© Юлия Ивлиева, текст, 2016

© Анна Кузина, иллюстрации, 2016

© ООО «Издательство АСТ», 2016

…А действительно, как?

Сказки приходят, прибегают и даже прилетают. Например, как бабочка, неслышно порхая, сказка присаживается тебе на макушку – и кругом всё сразу меняется! Ты чувствуешь – вот она, настоящая, волшебная, хрупкая и цветная. Или пролетает мимо, как стрекоза, стрекоча и шурша крыльями. Такая сказка будет лёгкой, прозрачной и озорной. Здесь главное её поймать, осторожно и бережно.

Иногда сказка появляется неожиданно и непонятно – распускается диковинным цветком, расправляет лепестки, окутывает ароматом. Ещё не знаешь, что там в сердцевинке родилось, но когда сказка соскользнёт с лепестка прямо к тебе в руки, то это точно будет что-то красивое, нежное и волшебное. Здесь главное не спугнуть! Тихо-тихо сидеть и терпеливо-терпеливо ждать. Вот тогда увидишь чудо!

Иной раз слышен топот крошечных ножек. «Топ-топ-топ!» – в одну сторону. Потом еще «топ-топ-топ» – в другую. Точно знаешь, что в комнате больше никого нет, а мимо тебя всё время кто-то бегает! Это сказка! Шустрая, смелая, проворная. Такую надо догонять, а уж если догонишь – быстро с ней подружиться. Дружба со сказкой сплошное удовольствие! Будут тебе чудеса, приключения, подвиги и веселье!

А случается, рано утром, когда весь дом в полудрёме и первый луч солнца, тонкий и прозрачный, только-только пробился сквозь занавеску, в тёплую постель медленно заползает что-то мягкое и пушистое. Уютно толкается под бочок, тычется в тебя влажным носом и смешно сопит. Это тоже сказка. Ласковая, искренняя и ужасно милая! Тогда, если ты закроешь глаза и погладишь её, слушая ленивое мурчание, – то увидишь сказочный сон. Иногда фиолетовый, порой жёлтый в цветочек – лично я очень люблю сказки с лиловыми бабочками!..

Сказки приходили ко мне, прибегали и прилетали. Я их ждала, ловила, растила и дружила с ними.

А теперь привела сказки к вам!

Уже которую ночь Оленька не спала. Едва мама укладывала дочку в кровать, как из комнаты доносился плач и девочка просила:

– Не выключай свет! Не уходи! А-а-а-а!

Но мама была непреклонна:

– Ничего страшного. Я тоже в детстве боялась оставаться в комнате одна.

Мамино детство было давно, и она уже забыла, что боялась не просто темноты…

А вот Андрюша – старший брат Оленьки, очень хорошо помнил, кто приходил к нему ночью из шкафа и тёмных углов. Поэтому сегодня он неслышно прошмыгнул в комнату сестрёнки и залез к ней на кровать.

– Монстры? – прошептал он.

– Угу, – кивнула девочка, – страшные чудовища!

– Ничего, – Андрюша ободряюще улыбнулся и пообещал: – Сейчас мы им устроим.

Ждать пришлось недолго.

– У-гу-гу-гу-у! – раздалось зловещее завывание.

Затем послышалось жуткое скрежетание когтей:

«Хрысь-хрысь!»

Потом клацанье зубов: «Клац-клац!»

Дверка шкафа заскрипела и ме-е-едленно открылась… А потом как хлопнет! БАБАХ!!

Оленька вздрогнула и спряталась за брата, из глаз покатились слёзы. Андрюша соскочил с кровати, распахнул дверь шкафа пошире и направил туда фонарик.

– Давай-давай выходи! – велел он. – Видел я тебя! Нечего прятаться!

– Свет убери! – жалобно попросили из шкафа.

Оленька замерла.

Брат убрал фонарик за спину, и мимо него скользнула тень. Огромное, размером со шкаф, мохнатое чудовище с когтями и клыкастой челюстью затопталось на коврике посреди комнаты. У него было ужасно глупое и виноватое выражение морды.

– Та-а-ак! – протянул Андрюша, обходя вокруг гостя. – Ногти не стрижены, зубы не чищены, – а туда же, в шкаф лезем!

Монстр стыдливо потупил взгляд и глупо улыбнулся.

Оленька захихикала. Чудище покосилось на неё и попятилось назад, наступив на резинового утёнка. Утёнок звонко крякнул, монстр вздрогнул, взвился к потолку и трусливо улизнул обратно в шкаф.

Девочка хохотала во всё горло.

– Т-ш-ш! Других чудищ спугнёшь! – шикнул брат.

Оленька зажала рот руками.

– А кто ещё придёт? – спросила она, и её глаза задорно заблестели.

Андрюша пожал плечами и уселся на край кровати.

– Ш-ш-ш-ш-ш! С-с-с-с-с! – послышалось тут. По полу пополз мутный липкий туман.

Оленька свесила голову вниз. Из-под кровати вылезло скользкое щупальце и схватило Андрюшу за ногу.

– Ой!! – пискнула девочка.

Брат поднял валявшийся рядом Оленькину, розовую с пампошкой, тапку и шлёпнул по щупальцу.

– Ай! – донеслось из-под кровати.

Кровать дрогнула: кто-то тюкнулся головой об дно и тоненько заскулил.

– Выползай! – велел брат.

– Не-а! – пискнули из-под кровати.

В тот же миг туман и щупальца исчезли как не бывало.

Оленька подпрыгнула на кровати и захлопала в ладоши! Теперь уже совсем весело было и ничуть не страшно.

– Дук-дук! Тын-дынь! – Кто-то грозно постучал в окно.

На пол упала зловещая тень и поползла по ковру к кровати.

Оленька уже не боялась, а с любопытством уставилась на брата. Тот подошёл к окну и распахнул створки.

– Чего стучишь без дела?! – сердито спросил он. – В гости пришёл, так заходи!

– Э-э-э?! – мялись за окном нежданные гости.

– Ну кто же в гости с пустыми руками ходит? – нахмурившись, спросил Андрюша. – Оленька, ты что больше любишь? Печенье или конфеты?

– Конфеты шоколадные, – бойко отозвалась Оленька.

– Где конфеты? – строго спросил Андрюша.

За окном что-то загремело, затрясся карниз и донеслось протяжное:

– А-а-а!

Гость, так и не успев зайти, брякнулся вниз.

Оленька захохотала как сумасшедшая, дрыгая ногами и накрывшись подушкой.

– Всё! – сказал Андрюша, смеясь. – Теперь спи.

Девочка кивнула и послушно залезла под одеяло.

* * *

– Хны-ы-ы! – донеслось из Оленькиной комнаты три дня спустя.

Удивлённый Андрюша отложил книжку.

– Ты чего? – спросил он, просунув голову в комнату сестрёнки.

– Тссс! – прошептала она из-под одеяла. – Я монстров выманиваю! Скучно без них! Рядом со шкафом лежит банановая шкурка, а под кроватью ещё мука насыпана!..

С самого раннего утра часы вели себя очень странным образом. Они то спешили, убегая на час вперёд, то вдруг замирали, и минутная стрелка почти останавливалась. А всё потому, что живущая в них Кукушка ужасно волновалась. Её пригласили в гости. Вот уж чего никогда не случалось! Она ни разу не была в гостях, всегда сидела в своём теремке, отмеряя каждый час радостным кукуканьем. Думаете, это просто? Ничуть! Это большая ответственность! Ведь от правильности часов зависит много разных важных и серьёзных дел. У Кукушки была очень сложная работа, которая требовала аккуратности и точности, потому что прокуковать нужно правильное количество раз: ни одним «ку-ку» больше и ни одним «ку-ку» меньше. Ещё это тяжёлое занятие: представляете, как сложно всё время сидеть в часах, не имея возможности отлучиться? А иногда, высовываясь прокукукать, не ровён час, можно вывалиться… То-то будет конфуз!

Кукушка была очень ответственной, куковала секунда в секунду и никуда не выходила. Но в этот раз! Только в этот раз! Ей ужасно хотелось пойти в гости.

