Серая круговерть перед глазами сменилась дневным светом. Затрясло. Под лапами Завра захрустел камень. А затем наступила тишина обычного мира, из которого они ушли какой-то час назад. Или целую вечность по личным ощущениям.

Завр сделал еще несколько шагов и остановился.

– Приехали, – сдавленным голосом сказал Мезенцев.

Олег быстро огляделся, преодолевая дурноту, выругался и съехал с бронированной спины, придерживая одной рукой станнер. Земля качнулась у него под ногами, но он устоял, выпрямился и закинул ремень на плечо. Очень хотелось отстегнуть защитную маску, нагнуться и вывалить на землю все съеденное накануне отъезда, но Олег усилием воли не позволил себе этого сделать.

Вокруг подымались отвесно изъеденные эррозией стены безводного каньона, упираясь далеко вверху в узкую полоску белесого неба. Слабый ветерок равнодушно шевелил стебельки чахлой травы, пробивающиеся вдоль русла. Никого и ничего здесь больше не было.

Кроме их экспедиции, разумеется. Олег хмуро посмотрел на две скрюченные фигуры в нескольких шагах перед собой и еще одну чуть в стороне. Всех троих рвало. Четвертого видно не было.

«Высадка, можно сказать, прошла удачно», – подумал Олег, стиснув зубы.

– Воины, мля! – зло выдохнул он. – Защитнички, вашу мать! По возвращению на базу каждому по два наряда! Как поняли? Ответа не слышу!

Его слова оказали нужное действие, хотя и не сразу. Сопя и сморкаясь, трое подобрали оружие и вытянулись более или менее по стойке смирно.

– Где мой заместитель? – потребовал Олег, обводя всех взглядом.

Санчес и Отеро Рэм переступили с ноги на ногу, все еще окончательно не придя в себя. Стоявший же чуть в стороне Зег Такан кивком указал куда-то Олегу за спину. Олег обернулся.

В нескольких метрах позади него тяжело поводил боками Завр – Зверь Прямого Пути, странная помесь стегозавра с трицератопсом, покрытая в придачу толстенной чешуей – главный транспорт экспедиции.

Завру тоже было нехорошо. Его погонщик, Коля Мезенцев, сам с лица зеленоватый, чем-то подкармливал зверя с руки, вынимая угощение из сумки на поясе и поглаживая своего подопечного другой рукой по носу. Рядом, вполне бодрые на вид, присутствовали Энгар дар Солан, отрядный маг, и начальник экспедиции Ермаков с неизменным ноутбуком, который он носил на манер офицерской планшетки на ремешке через плечо. На спине Завра, привалившись к гребню, дисциплинированно сидел старик Локтев в наглухо застегнутом камуфлете.

А из-за Зверя Прямого Пути как раз выходил сержант Омбре Равий, волоча станнер за ремень и вытирая рот рукавом.

– О! И это чудо проблевалось! – не оставил и его без приветствия Олег. – Про наряды слышал? Так тебе как сержанту – не два, а три! Понял?

– Так точно! – глухо подтвердил Равий, вытягиваясь перед Олегом.

– Встать в строй! – велел Олег и, когда Равий выполнил команду, продолжил: – В какой богадельне я вас набрал, дети разных миров? Воины, блин! Чудо-богатыри… Не вы! В какой руке солдат должен держать сапог, когда сидит за столом, я вас спрашиваю?! Или здесь вам не тут?!

– Олег… – начал Санчес.

– Разговорчики в строю, вольноопределяющийся! – оборвал его Олег. Но отвлекаться не стал. – Впрочем, вижу, – констатировал он, – что все уже пришли в себя. Хорошо. Только в следующий раз большая просьба: не сигать с Завра до завершения синхронизации – а то не только осторожность, но и как вас звать, забудете! Новобранцы, что ли? Почему напоминать нужно?

– Извините, командир, – возразил Санчес, никак не могущий избавиться от студенческих привычек, – но лично мне совсем не хотелось блевать на голову кому-нибудь из вас! А спрыгнул я после остановки – синхронизация уже должна была завершиться.

– Интеллигенты, Яппур вас побери! – уже серьезно разозлился Олег. – После остановки он спрыгнул! А надо было – после команды! После команды – учили же вас!

– Не ругай их, Ростовцев, – подал голос Мезенцев. – Они не виноваты. Тут «дорожка» просто сумасшедшая. Я ни разу еще с таким не сталкивался! А я и в Поднебесной, и в Цитадели все облазил.

Олег ничего не сказал. Паузой воспользовался Энгар.

– Вам следовало обратиться ко мне, – сообщил он со своей неизменной рассудительностью. – У меня на этот случай есть очень хорошее противорвотное заклинание. Вот мастер Локтев – обратился.

«Блин, – подумал Олег, – а ведь он прав. Но у меня из головы просто все вылетело! Кто мог подумать, что на Прямом Пути так заворачивать станет?! Никогда такого не было».

– Ладно, – хмуро сказал он вслух. – Проехали. Будем считать, что прибыли. Полный разбор действий при инфильтрации отложим на потом. Сейчас нужно найти место для лагеря и произвести разведку… – Олег посмотрел на Ермакова. – Виктор Петрович, какие будут распоряжения?

Ермаков улыбнулся.

– Вы обеспечиваете нашу защиту, товарищ капитан, – сказал он. – Я главный только по исследовательской части. Зачем я буду вам мешать? Командуйте!

Олег мысленно вздохнул. Все было так. Но Ермаков, хотя и происходил из пятидесятых годов Советского Союза, армейской субординации все-таки не понимал.

– Хорошо, – сказал он. – Тогда нам, в первую очередь, необходимо убраться отсюда. И как можно скорее. Виктор Петрович, Энгар, Мезенцев, Семен Михайлович, вы вроде бы должны в здешних местах ориентироваться. Куда нам двигаться сейчас? – Олег жестом показал в уходящие в разные стороны концы каньона. – Кстати, Семен Михайлович, а чего вы там сидите? – спросил он у продолжавшего пребывать на спине Зверя Локтева.

– Так ведь команды не было, – объяснил тот, не двигаясь с места. Все засмеялись.

– Слезайте! – велел Ростовцев, махнув рукой. – Теперь порядок движения будет пеший…

– Это хорошо, – закряхтел Локтев, сползая по бронированному боку Завра, чего тот словно и не заметил. – Это правильно. А то я совсем тут слежался, самое время кости размять…

Он спустился на землю, зачем-то отряхнулся и только потом отстегнул маску открывшую красное лицо с пышными седыми усами. Локтев здорово походил на Буденного, похожего на Марка Твена.

Энгар в это время произвел какие-то магические пассы руками, а затем повернулся несколько раз из стороны в сторону, явно сканируя окружающее пространство.

– Затрудняюсь пока сориентироваться без привязки к местности, – сказал он. – Но рекомендовал бы пройти немного вперед. Там не так далеко каньон расширяется, и встать лагерем будет несравненно удобнее.

Каньон расширялся в широкую песчаную котловину, окруженную все теми же выветренными скалами, вдалеке переходящими в пологие холмы. Там и тут из безводной земли подымались отдельные утесы, точно игрушечные острова в высохшем игрушечном море.

Остановившись у выхода из ущелья, Ростовцев внимательно осмотрел раскинувшуюся впереди долину в бинокль. Пейзаж напоминал отчасти среднеазиатскую пустыню, если бы не сюрреалистические сооружения на вершинах большей части торчащих из песка скал. Причем на первый взгляд даже непонятно было, развалины это или их так и строили. Нигде не видно было ни одной живой души, только далеко в том, что казалось затянутым белесой дымкой небом, парила какая-то одинокая птица. Обыкновенная птица. Ничего особенного.

– Вот мы где, – раздался у Олега за спиной голос старика Локтева. Судя по последовавшей паузе, он обвел взглядом открывшуюся местность, явно вспоминая, как она выглядела когда-то. – Хозяйство Вады, будь ему Земля пухом…

– Разве они здесь сидели, Семен Михайлович? – спросил Ермаков. – Вы не путаете?

– Да как же я могу спутать, Виктор Петрович? – удивился Локтев. – Я же сюда чуть не каждый день ездил! Это же Северный полигон Лабораториума! Вон за теми холмами начинался наш участок…

Ермаков помолчал немного. Потом сказал задумчиво:

– Хрен знает… Я-то здесь не бывал. А так скалы и скалы… Но если это Северный полигон, то мы здорово промахнулись: в Купол-то мы входили с юга! Как такое могло получиться? Мезенцев, что можете сказать?

– Не знаю, – отозвался Мезенцев от своего монстра. – Что знал, я уже сказал: дурдом какой-то, а не Серота. Вот вы со специалистами бубны свои распакуете, пошаманите – может, что и узнаем.

Локтев крякнул от такого заявления, но ничего не сказал. Энгар же вообще не принимал участия в разговоре, явно производя какое-то магическое действие.

– А что это там? – спросил Санчес, указывая на ближайшую скалу вершину которой украшали какие-то странные решетчатые фермы, перекрученные и торчащие в разные стороны.

– Клетка для дракона, – ответил Локтев. – Тут у Вады на каждом острове кто-нибудь сидел. Или что-нибудь. Вроде мордийского червя. Вада экзофауной занимался очень активно.

– На острове? – спросил Отеро.

– Так здесь же водохранилище было, – пояснил Локтев. – Вот по всей этой котловине. И дальше на юг. А каньон, по которому мы шли, – это русло Ангеррана. Раньше вся эта местность совсем иначе выглядела, молодой человек. Эх, какие тут были леса! А какая рыбалка!.. – он безнадежно махнул рукой.

«Однако», – подумал Олег, сумев, наконец, соотнести местность с заложенной у себя в памяти картой и оценить масштаб изменений. Сам он в Городе, разумеется, никогда не был, но фото– и видеозаписи видел. В том числе и Ангерранское море – водохранилище, обеспечивавшее оросительное хозяйство Города. Водохранилище занимало практически половину долины Эйр-Рабат от южных отрогов Фар-Рабатских гор до самого Города и, действительно, изобиловало живописнейшими островками, покрытыми буйной растительностью. Ничего похожего на расстилающийся сейчас перед ними апокалиптический пейзаж. Разве если очень внимательно присмотреться…

– Ладно, – сказал Олег, отрываясь от бинокля. – Северный полигон так Северный полигон: нам, казакам, все равно – что водка, что пулемет… На местности мы, считай, сориентировались. Город получается строго на юг примерно в ста кэ-мэ. Где будем становиться лагерем, господа хорошие?

Энгар вышел из исследовательского транса и указал куда-то вдоль скалистого берега.

– Вон в том направлении есть подходящее место. Совсем неподалеку. Бывший залив, я полагаю.

– Ну, тогда пошли, хромоногие! – скомандовал Ростовцев. – По часам время уже к вечеру… Только бурка казаку во степи станица! А с бурками у нас нынче напряженка. Вперед! Защитнички – не расслабляться!

Маленький отряд двинулся вдоль берега высохшего озера.

До места добрались без происшествий.

Бывший залив и вправду оказался удобным убежищем. Можно было пройти рядом и не заметить узкого входа, теряющегося среди береговых скал. Энгар запечатал устье маскировочным и охранным заклинаниями, и все принялись разбивать лагерь.

Дело было нехитрое. Штопорный якорь для привязи Завра, палатка для людей да кострище. Олег назначил Такана и Отеро дежурными по лагерю, выставил охрану (первому идти на пост выпало Равию, сразу же залезшему на береговой откос и слившемуся там с местностью), прикинул позиции на случай обороны, проследил за разгрузкой. Мезенцев принялся возиться со своей магической скотиной. А специалисты, наконец, взялись за дело, ради которого их сюда и доставили.

Олег и Санчес под руководством Локтева (больше, по его словам, доверить было некому) сняли со спины Зверя Прямого Пути здоровенный кофр и оттащили на указанное место. Локтев уселся на раскладной брезентовый табурет, поднял обтянутую кожей крышку и углубился в содержимое.

Содержимым ящика были талисманы. Совсем не мощные и настолько специализированные, что до последнего времени на Панге подобные образцы изделий пред магов не находили никакого практического применения. Разве что в быту. Польза от них была меньше, чем расходы на прокорм оператора. И только недавно, каких-то сто лет назад, специалисты Лабраториума нашли для этого хлама новое поле деятельности.

Весьма нетрадиционное. Правильно подобранный оператор, вооруженный таким талисманным набором – или Т-комплектом – мог выполнять функции контрольно-измерительной аппаратуры весьма широкого профиля. Вот таким оператором и был Семен Михайлович Локтев. Со своим чемоданом старик Локтев неизменно участвовал во всех экспедициях Лабораториума, в том числе и той, последней. Когда некуда стало возвращаться…

Олег и Санчес посмотрели, как ветеран талисманного дела выкладывает на специальную дощечку лист бумаги и вооружается карандашом, и отошли. Возле Завра Коля Мезенцев, по совместительству выполняющий функции «радиста», водил руками по гладкой деревянной колоде – связному амулету, – пытаясь связаться с базовым лагерем по ту сторону Купола. Выражение лица у него при этом было безрадостное.

– Полный ноль, – сообщил он подошедшему Олегу и Санчесу Это была уже его вторая попытка. Первый раз он пробовал связаться еще в каньоне, на марше. Но ничего не добился.

– Энгару показывал? – спросил Олег, озабоченный не меньше Мезенцева. Без связи задуманная экспедиция в Город теряла всякий смысл.

– Показывал, – кивнул Мезенцев. – Говорит, что с деревяшкой все в порядке.

– Так, – сказал Олег, поскольку надо было что-то сказать. Потом, подумав, добавил: – Но ты еще попробуй. Мало ли что…

– Попробую, – согласился Мезенцев. Но без особого энтузиазма.

Олег с Санчесом отошли. У установленной уже палатки сидел в классической позе лотоса – даже завидно было глядеть – Энгар, погруженный в транс. На свой лад занятый исследованием магополя. В другом конце стоянки, на такой же, как у Локтева, раскладной брезентовой табуретке сидел Ермаков, что-то наигрывая на клавишах ноутбука, ощетинившегося пробниками экспресс-лаборатории. В палатке ворочались Такан с Отеро, укладывая наиболее ценный груз. Все были заняты. Все при деле.

Вокруг заметно потемнело – день клонился к вечеру. Олег хотел было забраться на береговой откос – еще раз окинуть взглядом подступы. Так, на всякий случай: что-то не давало ему покоя в окружающей обстановке, он никак не мог сообразить, что, какая-то мелочь. Но его отвлек Санчес.

– Емай меня сожри! – сказал он, оглядываясь с таким видом, будто только что тут очутился. – Олег! А ведь здесь ни одной тени нет! Посмотри!

Олег послушно остановился и посмотрел на Санчеса. Потом себе под ноги. Тень была. Правда, какая-то маленькая и очень неуверенная. Точно такое же пятнышко ютилось у ботинок Санчеса. Не отбрасывали теней ни палатка, ни сидящий около нее Энгар, ни Локтев с чемоданом. Даже громадный Завр стоял освещенный с одинаковой равномерностью со всех сторон, кроме брюха, – там все-таки наблюдалось некоторое сгущение тьмы.

В целом картина выходила достаточно ирреальная, если приглядеться.

Олег сообразил, наконец, что это его и беспокоило с самого момента их появления здесь. Только осознать никак не удавалось из-за слишком уж привычного пейзажа вокруг. Сейчас же, как на «чудесной картинке» из детской книжки, необычность этого места ударила по глазам. Стало даже как-то зябко.

– Ну, ачего ты хочешь? – Олег поглядел на белесое «небо», стараясь отогнать ощущение неуюта. – Солнца нет, вместо неба вот эта дрянь, которая светится всей поверхностью. Поневоле получается бестеневое освещение. Как думаешь, фридмон это все-таки или что еще? – задал он первый пришедший в голову вопрос.

Вопрос вышел дурацкий, но Санчес на него купился – похоже, и сам хотел отвлечься от обострившейся нереальности окружающего.

– Какой фридмон?! – возмутился он. – В фридмоне бы вообще никакого неба не было – полная свертка в замкнутый шар! А здесь горизонт нормальный, только купол этот! Сваниссен руку бы дал себе оттяпать, лишь бы все это самому увидеть…

– Ничего, может, увидит еще, – сказал Олег. – Будут же сюда еще экспедиции. Раз дорогу нашли.

– Думаешь? – спросил Санчес насмешливо. – Это, по-твоему, нашли? Вошли в Купол с юга, а внутри оказались с севера! Ничего себе! А чего на Пути было? Тебя когда-нибудь раньше выворачивало на «дорожке»? Меня – нет, и я не знаю никого, кого бы выворачивало! А тут, похоже, даже Завр готов был проблеваться. Вон Ник его эльсанской метелкой кормит – верный признак, что зверюге нехорошо. Это пряпу-то – которому вообще на все начхать!

– Мало ли что в первый раз бывает, – Олег пожал плечами. – Потом разберутся… Главное – что пройти можно. Мы это доказали…

– Доказали? – зловеще переспросил Санчес, как всегда готовый на любой спор, дай ему только завестись. – Это мы сюда вошли! Посмотрим, сможем ли мы отсюда выйти!

Олег посмотрел на него.

– Ну, ты вообще! – сказал он. – Спиноза… Яппур недоделанный. Неужели действительно сомневаешься?

Санчес подумал.

– Да, в общем-то, нет, – вынужденно признался он. – Это я так, в порядке дискуссии. Местность эта просто действует – сам, наверное, ощущаешь – лезет всякая чушь в голову!

– Лезет, – согласился Олег. – Ну, так и что? В Золотых Чертогах тоже поначалу лезла. И в Мордии… Помнишь нижний уровень? Ничего, потом прошло.

Санчес передернул плечами, – но уже как-то заметно бодрее – и подтвердил:

– Верно, прошло.

– Ладно, идем, что ли, кухарить, – сказал Олег, – а то вот-вот солнце совсем закатится, хоть его и не видно – народ жрать захочет, а у ребят еще и тюки не распакованы. Сделаем доброе дело…

– Давай! – поддержал идею Санчес и тут же внес дополнительное предложение: – На тебе костер, на мне продукты. Договорились?

– Ну ты жу-ук! – восхитился Олег, шагая вслед за Санчесом к палатке. – Огонь-то поддерживать надо. А продукты достал – и все.

– А подогревать?! – оскорбился Санчес. – Думаешь, так просто… Тревожный свисток с берега заставил их прерваться на полуслове.

В следующую секунду оба уже бежали со станнерами в руках к притаившемуся на краю обрыва Равию. Следом, топая ботинками, рванулись от палатки Рэм с Таканом – на свои позиции.

– В чем дело, сержант? – спросил Ростовцев, падая рядом с Равием.

– Свет в холмах, – кратко ответил тот, показав стволом, где. – Далеко и очень быстро перемещался. Звука никакого не было. Или был очень слабый: я его не слышал. И, по-моему, пыль. Хотя я не уверен – далеко было и темно уже. По-моему…

– Да понял я, – прервал его Олег. Подумав немного, сказал: – На ровер больше всего похоже… Ерш твою меть! – выругался он, не сдержавшись. – Сколько их, по-твоему, было? Один или несколько?

– Не знаю. Может, и не один. Не могу судить, – сержант пожал квадратными плечами.

Олег еще подумал.

– Л-ладно, – сказал он, затем встал, отряхнулся. – В общем, благодарю за службу, сержант. А также поздравляю всех с приобретенными неожиданностями. Тревоге отбой, дальнейшие действия по распорядку. Бдительности не терять. Как только что показал опыт – здесь вам действительно оказалось не тут! А мы с тобой, вольноопределяющийся, идем кашу готовить!

– Какую кашу? – не понял никогда не бывавший в России Санчес.

– Овсянку, блин! – не преминул воспользоваться случаем Олег.

Ужинать собрались, когда солнце уже окончательно зашло. Энгар управился с исследованиями раньше, чем Семен Михайлович с его талисманной экспресс-лабораторией, и докладывал Ермакову первым.

– Здесь есть люди, – сказал он, усаживаясь у костра, в котором горел брикет привезенного с собой топлива. Олег протянул ему одноразовую чашку с едой, и дар Солан благодарно кивнул. – И людей много. Совсем недавно какая-то группа перемещалась довольно быстро в холмах – нас они, по всей видимости, не заметили. Кроме того, есть остаточные следы других посещений. Зачем-то сюда наведываются регулярно. Впереди, примерно километрах в двадцати, западнее и восточнее, скорее всего, находятся поселки, судя по концентрации ментального фона. Дальше к югу напряженность ментала повышается, из чего я делаю вывод, что основное население сосредоточено где-то там. По карте это соответствует территории самого Города. Магофон обычный. Никаких отличий от наружного, что, на мой взгляд, несколько странно – после всего, что наблюдалось последние пятьдесят лет.

– Активность Черных Туманов завершилась восемь лет назад, – заметил Ермаков.

– Нам так и не удалось выявить, с чем были связаны Черные Туманы, – возразил Энгар. – Да и начались они на тринадцать лет позже. Но, во всяком случае, здесь никаких их следов не ощущается, могу ручаться. Но это не главное. В зоне максимальной концентрации ментала – что, как я напомню, соответствует собственной территории Города – наблюдается очень мощная магическая составляющая.

– Насколько мощная? – спросил Ермаков, отмечая что-то на карте.

– Точно сказать не могу. Я опасался обнаружить себя и не проявлял чрезмерной активности. Это не Великий Маг, во всяком случае. Но гроссмейстер – совершенно однозначно. Понятное дело, я не могу сказать, кто это может быть.

Ермаков хмыкнул.

– Не велика проблема! Магов такого уровня, конечно, на Побережье побольше будет, чем Великих, но все же известны они все. Если связь есть – вычислить можно не сходя с этого места. Но этого всего я, дружище, в общем, ожидал, пусть и не в таком виде. Это существенно, но в данный момент не основное. Ты мне скажи…

– Как ожидали? – удивился Энгар. – Почему? Не было же никакой возможности проникнуть под Купол…

Ермаков рассмеялся.

– Господи, Энгар! – сказал он. – Ну что вы за народ такой – маги? Монбасса точно так же удивился, когда я ему сказал. Горы роете, чтобы разобраться в природе феномена, «Теоретическую магию» Козловского до дыр зачитали, а нет, чтобы посмотреть на график, как обычный человек. Тогда бы вы сразу поняли, что магические выбросы из купола – никакая не аномалия, а просто выход избытков чьего-то повторяемого заклинания. Ты хронограммы этих выбросов помнишь?

Энгар подумал.

– Серия импульсов примерно одинаковой мощности, – сказал он. – Потом пауза неравной протяженности. Потом снова серия. Потом пауза. Потом опять… И передний фронт на графике… Елки-палки! – выругался он на земной манер. – А ведь действительно похоже!..

– Кто-то долбит в самом эпицентре мощнейшим заклинанием! – закончил за него Ермаков. – А паузы ему нужны то ли для восстановления сил, то ли еще для чего. Ну, ты же сам маг, знаешь, что нельзя одним и тем же заклинанием работать непрерывно! Собственно, нашу экспедицию только поэтому и разрешили, раз уж это мимо тебя прошло: потому что подтвердилось, что здесь действительно кто-то есть; значит и условия под куполом вполне пригодны для человека. Но в данный момент это вторично. Ты мне главное скажи: как со связью? То, что наш переговорник здесь не работает – это я уже знаю: мне Мезенцев сказал. Что ты добавить можешь? Реально восстановить работу этой деревянной колоды или проще будет ее выкинуть?

Энгар подумал.

– Выкидывать ее не стоит, пожалуй, – сказал он в конце концов. – Сам амулет вполне исправен. Я это знаю. Но наружу пробиться через купол невозможно. Так же, как и оттуда к нам. Совершенно глухой блок. Очень похожий на блокаду Поднебесной и Вечный Туман Восточных пределов. Природа их мной, сами понимаете, не улавливается.

– Ясно, – заключил Ермаков. – Значит, вся наша экспедиция накрывается медным тазом. Без связи мы работать не можем, – он недовольно скривился. – Придется возвращаться…

– Не спешите, пожалуй… – остановил Ермакова Энгар. – Ну, во всяком случае, давайте не прямо сейчас. Мне хотелось бы один эксперимент произвести, если будет такая возможность. Может, связь и заработает.

– Что, серьезно? – насторожился Ермаков. – А чего ж ты говорил…

– Нет, барьер и в самом деле не пробиваем, – качнул головой Энгар. – Но у меня появилась одна мысль, делиться которой я не хочу, предварительно ее не проверив. Слишком уж она неожиданна. Никто такого раньше не пробовал. Во всяком случае, насколько я знаю.

– Ну, хорошо, проверяй, – согласился Ермаков. – Сколько времени тебе потребуется?

– День или два. Наверное. В зависимости от результатов.

– Хорошо, – повторил Ермаков. – Проверяй. Думаю, это время мы без связи продержимся. Контрольный срок у нас был трое суток в любом случае. Но если нет, скорее всего, придется возвращаться. Слишком ситуация здесь может оказаться рискованная… Ага, вон и наш дедушка талисманного дела идет. Что скажете, Семен Михайлович?

К костру подошел Локтев, держа в руке густо исписанный листок бумаги. Он протянул листок Ермакову и тяжело опустился рядом с остальными.

– Жрать хочу, – сказал он. – Вымотался, как собака. Чего у нас сегодня на ужин?

– Как? – сдержанно поразился Ермаков. – И это все?

– Нет! – ответил Локтев категорично. – Выпить я тоже бы не отказался.

Энгар отложил ложку, молча полез за пазуху, вынул оттуда серебряную плоскую фляжку и протянул Локтеву. Семен Михайлович так же молча взял, отвинтил крышку и сделал изрядный глоток. Завинтил и отдал обратно.

– Ну вот, – сказал он удовлетворенно. И обратился к Олегу с Санчесом, которые все это время сидели за болванов: – Ребята, давайте, что есть!

Санчес принялся накладывать из термоса в приготовленную одноразовую посуду, а Локтев, не отрываясь, следил за его манипуляциями. Ростовцев вскрыл упаковки с хлебом и соком, раздал всем остальным.

– Что, так хреново? – спросил Ермаков.

– Все равно, что в высоковольтный щит голым лазить, – ответил Локтев, принимая у Санчеса чашку с ложкой. – Или под пулеметом в степи лежать… – он принялся за еду, и голос его стал неразборчивым.

Все терпеливо смотрели, как он ест.

– Семен Михайлович, – не выдержал, наконец, Ермаков. – Не томи. Что удалось узнать?

Локтев выскреб ложкой чашку и облегченно выпрямился, поставив ее на колени.

– Удалось? – переспросил он. – Да. Удалось. Та же хрень, что и снаружи, только изнутри. Совершенно непонятно, что это такое!

– А вот Энгар говорит, что Купол напоминает ему Барьер в Поднебесной и Туман над Восточными Пределами, – заметил Ермаков.

– По какому параметру? – Локтев по очереди посмотрел на начальника и на мага. – По неощутимости? Так и раньше было известно, что это не магический объект. На Восточной Стене и в Поднебесной я был, если вы помните… Похоже, конечно. Но как похоже? Как ежик на слона. Или как Энгар, вон, на Завра. Есть, конечно, общее – но разницы гораздо больше. Барьер в Поднебесной темпоральный. Это хорошо изучено. Там компактифицировано две временных координаты, по сути, получился гигантский темпостат: время линейное, ничего никогда не меняется. Ну, почти… В Восточных пределах… Я не уверен, исследования завершить не успели… Но скорее всего там помудрили с безразмерными характеристиками, в результате весь край живет совершенно не по нашим фундаментальным законам – я бы в него не советовал лезть даже на Звере Прямого Пути. Причем даже на Звере, выведенном в нашем Лабораториуме. А здесь… Я бы предположил, что по фронту Купола кто-то изменил третью пространственную координату. Точнее пока не скажу – данных мало. Но именно изменил. Не схлопнул. В результате образовалось нечто вроде стружки, – Локтев задумался, оценивая придуманное сравнение. – Да, вроде стружки. Завиток такой… Стружка эта закручена сама на себя и находится в перенапряженном состоянии… Извините, – прервал он свои рассуждения, – это уже частности. Но это действительно как стружка с острыми заусеницами. И заусенцев этих очень много. Того и гляди зацепишься. Почему и не люблю с ним работать. Отчего оно выглядит именно так – не знаю, – Локтев пожал плечами.

– Но схожесть все-таки есть? – спросил Ермаков скорее утвердительно. – Я имею в виду… э-э, возникновение, скажем, этого Купола, Барьера и Тумана?

Локтев пожал плечами.

