благодарностью вспоминать время, проведенное с тобой.
Л и н а. Ничего не скажешь — ход!
В о р о н ц о в. Не подозревал, что в тебе столько злости.
Л и н а. Я защищаю свою семью!
В о р о н ц о в. Как все противно, стыдно!.. Ну зачем, зачем ты приехала?! Занималась бы в Москве своим каратэ, писала бы кандидатскую, вышла бы замуж!..
Л и н а. Мне не хватает тебя, Ким.
В о р о н ц о в. Ты первой предала нашу так называемую любовь, отказавшись ехать сюда!
Л и н а. Не верила, что ты можешь все бросить и уехать.
В о р о н ц о в. Ты вообще плохо меня знаешь!
Л и н а. Может быть, хватит, Ким? Повалял дурака, пора и возвращаться на круги своя?
Если о себе не думаешь, так пожалей хотя бы своих стариков. Они же переживают, боятся за тебя.
В о р о н ц о в. Что ты имеешь в виду?
Л и н а. Перед отъездом я была в гостях у одного врача. Он объяснил мне, как ты должен себя вести и чем «заболеть», чтобы тебя комиссовали.
В о р о н ц о в. У меня стало туго с юмором, не понимаю таких шуток.
Л и н а. Есть еще вариант. Можно попросить папу, и он устроит тебе перевод в Москву.
В о р о н ц о в. Не говори ерунды!
Л и н а. Хорошо, Ким. Все будет так, как ты решишь… Хотя бы поцеловал меня…
В о р о н ц о в. В той моей прошлой жизни ты программировала меня и мое место в доме. Но теперь я высвободился и рад этому!
Л и н а. Ты же лейтенант, не маршал. Тебе и тут приказывают.
В о р о н ц о в. Приказывают, не унижая моего достоинства!
Л и н а. Ну что с тобой, Ким, я же шучу…
В о р о н ц о в (тихо). Лина…
Л и н а
В о р о н ц о в. Не знаю, что сказать тебе, Лина…
Л и н а. У нас будут дети, Ким. Я даже придумала, как мы их назовем: Наташа и Сережа. Нравится?
В о р о н ц о в. Редкие имена.
Л и н а. Мы их назовем так, как ты захочешь.
В о р о н ц о в. Мне мучителен этот разговор.
Л и н а
В о р о н ц о в
Л и н а. Вот ты каким стал… Служба сделала тебя грубым и беспощадным.
В о р о н ц о в. Нет, не беспощадным. Армия сделала меня человеком, который обязан отвечать за свои слова и поступки.
С и м о н я н. Давай, Женя, вперед?
Г а т ч и к о в
С и м о н я н. А мне ловко?.. А, что для друзей не сделаешь!
Накладка, Ким. Ошибка в счислении произошла.
Г а т ч и к о в. Точно, Ким. Я говорил с Асей…
В о р о н ц о в. А не пошли бы вы все!..
С и м о н я н. Каемся, Ким. Ей-богу, каемся!
Г а т ч и к о в. Мы же должны были знать, с кем идем в море — с подонком или товарищем! Ася ко мне приходила…
Я все понял, Ким.
С и м о н я н. Не бросайся словами, Гатчиков. Ким у нас такой, что может и вернуть с процентами!
В о р о н ц о в. Могу!
Г а т ч и к о в. Только давай отойдем в сторону, здесь неудобно…
С и м о н я н. Наш Ким строг, но справедлив. Он это сделает, когда вернемся из похода, если захочет, конечно.
В о р о н ц о в
С и м о н я н. Вот и ладушки!
В о р о н ц о в. Ты тоже не подарок. Друг называется, с вилами наперевес!
С и м о н я н. Повинную голову, Ким… Ведь я знаю, что за суровой внешностью ты прячешь доброе сердце!
Смотри, что приготовил для такого случая папа Симонян!..
Г а т ч и к о в
В о р о н ц о в. И правда, Армен…
С и м о н я н. Держите фужеры, мужчины!..
Г а т ч и к о в
С и м о н я н. Жидкость, правда, не кондиционная. Но клянусь, что, вернувшись из похода, наполню эти стаканы настоящим коньяком ереванского розлива! Да будет так!.. А теперь твой тост, Ким. Ибо сказано: «Питие без добрых слов есть суть пьянство».
В о р о н ц о в. Подняли, ребята, и сдвинулись ближе.
С и м о н я н. Формально. Души нет в твоих словах.
В о р о н ц о в
С и м о н я н. Прекрасную Асю.
В о р о н ц о в. Да. Прекрасную Асю. Но все мы должны сохранить в памяти вот эти несколько минут, оставшиеся до выхода в море. Ведь сейчас вместе с нами незримо стоит и наша Дружба — произношу это слово с большой буквы. Потому что без этого чувства человек неполноценен, он калека… Давайте выпьем за нашу дружбу, за нашу удачу, за любовь к той земле, которая нас родила…
Ж и г у н о в
С а н С а н ы ч
М и х а и л Ч е р е м н ы х.
Г е о р г и й — его брат.
А р и н а — жена Михаила.
К у з ь м и ч.
К а т ю ш а.
Н и к и ш и н.
В а н ю к о в.
Е ф и м о в н а.
Н и н а — ее внучка.
М и х а и л. Смета на капитальный ремонт библиотеки. Оформи, а я потороплю строителей… Ты что такая хмурая?
