О пареньке Степе, который мечтает стать капитаном дальнего плавания. Степан настолько погружен в свои мечты что прослушивает все уроки.
З а столом сидит Таня-Косичка, учит вполголоса урок географии и плачет.
— У морей и океанов бывают приливы и отливы. Они имеют большое значение для мореплавания… — всхлипывая, читает она.
Дверь отворяется, и входит Степа. Он в теплом пальто, в ушанке, за спиной у него набитый вещами рюкзак.
Таня-Косичка вскакивает.
Из соседней комнаты тотчас выбегает Володя Вихорьков. Это толстячок, чревоугодник, он и сейчас что-то жует хотя лицо его взволнованно, волосы взъерошены.
Степа останавливается.
На окнах — горшки с кактусами. У горшков сидят Танины куклы — пестрый народец, все разные — из тряпочек, и целлулоидные, и глиняные, и фарфоровые, и плюшевые зверьки, и игрушечный белоснежный пароход «Ласточка».
За окном начинает идти снег.
Лежащий на подоконнике рыжий кот лениво приподнимается, урчит, выгибает спину, потягивается и, перебравшись поближе к столу, снова ложится.
Косичка. Я иногда путаюсь в арифметике, в десятичных дробях, а наш класс взял обязательство, что у него не будет отстающих, а я могу быть отстающая.
Степа морщит лоб и склоняется над тетрадкой.
Видно, как за окном падает густыми крупными хлопьями снег.
Кот зевает и вытягивает лапы во всю длину так, что одна из лап оказывается на тетрадке.
Степа, ничего не ответив, скрывается за дверью Володиной комнаты.
Лапа кота размазывает по тетрадке написанное Степой решение задачки.
Таня подбегает к двери и щекой прикладывается к ней. Ее косичка торчит живой закорючкой, украшенной бантом, и то подскочит кверху, то задрожит, то замрет в прямой зависимости от того, что ей удается услышать.
Мальчики разговаривают шепотом.
Косичка Тани замирает.
Дверь резко открывается. Гневный Степа выходит на лестницу.
Из квартиры выбегает Косичка.
Он вскакивает на лестничные перила и стремительно… как метеор… скатывается вниз.
Голос Косички (все дальше и дальше, как эхо). Ах, мальчик Ястреб!..
Падает снег за окном. На подоконнике сидят Танины куклы, уставившись на нее своими бусинками, а она задумчиво смотрит в окно.
Снегом уже совсем затянуло стекло, и его разукрасили морозные узоры. Музыка — тихая, далекая. Тихонько напевает Косичка:
Запорошенный снегом, стоит в передней Степа Степанов. Перед ним величественная тетушка Михаила Михайловича.
Кабинет старого моряка Михаила Михайловича. Модели кораблей — пароходов, парусников. Географические карты. Книги, книги, книги…
Степа сидит на верхушке библиотечной лестницы. Красноватый зимний закат вспыхивает за окном. Загораются золотом корешки любимых книг: «Великие русские мореплаватели», «Открытие Северного полюса», «Челюскинцы», Станюкович, Новиков-Прибой… Знакомые названия в отсветах заходящего солнца четко выступают из тьмы. Как не взять одну из этих книг и еще раз не оглядеть ее знакомый переплет с плывущим на золотых крыльях кораблем!
Угасает закат в окнах, и постепенно сумрак окутывает комнату. Степа, сидя на верхней ступеньке лестницы, постепенно засыпает. В таинственном свете умирающих лучей ему чудится корабль. Сумерки превращаются в туманное море. И вот… корабль оживает, колышется. Волны, вздымаясь, рассыпаются пеной, ударяются о белоснежный корпус…
И снится Степе…
К Степе, одетому в новенькую морскую форму, подходит боцман и рапортует.
Соловьями залились внизу свистки. Взревел прощальный гудок. Духовой оркестр исполнил марш.
«Ястреб» выходит из гавани. Стоящие на рейде суда — пароходы, парусники — салютуют ему флагами и пушечными выстрелами. Из орудий облачками вырываются белые пестрые дымки, на реях взлетают флаги.
Степа стоит в капитанской рубке в окружении загадочных приборов — медных переговорных трубок, манометров, компасов. За широким стеклом перед ним расстилается море.