– Вы мне этим вопросом плешь проели еще там, снаружи, – сказал он. – Я понимаю, куда вы клоните. Но точного ответа все равно дать не могу. Про Восточные Пределы совсем ничего не скажу. Там все настолько давно было, что можно только гадать, какого талисмана это работа. А насчет Барьера и вот этого… – он ткнул большим пальцем вверх, на продолжающее оставаться белесым небо (точнее, Купол). – Безусловно, есть вероятность, что и то, и другое – работа вашей любимой Шкатулки. Мощность у нее немереная, и каждый заряд рассчитан был на новые параметры работы – по крайней мере, так в записях говорится. Сам я, увы, с ней не сталкивался. Да, может, это и Шкатулка, ну и что? Что нам с этого? Или она у вас имеется с собой, и вы намерены ее применить против ее же порождения? Так я бы вам не советовал: один Всевышний знает, что из этого получится.

– Шкатулки у меня нет, – ответил Ермаков, о чем-то размышляя. – И никаких ее следов за все это время обнаружить не удалось. По мне, так лучше бы она и не появлялась никогда. Кой дурак вывез ее из Поднебесной!

Локтев понуро вздохнул.

– Ортега де Вака, – сказал он. Вздохнул еще раз. – Во время Второй Трансподнебесной… Вы несправедливы к нему, Виктор! Это был замечательный человек и настоящий ученый. Кто тогда мог знать, что все так обернется? Не всякий способен быть оператором настолько сильного талисмана. Вы вот, например…

– Ладно, оставим вопросы талисмановедения, – сказал Ермаков. – Тем более что дело это пока еще весьма темное, несмотря на все научные усилия. Вернемся к нашим баранам… Насколько я понял, вам вовне тоже пробиться не удалось (Локтев энергично замотал головой, подтверждая). Значит, связь нам обрезало накрепко, и вся надежда только на идею Энгара. А что, Семен Михайлович, вы скажете про внутреннее пространство Купола?

Локтев пожал плечами.

– Талисманной активности здесь не наблюдается. Обычный фон. Точнее говоря, обычный с учетом тех возмущений, которые вызывает коллекция Лабораториума. Ничего особенного. А вот что наверняка будет всем интересно, так это то, что, по крайней мере, одна установка Тесла в Городе работает. И будь у нас ровер или коптер – мы преспокойно могли бы на них передвигаться.

– Ну, это я уже в курсе, – с непонятной усмешкой ответил Ермаков. Усмешка, впрочем, относилась не к Локтеву. – Да, вон, и Равий видел, что в холмах кто-то как бы на ровере проехал… Ай да народ! – неожиданно восхитился он. – Мы там сидим пятьдесят лет снаружи и думаем, тут живого места нет! А они совсем даже напротив – на роверах разъезжают, пользуются, можно сказать, всеми благами цивилизации! Хотел бы я знать, кто у них тут такой шустрый оказался… Впрочем, информации нам пока хватит. Будем сидеть тихо, и ждать результатов эксперимента Энгара. Если связи не будет – придется уходить, ничего не поделаешь. Разведку мы в любом случае выполнили. И доказали, что попасть сюда можно. Если связь будет… Вот тогда и решим. В свете вновь открывшихся обстоятельств. Что-то еще?

– А как твои замеры? – спросил Локтев, выжидательно глядя на Ермакова.

– Ах да, – кивнул тот. – Мои замеры… Мои замеры показали примерно то же, что и ваши. Электрическое поле Тесла где-то в одну треть номинала – так что меня никто своими сообщениями не удивил – повышенные CO₂ и температура. Влажность, наоборот, пониженная. Это, скорее всего, связано с перераспределением водяного пара в верхнюю часть подкупольного пространства – вы, наверное, заметили, что Купол имеет цвет облачной дымки? Вот этим он и объясняется – я проверил спектрометром… Заметно повышена и ионизация, что характерно для замкнутого э-э… в нашем случае можно сказать «объема». Тут явно имеется отличие, по крайней мере, от изолята Поднебесной: там фоновые условия стабильны, здесь – явно идет накопление показателей. Такими темпами, если сравнить результаты измерений пятидесятилетней давности, лет через пару тысяч все подкупольное пространство превратится в нечто наподобие перегретого атомного котла, а еще тысяч через десять рванет, как гигатонная бомба. Так, что мало никому не покажется… Этакое Сверхвремя Темных Сил для всего материка. Вот такие у меня получились измерения, товарищи. На этом совещание предлагаю закончить в виду позднего времени. И, как говорит капитан Ростовцев, отбой! Усем пить спирт!!

Олегу приснился сон. Дурацкий.

Сначала ему снилась Земля и переброска на вертолете. Трясло. В открытую дверь задувал ветер и мешал Олегу проверять снаряжение. Потом без всякого перехода Олег оказался в воздухе, под парашютом. И завис там, как муха в патоке – ни вперед, ни назад, хоть вывернись. Он и вертелся, пока не надоело. Потом повис, высунувшись до пояса из подвесной системы и созерцая свои собственные ноги в берцах. Но так и не сдвинулся ни на миллиметр. А внизу расстилалась бесконечная, плоская, как стол, равнина в геометрических узорах полей, похожая на замысловатый персидский ковер. Высота была огромной, и ничего больше, кроме этого узора, различить было невозможно. А Олег висел без движения и с тоской думал, что торчит тут уже бесконечную прорву лет. Никому не нужный и забытый. Что последние команды поступали неизвестно уже когда. Что его собственные сигналы, по-видимому, ни до кого не доходят. И что неизвестно сколько еще ждать, когда парашютные стренги распадутся от времени – тогда хотя бы можно будет шлепнуться на эту мозаику внизу и узнать, какова она на ощупь… Тут Олег сообразил, наконец, что он – это не он вовсе, а спускаемый аппарат инопланетного зонда, сброшеный когда-то на Пангу с летающей тарелки, зависший в пангийской стратосфере и так и не сумевший связаться со своим Центром управления полетом… – и проснулся.

«Приснится же черт-те что!» – удивленно подумал Олег, лежа на спальнике и глядя в темноту. Нет чтоб нормальное что-нибудь. Про драконов, например. Или про Мордию, откуда ребята вытащили его едва не по частям. Да хотя бы и про Северный Кавказ… А тут, блин – инопланетный аппарат, сброшенный с летающей тарелки! Зелененькими человечками, блин… К Фрейду бы с таким сном. На что он вообще нужен?

Олег посмотрел на часы – пять утра, два часа до подъема – и решил уже больше не спать. Все равно скоро вставать. Наступающий новый день обещал быть весьма насыщенным, и требовалось обдумать кое-какие особенности предстоящей деятельности. А лучшего времени, чем рассвет, для такого дела было не найти. Это он знал еще с курсантских лет.

Олег вылез из палатки со станнером под мышкой, согнал с поста Равия, а сам занял его место на береговом откосе. Дежурить как простому часовому ему, в общем-то, не требовалось, но лучше было совместить, так сказать, приятное с полезным. Да и голова у Олега в одиночестве всегда работала плодотворней.

Странное здешнее небо постепенно светлело, точно гигантский экран. Наступал очередной бестеневой день. Олег сидел на откосе, обдумывая сложившуюся ситуацию, автоматически сканируя окрестности, и краем глаза рассеянно наблюдал, как просыпается лагерь.

Первым из палатки выбрался Мезенцев и отправился кормить и осматривать своего монстра, всю ночь простоявшего без единого движения, словно его тут и не было. Это вообще было свойство Зверей Прямого Пути: сохранять неподвижность в неактивном состоянии. Никто не мог объяснить, в чем тут дело.

Скорее всего, выведенные для работы в измененном пространстве, существа воспринимали нормальную реальность как нечто вроде выключения. Или сна. Или транса. В который им по необходимости приходилось время от времени впадать для восстановления сил.

Потом проснулся Локтев, то ли от возрастной бессонницы, то ли просто по жизни бывший «жаворонком», и сразу зарылся в свой чемодан. Несмотря на ругань по поводу условий работы с Куполом, Семен Михайлович не собирался упускать ни одной возможности провести наблюдения.

Хотя что он мог добавить к материалам, набранным за восемь предыдущих лет, Олег не представлял. Он честно признавался себе, что ничего не понимает в многомерной топологии. Осложненной, в добавок, талисманными и магическими искажениями и требующей для осмысления весьма сложного матаппарата. Впрочем, в обычной топологии он понимал немногим больше…

У Олега с магоматематикой были проблемы. Вот станнер, дуромет или кинжал – это пожалуйста. Простые и понятные вещи, доступные в обращении любому нормальному человеку, будь он землянин или пангиец.

Правда, эти и прочие чудеса техники, состоявшие в употреблении у населения трех уцелевших после гибели Города баз, в подавляющем большинстве все равно произведены были либо талисманно, либо магически. Тот же аналог радиостанции, связной амулет, представлял собой десятикилограммовую деревянную колоду, соответствующим образом обработанную магией, – но над этим фактом Ростовцев старался особо не задумываться.

Тонкости дела могли до посинения выяснять философы и этологи пополам с психоаналитиками, выявляя степень толерантности земного и пангийского сознаний и подсознаний применительно к повседневной практике чуда. Олег чисто по характеру своей специальности предпочитал теоретической абстракции конкретную практику.

Просторы Панги с их удивительным мироустройством, чудесами и приключениями привлекали его куда больше. Потому, как и на Земле, здесь он тоже пошел в Армию (хотя после уничтожения Города название повисло в воздухе). Польза от него как офицера была в этом несомненна. Высокую культуру земного типа в пангийском варварском окружении невозможно было поддерживать без вооруженной защиты. Разве что в Жгучих песках с их несовместимыми с жизнью условиями людям никто не угрожал.

Во всех же остальных частях света, от Великой Стены на востоке до прибрежных скал Ампера на западе и от отгороженных от всего мира долин Поднебесной на севере до смертельных нагорий Черной Цитадели на юге, всяк живущий, казалось, только и ждал удобного случая перерезать глотку любому проходящему, а то и соседу. С самой банальной целью добыть себе немного монет. А то и просто новые сапоги.

«Да уж», – подумал Олег. С местной жизнью он успел познакомиться, что называется, очень тесно. Сразу после переноса. Ему еще повезло, что материализовался он в сравнительно малонаселенных окрестностях Черной Цитадели, где к пришельцам с Земли относились вполне патриархально. Про высоко цивилизованное Побережье лучше было вообще ничего не говорить.

Олег хмыкнул. Дикари, чистые дикари. Совсем почти как в анекдоте: непонятно, зачем страуса бреют!

Предаваясь таким рассуждениям, Ростовцев дождался, пока из палатки появился Санчес и начал готовить завтрак, потроша упаковки с темпостатированными продуктами.

Экспедиция готовилась из расчета, что внутри купола условия мало соответствуют человеческим. И с собой было взято все, что только можно, включая консервированные дрова. Лишний груз, конечно. Но Завру, с одной стороны, это что слону дробина. А с другой стороны, зато не надо питаться подножным кормом – в здешних местах пойди его найди.

Хотя какая-то живность тут водилась. В небе черной точкой парил стервятник, по земле время от времени шуршали какие-то не то ящерицы, не то змеи. А ночью внизу, на бывшем дне высохшего водохранилища, кто-то не очень крупный, но явно голодный все время завывал дурным голосом – видимо, не мог найти добычу.

От костра донесся дразнящий запах кофе и ветчины. Олег с предвкушением принюхался и потер через камуфлет зачесавшийся бок. Вот еще бы броню снять. А то нарядились почти что в скафандры. Но кто, опять же, мог быть уверен, что не потребуется? Да может, и потребуется еще в самое ближайшее время. Может, придется срочно лезть на Завра, уходить в Сероту, а там камуфлет – хоть какая-то, но все же защита. В здешней свистопляске не помешает.

Из палатки появился проснувшийся Ермаков со своим неизменным ноутбуком. Среди населения Трех Баз ходили легенды, что Ермаков и спит с ним в руках, как Гэндальф с палантиром, но при ближайшем рассмотрении эти слухи не подтверждались.

Ермаков окинул взглядом лагерь – Мезенцева с Завром, торчащего из талисман-лаборатории Локтева, Санчеса, колдующего над костром – пригладил волосы на голове и вскарабкался на обрыв к Олегу.

– Доброе утро, – поздоровался он. – Как прошла ночь?

Ермаков был человеком не совсем обычным. По слухам – сам он о себе рассказывать не любил – на Пангу он попал из конца пятидесятых, где работал инженером в каком-то номерном «ящике», чуть ли не у самого Курчатова. На Панге он сделал тоже неслабую карьеру. Был бардом, военным инженером, послом Шертора в Бисане (где, кстати, познакомился с неким столяром-краснодеревщиком Акино, тоже пришельцем с Земли) и, наконец, возглавлял кафедру в Академии магии Ландора – что для землянина и вовсе ни в какие ворота не лезло. Все это больше напоминало какой-нибудь фантастический роман в духе Роджера Желязны, чем реальную историю, и напрочь не соответствовало образу советского интеллигента, каким его представлял себе Олег.

И если бы не услышал подтверждения от старика Локтева и кое-кого из ветеранов Трех Баз, то вовсе бы не поверил в такое. А так – пришлось. Во всяком случае, в том, что Ермаков был одним из тех, кто пришел в эти места вместе с принцем Акино, чтобы построить будущий Блистающий Град, Олег нисколько не сомневался.

– Солдат спит – а служба идет! – отбился Олег банальной фразой. – Доброе утро, Виктор Петрович.

После чего заверил начальника экспедиции в отсутствии происшествий за прошедший период.

– Отсутствие новостей – тоже хорошая новость, – философски заметил на это Ермаков, после чего спросил: – А как ты, товарищ капитан, оцениваешь ситуацию?

– Если вообще – то положительно, – ответил Олег, который все дежурство только об этом и думал. – Под Купол мы проникли практически без проблем. Условия здесь оказались просто райскими по сравнению с тем, что ожидалось. Здесь есть население, значит в будущем можно будет воспользоваться их услугами. И, что самое главное, спецхран – более чем вероятно – не пострадал. Иначе бы тут такое было!.. Значит, мы – в смысле Базы – сможем воспользоваться запасами и наработками Лабораториума, восстановить промышленность, пусть и не в таких масштабах и не сразу – и начать в итоге жить по-человечески. Выстроить, в конце концов, новый Город – где-нибудь в Черных Песках или на крыше Поднебесной, где нас не так сильно будут доставать…

– Соображаешь… – одобрил Ермаков. – Но, в общем, вычислить задание, с которым нас послали, не такое уж сложное дело. Это достаточно очевидно. А не слишком ли мы слабо вооружены в выяснившихся обстоятельствах?

– Ну, – сказал Олег, – маг и восемь станнеров для наших целей вполне достаточно, если что. Мы же не войну вести собираемся. А от случайного нападения всегда отобьемся. Энгар, конечно, не косая сажень в плечах, но в случае чего «Град» вполне способен заменить по мощности залпа. Да и мы поддержим. А уж если совсем припрет – так Мезенцев со своей зверюгой есть. Нырнем в Сероту – и адьё! Другое меня сейчас смущает. Отсутствие связи, во-первых. Без связи мы здесь как на одной ниточке висим – на Завре. Случись что – так даже и помощь не вызовешь. Но это пока не так важно. А вот второе – эта самая работающая установка в Городе – это, на мой взгляд, серьезно. То, что вчера в холмах проехало, не может быть ничем, кроме ровера. Значит, техника у местных работает. А где ровер – там и коптер может найтись. Это ведь были два распространенных транспорта в Городе, верно? И очень даже возможно – связь. Что такое комбинированная облава на машинах и вертолетах, я вам объяснять не буду. Зажать нас могут крепко, если что. А если у них еще есть настоящее оружие, автоматы, например…

– В Городе не было оружия.

– Хорошо, если так, – согласился Ростовцев. – А если было? Сам он появился на Панге всего десять лет назад, в Городе никогда не бывал и, понятное дело, не очень хорошо представлял, чего там было, а чего не было.

– Да не было, – повторил Ермаков. – На кой, спрашивается? Охотничье, разве что…

Он внезапно осекся.

– Было все-таки? – быстро спросил Ростовцев. – Много? Ермаков, хмурясь, подумал.

– Было, – подтвердил он. – Охотничье, спортивное… Сколько – сказать затруднюсь. Никто же не считал! Поточно его не делали. Так, для любителей. Ну, наверное, несколько тысяч стволов. Патроны… Ну, сколько можно дома держать?

– И то ладно… – Олег слегка успокоился. Охотничье оружие может быть всякое, конечно. Но вот патронов к нему точно большого запаса не должно было быть. Хотя если что-то сохранилось – надо будет иметь в виду на всякий случай. – И еще момент. У этих коптеров характеристики какие? Нам говорили, что это электровертолеты, но подробностей я не помню.

Ермаков подумал.

– Да что-то вроде как у Ми-один… Знаете про такой вертолет? Только, может, скорость повыше. Да двигатель практически бесшумный. На том же принципе, что у роверов.

Ростовцев кивнул.

– А зачем вам? – спросил Ермаков.

– Так в случае чего знать же надо, с каким упреждением стрелять. И с какой мощностью. Рассеянным пучком из станнера вертолет точно не собьешь – масса не та. Надо будет из багажа лазерные прицелы достать. На всякий случай. Вы там внизу, Виктор Петрович, не распорядитесь от моего имени?

– Отчего же? – сказал Ермаков. – Распоряжусь. А вы, значит, товарищ капитан, считаете, что аборигены могут представлять для нас опасность?

Олег подумал.

– Ну, – сказал он. – Не то чтоб я был в этом уверен. Но не учитывать такое однозначно нельзя. И не нравится мне этот народ, полвека просидевший в глухой изоляции неизвестно в каких условиях. Во всяком случае, идиллией здесь не пахнет. Так что лучше подготовиться заранее.

– Согласен, – кивнул Ермаков. – А вот скажи-ка, к примеру… О, Энгар проснулся! Кажется, его эксперимент принес какие-то результаты. Давайте, товарищ Ростовцев, договорим позже, хорошо? Все равно я планирую после завтрака устроить совещание на предмет что делать дальше. Вы не возражаете?

– Нет конечно! – ответил Олег, которому и самому интересно было узнать, получилось ли что-то у Энгара или нет. – Только, Виктор Сер-греевич, про прицелы не забудьте!

– Само собой, – пообещал Ермаков, начиная спускаться по склону. – Вообще-то я могу и сам их достать – мне все равно в багаж надо будет кое за чем. Они где у вас лежат?

– У Мезенцева спросите, – сказал Олег. – Он знает.

– Хорошо.

Олег посмотрел, как Ермаков сбегает вниз, взбивая ногами пыль и придерживая болтающийся на ремешке ноутбук. Потом перехватил поудобнее станнер и пристально обвел взглядом горизонт, прикидывая, что станет делать в случае появления экзотического коптера.

Он, конечно, представлял, что это такое и чего можно от него ждать – видел фильмы по истории Города. Но ощущал Олег себя все же не совсем обычно. Уж не повседневно, это точно. Словно бы и вправду живьем попал в пангийскую Страну Мертвых. И ощущение это было до невозможности явственным.

Город погиб пятьдесят лет назад. Орда варваров со всего Побережья атаковала первое на Панге государство землян с неслыханной до той поры мощью. В жесточайшей битве обе стороны использовали сильнейшие заклинания и еще более сильные талисманы, сравнимые с атомным и термоядерным оружием Земли. Подробностей не сохранилось, ибо до недавнего времени считалось, что в этой бойне уцелевших не было. На месте сражения образовался непроходимый купол неизвестной природы, неизменно приводивший в изумление всех, кто отваживался впоследствии забраться в те места.

Затем началось нашествие Черных Туманов, и местность, и так-то безлюдная, стала и вовсе недоступной. Что там творилось все эти годы, не мог бы сказать ни один человек. Только восемь лет назад первая разведочная группа из Базы Трансподнебесной экспедиции оказался в этих краях.

И вот теперь он, Олег Ростовцев, появившийся в этом мире без малого через полвека после великой битвы и никогда в жизни не видавший местной «исторической родины» иначе как на картинках, находился не просто «около» – внутри того самого объекта «феномен под названием «Купол». И готовился помериться силами не только со сгинувшей некогда невероятной техникой, но и с людьми, неизвестно как выжившими здесь (где, по идее, выжить было некому). А стало быть, могущими представлять опасность. Натуральный какой-то ужастик с Земли, из жизни Голливуда, что с таким удовольствием любили пересматривать некоторые ветераны Трех Баз. Причем пангийцы едва ли не чаще, чем земляне.

Олег посмеялся мысленно. Для него земные фильмы представляли теперь разве что ностальгический интерес. Здесь, на Панге, хватало куда более интересных вещей. Например, все еще не раскрытая тайна Поднебесной, представлявшей собой невообразимо огромную подземную страну в прекрасно сохранившемся состоянии – и без единого следа каких-либо жителей. Куда они все подевались? И каким образом, если страна была сверхнадежно изолирована от окружающего мира (только на специально выведенных в Лабораториуме разновидностях Зверей Прямого Пути экспедициям Города удалось проникнуть туда)? Или руины Черной Цитадели? До сих пор исследователи спорят, кто вообще построил эти сооружения, рассчитанные явно не на человека?

Олег покосился вниз. Ожидающий завтрака желудок не желал терпеть лишнего даже ради загадок истории. Пора бы уже было просыпаться Равию, а Санчесу занимать место его, Олега.

В лагере же происходило что-то несколько не совсем обычное.

Сперва Ермаков, спустившись с откоса, о чем-то переговорил с Энгаром. Причем маг, как всегда, сохранял свое олимпийское спокойствие. Ермаков же в начале разговора решил, видимо, почесать в затылке. Да так и чесал там все время, пока разговор не завершился. Причем ясно было, что вид у руководителя слегка обалделый.

Потом Ермаков вместе с Мезенцевым, оставившим в покое Завра, перерывали тюки со снаряжением и что-то вынимали оттуда. Судя по всему, прицелы.

А вот затем началось нечто непонятное. Вместе с «водителем гиперпространственной кобылы» они вытащили на свободное место чурку связного амулета и с присоединившимся к ним Энгаром принялись тщательно ее изучать. Чуть ли не обнюхивать.

Дальше – больше. К троице подошел проснувшийся Равий. Ермаков, о чем-то посовещавшись с Энгаром, вручил сержанту вынутый из багажа топор. И Равий, лихо этим топором орудуя, буквально на раз-два-три-четыре превратил ценный амулет в кучу дров (наглядная демонстрация превосходства холодного железа над высокомудрой магией, блин!). После чего все, казалось, потеряли к инциденту интерес и занялись завтраком.

Ростовцев закрыл рот и поймал себя на том, что тоже чешет в затылке. Это надо же! В их распоряжении имелось не так уж много полевых коммуникаторов, чтобы переводить их на дрова. Неработающее здесь связное устройство могло пригодиться в другом месте. Олегу казалось, что вчера Ермаков чисто риторически предлагал его выбросить. Или в деревяшку вселился какой-нибудь демон, от которого так лучше всего избавиться? Да нет, чушь!

– Чего это было? – спросил он Санчеса, когда тот поднялся его сменять.

– А, – тот усмехнулся, – заметил? Впрочем, не заметить было трудно. Цирк с конями! Энгар ночью сумел как-то связаться с базой. Я не понял: не то через астрал, не то через ментал, не то через Страну Мертвых – что-то уж больно экзотичное. Ну, доложился непосредственно связисту – что мы и как. Тот обещал поутру представить доклад начальству. А когда они оба уже обо всем договорились, тут связиста-то и осенило: а как докажешь, что ему все это не приснилось? Начальство-то, конечно, про магию понимает, но строго в пределах общеобразовательного курса. Что делать? Начали они думать над доказательством. И знаешь, что придумали?

Олег посмотрел на кучу дров, возле которой уже опять возился Энгар.

– Ну, не знаю, – честно признался он. – В принципе, в основе лежит обыкновенная симпатическая магия, если я ничего не путаю. Что они могли придумать? Вот разве если на базе амулет так же на дрова рассыплется за компанию с нашим?

Санчес глянул на него насмешливо.

– Каким это образом? Связь блокирована начисто, ты забыл? Да даже если и так, амулет-то передает воздействие на наложенное на него заклинание, а не свое собственное физическое состояние. Разрубленный он просто перестает работать.

– Ну, тогда что? – сдался Олег, которому, в общем-то, больше хотелось добраться до завтрака, чем до какой-то мелкой тайны.

– А они со связистом изобрели портативные переговорники! – сообщил Санчес небрежно и замолчал, наслаждаясь эффектом.

– Чего изобрели? – не понял Олег.

Он, конечно, не забыл о существовании портативных радиостанций и мобильных телефонов – из земной своей жизни. Но в здешнем быту они не прижились. Просто в силу того, что магические амулеты были куда проще и практичней. Однако на данный момент научная мысль Лабораториума (или того, что от него осталось) так и не смогла продвинуться дальше той самой десятикилограммовой переносимой доски. Что-то там было связано с чисто технологической невозможностью уложить заклинание более плотно на слоевую структуру древесины. Потому на Базах обходились обычными проводными телефонами, а в Городе связь работала совсем на другом принципе.

– Энгар, оказывается, додумался, как минимизировать заклинание, – пояснил Санчес, распираемый наполняющей его информацией. – Кстати, это его именно после прохода сюда пробило на озарение. Говорит, наблюдая состояние Сероты, обнаружил, как она закручивается каким-то сверхплотным образом и может быть ужата уже не до клеточных, а до атомарных структур. Представляешь, все будем щеголять с наручными коммуникаторами? Как в каком-нибудь фантастическом романе. А может, и не только с ними. Энгару светит шнобелевская премия по магофизике – это однозначно! – он довольно захохотал.

– Все равно не понял! – прервал его Олег. – В чем прикол-то? Ну, изобрел, ну и что?

– Так врубайся! – укорил Санчес. – Связист на базе до такого сам никак не додумается. Не того сияния ум. Как наш Коля Мезенцев. Амулетом пользуется, но не более. А если он такое Ученому Совету выдаст – как привет от Энгара, так это совсем другое дело. Должны они будут сообщение проверить? Должны! А если окажется, что новое заклинание работает – тогда значит и в самом деле Энгар отсюда связь обеспечить способен. А значит, мы можем отсюда не уходить, а продолжать работу. А это, сам знаешь, голубая мечта компаньеро Виктора. Да и не одного его, я думаю, – Санчес покосился в сторону лагеря. – Понял теперь?

– Понял, – вынужден был признать Олег. – А коммуникатор-то зачем порубили?

Санчес посмотрел на Олега, как на слабоумного. Потом хмыкнул.

– Дикарье-с! – произнес он с непередаваемым апломбом офицера царской армии, каковым не являлся. – Азия-с!

Как всегда, когда Санчес пытался шутить в расчете на Олега, мексиканский менталитет не совпадал с русским, и шутка пропадала впустую.

Бичем пангийской системы тотального перевода со всех языков на все был тот факт, что, передавая точное содержание речи и даже его самый закрученный смысл, система эта не могла транслировать подсознание говорящего. И стандартные земные различия в психологии народов и стран продолжали сохраняться.

Можно было, как вот сейчас Санчес, стопроцентно воспроизвести заимствованную в чужой культуре шутку, полагая ее в самый раз уместной – и промахнуться с точностью до наоборот. Олегу и самому приходилось попадать в подобные ситуации неоднократно, потому он всего лишь вздохнул и повторил вопрос:

– Ну, а все-таки?

Санчес смущенно почесал лоб.

– Ну, это, в общем, шеф на Энгара наехал. Примерно как ты: а вдруг, мол, не сработает? Так и будешь на базу являться, как глюк? Еще решат, что и вправду привидение, экзорцизм устроят! Нам-то, мол, связь нужна. А не исследование снов не то по Фрейду, не то по Юнгу, не то по дону Хуану! А Энгар в ответ оскорбился и в бутылку полез: должно сработать – и все тут! А шеф ему – докажи! А Энгар говорит – как? А шеф – не знаю, как, но доказывай немедленно, иначе я прикажу грузиться на Завра и возвращаться. Пока не спятил тут с такими экспериментаторами! Ну, тогда Энгар и говорит, что можно из нашего комм-алтаря сделать по его находке маленькие переговорники. Носимые. Каждому из нас. И это-то и будет доказательством! А Ермаков говорит – это если они работать будут! А Энгар стоит на своем – будут, мол, и все! Ну, Ермаков и приказал – сделать! Ну, и… В общем, сделали.

Олег озадаченно посмотрел на Санчеса.

– Это что, – спросил он. – Это вот эти поленья… Которые они нарубили… Это вот нам и придется… Носить с собой? В качестве переговорников?