Н и н а
М и х а и л. Ну, извини…
Г е о р г и й
М и х а и л. Жорка!.. Братан!..
Ну-ка…
Н и н а. Здравствуйте.
М и х а и л. Нина Анисимовна, мой секретарь и моя тайная любовь.
Н и н а
М и х а и л. На сегодня всё, Нинок. Брат приехал!
Н и н а. До свидания.
Г е о р г и й. Зато ты совсем не изменился, такой же шебутной, как и раньше.
М и х а и л. А, это… Бог нас в прошлом месяце наказал за нерадение. Во время грозы молния угадала точно в поссовет, и сгорела моя контора. Только и успели знамя да сейф с документами спасти. Сейчас строимся заново.
Г е о р г и й. Снял бы временное помещение.
М и х а и л. Где? Ты по дороге видел, что в поселке творится? Геологи, строители, командированные — и всем крыша нужна. У нас теперь каждый квадратный метр жилья дороже, чем в Москве на Арбате! Но это ладно.
Г е о р г и й
М и х а и л. Стоп! Не будем комкать встречу. Мы с тобой сядем за накрытый стол, и ты все неторопливо поведаешь.
Ариша, это брат мой. А это — Арина. Я писал тебе о ней.
А р и н а. Миша много рассказывал о вас.
Г е о р г и й. Рад познакомиться. У тебя прекрасная жена, Миша.
А р и н а. Благодарю.
Пожалуй, так комната обретет более жилой вид.
М и х а и л. Прием граждан окончен.
А р и н а
М и х а и л. А про баньку-то я и забыл!.. Конечно, после баньки!
Г е о р г и й. Пять…
М и х а и л. Ох!.. Хорошо-о… Будто бог по душе босиком ходит…
Г е о р г и й. Шурф били аммоналом, осколком задело. Действительно, славно…
М и х а и л. Помню. Думал ли он тогда, что пройдет время — и мы вот так, вдвоем, будем сидеть здесь, уже седые дети его?.. Что же ты делал все это время, Жора? Кроме поздравительных открыток, ничего больше не удосужился написать.
Г е о р г и й. Мотался по стране с изыскательскими партиями… Средняя Азия, Кавказ, Камчатка, даже в Африку на полгода занесло.
М и х а и л. Не женился?
Г е о р г и й. Хватит с меня и одного раза.
М и х а и л. Что так?
Г е о р г и й. Я кто? Перекати-поле, изыскатель. А она у меня была этаким деревенским кулачком в юбке. Все в дом гребла, все ей чего-то не хватало. То люстры хрустальной, то ковра… Это бы ладно… Короче, пока я в экспедиции был, она мне такие рога наставила, что, вернувшись домой
М и х а и л
Г е о р г и й. Нет. Поэтому я взял пиджачок, плюнул и ушел.
М и х а и л. Был в Хабаровске на совещании, там и познакомился. Арина как раз институт заканчивала. На третий день сделал предложение и увез сюда, в Камушки. Сейчас в школе историю преподает.
Г е о р г и й. Почему?
М и х а и л. Не знаю… Наверное, боится связать себе руки.
Надолго к нам?
Г е о р г и й. Работать.
М и х а и л
Г е о р г и й. Перед тобой, Михаил Аверьяныч, не кто-нибудь, а начальник комплексной экспедиции изыскателей.
М и х а и л. Всегда гордился тобой, Жора. И маме покойной говорил — наш Жорка станет большим человеком!..
Г е о р г и й. Лагерь мы разбили рядом с Камушками, сразу за Медвежьей Падью.
М и х а и л. Это хорошо. Сможешь часто приезжать домой.
Г е о р г и й
М и х а и л. Нет, это ты правильно сделал, что попросился сюда. Кто лучше тебя может знать наши места? Еще пацаном все облазил.
Г е о р г и й. Одно дело — пацаном, Миша. Найти оптимальный вариант трассы для железной дороги непросто. В особенности для Байкало-Амурской магистрали.
М и х а и л. И не должно быть просто! Думаешь, так — через пень колоду мы сумели превратить наше село в поселок почти городского типа?
Г е о р г и й. Дома расскажешь.
М и х а и л. Нет, ты послушай! Мы такое сражение выдержали!.. Областное начальство заявляет нам: мол, пока изыскатели не решат, пройдет ли БАМ через Камушки, до тех пор никакого строительства не затевать!
Г е о р г и й. С головой наше начальство…
М и х а и л. С калганом, а не с головой! Мы реконструировали наш старенький лесопильный заводик, и он уже дает необходимые БАМу шпалы. Приехали специалисты — их жильем обеспечить надо или пусть в палатках живут?!
Г е о р г и й
М и х а и л
Г е о р г и й. Это я тебе сейчас дам прикурить!..
М и х а и л
А разик бы сбегали в сорокаградусный мороз в занесенную снегом уборную во дворе — всю любовь к патриархальности как рукой бы сняло!
А р и н а
М и х а и л
Г е о р г и й
М и х а и л. А что? Хотя мы и живем в тайге, но тоже желаем иметь красивый дом, водопровод и теплый туалет…
Г е о р г и й. Действительно, Миша, что заладил про теплый туалет и изъясняешься как-то по-казенному?
М и х а и л
Е ф и м о в н а. Хлеб да соль.
М и х а и л. Что стряслось, Ефимовна?
Е ф и м о в н а. Можно я на ушко шепну?