Внизу пробегал Цыплёнок. Он был ещё совсем юный, поэтому везде совал свой маленький клюв, направо и налево раздавая бесценные советы.

– Пусть кто-нибудь покукует вместо тебя, – предложил он.

– Но кто? – удивилась Кукушка. – Я никого не знаю, кто умел бы куковать.

– Я могу! – сразу решил Цыплёнок.

– Ты?! – удивилась Кукушка. – У тебя даже кукарекать не каждый раз получается! А куковать ты вовсе не умеешь! Как ты будешь куковать?

– Не такое уж это сложное дело, – отмахнулся Цыплёнок. – Я уже отлично кукарекаю – громко, звонко и переливисто. Вся округа заслушивается, даже солнце встаёт, заслышав мое кукареканье! – хвастался Цыплёнок. – Прокуковать и подавно смогу! Куковать намного проще! Иди спокойно в гости, я останусь за тебя.

Кукушка сомневалась, качала головой. Но уж очень ей хотелось в гости. И она решилась:

– Оставайся! – Почистила пёрышки, надела новую шляпку и отправилась в гости. А Цыплёнок залез в часы и приготовился куковать.

В назначенный час он высунулся из часов и закричал:

– Пи-пи! Ку-ку… ре-ку! Ку-ку… ре-ку-у! Ой! Пи-пи! – У него совсем не получилось куковать.

Весь двор огласил хохот. Смеялись все. И лошади, и телята, и индюшата, и даже поросята, валявшиеся в луже, визжали от хохота.

Цыплёнок совсем огорчился. Собрал все свои силёнки, и ещё раз:

– Ку-ку… ре-куу! Кукаре-е-е-е!

От волнения и ужаса Цыплёнок споткнулся и вывалился из часов.

– Пи-и-и! – только и смог пропищать он обиженно.

С тех пор Цыплёнок не даёт непрошеных советов. А Кукушка никуда не отлучается из своих часов и со своими делами справляется сама.

– Я, как увидел, так обалдел! – шептал Игорёк.

– Какое? Какое оно было? – заволновались ребята.

– Ну далековато было, я подробно не видел, но такое… полупрозрачное… белое пятно. Глазищи – во! Над полом парило, – Игорёк вытаращил глаза.

– Ой! – ахнули друзья.

– Привидения, полтергейсты – ты ещё про НЛО наври! – захохотал вредный Димка. – Глупости это всё, выдумки!

– Правда! – заверил Игорёк. – Я тоже не верил! А тут – сам видел!

– В вашем подъезде старичок недавно умер, – догадался Колька. – Это, наверное, он к тебе приходил!

– Ага! – противно загоготал Димка. – Живым был – дома сидел, а умер, так по гостям шастает.

– Да ну тебя! – отмахнулись ребята.

– Я в такую ерунду не верю! – Ухмыляясь, Димка пошёл домой. И он, конечно, не заметил, как едва видимое туманное облачко соскользнуло с ветки и полетело за ним…

Дома Димка забросил школьный рюкзак под письменный стол и пошёл обедать.

– Совсем несолёно! – буркнул он, проглотив первую ложку борща.

Зачерпнув щепотку соли, он бросил её в тарелку.

– Фу! – Суп вдруг стал сладким.

Димка пригляделся к набору для специй, стоявшему на подносе.

– Опять бабуля соль и сахар перепутала! – решил мальчишка и вылил испорченную еду в раковину.

Белая туманность, усевшаяся под потолком на кухонной полке, пожала плечами.

В зале Димка схватил пульт, со всего маха плюхнулся на диван и подскочил.

– Ай! – Что-то острое впилось ему в ногу. – Кнопка! – закричал он, пошарив по дивану. Обычная канцелярская кнопка! – Мурзик! – Он толкнул лежащего рядом толстого кота. – Это ты раскидал кнопки, а теперь делаешь вид, что ни при чём?!

Кот оторопело уставился на мальчишку сонными глазами и лениво потянулся:

– Мрау!

Вдруг Мурзик что-то заметил. Вскочил, изогнулся дугой, шерсть встала дыбом. Кот посмотрел в большое зеркало и дико зашипел. В деревянной раме отражалась просторная, знакомая комната и совершенно ясно виднелось, что на спинке дивана сидит белая туманность, по форме похожая на человека. Сидит, ногами болтает и ещё коту рожицы строит.

– Ой! Вот только ты не начинай! – фыркнул Димка. – Да-да! Знаю я, якобы коты видят что-то там потустороннее, невидимое и неизведанное! Не верю!! Нет никаких привидений! НЕ ВЕ-РЮ!!

– Мяу! – жалобно пискнул кот.

Призрак в зеркале тяжело вздохнул и исчез.

Учебники и тетради из школьного рюкзака почему-то оказались аккуратно разложены на письменном столе.

– Вот я балда! Совсем из головы вылетело, что приготовился уроки учить! – Димка весело хлопнул себя по лбу.

– А-а-а! – раздался в комнате совершенно явный раздражённый вопль.

Белый мутный хвост взвился под потолок, и со шкафа на пол шлёпнулся мяч.

– О! Давно я в футбик не играл! – Димка радостно потёр ладошки. – В выходные надо будет на площадку сходить! – Он одним пинком отправил мяч под кровать.

Вдруг ни с того ни с сего распахнулась форточка, занавеска подлетела к потолку и застыла там, колыхаясь и дрожа.

Димка хмыкнул и включил компьютер. На экране герой агрессивно размахивал мечом, но рядом с ним… парило привидение!! Оно прыгало у героя на голове, пинало его, толкало и показывало Димке язык!

– О! Новый персонаж! – воскликнул мальчишка. – Похоже, не помощник, а вредитель.

– Что, вообще не верит? – раздался рядом незнакомый голос.

– Не-а! Не верит! – Привидение выскользнуло из монитора и, пройдя сквозь Димку, село на кровать.

– Совершенно не верю! – подтвердил Димка, продолжая играть.

За его спиной два привидения тихо сидели на кровати и внимательно его разглядывали.

– Ты же нас видишь? – удивились гости.

– Обман зрения! – хихикнул Димка.

– Ты же нас слышишь! – не унимались призраки.

– Галлюцинации! – отрезал мальчишка. – За компьютером пересидел. Подумаешь, два пятна и голоса! От компьютера и не такое бывает!

– А если не два? – обрадовались туманности и перелетели к Димке на стол. – А если, скажем, пять?

– Не-а! Не меньше десяти! – отрезал Димка.

– Ха! – обрадовались привидения и исчезли.

А Димка довольно ухмыльнулся и взял телефон:

– Игорёк, хочешь на настоящую вечеринку с привидениями попасть? Зови ребят и бегом ко мне! Это вам не какие-то непонятные пятна вдалеке!

– У меня совсем некрасивые сандалики, – решила Маша с утра, собираясь в садик.

– Это ещё почему? – удивилась мама. – Ты же вчера хвастала, что они всем понравились, а соседка Анечка даже сказала, что тоже такие хочет.

– Подумаешь, Анечка, – надулась Маша. – Вот некрасивые – и всё! Не буду их надевать!

– В чём же ты пойдёшь в садик?

– В твоих туфлях, – объявила дочка. – Я давно большая. В старшую группу хожу. Мне уже туфли на каблуках носить можно.

Мама покачала головой. Но Маша уже влезла в туфли на каблуках, а на свои сандалики и глядеть не желала.

– Дурацкие они! Не надену! – капризничала девочка.

– Иди! – согласилась мама, устав спорить.

Дорога в садик была очень долгой. Маша спотыкалась на каждом шагу, шла очень медленно, волоча неудобные туфли по земле. Они даже на завтрак опоздали, и Маша очень огорчилась, потому что давали рисовую кашу с клубникой и блинчики.