– Точно! – подтвердил Санчес с самым довольным видом, наслаждаясь произведенным эффектом. – Именно так и никак иначе! Мобильные телефоны фирмы «Пиноккио и сыновья» – отныне и навсегда! Круто, да?!

– Значит так, – сказал Ермаков, открывая оперативку. – Экспериментом нашего мага мы пока поставлены в смешную позицию. Связь, вроде бы, у нас теперь есть, но неизвестно, какая. Как я понимаю, подтвердится это только ночью? – он посмотрел на Энгара.

Маг молча кивнул. Он сидел насупленный, поскольку для участия в совещании ему пришлось оторваться от создания носимых переговорников.

– Таким образом, – продолжил Виктор Петрович как ни в чем не бывало, – нам остается только сидеть здесь и ждать у моря погоды. Причем неизвестно, сколько. Мне такой расклад не нравится. Раз уж мы сразу не вернулись назад, я как начальник экспедиции волен принимать решение единолично. И я его приму. Но поскольку ситуация у нас здесь необычная, я хотел бы сначала посоветоваться со специалистами, чтобы не сделать ошибки по вопросу, в котором слабо компетентен.

– И какие же твои намерения, Витя? – спросил старик Локтев.

– Простые, – решительно ответил Ермаков. – Я намерен идти в Город.

Локтев крякнул и дернул себя за ус.

Олег раскрыл было рот, чтобы возразить, но потом решил дослушать до конца. Такой прыти он не ожидал. Хотя, если вспомнить похожую на приключенческий роман здешнюю жизнь руководителя экспедиции, то следовало бы догадаться. Олег все время забывал, что за обликом интеллигента скрывается изрядный авантюрист.

– В свете этого, – сказал Ермаков, – я хочу знать: во-первых, Николай, реально пройти этот отрезок Прямым Путем? Или Завр для этого еще недостаточно отдохнул?

Коля Мезенцев кашлянул и нахмурился.

– Виктор Петрович, – сказал он, – Завр беспокоится, находясь здесь, но с ним все в порядке. Прямоходы не устают в нашем понимании, вы же знаете. Дело не в этом. Я уже говорил, что «дорожка» здесь очень неоднородная. И куда нас выкинет при попытке войти в Сероту, вам не сможет сказать даже сам Емай. В чистом виде гейзенбергова неопределенность. За пределы Купола я берусь нас вывести в любой момент – поскольку там точность роли не играет. Но здесь, внутри… Только в крайнем случае.

– Понятно… – протянул Ермаков с неопределенной интонацией. – Что ж, постараемся иметь в виду… Еще что-то?

– Да, – кивнул Мезенцев. – Почему вы определяете местное население как враждебное? Вражеское даже? Я, например, не вижу это с такой уж очевидностью. Вполне возможно, что это просто уцелевшие люди. И тогда наша экспедиция принимает дополнительный смысл. Как спасательная…

Олег только головой покрутил, услышав такое.

– Хорошо бы, если так, Коля, – сказал Ермаков. – Я был бы только рад. Но будем смотреть правде в глаза. Если в Городе остались выжившие, значительную часть из них составляли варвары Великой Орды Корга – а это, между прочим, был тот еще субчик. И армия была ему под стать. Несколько сот тысяч горожан, лишенные технологической защиты, против армии бандитов вряд ли смогли сделать что-то серьезное.

– Но принц… – возразил было Коля.

– Принца не могут обнаружить вот уже пятьдесят лет, – ровным голосом оборвал его Виктор Петрович. – Нигде. Здесь его, как вы можете видеть, тоже нет. Иначе бы все тут выглядело иначе. Талисманной защиты у горожан не было. Более того, оператор Шкатулки, единственный на тот момент кроме принца талисмановладелец сопоставимого ранга, выступил против принца в день битвы… Не вскакивайте, Коля. Это чуть ли не единственное, что установлено достоверно. Вот Семен Михайлович может подтвердить, он участвовал в этих измерениях вместе с остальными тауметристами.

Семен Михайлович молча покивал, подтверждая. В этот момент он особенно был похож на старого Марка Твена.

– Короче, Коля, у меня нет оснований считать этих местных жителей уцелевшими горожанами. То есть, там, конечно, кое-кто, возможно, и уцелел… Но не они правят в этом остатке Эдема, могу поспорить. Дальше. Вся производственно-технологическая система Города разрушена. И не восстановлена. Иначе бы тут не было пустыни. Без городской же промышленности все те сотни тысяч человек, что оказались здесь заперты, обречены были просто на голодную смерть. Я не хочу даже представлять, что здесь могло происходить в первый год… – Ермаков помолчал. – Но из наших здесь мог и вовсе не выжить никто. Хотя, судя по разъезжающим роверам, выходит, кто-то все-таки прожил достаточно, чтобы научить ими пользоваться завоевателей. Это все только предположения, Николай. Но эти предположения базируются на твердой почве. А вот вам факты. Точнее, один только факт, но он своего стоит. Около пяти лет назад с Куполом начали происходить странные вещи. Во-первых, он принялся светиться по ночам – вы это сами видели. Слабо, но светится. Во-вторых, время от времени стало твориться нечто вовсе феерическое. Молнии, бьющие из центра Купола в небо. Сериями. Средь бела дня. После каждой такой серии следует интервал – четкого срока нет, иногда в несколько дней, иногда в недели – затем все повторяется. Сопровождается эта канонада чем-то навроде полярных сияний по всей поверхности Купола. Зрелище весьма впечатляющее, могу тебе сказать. Так вот. Природа всей этой иллюминации – магическая. Наши ученые мужи, – что земляне, что пангийцы, – так и не смогли решить, что это может быть такое. Правда, нет худа без добра. Им удалось, благодаря всей этой катавасии, рассчитать параметры Купола – так стала возможна наша экспедиция. Правда, мы ожидали, что условия здесь гораздо хуже и на наличие населения не рассчитывали. Иначе бы подготовились иначе. Но сейчас об этом говорить поздно. Мы уже здесь. И действовать нам нужно с тем, что имеем. И против совсем не дружественных сил.

– Но… – еще не сдался Мезенцев, которому, похоже, хотелось отыскать хоть какие-то аргументы против услышанного. – Может, это кто-то из наших… магов? – предположил он.

– Коля, – сказал Ермаков терпеливо. – Если даже это кто-то из, как ты выразился, «наших», магов… Хотя это очень маловероятно. Но пусть так. Так вот. В любом случае «наш» маг – это непременно член Лабораториума. Он должен был знать, что оставались люди в Поднебесной, в Черной Цитадели и на полигоне Эбо. Разведывательная сеть на Побережье. Еще несколько групп в других местах. За семьдесят лет из Города было отправлено много экспедиций во все концы света.

– И что? – похоже, Коля уже все понял, но хотел услышать это от начальства.

– Наш маг, – сказал все это время молчавший Энгар, – знал бы. что снаружи будет наблюдение. Он сигналил бы установленным кодом. Хотя бы вашей земной «морзянкой».

После паузы, длившейся несколько дольше, чем могло бы показаться, Коля кашлянул и негромко сказал, глядя в землю:

– Да, я думаю, вы правы, Виктор Петрович. Извините меня…

– Ничего, – сказал Ермаков. – Я должен был ответить на твой вопрос. Давайте пойдем дальше…

Но в этот момент с берега, где сидел на посту Санчес, раздалась трель тревожного свистка. Все, похватав оружие, ринулись по склону вверх, рефлекторно поглядывая на небо – ждали пресловутых коптеров. Но там было чисто.

Ермаков и Олег шлепнулись на землю по бокам от Санчеса.

– Ну, что? – быстро спросил Олег, шаря взглядом по сторонам и пока ничего не находя.

Санчес молча, что для него было совершенно нехарактерно, показал стволом станнера вдоль берега.

– Похоже, у нас гости, – шепотом сказал он.

На другой стороне котловины, у края холмов, что-то двигалось. Олег нацелил туда бинокль. Мощная оптика приблизила объект, и стала видна толпа человек в сто, сгрудившихся вокруг решетчатой фермы, явно украшавшей недавно одну из здешних скал-островов. От металлической конструкции в толпу тянулись многочисленные веревки. Вся композиция довольно медленно, но верно передвигалась вдоль границы бывшего берега.

«Куда они ее волокут и зачем?» – мельком подумал Олег, пытаясь высмотреть в происходящем какие-нибудь важные для себя как командира детали, способные пригодиться на будущее или предостеречь о чем-нибудь сейчас. Но, похоже, можно было не напрягаться. Данное действо представляло собой не более того, чем являлось – перетаскиванием старой решетчатой фермы.

– Странно они одеты, – сказал Ермаков, глядя в экран ноутбука и подкручивая пальцем увеличение. Ему в таких случаях бинокль не требовался.

– Почему? – спросил Олег. Хотя, впрочем, некоторая необычность в одежде аборигенов присутствовала. Все они были закутаны в длинные грязного цвета плащи с глухими капюшонами, скрывавшими человека с головы до пят. Но как только люди не одеваются! Тем более здесь, на Панге. Олег, оторвавшись от бинокля, обвел взглядом остальную местность вокруг. Так, на всякий случай. – На песчаных дервишей похожи. Я их в Черных Землях насмотрелся более чем…

– Именно, – ответил Ермаков. – На Юге! Здесь-то они откуда взялись?

– Это не дервиши, – подал голос Энгар, которому бинокль не требовался тоже. – И это – не люди. – Он сделал еще несколько пассов руками, сканируя местность, и лицо у него стало озабоченным. – И, что хуже всего, там есть не только они!

– Маги? – быстро спросил Олег.

– Нет, – Энгар помотал головой. – Магов там нет. Но там… Но дальше продолжить он не успел.

– О, черт… – вырвалось у Ермакова.

И через пару секунд к нему присоединился молчавший до того старик Локтев:

– В Бога, в душу!.. – энергично выдохнул он. А потом закончил с какой-то другой, непонятной для Олега интонацией: – В профсоюзное собрание…

Олег вскинул бинокль.

И не выругался только потому, что с равной силой ему захотелось присвистнуть. Или же расхохотаться.

Из холмов на равнину вырвалась толпа байкеров.

Нет, не байкеров. Ангелов ада – или как там они назывались-то? – в полном парадном снаряжении. И даже не так. Банда отморозков на мотоциклах из голливудского постапокалипсического ужастика – вот что это было. В доспехах, в рогатых шлемах, с мечами, копьями и топорами наизготовку – на двух-, трех– и четырехколесных мотоциклах нападающие, как таран, врезались в толпу людей в капюшонах, нанося удары направо и налево. Все смешалось. Место побоища заволокло пылью, через долину донеслись крики и лязг оружия.

Олег опустил бинокль: смотреть стало не на что.

– Ну, что скажете? – спросил Ермаков, отрываясь от экрана.

– Там, в холмах, есть еще люди, – сообщил Энгар. – Они ждут чего-то. Магов нет ни одного. Похоже, их здесь действительно нет – кроме того, который находится где-то в Городе. Чем такое объясняется, сказать не могу: с магией здесь все в порядке.

– Это мы запишем пока в непонятное, – сказал Ермаков. – Что еще?

– Варвары на роверах, – сказал Локтев грустно. – О-хо-хо…

Больше он ничего не добавил, и никто не стал уточнять, что он имел в виду.

– Энгар, – спросил Олег. – Что ты там говорил, что эти – в капюшонах – не люди?

Маг пожал плечом.

– Не люди. У них аура нечеловеческая. Но разумные они – вполне.

– Может, это умордия? – спросил Олег.

– Нет. Умордий из людей делали. А эти… Я не специалист в зоологии. Но точно – животные. Измененные. Похоже, кто-то экспериментировал с искусственным разумом.

– Здесь? Энгар подумал.

– Не знаю. Но здесь – вряд ли. Тут нужен маг уровня Великого. Да и не создашь так быстро разум на пустом месте. А в Городе, насколько я помню, никто таких работ не вел.

– Почему?

Это встрял, не удержавшись, Санчес. Его студенческое прошлое давало себя знать. Сколько ни старался Олег привить ему хоть какое-то понятие о дисциплине, Санчес продолжал оставаться все тем же, кем был в момент переноса на Пангу – студентом Сорбонны из 1968 года. То есть, вдвойне разгильдяем. На общее счастье, разгильдяйство Санчеса проявлялось в «мягкой» форме интеллигентской расхлябанности, не доставляя никому больших хлопот. Но армейская карьера ему, пожалуй, не светила. Санчес ходил в вольноопределяющихся второй год, и повышения ему не предвиделось.

– В Лабораториуме глупостями не занимались, – ответил Санчесу Ермаков.

Санчес недоуменно посмотрел на него.

– Почему – глупостями?

– А как это еще назвать? – спросил в ответ Ермаков. – Вон он – искусственный разум, – он кивнул в сторону побоища. – Кому он нужен? Что с ним делать? Вам своих проблем недостаточно? Чистая вивисекция и ничего более.

– Искусственный разум на Панге создавали неоднократно, – добавил Локтев. – Те же эльфы, гномы и умордия – это ведь не просто существа с иной физиологией. У них и сознание другое. Но это наиболее известные и удачные, если так можно сказать, попытки. Да и то, гномы практически совсем исчезли на данный момент… Были и другие. Сатиры, например. Кентавры… Были даже люди-птицы. Все вымерли. Эльфы и умордия сумели сорганизоваться в какие-то сообщества, как-то выжить. Людей они к себе не пускают. И люди их не жалуют. А поскольку никаких принципиальных преимуществ у этих рас перед человеком нет – нет и никакой перспективы для развития. Разве что все человечество вымрет от какой-нибудь ураганной пандемии. Что в принципе неосуществимо. Были еще попытки создать совсем уж альтернативные разумные виды. Делали даже неорганических големов – вы наверняка встречали про них упоминания в старых хрониках. Толку от этого не вышло никакого.

– Но… почему? – в третий раз повторил Санчес. Вид у него при этом был совершенно обиженный.

Ермаков и Локтев посмотрели друг на друга и синхронно пожали плечами.

– Ты просишь ответа на вопрос, Диего, – сказал Энгар неожиданно торжественным тоном, – над которым бьется вся научная мысль Панги. Никто не знает, зачем нужно создавать искусственный разум, во всем подобный нашему, хотя создать его нетрудно. Поэтому всерьез этим давно никто уже не занимается, кроме сумасшедших и неудачников. Возможно, это – результаты такой попытки.

Энгар замолчал и перевел взгляд в сторону холмов. Санчес, впечатленный масштабностью своего вопроса, ничего не сказал больше и посмотрел туда же.

Побоище уже закончилось. Пыль оседала на землю. Вокруг покосившейся фермы валялись тела в капюшонах – значительно меньше, чем следовало ожидать. Пара десятков победителей расхаживали вокруг, зачем-то грузя трупы в балахонах на роверы. Возможно, это были еще живые. Куда делись остальные, было непонятно.

Олег, намереваясь заговорить, открыл рот, но тут начался второй акт развернувшейся перед ними пьесы.

В холмах пропела труба. И тут же на сцене объявились новые действующие лица. Такие же байкеры (как их Олег для себя окрестил) на роверах вылетели из холмов, на ходу разворачиваясь в лаву и, дав залп из арбалетов, обрушились на не ожидавших атаки победителей, мгновенно превратившихся в жертвы.

Шансов у них не было никаких. Во-первых, нападавших было больше. Во-вторых, увлекшись сбором трофеев, первые «мотоциклисты» прозевали нападение и не сумели быстро организовать оборону. Все закончилось даже быстрее, чем в предыдущий раз. Несколько роверов, волоча пыльные хвосты, скрылось в холмах. Большинство осталось на месте.

Победители – надо думать, теперь уже окончательные – повторили сбор трофеев и тел в капюшонах, не забыв при этом выставить охранение. Все было проделано сноровисто и деловито – явно не в первый раз. Похоже было, что здесь это норма жизни.

– Может, вмешаемся? – предложил Санчес, посмотрев на Олега с Ермаковым.

– Зачем? – спросил в ответ Олег.

– Ну… Языка возьмем. Расспросим… – попытался объяснить Санчес. – Информация же!..

Олег вздохнул.

– Именно информация, – сказал он. – Мы не разведгруппа в тылу врага, мы экспедиция. Война с аборигенами – это последнее, что от нас ждут на Трех Базах… Кстати, Виктор Петрович, – Олег повернулся к Ермакову, наблюдающему, как последние роверы победителей скрываются в холмах, увозя трофеи. – Поскольку у нас все еще идет совещание, как я понимаю… – Ермаков задумчиво кивнул. – Так вот. Я вам как ответственный за нашу безопасность хочу сказать вот что: ответственно заявляю – в Город нам идти не следует. Я против категорически и совершенно официально.

Ермаков вышел из задумчивости и взглянул на Олега.

– Почему? – спросил он. – По-моему, ты говорил, что аборигены в военном отношении не представляют для нас проблемы…

– Эти, – Олег указал стволом, – не представляют. Хоть все вместе взятые и даже в бо́льших количествах. Здесь не представляют, – Олег голосом подчеркнул слово «здесь». – В чистом поле мы можем потягаться с небольшой армией. Но вот в Городе… Да еще в разрушенном. Уж поверьте мне: зажать нас там будет ничего не стоить. Даже совсем ничтожными силами. И скрытность там стопроцентную обеспечить не удастся; маг, опять же… А как только нас обнаружат и поймут, что мы не отсюда, – а поймут довольно быстро, – мы станем лакомым куском для всех, я думаю, кого только можно. В этом раскладе я вам ничего не гарантирую…

Ермаков ухмыльнулся. Это оказалось так неожиданно, что Олег оборвал свой монолог и вопросительно посмотрел на начальника экспедиции.

– Не надо хватать меня за воротник, – улыбаясь, сообщил Ермаков, явно показывая, что понимает причину беспокойства Олега. – Я человек хотя и рисковый, но все же до определенных пределов. «Штурм и натиск» – не самая моя любимая стратегия. Соваться в Город прямо сейчас – авантюра, я это признаю. Но согласитесь: если здесь где-то и имеются самые лучшие ответы на наши вопросы – то они именно в Городе.

– Это так, – Олег кивнул. – Но…

– Но туда мы не пойдем, – Ермаков сделал рукой успокаивающий жест. – Иначе бы я не устраивал это совещание, а просто отдал приказ. Слишком уж заманчиво: там и архивы, и спецхран… и много чего еще. Маг этот загадочный, например. Если бы здесь не было населения – я бы, наверное, не сомневался. Но оно есть. И это сильно меняет весь расклад. Поэтому я думаю уложить наше здесь пребывание в контрольный срок – три дня, как и было условлено перед отправлением. А необходимую нам первичную информацию мы получим и не посещая Города.

– Каким это образом? – Олег снова насторожился. Если начальство признало свой план неправильным, это еще полбеды. Оно ведь наверняка что-нибудь другое придумает… Как говорится: если начальник не прав – смотри пункт номер один… – От кого это?

Ермаков снова усмехнулся, довольный своей выдумкой.

– А вон, – он кивнул в сторону холмов, – от тех ребят, что уехали отсюда последними. Сам же говоришь, капитан, что эти – и здесь – тебе не страшны. А стойбище их – уж точно не город. С поселком как – справишься?

Олег подумал.

– Сколько там может быть народа, Энгар? – спросил он у отрядного мага.

Дар Солан, слушавший весь разговор весьма внимательно, не промедлил с ответом.

– Человек триста… Это – включая всех. Детей, женщин, стариков… Воинов вряд ли больше сотни.

Олег согласно склонил голову:

– С этим справимся, – сказал он. – Это не проблема. А вот как быть с отсутствием у нас санкции на контакт? Совет, как я понимаю, перед отправлением ничего такого не имел в виду. Не подумали просто. А здесь ведь нам придется сказать что-то о себе – кто мы, откуда? Первая степень секретности, разглашение информации о существовании Трех Баз… Легенды-то у нас нет!

– Ну, для местных жителей особой легенды и не требуется. Я думаю, – самокритично признал Ермаков, – что им тут о внешнем мире известно за столько-то лет? Ничего. А касательно санкции Совета… Как начальник экспедиции – этим самым Советом назначенный и к тому же член расширенного состава – этот вопрос я беру на себя, товарищ очень ответственный капитан. Устраивает?

Ермаков посмотрел Олегу в глаза и вдруг быстро подмигнул. Ухмыльнувшись при этом так, что у Олега рассеялись все оставшиеся сомнения – если бы они даже были. Все-таки руководитель по натуре был авантюрист. Не меньше, чем ученый. А, может быть, и больше. Во всяком случае, увлекать он умел не хуже, чем убеждать.

– Ладно, уболтали, – проворчал Олег, ставя станнер на предохранитель и закидывая ремень оружия на плечо. – Идем на контакт.

– Легенда у нас будет простая, – сказал Ермаков. – И максимально близкая к действительности: так меньше врать придется. Мы – частная экспедиция из Фарингии. С завершением Черных туманов смогли сюда добраться. Цель – артефакты Города. И вообще, узнать, чего тут делается. Нанял нас купец Лойсо Крон. Фамилия известная, потомственные сборщики всякой чертовщины. Ростовцев со своими орлами, Энгар и Мезенцев – Семерка. Изобразить ее вам ничего не стоит, тем более вам уже приходилось выступать в этой роли. Мы с Семен Михалычем – приданные специалисты. Все остальные сведения можно спокойно оставить личными – те, что касаются жизни на Побережье. Все там были, реалии знают. Поскольку все мы по легенде из разных мест, можно не беспокоиться точной подгонкой деталей – у малознакомых людей возможны расхождения. Наняли нас всех в Гамбре, в порту Марано, оттуда же мы и выступили в путь. Вот, собственно, все. Действовать будем тоже согласно легенде. В открытую входим в селение и вступаем с местными в официальные переговоры. Позиция: удивлены тем, что они здесь есть, предлагаем честную торговлю с внешним миром. Этому учить тоже никого не надо. Задача: собрать максимум связной информации за оставшиеся двое суток. Аборигенов стараемся не провоцировать, самим тоже не подставляться. В связи с этим напоминаю: Энгар снабдит всех личными переговорниками, не забывайте пользоваться. Заодно проведем полевые испытания, что тоже неплохо. Вот теперь все. Если вопросов нет – выступаем.

Вопросов ни у кого не было. Но выступить сразу не получилось. Как раз потому, что Энгару требовалось время для доделки связных амулетов. Только в полдень экспедиция покинула лагерь в бывшем заливе и направилась вслед за уехавшими «байкерами».

У места побоища задержались и произвели краткий осмотр. Осматривать, собственно, было нечего, не считая брошенную железную ферму, явно никакой ценности не представлявшую. Веревки же, привязанные к ферме, наоборот, исчезли, срезанные нападавшими. По свисающим остаткам Локтев определил майларовые тросы, из старых городских запасов. С десяток человеческих трупов валялось на месте боя, обобранные догола – что тоже говорило о состоянии здешней экономики.

Что характерно, ни одного тела в плаще с капюшоном обнаружить не удалось. Никаких следов, как ни странно, тоже. При этом магией, по словам Энгара, по-прежнему и не пахло. Олегу эти последние странности не очень понравились. Но серьезными причинами для беспокойства их нельзя было считать. Тем более все своими глазами видели, что здесь рубились и убивали самым обычным оружием, без намека на какую-либо экзотику. Что подтвердила найденная в песке арбалетная стрела, вымазанная кровью (человеческой) – стрела как стрела, ничего особенного.

С осмотром покончили только после обеда. И, наконец, углубились в холмы по отчетливым следам колес, оставленных роверами.

Двигались обычным порядком. Двое во фланговых дозорах по человеку с каждой стороны, остальные «на броне» со станнерами наизготовку, время от времени меняя пеших разведчиков. Функции авангарда и арьегарда выполнял Энгар, следивший за местностью магическим способом. В принципе, можно было повесить на мага вообще все боевое охранение, но Олег не хотел держать людей в расслабленном состоянии – не на прогулке все-таки.

Зато, поразмыслив, он решил увеличить скрытность до максимальной и велел Энгару запустить для основной группы невидимость. Энгару распоряжение не понравилось – он не любил лишнего расхода сил. Олег, в общем, тоже. Но в свете открывшихся обстоятельств ему еще меньше нравилось, что на открытой местности их может обнаружить любой сторонний наблюдатель. Причем практически на любом расстоянии. При этом сам оставаясь незамеченным.

Пришлось дар Солану подчиниться и, поводив, как всегда, руками, он хмуро сообщил, что накрыл Завра магическим пологом вместе со всеми седоками. Чем в очередной раз вызвал у Олега смешанный коктейль из чувств – от детского восхищения до взрослого раздражения из-за творящейся прямо у него на глазах очевидной нелепости, возможной только здесь, на Панге: ну что, скажите на милость, можно, в самом деле, сотворить таким несерьезным способом? Колдуны в Черных Песках хотя бы зелья на кострах варили, коллективные оргии устраивали целыми племенами, создавали для своего действа едва ли не химические лаборатории, а тут? Сколько лет прожил уже Олег на Панге, но привыкнуть к такому все равно не мог. Хотя и прослушал спецкурс для землян о природе здешней магии и, в общем-то, представлял, как оно все теоретически должно было бы функционировать. «Вот такие вот, понимаешь, психологические заморочки по совершенно, казалось бы, ничтожному поводу», – подумал Олег, когда группа снова тронулась в путь.

Впрочем, оснований сомневаться в профессиональных способностях дар Солана у Олега не было абсолютно никаких, и он это хорошо знал…

Четыре часа движения прошли без происшествий.

Олег сверился с картой. Местность сильно изменилась, и ориентироваться было трудно, но все же с точностью плюс-минус в несколько километров определяться было можно. База аборигенов, по словам Энгара, была уже совсем рядом.

– Судя по карте, подходим к какой-то Джунгахоре, – сказал Олег. – Поселок или что-то вроде. Не там ли обитают эти местные рокеры? Что там было раньше?

Старик Локтев помрачнел и тихо выругался. Похоже, ему чем дальше, тем меньше нравилось возвращение в когда-то знакомые места.

– Что там? – повторил Олег.

– Джунгахора… Это северный учебный комбинат, – сказал Ермаков. – Их четыре было. Что-то вроде интернатов. Детский сад, школа, подготовительный курс для ВУЗа… В Городе детский социум был выделен в отдельное сообщество.

– А, – вспомнил Олег вводную лекцию по истории. – Это наподобие как у Стругацких. И у Ефремова.

– Да, – Ермаков кивнул.

– Черт, – Олег помотал головой. – У нас же здесь сплошная фантастика. Все время забываю… И что, оно работало? В смысле, такая система обучения?

Ермаков удивленно взглянул на него.

– Конечно работала! Чего не работать, если есть учителя, программа обучения, и никаких проблем с материальным обеспечением? Программы, необходимые на Земле, разработаны давно, попасть в учителя в Городе было делом почетным – многие стремились; а организовано было с самого начала примерно как в коммунах у Макаренко, на самоуправлении. Так и повелось потом… Отлично все работало. Да ты лучше, вон, Колю с Энгаром расспроси, если хочешь подробнее узнать, они же оба в Городе родились и выросли.

– Здесь? – Олег заинтересованно ткнул пальцем куда-то вперед, в сторону еще невидимой Джунгахоры. Это могло быть весьма полезным.

Энгар покачал головой.

– Нет. Николай западный лицей заканчивал. Я – южный. В западном – бывал, в восточном тоже, а вот здесь как раз – нет.

Мезенцев, не поворачиваясь, – формально он управлял Завром, хотя в данный момент дергать поводья не требовалось – сообщил:

– Я был тут несколько раз… Но так, мельком. Семен Михайлович – и то, думаю, сюда чаще заглядывал: его полигон совсем рядом. Только проку от этого, на мой взгляд, никакого. Все так переменилось за это время… Мы вот сейчас уже так близко, что должны бы опытные площадки появиться – а их и следа нет!

Олег не стал уточнять. Все, в общем-то, и так было ясно. Слабая надежда разузнать предварительно, в какую пасть придется совать голову, развеялась, подобно утренней дымке. Значит, придется, как всегда, лезть вслепую…

Энгар внезапно резко вскинул руку, требуя немедленной остановки. Олег тут же сдублировал команду.

– Что там?

– Люди, – ответил Энгар. – Восемь человек. Справа и слева на скалах. И впереди, в ущелье. Нас они не видят, но чего-то ждут и настроены настороженно.

– Засада или пост? – спросил вслух Олег, еще раз сверяясь с картой. – Судя по всему, здесь единственный пригодный проход в скалах – оставить его без охраны было бы глупо…

Он вытащил переговорник и поскреб ногтем по его «боковой панели», поднося к уху совсем было забытым здесь жестом.

