© Голицына П., 2016

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2016

*

На мягком кресле в холле отеля «Мариотт» в центре Москвы сидела миниатюрная девушка в идеально облегающем точеную фигуру красном платье. У ее ног, на пушистом ковре, лежала кошка в тонком золотистом ошейнике, от которого к руке девушки тянулась едва заметная цепочка. Кошка – слишком большая и слишком пятнистая для обычного домашнего любимца.

Девушка пила мелкими глотками мартини из высокого бокала, смотрела сквозь затемненное стекло высокого окна на одинокую кривую березку с редкими пыльными листьями, почти высохшими от нестерпимой летней жары. Она щурилась, иногда поднимала глаза к потолку, легко кивала в такт размышлениям.

В глубине холла едва слышно лязгнула дверь лифта. Кошка привстала, натянула цепочку и посмотрела в сторону нового звука. В их с хозяйкой сторону шел мужчина лет пятидесяти в белом летнем костюме, с портфелем из крокодиловой кожи в руках. По пути он налил себе стакан минеральной воды и, приближаясь к девушке с кошкой, пытался решить, в какое кресло ему сесть.

«Это в точности то, что им нужно, – думал он, разглядывая кошку. – Не представляю, где она ее взяла. Даже я таких видел только в каталогах. Совершенство». Наконец он решил, что лучше всего, если их будет разделять низкий стеклянный журнальный стол, и выбрал кресло напротив.

– Где вы ее нашли? – мужчина решил сразу перейти к делу.

Девушка очнулась от размышлений, посмотрела в его сторону.

– Простите, а вы кто?

– Я говорю с вами от имени одного весьма уважаемого человека. Простите, не представился. Роман Петрович.

– Рада за вас. Вы о кошке?

– Да. Насколько я понимаю, это «саванна», первое поколение? И, буду откровенен, она просто идеальна.

– Вы неплохо разбираетесь в домашних животных.

– Собственно говоря, я к вам по делу. Могу я узнать ваше имя?

– Предположим, меня зовут София.

– Как вам будет угодно. Так вот, София, продайте мне ее.

– Не хочу вас обидеть, но она не продается.

Мужчина явно ждал такого ответа.

– Я знаю, о чем говорю. Готов прямо сейчас обменять ее на сто тысяч. Наличными.

Мужчина щелкнул застежкой портфеля, приоткрыл его и взглядом пригласил девушку оценить пачки долларов.

– Роман Петрович, она совершенно точно не продается.

– Я не хочу вас торопить, но у меня есть два дня. Честно скажу, мне несладко придется, если вы не продадите ее. А у меня семья…

– Еще раз простите, но она – тоже моя семья. Поищите в зоомагазине.

– Вам ли не знать, что за такими, как она, очередь на годы вперед…

– Думаю, мы уже все обсудили. Прощайте.

София поднялась с кресла и направилась к лифту. Мужчина тоже поднялся, вынул из кармана визитную карточку, догнал девушку.

– Если вы вдруг надумаете, вот моя визитка.

– Хорошо, но не надумаю. И, если не секрет, зачем она вам?

– При всем уважении к вашей кошке, лично мне она не нужна. У дочери моего клиента день рождения, и в последний момент оказалось, что нужна ей именно «саванна», именно первого поколения… Не знаю, где она такую увидела. Два дня осталось, я просто не могу ее не найти.

– И еще, как вы меня-то нашли?

– Тысяча извинений, но буду откровенен. Я случайно увидел вас в аэропорту, проследил до отеля и сам здесь поселился. Потом согласовал с заказчиком…

– Так вы шпион?

– Нет, конечно, но поймите меня…

– Ладно, – девушка махнула рукой и усмехнулась, – будем считать, что разговор окончен.

Двери лифта раскрылись, собеседник остался внизу. По пути девушка рассмотрела визитку и убрала ее в сумочку.