К Степе подходит Володя Вихорьков. Золотом горят на нем фуражка, морской китель, кортик.
Уходит четким, как деревянный солдатик, шагом.
Выгибая спину и лениво потягиваясь, в капитанскую будку входит кот. Капитан Степанов смотрит на него с удивлением — это же Танин рыжий симпатичный кот!
Кот, не обратив на капитана никакого внимания, прыгает на стол, над которым расположены манометры и компасы, и деловито укладывается спать прямо на вахтенном журнале.
Это говорит молодой, щегольски одетый моряк.
Повернулся, щелкнув каблуками, и вышел.
Капитан Степанов растерянно смотрит на карту: синяя калька, испещренная весьма непонятными белыми линиями и цифрами.
Появляется боцман.
Капитан Степанов смотрит на карту, потом поворачивается в сторону боцмана. Но боцмана уже нет. Тогда капитан Степанов решительно обмакивает перо в чернильницу.
Пишет: «Согласен. Капитан Степанов».
И быстро отодвигает карту. Кот, покосившись в его сторону и выгнув хвост, медленно движется по столу.
Показывается голова Володи Вихорькова. Лицо его сияет.
Стол, уставленный яствами.
Шоколадно-ореховые и кремовые башни возвышаются чуть не под потолок кают-компании. Бутылки лимонада рядом с грудой нежно тающих бисквитов. Фисташковые и шоколадные, бледно-клубничные, малиновые и оранжевые шарики мороженого выстроены в пирамиды и окружены хрусталиками льда.
По палубе, пошатываясь, проходит Володя Вихорьков.
Слышен топот ног. Пробегают матросы. Возгласы:
— Свистать всех наверх! Акула!
Огромная акула приближается к «Ястребу».
Бежит артиллерист.
Плывет акула. Кожаная чешуя ее покрыта шипами. Бурочерное тело разрисовано голубоватыми полосками. Она делает гибкие повороты, то высовывая из воды свою пасть, то исчезая под водой, и тогда вокруг вскипают волны.
Пушка поворачивается, нащупывая прицел.
Весьма дурно чувствующий себя Володя Вихорьков лунатиком входит в кают-компанию. Увидев торт, он вдруг с яростью хватает его вместе с блюдом. Кремовая башня рушится. Володя выбегает на палубу, размахивается и кидает блюдо с тортом за борт.
Тотчас появившаяся пасть акулы проглатывает торт.
Володя Вихорьков, словно освободившись от кошмарного своего врага, снова бежит в каюту и возвращается с пирамидами мороженого.
Проглотив угощение, акула готовится к прыжку на борт корабля.
Артиллерист замер у пушки.
И как раз в этот момент Володя Вихорьков бросает в пасть акулы пирамиды мороженого.
В один миг акула заглатывает все мороженое, начинает лихорадочно дрожать, как от озноба, потом замирает и… на глазах у всех превращается в оледенелую глыбу. Из пасти она выбрасывает то белую, то оранжевую, то бледно-клубничную, то фисташковую пену. Пена, расходясь, замораживает все вокруг. И вырастают разноцветные льды, остроконечные айсберги, громоздятся ледяные утесы. Белые медведи, вытянув длинные шеи, появляются на призрачных вершинах.
А на гладкой поверхности льдины, как на катке, катаются, скользят, словно на коньках, веселые медвежата.
«Ястреб» приближается к высоким айсбергам. Их надо обойти. Тревожный гудок призывает команду к вниманию.
И тотчас, заметив приближающийся к ним корабль, веселые медвежата разбегаются в разные стороны. Все они бегут, стараясь укрыться за громадными льдами, и только двое — Ай и Ой — кидаются вниз, с любопытством вглядываясь в необыкновенное чудо: корабль! Напрасно медведица спешит за ними, призывая их криками.
«Ястреб», наступая на льды, отрезает льдину, на которой находятся Ай и Ой, от остальных медвежат и от медведицы.
С правой стороны корабля возникает стена ледяных громад, а с левой — оторвавшаяся льдина, на которой присели Ай и Ой.
Ай и Ой плывут на льдине. Они веселы, они беспечно смеются. Но вдруг их хрупкая льдина раскалывается. Вскрикнув «Ай! Ой!» они прижимаются друг к другу.