– Омбре, Зег, – сказал Олег.

Почти сразу два голоса негромко откликнулись: «Да».

– У нас впереди по маршруту застава. Видимо, в горле ущелья и на скалах. Проверьте осторожно. Мы пока подождем. Доложите по связи.

«Прогресс, блин…» – подумал он, выслушав подтверждения и засовывая амулет в гранатный карман – место для него не очень подходящее, но на штатной «разгрузке» больше никуда энгаров шедевр передовой магии пристроить не удалось.

Шедевр, кстати, вышел самый настоящий. Олег не удержался, убирая «устройство», подержал его в руке, как бы в задумчивости. А на самом деле просто разглядывая. Что и говорить – игрушка получилась впечатляющая. Полированный брусок в форме до боли знакомого Олегу мобильного телефона. Только без каких бы то ни было дисплеев, кнопок и разъемов. Просто и элегантно. Ничего похожего на те неказистые поленья, что еще утром произвел посредством топора сержант Равий. Разве что вес был несколько тяжеловат – ощутимо больше, чем у настоящего мобильника – Энгар, судя по всему, каким-то образом сжал объем дерева до нужного размера. Увеличив попутно и плотность, отчего «изделие» выглядело теперь отлитым из металла с модерновой имитацией под древесину.

Убрав переговорник на место, Олег повернулся к Энгару, продолжавшему внимательно смотреть в устье ущелья. Стоило кое-что уточнить.

– Ты настолько хорошо их читаешь? – спросил он у Энгара. – Там впереди точно восемь человек, ты не ошибся?

Энгар покачал головой.

– У них нет никакой защиты. Они, похоже, действительно не имеют представления о магии. Я уже говорил, мне это самому странно, но это так. Я могу различить, что их восемь, что им скучно, что они чем-то недовольны и что сидеть им там предстоит еще до завтрашнего утра. Я даже чувствую, что они очень в себе уверенны для часовых на передовом посту, только не могу идентифицировать, в чем причина. Но в целом это обычные люди, и у них нет при себе ничего особенного поспешил он успокоить Олега, увидев, как тот переменился в лице.

– Обычные люди?! Ничего особенного? Черт!.. – Олег крутнулся в другую сторону на спине Завра. – Виктор Петрович! Семен Михайлович! А если там талисман?!

Ермаков и Локтев удивленно посмотрели на Олега. Олег поморгал, глядя на них, и понял свою ошибку.

– Зарапортовался, виноват, – сказал он, отворачиваясь.

Он уселся в прежнее положение и поерзал, устраиваясь поудобнее. «Что-то нервный я сегодня, – подумал он. – Как будто первый раз в деле». Талисман в активном состоянии, – а при живом талисмановладельце иного быть просто не могло – Локтев определил бы еще вчера. Причем любой – при здешней активности Т-поля. Просто Олегу не нравилось, что он пошел на поводу у Ермакова. Да, может, еще сон этот странный давал себя знать – все не шел из головы, отвлекая.

Наконец, переговорник у Олега завибрировал. Олег быстро выдернул его из кармана разгрузки и поднес к уху.

– Да? – сказал он.

– Командир, – доложил Равий. – Это действительно застава. По три человека на каждой стороне ущелья с самострелами и мечами и… танк.

– ЧТО? – переспросил Олег.

– У них там «Харибда».

– «Харибда»?!

Что такое «Харибда», Олег помнил. Тяжелый танк охраны границ, применявшийся для защиты от набегов варваров. Закованное в толстенную броню гусеничное шасси, на котором стоял генератор инфразвука. Батальона этих чудищ на любом направлении было достаточно, чтобы остановить целую армию. Они и останавливали. Несколько нашествий за историю города. Пока пятьдесят лет назад в первый и единственный раз не смогли выполнить свою задачу.

– Что там? – спросил Ермаков, наблюдавший за Олегом. Олег повторил доклад Равия.

– Как они его сюда притащили? – удивился Ермаков. И сам же себе ответил: – Впрочем, понятно, как… Своим ходом.

– Если инфрагенератор в активном состоянии, – заметил Энгар. – Стоит им повернуть регулятор…

– И мы как нас звать-то позабудем… – подхватил Локтев, хмуро глядя в сходящиеся края ущелья. – И побежим во все лопатки. Тут и делай с нами что хочешь. «Харибда», мальчики – это жуткая штука!

Все помолчали.

– Однако, – покачал головой Ермаков. – Серьезно они тут оборону организовали. Если они нас обнаружат, боюсь, драка будет неминуема… Может, попробуем пройти незаметно? В этом случае получим дополнительный эффект от внезапного появления в поселке. Они нас сейчас и так не видят… Энгар, получится сделать Завру «ватные шаги»?

Против ожидания, Энгар задумался.

Олег быстро прикинул диспозицию. В принципе, все было не так уж страшно. Выйти на дистанцию гранатного броска под прикрытием невидимости, и одновременно Равий и Зег глушат стрелков на скалах… Стрелки, впрочем, не главное. Главное – успеть вырубить «Харибду». То, что Олег про данную зверюгу знал, не обещало ничего хорошего – эти танки были специально снабжены антимагической защитой. Значит, Энгару экипаж не достать. Олег пожалел, что не взял в арсенале станковый фазер – оружие, как раз для таких дел предназначенное. Тем более что Зверь Прямого Пути в качестве вьючного животного был не слабее «бэтра». Можно было бы и стрелять прямо со спины. Но – не взял! Значит, остается только одно – подрывать излучатели гранатами. Тот еще цирковой номер, даже с невидимостью. Но делать больше нечего…

– Получится, – сообщил Энгар результаты своих раздумий. – Вес большой, но сделать можно. Потребуется только некоторое время. Минут тридцать. На Побережье мы так легко не отделались бы…

– Б-лин… – выругался Мезенцев шепотом и натянул поводья. Завр встал.

Они как раз миновали стрелков на скалах. Ущелье изогнулось, и впереди, за каменной насыпью, стала видна «Харибда», закрывающая проход.

– В чем дело? – так же шепотом спросил Олег. До танка было еще метров сто, и вряд ли под броней их услышали бы, но практически у них над головами сидели шесть человек дозорных, и уж они-то точно голосам на пустом месте не обрадовались бы.

– Узко, – сквозь зубы ответил Мезенцев, глядя вперед. – Завр не пройдет.

– Что, вообще никак? – удивился Олег. – Вроде же нормальная дорога?

Николай помолчал.

– В принципе, можно проползти… – сказал он. – Но Завр же Зверь Прямого Пути! В нормальном мире он… вроде кита на суше или коровы на льду. Для него такой маневр – высший пилотаж.

– И что?

– Слезать придется!

Слезать означало лишиться невидимости. Камуфлет, конечно, отлично работал в режиме хамелеон, но не на пустом месте, не днем и не на глазах у противника. Точно так же провалилась идея подъехать вплотную к «Харибде» – из-за прикрывающей позицию осыпи. О том, что Завр не приспособлен к передвижению в нормальном мире, никто не подумал. Что, впрочем, было не удивительно – кто же на прямоходах по дорогам-то ездит?!

– Поворачиваем? – спросил Ермаков.

Олег пожевал губу, глядя на танк. Полусферическая башня с разведенными в боевое положение «бутонами» излучателей равнодушно торчала над каменным бруствером, никак не реагируя на их присутствие.

– Энгар, хотя бы одного человека с отдельной невидимостью?.. – с надеждой попросил Олег, берясь рукой за переговорник. Не смотря на то, что ответ он знал заранее.

– Извини, – Энгар покачал головой. – Не получится. Ты же сам знаешь.

Олег вздохнул и поскреб амулет.

– Равий, – чтобы говорить, ему пришлось скрючиться в три погибели и засунуть голову куда-то между колен. – Мы не можем подобраться к «Харибде»: Завр не проходит. Вся операция на тебе полностью и на Зеге. Сможешь?

– А чего? Смогу, – отозвался тоже приглушенным голосом Равий. Загасим стрелков, потом по гребню подберусь к «Харибде». Без проблем.

– Точно? – переспросил Олег.

– Точно. Есть подход. Мне отсюда видно. Олег еще немного подумал.

– Ладно. Только одного возьми в сознании. Чтоб поговорить можно было. Действуй!

Он выпрямился, убирая амулет в карман, и сказал негромко всем:

– Ждем. Потянулись минуты.

Казалось, не происходит ничего. Все так же неподвижно смотрела из-за камней башня «Харибды», заунывно посвистывал ветер, неизвестно откуда и куда здесь дующий. Неизменное серое небо висело над ущельем, подобно потолку. Впрочем, это и был потолок, но к этому факту успели уже привыкнуть.

Олег пристально вглядывался в гребень скалы над «Харибдой», стараясь заметить, когда появится Равий – о том, как они с Зегом управятся со стрелками, он даже и задумываться не стал, все было очевидно – но все равно упустил момент. Сержант возник словно ниоткуда. И не над обрывом, как думал Олег, а прямо рядом с танком. Как у него это получилось, сказать было невозможно – появился и все. А дальше сделал такое, что даже Олег, знавший, на что Омбре способен, от неожиданности выругался. Правда, не вслух, а про себя.

Равий не стал бросать гранату (как предполагал Олег). Вместо этого он совершенно не таясь подошел к машине, вскарабкался на броню и. встав на башне, небрежно ударил несколько раз ногой по крышке люка.

Люк открылся.

Сержант молча пнул появившуюся из люка голову и тут же прыгнул внутрь следом.

– Эх, млин, мастерски это он! – одобрительно крякнул старик Локтев.

Олег посмотрел назад.

Как раз вовремя, чтобы увидеть прицельный прищур и жесткие складки у губ – совсем не по-марктвеновски выглядел в этот момент добрейший Семен Михайлович. Даже на своего тезку Буденного он сейчас походил мало.

На Трех Базах не принято было интересоваться «предыдущей жизнью» друг друга. Что захочет человек – сам скажет, а так – не лезь в душу. То, что Семен Михайлович попал на Пангу пенсионером из семидесятых, знали все. Но вот кем он был до того, в частности, в «сороковые-роковые», оставалось неизвестным. Сейчас, возможно, Олегу приоткрылся маленький кусочек этой тайны. Впрочем, особого значения это в данный момент не имело…

– Плохих не держим, – сказал Олег, поворачиваясь обратно.

И тут же из башни показался Равий, волокущий за собой одного из «танкистов».

– Можно ехать, Коля, – сказал Олег.

– Только у камней все равно слезете, – напомнил Мезенцев, понукая свою животину.

У камней действительно пришлось сгрузиться. И даже снять невидимость – чтобы самим видеть, где находится пряп. Санчес и Отеро Рэм быстро заняли позицию на другом конце прохода, Мезенцев начал протискивать Зверя между камней, а Олег, Ермаков, Энгар и Семен Михайлович подошли к «Харибде».

Они молча остановились, разглядывая неожиданно уцелевший артефакт ушедшей эпохи и как-то единодушно не произнося при этом ни слова. Хотя, наверное, по разным причинам. На вкус Олега, это сильно напоминало минуту молчания.

Да и было отчего.

Вблизи танк больше всего напоминал труп. Над вросшим в землю лишенным гусениц корпусом из потемневшего от времени иридия возвышалась лишь одна исправная деталь – оружейная башня с излучателями инфразвука. Судя по всему, аборигены использовали бронированного монстра в качестве своего рода ДОТа на границе своей территории. Ни на что большее он не годился. Нелепо растопыренной торчала антенна энергоприемника, у неприятно голых катков проросла блеклая местная трава. Вкупе с полной тишиной и открытыми люками все это производило тягостное впечатление, как это всегда бывает при виде брошенной техники. На миг Олегу вспомнились другие виденные им вот так же танки – разбитые, сгоревшие, с сорванными башнями, отброшенными в сторону взрывом боезапаса – на дорогах иного мира…

Напрягшись, Олег отогнал ненужные воспоминания: здесь была Панга, а не Земля. И совсем другая война, закончившаяся полвека назад. Незачем было мешать их друг с другом.

Ермаков неожиданно для Олега достал свой ноутбук, открыл и принялся бегать пальцами по сенсорам, бросая взгляды то на экран, то на танк. Локтев пристроился рядом, тоже что-то разглядывая. Через секунду Олег сообразил, что начальник экспедиции зондирует танк дистанционным сканером своего ноутбука-талисмана, пытаясь получить данные из бортовой электроники. Смысл в этом, конечно, имелся. И даже, в принципе, могли попасться какие-нибудь интересные записи, если бы аппаратура уцелела. Вот только уцелела ли? Судя по лицам что Ермакова, что Локтева, они увидели гораздо меньше, чем надеялись.

Волоча аборигена, к ним подошел Омбре Равий. Пленного Равий держал, завернув ему кисть руки к лопатке. На вид это был совсем пацан. На лбу у него багровела ссадина, а из носа текла кровь.

– Тут все такие, – перехватив взгляд Олега, пояснил сержант. – Лет пятнадцать-шестнадцать. Думаю, у них людей не хватает…

– У нас всех хватает! – дернувшись, оскалился мальчишка. – В нашем холде больше всех воинов! Вас всех убьют! Уй-й!..

– Тихо ты… воин! – Равий усилил захват, заставив мальчишку дернуться и привстать на цыпочки. Тот замолчал, громко хлюпая разбитым носом.

– Энгар, – позвал Олег. – Полечи его. И посмотри вообще – не сломал ли ему Равий чего.

Энгар молча сложил пальцы левой руки в нечто, напоминавшее корзинку и начал водить ей перед пострадавшим вверх-вниз. Тот, побледнев, замер, уставившись на мага, точно кролик на удава.

Омбре, продолжая цепко удерживать свою добычу, оскорбился.

– Обижаете, командир, – протянул он укоризненным голосом, всем видом показывая, что ничего такого допустить не мог, раз приказано было взять языка живым.

Олег, посмотрев на него повнимательнее, воспроизвел взглядом движение руки Энгара: голова… ноги… снова голова.

– Я тебе еще припомню, – пообещал он, кивком указав на танк. – Почему гранату не кинул?

– Да ну, зачем? Мы ж с ними не воюем, – не смутился его подчиненный. – Зачем имущество портить? А люки у них все равно не закрыты были – я со скалы рассмотрел. Я вообще предлагаю этого орла обратно к излучателю потом посадить – чтоб проход продолжал охранять. Мало ли чего…

– Умный, блин… Стратег… – медленно проговорил Олег, продолжая разглядывать своего «замка» так, будто видел впервые. Под этим взглядом Равий все-таки сообразил, что командир не шутит, и смутился: в боевом походе он на подобное не решился бы, а здесь…

– А что? – пришел на выручку молчавший до этого Ермаков. – Мне кажется, хорошая идея. Мы ведь действительно с ними не воюем…

– Решим вопрос, – сказал Олег кратко, не желая углубляться в тему. – Что-нибудь интересное обнаружил? – спросил он у Равия, еще раз кивком указав на танк.

– Нет, – с заметным облегчением ответил тот: удара от начальства не последовало. А мог бы и быть… Причем в прямом смысле – в ухо; разведка – не пансион благородных девиц. – Да там практически и нечего осматривать – весь корпус забит землей и камнями, место есть только в башне. Вот – все, что можно было прихватить…

Он протянул Олегу, держа за лезвие, прямой короткий меч из не лучшего железа, примитивно кованый и с не слишком тщательной шлифовкой. Правда, заточено лезвие было отменно, а рукоять была из наборной кожи – хозяин серьезно относился к состоянию оружия. Но в целом уровень технологии выглядел весьма примитивным.

– Типично для изолятов с тяжелыми условиями обитания, – заметил Ермаков, не отрываясь от экрана. – Блин, что они с машиной сделали? С нее снято вообще все, вплоть до оптических инверторов. Ни электроматики, ни амулетной обвязки – ничего не осталось! Они даже дальномер убрали с излучателя! Как они без него стреляют?! Ну, хоть какую-нибудь зацепку оставили бы для базы данных – ничего же нет!

Старик Локтев молча стоял рядом, выражение лица у него было хмурым.

– А на что им процессор в излучателе? – возразил Равий. – У них стволы вообще застопорены в положении по оси ущелья, на гашетку жать можно не целясь. Как раз от стенки до стенки все перекроет. Им больше и не надо. А насчет зацепки… Там, Виктор Петрович, на казеннике излучателя табличка с заводским номером… – Равий выдал серию цифр. – Попробуйте по нему проверить?

– Вот же елки-палки… – пальцы Ермакова пробежали по сенсорам, запуская поиск. – Техника за гранью фантастики! Легко считывает состояние почти чего угодно, но обычную надпись краской в упор не видит! Спасибо, Омбре.

Талисман пискнул, закончив операцию.

– Так, – сказал Ермаков. – Что тут у нас? Машина из первого батальона. («Ну-ка, ну-ка», – подался ближе Локтев…) Не ожидал. Год изготовления, служба… Экипаж… Нет, не знаю никого, – он посмотрел на Локтева. Тот отрицательно качнул головой. – Последнее место назначения – на западной границе. Ага… На самом острие удара. Вот, значит, откуда она сюда попала. Н-да. А ведь они все там и остались… Любопытно. Впрочем, этим можно заняться и после…

Энгар, между тем, закончил свои малопонятные манипуляции перед замершим аборигеном, после чего небрежно шевельнул пальцами правой руки, а затем сделал ими еще какое-то странное, незаконченное движение, как будто вворачивал лампочку.

– Отпусти его, – сказал он Равию. – Он никуда не побежит. А с носом у него уже все в порядке. Других повреждений нет.

Мальчишка неотрывно смотрел на Энгара, игнорируя всех остальных. Глаза у него были круглые, рот раскрыт. Да, магов здесь, похоже, и вправду не видели…

Олег хлопнул парнишку по плечу.

– Очнись. Сколько вас здесь? Кто старший в селении? Как его зовут?

Мальчишка покосился на него, по инерции шмыгая носом.

– Я ничего вам не скажу!

Олег посмотрел, как идут дела у Мезенцева, и увидел, что тот практически закончил протаскивать Завра через оборонительную полосу.

– Скажешь, куда ты денешься… – сообщил он парнишке. – Энгар, колдани на него «честную речь», некогда нам задерживаться.

Мальчишка знал немного.

Поселок – местные говорили х о л д – носил прежнее имя Джунгахора. А жители его звали себя джунгахорскими тиграми. Внутри себя они делились по каким-то неясным признакам еще на четыре клана. Жили кланы в пещерах с внутренней стороны скал, окружавших долину и превращавших ее в естественную неприступную крепость. Женщины работали на полях, мужчины воевали с другими холдами. Во главе холда стоял великий воин Солтар дар Зорн, живший с лучшими воинами и женщинами в отдельном замке.

Считать парень не умел напрочь, поэтому добиться от него общей численности обитателей холда удалось с большим трудом и весьма приблизительно: не более пятисот и не менее трехсот пятидесяти. Из технического оснащения у аборигенов имелись только роверы и вот эта старая «Харибда», охранявшая вход (мальчишка называл ее «копьем ужаса», понятия не имел, как она работает, и знал только, где нажать спуск и под страхом смерти ничего не трогать больше). Откуда берется энергия, он не представлял, но по некоторым слышанным от старших словам думал, что из Города.

Про Город он знал и того меньше. Вроде бы там правил какой-то Король-Жрец. Дар Зорн вроде бы имел с этим королем время от времени какие-то дела, но сами жители холда считали, что они этому королю не подчиняются, и чем он там занят, не очень интересовались. Впрочем, у них хватало своих забот.

Тиграм Джунгахоры приходилось воевать с жителями нескольких соседних холдов и с обитавшими в многочисленных окрестных пещерах существами, которых мальчишка называл крысюками. И с теми, и с другими дрались насмерть, без всякой пощады. В плен если брали, то только чтобы допросить под пыткой и убить. Единственным исключением служили, понятно, женщины (но не у крысюков). Добрая половина войн шла из-за них.

Как раз сегодня у Тигров был удачный день. Удалось нанести сильный урон соседнему холду, забравшемуся на территорию, которую Тигры считали своей, и дополнительно потрепать подвернувшихся жителей подземелья. Были взяты трофеи, несколько роверов и вдоволь крысюков. По этому поводу вождь объявил всеобщий пир. Этим, кстати, и объяснялось, что на охрану входа выставили только молодых мальчишек: нападения соседей ожидать теперь не приходилось, а с крысюками ребята, вооруженные «Харибдой», легко справились бы. Что может появиться еще кто-то, ни взрослым, ни страже даже не приходило в голову. Оттого «экипаж» танка так легко купился на стук Равия – по их разумении, никто, кроме своих, это быть не мог.

– Но все равно вас убьют! – непримиримо заявил малолетний «тигренок», вынужденный заклинанием Энгара говорить только правду. – Мы всех чужих убиваем, а их телок забираем себе! Я вас не боюсь!

Парнишку трясло, он изо всех сил старался помешать самому себе открывать рот. Но ничего не мог поделать. К концу допроса он побелел до состояния бумаги, взмок от напряжения и был близок к полной истерике.

Олег попросил у Энгара какое-нибудь успокаивающее заклятие и велел мальчишке отправляться обратно на пост – охранять дальше ущелье, пока его напарники не придут в себя через пару часов.

Пацан смотрел на него непонимающе и не трогался с места. Он так и остался стоять все время, пока разведчики грузились на Завра, несмотря на то, что Энгар снял с него магические путы. И только когда на его глазах Зверь Прямого Пути вместе со своими непонятными седоками исчез под пологом невидимости, мальчишка не выдержал. Ноги его подкосились, и он сел прямо в дорожную пыль там, где стоял.

– А он не того?.. – спросил, глядя через плечо, Олег. – Не вырубится? Толку-то его тогда тут оставлять? Может, все-таки, с собой возьмем?

– Да нет, все нормально, – успокоил Энгар. – Это он просто устал. Представь сам, каково ему пришлось? Шок я ему снял и нервное перенапряжение тоже, а физическая усталость пусть будет. А то еще подумает, что все ему привиделось.

– Ну ладно… – с сомнением согласился Олег.

Ему все-таки не очень нравилось, как развивается операция. Он, по крайней мере, дважды уже совершил – как он считал – серьезные ошибки. Сначала – дав себя уговорить Ермакову на неподготовленный контакт, и совсем недавно – когда не подумал о возможном наличии у аборигенов «Харибды» (хвала Емаю – только одной). Останавливало его от немедленного возвращения только то, что, в принципе, справиться с аборигенами – даже и с «Харибдой» – он и его группа были способны без всякого сомнения, во-первых. А во-вторых, в этой экспедиции он был непосредственно подчинен Ермакову, а не придан, как это было бы в случае обычного рейда на Побережье. И обязан был выполнять все распоряжения Ермакова без обсуждения. Так что отдуваться, если что, перед Советом, придется персонально Виктору Петровичу. Хотя, конечно, ему, Олегу Ростовцеву, тоже достанется. Но в любом случае меньше: командует-то сейчас группой не он…

Идти оказалось совсем недалеко. Метров через сто ущелье привело группу в небольшую, с километр в диаметре, долину, со всех сторон окруженную скалами.

Вся центральная ее часть была расчерчена квадратами не то полей, не то огородов, отделенными друг от друга тонкими линиями тропинок. Часть делянок пустовала, на других стояли ряды каких-то красных кустов. Приглядевшись, Олег узнал южный кечуп – сельскохозяйственное растение с нагорий Черной Цитадели, где его выращивали в сходных примерно условиях – только заметно более чахлого вида. Семена кечупа привезены были на Побережье экспедицией Города, его предполагалось выращивать в Поднебесной и Жгучих песках, но освоение этих территорий начать не успели…

На склоны долины взбиралось, упираясь в скальные стены, несколько дорог – или улиц, – заканчивающихся группами разномастных строений, бестолково возведенных без всякого порядка и системы явно на скорую руку. Вверх по скалам, извиваясь, тянулись казавшиеся с такого расстояния ажурными ниточки длинных лесен. Кое-где над крышами поднимались дымки печей.

Но самым главным элементом пейзажа было не это. Посередине долины, уместный тут примерно как пингвин на городской площади, возвышался сказочный диснеевский замок, трепетно вытягивая к небу вычурные стены и башни. Выглядел он как новенький: ни одна линия не нарушена, красная черепица не повреждена, все филигранные зубцы до единого на своем месте – словно только что с картинки. Вот только воронье, кружившее над стенами, выпадало из имиджа.

– А вот и новые хозяева, – сказал Ермаков.

Здесь тоже не надо было напрягаться, чтобы понять, о чем он.

На просторной площадке перед замком у составленных большой буквой «П» столов собралось не иначе как все население долины. Там шел пир. По краям площадки горело несколько костров с перекладинами над ними. На одних висели котлы. На других что-то жарилось на вертелах (впрочем, не требовалось большого ума, чтобы догадаться, что тут можно жарить такого размера…). Суетились женщины, бегали дети. Ажиотаж воронья, носившегося вокруг, стал вполне понятен.

– Что за… нафиг? – спросил Олег, обалдело глядя на замок.

– Здесь парк был для младшеклассников, – пояснил молчавший все это время Локтев. – Навроде Диснейленда.

– Парк? – встрял по своему обыкновению Санчес. Он тоже огляделся. С большим сомнением.

– Здесь лес был, – в голосе Локтева отчетливо прозвучала тоска. – Озеро с островами. Пляжи. Пещеры игрушечные. Дома… вроде бы пустые в лесу. Всякие аттракционы… Ну, во что дети играть любят… Как в Диснейленде. Потому и замок… Он на острове стоял.

– А почему он уцелел? – спросил Олег. Семен Михайлович посмотрел на него удивленно:

– А чего ему сделается? Он же из темпостатированного керамлита отштампован. Талисмана принца работа. Века простоит. Так и было задумано – чтоб пацаны не развалили как можно дольше.

– Ага, – сказал Олег, стараясь не показать смущения. Панга иногда подбрасывала такие вот сюрпризы.

Например, памятник в столице Шертора… Там на постаменте перед ратушей с неизвестно каких времен установлен был танк Т-34 с надписью на башне «За Сталина!» Кто и когда соорудил этот монумент – дознаться не удалось. Известно было только, что давно. Но шерторцы весьма гордились сей реликвией и старательно следили за ее состоянием, регулярно нанимая за немалые деньги магов для поддержания конструкции в порядке. А в самой ратуше вывешена была монументальная – во всю стену – картина, изображающая подвиг, за который удостоилось такой чести изделие советских оружейников. На этом полотне лавина краснозвездных танков врезалась в войско жуткой нечисти, давя рогатых и клыкастых тварей гусеницами и расстреливая из орудий бескрылых ползающих драконов с восседающими на их спинах магами с огненными мечами. Впрочем, на тридцатьчетверках маги тоже присутствовали…

Олег, помнится, натурально ошалел, когда увидел это чудо сюрреализма впервые. Или взять Музей Раритетов в Ландорской Академии, в Ганагане…

– Олег… – прервал его воспоминания голос Санчеса. Олег обернулся.

– Смотри! – Санчес показал рукой на дорогу позади Завра. Он наблюдал за этим сектором.

Олег не сразу сообразил, куда надо смотреть. Он уже открыл было рот, чтобы поинтересоваться, что, собственно, привлекло внимание вольноопределяющегося, но тут и сам увидел.

На дороге за Зверем Прямого Пути оставались следы.

Пока они двигались среди скал и по ущелью, где кругом был сплошной камень, все было в порядке. Но сейчас, на мягкой почве, тяжеленный, как слон, Завр при всем искусстве Мезенцева не мог воспарить над дорогой, подобно облаку. Со стороны это, наверное, смотрелось весьма странно. Если не сказать подозрительно.

– Коля, стой, блин! – велел Олег.

Он показал остальным доказательство их здесь присутствия.

– Незамечеными нам подобраться все равно не удастся. Может, просто снимем невидимость? Какая, к демонам, разница – глушить всех сразу или немного погодя?

– Ну, пока-то нас не видят, – возразил Ермаков. – Даст бог, и дальше не обратят внимания. Зато от неожиданности, может, не сразу кинутся убивать. Тогда можно будет успеть вступить в переговоры.

Ну, имел человек склонность к эффектам, что тут скажешь. Олег и сам этого не чурался. Но третья крупная оплошность подряд вывела его из себя.

– Нет уж, на хрен, шеф! – заявил он решительно. – Там то ли заметят, то ли нет, но как поступят – один Яппур ведает! Зато времени на принятие решения у нас будет с гулькин… хвост! Всяко лучше подготовиться заранее. Пойдем в боевом порядке – среагируем сразу, если что. А у вас, соответственно, будет время начать вступать в переговоры с некоторого расстояния.