М и х а и л. При нем можно, это брат мой.
Е ф и м о в н а. Георгий который? Да неужто!
Г е о р г и й. Здравствуйте, Ефимовна.
Е ф и м о в н а. Здравствуй-здравствуй, Георгий Аверьяныч. Не признала, богатым будешь. Примета верная, поверь старухе.
М и х а и л. Говори, Ефимовна, зачем пришла. Видишь, не ко времени.
Е ф и м о в н а. Нина моя беременная…
М и х а и л. Отведи к врачу, пусть посмотрит, посоветует что…
Е ф и м о в н а. Так ведь дело какое, Аверьяныч!.. (Приготовилась заплакать.) Обрюхатил ее геолог заезжий да и улетел потом на этой стрекозе-тарахтелке!
М и х а и л. Дела… Фамилию его Нина знает?
Е ф и м о в н а
М и х а и л. Не ко времени все…
Е ф и м о в н а. Дак разве такое дело ко времени бывает, Аверьяныч? Бога буду молить, только угомони, утешь ее!
М и х а и л
Е ф и м о в н а. Была я и у попа, да не идет он!
М и х а и л. И правильно делает. Тебе надо было за внучкой доглядывать.
Е ф и м о в н а. Родители померли, а я разве, старая, угляжу? Да ты вспомни себя молодого, Миша. Сам кобелем был лихим…
М и х а и л. Ну-ну, полегче, Ефимовна!
Г е о р г и й. Это какая же Нина?
А р и н а. Секретарь Миши, худенькая такая.
Знаете, Георгий… Когда я увидела вас, у меня возникло такое чувство, будто мы с вами где-то уже встречались.
Г е о р г и й. Вряд ли.
А р и н а (
Г е о р г и й. Пойду покурю.
К а т ю ш а. Никак Жорка Черемных собственной персоной!.. А какой видный мужчина весь из себя стал!
Г е о р г и й
К а т ю ш а. И-и, какие мы серьезные стали, с погонами! А ведь пацаном подглядывал за мной в щелку, а? Сознайся хоть сейчас, Георгий?
Г е о р г и й
К а т ю ш а
Г е о р г и й
К а т ю ш а. Я те дам «тетя»!
Г е о р г и й
К а т ю ш а. Заявление в кадры повез. Уезжаем мы отсюда, Жора, в город Звездный.
Г е о р г и й. Не жаль? Столько лет прожили в Камушках?
К а т ю ш а. К новым людям хочется, на простор человеческий. Эх!.. Веришь, Жора, закрою глаза и вижу: полная зала мужиков здоровенных, шум, смех, голоса разные — и я гибко так между столиков с подносом. «Эй! — кричу. — Эй, мужички мои дорогие, поберегись! Борщом ошпарю!..»
А вот и мой Хаз-Булат удалой явился…
К у з ь м и ч. Здравствуй, Георгий. С прибытием.
Г е о р г и й. Спасибо.
К у з ь м и ч. Сопротивляюсь.
Г е о р г и й. Это кому же?
К у з ь м и ч. Ей…
Г е о р г и й. Жена вас заждалась…
К у з ь м и ч. В управление ездил, потом к крестному заглянул.
Г е о р г и й. Жив старичок?
К у з ь м и ч. А что ему сделается? В огороде копается, бражку пьет, пенсию как буденновский конник получает…
К а т ю ш а. Заявление подписал?
К у з ь м и ч. Начальник кадров уехал.
К а т ю ш а
К у з ь м и ч. В Иркутск, на совещание руководящих работников…
К а т ю ш а. Ой ли?
К у з ь м и ч. Ей-богу, Катюша!
К а т ю ш а. Тогда я улетаю в Звездный одна.
К у з ь м и ч. Катя, я устал…
К а т ю ш а. Он хочет меня заживо здесь схоронить!..
К у з ь м и ч. Людей постыдись, Катя!
К а т ю ш а. Одна уеду!
К у з ь м и ч
Г е о р г и й. Ой ли?
К у з ь м и ч
Г е о р г и й
К у з ь м и ч. Одним смех, другим слезы — так оно в жизни и бывает.
Г е о р г и й. Отпустите ее, пусть едет.
К у з ь м и ч. Нельзя.
Г е о р г и й. Кто это вам сказал?
К у з ь м и ч. Люди болтают, радуются.
Г е о р г и й
К у з ь м и ч. Хорошо бы. Тогда и мы с Катюшей с места не тронулись бы…
Г е о р г и й. Все же решили уезжать?
К у з ь м и ч. Жизнь ломается, Георгий. Дров на зиму запасся. Куда их теперь? Эх…
А р и н а. Идите пить чай, Георгий.
М и х а и л. Это кто тут собирается пить чай в моем доме?!
А р и н а. Что с Ниной?
М и х а и л
А р и н а. Жаль ее.
М и х а и л. Ничего, пройдет.
Знаешь, Жорка, что меня больше всего привлекает в БАМе? Это то, что строится он совсем другим методом. Не как Беломорканал, не киркой и энтузиазмом, как Комсомольск-на-Амуре, а умом инженерным, деньгами и техникой сумасшедшей! С настоящим Знаком качества, если хочешь!
Г е о р г и й
М и х а и л. Как так?!
Г е о р г и й. Слишком дорого прокладывать железную дорогу именно через Камушки. Для этого пришлось бы взрывать целые километры скальных прижимов вдоль реки.