Волны, тяжелые, зимние, то и дело перекатываются через их льдину. А льдина плывет и плывет, уносимая течением, все дальше от родных берегов.
Вот откалывается еще кусок льдины.
Совсем на крошечном обломке сидят перепуганные насмерть озорники.
Но на «Ястребе» их заметили.
Вот вздымается ажурный кран, заканчивающийся ковшом, совершает полукруг и начинает опускаться. Ковш крана погружается в воду, подцепляет льдину с медвежатами, и они поднимаются, подхваченные краном, под самые, как им кажется, облака.
Еще несколько мгновений — и Ай и Ой на палубе корабля.
Они сидят страшно перепуганные: вокруг них люди! Когда один из матросов хочет приблизиться к ним, они, ощерившись, отскакивают в сторону и показывают зубы.
Он говорит так спокойно, уверенно и добродушно, что медвежата не пугаются его и даже позволяют ему погладить себя. Они только внимательно следят за ним настороженными глазами.
«Ястреб» продолжает свой путь. Но он уже выбрался из льдов. Перед ним снова открытое море. Светает. Восходит солнце.
На палубе появляется боцман, а за ним, неотступно следуя, вперевалочку бредут Ай и Ой.
Боцман свистит в дудку.
Капитан Степанов у себя в каюте торопливо натягивает брюки, застегивает китель и выбегает.
На палубе уже выстроились матросы.
Боцман. Вот это правильно. А то был у нас один капитан — болельщик футбола, а от физкультуры отмахивался…
Снова свистит в свою веселую дудку.
Матросы, все как один, вскидывают руки вперед, вверх и в стороны, затем приседают, делают выпад ногой. И медвежата Ай и Ой, стоя позади боцмана, стараются проделать то же.
Боцманская дудка ритмически посвистывает, и под этот свист Ай и Ой вытягивают лапы, делают выпад, подпрыгивают и приседают. Свист-ритм дудки меняется — меняется и упражнение. Ай повис на рее и крутится на ней как на турнике. Ой на другой рее делает стойку.
Капитан Степанов у себя в рубке очень старательно пытается повторить такое же упражнение, но, вскинув ноги, тут же падает.
«Ястреб» продолжает свой путь. И океан раскрывает перед ним свои чудеса.
Освещенные закатным солнцем возникают причудливые рифы. Размельченные прибоями полипняки образовали сложную массу построек с узорчатыми карнизами, с нависающими арками.
— Коралловые острова… Коралловые острова… — восторженно шепчет капитан Степанов и сразу резко поворачивает штурвальное колесо.
Послушный «Ястреб» мгновенно изменяет курс, и вот он уже птицею устремляется прямо к коралловым рифам.
Чудом пролетает он первые узкие ворота, образованные узорчатыми полипняками, но вслед затем происходит такой сильный толчок, что капитан Степанов падает и теряет сознание.
Возникает зловещая темнота, в ней уже не слышно ни звука, ни шороха, словно жизнь кончилась…
И вдруг снова послышались какие-то голоса, шум, вокруг стало светлеть, будто кто-то зажег сильную лампу… А может, это восходит солнце?
Капитан Степанов поднимает голову. Он лежит на койке. На лбу у него мокрое полотенце. Приподнявшись осторожно, он выходит. Ночь. Где-то совсем рядом боцман говорит:
— Капитану стало дурно, он головой упал на рулевое колесо, «Ястреб» изменил курс, и если бы не наши матросы, корабль был бы разбит вдребезги!
Капитан Степанов слушает, затаив дыхание.
В этот момент вбегает Володя Вихорьков.
Штурман Вихорьков. Степа-а! Горит! Океан горит!
Оба смотрят: да, горит в ночи океан! Словно белое пламя переливается по его волнам…
— Пожар! — вскрикивает капитан Степанов и неистово звонит в пожарный колокол.
Слышен бешеный топот ног. Свистит боцманская дудка.
А Володя Вихорьков уже наладил пожарный кран. Ай и Ой качают насос. Струя воды вырывается из шланга прямо за борт, в пламенеющий океан. Подбегает боцман.
Боцман. Сто трубок на одну затяжку! Какой пожар? Мы в тропиках. Это светящиеся рыбы и молюски! Тише! Капитан спит!