– Ростовцев прав, Витя, – подал голос молчавший все это время Локтев. – Нас все равно заметят раньше. Гораздо лучше будет объявиться самим.

– Ну, давайте хоть поближе подъедем! – предложил Ермаков, поняв, что остается в меньшинстве. – Тут же еще полкилометра тащиться! Оно вам надо?

Невидимость сняли, когда до пиршества оставалось метров пятьдесят.

Дальше Олег ехать не рискнул. Уже отчетливо слышно было все, что говорят за столом. По крайней мере, то, что еще звучало разборчиво.

Все, кроме Мезенцева, поспрыгивали с «брони» и разобрались по заранее отработанной схеме.

– Внимание, – скомандовал Олег. – Станнеры на широкий луч. Тридцать процентов мощности. Глушить всех подряд – потом разберемся… Энгар – арбалетчики и защита на тебе!

Надо отдать должное – эффект внезапности получился полный. Почти минуту сидящие за столами никак не реагировали на появившихся из ничего пришельцев.

Затем веселье все-таки закончилось.

Кто-то закричал. Потом еще один. Завизжали женщины.

Часть людей кинулась к роверам, другая часть, опрокидывая столы, начала торопливо строиться с наспех подхваченным оружием. Зазвучала труба, к ней присоединилась другая…

Ну, все как обычно, подумал Олег, наблюдая, как разворачиваются на флангах для атаки две лавы роверов с водителями и вооруженными чем попало воинами. Сунуться под пьяную руку празднующим победу аборигенам, которым сейчас сам Автарк не брат, а Емай и вовсе по колено – какая должна быть реакция? Желающие могут попробовать догадаться с трех раз…

Разведчики, между тем, продолжали неспешно приближались к толпе, взяв станнеры наизготовку. Олег видел сотни устремленных на себя напряженных глаз, оружие в руках, стараясь не пропустить момент начала атаки и в то же время разглядеть жителей Джунгахоры поподробней – это могло пригодиться.

Олег отметил, что среди мужчин практически не было стариков. Да и людей среднего возраста, в общем, тоже. На вид основной части воинов было лет двадцать, не больше. А остальным едва сравнялось шестнадцать-семнадцать – как и тем, в ущелье. Доспехов ни у кого не имелось – ясное дело, кто же в броне за стол садится? – тяжелого оружия тоже. В основном, в руках аборигены сжимали короткие мечи и кинжалы. Ну, и еще, конечно, амперского типа арбалеты: без рессоры, с внутренней пружиной – при езде на роверах самое удобное оружие. Одежда типичная для Побережья: перехваченные в поясе ремнем камизы и штаны-чулки. Но попадались и исключения. Несколько человек были в меховых штанах из шкуры какого-то животного, несколько – в кожаных безрукавках на голое тело, а один, наоборот, в мушкетерской накидке с какой-то вышивкой. И у всех – татуировки, браслеты на руках, какие-то корявые варварские ожерелья на шеях, серьги в ушах. У нескольких на поясе висели прицепленные за волосы человеческие головы – соответствующей степени сохранности.

– О! А вот и предводитель уездных команчей! – воспроизвел Санчес слышанную русскую фразу. И, надо сказать, в данном случае вполне к месту.

Вперед выступил человек, одетый поприличнее остальных. Точнее – побогаче. На нем был хорошо сшитый кожаный костюм, простеганный металлом – наверняка представлявший скрытый доспех наподобие бригантина. У него были роскошные пшеничные волосы и такие же усы. В отличие от остальных, браслеты у него отсутствовали, зато на широкой крепкой шее имелся массивный ошейник не иначе как литого золота, закрывавший ему практически все горло. Выглядел он заметно постарше окружающих – лет двадцати пяти примерно – с твердыми, даже надменными чертами лица, что вкупе с осанкой и уверенностью во взгляде выдавали в нем самого главного в здешней песочнице. Портила его только татуировка на лице, но с этим, как говорится, поделать было нечего. Наверняка по здешним меркам эта особенность считалась дополнительным признаком красоты. В руке предводитель сжимал большой меч совершенно очевидно не кустарной работы.

Роверы, между тем, развернувшись, начали охватывать группу с флангов, явно намереваясь окружить наглых пришельцев, кем бы те ни были.

– Ну что, – заметил Олег негромко, обращаясь к Ермакову. – Самое время вступить с переговоры, вы не находите?

– Да, пожалуй, – Ермаков кивнул. – Ты мне их только в разум приведи…

– Это всегда пожалуйста, – согласился Олег. И скомандовал, не повышая голоса: – По роверам – огонь!

На тридцати процентах мощности станнеры работают практически беззвучно. В течение нескольких секунд слышно было только лязг и скрежет сталкивающихся машин, вой теряющих нагрузку двигателей да обрывающиеся крики парализуемых людей.

Джунгахорцы успели только дать нестройный залп из арбалетов, как вся их мотокавалерия оказалась выкошенной.

Кроме того, Энгар вывесил над группой в качестве защиты от стрел «медузу» – заклинание вообще-то не боевое, а учебное, но в данном случае подходящее в самый раз: багровая, слабо светящаяся клякса несколько метров диаметром со свисающими по окружности такого же цвета нитями. Все арбалетный болты были перехвачены этими нитями и демонстративно втянуты внутрь центрального тела.

После чего, собственно, все кончилось. Над полем несостоявшейся битвы повисла полная тишина. Настолько полная, что слышно было потрескивание дров в кострах.

– Прошу вас, Виктор Петрович, можете работать, – любезно предложил Олег, не выпуская, впрочем, из поля зрения замерших напротив аборигенов с вождем во главе. – Остальным – не расслабляться!

Команда была совсем не лишней. Несмотря на то, что аборигены выглядели прочно впавшими в ступор, они вполне могли решиться на какой-нибудь отчаянный шаг. Например, решить героически умереть, бросившись внезапно в атаку. Олег достаточно поколесил по Побережью, чтобы ожидать такой возможности. Да и сам бы он, на их месте, предпочел бы гибель в бою – еще с той, земной войны. Нравы подобных диких изолятов не располагали к сдаче в плен.

Ермаков, между тем, забросив станнер за спину, вышел вперед, держа перед собой пустые руки, международным жестом показывая, что безоружен.

– Мы пришли с миром! – сообщил он, останавливаясь напротив предводителя. – И если ты – вождь Джунгахоры Салтар дар Зорн, я хочу говорить с тобой!

– Кто вы? – хрипло спросил в ответ тот. Голос его прозвучал твердо, он не отвел взгляда от пришельца, и только стиснутые на рукояти меча пальцы показали, чего ему стоила эта уверенность.

– Мы пришли снаружи. Барьер стало можно преодолевать. И мы хотим знать, что здесь происходит после пятидесяти лет…

– Ты лжешь, порождение Автарка! – перебил его вождь, и его большие глаза стали еще больше. – Снаружи нельзя прийти! Там ничего нет! Только мы остались здесь в живых! Убирайся обратно в свою Страну Мертвых! Я не побоюсь сразиться с тобой! И твое оружие меня не испугает! – он вскинул вертикально свой меч, ухватив его обеими руками.

Олег, ждавший этого, перевел регулятор мощности станнера на максимум, слегка опустил ствол и нажал на спуск.

Это был один из давно отработанных трюков, хорошо действующий хоть в предгорьях Поднебесной, хоть в оазисах Черных Песков, хоть в деревнях Южного Берега.

Станнер немелодично взвыл. В метре от строя аборигенов широким полумесяцем взвилась пыль, а по стоящим в переднем ряду с очень ощутимой силой ударила землянная крошка. На максимуме широкого луча станнер обладал убойной силой противоснайперской винтовки калибра 12,7 мм, и им можно было завалить и Завра. Причем – насмерть.

– Стойте!.. Стойте!

Слабый дребезжащий голос раздался откуда-то сбоку. Сгорбленная фигурка в бесформенном балахоне, опираясь на кривую клюку, выбралась из-за строя аборигенов и, торопливо ковыляя и размахивая рукой, устремилась в промежуток между двумя отрядами.

– Остановитесь! Салтар! Они нас не тронут! – надсадно выкрикивало непонятное существо. – Остановись! ВИКТОР ПЕТРОВИЧ! ДЯДЯ СЕМЕН! КОЛЯ МЕЗЕНЦЕВ!! Не стреляйте! Не стреляйте!

Это оказалось так неожиданно, что все присутствующие замерли как один, молча глядя на это явление нового персонажа. Причем у Ермакова, Локтева, Энгара и Мезенцева лица были практически такими же, как у воинов с противоположной стороны: никто ничего не понимал.

Олег быстро оглянулся на своих бойцов и с удовлетворением отметил, что эти – не отвлеклись. Продолжали следить за своими секторами и даже, похоже, ухом не вели.

– Куда ты лезешь, старая?! – рявкнул вождь. – Уйди прочь!!.. Старуха резко повернулась в его сторону.

– Убери оружие, Солтар дар Зорн! – с не меньшей яростью отозвалась она. – Они никого не убили! И не убьют! Они вообще никого не убивают! («Гм», – подумал Олег) Это – НАШИ!!

– Что ты плетешь?! – предводитель, видимо, никак не ожидал ничего подобного от какой-то старой карги: он заметно растерялся. – Посмотри! – он ткнул мечем в сторону лежащих недвижно тел вперемешку с роверами. – Половины Джунгахоры больше нет! Какие это наши?!

– Дурак! – взвизгнула старуха. – Ты забыл все, чему я вас учила?! Скоро все очнутся! Немедленно убери оружие! И прикажи встречать их, как самых дорогих гостей! Это пришло спасение!

Предводитель в полном удивлении уставился ей вслед. Услышанное, похоже, не укладывалось у него в голове настолько, что он даже про Ермакова забыл, опустив меч. И произнес совершенно неуместную для вождя фразу:

– Ты спятила, бабка Ирма?

Но старуха его уже не слышала. Она продолжала ковылять к разведчикам, изо всех сил налегая на свою клюку. Лицо ее было совершенно безумно.

– Наши… – бормотала она, не замечая катящихся из глаз слез. – Господи… Наши!.. Дядя Витя… Семен Михайлович… Коленька!.. Живые! Столько лет… И все такие же… Дожила… Дождалась… Счастье-то…

– Не расслабляться! – хлестнул своих командой Олег, не разжимая зубов. Ситуация сложилась донельзя скользкая. Возникшая неопределенность могла разрушиться в любой момент. И в какую угодно сторону. И этот момент упустить было нельзя.

И тут Олег услышал голос Локтева. Голос был такой, словно тауметрист внезапно охрип.

– Ирма? – не веря себе, произнес он. – Ирма… Данске?!

– Дядя Се… – сказала старуха, протягивая к нему свободную руку. – Семен Михайлович! – поправилась она, падая Локтеву на грудь и заливаясь слезами. – Как долго вас не было!..

Локтев неловко попытался подхватить ее.

Следом, сгоняя с лица потрясенное выражение, шагнул Ермаков.

А Мезенцев просто прыгнул прямо с загривка Завра, бросив поводья, и вот уж на его-то лице выражение ничем скрыть было нельзя. Похоже, он о нем просто забыл.

– Внимание! – выдохнул Олег, поняв, что тот самый момент вот-вот настанет.

Но стрелять не пришлось. Никто из аборигенов не двинулся с места, не сказал ни слова. Все они, включая предводителя, точно забыв о направленном на них оружии, как один, глядели теперь, как Локтев и Ермаков обнимаются с Ирмой, а Мезенцев замер рядом с ними, отчего-то не решаясь подойти ближе. И невооруженным глазом видно было, что джунгахорцам сейчас совсем не до драки.

– Ну, пронесло, кажется, – с облегчением произнес Санчес, чья натура не могла вынести долгого бездействия. – А то уж я думал, опять как всегда…

В принципе, Олег был с ним согласен. Но расслабляться пока все равно не стоило.

– Отставить! – бросил он Санчесу, не оборачиваясь. – Нехрен ворон считать – ничего еще не кончилось!

И – как пальцем в небо – попал.

Ирма внезапно замолчала и начала оседать на землю. Ермаков с Локтевым попытались ее удержать, но она безвольно повисла на их руках, как тряпичная кукла.

А потом тишину прорезал крик Коли Мезенцева:

– Олег!.. Скорее!.. Энгар… Она умирает!

Опасения Олега не оправдались. Обошлось без эксцессов.

Ирма, конечно, не умерла – нужно было очень постараться, чтобы сделать это в присутствии такого мага, как Энгар. Но повозиться ему пришлось. Два часа он штопал ауру – или чему там полагалось быть. Олег в этом не очень разбирался, все его познания в данном вопросе ограничивались общеадаптационным курсом, прослушанным после появления на Трех Базах – и все эти два часа джунгахорцы тихо топтались в отдалении, наблюдая за ходом операции и разговаривали только вполголоса. Даже те, что едва успели прийти в себя после действия станнеров.

Никто не тянулся к оружию, не демонстрировал явной угрозы и уж тем более не пытался напасть. Впрочем, может быть, этому способствовала все еще висящая над разведчиками «медуза», которую Энгар оставил то ли за недосугом, то ли вполне сознательно. Но, в принципе, в любом случае это смотрелось хорошим признаком. Уже завтра, как по опыту знал Олег, ошеломление от их внезапного появления пройдет, поведение аборигенов вернется в привычные для них рамки, но мыслей убить пришельцев у них, скорее всего, не появится. По крайней мере, не сразу…

Одним словом, контакт был разыгран по одному из стандартных сценариев, и в этом плане ход экспедиции можно было считать успешным.

Тем не менее, им, безусловно, сильно повезло, считал Олег, разглядывая смирных, как овечки, варваров. С первой попытки, абсолютно наугад, без всякой подготовки – и сразу попасть на человека, который наверняка знает всю здешнюю подноготную. В этом смысле Ирма – сущий клад. Ермакову, без сомнения, будет, что предъявить Совету в качестве результата своей авантюры.

Однако безбашенность начальника обескураживала. Олегу раньше не доводилось работать с ним в одной команде, и он только сейчас мог реально оценить, что стоит за теми легендами, что рассказывают о Ермакове на Трех Базах. Олег мог поклясться, что, устраивая этот незапланированный рейд в Джунгахору, Виктор Петрович уверен был в его исходе! Причем именно в случившемся, а не в контакте с аборигенами, который сам он выдвигал в качестве основной цели, несмотря на логичные объяснения маловероятности встретить хоть кого-то из уцелевших горожан.

И уверенность эта была такова, что Ермаков убедил их всех отправиться в этот поход, вопреки тому, что никто изначально им такой задачи не ставил. Олег вообще подозревал, что когда Совет формировал состав экспедиции, ни у кого и в мыслях не было, на что они здесь наткнутся! Считалось, что под Куполом не сохранилось ничего живого.

Тем не менее, именно Ермаков, судя по всему, настоял на включении в команду группы армейских рейнджеров – хотя вполне можно было обойтись гражданскими специалистами. В инструментальной разведке, какая первоначально предполагалась, от них было бы куда больше толку, чем от ребят Олега, качественно способных только резать глотки да лазать за языками.

Спрашивается – на чем основывался Ермаков в своих действиях? Информации о Куполе реально не было никакой ни у кого. Значит, получается, чистая интуиция. Куда тогда смотрели в Совете? А с другой стороны – вот он, результат, говорящий яснее ясного, что прав Ермаков. Сам Олег не был на такое способен. И совершенно не мог представить, как можно планировать серьезную операцию, ориентируясь не на факты, а даже – не понятно, собственно, на что? И при этом добиваться результатов!

Вывод же из данных размышлений оказался для Олега неожиданным, но зато вполне конкретным. Ермаков не просто авантюрист. Точнее говоря – вовсе не авантюрист. Еще точнее – не авантюрист в общепринятом смысле, но как раз авантюрист в смысле строго научном.

Если таковой, конечно, имелся. В чем Олег не был уверен, но училищный преподаватель людей, подобных Ермакову, называл «волшебниками». И относил к редкой категории индивидов, могущих не только различать возможные варианты ситуации на много ходов вперед в сравнении с большинством людей, но и способных – и, более того, предпочитающих! – действовать согласно именно этому своему видению, а не общетрадиционной картине мира. Разумеется, преподаватель это не так объяснял, а более по науке, ссылаясь при этом на какие-то закрытые исследования, но смысл был примерно соответствующий.

Олег тогда это выслушал, запомнил, как занятный факт, и впоследствии никогда больше к нему не возвращался: не было повода. Да и преподаватель, завершая рассказ, честно предупредил, что с подобным феноменом они вряд ли когда встретятся на своем уровне рядовых офицеров – уж слишком он в чистом виде редок. Но информация не помешает. На всякий случай. И вот, похоже, Олег с чем-то подобным столкнулся здесь, на Панге, черт те как – или куда? – отдаленной от Земли. А по некоторым представлениям, и вовсе в иной жизни. Или не столкнулся? Все-таки информации, достаточной для размышления, не обязательно должно хватать для произведения твердых выводов – это им в училище еще на первом курсе велели запомнить.

А разъяснить этот вопрос, пожалуй, надо было с самой насущной необходимостью. Чтобы знать, чего стоит ожидать от начальника в дальнейшем в случае чего. Потому как, ежели он обычный, все-таки, авантюрист – так это одно. А если, гм… необычный – тогда уже совсем другая разница…

Олег в задумчивости посмотрел на Ермакова.

Словно почувствовав этот взгляд, начальник экспедиции повернулся и подошел к Олегу. Вид у него был откровенно довольный.

– Ну, задачу мы выполнили, – сказал он. – Удачно! Завтра возвращаемся, как только Ирма в норму придет. А пока пойдем, побеседуем с местным населением… Нужды у нас, конечно, теперь особой в них нет, но не терять же задел… О будущих посещениях хотя бы договоримся.

– Угу… – согласился Олег, присоединяясь. Они вдвоем направились к продолжавшим толпиться поодаль джунгахорцам. Олег спросил: – Виктор Петрович… Эта Ирма – кто она?

– Ирма? – переспросил Ермаков. Помолчал, потом ответил: – Ирма Данске. Лучший ювенолог Города. Здесь, в Джунгахоре, головная лаборатория была. Да и преподавала она тут тоже. Красивая была девчонка! Как уцелела – не понимаю…

– Ювенолог?

Ермаков покосился на Олега неодобрительно.

– Стыдно, юноша! – сказал он строго. – Отсутствие эрудиции не украшает офицера. Ювенология – наука о продлении, сохранении и возвращении молодости. Существует даже на Земле. А в наших условиях – так и вовсе одно из основных направлений медицины.

Олег поднял руку и почесал в затылке.

Собственно, ничего нового он сейчас от Ермакова не услышал.

В свое время, когда Олег только попал на базу Черной Цитадели, его весьма впечатлил тот факт, что возраст многих жителей ее превышает сто лет. При том, что выглядели все лет на сорок. А то и моложе. Хотя, конечно, встречались старики вроде Локтева – но это были исключения.

Объяснение у данного факта было простое. Даже два. Талисманы, во-первых. Магия, во-вторых. Талисманы, как оказалось, консервировали состояние своего оператора и могли поддерживать его в таком виде неопределенно долго. Причем, чем мощнее был талисман, тем лучше он с этой задачей справлялся. Магические же заклинания и вовсе творили в этой области чудеса, позволяя превратить дряхлого старца в полного жизни юношу. Да при этом еще исправляя любые физические увечья и недостатки. При таких условиях понятно – можно было, как сказали бы в Одессе, жить хоть сто лет. И даже много больше.

Сложность была не в этом. Во всяком случае, для Олега. Поначалу он никак не мог нормально относиться к тому, что сослуживцы и коллеги, с которыми он работал бок о бок и которыми приходилось даже командовать – зачастую в несколько раз старше его. Но выглядят при этом его ровесниками. А то и младшими, по сравнению с ним! Только со временем данный факт перестал его доставать. Особенно после того, как пару раз он на себе испытал действие реанимационной магии – в результате неудачных «выходов» на Побережье.

Но иногда разница привычного и реального внезапно вновь давала себя знать. Вылезая, вот как сейчас, откровенным диссонансом. И Олегу эти моменты никакого удовольствия не доставляли.

Ермаков, искоса наблюдая за Олегом, видимо понимал, о чем тот думает.

– Не переживай, – утешил он с усмешкой, присовокупив ходячую на Трех Базах поговорку: – Трудно только первые сто лет – потом привыкнешь…

– Да уж… – проворчал в ответ Олег и вынужден был прекратить разговор, поскольку они уже приблизились к джунгахорцам, настороженно их поджидавшим.

– Пойдем, вождь, поговорим, – просто предложил Ермаков, с ходу беря быка за рога.

Не давая никому времени на размышление, он прошел к стоящим неподалеку роверам и уселся боком на колесо одного из них, жестом предлагая последовать своему примеру. Олег, придерживая станнер, устроился на седле соседней машины. Салтар дар Зорн и еще несколько человек, чуть помедлив, расположились таким же способом напротив.

Ермаков обвел взглядом их насупленные лица.

– Завтра мы уйдем обратно, – сказал он. – И Ирма отправится с нами. Но перед тем нам нужно будет рассказать вам о том, что делается снаружи. Поэтому я хочу с утра собрать всех жителей вашего холда – чтобы не было не слышавших. После того мы решим, иметь нам дело друг с другом или нет и каким образом. Но это завтра. А сейчас я хочу знать, есть ли еще в Джунгахоре кто-то из уцелевших стариков? Из тех, кто жил здесь раньше в Городе.

– Нет, больше никого нет, – глухо ответил дар Зорн, исподлобья разглядывая Ермакова с Олегом. – Старая Ирма была последней. Что вы собираетесь с нами делать?

– Ничего. Расскажем о жизни снаружи, если захотите – будем друг с другом торговать. Можем вывести вас из под Купола, если вы так решите. Там, правда, никто вам не обрадуется, не буду врать. Но Панга велика, и на ней достаточно мест, где можно жить ни с кем не воюя.

– Как это – не воевать?! – один из сидевших вместе с дар Зорном выпрямился, устремив на Ермакова пронзительный взгляд, подошедший бы горному орлу. Рука его при этом чисто рефлекторно ухватилась за прицепленный к поясу боевой топор. Как понял Олег, это был один из клановых вождей. – Мы мужчины, а не женщины!

– Да воюйте на здоровье, – Ермаков пожал плечом. – Если хотите. В мире этого дела хватает с избытком. Просто если вы там попробуете жить как здесь – вас быстро перебьют всех до единого: вас до смешного мало для серьезной войны. Да вы, по сути, и не знаете, что это такое на самом деле – настоящая война. Так что не спешите с выводами.

– Мы знаем, что такое настоящая война! – возразил другой вождь, тоже бросив на Ермакова хмурый взгляд. – Если бы вы сражались с нами честно, не прикрывались колдовством – вы бы нас не победили!

Олег с Ермаковым хмыкнули не сговариваясь.

– Да, – признался Ермаков. – Но мы вас победили. И если потребуется, победим еще раз. Хоть сейчас, всех шестерых и насмерть – не хочу иметь дела с дураками, – он без перехода внезапно уперся взглядом в соседей дар Зорна. – Новые вожди, наверное, после этого будут вести себя умнее!

Предводитель Джунгахоры жестом остановил своих соратников. Какое-то время все молчали. А потом дар Зорн произнес:

– Я услышал, что вы что-то предлагаете… Но вывести за Купол – у нас означает умереть, и никто к этому не торопится. А что такое «торговать»?

Олег на этот вопрос только вздохнул. Это была типичная ситуация для подобного изолята. Уж чего-чего, а их Олег успел насмотреться, вдоволь полазив по весьма отдаленным закоулкам пангийской цивилизации. Ермаков же весело расхохотался, откинувшись назад на колесе. И даже хлопнул себя руками по коленям.

– Ну вот, вождь! – пояснил он дар Зорну, отсмеявшись. – Это уже серьезный вопрос! Об этом можно вести переговоры…

Переговоры затянулись до темноты. Не из-за каких-то особых сложностей. Просто для джунгахорцев была непонятна половина того, о чем рассказывал Ермаков. А во вторую половину они не желали верить. Их замкнутый мир был физически урезан до минимума, и соответственно этому минимуму были и представления живущих в нем.

Размеры планеты, количество людей, ее населяющих, элементарно не укладывалось у аборигенов в голове. Как и отсутствие Купола над головой. По местным представлениям, мир был уничтожен пятьдесят лет назад колдунами во главе с Акино Проклятым, желавшим всеобщей гибели. И только горстка храбрецов под предводительством Великого Корга сумела спастись. С тех пор под Куполом существовал культ Корга-Спасителя, считавшегося на данный момент богом, в Городе имелось святилище – гробница Великого Корга, в котором совершались ежегодные жертвоприношения. Души же проклятых колдунов в наказание за злодеяния вселены были в крысюков и осуждены на вечное в них пребывание. Отчего и ненавидели людей, и с ними шла война не на жизнь, а на смерть.

Предполагалось, что когда-нибудь светлый Корг-Спаситель восстанет из своего святилища и спасет всех окончательно: разомкнет Купол, сотворит новый мир, выведет в него людей, а крысюков замурует в Куполе на вечные времена. Но это экстраординарное событие ожидалось не раньше, чем через тысячу лет, а пока всем следовало жить по справедливым порядкам, установленным Коргом, приносить жертвы и воевать с крысюками.

При таком раскладе что-либо объяснить аборигенам было крайне проблематично. Например, что Корг-Варвар, первый срединный король, на самом деле умер и похоронен вовсе не здесь, а где и положено – в Эльсане. Что он умудрился уцелеть в битве при падении Блистающего Града и погиб совсем в другом месте и по другому поводу. А уж про то, что он никогда не был никаким спасителем – не стоило и заикаться.

Впрочем, первичные переговоры не предназначались для исчерпывающих объяснений. Смысл их был в элементарном знакомстве друг с другом, в самой возможности разговора. Ермаков эту задачу отлично выполнил, напоследок раздав вождям «рекламные» проспекты с цветными фотографиями видов Побережья, распечатав их из своего ноутбука. Наутро пообещав показать всем обитателям холда документальный фильм о жизни внешнего мира.

– Пусть думают, – сказал он Олегу, когда они расстались с джунгахорцами. – К утру, глядишь, до чего-нибудь дозреют.

– До чего вот только? – хмыкнул Олег.

– Да не принципиально. Главное – чтоб определились. В любом случае в следующий раз к ним можно будет приходить вполне открыто, даже если они твердо решат считать нас посланцами Акино Проклятого и не иметь с нами никаких дел. Разговаривать-то все равно станут. Но мне кажется, Дар Зорн вполне вменяем…

– Да, пожалуй…

К ним, торопясь, от уже развернутого лагеря подбежал Санчес.

– Командир! Виктор Петрович… Там Ирма… Она в себя пришла, хочет вас видеть.

Ермаков хмыкнул.

– А Энгар что говорит?

– Ну, что поговорить можно. Потом он ее усыпит.

– Ну пошли, если так…

Ирма лежала в палатке, закутанная в спальник, и походила на мумию настолько, что Олег поежился. Но выглядела она все же достаточно бодро. А при виде вошедшего Ермакова счастливо улыбнулась беззубым ртом. Рядом сидел Энгар, держа ее за руку и считая пульс.

– Можно, – сказал он Олегу и Ермакову. – Рано ей еще пока разговаривать, но я все держу под контролем.

Ермаков присел рядом со спальником.

– Здравствуй, Ирма, еще раз! – он улыбнулся. – Ну, как ты?

– Хорошо, Виктор Петрович! Так хорошо, что я уже и забыла, что так может быть!.. Скажите… Вы ведь не бросите их? Нет? – она с надеждой перевела взгляд с Олега на Ермакова и обратно. – Не бросите?

– Нет, конечно, – успокоил ее Ермаков. – Раз уж мы сюда добрались – будем заниматься. Только уже следующая экспедиция, настоящая. Мы же всего лишь разведчики… Ты что-то хотела сказать? Это важно?

– Да! – заторопилась Ирма. – Да! Мы вывезли все материалы лаборатории… Все отчеты по программе, темпостаты с образцами… Когда все произошло – мы успели… Каким-то чудом… Контейнер спрятан на краю Полигона – совсем рядом. В подвале главного корпуса. Ключ там же… На верхнем этаже… Вы сможете продолжать работы! Мы все сохранили!..

– Хорошо. Я понял. Успокойся, – Ермаков коснулся ее высохшей руки. – Мы заберем контейнер. А работы ты сама продолжишь, – он улыбнулся. – Какие твои годы? Забыла?