В номере отеля поперек огромной двуспальной кровати лежала кошка. Хозяйка стояла у большого, во весь рост, зеркала, готовая выйти. Кошке никуда идти не хотелось, но сборы хозяйки явно указывали на то, что покинуть мягкую постель все же придется.

– Николь, ты готова? – обратилась девушка к кошке.

Та закрыла глаза и вытянулась.

– Понимаю, тебе это все не важно, ты можешь делать вид, что ты – обычная кошка и тебе ни до чего нет дела. Но а мне-то как быть? Видишь, где жить приходится? Да, четыре звезды, но не более того. Не то, к чему я привыкла. Да и ты, кстати, тоже.

Кошка зарылась мордочкой в одеяло.

– И, хочу тебе напомнить, если затянем с делом, нас просто выставят на улицу. Обратный билет в Бразилию уже есть, дипломатический, но вернуться туда с пустыми руками… А вообще, ты же первая начнешь возмущаться, если мы то время, что осталось до самолета, проведем в какой-нибудь жуткой привокзальной гостинице. Я в последнее время все чаще думаю, что ты – простая кошка. И умная ты ровно настолько, насколько и остальные бывают. Да еще и лежишь, как мягкая игрушка. Ты хоть понимаешь, о чем я с тобой говорю?

Кошка беспомощно посмотрела на девушку.

– Я и сама не ждала, что так получится, но – и не отворачивайся, – во-первых, я очень люблю настоящие бриллианты. А такие в наши времена встретишь нечасто. Во-вторых, мы продадим часть, нам хватит до следующего раза. Давай смотреть правде в глаза. Мы уже не те, что прежде. Да и нельзя нам пользоваться теми силами, что еще у нас остались. Я точно знаю, что нас ищут. Так что теперь деньги приходится зарабатывать. Ну, или, так сказать, заимствовать. Надеюсь, конечно, все вернется на круги своя, но пока так. Тут уж я виновата, хотя и ты тоже хороша, не могла меня вразумить. Да, я влюбилась, как последняя дура. А надо было действовать не задумываясь. Где мы теперь – сама видишь. Ну, хотя бы живы, и то ладно. Но без денег нам долго не протянуть. А тут такой случай.

Кошка спрыгнула с кровати и отошла к окну, подальше от хозяйки.

– В былые времена и разговора такого бы не зашло, уж точно, ты не забыла, что мы с тобой творили. А теперь приходится. На последнее ведь сюда прилетели… Ты еще спроси меня, что мы вообще в Москве делаем. Надеюсь, врагов у нас тут не осталось, по крайней мере, узнать нас не должны. И да, опять я виновата, да только он ведь снова здесь.

Кошка смотрела в окно на белые облака.

– Тогда все списали на ошибку судмедэкспертизы, дескать, не ту опознали, а тело – вандалы выкрали. Теперь они с женой спокойно могут тут жить. А я просто хочу увидеть его. С некоторых пор банковскими картами мы с тобой не пользуемся, а наличные – ну большей глупости я себе и представить не могу. Потерять кошелек, где все… Если бы у меня в чемодане случайно не завалялось, жили бы мы с тобой сейчас в подворотне.

Кошка обреченно вздохнула.

– Итак, Николь, слушай и запоминай как следует. Сейчас мы пойдем гулять. Не нравится тебе шлейка, но без нее дело не выгорит. Ты ж не в зубах камни и деньги понесешь, верно? Когда мы дождемся нужного времени в ресторане на углу, поводок я отстегну. Ты выйдешь оттуда, пойдешь направо до перекрестка, потом снова направо. Они ведь такие ценности в магазине не хранят, каждый день отвозят домой к хозяину. Запомни. Главное – камни, но прихвати и немного денег. Ты заберешься в машину, чтобы тебя никто не заметил, и тебя доставят прямо туда, куда нужно. Потом уже сама действуй. Я так думаю, они у него либо в сейфе лежат, либо еще как. Скорее даже не в сейфе, там охрана хорошая. Ну, ты умница у меня, справишься. Когда камни и деньги найдешь, отклеишь липкую ленту, которая на груди, на шлейке, они к ней прилипнут. Главное, самый большой не упусти, не прыгай особо. А я, пока ты там будешь, увижу его. У него сегодня вечером открытая лекция в МГУ. «Лживая алхимия» называется. Не могу понять, неужто Василий после всего, что было, так изменился? Утром мы с тобой встретимся и на самолет.