Играть у девочки тоже не получалось: туфли были ей сильно велики и всё время спадали, она даже два раза упала и больно ушиблась. Пришлось сидеть на скамеечке одной и скучать. А потом ещё всю группу в зоопарк водили. Это было настоящее мучение. Маша шла маленькими шажочками, её приходилось ждать всей группе, и ребята, которые вчера ещё с ней охотно дружили, ужасно на неё рассердились. Всем хотелось побыстрее попасть в зоопарк, а Маша их задерживала. Никому её модные взрослые туфли на каблуках не понравились. Маша даже заскучала по своим удобным и красивым сандаликам. Но не тут-то было! Придя домой, Маша не смогла их найти!

И в шкафу посмотрела, и на обувной полке, и даже под кровать заглянула. Нигде нет!

– Они ушли, – печально сказала мама. – Обиделись на тебя, наверное.

– Как это ушли? Куда? – Такого девочка никак не ожидала.

– Не знаю, – мама пожала плечами. – Но завтра придётся тебе опять в моих туфлях идти.

Маша кинулась искать свои сандалики, прямо босиком побежала! Весь двор оббежала, на детской площадке побывала и даже до пруда дошла. Все ноги исколола и запачкала. Но сандаликов нигде не было! Маша совсем опечалилась, села в песочнице, чуть не плачет. И вдруг она догадалась, куда её обувка убежала.

И точно! Только Анечка дверь открыла, как Маша свои сандалики увидела. Захотела она их взять, а те как побегут от неё – и спрятались под кровать. Маша их оттуда достать пытается, а они под кресло от неё убежали, а потом под диван шмыгнули.

– Наверное, так не получится, – говорит Анечка.

Маша села возле дивана и прощения у сандаликов просит:

– Я не буду больше вас обижать. Никогда-никогда. Вы самые красивые и удобные и очень мне нужны.

А сандалики слушают Машу, даже из-под дивана выглянули.

– Простите меня, пожалуйста, – вздыхает Маша.

Пожалели её сандалики, простили свою хозяйку и вернулись.

Теперь Маша гуляет только в своих любимых сандаликах – и прыгает в них, и бегает, а на ночь аккуратно на полочку ставит, чтобы они отдохнули.

Бабушка старательно и аккуратно вязала шарф. Он получался длинный, тёплый и очень пушистый. Красивое зелёное полотно сползало с бабушкиных колен, будто живое.

– Ух какой красивый! – обрадовался внук.

– Довяжу, будет греть тебя в холода! – пообещала бабушка.

– На большую гусеницу похож, – заметил проходивший мимо папа.

Бабушка улыбнулась в ответ, а Шарф подумал: «Может, я действительно гусеница? Вот лежу тут и не подозреваю, что я вовсе не скучный шарф, а самая настоящая гусеница!»

И так эта мысль понравилась Шарфу, что он едва дотерпел, пока бабушка довяжет последнюю петельку. Стоило только старушке отложить готовую обновку в сторону, как та стремительно поползла к открытой двери.

Шарф ужасно радовался, что сбежал. Ведь у него теперь совсем другая жизнь начнётся! Какой неожиданный поворот в судьбе! Какое счастье, что он гусеница, а не какой-то там шарф.

– Ты ещё кто такой? – поинтересовался пробегавший мимо Жираф.

– Я гусеница! – гордо ответил Шарф.

– Жаль, – хмыкнул Жираф. – А то я подумал, ты шарф. Мне бы длинный и пушистый шарф очень пригодился. Шея зимой мёрзнет.

Шарф поспешил уползти. А то мало ли, вдруг сейчас намотает на свою шею. И не посмотрит, что гусеница. А шея-то длиннющая! Намотаешься на такую, и всё, с концами.

Шарф заполз на скамейку и печально свернулся калачиком. Всё-таки в глубине его зелёного мохнатого сердца поселились сомнения: «Кем лучше быть? Шарфом или гусеницей?»

– Ты гусеница? – спросило Дерево, стоявшее рядом.

– Угу, – неуверенно согласился Шарф.

– Это хорошо, – довольно крякнуло Дерево, – я гусениц люблю. Может, из тебя даже бабочка получится, – размечталось Дерево.

– Ух ты! Бабочка! – Сердце шарфа замерло от волнения. – Бабочка! Это вообще здорово! Это лучшее всего! Это не шарф и даже не гусеница!

– Чтобы стать бабочкой, надо замотаться в кокон, – посоветовал Моток жёлтой пряжи, неожиданно оказавшийся рядом.

– Как это? – засомневался Шарф.

– Ну, заматываешься в нитки, чтобы получился этакий продолговатый клубочек, – поведала пряжа, а сама уже обвивалась вокруг Шарфа. Нитки, они такие, им лишь бы на что-нибудь намотаться. – И ждёшь, когда превратишься в бабочку.

Шарф засомневался ещё сильнее. Ждать – это долго! Ждать – это уж совсем не дело! Да и цвет у ниток не подходящий к зелёному – жёлтый. Непонятно ещё что за бабочка получится. А пряжа времени не теряла. Весь клубочек на Шарф намотала. Уже Шарфа почти не видно – только большой жёлто-зелёный клубок виднеется.

Мимо как раз проходили бабушка с внуком.

– Кхе-кхе, – кашлял мальчик.

– А ну скорее домой идём! Так и заболеть недолго. Без шарфа-то совсем холодно, – беспокоилась бабушка.

Шарфу вдруг ужасно захотелось быть шарфом. Шарф – он тёплый, пушистый и очень-очень нужный. Он шарф – и никто иной. Ох как быстро он поскидывал с себя все жёлтые нитки и быстро-быстро полетел домой.

– Шарф – это хорошо! Это лучше всех! – хвалил он сам себя, аккуратно укладываясь на кресле. – Вот бабушкин внук придёт, и как он мне обрадуется! Не то что какой-то там гусенице или бабочке. Будем гулять с ним вместе: ведь я ему так нужен!

Анечке купили новый письменный стол. Очень красивый и современный. Ножки у него регулировались по высоте, а стульчик подъезжал и отъезжал по специальным рельсам, столешницу можно было поднимать, – а уж сколько в нём было чудесных ящичков! Прелесть! Анечка была отличницей, и письменный стол ей был очень нужен. Она радовалась подарку и предвкушала как ей будет хорошо и удобно сидеть за ним, как здорово учить уроки.

Едва Анечка присела за стол и разложила тетрадки с учебниками, как стол дёрнулся.

– Показалось, – прошептала Анечка.

Ведь столы – это неподвижные предметы и никогда не шевелятся.

– Ничего не показалось, – ответил ей кто-то.

Стол приподнялся в воздух вместе с Анечкой и плюхнулся обратно.

Девочка ужасно перепугалась: никогда ещё ни один письменный стол не разговаривал с ней, и уж тем более не подпрыгивал. От страха она не могла пошевелиться.

– Ну что замерла? – спросил письменный стол. – Иди окно открывай!

– Зачем? – удивилась девочка.

– Ну не будем же мы бить стекло? – хихикнул письменный стол.

– Не будем, – согласилась Анечка.

– Ну что ж ты какая несообразительная? А ещё отличница! Я столько в коробке пролежал! Столько ждал, пока меня соберут! Наконец-то! Давай же скорее – полетаем!

– Полетаем!? – ойкнула Анечка. – Как это – полетаем?

– А вот так! – Стол взмыл к потолку, едва не сбив Анечкиной головой люстру, покружился по комнате и плюхнулся на ковёр, хлопнув крышкой. – Иди окно открывай!

– Ого! – Девочка захлопала в ладоши и побежала к окну. – Здорово!

Едва Анечка присела обратно на стул, как стол, заложив вираж под потолком, вылетел в распахнутое окно.

Девочка захлёбывалась от восторга и стремительного ветра, бьющего ей в лицо. Она неслась по небу, словно птица или самолёт. Сначала Анечка немного трусила и очень крепко держалась за стол, но потом освоилась и стала глазеть по сторонам.

Внизу мелькали дома и знакомые улицы. Вон школа, а вон бабушкин дом.

– С ума сойти! – радовалась девочка.