Капитан Степанов воровато пробирается к себе на койку, быстро ложится и прикладывает ко лбу мокрое полотенце.
Утро.
Необыкновенно синее небо без единого облачка. И океан становится совсем бирюзовым. В прозрачных его водах видно, как плавают невиданные рыбы. Вот пронеслась, переливаясь красновато-синим цветом, стремительная меч-рыба. Ныряют и поднимаются индийские ставриды, голубые с черными пятнами… А вот торжественно проплывают рыбы-парусники, выставившие из воды свои плавники, похожие на паруса.
Юг. Тропики. Жара.
В безветрии опущены паруса «Ястреба», он движется медленно, лениво.
Боцман в тельняшке полулежит на баке и тихонько, расслабленным тенорком поет:
Жарко…
Кок в белом колпаке открывает холодильник и обнаруживает там белых медвежат Ая и Оя, которые сидят и, наслаждаясь, сосут льдинки.
Увидев кока, они сконфузились, быстро-быстро выскочили и опрометью побежали на палубу.
Возникают тревожные позывные сигналы в радиобудке.
Их принимает и расшифровывает радист.
В каюте капитана.
Первый штурман. Потерпевшие кораблекрушение добрались до архипелага «Зеленые Кактусы». Там нет ни воды, ни пищи. Их запасы на исходе. Просят о помощи.
Капитан Степанов. Радируйте, идем на выручку. Каково расстояние до островов?
Первый штурман. Одна тысяча семьсот двадцать девять и девяносто пять сотых километра. Но, товарищ капитан…
Он положил на стол радиограмму и ушел.
Капитан Степанов склоняется над бумагами.
Капитан Степанов (бормочет). Пароход проходит в час семнадцать километров. За сколько он может пройти расстояние от пристани… до… «Зеленых Кактусов»? Для этого надо… для этого надо…
Кто-то совсем рядом засопел, зевнул, вздохнул, охнул.
Капитан Степанов. Для этого надо… (Трет лоб.)
Шепот. Разделить.
Капитан Степанов оглядывается.
Кот спит. По трапу неслышно спускается боцман. За ним вперевалочку следуют Ай и Ой.
Капитан Степанов снова склоняется над бумагой.
Цифры дрожат, запятая в десятичной подпрыгивает, не зная, куда ей пристроиться.
Стоит неописуемая жара. Крупные капли пота скатываются со лба Степы Степанова.
Кот вылез на палубу, сонный, вялый, подошел к бочке и сунул в нее голову.
Ай и Ой с завистью смотрят на него.
Глянув на бочку и друг на друга, они заковыляли к борту. Раз! — и оба вспрыгнули на борт, а оттуда — в воду!
Они нырнули, и тотчас рыбы пришли в волнение, заметались вокруг, вздымая волны. Рыбы поднимаются из глубины, всплывают над водой… От их движений волны расходятся все сильнее и сильнее. И вот уже море покрылось вспененными барашками, вот уже море бурлит и клокочет. Вздулись паруса у «Ястреба», корабль накренился. Свисток боцмана сзывает всех наверх.
Шторм!.
Матросы карабкаются по винтам на мачту, взбираются на нижние реи, освобождая паруса; на самых верхних стенгах уже видны ловкие фигурки матросов.
А в клокочущем море вокруг наших медвежат собираются встревоженные представители тропического моря: меч-рыба, ставриды, рыбы- парусники. И чем больше их становится, тем больше увеличивается волнение на море.
Ай. Мы не рыбы! Мы медведи! А-ай!
Ой. Мы медведи северных морей! О-ой!
Ныряют в ужасе.
Рыбы бросаются за ними.
Вздымаются волны.
«Ястреб» то падает, почти исчезая в волнах, то взлетает на самый гребень вспененной волны.
В своей каюте, вцепившись в края койки и уткнувшись в подушку, лежит Володя Вихорьков. А каюта накреняется так, что привинченный к полу стол оказывается чуть ли не на потолке — то выше, то ниже. Книжки, зубная щетка, одеяло, носятся по каюте, взлетая и падая.
Упавшее одеяло накрывает Володю и вздувается крыльями птицы.