Кошка взяла в зубы шлейку, принесла хозяйке, запрыгнула на тумбочку, села и закрыла глаза.

– И кстати, Николь, а давай мы тебя этому, с портфелем, продадим?

Кошка отпрянула, едва не свалилась с тумбочки.

– Да не дергайся, слушай. Я тебя никогда никому не отдам. А в нашем положении сто тысяч лишними не будут. Нас ведь трое теперь. Соскучилась по нашему малышу?

Кошка пошевелила ушами.

– Так вот, когда покупатель тебя заберет, ты будешь вести себя хорошо, а как только он зазевается, удерешь. А я тебя буду ждать на вокзале у аэроэкспресса. Получается, завтра утром я ему тебя продам, ты через пару часов сбежишь, а днем мы уже улетим.

Николь облизала мордочку языком. София приладила ей шлейку и присела на пуфик возле кровати.

– Давай минутку посидим да и пойдем. Слышал бы меня сейчас этот… – София порылась в сумочке, – Роман Петрович. Он бы решил, что я совершенно спятила, если обсуждаю с кошкой ограбление владельца ювелирного магазина. Видимо, он даже не вник бы в смысл того, что я говорю. И еще, а что, если он совсем не тот, за кого себя выдает? Может быть, на нас и здесь идет охота? Скажем, вычисляют всех, кто прибыл из-за границы, и проверяют? Они ведь не могут знать, как мы теперь выглядим, а вот то, что нас двое, и то, что мы можем прибыть издалека, им известно. И запомни – чтобы никаких фокусов. Наверняка, если нас и правда ищут, у них есть аппаратура, способная зафиксировать выброс энергии. Если ты что-нибудь учудишь, очень может быть, что нас найдут.

София замолчала и посмотрела на Николь.

– Может, стоит прямо сейчас отсюда убираться?

Кошка мяукнула, идея ей явно понравилась.

– Но как же убираться, когда на последние деньги взяли билет… Да и его я хочу увидеть, хоть мельком. И бриллианты эти… Черт меня дернул заглянуть в этот магазин. Можно и без них, денег как-нибудь раздобудем и без нашей грандиозной операции, но я давно таких не видела, камни высшего сорта. Хочу, и все.

Кошка, опустив голову, пошла к двери, за ней потянулся поводок, пристегнутый к шлейке.

– И ты, Николь, почему не хочешь пообщаться по-человечески? Обижаешься, что ты то собака, то кошка? Ну уж прости, радуйся, что породистая, на большее меня не хватило. Я ведь предлагала тебе. Ты вполне можешь лапой касаться букв на телефоне, так могла бы со мной переписываться. Может, попробуем?

Николь поскребла дверь гостиничного номера.

– Ладно, сестренка, в следующий раз у тебя не будет повода на меня дуться. Больше никаких животных. А пока и правда – пошли.

София едва успела на открытую лекцию в МГУ, которую давал Василий Поклонский. Она, после того как рассталась с кошкой, решила прокатиться на метро и с непривычки вышла не на «Университете», откуда до МГУ рукой подать, а на «Воробьевых горах». Залюбовалась видом на город. Спускались поздние летние сумерки, уже виднелись россыпи огней, по Москве-реке проплыл катер, бросая яркий свет в воду. Софию затянуло зрелище этой черной глубины, на поверхности которой дрожат отблески далеких фонарей. «Не так ли и я? Сама не знаю, чего хочу, не знаю, кто я, как эта непроглядная толща воды, которая только и может, что отражать далекий свет? – подумала она. – Во что я ввязалась сама, да и Николь впутала? А что, если ее там попросту убьют, в этом доме с бриллиантами?»