Ирма несколько секунд смотрела на него, ничего не говоря. Потом по старчески, перхая, засмеялась.

– И точно, забыла! – призналась она и хихикнула. – Совсем старая стала, ничего голова не помнит! Все время себе твердила, что это самое важное, чтоб не забыть – и вот… Как думаете, склероз или маразм?

– А какая, к черту, разница? – рассмеялся в ответ Ермаков. – Сдадим тебя в госпиталь в Эбо – через год станешь как новенькая. Или даже моложе, если захочешь. Будешь мужикам головы крутить. Еще сюда вернешься – мы же Лабораториум будем вскрывать, специалисты потребуются.

От избытка чувств старуха только всхлипнула.

– В Эбо… – повторила она. – Полигон сохранился? Значит, вы там теперь, в песках?

– Не только. Полигон Эбо, Ласточкино Гнездо в Цитадели, Плато Ветров в Поднебесной. Две экспедиции и испытательная база. Наиболее оснащен, конечно, Полигон – там у нас что-то вроде столицы. Раз в месяц ходят караваны на ЗИП. Живем… Скоро сама все увидишь. Мы завтра сворачиваемся. Делать нам здесь больше нечего – надо будет готовить большую экспедицию. С Салтаром я, в принципе, о связи договорился. Утром окончательно утрясем.

Ирма слушала, что он говорит, с жадным вниманием, беззвучно повторяя произнесенные названия.

– Сколько тогда уцелело? – спросила она, когда Ермаков замолчал.

– Те, кто был на базах. В сумме человек триста. Потом прибавилось… Дети… С Земли еще появился кое-кто. Вот Олег у нас такой – десять лет уже, еще есть… Сейчас около семисот человек. Было одно время побольше, да случилась на южном Побережье война не так давно, пришлось нам в ней поучаствовать.

– Талисмановладелец? – спросила Ирма.

– Нет, слава богу, – Ермаков качнул головой. – Маг один. Колдун даже. Но силы необыкновенной. И подбираться начал к Цитадели – а нас это не устраивало.

– Понятно… – сказала Ирма. – Молодцы вы. Не пропали. Я на вас так надеялась… Но вы, Виктор Петрович, все-таки контейнер заберите с нашими материалами. Мало ли что… Он там хоть и в пустынном месте лежит, а я вот все равно уже бояться начинаю. Там ведь весь проект «Геном». И «Малыш». И АГ-19. Все практически законченное. Вы же знаете, насколько это важно… У меня все эти годы, пока вас ждала, душа просто не на месте. Контейнер не очень большой, ваш прямохо-дец его спокойно унесет. Там килограмм полтораста…

– Да, это действительно важно, – медленно кивнул Ермаков. – Можно будет, пожалуй, с утра выслать группу… Олег, съездишь? Тут и в самом деле недалеко. Возьмете тяжелый ровер, привезете. Ключ только там не оставьте, а то вскрывать замучаемся. Это ж, как я понял, контейнер высшей защиты? – спросил он у Ирмы. Та кивнула.

– Можно съездить, – согласился Олег. – Только надо кого-нибудь, чтобы дорогу показывал. Я ж местности совсем не знаю. И где там главный корпус на полигоне?

– Договорились! – решил Ермаков. – Возьмешь своих орлов и кого-нибудь еще… Локтева, видимо, больше все равно некого, да он и знает там все. А мы, тем временем, тут общее собрание проведем. А скажи-ка мне еще, Ирмочка… – это обращение выглядело дико, но Ермаков, видимо, выговоривший его машинально, даже не заметил нелепости. Да и Ирма, кажется, тоже. – Кто-то еще кроме тебя здесь есть?

– Никого, Виктор Петрович, – после паузы ответила Ирма. – Лет десять назад в западных холдах были еще, кажется, двое. Передавали мы друг другу приветы. Но уже несколько лет ничего не слышно. А больше никого из стариков. Население в холдах быстро обновляется. Вы ведь, наверное, уже заметили, что тут одни мальчики почти. Сама удивляюсь – как я-то уцелела. Тут ведь такое было!..Такое!..

Ирма зажмурилась и замотала головой, вцепившись пальцами в спальник. Из-под плотно сжатых старческих век побежали слезы.

– Все! Хватит! – резко сказал Энгар, сидевший до этого без единого звука, и, нагнувшись, провел ладонью над лицом старухи. Та замерла на миг с нелепо запрокинутой головой. Потом обмякла. Черты лица расслабились, дыхание сделало тихим. Слезы еще блестели на ее щеках, но она уже спала.

– Нельзя больше. Вредно. Мелочь какую-нибудь узнаете, а организму напакостите. И неизвестно еще, как он восстановится. Тут и так-то все запущено до крайней степени…

– Что, совсем плохо? – насторожился Ермаков.

– Да не то чтоб совсем… – Энгар с всегдашней своей невозмутимостью задумался. – И здоровье-то, и возраст восстановят. А вот с памятью… Думаю, процентов тридцать пропадет безвозвратно, еще столько же исказится. Детство будет помнить, молодость. Нашествие, скорее всего, тоже. А вот от здешней жизни после всего – не больше половины воспоминаний останется, наверное.

– Так, может, оно и к лучшему? – спросил Ермаков. Энгар пожал плечами. Все постояли, не говоря ни слова.

– Ладно! – нарушил тишину Ермаков. – Ты мне вот чего скажи: за ней присмотр ночью нужен будет? – он кивнул на Ирму.

– Да нет, – Энгар качнул головой. – Я ее надежно усыпил. Без проблем!

– Ага! – Ермаков радостно оживился. – Тогда ты мне связь обеспечь! Как обещался! Передай, что завтра днем возвращаемся. Пусть готовят срочно транспорт на юг. Обязательно чтоб с врачом – для Ирмы. И пусть обеспечат мне немедленно по возвращению дальнюю связь! У меня будет важный доклад Совету.

– Хорошо, Виктор Петрович, я передам.

Ночью Олегу опять приснился прошлый дурацкий сон.

Ну, не совсем прошлый. Но мозаика под ним была похожа. И даже, кажется, зонду удалось спуститься пониже. Или включить увеличение на своих телекамерах – стало можно приближать изображение.

С некоторым удивлением Олег разглядел под собой круглую долину Джунгахоры с несуразным диснеевским замком, сжатые и засеянные кечупом поля, геометрические черточки поливных каналов, разбегающиеся от скважины в центре долины, даже саму скважину, уходящую вглубь земли и берущую начало в подземном озере, расположенном в огромной пещере.

От пещеры в разные стороны ветвились причудливые ходы, образовавшиеся в неведомые геологические времена. Ходы соединялись с другими пещерами в разных частях подкупольного мира. И во всех этих пещерах двигалось множество живых созданий, представлявшихся Олегу светящимися точками. Как внезапно понял Олег, это означало, что создания эти разумны. Тут он сообразил, что это, должно быть, те самые крысюки, с которыми воюют джунгахорцы, и ему стало интересно, что же эти твари там делают.

И он тут же увидел.

Закутанные в свои традиционные балахоны, не иначе как заимствованные действительно у песчаных дервишей, отряды крысюков двигались куда-то, сжимая в лапах странное оружие с причудливыми клинками. Их (крысюков, а не клинков) было очень много. Олег даже удивился, сколько. Он увидел, как они накапливаются в каких-то комнатах, совсем рядом с поверхностью, как слаженно, по команде, врываются через узкие отверстия в соседние пещеры и набрасываются на других существ, цвет чьего разума заметно отличался от их собственного. Все вокруг заполнил шум боя, крики раненых и умирающих, запах крови и лязг металла, смешавшиеся в неверном свете факелов.

«Ни хрена себе, кино!» – подумал Олег, подскакивая и садясь на своем спальнике.

В глаза ему ударил тусклый свет энгарова фаербола, выполняющего роль ночника. За плечо Олега тряс дежуривший в этот час Санчес.

– Командир! Командир! Тревога! Крысюки со всех сторон!

Олег ошалело помотал головой, отгоняя ошметки «пророческого» сновидения и, ругнувшись сквозь зубы, со станнером в руке вывалился из палатки.

Снаружи ничего не напоминало только что виденный сон. Во-первых, тут было темно. Как у негра в… Африке ночью. Во-вторых, доносившийся со всех сторон шум свидетельствовал, что там и вправду сражаются. Кроме того, в разных концах хаотично мельтешили огоньки фонарей и факелов. В паре мест что-то даже горело. Больше ничего разобрать было невозможно.

– Энгар!..твою за ногу! – выругался Олег, безрезультатно пытаясь хоть что-нибудь различить во тьме. – Где тебя носит?!

Он принялся вертеть головой по сторонам в поисках мага, но тут у него в глазах что-то мигнуло, и плавно появилась зеленоватая, как в ноктовизоре, картинка – это Энгар как раз задействовал заклинание ночного зрения.

Олег поморгал, чтобы дать глазам освоиться, и снова, на этот раз уже по-настоящему, огляделся.

Вся экспедиция уже стояла возле палатки. Оружие было наизготовку и, надо полагать, ночное зрение тоже. Во всех четырех клановых поселках и в самом деле шел бой. В замке, судя по всему, тоже. Там свет электрических фонарей (спасибо Городу за наследство) перемешался с коптящими огнями неведомо из чего сделанных факелов. Густо мелькали причудливые тени. Кроме того, какие-то отряды плотными группами перемещались по дну долины – по полям, не разбирая дороги и не пользуясь никаким освещением. Один из них прямиком несся как раз на лагерь экспедиции. И не нужно было быть эльфом, чтобы разглядеть закутанные в балахоны знакомые фигуры. Картина, в общем, была вполне ясная.

– Коля, Локтев, Энгар! – скомандовал Олег. – Охраняете лагерь! Не подпускать никого! Остальные – за мной!

Отдав эту команду, он закинул станнер за спину и побежал в сторону замка, минуя наступающий на лагерь отряд. С ним он связываться не собирался. Позади затопали ботинки остальных.

– Что думаете делать, Ростовцев? – крикнул, нагнав его, Ермаков.

– Сначала отобьем замок! Потом – там роверы, у нас будет свобода маневра – зачистим остальную долину. Одного только не пойму: откуда здесь этих демонов столько взялось?

– Через технологические тоннели, скорее всего!

– Что? – не понял Олег.

– Технологические тоннели! Кабели, трубопроводы – под всем Городом и всеми поселками была очень развитая инфраструктура… Ходить там нельзя, конечно, но ползком и человек проберется. Крысюки эти, я думаю, тем более. Мне непонятно другое – почему именно сейчас!

– А вот это уже – во вторую очередь! Сначала победим, а потом разберемся! А ну всем быстро к бою! Развернуться в цепь! На сорока процентах мощности! Широким лучом! Все, что движется – глушить без разбора! Внимание! Залпом! Огонь!!

Кто-то когда-то на Земле на вопрос, сколько оружия надо брать с собой в экспедицию, в шутку сказал, что ровно столько, чтобы при случае начать и выиграть небольшую войну, не больше и не меньше. Неизвестно, слышали ли оружейники ныне исчезнувшего Города когда-нибудь это высказывание, и что они по этому поводу думали. Но в своей практической деятельности они, похоже, совершенно серьезно следовали именно ему – как основополагающему принципу. Во всяком случае, теперь каждый раз, идя в дело, Олег вспоминал автора этого изречения с чувством искренней и глубокой благодарности.

Как вот сейчас, например.

Занявшийся день осветил поле закончившейся битвы. Пожалуй, самой странной битвы со времен падения Города. Уж во всяком случае, для нынешних его обитателей…

По всей долине Джунгахоры лежали неподвижные тела. Кое-где вперемешку люди и крысюки – в основном, у поселков и замка – на большей части территории только нападавшие. В местах наиболее ожесточенной схватки громоздились целые завалы. Оставшиеся на ногах аборигены разбирали эти груды, вытаскивая своих, живых и мертвых, тщательно резали глотки врагам. Очумевшее замковое воронье с истошным карканьем составляло обрамление этого маленького апокалипсиса.

Без сомнения, не случись в холде в эту ночь экспедиции снаружи, Джунгахора перестала бы существовать. Это все понимали. Но радости по данному поводу ни у кого не замечалось. На разведчиков, круживших по долине на роверах – Олег решил на всякий случай патрулировать территорию, хотя повторное нападение и считал маловероятным – косились настороженно. Несмотря даже на то, что Олег велел собирать раненых к экспедиционной палатке, где им оказывал помощь Энгар. Скорее всего, для аборигенов было просто непонятно, что для них хуже: знакомые крысюки или непонятные, но обладающие сокрушительной мощью пришельцы. Многие наверняка выбрали бы крысюков.

Единственно, пожалуй, бесспорным приобретением для экспедиции можно было бы считать целый отряд пленных – тех, что атаковали лагерь. Но вот толку от них оказалось… От всего произошедшего крысюки впали в ступорозное состояние, и даже Энгар ничего не смог с ними поделать: как выяснилось, заклинания, рассчитанные для тонкого воздействия на психику человека, на крысюков не действовали вообще. Или действовали абсолютно неадекватно. Попытка допросить пленных, так сказать, по горячим следам с треском провалилась: они просто не желали ничего говорить. Некоторые попытались покончить с собой – парочке это даже удалось – пока Энгар не сообразил обездвижить всех поголовно.

На чем, собственно, попытка контакта с еще одной расой, обитающей под Куполом, была прекращена. И Ермаков, и Олег махнули на пленных рукой и только не дали джунгахорцам их перебить. Чем вызвали еще большее недоумение.

Но к девяти, примерно, часам утра все же можно было сказать, что инцидент исчерпан. Все как-то более-менее устаканилось: убитых и живых растащили кого куда, раненым была оказана помощь, а в клановых поселках поднялись дымы над очагами – начали готовить пищу. Только отдельные группки еще бродили по территории – искали всевозможные дыры в земле и старались их завалить, чтобы перекрыть выходы из технологических тоннелей на поверхность. Хоть какая-то предосторожность на первое время…

Нового нападения не последовало.

Впрочем, трудно было предположить, что после приключившегося разгрома, найдется кто-нибудь в здравом уме, решившийся повторить подобное самоубийство. Бегство крысюков было столь стремительно, что они вряд ли унесли с собой хотя бы одного своего, выведенного из строя станнером.

Олег подрулил к лагерю и остановил ровер рядом с палаткой, где уже стоял Ермаков со своим неизменным ноутбуком, старик Локтев и Энгар.

– Ну, чего делать будем? – спросил Олег, подходя.

– Песни петь и веселиться, – ответил старик Локтев, которого все случившееся обрадовало еще меньше, чем Олега, чего он нисколько не скрывал.

– В замок нужно сходить, – проигнорировав слова тауметриста, сказал Ермаков. – Переговорить с дар Зорном. Думаю, сейчас всем не до собрания. Но через несколько часов мы все равно уходим. И нужно договориться о возвращении.

– Хорошо, – Олегу нечего было возразить и он согласно кивнул. Но, оказывается, Ермаков еще не закончил.

– А тебе, я думаю, следует съездить на Полигон за контейнером… Тут не то чтобы далеко, но если сейчас выедете, то пока попадете в подвал, пока вытащите контейнер да пока довезете по здешнему бездорожью – как раз к обеду вернетесь…

– Шеф! – перебил его Олег. – А стоит ли оно того? Пятьдесят лет лежало – может еще столько же полежать. Чего ему сделается?

Ермаков покачал головой.

– Нет. Дело не в том, может или не может… Это действительно очень важные материалы. И нам они пригодятся независимо ни от чего. Здесь их оставлять совершенно незачем. Я уже начинаю понимать, чего опасалась Ирма: если здесь этих крысюков такое количество, они в любой момент могут добраться до подвалов полигонных зданий. И… мало ли чего. Да просто утащат контейнер куда-нибудь! Так что ты уж съезди. И знаешь – возьми с собой Энгара.

– Зачем? – удивился Олег.

– Да вот на тот самый случай! Для подстраховки. Сюда, в Джунгахору, уже вряд ли кто сунется. Широкоформатное кино показывать, как мы вчера планировали – уж точно не надо будет в это время. Поэтому без мага мы обойдемся. А вам с ним там будет надежнее. Ключ только не забудь от контейнера забрать… И главное – проверьте, есть ли там что внутри.

Олег подумал. В принципе, Ермаков был прав. Смысл в его предложении имелся. С Энгаром Олег мог вообще отправиться на это задание вдвоем, оставив остальных своих архаровцев на обороне холда. Что было даже выгодней. А дотащить два центнера из подвала и погрузить их на ровер – с помощью мага просто нечего делать.

– Ладно, – посмотрел Олег на Ермакова. – Идея хорошая. Так, пожалуй, и сделаем…

До Северного Полигона было и в самом деле недалеко. Но из-за полного отсутствия дороги на то, чтобы добраться туда, ушло больше часа.

К тому же попутно им пришлось еще заниматься проблемой, которая возникла в связи с предутренним нападением крысюков на Джунгахору Суть этой проблемы состояла в том, что Ермаков решил освободиться от пленных, толку от которых не было никакого: таскать с собой нельзя, а отпустить посреди холда – просто бессмысленно. Вот и пришлось грузить захваченых Крысов Сапиенсов на прицепы и тащить за пределы человеческой территории. Отчего экспедиция за сверхважным контейнером поначалу напоминала не то караван каких-то религиозных паломников, не то вовсе похоронную команду. Вызвав законно недоуменные взгляды у джунгахорцев… У крысюков, впрочем, тоже.

Олегу с Энгаром пришлось изрядно поколесить и отъехать далеко в сторону от поселения, чтобы не высаживать незадачливых агрессоров в слишком уж опасной для них близости от многих желающих им отомстить. Да еще найти такое место, откуда отпущеные на свободу могли бы попасть в свои подземные катакомбы. Но с этим делом Энгар справился без особых хлопот.

Жертв экспериментальной деятельности неизвестного демиурга свалили с прицепов неподалеку от входа в пещеру. Рядом в другую кучу сгрузили их оружие. Отъехали. Энгар движением руки снял действие иммобилизующего заклинания, и они с Олегом проследили, как начала расползаться парализованая до того куча-мала.

– А ты знаешь, кажется, я понял, куда они в тот раз делись после нападения, – сообщил Энгар, наблюдая, как недавние пленники, быстро расхватав оружие, не делая ни малейшей попытки напасть, скрываются в темнеющем отверстии. – Помнишь – утром, возле нашей стоянки? Там тоже были входы под землю – совсем рядом. Мелкие только, человеку не пролезть. А этим – запросто. Вот и все объяснение. Элементарно, правда?

Олег хмыкнул, вспомнив, как они гадали, куда делись загадочные существа. Объяснение и впрямь было простое: крыса, как известно, в любую щель влезет. Вполне может статься, что Энгар и прав…

Они дождались, пока последний облаченный в балахон неокрыс исчез в пещере. Убедились таким образом, что с бывшими пленными все как будто бы в порядке. И двинулись, наконец, по своим делам, оставив разрешение этого вопроса на долю следующей экспедиции.

Дальнейший путь прошел без каких-либо происшествий. Энгар, знавший местность еще со времен Города, вполне ориентировался и сейчас вывел их маленькую колонну прямо к административному поселку. Или, вернее сказать, к тому, что от него осталось. Несколько остовов многоэтажных домов, благодаря талисманно-магическим методам строительства сохранившихся практически в первозданном виде – не считая исчезнувших стекол, рам, дверей и прочей мелкой фурнитуры – чистыми символами сюрреализма возвышались посреди голой иссохшей местности. Судя по полной тишине и отсутствию хоть каких-либо следов на окружающей земле, ничьим пристанищем эти пенобетонные коробки не служили.

Так и оказалось.

Энгар сказал, что не чувствует в окрестностях никого крупнее кошки. Но они на всякий случай сперва все же объехали здания кругом, чтобы в этом убедиться. Олег в Энгаре не сомневался, однако, кроме живых опасностей, вполне могли быть и неживые. Минное поле, например. Или банальные средневековые ловушки, на которые пангийцы были немалыми мастерами. Но место оказалось и впрямь буквально-таки девственно пустым, и к Главному корпусу они направились практически без опаски.

Машины вместе с прицепами загнали под стену, чтобы никто на них не наткнулся хотя бы с первого раза. А Энгар еще и наложил сверху заклятие невидимости.

– Ну что, идем? – спросил он у Олега.

– Сейчас… – Олег вынул из кармашка мобильник (он решил называть амулет этим словом: какая, в сущности, разница, что он магический, а не электронный?) и поскреб его: – Виктор Петрович?.. Мы на месте. Крысюков отпустили, здесь все спокойно. Сейчас идем за контейнером. Что там у вас?

– Понял… – отозвался Ермаков. – Работайте. Как найдете – свяжись со мной. Мы тут тоже даром времени не теряем. Ирма проснулась, с ней все в полном порядке. И даже более чем.

– В смысле? – не понял Олег.

Ермаков хмыкнул там, у себя, в Джунгахоре.

– Да она же, по местным меркам, из мертвых воскресла. К нам тут настоящее паломничество случилось. Всем хочется своими глазами убедиться… А она времени не теряет – агитирует за постоянные контакты с внешним миром. А мы ей помогаем.

– Как это?

– Да Локтев хорошую идею подал. Мы с ним талисманами сканируем наличие подземных коммуникаций, а ребята обрушивают их станнерами.

На полной мощности вполне получается. Крысюки после этого так просто сюда уже не подберутся. Так что к следующему возвращению будет у нас здесь, как ты говоришь, «мир, дружба, жвачка»! Ладно, давай заканчивать болтать – будем делом заниматься. Роджер! – блеснул он знанием специфического термина, явно подхваченного из голливудского боевика. – Конец связи… – подтвердил Олег, убирая мобильник. Судя по словам Ермакова, настроение в холде все же склонялось в пользу пришельцев снаружи. Что, безусловно, было хорошей новостью. Олег сообщил об этом Энгару, дождался ответного кивка и скомандовал, поправляя на плече ремень станнера: – Идем, заберем этот сундук…

Внутри здание оказалось в куда худшем состоянии, чем снаружи.

То есть, стены и межэтажные перекрытия нисколько не пострадали, как это и предполагалось строителями. Но вот вся отделка была ободрана подчистую. Кто и зачем это сделал, гадать было бесполезно. Да и незачем. За прошедшие годы тут наверняка побывало немалое количество людей. И нелюдей, желавших поживиться на остатках рухнувшей цивилизации.

Правда, темпостатированная дверь в подвальное хранилище, где спрятан был контейнер, стояла на месте и была в полной сохранности, но это, пожалуй, объяснялось не столько ее несокрушимостью, сколько конструкцией. Дверь практически не отличалась от стены по виду. Да и по фактуре представляла из себя тот же бетон с виброотделкой поверхности. Никому, очевидно, из заходивших в эту часть здания, и в голову не приходило, что за глухой стеной тупика еще что-то есть.

Хуже было другое. Неизвестные экспроприаторы сняли даже лестницы между этажами! Что казалось и вовсе уж полной нелепицей – ну куда могут потребоваться лестничные пролеты?!

Олег, не удержавшись, выругался мысленно по адресу Ирмы: она и ее товарищи спрятали ключ от контейнера самым простым и кардинальным способом. Замуровав его в стену коридора ВЕРХНЕГО этажа. Безопасность, таким образом, была гарантирована, поскольку, не зная конкретного места, найти его было практически невозможно. Да и не у всякого мародера достанет буйства переться на верхний этаж, что дополнительно гарантирует надежность. Но!

Но этажей в Главном административном корпусе было ДВАДЦАТЬ.

Поэтому, выругавшись, Олег мысленно же поблагодарил Ермакова за идею отправить с ним Энгара. Без мага задача забраться почти на сотню метров по отвесным и гладким, как зеркало, бетонным плитам была весьма канительным занятием. Хотя и выполнимым, конечно. Но повозиться бы пришлось…

А так они управились за каких-нибудь четверть часа.

Дальше было уже просто.

На то, чтобы отыскать нужное место, расколупать стену и достать ключ, ушло еще пятнадцать минут. Ключ представлял из себя простейший из многофункциональных талисманов. Так называемый талисман сверхслабой группы, или, в терминологии Лабораториума, ССГ-талисман. То есть его особенностью являлось то, что, будучи по своей природе талисманом многоразовым, он обладал настолько минимальной силой воздействия, что, попросту говоря, в обычной жизни был ни на что не пригоден.

На Панге таких талисманов встречалось великое множество (по некоторым данным, ВСЕ песчинки Великой Пустыни являлись такими талисманами – совсем уж запредельными по слабости), и их никто никогда не использовал. Только с возникновением в Городе Т-технологий это стало возможно. Да и то довольно ограничено. Часть – в качестве контрольно-измерительных приборов, наподобие локтевского чемодана, еще часть, попроще, – как технологические элементы Городской инфраструктуры, а часть – как совсем уж простые устройства вроде часов, термометров, дверных замков, пультов дистанционного управления и прочего тому подобного.

Вот к этой последней категории и относился ключ.

Особенностей у него было две. Во-первых, он мог служить универсальным открывающе-запирающим средством для любых запирающих систем, а во-вторых, – пользоваться им могли только и исключительно земляне в первом поколении. То есть пришельцы.

Собственно, именно поэтому за контейнером и отправился Олег. Как землянин, которого единственного из группы можно было направить в такой рейд. Ермаков, может быть, и хотел бы поехать сам, но ему необходимо было оставаться в холде. Санчеса Олег не пустил бы просто как мальчишку. Старика Локтева ни Олег, ни Ермаков не хотели гонять лишний раз. А Коля Мезенцев мало, что не мог оставить Завра, так еще и родился на Панге и, строго говоря, ЗЕМЛЯНИНОМ не являлся.

Таким образом, вооружившись ключом, Олег с Энгаром слезли обратно на первый этаж и вернулись к двери в подвал. Олег приложил ключ к плите и несильно надавил. Он неоднократно пользовался подобными девайсами на Трех Базах и знал, как с ним обращаться. Простое устройство не подвело. Дверь щелкнула и ушла в сторону. Энгар запалил небольшой фаербол, и они вступили в хранилище.

И почти сразу остановились.

Подвал был пуст.

Вообще-то уже одно это было странно. Хранилище на Полигоне не может быть пустым. Оно для этого просто не предназначено. Там всегда складируются какие-то образцы или имущество: не пропадать же пустому месту. Во время штурма Города вывезти ничего не успели. Да и некуда было вывозить. И не на чем. А после штурма до содержимого хранилища уже мало кому было дело.

Ирма с коллегами спрятала здесь контейнер, когда прошло не более года с момента катастрофы, и тогда содержимое подвала оставалось на месте. Ключ ими был замурован, и никто не знал, где он. Но даже если бы и нашелся еще один из нескольких универсальных ключей такого типа – его, скорее всего, некому было применить без того, чтобы об этом узнали другие уцелевшие: землян под куполом оставалось исключительно мало… Но дело было даже не в этом. Просто-напросто содержимое Полигонного хранилища, имея немалую ценность для жителей Города, не представляло из себя совершенно ничего для коренных пангийцев!

Олег с Энгаром посмотрели друг на друга, и Олег, пожав плечами, вытащил из кармана разгрузки мобильник.

– Виктор Петрович, – сказал он, поскребя деревяшку. – У нас проблема…

– Как – ничего?! – спросил Ермаков примерно полчаса спустя, когда Олег позвонил ему еще раз и сообщил о результатах осмотра хранилища.

К этому моменту они уже выяснили через Ермакова у Ирмы, что именно сюда они занесли контейнер, а не в какое-то другое место. Что в хранилище было много других вещей. Что за прошедшие годы ничего не было слышно о вскрытии каких-либо подвалов, и никаких старых городских изделий не всплывало ни в одном из холдов, ни в городе. Олег с Энгаром осмотрели пустое помещение и не нашли ровным счетом никаких следов. Теперь Энгар, по своему обыкновению, молча о чем-то думал, а Олег позвонил Ермакову и доложил, что ничего нет.

– То есть абсолютно! – повторил Олег. – Пол, стены и потолок – из темпостатированного лито пласта – пушкой не прошибешь. Все плиты на своих местах. Поцарапать их можно разве что алмазом. На полу тоже никаких следов. Энгар осмотрел дверь. Говорит, ее не вскрывали несколько десятков лет, то есть, судя по всему, вообще не вскрывали. Да там и вообще в коридоре завал – никто снаружи не подходил. Тем не менее, все содержимое хранилища исчезло до последнего гвоздя. Неизвестно когда и непонятно как! У меня в связи с этим вопрос, Виктор Петрович: сколько нам здесь еще торчать?

– Да, наверное, нисколько, – вынужден был признать Ермаков. – Мы, собственно, уже сворачиваем лагерь. Ирма пошла собираться.