Стол нырнул в облако и вынырнул с другой стороны. Пушистые и влажные лохмотья прицепились к волосам и платью. Они были такими мягкими и легкими! Анечка никогда раньше не трогала облако и не знала, что это так приятно.

А стол всё летел и летел!.. Девочка едва успевала вертеться из стороны в сторону.

– Ой! – вдруг вспомнила она. – Мне же уроки делать надо!

– Ну вот ещё! – откликнулся стол. – Какие могут быть уроки, когда столько вокруг интересного?!

– Но завтра в школу! Меня спрашивать будут! – заволновалась Анечка.

– Глупости! – решил стол. – Полетели, чего покажу.

Он хлопнул крышкой и рванул в сторону.

Они подлетели к большому оштукатуренному зданию, стол притормозил у распахнутого окна. Анечка заглянула внутрь и обомлела:

– Шоколадная фабрика!

– Она! – подтвердил стол.

Девочка никогда ещё не видела столько сладкого!

Потом они побывали в цирке. Стол незаметно шмыгнул в раскрытое окно под самым куполом и после представления вылетел обратно.

С такими приключениями Анечка совсем позабыла про учёбу! Каждый день она бегом неслась домой, к своему столу! Иногда они летали всю ночь – ведь до Африки или Австралии так быстро не долетишь. Анечка видела водопады и верблюдов, побывала в самых больших парках развлечений. Антарктида ей не понравилась – ужасно холодно, хоть она и тепло оделась. Зато на пляжах было чудесно!..

А вот из школы она начала приносить сплошные тройки, того гляди двойки пойдут. И папа заподозрил неладное. Присмотрелся, понаблюдал и всё понял.

– Так не пойдёт, – сказал папа. – Это и опасно, и на учёбу плохо влияет.

Взял здоровенные гвозди и прибил стол к полу, приговаривая:

– Никаких несанкционированных полётов до самых каникул!

Стол вопил, аж в ушах звенело! А потом привык. Что уж поделать против папы и гвоздей?!

Анечка исправила плохие отметки и снова начала хорошо учиться.

Но ничего, каникулы уже совсем скоро!..

На большом дереве рядом с дуплом поселилась Паучиха. Оплела паутиной сразу несколько веток, затаилась, лапками в предвкушении потирает, добычу ждёт.

Комарики неподалёку в мячик играли, тот случайно в паутину попал, да и запутался там.

– Отдай, – попросили комарики, – зачем он тебе? Если хочешь, пойдём с нами играть, только мячик верни.

– Больше делать мне нечего, как в игрушки играть! – фыркнула Паучиха. – А мяч не отдам. Что ко мне в паутину попало – то моё! У вас пропало, ко мне попало.

Обиделись комарики и улетели.

Жёлудь с дерева падал, за паутину зацепился. Паучиха его вмиг оплела в кокон.

– Отпусти! – взмолился Жёлудь. – Я на землю упаду – деревом прорасту!

– А мне-то какое дело? Мне и этого дерева хватает, – проворчала Паучиха. – А что ко мне попало – то моё!

Птичка зёрнышко где-то раздобыла. На ветку села, позавтракать хотела. А зёрнышко соскользнуло и в паутине застряло.

– Верни мне зёрнышко, – попросила Птичка. – Ты же всё равно его не съешь.

– Ну и что? Ну и не ем! Не отдам! Что в паутину ко мне попало, то пропало. Моё!

– Жадина! – обиделась Птичка.

Паучиха только довольно ухмыльнулась и уползла под лист. Но и оттуда она всё твердила:

– Моя паутина! Всё, что в неё попало, то моё!

Бабочка пролетала мимо, хотела присесть отдохнуть на листок, а тут паутина растянута. Одно неловкое движение – и она увязла в клейкой сетке.

– О, еда! – завопила радостная Паучиха. – Обед! Наконец-то!

– Отпусти её немедленно! – рассердилась на Паучиху Белка, жившая на этом дереве. Она несла к себе в дупло шишку, но увидела творившееся на родном дереве безобразие и от волнения уронила шишку. Та застряла в паутине.

– Иди куда шла! – огрызнулась Паучиха, тут же оплетая паутиной и шишку. – У каждого своя дорога. У этой Бабочки дорога ко мне на обед.

Её паутина уже провисла от тяжести. Но Паучиха всё жадничала. С дерева слетел лист, совсем не нужный злобной хозяйке паутины, но и его она вплела в своё липкое вязание.

– Богатею! – радовалась Паучиха. – Вон у меня сколько добра!

– Не лопни! – покачала головой Гусеница. Она несла веточку себе домой и осторожно обползла раскинутые паучьи сети. – Паутина-то вон как провисла. Того гляди треснет.

– Не треснет! – фыркнула Паучиха, выплюнула длинную нитку и зацепилась за веточку у Гусеницы на спине.

– Бессовестная! – ругалась Гусеница. – Как тебе только не стыдно?

Жадная Паучиха только хохотала и твердила:

– Всё моё! Всё моё!

Паутина уже скрипела, не выдерживая тяжести ненужных вещей.

– Обедать пора! Уходите все! – велела Паучиха и поползла к Бабочке.

И тут подул ветер. Совсем лёгкий. Паутина натянулась и треснула. Паучиха стала падать. Но успела повиснуть на нитке. Бабочка взмахнула крыльями и улетела, Жёлудь упал на землю и закатился в ямку. Шишка, зёрнышко, мячик и веточка разлетелись в разные стороны и были подобраны хозяевами.

– Моё! Моё! – орала взбешённая Паучиха.

Но никто жадину не слушал.

– Хрум! Хрум! Хрум! – раздалось в ночи, когда Аня уже лежала в кроватке и должна была видеть десятый сон.

– Аня, перестань грызть карамельки! – Мама не разрешает есть много конфет на ночь. Но «Мятные»! Самые Анины любимые. Она полный рот набрала, теперь лизать не получается, только грызть. Вот мама и услышала.

– Ты же заснёшь и подавишься! – ругается мама.

– Это не я, это Карамельный Грызлик, – соврала Аня.

– Нет никакого Карамельного Грызлика! – смеётся мама. – Врунишка! Фантики опять к брату под подушку сложила? Бессовестная ты девчонка!

– Честное слово, это не я, а Карамельный Грызлик! – не сдаётся Аня.

– Сама ты Карамельный Грызлик. Догрызай и спи!

Аня со спокойной совестью доела карамельки.

Утром Аня собиралась в школу. На столе рядом с кашей её ждала записка: «Осталось десять карамелек в верхнем шкафчике. Доедай, Грызлик. Целую, мама».

Аня рассмеялась. Какого хорошего она Грызлика придумала. Залезла в шкафчик, а там нет ничего!

– А где же конфеты? – удивилась Аня.

– Так я съел! – раздался голос.

– А ты кто? – Раньше в их квартире голоса никогда не слышались.

– Карамельный Грызлик, – представился голос, и на столе появился крошечный человечек в длинной рубашке из фантика от «барбариски» и в шляпе из обёртки от конфеты «Клубника со сливками». Шляпа казалась огромной, и лица не было видно, только щёки.

– Хрум! Хрум! Хрум! – жевали эти щёки. Это они Анину последнюю конфету сгрызли.

– Это же мои конфеты! – возмутилась Аня.

– В записке написано: «…доедай, Грызлик». Грызлик – это я! А про тебя ни слова. – И гость исчез.

Аня огорчилась и ушла в школу. На перемене подруга Леночка угостила её большой шоколадной конфетой. Аня съесть не успела, потому что учительница в класс зашла. Она конфету в рюкзак убрала, а когда домой пошла, то хотела достать, хотя мама ей строго-настрого не разрешает есть конфеты перед обедом. Но в рюкзаке оказался только пустой фантик.

– Да как же это так?! – рассердилась Аня.

– Я Шоколадный Грызлик, – из портфеля выглянул другой человечек, одетый в обёртки от шоколадных конфет. – Мне шоколадные конфеты есть очень полезно, только у тебя мало, всего-то одна, – он выпрыгнул и убежал.