Кот висит головой вниз, и только пушистый его хвост мечется как на ветру. Мелькают блики света, потому что иллюминатор то уходит в волны, то вздымается кверху, попадая в солнечные лучи.
Капитан Степанов бежит по палубе, и его швыряет, как щепку, от борта к борту.
Зато кок в белом колпаке как ни в чем не бывало готовит обед в своем камбузе. Да ведь как готовит! Едва камбуз заваливается набок, а кок в тот же миг перекидывает котлету, и она шипит, жарится! Камбуз метнуло в другую сторону — и котлета снова летит, переворачивается. А вот в ритм качки ловко вылепляются новые котлетки, подбрасываются, принимают форму, падают на сковородку…
Капитан Степанов, обдаваемый брызгами воды, останавливается у гакаборта. Он с трудом держится на ногах.
Стоя у шлюпбалки, полный решимости, он сам принимается за дело.
Матрос, бегущий по пляшущей палубе, спешит к нему.
Подбегают еще матросы. Шлюпбалка скрипит, начинает медленно опускаться.
Капитан Степанов первым прыгает в еще подвешенную шлюпку, но в этот момент «Ястреб» так резко и внезапно накреняется, что капитан, потеряв равновесие, летит в воду.
Тотчас вслед за ним, сложив руки «ласточкой», самоотверженно кидается в волны боцман.
Над головой капитана Степанова расходятся круги.
Зазвенели колокольчики.
Движения рыб становятся плавными, и, как по мановению волшебного жезла, море совершенно утихает.
Приближаясь к «Ястребу», размеренно и спокойно плывет боцман, а верхом на нем сидит капитан Степанов.
Радист принимает тревожную радиограмму:
— Где «Ястреб»? Где «Ястреб»? Говорят с архипелага «Зеленые Кактусы». Запасы пресной воды кончились. Приближается время отлива.
Первый штурман. Радируй: «Ястреб» задержался из-за шторма, он нагонит и придет точно в срок.
Как раз в это время «Ястреб» проходит мимо острова. Володя Вихорьков зачарованно смотрит на сказочные берега. Они все покрыты банановыми, апельсиновыми деревьями, кокосовыми пальмами.
Штурман Вихорьков (в восторге). И бери сколько хочешь! Зайдем?
«Ястреб» входит в небольшую тихую бухточку, возвещая о своем прибытии гудком. Звук гудка замирает, отдавшись эхом.
Ни одного человека на берегу.
Шлюпка отходит от борта «Ястреба».
Капитан Степанов, боцман и первый штурман безмятежно спят.
Матросы «Ястреба» во главе с Володей Вихорьковым ступают на землю неведомого острова.
Огромные банановые деревья с листьями гигантских размеров и множеством плодов — серпообразных, трехгранных, разбросанных там и здесь желтеющими пятнами.
Оранжево-желтые шары апельсинов, лопающиеся, налитые красным соком корольки…
Матросы пробираются в зарослях, а их мешки уже полны фруктов.
Подозрительный шорох проносится в чаще. Матросы замирают. И в тот же миг град апельсинов сыплется им на головы, в грудь, под ноги. Как ловко пущенные снаряды, они заставляют их шарахаться в сторону. Вслед за апельсинами летят бананы, а затем тяжелые ананасы и кокосовые орехи, которые уже сбивают некоторых матросов с ног. А у Володи от удара ананасом вскакивает собственный огромный «ананас» на лбу!
Это обезьяны неистовствуют, преследуя незадачливых охотников за даровыми фруктами. Одни из них — маленькие юркие макаки, кружа на верхних ветках пальм, забрасывают бананами, другие — побольше, схожие с гориллами и орангутангами, бомбардируют ананасами и кокосовыми орехами. Павианы орудуют апельсинами. Группа матросов отступает в чащу, прикрываясь руками.
На «Ястребе» тревога.
Боцман. Шлюпку! Остров этот моряки называют Островом бешеных обезьян! Скорее шлюпку!
Битва на острове продолжается.
К берегу подплывает шлюпка. В ней сидят капитан Степанов, боцман и первый штурман.
Обезьяны, резвясь в чаще и на пальмах, продолжают обстрел.
Капитан Степанов, боцман и первый штурман осторожно продвигаются в чаще.