От таких мыслей ей захотелось броситься в обратную дорогу, забыть обо всех своих желаниях, разыскать сестру и убраться из этого города. Города, в котором она нашла и потеряла настоящую любовь.

На горизонте показалась вспышка. Позже София услышала легкий, заглушенный расстоянием и окнами станции, хлопок. «Однако же, прочь хандру. Не так уж все и плохо. Вот фейерверк. Неожиданный. Далекий и прекрасный. В жизни так тоже бывает. И наверное, даже чаще, чем этого ждешь. Все у нас получится». Огненные цветы добавили Софии решимости довести все дела до конца.

София рассчитывала затеряться в зале, где должна была состояться лекция об алхимии. Она вошла, когда лектор, ее любимый Василий, уже приветствовал собравшихся. Зал, устроенный в виде амфитеатра, и правда был огромным, только вот слушателей набралось на удивление мало. «Сесть подальше – привлечь ненужное внимание», – подумала София и устроилась во втором ряду, ближе к центру. «Ему все равно не узнать меня, так какая разница, где я усядусь?» – подумала она.

София не столько слушала, что он говорит, сколько смотрела на то, как он это делает, смотрела на него и не могла оторваться. «Хорошо бы побыть с ним совсем рядом, хотя бы недолго. Может, он будет раздавать автографы? – думала она. – А ведь то, что он говорит, что алхимия – это выдумка, которая в основном появилась ради наживы, он ведь сам этому не верит. Зачем, интересно знать? И сама я не стану спрашивать, кто его знает, может быть, заговори я с ним, он узнает меня. Не хочу вмешиваться. Придумала. Сейчас сосед мне поможет, в конце всегда бывают вопросы и ответы. Напишу вопрос и попрошу его задать. Скажу, что у меня голос сел».

«Василий, у меня вопрос. Судя по вашим предыдущим работам, вы, сторонник алхимии, считаете ее незаслуженно забытой. Что изменилось? Почему теперь вы говорите, что все это ложь?» – прозвучал вопрос Софии из уст ее соседа.

«Для того чтобы о чем-то обоснованно судить, надо в этом разбираться. В алхимии я разбираюсь, и то, что я узнал за последние годы, убедительно доказывает мою точку зрения. Все это – набор хитрых трюков. Алхимики искали не золото, а богатых покровителей, которые надеялись с их помощью это золото получить. Все остальное – сплошная бутафория», – ответил Василий.

София слушала, вглядываясь в его лицо. «А ведь он сам не верит тому, что говорит. Видно, решил все это бросить, потому и дает такие лекции. Не для собравшихся. Для себя», – подумала она.

Лекция окончилась. София взглянула на дверь и почувствовала, как внутри у нее все сжалось. У двери стояла женщина и держала за руку мальчика, который едва научился ходить. Они ждали Василия. «Диана. Прекрасно выглядит. И малыш чудесный. На моего похож. А ведь на ее месте могла быть я… Что за жизнь…» София почувствовала, как к горлу подступает комок. «Еще не хватало тут разреветься, – одернула она себя. – Нет, я больше не могу. Он счастлив, значит, пусть будет так. Я хотела его увидеть и насмотрелась достаточно».

На следующее утро София назначила встречу Роману Петровичу и отправилась в условленное место ждать Николь. Но кошка не появлялась. Прошло полтора часа. Никаких признаков породистой «саванны» не наблюдалось. «Может, она сразу в гостиницу пошла? Ждет там? А если что-то случилось? Не зря мне этот крокодиловый портфель сразу не понравился. Вдруг он и есть тот, кого нам больше всего стоит бояться?»