С тех пор началось. Мармеладный Грызлик съел все мармеладки из вазочки, за что мама пригрозила отвести Аню к врачу. К самому страшному врачу, к стоматологу. А Зефирный Грызлик слопал вместо Ани зефир на дне рождения у бабушки. Аня и глазом моргнуть не успела.

– Аня! Нельзя есть так много сладкого! – сердился папа.

– Да не я это! – Аня чуть не плакала. – Грызлики!

– Врушка! – обиделся папа.

Аня тоже обиделась.

Грызлики следовали за девочкой по пятам, поедали все её сладости, как она их ни прятала, а девочке никто не верил, потому что, кроме неё, Грызликов никто не видел. И через месяц Аня привыкла не есть сладкого. Перестала грызть карамельки по ночам, таскать шоколадные конфеты из дальнего шкафчика и покупать мармелад вместо обеда. Вредные Грызлики складывали фантики под подушку к брату, а Аня их вытаскивала, они разбрасывали обёртки по всей квартире, а девочка собирала.

На Новый год Аня получила сладкий подарок. Она высыпала его на ковёр, целая гора самых разных конфет получилась. Девочка скомандовала:

– Налетайте, Грызлики! Всё равно всё слопаете!

Но, к её удивлению, никто не пришёл. Аня вышла из комнаты и зашла снова. Конфеты были на месте. Грызлики больше не хотели сладкого и Аня тоже. Девочка сложила все конфеты в вазочку и ушла гулять.

– Похоже, Грызлики у нас больше не живут, – сказал, улыбаясь, папа.

– К кому-нибудь другому ушли, – ответила Аня.

С тех пор сладкого она так и не ест. Но если только иногда, совсем немного.

Жил-был на свете маленький Светофорчик. Очень симпатичный, весёлый и дружелюбный. Разноцветными огоньками мигал: красным, зелёным и жёлтым. Ему бы ещё играть и играть. А он хотел заниматься каким-нибудь важным и полезным делом. И вот однажды он решился.

– Я светофор! – сказал он себе. – Я должен регулировать движение!

И он отправился на большой дорожный перекрёсток, где пешеходы улицу переходят, где много машин, грузовиков и автобусов. Все спешат, сигналят, быстрее пойти и проехать хотят.

Светофорчик расположился в центре и стал движение регулировать. Но оказалось, он ещё совсем маленького роста и его не очень заметно. Кто увидел, тот остановился, а, кто не углядел его сигналов, тот совсем неправильно поехал. Люди побежали – чуть под автобус не угодили. Трамвай на перекрёсток выехал, – а дальше проехать не может: ему автобус рельсы перегородил. Такая куча-мала получилась! Светофорчик очень испугался, зажмурился… Как же он такое сотворил?! Хотел ведь как лучше!

Взрослые набежали, ругаются:

– Куда ты такой маленький лезешь?!

– Кто тебе разрешил?!

Огорчился Светофорчик, домой пошёл. Носом шмыгает, слёзы капают. Увидел дед Светофор это горе и решил помочь. Дед давно вышел на заслуженный отдых, но когда-то он был очень уважаемым светофором, работал на самом большом перекрёстке в городе, и все его слушались.

– Ты очень хочешь делом заниматься? – спросил он.

– Очень! – всхлипнул Светофорчик.

– А правила дорожного движения хорошо знаешь? – Дед хитро прищурился.

Маленький Светофорчик перестал шмыгать, догадался, что дед кое-что интересное придумал.

– Очень-очень хорошо! Все-все правила знаю! – заверил внук.

– Ну-ка! Расскажи что-нибудь, – решил проверить дед.

– Красный свет – стой, жёлтый – приготовься, зелёный – иди! Дорогу переходить только там, где нарисована «зебра» или стоит знак, и по сторонам смотреть обязательно! – рассказывал Светофорчик, да так, что от зубов отскакивало.

– Вот и замечательно! – похвалил дед. – Тогда будет тебе работа.

– Правда? – Светофорчик не верил своей удаче.

– Устрою я тебя на детскую площадку, да не на простую, а такую где правилам дорожного движения учат. Тебе как раз по росту и по способностям будет. Станешь детишкам правила дорожного движения рассказывать и перекрёстки регулировать – дети там на велосипедах ездят и на самокатах.

– Ой! Как здорово! Я детей очень люблю! – обрадовался Светофорчик. – Они весёлые и любознательные, как и я.

– Дети – это будущие пешеходы и водители, им очень важно правила выучить. Вот ты и будешь им помогать.

Так маленький Светофорчик нашёл себе важное и полезное дело.

Димка сидел на подоконнике и болтал ногой. Рядом стоял круглый аквариум, он постучал по нему пальцем. Золотая рыбка дёрнулась от неожиданности и юркнула в водоросли.

– Бестолковая ты зверушка! – Димка сполз с подокон ника и прислонился к аквариуму носом, расплющив его об стекло. – Нет от тебя никакой пользы, только воду менять замучаешься… Вот могла бы ты взаправду желания исполнять! – Димка восторженно шмыгнул носом. – Вот это было бы круто!

– Так я могу! – раздался голос.

Димка стукнулся подбородком о подоконник, испуганно огляделся по сторонам.

– Ты кто?

– А ты с кем разговариваешь? – спросил тот же голос.

– С-с-с ры-рыбкой, наверное, – неуверенно признался Димка.

– Ну так я ры-рыбка и есть, – поддразнил голос.

– Так ты разговариваешь? – Мальчишка заглянул в аквариум: золотая обитательница вод выглядела как обычно.

– Аллё! – захохотала рыбка. – Я сказала, что желания исполняю! А его интересуют мои разговоры!

– Угу! – кивнул Димка, потом уточнил: – Я уже могу загадывать?

– Жду не дождусь! – нетерпеливо буркнула рыбка. – У меня обед скоро, а я всё с тобой вожусь.

– Так! – Димка сосредоточился.

Чего он больше всего хотел? Все желания вмиг вылетели из головы.

– А, новый мобильник… – Он с трудом вспомнил его название, так сильно волновался.

Золотая волшебница вильнула хвостом, и на коленях у мальчика появилась заветная коробочка.

– О-о-о-о! – выдохнул Димка. – О-о-о!

Других слов у него не было.

– А-а-а? – хотел он спросить у рыбки, но от волнения буквы не складывались в слова.

– Да-да! – подтвердила рыбка. – Всё что хочешь.

Вот тут у Димки началась не жизнь, а сказка. Стоило ему только что-нибудь захотеть, рыбка махала хвостом и это вмиг появлялось.

И крутой велосипед, и ноутбук, и самый навороченный гейм-бокс…

У Димки голова кружилась от счастья. Каждый вечер, ковыряясь большой ложкой в торте, он придумывал, чего бы ему ещё такого пожелать. К слову сказать, у его собаки, Шарика, тоже началась волшебная жизнь, потому что все завтраки, обеды и ужины теперь доставались ему. Димка не желал есть ничего, кроме тортов, мороженого и чипсов.

Но однажды он пришёл домой злой и обиженный. Пнул вертящееся кресло, и то откатилось к стенке.

– Случилось что-то? – спросила рыбка без особого интереса.

– Бабушка заболела, родители к ней уезжают на все выходные!

– Не переживай, она поправится, – сочувственно поддержала рыбка.

– Да я и не переживаю! Чего там бабушка? Мы на гонки не пойдём! На мотоциклах! И в кино тоже! Так всегда. Родители никогда обещания не выполняют.

– Они же не специально! Так бывает! Обстоятельства!

– Никогда не держат слова! – Димка пылал обидой и ничего не желал слышать. – А знаешь что? Знаешь?!

Вдруг ему в голову пришла потрясающая идея!

– Что? – насторожилась рыбка.

– Я желаю, чтобы родители всегда выполняли свои обещания!

– Может, не стоит? – засомневалась рыбка. – Не торопись. Подумай!

– Чего тут думать? Исполняй! – велел Димка.

Золотая рыбка хмыкнула и вильнула хвостом.

На первый взгляд ничего не изменилось. Димка даже приготовился упрекнуть рыбку, что ничего-то она толком не может.