Капитан Степанов вскидывает ружье и, целясь в верхушки зарослей, стреляет. Гулко разносится звук выстрела по острову.
Тотчас, как бы в ответ, из чащи летит огромный ананас. Первый штурман рукояткой кортика, как теннисной ракеткой, изящно отбрасывает его. Ананас летит назад, сбивает с ног обезьяну.
Пущенный из зарослей кокосовый орех принят самим капитаном Степановым. Эффектный футбольный прием! Кокосовый орех так и взлетел свечкой, — взлетел и шлепнулся прямо на голову орангутангу!
А в это время боцман, несмотря на всю свою полноту, ловко подскакивая, отбрасывает апельсины, и они, отлетая от него, падают на головы макак и гиббонов.
Еще одним футбольным ударом удается блеснуть капитану, а затем он стреляет вторично.
Обезьяны спасаются бегством.
Из чащи выходят наши злосчастные охотники.
Что за вид! Их лица живописно разукрашены — почти у каждого из них огромные вздувшиеся шишки.
Радио работает непрерывно:
— Где «Ястреб»? Где «Ястреб»? Говорит архипелаг «Зеленые Кактусы». Где «Ястреб»?
В камбузе рядом со знакомым нам коком стоит Володя Вихорьков, замешивая тесто. На лбу — «ананас». На голове — поварской колпак.
В величественной позе стоит капитан Степанов.
Вдали виднеются нежные берега островов, призрачные, как в дымке, деревья. Облака вьются над этой, словно из воздушной ткани сотканной землей.
Появляется боцман.
Лицо капитана изображает изумление. Он схватывает бинокль.
Растворяется призрачная земля и исчезает. И снова океан, безбрежные волны…
Боцман. Капитан! Это обычный мираж, какой бывает в океанах.
В первый раз боцман смотрит на капитана сурово и подозрительно.
Слышен голос радиста, принимающего радиограмму:
— Где «Ястреб»? Где «Ястреб»?
Бешено работают машины.
Первый штурман. Механики, машинисты! Мы должны идти со скоростью не менее двадцати пяти узлов в час, чтобы нагнать упущенное время.
— Нагоним, товарищ штурман!
То ли это голоса механиков и машинистов, то ли это голоса поршней и передатчиков, заработавших еще отчаянней:
— Мы придем, мы придем ровно в тот час, в который приказал нам капитан Степанов!
Бешено работают машины.
По палубе бежит боцман, за ним, как всегда, неотступно Ай и Ой.
Бегут матросы.
— Земля! Земля!
Капитан Степанов смотрит в бинокль.
Видны острова. Они похожи на очень большие, неестественно разросшиеся горшки с кактусами. Острова омываются светлеющими волнами океана. На берегу суетятся люди.
«Ястреб» торжественным гудком возвещает о своем прибытии.
В штурвальную вбегает боцман.
И видно: вода отходит от берегов.
Кот лениво поднимается с вахтенного журнала, жмурится, поводит глазами вокруг, зевает и издает звук вроде «о-о-ох, мяу-мяу, курмяу»
Все меньше и меньше архипелаг «Зеленые Кактусы».
Вода ушла от берегов, обнажив оранжевый песок. Маленькие человечки, похожие на Танины игрушки, суетятся на берегу. Навалившись гуртом, они волочат баркас по вязкому песчаному дну.
И вот уже легкая моторка «Ястреба» спущена на воду. Сигнал? Она полетела, как чайка над волною.
Люди, едва передвигаясь, продолжают тащить баркас.
Упершись ногами в края бортов моторки, матрос готовится забросить буксирный канат. Вот он качнулся и, вытянувшись вперед так, словно собирался сам полететь, бросил взметнувшееся грузило. И канат летит, взвившись как змея…
Восторженный возглас словно подхватывает этот полет. С моторки видно: устремившийся вперед человек подпрыгивает птицею и ловит буксирный канат.
— Есть, — говорит матрос и удовлетворенно опускается на скамейку. Сразу же весело зафырчал мотор.
Натянутый канат подпрыгивает, гудит, как телеграфный столб.
Моторка с трудом движется, но вот рывок — и она пошла уверенно.
Теперь баркас ползет по песку, легко подтягиваемый человечками.
Сразу наполнился шумом «Ястреб».