М и х а и л
Г е о р г и й. Очень дорого. Невыгодно экономически. Тем более что в районе не обнаружены полезные ископаемые. Нет оснований биться за поселок.
М и х а и л
Г е о р г и й. Это не аргумент.
М и х а и л
Г е о р г и й. Не знаю. Строители уже требуют от нас рабочие чертежи.
М и х а и л. Но ты же понимаешь, если БАМ обойдет Камушки, то поселок умрет!
Г е о р г и й. Но раньше вы как-то обходились без железной дороги?
М и х а и л. Обходились, потому что ее не было. А теперь где-нибудь рядом построят город или большую станцию, и все туда постепенно переберутся. Что людям скучать в тайге?
Г е о р г и й. Не принимай так близко к сердцу, Миша.
М и х а и л
М и х а и л
Н и к и ш и н. Да… Удружил твой братец, ничего не скажешь. Как кулаком под дых. Надо срочно что-то предпринимать.
М и х а и л. Что? За изыскателями стоит экономический расчет. Они доказывают, что их решение наиболее выгодно государству…
Н и к и ш и н. Стоп! А если я у себя на заводе попрошу экономиста сделать расчеты, которыми мы аргументированно докажем важную роль Камушек в экономической и культурной жизни района? А? Точно! И с этими расчетами — прямым ходом в облисполком. Так и так, дорогие товарищи. Не по-государственному решили изыскатели. Негоже бросать в тайге обжитой поселок. И — расчеты на стол!
М и х а и л. Вот эти расчеты. Уже посылал в облисполком и ответ уже получил.
Н и к и ш и н. Ну?
М и х а и л. «Расчеты ваши, товарищ Черемных, неубедительны».
Н и к и ш и н. А что станет с моим заводом?
М и х а и л. Есть и про твой завод. Когда БАМу в нем отпадет необходимость, завод демонтируют и перенесут в новый город. Его собираются строить в двухстах километрах отсюда, за Медвежьей Падью.
Н и к и ш и н. Свалился на голову этот БАМ!
М и х а и л
Н и к и ш и н. Понятно. Кузьмич в курсе?
М и х а и л. Да…
К а т ю ш а
К у з ь м и ч. Ну скажи, чего тебе не хватает? Свой дом, корова, живность всяческая по двору бегает. Тишина вокруг. А воздух — так тот вообще рубль глоток! Куда тебя тянет, а? Зачем, что надо-то?
К а т ю ш а. Жизни живой!
К у з ь м и ч. Да городские сюда специально ездят, чтоб дохнуть у нас жизни этой!..
К а т ю ш а
К у з ь м и ч. Я завтра спокойный буду, а ты как есть дура, так дурой и помрешь!..
М и х а и л. Кузьмич, зайди ко мне, дело есть.
К а т ю ш а
К у з ь м и ч. Язва, а не женщина!
Н и к и ш и н. Дал бы ей раз — и все стало бы на место.
К у з ь м и ч. Рука не поднимается. Но ничего, она у меня когда-нибудь схлопочет!.. Ответ пришел, Миша?
М и х а и л. Пришел.
К у з ь м и ч. Понятно. Что же дальше, братцы?
М и х а и л. Остается последний вариант — собрать общепоселковое собрание, объяснить людям сложившуюся ситуацию с Камушками и написать коллективное письмо в Совет Министров. И чтобы каждый житель поселка подписался под ним.
Н и к и ш и н. А тебе ответят, что это дело не Совета Министров, а изыскателей. Они должны решать, где лучше и выгодней проложить трассу БАМа. И будут правы.
М и х а и л. Тогда не знаю…
К у з ь м и ч. Постой-погоди, Миша. Давай сначала. Значит, так: если БАМ обойдет нас, то город построят в другом месте и все наши сельчане уедут туда, так?
М и х а и л. Так.
К у з ь м и ч. Дальше идем. Почему этот БАМ должен обойти такой хороший поселок? Их что, много в тайге?
М и х а и л. Строителям невыгодно вести дорогу через Камушки. Дешевле строить напрямую.
К у з ь м и ч. Понятно. Ну а если, к примеру, у нас тут рядом обнаружатся полезные ископаемые, а? Дорога подвернет к нам?
М и х а и л. Если бы!..
К у з ь м и ч. Говори дальше.
М и х а и л. Говорить больше не о чем. У нас осталась последняя попытка — написать письмо в Совет Министров.
Н и к и ш и н. Попытка в пользу бедных…
М и х а и л
М и х а и л
К у з ь м и ч
Михаил
Кузьмич мнется. Видно, как он мучается.
Говори, коль принес.
К у з ь м и ч. Эх, верно Катюша моя речет: кто дураком родился, тот таким и помрет…
М и х а и л. Ты свою Катюшу через раз слушай!
Н и к и ш и н. Место богатое?
К у з ь м и ч. Признаки есть.
М и х а и л. Где оно?
К у з ь м и ч
Н и к и ш и н. Не может быть! Это же совсем рядом с поселком, и геологи там все исходили!
М и х а и л. Не темнишь, Кузьмич?
К у з ь м и ч. Чего теперь темнить? Есть золотишко. Теперь-то дорога пойдет через Камушки?
Н и к и ш и н. Мужики, вот он, настоящий аргумент, — золото!..
М и х а и л. Давно нашел?