Запищал мобильник. Роман Петрович интересовался, в силе ли их договор. София попросила подождать еще, надеясь, что кошка вернется. Но Николь все не было. «И где мне искать? В том доме? Но туда лучше пока не соваться. Что, если ее застукали, когда она открывала сейф. Скажут, выдрессировала кота, еще и меня схватят, как я ее тогда вытащу? А если что другое? И, если наш покупатель и правда такой спец по кошкам, может, он поможет найти? Если только сам ее не похитил… – размышляла София. – Однако же пойду, увижусь с ним, но сначала оставлю тут записку. Да вот прямо на стене. Вряд ли кто-нибудь, кроме нее, разберет египетские иероглифы». София нацарапала на стене несколько значков, которые можно было понять как: «Встретимся на вокзале», и отправилась на встречу.

– Роман Петрович, здравствуйте!

София уселась за столик в ресторане отеля, где они с покупателем кошки назначили встречу.

– Здравствуйте, София! Где же наше милое пушистое создание?

– А вот с этим не так все и просто. Со вчерашнего вечера я ее не видела. Думала, пошла прогуляться…

Мужчина побледнел и развел руками.

– София, как можно быть такой неосторожной, отправлять прогуляться такую кошку? Ее ведь запросто могут украсть!

София посмотрела на него.

– Сразу говорю, я согласна на сделку. Только помогите мне ее найти. Как ее вообще искать?

Роман Петрович встал из-за стола, прошелся по залу, вернулся.

– Есть детективы, по собакам, по кошкам работают, но это время занимает. Понимаете, сегодня у меня последний день. Если до вечера, ну или до завтрашнего утра, заказчик кошку не получит… В общем, у меня будут проблемы. А где ее в последний раз видели?

София задумалась. «Сказать ему, что она, возможно, в том доме… Наверное, не стоит. Лучше с того места начать, где я ее отпустила. Так и сделаю». Роман Петрович выслушал рассказ.

– Да, не понимаю, как можно такую кошку… Ну да ладно. Там ведь магазины кругом, ларьки. Может, кто видел. Давайте вы пока здесь посидите, тут совсем рядом, я пройдусь, поспрашиваю.

София осталась одна.

«Спокойно выпью кофе, чего-нибудь съем. Не верю, что с Николь может случиться что-то действительно плохое». Она подошла к барной стойке. Над ней висел телевизор, передавали новости. «Серия взрывов в домовладении на Рублевском шоссе. Пострадавших нет, однако разрушен частный зоопарк. Сбежали обезьяны, рысь, волк, две лисы. Просим жителей близлежащих районов проявлять осторожность и сообщать о необычно выглядящих животных по телефону…» София едва не облилась горячим кофе. «Рысь, значит. Это точно ее работа, ну что за несносная девчонка! Я же говорила ей. Вот улечу отсюда одна, будет знать. Ведь вполне возможно, что они прямо сейчас нас ищут. Только какой, к чертям, зоопарк?» – подумала София. Не успела она допить кофе, как в ресторане появился Роман Петрович.

– У меня для вас две новости, – начала он.

– Давайте хорошую.

– Хорошая – кошка, скорее всего, жива.

– А плохая?

– Ее, по-видимому, приметил один любитель животных редкостей. Если это так и есть, то ни мне, ни вам ее не видать.

– Откуда вы все это взяли? – сказала София, а сама подумала: «Значит, она уже, возможно, меня ищет, надо от него отделаться».

– Продавщица из газетного киоска заметила кошку. Как ее не заметить! Она же размером с трех обычных котов. А потом видела, как на нее набросили сеть и затащили в черный бронированный джип. А я знаю, кто обычно так поступает.

– Так и что теперь нам делать, Роман Петрович?

– Пожалуй, ничего. Мне, конечно, несладко придется, но против этого держателя зоопарка и я, и клиент мой бессильны. Подарит дочурке вертолет или еще какую-нибудь ерунду.

– Если так, позвольте мне пожелать вам удачи. – София расплатилась с барменом, кивнула несостоявшемуся покупателю и пошла к выходу.

– Удачи и вам, София, – ответил Роман Петрович и заказал себе графин водки.