На борт вступают потерпевшие кораблекрушение. Пестрый народец? И все они как две капли воды похожи на Танины куклы, которые сидели у горшков с кактусами на ее подоконнике.
Капитан Степанов спешит приветствовать гостей.
Гости расступаются, и в центре оказывается девочка с красным шарфом на шее. Да ведь это же Косичка!
Капитан Степанов порывисто бросается к ней. Но лицо ее надменно, и он сразу, ошарашенный, останавливается.
Вокруг матросов столпились спасенные пассажиры «Ласточки»
Первый матрос. Ничего понять нельзя! Мы пришли ровно в тот час, который и был нам назначен!
Капитан Степанов прячется за спины своих матросов и незаметно исчезает. Гремит бас боцмана:
— Виновник нашего опоздания будет найден! Имя его будет покрыто позором!
Капитан Степанов вбегает в рубку.
На палубе матросы, приветствуя гостей, танцуют лихое матросское «Яблочко-. Гости не могут удержаться, и тоже приплясывают.
Ширится, растет задорная музыка «Яблочка».
Капитан Степанов склонился над своими злосчастными вычислениями.
Дрожит цифра, запятая десятичной дроби неуверенно переползает с места на место, цифры наклоняются, прихрамывают, вытягиваются, становятся меньше и, наконец, падают.
Кот мягко впрыгивает на вахтенный журнал, поднимает голову и в упор глядит на капитана.
Капитан Степанов смотрит на кота с ужасом, и волосы у него начинают приподниматься.
И у кота тоже поднимается шерсть, глаза его горят.
кто-у виноват, кто-у-у?!.
Шерсть растет зловеще. Рыжий кот из домашнего симпатичного кота превращается в тигра.
Капитан Степанов бросается прочь.
Кот — за ним. Капитан Степанов подбегает к мачте, хватается за реи, карабкается наверх.
Кот перепрыгивает через него и оказывается еще выше. Теперь он. смотрит на капитана Степанова сверху.
Слышна веселая музыка «Яблочка».
Шерсть у кота стоит уже совсем дыбом, горит, фосфорится, и
глаза его угрожающе растут.
Хвост взлетает кверху трубой, спина выгнулась, вот-вот он бросится на капитана Степанова.
Крик замер на устах капитана. Руки невольно оторвались от реи, и… капитан Степанов, сорвавшись, полетел вниз.
Музыка смолкла. Раздался грохот…
.. Капитан Степанов летит с библиотечной лестницы. Впрочем, какой же это капитан Степанов, — это просто Степа, уснувший у Михаила Михайловича.
В комнате темно. Некоторое время Степа молча сидит на полу, потирая ушибленное место.
Дверь отворяется, кто-то входит, напевая знакомым голосом:
Зажигается свет. В дверях стоит Михаил Михайлович. Он раскручивает заснеженный шарф, снимает черную морскую шинель. Он очень похож на боцмана с корабля «Ястреб».
Он показывает книгу. На переплете изображен замечательный корабль. «Вокруг света на «Ястребе» называется книга. Быть ничего интереснее не может! Но Степа отворачивается и говорит твердо:
— Контрольная по арифметике на носу. Некогда мне. Даже читать некогда.
И вот Степа поднимается по знакомой лестнице, нагруженный учебниками. Звонит.
Дверь отворяется. В дверях Косичка.
Косичка. Но… Мальчик Ястреб, ведь вы должны были уехать надолго, — далеко, вы…
Степа в смущении отворачивается.
А кот Васька, пушистый рыжий кот, перевернувшись, и, ласково мурлыча, трется об его ногу.
(3 части)
Художественный мультипликационный цветной кинофильм. Производство киностудии Союзмультфильм, фильм находится в производстве.
Автор сценария С. Ермолинский; режиссеры В. и 3. Брумберг; художники- постановщики Л. Азарх и А. Сазонов; композитор Н. Богословский; редактор 3. Павлова; оператор Е. Петрова; звукооператор Н. Прилуцкий; технический ассистент Т. Федорова: художники-мультипликаторы Н. Федоров, Р. Давыдов и И. Подгорский: художники-декораторы О. Гемерлинг и В. Валерианова; монтажница В. Иванова.
Роли исполняют: М. Яншин, В. Бендина, Е. Морес.