– Дима, ты собрался? – раздался голос папы. – Про гонки не забыл?

– Ура! – обрадовался Димка и стал натягивать джинсы.

Но тут вдруг накатила боль. Он вертелся перед зеркалом, разглядывая себя сзади. Ничего не мог понять. Почему джинсы больно надевать? Он в задумчивости присел на диван и как ужаленный подскочил. Попа болела и горела огнём.

– Что-то я ничего не пойму… – пробубнил Димка.

– А-а! Это! – пробулькала рыбка. – Помнишь, мама обещала тебя выпороть за двойку по математике? А папа грозил ремнём за то, что ты на три часа позже пришёл с улицы? Так вот это они – выполненные обещания!

К вам приходит Обидка? К Наташке как-то наведывалась. Стоило ей на какую-то ерунду надуться, как Обидка тут как тут. Заходит и сразу начинает вести себя по-хозяйски. Рассаживается на подушке и начинает командовать:

– Это ты верно сделала, что торт есть не стала. Не нужен тебе их торт, если вчера Игорю купили машинку, Ольке новые туфли, а тебе – ничего не купили! – хвалит Обидка Наташку. – И подумаешь, что позавчера тебе подарили ролики и рюкзак, это позавчера было! Давняя давность!

– Угу! – всхлипывает Наташка в подушку.

А Обидка торт доедает, пальцы облизывает и подначивает:

– И в парк с ними не ходи! Чего ты в этом парке не видела? Подумают ещё, что ты не всерьёз обиделась! Они и дальше будут вытворять что им вздумается.

– Ага! – соглашалась Наташка.

– Не пойдёшь – и как следует их проучишь! – вопит гостья. – Так они навсегда запомнят, что сначала ты, а потом все остальные. Ух как их совесть мучить будет!

– Вот-вот! – Наташка уже утёрла слезы и радостно предвкушала, как родителей совесть замучает, и они прибегут к ней извиняться с тортом, велосипедом и новыми джинсами сразу!

Но совесть, видимо, была занята и к Наташкиным родителям не спешила. Девочка уже устала сидеть на диване – ужасно хотелось погулять и поиграть, и мультики бы посмотреть (как раз сейчас по телику показывают), а мама с папой всё никак не шли и никакого велосипеда не несли. Наташка уже почти решилась сбегать к родителям и спросить – что ли, они про велосипед не помнят совсем?! Но упорно продолжала сидеть на диване в обнимку с подушкой и дуться.

– Правильно-правильно, – учила Обидка, – нельзя допустить, чтобы они подумали, что ты немножечко обиделась. Из-за «немножечко» их совесть мучить не будет!

И Наташка соглашалась. Сидела и сопела.

Тут зашла мама:

– В такой духоте сидишь. У тебя голова не болит? – спросила она, не обращая никакого внимания на Обидку. Видимо, Обидка последний раз заходила к маме ещё в детстве, и она давно забыла как та выглядит.

Обидка Наташку в бок локтем толкает.

– Болит, – отвечает Наташа.

– Это плохо! – решила мама и открыла форточку. – Сейчас проветрится в комнате, и тебе легче станет. Ты полежи, отдохни, пока мы в кино сходим.

И мама ушла…

Наташка слышит, как родители в прихожей собираются, как брат с сестрой галдят и смеются, а она одна-одинёшенька сидит и подушку обнимает. Но подушка ведь никакого кино ей не покажет…

Обидка конфеты с кухни приволокла – целую вазочку – и жуёт, компотом запивает.

– Всё правильно! – хвалит она с набитым ртом. – Из кино они точно замученные совестью придут.

Потом в квартире наступила тишина и темнота. И не было ни кино, ни мультиков – и даже торт Обидка слопала. Можно сколько угодно обижаться – никто не заметит. А обижаться незаметно совсем не интересно. Обиделась Наташка ещё сильнее и на маму с папой, и на себя, и на Обидку даже. Так и уснула, всхлипывая на диване…

– Здрасте! – С утра Обидка объявилась снова.

– Не здрасте! – буркнула Наташа.

Гостья поморщилась, но продолжила:

– Сегодня точно велосипед получим.

Только Наташа даже разговаривать с ней не стала. Сразу на кухню побежала – оттуда как раз доносился умопомрачительный волшебный аромат блинов, которые пекла мама!

Обидка ещё немного посидела на подоконнике, поболтала ногами, заскучала и отправилась искать новую подружку.

Она может и к вам забрести – вы смотрите, Обидку к себе не пускайте!

Лёнька ненавидел субботники! Работать, стены драить, полы мыть! Фу! Не царское это дело!

Спрятался, шмыгнул под лестницу.

– Детский труд противозаконен! – ворчал он. – Отсижусь здесь и потом как ни в чём не бывало выйду.

Он ещё немного попятился назад и вдруг – провалился!

Но упал не на кафельный пол, а мягко плюхнулся в стог пахучего сена и кубарем скатился вниз. Перед ним стояла рыжая кудрявая девчонка со смеющимися глазами.

– Ты как раз вовремя! – сказала девчонка. – Я давно принца жду.

– С чего ты взяла, что я принц? – Лёнька поднялся с земли и отряхнул штаны.

– Ну а кто же ты ещё, если я принцесса? – Девочка достала из кармана золотую сверкающую корону и взгромоздила на голову. – А каждой принцессе полагается принц, – рассуждала девчонка, – ну и, само собой, королевство в придачу.

Лёнька решил пока не разубеждать принцессу, что не царских он кровей, а сначала оглядеться.

Направо от него тянулись поля, дальше лес, налево – горы, река и небольшая деревушка. Совсем рядом стоял самый настоящий замок!

– Это королевство? – деловито осведомился Лёнька.

– Угу! – кивнула девчонка.

– И здесь принц, то есть я стану хозяином?

– Ну да, – принцесса пожала плечами, – королём. Только надо подвиг совершить и завоевать моё расположение, – девочка кокетливо опустила взгляд.

– Что за подвиг? – В голове мальчишки вмиг созрел хитрый план: «Отличное королевство. Мне как раз роль короля очень даже подойдёт, – решил он. – Сиди себе на троне, правь и ничего не делай. А подвиги? Ерунда! Ради такого дела можно разок и подвиг совершить».

– Ну сено надо в сарай перекидать, потом забор поправить… – начала принцесса.

– А что, для этого слуг нет?

– Есть. Да только руки крепкой не хватает, – пожаловалась принцесса. – Вот появится король, он их работать и заставит.

– Хорошо, – согласился Лёнька. – Так и быть. Отработаю принцем, а когда стану королём, я им покажу крепкую руку!

Мальчишка перекидал всё сено. Потом заколотил забор – два раза по пальцу себе попал. Затем ещё столовое серебро перечистил и все светильники. Ковры со всего дворца выбил и перины изо всех покоев перетряхнул.

Ох, нелегко ему было, но он сжимал зубы и про себя твердил:

– Вот стану королём, я им тут всем устрою…

А сам ещё ужин приготовил – потому что принцесса ничему подобному не обучена – и посуду потом перемыл. Наконец все дела были закончены. У Лёньки ломило спину, ужасно болели руки и не слушались ноги.

Он растянулся на диване перед камином и размечтался о будущей власти.

– Ты молодец! – восхищалась принцесса. – Я такого принца отродясь не встречала. Тебе и целое королевство доверить не страшно!

Лёнька, словно кот, от похвалы млел и урчал, довольная улыбка не помещалась на лице.

– Вот завтра подвиг совершишь, и я за тебя мигом замуж выскочу! – пообещала принцесса. – Ну если жив останешься.

Лёнька чуть с дивана не упал.

– Какой еще подвиг? – оторопело спросил он. – Сегодня уже вон сколько насовершал!..