София собрала вещи в гостинице, проверила обратный билет. Все самое необходимое поместилось в небольшую женскую сумку. «А чемодан и пару платьев, да еще и клетку эту, да ну их, не хочу тащить. Когда она придет на вокзал, уж купим там переноску кошачью. Как раз денег у нас только на это и осталось». София не позволяла себе и думать о том, что Николь она больше не увидит, но предательская мысль все же закралась к ней в голову. «А что, если она не придет? Если так, значит, останусь здесь. Не успокоюсь, пока не найду. Пусть следят за нами. И не такое бывало. Разбирались с другими, разберемся и с этими, если они есть», – подумала она.

София стояла на перроне, пропустила уже два поезда в аэропорт, а Николь все не было. «Если она через полчаса не придет, я и рейс пропущу…» – думала она. Девушка заметила, что на нее посматривают охранники, которые стояли у входа на перрон. «Неужто начинается? Только этого не хватало, – подумала София и, делая вид, что разглядывает вывески, решила понаблюдать за ними. – Вот один по рации что-то говорит. А вот еще один вроде в мою сторону посмотрел и что-то записал. Точно, начинается. А Николь…» – София вздрогнула. Что-то мягкое коснулось ее ноги. Она опустила глаза. На перроне сидела ее кошка, шлейки на ней не было. Кошка смотрела на хозяйку и держала в зубах серую вязаную крысу.

От радости София потеряла дар речи, сгребла кошку в охапку, принялась целовать, да так, что та уронила крысу на пол. «Где же ты была? Я чуть с ума не сошла! – шептала она кошке. Та молчала и терлась мордочкой о щеку хозяйки. – Ну да, ты ведь не хочешь разговаривать. А может, расскажешь, а?»

Кошка вывернулась из объятий Софии, спрыгнула на землю и носом подтолкнула крысу к ее ноге. «Это ты мне подарок принесла, что ли?» София взяла игрушку и ощутила, как внутри мягкого тельца что-то перекатывается и шелестит. Она не сразу поняла, что это, подбросила крысу, вопросительно глядя на кошку. Та мяукнула. «Ты все-таки сделала то, о чем я тебя просила? Как же тебе удалось?» – сообразила София. Кошка выгнула спину и прошлась вокруг хозяйки. Подошел аэроэкспресс.

Кошка сидела на коленях у девушки и смотрела в иллюминатор. София, теперь уже точно уверенная в том, что все у них получилось, задремала. Самолет готовили к отбытию. Николь поскребла лапой сумку. «Что тебе, моя хорошая?» – спросила ее сквозь сон София. Та коснулась молнии. София расстегнула. Кошка пошарила в сумке и вытолкнула на поверхность телефон. «Ты радуйся, что тебя разрешили сюда взять, дипломатические каналы – это тебе не ерунда. А телефон-то тебе зачем?» – сказала София. Кошка взглянула на нее с легкой укоризной. «Вот я глупая. Поговорить со мной? Я так этого ждала, боялась, что ты совсем не захочешь, а тут слишком переволновалась…» – София включила экран и вызвала клавиатуру. Кошка быстро, будто пытаясь прихлопнуть муху, пару минут стучала по экрану лапой, потом посмотрела на Софию. Та поднесла телефон к глазам и прочла: «Люблю тебя, сестренка. А что было, сейчас расскажу».

В кабинете, обшитом панелями из мореного дуба, бесшумно открылась дверь. Секретарь положил на малахитовую столешницу папку с грифом «Совершенно секретно». Тот, кто сидел за столом, дождался, когда останется один, заглянул в папку, набрал номер на старомодном красном телефоне.

– Мы их нашли, – сказал он в трубку.

– И?

– Они в самолете. Теперь не уйдут.

– Это в ваших интересах, – ответили на другом конце провода и оборвали связь.

«Теперь не уйдут», – повторил хозяин кабинета и осторожно положил трубку на рычаги.