К у з ь м и ч. Лет семь уже.
М и х а и л. Что же ты молчал, козел старый?! Ведь золото это!
К у з ь м и ч. Вспомни, Миша, какая благость была в тайге раньше. Станешь на увал, посмотришь окрест — и плакать хочется, до того чисто, тихо и хорошо. Боялся, укажу золото — наедут, прииск откроют и порушат всю красоту и спокойствие. Ну, а когда БАМ начали строить, понял — не спрячешься…
М и х а и л. БАМ нужен людям, одной красотой сыт не будешь.
К у з ь м и ч. Да разве я против?! Стройте на здоровье, только не похабьте тайгу! Не лейте мазуту в речку, не палите лес, не гоняйте технику где попало!.. Я бы этим сукиным детям вездеходчикам самолично ноги повыдергивал из одного места! Ведь сколь деревьев погубили!..
Н и к и ш и н. Странный ты человек, Кузьмич. Смотришь на все с колокольни лесничего. Прогресс идет! А где рубят, там, сам знаешь, щепки летят. А ты из-за одного дерева человека готов изничтожить.
К у з ь м и ч. Вон видишь лиственницу за окном, видишь? Так она тоже живая. Она, может, сейчас слушает нас и говорит про себя: «Что же вы с нами делаете, матерь вашу, своими железными вездеходами!»
Н и к и ш и н. Так уж и говорит!
М и х а и л. Теперь дело за Георгием. Мы ему только намекнем, что есть, мол, рядом с Камушками нечто такое, что может его заинтересовать.
Н и к и ш и н. Чего темнить?
М и х а и л. Одно дело, когда человек сам находит, другое — когда его как щенка носом ткнут. Психология!
К у з ь м и ч. Что я, крохобор или в могилу все уволоку? Ну зажилил бы золотишко, ну таскал бы себе потихоньку, хоронясь от всего света белого, и вздрагивал. Разве это жизнь?
М и х а и л. Премия тебе полагается по закону. Ее хватит и тебе, и Катюше.
К у з ь м и ч. Это Катюше-то? Кому им когда хватало? Покажь мне такую?
Н и н а. Здравствуйте.
М и х а и л. Сходи к геодезистам, их палатки за околицей, и попроси от моего имени связаться с Георгием Аверьяновичем Черемных. Пусть он срочно приедет в поселок.
К а т ю ш а. Чего заперлись? Мой уже освободился, Михаил Аверьяныч?
К у з ь м и ч. Сейчас.
К а т ю ш а
К у з ь м и ч. Не твоего ума дело.
К а т ю ш а. Смотри-и…
Н и к и ш и н. А мы тебя не боимся, Катя. Мы с Кузьмичом на фронте танковые атаки выдерживали — и ничего, живы-здоровы.
Н и н а. Я пойду?
М и х а и л. Как настроение, Нинок?
Н и н а. Не надо, Михаил Аверьянович, не говорите про это. Мне сейчас плохо. Очень.
М и х а и л
Нам с ней очень хотелось иметь ребенка, но врач не разрешал. А Оля решила пойти на риск, я не мог отговорить ее… Да что теперь! Если не кривить душой, то не очень-то и отговаривал. Самому хотелось сына. Думал, мудрят врачи, перестраховываются…
Что ты, Нинок…
Н и н а. Олю жалко… И вас.
М и х а и л. Ах ты, моя милая!
Н и н а. Вы думаете, будет мальчик?
М и х а и л. Да, я ни на минуту не сомневаюсь в этом! Это решенный вопрос!.. Эх, был бы я холост да помоложе, взял бы я тебя замуж, Нинок! Пошла бы?
А теперь иди свяжись с Георгием.
А р и н а
Г е о р г и й. Из лагеря шел вертолет в поселок, ну я и решил навестить вас.
А р и н а. И прекрасно сделали! Садитесь.
Г е о р г и й. А где Миша?
А р и н а. Уехал к рыбакам на тоню, какое-то собрание проводить. Чаю?
Г е о р г и й. Не откажусь.
А р и н а. Много работы?
Г е о р г и й. Хватает. В лагерь возвращаемся без ног. Но нас ноги и кормят.
А р и н а. Я смутно представляю, чем занимаются изыскатели.
Г е о р г и й
А р и н а. А если не так скромно?
Г е о р г и й. Наш профессор в институте говорил, что настоящий изыскатель равен настоящему писателю…
А р и н а. Даже так!
Г е о р г и й. Не смейтесь, именно так. Изыскатель должен узнать о предмете правду, выбрать из правды самое значительное и расположить в наиболее подходящем порядке.
А р и н а
Г е о р г и й. Да, пожалуйста. Я должен суметь выбрать такой оптимальный вариант трассы, в данном случае трассы Байкало-Амурской магистрали, чтобы она была не только самой короткой и экономически выгодной. Я должен учитывать при этом перспективы развития промышленности и сельского хозяйства, расположение полезных ископаемых в тех районах, через которые должен пройти БАМ. Мало того, должен уметь расположить станции и разъезды с такими промежутками, которые бы обеспечили пропуск всех пассажирских и грузовых поездов!..
Кроме того, изыскатель обязан предусмотреть сигнализацию, связь, энерго- и водоснабжение будущих поселков, депо и других железнодорожных предприятий! И еще многое — вплоть до типов рельсов, которые будут проложены, стрелок, балласта в пути!