– Это присказка, сказка впереди – подвиг ты сам выбирай. Хочешь – с людоедом иди воевать, он за лесом живёт; а хочешь – дракона побеждать, тот в горах обитает. Ни от того ни от другого ещё никто не возвращался. Но у такого замечательного принца, как ты, обязательно всё сладится! – лепетала принцесса, не останавливаясь. – Жалко, что у тебя оружия нет… Но ничего, у меня в сарае есть меч, немного ржавый, но всё лучше чем ничего. Против людоеда-то это как иголка, он ростом выше замка. А дракон такое оружие вообще не заметит, он огнём за километр поливает, к нему подойти невозможно, – но у тебя всё обязательно получится.

Последних слов Лёнька уже не слышал: улепётывал он из замка – пятки сверкали.

– Зачем мне это царство? Чего я тут делать буду? Мне ещё в институт поступать, а жениться рано, – бубнил он под нос.

На заборе, что он с утра чинил, сидел толстый чёрный ворон.

– Если ты домой, то вон в то дупло полезай, – посоветовал он мальчишке.

Лёнька и раздумывать не стал: прыгнул в дупло и был таков.

Выкатился он под лестницей, в родной школе.

– Следующий раз уж лучше на субботник пойду! – решил он.

Как хохотали ворон и принцесса, Лёнька, конечно, не слышал.

– У каждой уважающей себя девушки должна быть фея-крёстная! – решила Дашка, шмыгнув носом и отложив в сторону книжку «Золушка».

– У тебя тоже есть, – напомнил кот Котофей, – тётя Таня, двоюродная мамина сестра, в Житомире живёт.

– Я говорю – ФЕЯ! ФЕЯ-КРЁСТНАЯ!!! – раздражённо уточнила Дашка.

– Фея – это в сказке! – буркнул кот. – А потом, тебя же не на бал не пускают, а на дискотеку! И не потому, что работой загрузили, а за то, что двойка у тебя по географии. Мяу!

Кот лениво потянулся и свернулся калачиком на спинке дивана.

– Всё равно несправедливо! – надулась Дашка.

– Привет, крестница! – произнёс звонкий голос, и рядом с котом неожиданно возникла размалёванная девица в джинсовой юбке.

Кот испуганно мявкнул, брякнулся вниз и зашипел.

– Ты кто?! – спросила ошарашенная Дашка.

– А ты кого звала? Фея-крёстная! – хохотнула девица, закидывая ногу на ногу.

– Ого! – У Дашки глаза сделались большими-пребольшими. – Колдунья?!

– Волшебница! – поправила её девица и повернулась спиной, демонстрируя пару прозрачных хрустящих крыльев на модном топике. – Т-а-а-к! – протянула она. – На дискотеку, значит, тебя не пускают?

– Ну да! – подтвердила Дашка.

– У неё «пара» по географии, – поведал кот, – и по русскому – только родители об этом ещё не знают.

Фея-крёстная поглядела на кота, словно на мышь, тот поморщился и на всякий случай шмыгнул хозяйке за спину.

– Это очень вредно не делать того, что хочешь! – сказала фея Даше.

– Ага! – согласилась девочка.

– Чего-то она не то говорит, – кот открыл книжку, – как-то тут по-другому было…

– Сначала сделаем из тебя принцессу!

– Только модную! – предупредила Даша.

– Самую что ни на есть! – заверила фея. – Круче чем я!

Фея щёлкнула пальцами – на Даше появилось короткое чёрное платье.

– Класс! – ахнула девочка.

Фея тем временем продолжила. Она взлетела, шурша крыльями, и запорхала вокруг крестницы. В её руках возникали то ножницы, то расческа, то тени для век, то помада. С толстой кисточки сыпалась душистая пудра, вокруг Даши кружили блёстки и стразы.

– Ой! – Фея отлетела подальше и восхищённо сложила ручки.

– Ого! – буркнул кот, потом поморщился и добавил: – Она такая же фея, как ты Золушка.

Но его никто не услышал.

– Туфли! – скомандовала фея.

У Дашки на ногах появились обалденные блестящие туфли на высоченной платформе.

– Ой! – Дашка зашаталась и схватилась за шкаф.

– Супер! – подытожила фея.

– Я бы посоветовал остаться учить географию, – мявкнул кот.

Здоровенная сарделька тут же закрыла ему рот.

– Карета – это старомодно, – решила фея, – машина – сплошные пробки. Ладно, летим так.

Фея дёрнула крестницу за руку, и они вылетели в окно, оставив на подоконнике ошарашенного жующего кота.

Кратковременный полёт по городу – и Дашка оказалась на ступенях школы.

Как же замечательно она себя чувствовала! Настоящей принцессой!

– Не забудь, в полночь ты снова станешь обычной девочкой – в халате, домашних тапочках и с хвостиком!

– Да-да-да! – кивала счастливая Даша.

Фея-крёстная втолкнула новоявленную принцессу в зал. Девочка сделала два шага, споткнулась и уцепилась за стену.

– Жуткие туфли, – вздохнула она и добавила: – Зато ноги от ушей.

Дашка медленно вышла в центр зала, чтобы у всех была возможность полюбоваться на такую красоту.

Удивительно, но любоваться никто не хотел. Одноклассники отодвигались в сторонку, жались от Дашки по углам и крутили пальцем у виска.

– Завистники! – обиделась девочка.

Но тут в одном из зеркал она уловила свое отражение…

– А-а-а-а! – разнеслось на всю школу.

Даша сама себя не узнала! На голове красовалась метла из волос, окрашенных в жуткие розовые и зелёные цвета, глаза были в жирных чёрных кругах туши и теней, губы разрисованы до самых ушей – и всё это присыпано тонной блёсток!..

Дашка тут же поняла, что в школу не пойдёт целую неделю, а лучше месяц – ни за что! Пусть хоть родителей вызывают! Далась ей эта дискотека!..

– А я тебя предупреждал, неправильная она фея, да и ты не Золушка, – мурлыкал дома кот.

Дашка только всхлипывала.

– А географию все равно учить придётся! Мяу!

– А здорово было бы пожить в игре! – хмыкнул Борька, снимая наушники и закрывая страницу на компьютере. – Какие возможности…

И только он это сказал…

– Не-а, я тут жить не буду! – раздалось в комнате.

На подоконнике сидел дракон. Тот самый, на котором мальчик только что летал на экране.

Борька раскрыл рот от удивления.

– Я же здесь просто не помещусь! – продолжил гость.

Он действительно был слишком огромным для этой комнаты.

– И стенки какие-то хлипкие! – Дракон, как курица, топтался на подоконнике. – А обои? Драконы в цветочках не живут!

– А это, – Борька даже покраснел. – Эти обои ещё от сестры остались. – И предложил: – Давай я тебя в папин гараж устрою? Он большой.

Гость из игры кивнул и подставил спину. С замирающим сердцем Борька влез на дракона.

Тот соскользнул с окна и расправил крылья. Всадник изо всех сил вцепился в шею и зажмурил глаза.

– Ух! Три секунды страха – и мы на месте! – хихикнул Борька уже на земле.

На скамейке сидел дворник, дядя Миша, он почему-то ничуть не удивился дракону, только пожаловался:

– Садов-огородов развели! Безобразие!

Борька огляделся – и действительно, неожиданно оказалось, что их уютный двор поделен заборами на участки и всякой растительностью засажен. У кого тыквы растут, у кого смородина созрела, кто-то яблоки собирает…

– А эти, из 28-й квартиры, целую ферму развели. Гуси, куры, коровы! – сокрушался дядя Миша.

Борька сочувственно покивал и пошёл к гаражам: «Ну надо же, не только у него игрушка из компьютера вылезла. У всех! Теперь такой кавардак будет! Кто во что только не играет!»

– Берегись! – донеслось сзади. – Дорогу!

Дракон сгрёб Борьку под крыло, и очень вовремя – мимо проскакал отряд викингов с мечами и топорами наперевес.

– А-а-а! – Борька вжался в своего защитника.

Следом за ними медленно шагал маг в длинном одеянии и метал молнии. Он приблизился к мальчику вплотную и, сверкнув из-под капюшона горящими глазами, поинтересовался:

– 48-й дом не подскажете?