Ждем только ее и вас. Но все же время еще есть… Ведь совершенно непонятно, что там такое приключилось!

– Но что мы еще можем тут обнаружить? Голые стены, пол, потолок! Все!

– Не знаю, – покладисто согласился Ермаков. – Но это-то и любопытно! Мне почему-то кажется, что у этого феномена может оказаться весьма серьезная причина. Или последствия… Эх, жаль, нас там нет со стариком Локтевым! Мы бы мигом все прочесали вплоть до атомарного уровня…

– Шеф… – спросил Олег неуверенно. Слова Ермакова о интуиции не на шутку его озаботили. Да еще при том, что сам же он их и произносит… Олег посмотрел на Энгара. Тот, все еще пребывая в задумчивом состоянии, зачем-то водил руками, поворачиваясь поочередно к стенам. – А если это телепортация? Ведь талисман принца, как нам говорили, был способен провешивать эти… порталы. Я помню!

– Нет, это не телепортация, – заговорил вдруг молчавший все это время Энгар. – Это – загадка запертой комнаты.

– Что? – не понял Олег.

– Загадка запертой комнаты, – повторил Энгар. – Известный детективный прием: запертая изнутри комната, в комнате труп – как он туда попал?

– У нас скорее не попал, а выпал, – возразил Олег. – И не изнутри запертая, а снаружи… А в целом – да, похоже на то… Но почему не телепортация? Ведь возможно же? Если, предположим, есть талисман…

– Нет, – остановил его Энгар. – Великие и Могучие талисманы, конечно, способны на это. Талисман принца способен был точно. Но поверь мне на слово – подробно это все очень сложно и долго объяснять – телепортация здесь очень маловероятна… Даже если бы такой талисман появился в употреблении – мы бы давно уже определили его владельца. Им ведь нужно время, чтобы притереться. И узнать возможности друг друга… Но если бы кто-то вдруг и попробовал здесь, под Куполом, устанавливать порталы – у него вряд ли что-либо получилось бы удачно. Вспомни, как мы вышли из Купола совсем не в той точке, в которой планировали? Коля же говорил про неопределенность!.. А вот классическая запертая комната – да! Совсем другое дело!

– Что – да? – удивленно посмотрел на мага Олег.

– Олег, мы с тобой два полных дурака! – жизнерадостно сообщил Энгар.

Он закончил свое сканирование неизвестно чего и встал, скрестив руки на груди.

– Ну, допустим… – ответил Олег.

Такое поведение являлось настолько нетипичным для Энгара, что Олег слегка растерялся. Похоже было, что напарник что-то сообразил в обнаруженной ими несуразности, и это открытие его весьма забавляет.

– Что у вас там? – донесся по мобильнику голос начальника экспедиции. Благодаря конструкторским изыскам Энгара, слышать Ермаков мог только хозяина амулета – в данном случае Олега – и поэтому происходящий содержательный разговор был для него недоступен.

– Да тут Энгар… – начал было Олег, но маг не дал ему договорить.

– Загадка запертой комнаты, – сообщил он, весело ухмыльнувшись, – как правило, имеет очень простое решение. Только оно всегда скрыто за первоначальным, вроде как правильным объяснением… Хочешь узнать, как отсюда все вытащили?

После чего, без всякого перехода, не дожидаясь ответа на свой вопрос, вскинул руку с вытянутым пальцем, и из пальца вырвался небольшой, с теннисный мяч примерно, фаербол.

Олег не успел ничего предпринять.

Фаербол врезался в стену.

Но не взорвался, а, как и положено мячику, отскочил и рванулся обратно. Энгар махнул рукой и поймал его в ладонь. А чуть погодя стенная плита, в которую он попал, с глухим скрежетом отделилась от соседних с ней, медленно завалилась вперед и с грохотом рухнула на пол, подняв тучу пыли. Открыв за собой наполненное тьмой отверстие.

– Ёпрст!.. – сказал Олег, глядя на дело рук своего мага. – Ты… как это?!

Довольный Энгар захохотал.

– Да проще простого! – фыркая, объяснил он. После чего махнул рукой, и из его ладони опять вылетел фаербол, долетел до открывшегося проема и вернулся обратно в руку.

– Догадаешься, откуда я идею позаимствовал? – ухмыляясь, поинтересовался Энгар, которому на волне веселья хотелось еще пошалить.

– Да иди ты! – отмахнулся Олег. Одновременно у него в мобильнике опять прорезался Ермаков, требующий объяснений. – Виктор Петрович! Тут Энгар стену проломил, погодите. Сейчас расскажет. Что? Ах да, конечно… Энгар – мобилу возьми – чтобы шеф тоже слышал. Что я вам, ретранслятор?

Энгар, слегка успокоившись, поднес к уху переговорник.

– Ну, так что там у вас? – задал вопрос Ермаков.

– Да здесь крепления одной из стенных плит были разрушены снаружи, – объяснил Энгар. – Получается такая дыра, что через нее на Завре проехать можно. Вот через эту дыру все и вытащили.

Ермаков секунду помолчал.

– Так, – заговорил он чуть погодя. – Понятно. Теперь давай по порядку. Какая такая стенная плита? Все хранилища делались монолитными.

– Типовые, – не смутился новоявленный детектив. – А это, честно говоря, не совсем и хранилище. Что-то вроде кладовки. Главный склад Полигона находится на территории опытной, а не административной части, в нескольких километрах отсюда. А это сделали в Главном корпусе уже когда здание построили. Просто зашили литопластовыми плитами несколько пролетов между фундаментными опорами. Видимо, чтобы было куда случайные образцы складывать. Я сразу заметил, что конструкция не стандартная, но сперва не сообразил. Потом догадался про сканировать стены и выяснил, что со всех сторон пустота. То есть – подвал. Тут уж до меня дошло, что стены не литые, а составные, проверил, какая плита держится наименее прочно и ткнул в нее… фаерболом, – Энгар покосился на Олега. Но Олег ничего не стал говорить. Пусть его… Заслужил. – Теперь мы имеем путь, по которому все вынесли. Можно посмотреть, – Энгар закончил доклад и замолчал, снова принимая свой обычный вид.

– А, пожалуй что, и посмотрите, – решил, немного подумав, Ермаков. – Время у нас еще есть. А оставлять контейнер здесь кому бы то ни было совершенно не хочется. Уж больно он ценный.

– И докуда нам смотреть? – уточнил Олег, не очень воспылав энтузиазмом от распоряжения начальника. – До забора или до обеда? Мы ж вроде сегодня возвращаться собирались…

– Ну, так пока мы успеваем, – проигнорировал форму олегова высказывания Ермаков. – В крайнем случае, вернемся не днем, а к вечеру. Не велика разница. Давайте так… Вы осуществляете поиск либо до той поры, как сможете обнаружить искомое, или прекращаете, скажем, через два, нет – через три часа. И тогда возвращаетесь. Мы к тому времени уже свернемся. Устраивает?

– Вполне, – согласился Олег.

– Тогда успехов.

Олег убрал мобильник. Энгар сделал то же самое.

– Ладно. Приказ начальства – закон для подчиненных, – сказал Олег. – Пошли, что ли? «Сову» мне включи.

«Совой» называлось заклинание ночного зрения. По вполне понятной причине.

Энгар щелкнул в сторону Олега пальцами.

– Только погоди немного, – попросил он. – Я защиту какую-нибудь выставлю. На всякий случай.

Олег терпеливо подождал, пока Энгар закончит опять водить руками, накладывая какое-то заклинание на входную дверь, потом они шагнули в темнеющий проем. Первые метры пути не принесли ничего существенного. Обычный подвал обычного административного здания. Голый бетон, какие-то трубы, колонны опор, держащие на себе всю двадцатиэтажную коробку. Энгар осмотрел снаружи опору, к которой крепилась панель.

– Ну, конечно, – сказал он. – Обычная электросварка. Это хранилище так и сооружали – чтобы ИЗ НЕГО ничего не могло выбраться. А вот наоборот… Гм. Железо просто оторвали. Похоже – ломом. Негусто. Ладно. А куда они все потащили? – он стал водить рукой над полом, глядя себе под ноги.

Олег, не мешая ему, ждал.

– Ага, – сообщил, наконец, Энгар глубокомысленно. – Тащили они все практически волоком. След – будь здоров. И идет он – туда… – показал он в дальний угол подвала.

На первый взгляд там ничего не было. Но, когда они подошли поближе, Олег разглядел в полу большое квадратное отверстие. След уходил туда.

– Ну, пожалуй, уже ясно, – резюмировал Энгар. – Два против одного, что это не люди, а родня наших давешних пленных. Интересно получается…

– Почему не люди? – решил не согласиться Олег. – И на что крысюкам лабораторные образцы? Они там что, наукой занимаются?

– Ну, почему не люди – это элементарно. Люди потащили бы добычу во двор, а не под землю. Из подвала наружу ведут технологические ворота. Куда проще было выбить их, чем вот так вот играть в графа Монте-Кристо. А чем они там занимаются… Трудно сказать. Я не удивлюсь, если и наукой. Как-то ведь они тут сумели выжить. И не просто выжить, а еще и расплодиться… ну что, полезли? – он кивнул на дыру в полу.

– Куда ж мы из колеи денемся… – согласился Олег, половчее перехватывая станнер. – Там нет никого?

– Нет, – помотал головой Энгар. – Тут давно никого не было.

– Слушай, – спросил немного погодя Олег у Энгара. – Что такого в этом контейнере? А то, кажется, с моим военным образованием что-то мимо пролетело…

Они уже достаточно углубились в тоннель, шедший куда-то к югу с заметным уклоном. Неровный, но утоптанный земляной пол и в самом деле хранил на себе остатки длинных борозд: здесь явно волочили что-то тяжелое. Но очень давно…

– Гм, – сказал Энгар в ответ на вопрос Олега, не прекращая, однако, сканировать взглядом стены, пол и потолок тоннеля. – Ты не очень удачно обратился… Спроси лучше Виктора Петровича – он куда больше в курсе. А еще лучше – у самой Ирмы поинтересуйся, это же ее темы! А я в функциональном генопрограммировании совсем не разбираюсь. Я же полевой лекарь, а не ученый.

– Да мне не нужны подробности проектов, я в этом еще меньше тебя разбираюсь! – возразил Олег. – Я вообще не понимаю, чего ради мы за этим ящиком лезем! Чего в нем такого, за что снаружи убить могут без лишних разговоров?

– Маги… – добавил к фразе Олега свое слово Энгар.

– Что – маги?

– Убить могут – маги. А обычные люди готовы будут заплатить золотом по весу. Это много…

– Да я, в общем-то, в курсе… Не с Элуни упал! В честь чего такой ажиотаж? И нам-то оно зачем?

Энгар некоторое время молчал, о чем-то размышляя. Потом все же заговорил.

– Ну, если совсем коротко, то один из проектов, чьи материалы находятся в контейнере – АГ-19 – это практическая реализация бессмертия. Причем, как я соображаю, проект был успешно завершен на момент гибели Города.

– Не понял, – сказал Олег. – Какое бессмертие? И так же вроде у нас жить можно, сколько хочешь… Что с талисманами, что с магией…

Энгар хмыкнул.

– А чего не так? – удивился Олег. – Или ты хочешь сказать, что ничего этого на самом деле нет?

– Да есть, есть… Просто ты не улавливаешь тонкостей. А потому судишь совершенно поверхностно. Да, мы умеем продлевать жизнь. И приводить организм в любое возрастное состояние – хоть в эмбриональное, если бы потребовалось. Но каким образом? Магическим! Насквозь искусственным. А проект АГ-19 разработан для применения без всякой магии, естественным путем.

Несколько шагов спустя Энгар покосился на Олега.

– Не дошло?

Олег честно помотал головой.

– Нет.

Энгар вздохнул.

– Ну, во-первых… даже не знаю… Наверное, самая близкая аналогия будет вот какая. На Земле существуют такие пластические операции, производящие чисто внешние изменения. Так вот – здесь почти то же самое, хотя и на более глубоком уровне. Мы меняем организм на тканевом уровне… Может быть, даже на клеточном… Да, в принципе, даже на генетическом, если судить по результатам некоторых магов… Те же неокрысы явно получены через целенаправленно измененный генотип. Хотя это пример удачного видового изменения, это немного не то… Но дело не в этом. А в том, что магическое воздействие необходимо не только для того, чтобы изменить организм, но и для того, чтобы сохранить эти изменения!

– То есть?

– Да то и есть! Без магии такой измененный организм жить не может! Ему нужна постоянная магическая подпитка, иначе он вернется в то состояние, из которого был преобразован! То есть – жизнь в таком организме поддерживается искусственно! Существует даже специальный термин, введенный в Городе: магический метаболизм…

Олег против желания пощупал свою левую руку. Оторванную несколько лет назад на нижних ярусах Мордии.

– То есть, – начал он неуверенно. – Ты хочешь сказать… Энгар, бросив на Олега взгляд, видимо, правильно понял, в чем суть вопроса, потому что ответил сразу.

– Да нет! Не путай хирургию с искусственным жизнеобеспечением. Тебя всего лишь привели в НОРМАЛЬНОЕ состояние магичским способом. А омоложение организма посредством магии приводит организм в состояние НЕНОРМАЛЬНОЕ. Неестественное. И организм все время старается из этого состояния выйти.

– А, вот, значит, как? – до Олега стало что-то доходить.

– Ага, – кивнул Энгар. – Но это еще не все. Практически маги понятия не имеют, ЧТО они конкретно меняют! Маг просто берет энергию и производит с ней некие действия, которые рекомендованы или которые он сам придумал. На Панге всегда занимались развитием именно приемов, а не исследованием природы того, к чему они прилагаются. Впрочем, при нашем магическом изобилии это никогда и не требовалось. Научный подход к магии стали применять только в Городе. Да и то это пока находится в зачаточном состоянии. По сути, мы до сих пор работаем, как обыкновенные шаманы. С талисманами дело обстоит несколько иным образом. Но, судя по тому, что нам известно, результат там примерно такой же. А АГ-19 должно было давать бессмертие любому, в любом возрасте и без всякой магии. Точнее, не бессмертие, а молодость, но, в принципе, это сейчас не существенно… О, мы, кажется, до чего-то дошли!..

Впереди ход упирался в косо пересекавшую его скалу с кривой горизонтальной щелью, похожей на ухмыляющийся рот. Для человека она была низковата, но, согнувшись, войти в нее не составляло труда. Единственной сложностью было то, что дальше спуск становился совсем крутым и по нему надо было карабкаться.

– Ага, понятно кое-что, – сказал Олег, посмотрев в уходящий вниз колодец. – Там тоже никого и ничего нет? – уточнил он у Энгара.

– Нет, – подтвердил тот. – Все чисто. А что тебе понятно?

– Почему охраны нет. И защиты никакой. Кой дурак полезет в эти сифоны – или как они там называются? – безнадежное же дело! И смысла охранять никакого нет. Тем более, там внизу наверняка целый лабиринт…

– Да, там есть несколько разветвлений, – кивнул Энгар, с интересом, в свою очередь, посмотрев на Олега: – Все-таки у тебя совершенно земное мышление! Ты об обычной военной охране подумал, а мне с самого начала было ясно, что в эти подземелья без мага нечего и пробовать проникнуть…

– Да какая, в сущности, разница? Главное, что им никакая охрана входов в принципе не нужна – туда просто не пойдет никто. А значит, они себя чувствую в полной безопасности. Как они только сами-то тут ходят?

– Ну, у них-то с этим никаких проблем. Видел, какие когти на лапах?

– Угу, – сказал Олег. – Ладно, давай, «липучки» готовь. А я пока начальнику позвоню…

Доклад не занял много времени, и вскорости Олег с Энгаром уже спускались по неровной каменной поверхности, вооружившись специальным заклинанием, позволявшим держаться практически на голой стене. Исключительно ценная вещь для скалолазов и разведчиков!

Спускаться было достаточно легко, если не считать того, что склон оказался не очень надежным: кое-где камень, его составлявший, крошился под нагрузкой, поэтому идти пришлось все же с переменной страховкой – сперва один, потом другой. Постепенно ход еще больше увеличил наклон, превратившись почти в отвесный, и Олег лишний раз убедился, что прав. Чтобы атаковать отсюда, потребовались бы горные стрелки. И масса специального снаряжения. Так что при отсутствии под Куполом магов крысюки (или неокрысы?) могли действительно чувствовать себя совершенно беспечно. Но по пангийским меркам это было абсолютно ненормально!..

– Странно все-таки, куда у них все маги делись? – вслух подумал Олег.

– Да нет ничего странного, – отозвался Энгар, как раз страховавший его сверху. – Все, как выяснилось, весьма банально…

– Да? – удивился Олег. – Когда это выяснилось? Что за черт, почему никто не сообщил? Мы, ептыть, армия или где?!

Энгар смущенно крякнул вверху.

– Ну, считай, что докладываю… Я с Ирмой поговорил, пока вас ждал. Так, немного… Но про отсутствие магов в медицинском плане мы с ней перемолвиться успели. В общем, когда тут все произошло – в смысле, Куполом накрылось, – и все оказались в мышеловке, остатки корговского войска элементарно перепугались и учинили жуткую резню. Всех и друг друга в том числе. Маги в ней тоже поучаствовали. И весьма успешно. Кто из них уцелел – тех добили уже под занавес, обвинив во всем случившемся. Никто же ничего не понимал на тот момент. А виноватых надо было найти. Вот их и нашли. Ты ведь уже заметил, наверное, что в здешней мифологии колдуны и Акино Проклятый объединены в одну компанию… А почему не доложил… Не успел. Да и значения это особого не имеет – то, что магов здесь нет, а магия существует, мы и так уже знали.

– А еще, блин, меня в земном мышлении упрекал! Сам не мог сообразить, что это стратегическая информация? Мы ж с тобой уже не первый год на дело ходим! Как был гражданским магом, так им и остался! А я-то думал, у меня один только Санчес такой раздолбай! Отправить, что ли, по возвращению вас обоих на пару в наряд на хозработы? Для поумнения…

– Так я ж у тебя не солдат, а приданный специалист, – попробовал отшутиться Энгар. – Ходячее снаряжение… Магическое.

– Совсем охренел? – всерьез взбеленился Олег. – Это после той южной заварухи? Блин!.. – У него из-под руки сорвался камень и с глухим стуком исчез где-то внизу. Олег замер, прекратив спуск. – Переполошим всех к чертовой матери… Там точно никого нет?

– Никого. Я контролирую, – успокоил Энгар. – Этим путем ходят редко. Видимо, из-за ненадежности скалы. А внизу – там вообще целая осыпь камней, если еще один свалится, никто не обратит внимания. А насчет доклада… Извини. Не подумал. Если хочешь – пойду по возвращению в наряд…

Олег вздохнул.

– «Если хочешь…» Нет, ты точно приданное снаряжение, а не солдат! Упустил я что-то в подготовке личного состава. По возвращению надо будет исправить…

Метрах в пятидесяти от входа в щель они миновали первое ответвление. Затем еще несколько. По словам Энгара, здесь следы крысюков были свежее и попадались чаще, что свидетельствовало о том, что этим путем все же пользуются. Но не так чтоб регулярно. Что разведчикам, понятно, было только на руку. Единственное, пожалуй, что Олег пока не представлял, – как они поволокут контейнер, если его найдут. Правда, при наличии мага это не было неразрешимой проблемой, за что Олег еще раз поблагодарил мысленно Ермакова с его интуицией. Но покорячиться вот в этом же, хотя бы, колодце, безусловно, придется…

– Стоп, – сказал вдруг Энгар, «натягивая» магическую страховку, которой был скреплен с Олегом. – Проехали немного. Нам – сюда… – он указал на очередное ответвление, возле которого они сейчас оказались. – Только осторожнее: этим проходом пользуются.

Тут у Олега загудел мобильник.

Олег, чертыхнувшись, полез одной рукой в карман разгрузки. У Энгара, по всей видимости, тоже прозвучал вызов, поскольку он так же, как Олег, потянулся одной рукой к поясу.

– Олег, Энгар… – донесся голос Ермакова.

– Шеф, у нас пока ничего, – быстро ответил Олег, балансируя на трех точках – руке и двух ногах. – Идем по следу. Эти ребята уж больно глубоко закопались. Но у нас еще два часа чистого времени…

– Да я об этом же, – перебил его Ермаков. – Можете, в общем, уже не торопиться – возвращение на сегодня откладывается. Так что ищите по способности и на время не оглядывайтесь…

– В чем дело, шеф?

– А вы там ничего не заметили?

Олег посмотрел на Энгара. Тот внимательно слушал, но в разговор встревать не спешил.

– Да нет, ничего. А в чем дело?

– Да тут такая свистопляска идет… – Ермаков хмыкнул. – Это видеть надо. Вы можете глянуть на Купол?

– Виктор Петрович, – сказал Олег. – Над нами пятьдесят метров скалы и столько же земли. Мы висим в «каминной трубе» на липучках, и от нас до Купола, как до Земли пешком.

– Где вы висите? – озадаченно переспросил Ермаков.

– В «каминной трубе». Кажется, так это называется – вертикальный колодец в скале. Ход такой. Пещерный. Я понял, что там что-то случилось. Что именно?

Тут подал голос Энгар.

– Он начал раньше времени? – спросил он.

– Похоже на то, – ответил Ермаков. – По всему Куполу огненные волны ходят – представить невозможно. Вы там ничего в самом деле не чувствуете?

– Да нет. А у вас по почве что-то передается?

– Да в общем, тоже ничего. Все светопреставление только на Куполе. Похоже, он и в самом деле хочет его раскрыть. Мы тут знаешь, что установили?

– Что?

– Снаружи этого не определить, а здесь получается: он бьет на частоте, близкой к резонансной. Не точно, конечно, но явно подбирает соответствующее значение – в каждом следующем ударе характеристика смещается на одно шаговое значение!..

– И чего он этим добьется? – скептически ответил Энгар. – Инерция у Купола такова, что даже при попадании в резонанс не хватит энергии всех Великих Магов вместе взятых, чтобы раскрыть эту махину. Мы же считали!

– Верно, – признал Ермаков. – Но черт его знает… У вас же, магов – в голове тараканы! Яппур его разберет, может, он что-то и придумал, чего нам, нормальным, даже и не приснилось бы! Знаешь, например, каким заклинанием он работает?

– Каким?

– Молотом Джагга.

После небольшой паузы Энгар неуверенно сказал:

– Это ж горнопроходческое… Да еще старье какое – им же со времен Геркона не пользуются! На кой?..

– Во-во! – ехидно подхватил Ермаков. – И бьет он не одним жалом, а, как минимум, пятью! И по пяти точкам на Куполе, а не по одной. Можешь что-нибудь по этому поводу сказать?

– Нет, – ответил Энгар, подумав. – Ерунда какая-то!..

– И, кроме того! – добавил Ермаков. – Вся эта конструкция еще и вращается! Локтев вот предполагает, что при такой конфигурации, в случае попадания в резонанс, центральное жало имеет шанс проколоть Купол. Кратковременно и узколокально, – но проколоть.

– Да зачем??

– А вот это – Автарк его знает! На данную тему соображений пока не появилось.

К этому моменту Олег уже понял, что речь идет о том неизвестном маге, что неведомо откуда взялся под Куполом, и чья здешняя деятельность, собственно, и привела их сюда. Предполагалось, что экспедиция успевает войти и выйти в тот промежуток около недели, когда Купол спокоен. Теперь, после первых результатов разведки, стало ясно, что это были периоды отдыха у мага. Текущий наступил три дня назад и должен был продолжаться как минимум еще четыре. И вот!..

– А чего это он раньше времени возбудился? – хмуро ворвался в рассуждения специалистов Олег.

– Что? – и Энгар, и Ермаков переспросили это одновременно. Судя по всему оба просто забыли, где находятся и чем заняты.

– Я говорю, чего он так рано колотиться начал?

– Да нет, это он вполне нормально, – объяснил Энгар. – Это мы рассчитывали, что сейчас у него коротких передышек не будет. Да вот, как видишь, ошиблись. Придется теперь несколько дней обождать, пока он не выдохнется и не угомонится… Виктор Петрович, а как там у вас, в Джунгахоре, народ это воспринимает?

– Да, в общем, тихо. Похоже, им эти концерты не нравятся. Сидят по домам и на улицу стараются не высовываться.

– А Ирма как?

– Да нормально. Пошла тут в поселок роды принимать. Тебя-то нет – вот она тут и за лекаря.

– Жалко, черт, – сказал Энгар.

– Ничего, у нее огромный опыт. Вы там, главное, хотя бы место найдите – куда они его утащили. Потом уж мы справимся.

– Ну… мы постараемся, Виктор Петрович, – пообещал Олег.

– Ты сегодня ночью успел с базовым лагерем связаться? – спросил Олег.

– Успел. А что?

Они двигались теперь по вполне горизонтальному проходу. По сравнению с покинутым колодцем – просто легкая дорога. Никого живого Энгар по-прежнему не чувствовал ни спереди, ни сзади, ни в попадающихся боковых ответвлениях, и разговаривать можно было практически не таясь. Разве что не в полный голос.

– Да просто… Сообщили, что возвращаемся, а тут – на тебе! Чего доброго, этому парню, с которым ты говорил, больше не поверят…

– Да нет, догадаются, – возразил Энгар. – В принципе, этот вариант как возможный предполагался. К тому же нынче ночью я еще раз свяжусь, объясню, в чем дело. Так что без проблем.

– Слушай, а как же ты связываешься? Если все виды связи обрезаны наглухо? Санчес что-то мне говорил, но я напрочь не понял. Что-то про сновидение… или про Страну Мертвых… Что ты как-то умудрился явиться связнику…

– Диего ничего не понял, – улыбнулся Энгар. – Все гораздо проще… и сложнее одновременно. Видишь ли, этот самый связник в базовом лагере, которому, как Санчес тебе сказал, я «явился», это, в общем-то, не «он», а «она». И точнее я, наверное, тебе не объясню. Это сложнейший раздел высшей симпатической магии, практически ничего от нормальной логики, но, как ни странно, работает. В данном случае основой связи послужил букет обыкновенных колокольчиков, что я принес ей перед отправкой. Вроде бы мелочь, но в качестве якоря оказался вполне надежен. В принципе, наверное, можно было бы не только связаться, но и перейти отсюда туда – теория этого не запрещает – но я не знаю, как это делается. И, по-моему, никто сейчас не знает. Но в любом случае, это феномен строго индивидуальный. Широкодоступной связи на нем не построишь…

– Ничего себе, – сказал Олег, посмотрев на Энгара новыми глазами.

Сколько Олег успел понять за время пребывания на Трех Базах, симпатическая магия высших разделов была весьма эфемерной областью Искусства. И получать там устойчивые результаты удавалось немногим. И сейчас – после нескольких лет знакомства – Олег вдруг узнал, что его полевой маг является именно таким специалистом. Для сравнения: как если бы Плачидо Доминго, к примеру, регулярно ходил с разведгруппами за линию фронта – брать языков. Впрочем, после падения Города именно такая ситуация и сложилась. И уж кому-кому, но Олегу-то жаловаться на это обстоятельство не приходилось: у него в распоряжении оказался высококлассный маг-целитель. Что уже неоднократно подтвердилось в деле…

Поперечный коридор, преградивший им дорогу, оба заметили одновременно: две круглые дыры в стенах прохода, одна напротив другой. Диаметром отверстия были около метра и с очень гладкими краями.

– Что за черт? – сказал Олег.

Он никак не ожидал увидеть такое здесь. Сразу заныла восстановленная после Мордии рука, а станнер, переведенный на максимум узкого луча, словно сам собой поднялся наизготовку. Энгар в это время, подойдя к отверстию, пощупал пальцем края, рукой провел внутри по гладкому камню, потом традиционно что-то поосязал ладонью в воздухе.

– Мордийский червь, – сообщил он, повернувшись к Олегу. – Совсем недавно. И что уж совсем странно – молодой.

– Откуда ему здесь было взяться?!

– Из зоопарка, – мрачно пошутил Энгар.

– Из какого зоопарка?! – Олегу очень не хотелось встречаться с этой тварью еще раз. – Они же только мордийскими гранитами питаются, да и то из пластов глубинного залегания!

– Ну, в Городе был зоопарк, – не смутился Энгар. – Червя там, правда, не было: что за радость смотреть на эту колбасу? Но экзобиоло-ги их у себя держали. Помнишь, Локтев про Ваду говорил? Достаточно было одному только вырваться во время штурма и закопаться. И уцелеть при этом… А насчет мордийских гранитов, так напоминаю тебе, что все рабатское нагорье – это отрог Мордийской горной системы. Вот то, что к поверхности близко – это да, странно. И что совсем уж странно – при чем тут крысюки.