А р и н а
Г е о р г и й. К сожалению, как все смертные. Был такой Гарин-Михайловский…
А р и н а. Писатель?
Г е о р г и й. Гарин-Михайловский не только писатель. Он был еще и инженером-путейцем и выполнял изыскания для строительства Транссибирской магистрали. Однажды он ошибся в расчетах, и Транссибирская магистраль из-за этого обошла Томск. Но благодаря этой ошибке никому не известный поселок Николаевск стал большим промышленным центром, тем самым Новосибирском, который вы сейчас знаете.
А р и н а
Г е о р г и й. Разве вам Миша не говорил?
А р и н а. О чем?
Нет, не будут строить?
Г е о р г и й. К сожалению.
А р и н а. А я так надеялась, что в поселке повеет свежим ветром. Он скрыл от меня, решил обмануть…
Г е о р г и й
А р и н а. И все же приехали?
О роскоши человеческого общения… Вчера наш физик рассказывал в учительской об одном опыте. Нескольких добровольцев, мужчин и женщин, подвергли воздействию электрического тока. Сила тока увеличивалась до тех пор, пока становилась непереносимой… Тогда по сигналу испытуемых ток выключали.
Сначала все участники эксперимента поодиночке проходили испытания — устанавливались границы чувствительности. Затем испытывались по двое — порог чувствительности снизился, выносливость увеличилась…
Г е о р г и й. Интересно.
А р и н а. В следующей серии опытов участники имели право выбрать себе партнера: кто кому был симпатичен, тот с тем и проходил испытания. Вы не поверите — выносливость сразу же повысилась на сорок процентов!
Г е о р г и й. Вам плохо
А р и н а. У меня падает процент сопротивляемости.
Г е о р г и й. Может быть, вы все же преувеличиваете?
А р и н а. Нет, Жора…
Когда мы познакомились, меня в Мише привлекла его… надежность, что ли… Он ведь может все — и дом срубить, и капусту шинковать, стреляет влёт без промаха, он честен и добр. За ним чувствуешь себя как за каменной крепостной стеной. Но, господи, лучше бы он изменял мне — лишь бы я его любила!.. Нет, не хочу обкрадывать ни его, ни себя. Я уеду отсюда совсем.
Помогите мне, Жора…
М и х а и л
А р и н а
М и х а и л. Жорка!..
Г е о р г и й
М и х а и л. Ну-ка, пусти человека с золотыми руками.
Г е о р г и й. В Африке. Мы там изыскания вели. (
М и х а и л. Такой дорогой подарок…
Примерь.
А р и н а. Потом. Садитесь пить чай.
М и х а и л. Примерь, примерь. Доставь брату удовольствие.
А р и н а. Точно на заказ сшиты. Спасибо, Георгий.
М и х а и л. Поцелуй брата!
А р и н а. Нет!..
М и х а и л
Г е о р г и й. Ничего не хочу.
М и х а и л. Что-то все у меня наперекосяк пошло, Георгий. И Арина какая-то смурная стала, раздражительная…
А как вспомню, что дорога обойдет поселок, так вообще руки опускаются… Ты получил мою радиограмму?
Г е о р г и й. Да, но раньше приехать не мог, было много срочной работы.
М и х а и л. Жора, брат, ты бы проверил еще расчеты трассы, а? Ведь делал их твой предшественник.
Г е о р г и й. Он был достаточно профессиональным изыскателем.
М и х а и л. Он человек был чужой, делал расчеты холодными руками. А для тебя Камушки — это дом родной, родина.
Г е о р г и й. Я уже дважды проверил его расчеты. Дорогу выгоднее строить в обход поселка.
М и х а и л. А ты еще раз проверь!
Г е о р г и й
М и х а и л. Тогда хотя бы пошли своих геологов, пусть они пошуруют в районе Медвежьей Пади.
Г е о р г и й. Там ими давным-давно все исхожено: пусто.
М и х а и л
Г е о р г и й. На что ты намекаешь?
М и х а и л. Я тебе еще никогда не давал плохих советов.
Г е о р г и й
М и х а и л. Ну, если ты ничего не хочешь, тогда давай ложиться.
А р и н а. Жора…
Г е о р г и й
М и х а и л
Где же ты?
А р и н а
М и х а и л. Через несколько дней.
А р и н а
М и х а и л. Он уехал рано утром.
А р и н а
Да, ты добрый, хороший и славный человек! Но этого мало, чтобы мы всю жизнь были вместе… А годы проходят, проходят, и я не знаю, зачем просыпаюсь утром! Просто тяну лямку!..
М и х а и л. Иди в школу. Иначе действительно опоздаешь на урок.
А р и н а. Да-да!..
М и х а и л. Поговорим вечером. И возьми себя в руки, дружище. Плакать надо мне, а не тебе.
А р и н а
М и х а и л. Иди.
К у з ь м и ч
А однажды заходит в комнату, где стояло растение, ну просто так заходит, без дела, и вдруг видит, как на экране
К у з ь м и ч. Катюша, ты послушай только!..
М и х а и л. Все живое…
В а н ю к о в
Н и к и ш и н. Нет у меня шпал, отстань, Ванюков. И откуда ты свалился мне на голову?
В а н ю к о в. Я теперь снабженцем на стройке века!
Н и к и ш и н. Доброе утро, Миша.
В а н ю к о в. Здравствуйте, Михаил Аверьяныч.