Борька дар речи потерял, только и смог, что рукой в нужную сторону махнуть. Маг удалился, а они с драконом пошли дальше, только теперь всё время оглядывались.

Мимо пронеслась компания зверушек, сильно напоминающих шарики. Борька такой мультик смотрел. С визгами, криками и воплями они снесли кусок забора, вытоптали грядку с огурцами и проломили дырку в смородиновых кустах, за что получили по затрещине от огородного пугала.

Мальчик потряс головой, но видение не развеялось. Всё происходило на самом деле!!!

Дракону в гараже понравилось. Он проверил каменные стены на прочность и свернулся калачиком на полу, будто котёнок. Борька обещал зайти попозже и полетать с ним.

Около подъезда белоснежный единорог щипал травку, а на скамейке сидела прекрасная девушка и ревела:

– Мы так не договаривались! – хныкала она. – Мне положено в замке жить! А я ни одного замка не вижу!

Борька прошмыгнул мимо. Кто в эту игрушку играет, тот пусть и разбирается.

Около лифта расхаживало мохнатое чудовище, такое огромное, что скребло головой потолок. Оно размахивало дубинкой и бабахало ею по стенкам. Борька не знал, из какой оно игры, но дубинка ему не понравилась. Мальчик юркнул на лестницу и, пробежав три этажа, вызвал лифт. Кабинка подъехала, но, едва дверцы раздвинулись, на Борьку посыпались шарики, кристаллы, игральные кубики и карты. Он не стал дожидаться, пока его засыплет с головой, и помчался дальше, перескакивая через две ступеньки. Тяжело дыша, Боря ввалился в квартиру и споткнулся о мешок картошки.

– Мама! – завопил он. – У тебя тут огород?!

– Ещё какой! В топе! – довольно хмыкнула мама.

– Класс!

– А тебе придётся опять за своим драконом бежать, – вздохнула она.

– Зачем? – удивился Борька.

Мама не разрешала завести щенка, а тут такая любовь к дракону.

– А к нам сегодня ночью зомби придут! Отбиваться будем. Дракон нам пригодится, – объяснила мама и протянула записку из известной игры.

– А чего к нам-то? – удивился Борька.

– Оказывается, в эту игру наш папа играет!

Борька сполз по стенке на пол…

Воздушный Шарик летал по свету, летал не без дела – искал, где пользу принести. Он был глубоко убеждён, что все должны приносить пользу, хотя бы малюсенькую. И он тоже.

Встретил он как-то Лампочку. Круглая, прозрачная, светится. Занятие полезное, не поспоришь. Без света жить никак нельзя.

– Я тоже лампочка, – тут же решил он. – Я круглый и висеть могу. Буду всё вокруг освещать – очень нужное дело.

– Ты же не лампочка! – фыркнула Лампочка. – Ты не можешь приносить пользу. И света от тебя не дождёшься. Ты внутри совсем пустой, а там должны быть важные проводки. К тому же ты тонкий, резиновый и ненадёжный! Свет – горячий, прожжёт, дырка из тебя получится, а не лампочка.

Шарик тяжело вздохнул, погрустил немного и отправился дальше, на луг. Там росли цветы, самые разные и очень-очень красивые. Люди любовались ими, нюхали и радостно чихали. Пчёлы летали от цветка к цветку, собирали нектар, чтобы потом мёд получился. Мёд – это очень полезный продукт.

– Я буду полезным цветком! – обрадовался Шарик. – Буду расти, цвести, приносить пользу людям и пчёлам. Я синий. Как раз такие цветы и бывают.

– Ты же не пахнешь и пыльцы у тебя нет! – возмутились цветы, едва Шарик пристроился между ними. – Пчела к тебе не прилетит! Ей даже сесть некуда: у тебя ни лепестка, ни тычинок! Нет, ты точно не цветок!

Шарик совсем опечалился. Выходило, что нет от него никакой пользы. От тоски и разочарования решил он залезть в дупло большого дерева и засесть там навсегда, чтобы таким ненужным не попадаться никому на глаза. Но отвлёкся, на небо засмотрелся. В небе парила птица. Легко и свободно. От восторга у Шарика защемило его маленькое воздушное сердечко.

– О! Какая она замечательная! С высоты полёта ей всё видно! Я тоже могу летать. Я буду птицей! Буду высматривать какую-нибудь пропажу или даже врагов, – мечтал Шарик. – От меня будет много пользы, я буду охранником. Буду парить в вышине, ведь я так хорошо умею летать!

Шарик подпрыгнул как можно выше, ветер подхватил его и понёс по небу.

– Ну уж нет! Ты точно не птица! – возмутилась Птица. – У тебя же нет крыльев! А самое главное, нет гнезда и птенцов. – Птица насупилась и гордо залезла в дупло – то самое, в котором только что собирался спрятаться шарик. Там её ждали три писклявых птенчика.

Шарик хотел было снова огорчиться, но не успел. Мимо бежала девочка. Она увидела Шарик, очень ему обрадовалась, схватила за длинную ниточку и, смеясь, побежала домой.

«Я радость! Точно! Я детская радость», – думал Шарик. И светился, и цвёл, и летел!

И с этим уже никто не спорил.

Живёт или не живёт? И так ли уж повсюду? Можно подумать, везде стоят такие симпатичные домики, и в них живёт красота. Кто она такая? И вообще, её кто-нибудь видел?

Вот, например, идёт по улице девочка. Говорят – красивая. Очень может быть. Юбочка в складочку, носочки, бантики, кудряшки и глаза голубые-голубые, как вода в озере. Наверное, учится хорошо и бабушке помогает. Да, красавица. А вот другая идёт. Нет, не идёт – бежит, летит, как свежий ветерок, шустрая, озорная. В брюках и кепке, ни тебе бантиков, ни тебе кудряшек, да и глаза не голубые, и даже не синие. Но поглядишь на неё подольше, повнимательнее, – а она встречает маму с тяжёлыми сумками. Мама говорит: «Умница ты моя, красавица». Права мама, конечно!

Ну и что получилось – разные девочки, а обе красивые. Ничего не понятно, как разобраться?

Так… что ещё красивое? А вот цветы. Вон на лугу маленький цветочек, бледненький, совсем обычный, три каких-то простеньких лепесточка непонятного цвета. Да уж, не роза, конечно, а вот ещё один похожий, и ещё один, и дальше тоже такие встречаются. На зелёном лугу их видимо-невидимо. Смотришь – и луг сразу повеселел, разными цветами стал переливаться, заиграл. Красиво! Глядишь дальше – там лес, деревья колышутся, птички поют, и озеро, круглое, как тарелочка, с прозрачной и чистой водой. Отсюда озера, конечно, не видно, но оно точно там есть, по-другому и быть не может. Вот уже и целый пейзаж получился – глаз не отвести.

Ну ладно, с природой – с ней всё понятно: живая и разноцветная, некрасивой быть не может.

А вот город? Серый, каменный, заасфальтированный. Поглядишь сверху – нагромождение скучных и одинаковых кубиков-домов, мрачные линии дорог, потоки людей, автомобилей – всё летит, гудит, пыль столбом, скрежет металла – ничего симпатичного. Но поднимись повыше – шум стихнет. И станет видно чёткий и изящный рисунок улиц, вычурное сплетение переулков и величие домов-высоток. Какой у города сложный и красивый орнамент. Ой, красивый! Вот уже и город – красивый.

Совсем запуталась…

Но ничего, сейчас ночь наступит, она всех уравняет, всё оденет во мрак. Ничегошеньки видно не будет – ни красивого, ни некрасивого. Ночь – она такая, не спросит никого, ни с кем не посчитается. Глядишь сквозь неё – и ничего не видишь. Она чёрная-чёрная: что вдалеке, что рядом. Но вдруг в небе звёздочка зажглась – маленькая жёлтенькая точка, и ещё одна загорелась рядом, потом месяц выглянул – светлый, ясный. Какая в небе глубина и красота! Красота настоящая, вечная.

Красота – повсюду, надо только приглядеться внимательно-превнимательно.

А ты – глядел?..