Н и к и ш и н. Что нового? Георгий приезжал?
М и х а и л (нехотя). Был.
Н и к и ш и н. Ты что такой смурной, поссорились?
М и х а и л. Обещал послать геологов.
Н и к и ш и н. И слава богу.
В а н ю к о в. Михаил Аверьяныч, хоть вы посодействуйте! Слово и дело у меня!
Н и к и ш и н
В а н ю к о в. Пиво.
Н и к и ш и н. Смотри, Ванюков, уволят и со стройки века.
В а н ю к о в. Не пью я больше, Николай Николаевич. У меня теперь теория.
Н и к и ш и н. Ну да!
В а н ю к о в. Что сейчас требуется? Не пей! Не пей, и карьера тебе обеспечена! А разве я враг самому себе?
Н и к и ш и н
М и х а и л. Не успел.
Н и к и ш и н. Хотя бы намекнул?
М и х а и л. Намекнул.
В а н ю к о в. Николай Николаевич, вы мой наставник…
Н и к и ш и н
В а н ю к о в
Н и к и ш и н. Толкач ты, а не снабженец. Вышибала.
В а н ю к о в. Если нужен толкач, так кто-то же должен быть им? Николай Николаевич, нужны шпалы — во как!
Н и к и ш и н. Десять дней назад ваш участок уже получил их.
В а н ю к о в. Мало, Николай Николаевич, работаем ударно!
Н и к и ш и н. Ничем помочь не могу. Свой лимит вы уже выбрали.
В а н ю к о в. Ой, ой, опростоволосился! Главное забыл, Николай Николаевич! Идею!
Н и к и ш и н. У меня самого идей полная голова, а шпал нет. Не успеваем.
В а н ю к о в. Такая идея есть только у Ванюкова, Николай Николаевич. Учитывая конъюнктуру и повышенный спрос у женщин на гребешки изогнутые «а-ля Карменсита» и фигурные ручки для зонтиков, вы сможете открыть при своем заводе мастерскую!
Будете их мастрячить из древесных отходов. Как? Торговые организации области в землю вам поклонятся, и деньга потечет.
Н и к и ш и н. Как, Миша?
М и х а и л. Неплохая идея.
Н и к и ш и н. Отдашь в отдел сбыта.
В а н ю к о в. Спасибочки вам, Николай Николаевич…
Н и к и ш и н. Идея хороша, но больше не имею права…
Вечер. Комната в доме Михаила Черемных. За чисто убранным столом сидят Г е о р г и й и А р и н а. Оба настороженные, подтянутые. В стороне стоит собранный чемодан. Молчат.
А р и н а. С чего ты начнешь?
Г е о р г и й. Не знаю.
А р и н а. Ты как-нибудь помягче, подипломатичней. Миша иногда бешеным бывает.
Г е о р г и й. Пожалуйста, помолчи.
К а т ю ш а. Всё, соседи, уезжаем в Звездный!..
Г е о р г и й. Я в этом не сомневался.
К у з ь м и ч
А р и н а. Кто этот молодой человек?
К у з ь м и ч
Г е о р г и й. Что с нами делают женщины…
К а т ю ш а. Дай я тебя за это еще поцелую раз, Тарзан мой ненаглядный!..
К у з ь м и ч. Какого такого чужого мужика? Болтай, но знай меру!
Г е о р г и й. Поздравляю.
К у з ь м и ч. Коль скоро такие дела вокруг… В общем, я решил податься на строительство Байкало-Амурской магистрали…
К а т ю ш а. В город Звездный! Так мне название нравится!
К у з ь м и ч. Прошу по-соседски посодействовать с трудоустройством.
К а т ю ш а. А то, чего доброго, приедем, а нам поворот от ворот.
К у з ь м и ч. Не звени под ухом. У меня три специальности плюс плотник высшего разряда… Значит, так: меня на строительство, а ее вот — в столовую поварихой…
К а т ю ш а. Официанткой.
К у з ь м и ч. Поварихой… или я не еду!
К а т ю ш а
К у з ь м и ч. Поможешь?
Г е о р г и й. Помогу. Я завтра как раз лечу в Звездный. Проект утверждать.
К а т ю ш а. Пойдем собирать вещи!
К у з ь м и ч. Выходит, закончили изыскания?
Г е о р г и й. Закончили.
К у з ь м и ч
Г е о р г и й. Нет.
К у з ь м и ч. Странное дело… А люди болтают, что места у нас богатейшие?
Г е о р г и й. Именно болтают.
К у з ь м и ч. Вот как… Значит, Катюша вперед поедет, обустроится, а я
К а т ю ш а. Пошли!
К у з ь м и ч. Нет, не могу! Рука не поднимается…
К а т ю ш а. Опять за свое?!
К у з ь м и ч. Повременим, Катя. Может, и у нас строительство начнется…
К а т ю ш а
К у з ь м и ч. Дом мой это, не могу так сразу, пойми!
К а т ю ш а. И там со временем дом поставим. Во сто крат краше этого!
К у з ь м и ч. Катюша…
К а т ю ш а. Опять же, сердце у тебя скворчит, а там за стенкой врачи лучшие московские жить будут!
К у з ь м и ч
К а т ю ш а. Вот и хорошо…
А р и н а. Он!..
К у з ь м и ч. На уток ходил?
М и х а и л. Вроде того. В Медвежьей Пади.
К у з ь м и ч
А р и н а
Г е о р г и й. Арина!..
А р и н а. Я чаю…
Миша!..
М и х а и л. Вода попала, чистить надо.
К у з ь м и ч. Сейчас принесу.
К а т ю ш а
К у з ь м и ч. Уезжаем мы, Михаил Аверьянович.
М и х а и л
К у з ь м и ч
К а т ю ш а. Сейчас…
М и х а и л
Г е о р г и й. Есть.
К у з ь м и ч. Георгий завтра везет проект дороги на утверждение.
М и х а и л. Разве изыскания закончены?
Г е о р г и й. Я и в этом должен отчитываться перед тобой?
М и х а и л. Я председатель поселкового Совета Камушек.
Г е о р г и й. А я начальник изыскательской экспедиции!
К у з ь м и ч
Г е о р г и й. Определяя оптимальный вариант трассы БАМа на данном участке, я пришел к выводу, что дорогу следует прокладывать на семьдесят километров южнее поселка.
К у з ь м и ч. А через Медвежью Падь ты пробовал? Это совсем рядом с Камушками?
Г е о р г и й. Я тщательно проанализировал все возможные варианты. Через Медвежью Падь дорого, там скалы вдоль реки.
К у з ь м и ч. Скажи ему, Миша, скажи про Медвежью Падь.
Г е о р г и й. Что он мне может сказать, как заниматься изысканиями?
М и х а и л
А р и н а
К у з ь м и ч
К а т ю ш а. Погоди ты!..
М и х а и л. Если дорога, которую ты прокладываешь, обойдет поселок — он умрет.
Г е о р г и й. Потери при таком масштабном строительстве неизбежны. Умрет этот поселок, зато в другом месте возникнет новый.
М и х а и л. Как легко ты все решаешь!
Г е о р г и й. Трезво смотрю на вещи.
М и х а и л. Ты можешь представить свой родной поселок с опустевшими домами? А кладбище, где лежат наша мама, отец, дед, зарастает травой?
Г е о р г и й. Не передергивай!
М и х а и л. Это дом наш, здесь живут люди!
Г е о р г и й. А я тебе еще раз повторяю: БАМ — это двести двадцать миллионов кубометров перемещенной земли! Три тысячи четыреста искусственных сооружений! Новые города, рудники, заводы, станции!.. А ты цепляешься за какой-то несчастный поселок! Твоих Камушек и на карте порядочной нет!
М и х а и л. Вот ты, оказывается, какой… Беспощадный.
Г е о р г и й. Такой, какой есть. И еще раз прошу — не передергивай. «Родной поселок, святые мощи»!.. Речь идет о вполне конкретном деле.
М и х а и л. Без этих «святых мощей», как ты выразился, вся Байкало-Амурская магистраль очень быстро зарастет травой!
К у з ь м и ч. Грех бросать в тайге обжитой поселок, Георгий.
Г е о р г и й
К у з ь м и ч. И нам бы с Катюшей хозяйство не бросать. Вот дом наш, вот строительство, и мы ударники при нем…
Г е о р г и й
К у з ь м и ч. Вот геологи твои пусть и…
М и х а и л. Потери, Кузьмич.
К у з ь м и ч. Во! Знаешь, Георгий, я недавно прочел в газете про комнатные растения…
М и х а и л. БАМ — это не только железная дорога, проложенная через Сибирь. Это прежде всего новая ступень в развитии всей страны, которая определяет новое отношение к людям, природе, земле. Жестокости, голому расчету не должно быть места в этих отношениях!.. Даже если тебе кажется, что это делается во имя высших государственных интересов.
Г е о р г и й
М и х а и л. Просто я дольше тебя живу на этом свете и, наверное, больше думаю об этом.
Г е о р г и й
М и х а и л. Да, этим надо заниматься при жизни.
Г е о р г и й. Только не за мой счет!..
К у з ь м и ч. Жора, дорогой человек, пусти дорогу через поселок, а?
Г е о р г и й
К у з ь м и ч. Конь о четырех копытах и тот ошибается…
Г е о р г и й
К а т ю ш а. Встань, не унижайся!..
К у з ь м и ч. Мною в доме каждый гвоздь забит, каждая досточка руками тронута…
К а т ю ш а
Г е о р г и й. Миша, ты уже все понял. Поэтому давай обойдемся без лишних слов. Мы с Ариной решили…
М и х а и л. Выйди.
Г е о р г и й. Что?
М и х а и л. Выйди, мне надо поговорить с Ариной.
А р и н а. Пожалуйста.
М и х а и л. Ты действительно решила?
А р и н а. Да. Мне кажется, что и у тебя на сердце ничего не осталось, кроме привычки.
М и х а и л. Это только тебе кажется.
А р и н а. Не мучь меня, будь добрым.
М и х а и л. Ты у меня одна и последняя.
А р и н а. Миша, бедный мой…
Г е о р г и й. Мы опоздаем на пароход, Арина.
А р и н а. Да-да!..
Г е о р г и й. Прости меня, Миша.
М и х а и л. Не спеши везти проект дороги на утверждение. У тебя могут быть неприятности.
Г е о р г и й
М и х а и л. Вот ты и проверишь, прежде чем везти проект на утверждение.
Святые, которых мы видели в первом сне Захаровны, — это персонажи пьесы: Маня-Ваня, Лядяева, Сима и другие женщины в очереди.