– В смысле? – посмотрел на него Олег.

– В смысле: какая между ними связь. Черви страсть как не любят никаких соседей. Гномов из Северной Мордии они выгнали за десять лет. Хотя твари эти совершенно безмозглые. А война за Южную шла лишь в два раза дольше. А здесь… Крысюки тут бывают редко – но бывают. И с червем, похоже, не воюют. Ох, чувствую, недооценили мы этот искусственный разум! Как-то они с червями научились управляться – это факт!

– Да они ж не дрессируются!

– А это, возможно, и не дрессировка… – заметил Энгар, отряхивая руки.

– А что же тогда?

– Не знаю… Но зачем-то же они выгребли хранилище на Полигоне? А там дофига чего было… И, думаю, не только его. Эх, как бы не распотрошили они заодно и наш контейнер!

– Хочешь сказать, что они еще и с талисманами управляться научились? Контейнер-то без универсального ключа не вскроешь!

– А если у них были пленные? – посмотрел на Олега Энгар. – Из специалистов Города?

– Упс, – сказал Олег, замолкая. Об этом он не подумал. Мысль о том, что кто-то из людей мог оказаться в этом подземелье, просто не приходила ему в голову. Но сейчас она не показалась такой уж абсурдной. От странного общества, сложившегося на развалинах погибшей утопии можно было, пожалуй, ожидать чего угодно…

На второй тоннель, диаметром побольше, они наткнулись метров через двести. И опять, по словам Энгара, червь прошел там не так давно.

– Нет, что-то здесь определенно не так, – сказал Энгар, поочередно заглядывая в оба конца тоннеля. Он что-то пошевелил перед собой сдвинутыми руками, как бы сминая, потом отпустил в ближайшее отверстие. Подождал. Повторил манипуляцию у другой дыры. Покачал головой, выпрямляясь.

– И что? – не удержался Олег.

– Черт знает. Не могу утверждать с уверенностью, и, жалко, не проверил предыдущий тоннель, но, похоже, они оба – кольцевые!

– Это как? Червь же обычно прет по линиям равновеликих напряжений в гранитных пластах – так нам вроде объясняли! – запротестовал Олег, вспомнив подготовку к Мордийской экспедиции. – Пока не вырастает до предела деления. После чего закукливается и размножается! У него тоннели, как у короеда – ничего прямого или кольцевого, сплошные загогулины…

– Так то обычный! – Энгар пожал плечами. – А здесь мы, похоже, имеем дело с новой разновидностью – Червь Мордийский Ангерранский. Или что-то вроде… Если, конечно, оно так и есть… Сюда вообще надо посылать отдельную экспедицию – чтобы со всем этим разобраться! Нам бы с тобой сейчас со своей задачей справиться… А то я и так начинаю опасаться – не уволокли ли они все на другой конец Купола: с них, похоже, станется! Мы прошли уже больше двух километров – а все еще явно находимся где-то на периферии их владений.

Олегу эта мысль не очень понравилась. Но что возразить на нее, он не нашел. И они еще какое-то время пробирались по то сужающемуся, то расширяющемуся, меняющему высоту и форму проходу, пока Энгар в очередной раз не остановился и не заявил категорически, что дальше открыто идти невозможно: следы крысюков впереди были слишком многочисленные и свежие.

В принципе, вариантов дальнейших действий было два. Либо вернуться, поскольку воевать с хозяевами этих подземелий не входило в их планы, либо все же продолжать идти вперед, но в режиме максимальной скрытности. Поразмыслив, Олег выбрал второй, позвонив предварительно Ермакову. Снаружи продолжалась все та же световая буря, и с выходом на поверхность можно было не торопиться.

Олег с Энгаром натянули капюшоны камуфлетов, застегнули лицевые сетки, Энгар кастанул «ватные шаги», и они опять двинулись по ходу, держась у противоположных стен. Энгар предлагал вообще закрыть их невидимостью, но Олег отказался. В этом случае идти пришлось бы все время рядом, и при прямом контакте с неокрысами можно было оказаться расшифрованными безо всякой альтернативы. Камуфлеты же в режиме хамелеона, обеспечивая почти такую же скрытность, повышали свободу маневра, что в данных условиях было гораздо существенней. Этот расчет оправдался буквально через пятнадцать минут, когда из оставленного ими позади бокового ответвления рысцой выскочила группа из нескольких, гм… особей и деловито направилась в ту же сторону, что и разведчики. Оба вжались в основания стен, вдоль которых крались, слившись с камнем, и остались незамеченными. Олег мысленно поблагодарил создателей камуфлетов. В довершение всего за то, что эти костюмы не только мимикрировали под окружающий фон, но еще не пропускали наружу тепловое излучение и запах. Наверняка крысюки отлично различали как одно, так и другое.

А еще через полчаса они вышли к третьему поперечному тоннелю и стало ясно, что окраина кончилась.

Тоннель был старый. Диаметром почти в два метра. И по нему время от времени сновали группами и в одиночку крысюки в своих глухих балахонах. Некоторые шли налегке, другие с оружием, третьи несли на спинах, носилках и волокушах какие-то грузы. Глядя на это оживленное движение, Олег подумал, что Энгар, кажется, прав относительно червей. Тоннель явно служил транспортной магистралью. А по взаимному его расположению с внешними, более молодыми, таких тоннелей планировалось, по крайней мере, несколько. А, значит, крысюки и в самом деле как-то использовали Червей для подземного строительства. И это было гораздо серьезнее, чем все виденное ими здесь до сих пор – это Олег понимал вполне отчетливо…

К счастью, им не пришлось сворачивать на эту подземную дорогу: след, видимый Энгаром, продолжал тянуться все по тому же естественному пещерному ходу, никуда не отклоняясь. Возможно, в то время, когда предки нынешних неокрыс тащили здесь свою добычу, эта магистраль еще не была пробита. Энгар заклинанием придал себе и Олегу внешний облик крысюков в балахонах и они вполне благополучно миновали развилку, снова углубившись в пустынную каменную щель. Похоже, им везло.

Щель оказалась тупиком, в дальнем конце которого располагалась широкая дверь из потускневшего металла и след уходил прямиком в нее. Ничем иным, кроме как хранилищем, эта дверь быть не могла. Туда не сворачивал никто из проходивших по кольцевому тоннелю, стены и пол покрывал слой пыли, а на самой двери висел тяжелый амбарный замок.

Энгар быстро обследовал дверь.

– Примитив, – сообщил он через считанные секунды. – Обыкновенный засов с замком! Сейчас я его… – под его рукой хрустнул металл. – Давай, сейчас я картинку поставлю, чтоб дверь выглядела закрытой – и заходим!

Энгар произвел свои традиционные пассы, и в проходе возникла еще одна дверь – чуть впереди настоящей. Она была совершенно реальная и издалека не могла вызвать ни у кого никаких подозрений. Правда, любой, попробовавший ее пощупать, сразу бы все понял, но ни на что более серьезное рассчитывать не приходилось. Впрочем, они не собирались здесь задерживаться.

Энгар просунул руки в иллюзию, отодвинул тяжелый засов и без особых усилий приоткрыл широкую створку.

– Давай! – скомандовал он.

Олег скользнул внутрь, Энгар – следом за ним и закрыл дверь изнутри.

Они остановились, оглядываясь.

Больше всего это напоминало запасник музея. Или склад театрального или киношного реквизита. В огромной пещере – когда-то естественной, но затем расчищенной и слегка облагороженной – в полном беспорядке свалены были груды всевозможного добра. Здесь были оконные рамы, дверные косяки, сами двери, лифтовые кабины, какие-то картины в тяжелых багетных рамах, покрытые пылью до полной неузнаваемости. Прямо напротив входа, небрежно укрытый провисшей рыболовной сетью, стоял коптер без лопастей винта – изящная игрушка, чья яркая раскраска заметна была даже сейчас. Чуть поодаль за ним вздымался острый нос прогулочной яхты. Несколько роверов без колес свалены были в одну груду с какими-то коробками, в которых, приглядевшись, Олег с некоторым усилием распознал компьютерные системные блоки. Пирамиды досок и бочек уходили в глубь пещеры, перемешанные с непонятными металлическими конструкциями. И даже пресловутые лестничные пролеты были здесь – лежали у стены, составленные плотным пакетом. А у самых ног замерших людей из порванного мешка длинным языком высыпались блестящие, как елочные игрушки, компакт-диски.

– Ну ни хрена себе кладовочка, – высказал Олег пришедшую обоим в головы мысль. – Пещера Али-Бабы прямо-таки, честное слово!..

– Да… Хорошо они наверху пошарили, – резюмировал Энгар. – И это, я так подозреваю, не единственное хранилище. Нет, Олег, так просто такое не собирают! Этими крысюками надо будет заняться. Одно только меня в данном случае радует – это состояние данного запасника!

– Это чем это? – подозрительно покосился на него Олег.

– Запущенностью.

– Да?

– Я совершенно серьезно, – сказал Энгар, медленно обводя взглядом необъятные завалы рухляди.

Шагнув вперед, он ткнул ботинком россыпь компакт-дисков, и те с дребезгом расползлись по полу, подняв облачко пыли.

– Этим хламом никто не пользовался, – пояснил Энгар. – Возможно, со времен заполнения пещеры. А значит, скорее всего, наш контейнер лежит тут где-то, целый и невредимый. Придется только разгрести немного всю эту макулатуру…

– Ну дык… чего тогда стоим? – удивился Олег. – Ты же можешь проследить, куда его засунули?

Энгар кивнул.

– Конечно, могу. След идет куда-то вон в ту кучу, – он указал в сторону одной из стен. – Вот только я не знаю, заканчивается он там или тянется и дальше. Очень может статься, что вещи с Полигона попали сюда одними из первых. Так что нам придется потрудиться. Но давай я для начала сделаю что-нибудь с пылью. А то сдохнем ведь тут от удушья…

Следующие примерно полтора часа показали, что Энгар был прав. Не насчет пыли – с пылью он справился. Но вот неуловимый контейнер действительно оказалось добыть не так просто. Разгребая кучи ненужного мусора, Олег с Энгаром продвигались по пещере, а след все не кончался и не кончался. Минуты шли за минутами, а работу приходилось продолжать. Время от времени то Олег, то Энгар подбегали к двери склада и выглядывали наружу – проверить, все ли там спокойно. Потом им это надоело, и Энгар поставил сторожевое заклинание. Потом пришлось сделать перерыв. Потому что оба просто устали ворочать самую разнообразную рухлядь. А время все шло.

– Да что он – заколдованный, что ли? – в сердцах произнес Олег, принимая в объятия статую девушки с веслом, рухнувшую на него из пирамиды каких-то скульптурных шедевров. В другое время эта находка весьма бы позабавила его. Но сейчас он только парировал движение, уложив тяжеленный экспонат на пол без грохота. – Мы же здесь до второго пришествия так копаться можем!

– Ну, не так долго, – с серьезным видом возразил Энгар, тоже чего-то оттаскивая с расчищаемого пути. – А насчет заколдованности – так я тебе могу точно сказать, что с этим контейнером все в порядке! Не колдовал его никто.

– Да я пошутил!

– Ну, я так и понял!..

Перешучиваясь так, они продолжали двигаться вперед, ощущая себя не то мышами, угодившими в крынку со сметаной, не то археологами, дорвавшимися до неразграбленной гробницы, пока на исходе третьего часа этот упорный труд, наконец, не закончился самым неожиданным образом. Они отвалили в сторону неведомо как оказавшийся здесь остов игрушечного теремка с детской площадки, Энгар бросил взгляд на освободившийся участок пола и, медленно выпрямившись, втянул воздух сквозь сжатые зубы.

– Приехали, блин, – сообщил он. – След исчез.

Помолчав немного, Энгар обвел взглядом эвересты окружающего их хлама и тихо рассмеялся.

– Ты чего? – не понял Олег.

– Так ведь смешно, – объяснил Энгар. – Всю дорогу они его волоком перли, а здесь подняли и куда-то перенесли! И ведь наверняка почти – просто к соседней стенке. Но пойди его теперь найди!

– А может и вообще унесли? – предположил Олег. Предположение было чисто риторическим замечанием, поскольку и без него было все понятно.

– Может, – согласился Энгар. – А может, и нет. Самое пакостное – что мы не можем ничего знать наверняка… Похоже, наш рейд провалился: тут неделю копаться надо! Звони Ермакову да давай возвращаться…

Олег подумал, посмотрел на часы. Потом сказал:

– Хорошая мысль. Давай так и сделаем. Только сперва осмотрим все в радиусе, э-э… метров десяти, что ли? – от этой точки. Вдруг ты прав? И они его всего лишь передвинули? Раз уж мы сюда забрались, глупо было бы так лопухнуться! А потом уж возвращаемся…

Энгар, вздохнув, скептически оглядел обозначенную Олегом окружность.

– Да, логика в твоих словах убедительная, – признал он без энтузиазма. Вздохнул еще раз, прикидывая, с какого направления лучше начать. – Чем черт не шутит – может, он и в самом деле в двух шагах… Вон, где-нибудь за той кучей… Давай поищем! Хотя опыт и подсказывает, что раз уж пошла непруха – так косяком…

– Зипун тебе под язык!.. – осадил напарника Олег. В приметы он не верил, но болтовню такую в рейде допускать не любил. – Приключений не хватает?

– Да я исключительно насчет контейнера! – попытался оправдаться Энгар.

– Да мне по барабану! – Олег передернул плечами и решил не развивать тему. – Давай лучше дальше разгребать. Раньше начнем – раньше закончим! Куда, как по-твоему, они могли его задвинуть?

И тут в кармане у него зазуммерил мобильник.

Мысленно выругавшись, Олег вытащил волшебное устройство. Похоже было на то, что чудеса высоких технологий уже начали вовсю проявлять свою оборотную сторону. Все, кому не лень, начинают звонить по малейшему поводу. Вот раньше-то было – красота! Один комм-алтарь на всю группу, связь строго по расписанию… А теперь? Изобрели, блин, на свою голову орудие прогресса. Можно уже подумать, что обратно на Землю попал. Не Панга, а центр Москвы какой-то!..

– Слушаю, – сообщил он в трубку.

– Как скоро вы можете вернуться в лагерь? – спросил Ермаков без предисловий.

– Ну… – Олег прикинул в уме. – Часа через три.

– А раньше? – голос начальника экспедиции был сух и требователен, и Олегу это не понравилось.

– Мы метрах в трехстах под поверхностью и километрах в пяти от того места, где оставили роверы, – ответил он. – Да еще ехать… Виктор Петрович, что случилось?

Ермаков на секунду замолчал, а когда снова заговорил, то Олег сообразил, что шеф, кажется, разозлен. И, похоже, сильно.

– Ирма пропала! – сообщил Ермаков сердито. – А заодно вождь клана Синих Тигров вместе с женами и частью воинов! Похоже, в Город подались… Пока еще есть время, я хочу их перехватить. Они без роверов и не могли успеть уйти далеко!

– Так… – сказал Олег. Посмотрел на Энгара, жестами показал, чтоб тот присоединился к разговору, потом спросил: – Как это произошло?

– Да что – как?! – Ермаков, похоже, готов был скрипеть зубами. – Они нас купили, как младенцев! Помнишь, я говорил, что Ирма пошла роды принимать? Так вот, как раз к этим Синим Тиграм! Там у вождя якобы любимая жена рожать вздумала раньше времени… А час назад прибежала оттуда девчонка – она Ирме какая-то праправнучка – и сказала, что вождь и воины собрались, взяли часть женщин, что помоложе, и ушли в Город. А Ирму забрали с собой, уроды… Я договорился уже с дар Зорном: он дает роверы и воинов, чтобы перехватить этих обормотов. Я бы хотел, чтобы вы с Энгаром вернулись к этому моменту – все равно вы там, похоже, ни черта не нашли…

– Ну, не то чтобы совсем ничего, – возразил Олег, прокручивая в голове услышанное. – Но в шарик мы точно не попали… Виктор Петрович, они точно отравились в Город?

– Вроде бы да! – подтвердил Ермаков. Мультфильм про Винни-Пуха он смотрел – уже здесь, на Панге – и про шарик переспрашивать не стал. – Насколько можно судить… Мы тут уже весь поселок прочесали и всех опросили. Подтверждают, что вождь хотел идти в Город. К этому, блин, Вечному Жрецу. Похоже, ему наше появление очень не понравилось, вот он и решил податься в эмиграцию. Но не с пустыми руками, ублюдок…

Судя по количеству употребленных ругательств, шеф и в самом деле был сильно на взводе. И Олег его в чем-то даже понимал. Но это еще не был повод, чтобы все бросить и ломиться в погоню.

– Вы дар Зорну верите? – спросил Олег. – Не он ли все это устроил?

– Вряд ли… – возразил Ермаков. – Ему тогда не было смысла оставаться. Он же понимает, что Энгар из него вытрясет все, что у него в голове есть! Они магов тут до икоты боятся. Он и сам сейчас жутко недоволен, ходит туча тучей… Тоже хочет их вернуть – его клановый вождь против него же пошел, сам понимаешь… У нас, собственно, все уже готово – хотели лишь вас дождаться. Но если вы только через три часа будете, то лучше ищите дальше – мы сами справимся!..

– Погодите! – остановил Ермакова Олег. Он вкратце доложил результаты поисков контейнера, сообщив, что на данный момент они с Энгаром все равно готовы возвращаться. В голове он тем временем продолжал оценивать сложившуюся ситуацию. – Вы вот что мне скажите. Виктор Петрович: у них женщин сколько?

– Женщин? – переспросил Ермаков. – Ну, с десяток. И воинов столько же. Они небольшой группой деру дали.

– Это не важно, – отмахнулся Олег. – До Города здесь примерно сто километров. С женщинами пешком – это не меньше пяти переходов. Ну – три, если поднажать… Виктор Петрович – у них должны быть роверы! Хоть несколько! Они же не могли не понимать, что вы их догоните! А если у них роверы… Сколько времени назад они ушли?

– Часа два-два с половиной, – ответил Ермаков. – Но все роверы в холде на месте! Кроме тех двух, на которых вы уехали. А там, где они вышли за скалы – роверы можно было только в разобранном виде перетащить. Не брали они ничего!

– Значит у них снаружи были где-то спрятаны – чего проще. Штуки четыре или пять. Два десятка человек на них вполне уместятся. Они потому таким малым количеством и слиняли, наверняка… Виктор Петрович, они, скорее всего, уже на полпути к Городу, вы их просто не догоните!

Слышно было, как Ермаков сопит со своей стороны в амулет, переваривая услышанное. Олег молча ждал. Ему так же, как начальнику, было неприятно осознавать, что они потерпели поражение.

– Нет, – минуту спустя заговорил Ермаков, и Олег понял, что он его не убедил. – Дар Зорн утверждал, что снаружи холда роверы не держат – это слишком ценная техника… Да даже если так… То скорость у них будет заниженная. Да и едут-то они не по асфальту. Километров десять в час, я думаю. А прямой дороги до Города нет, ездят туда по руслу Ангеррана. Это не сто, а полтораста, а со всеми мелкими извивами – и двести километров. Нет – они и трети пути не проехали! Мы будем налегке и догоним их через несколько часов. А если они все-таки пошли пешком – то мы встретим их со стороны Города. Ирму я им не отдам, мерзавцам! А вы поищите еще контейнер, как решили, и возвращайтесь. Присмотрите здесь без нас за холдом… Эх, жалко, что Энгар летать не умеет!

– Летать я действительно не умею, – подал голос Энгар, все это время молча слушавший. – Но могу перевести нас с Олегом в форсированный режим. Мы тогда и без роверов прибежим в Джунгахору где-то через час. Олег просто забыл.

– Да это уже не принципиально: три часа или один, – возразил Ермаков. – От вашего присутствия что изменится? Вот контейнер попробовать найти надо, это да – если даже и не получится… И Мезенцеву компанию составить тоже. Так что – работайте.

– Стоп! – немедленно вклинился Олег. – Мезенцеву? Вы его одного оставляете? А Локтев?

– Он требует, чтобы его тоже взяли. И я не могу ему запретить, – сухо сообщил Ермаков. Олег понял, что спорить бесполезно. Ни Локтев, ни тем более Ермаков ему не подчинялись. Но оставлять Колю одного тоже было нельзя.

– Санчеса оставьте! – сказал он. – Если станет возражать, скажите, что это мой приказ! Вас там и так пятеро будет. За глаза хватит. А в лагере одного человека недостаточно – мало ли что?

– Хорошо, – согласился Ермаков.

– И дар Зорна с собой не берите, – добавил Олег. – Пусть остается в холде. И, если что, отвечает за Мезенцева с Санчесом. И в Город не лезьте. Сгоняйте до окраины – и обратно… Черт, – добавил он в сердцах. – Не нравится мне все это!..

– Мне тоже, – согласился Ермаков. – Но Ирму им отдавать я не намерен. Такие шутки по отношению к нам позволять нельзя! Ладно, если все обговорили – конец связи!

– Удачи! – ответил Олег, убирая амулет. Настроение у него было паршивое.

Ермаков, конечно, был полностью прав. Позволять дикарям такие выходки – означает потерять всякое их уважение. И если есть возможность догнать ушедших и вернуть Ирму, это надо сделать. Хотя бы попытаться. И бросать поиски контейнера ради этого, тоже, в общем, не имело смысла – раз уж они с Энгаром здесь. Но произошедшее никак не хотело Олегу нравиться. Слишком много в нем было неизвестных. Просто до отвращения много.

Надежность аборигенов Джунгахоры. Сам ее верховный вождь Солтар дар Зорн. Напрочь неизвестная ситуация в Городе. Крысюки, которые оказались совсем не такими, как показалось на первый взгляд. Маг, неизвестно зачем долбящий Купол. Дурацкий поступок вождя Синих Тигров… Все это неотвязно вертелось у Олега в голове, пока они с Энгаром методично продолжали разбирать завалы исторического уже хлама.

Ситуация тоже была глупая. Где в огромной пещере мог находиться контейнер – не взялся сказать бы и сам Емай. А перебирать ее содержимое вручную, да еще только вдвоем – это занятие отдавало уже маразмом. Тем не менее, они им занимались. Понимая, что в следующий раз попасть сюда может оказаться не так просто.

Но, похоже, поиски покуда не намерены были приносить результата.

Где-то через полтора часа позвонил Ермаков. Сказал, что они уже въехали в русло Ангеррана и движутся по направлению к Городу. И что Олег, кажется, был прав – на дороге обнаружились свежие следы небольшой колонны. Если они не ошиблись в расчетах – где-то через пару часов они ее нагонят. У Олега немного полегчало на душе. Но в поисках контейнера это никак не помогало – чертов архив лаборатории ювенологии словно растворился в воздухе!

В конце концов, где-то еще через полтора часа Олег сдался.

– Все, хватит! – сказал он Энгару. – Я уже согласен прийти сюда завтра еще раз. И послезавтра – если понадобится. За сегодня мы все равно всего не переберем. Давай сворачиваться. Ты сможешь как-то замаскировать то, что мы тут наворочали?

– Ну… Думаю, особо тут никто и не смотрит. Если у входа мы завал немного восстановим да присыплем все пылью – будет нормально. Тем более все в хранилище на месте. В принципе, мы действительно можем вернуться, если что. Хотя я бы на будущее просто предложил вступить в переговоры…

– Там видно будет, – философски заметил Олег. – А на сегодня – хватит.

Перед уходом он позвонил Ермакову, спросил, как дела.

– Мы их уже видим! – прокричал Ермаков сквозь свист ветра, лязг подвески и вой напрягаемого двигателя. – Уходят во все лопатки! Но с такой нагрузкой им не оторваться! Убью идиотов!

По всем признакам, в Викторе Петровиче полностью возобладал авантюрист, так прославившийся некогда на просторах Побережья. Олег не стал встревать с рекомендация. В конце концов, у начальника имелся и свой немалый опыт. Они с Энгаром по возможности тщательно скрыли следы своего пребывания в пещере и отправились в обратный путь.

Как ни странно, это им удалось проделать без помех. Во всяком случае, в зону, где крысюки практически не появлялись. Судя по всему, обитателям подземелья даже не приходило в голову, что к ним может кто-нибудь проникнуть.

Олега только начало смущать молчание Ермакова. По всем расчетам они должны были уже перехватить беглецов. Но начальник экспедиции не давал о себе знать. В конце концов, Олег обеспокоено потянулся к мобильнику, но тот завибрировал сам. «Слава те господи», – подумал Олег, поднося связное устройство к уху.

И услышал голос Мезенцева.

– Олег? Тут такое дело…

– Ну, что там? – перебил его Олег, моментально исполняясь самых мрачных ожиданий.

– С шефом связи нет, – слова Николая прозвучали похоронным звоном. – Ни с кем из ребят тоже.

– Мать-перемать… – подумал Олег вслух. А про себя добавил: «Кажется, влипли! Где же я прокололся?»

– И еще… – добавил Мезенцев. – Тут этот правитель Джунгахоры пришел… Солтар, как его…

– И чего ему надо?

– Да переживает, вобщем. Говорит, что только что вспомнил…

– Чего именно?

– Да когда он еще был зеленым мальчишкой – лет двадцать назад – несколько холдов пыталось захватить Город. И у них ничего не получилось. Больше того – из этого похода никто не вернулся. И холдов тех теперь нет, поскольку воинов в них не осталось… Никто ничего, конечно, не знает толком… Но как-то городские нашествие уничтожили. И, возможно, к Городу близко подходить нельзя…

– Хвостом его по голове!.. – выругался Олег. – Где он раньше был, вождь недоделанный?!

– Да он сам не в курсе! Вспомнил вот – сказал. И вообще, по-моему, он как раз сейчас решил играть на нашей стороне. Потому что предлагал нам как можно скорее уходить за подмогой. Сам понимаешь, связываться в одиночку с Городом ему не хочется…

– Ну, это еще вопрос, что он там задумал, – заметил Олег. – Но с этим мы придем – разберемся. Пока же скажи ему, что даже в таком составе мы раскатаем здесь кого угодно и Джунгахору в первую голову. А как только этот маг в Городе закончит колотиться в Купол, сюда прибудет О’Хара со своей группой, и мы зачистим ихние гадюшники по самое немогу! Это я ему лично обещаю! А сейчас слушай приказ: сидите с Санчесом в глухой обороне! Никого не подпускать. Если потребуется – глушите без исключения. Постоянно вызывайте шефа с Локтевым: ни за что не поверю, что двух тальменов можно так просто убить, даже таких слабеньких, как они. Мы с Энгаром будем где-то через час. Повтори приказ!

Мезенцев повторил.

– Так, – повернулся Олег к Энгару, который после первых реплик разговора достал мобильник и дальше все слышал. – Приключения кончились – начинается работа. Переводи нас на форсированный!..

Заклинание форсированного режима всегда вызывало у Олега совершенно детское чувство восторга. Километры, которые они перед тем тащились два часа, сейчас пробежали за пятнадцать минут. Каменные стены пролетали мимо, как при езде на мотоцикле. Хотелось бежать и бежать еще, наслаждаясь ощущением мощи и скорости. И, что самое главное – никаких последствий! Ну, или почти никаких. Тот самый магический метаболизм принимал на себя основную долю нагрузки.

Правда, сейчас было никак не до веселья. Что случилось с Ермаковым и остальными, узнать не представлялось возможным, но уж если ни один из имеющих переговорники не выходил на связь, значит, приключилось что-то серьезное. И что хуже всего – в самый неподходящий момент. Впрочем, по собственному опыту Олег хорошо знал, что закон подлости если уж срабатывает, то именно так.

И что теперь делать, он не очень представлял. Сохранить остатки экспедиции и вернуть их из-под Купола – само собой. Но это означало в таком случае потерю больше половины личного состава, а на Трех Базах ничего подобного не случалось уже давно – даже в прошедшую войну на Южном Побережье процент потерь был куда как меньше. Командиру группы, допустившему такое, оставалось только банально застрелиться, если расследование не обнаружит задним числом никаких смягчающих обстоятельств. А в их случае Олег таковых не находил: они сами превысили выданное им задание, пошли на контакт, влезли в местные разборки…

Уклоняясь на бегу от выпирающих из стен каменных глыб, Олег отстранено подумал о лежащем в домашнем сейфе в Эбо табельном «макарыче», оружии, сохранившемся у него еще с момента переноса. Патронов – более чем достаточно для такого случая… Ни к селу ни к городу вспомнилось, как застрелился в их части один прапорщик. Из-за измены жены. Зарядил в Калашников полрожка, переводчик поставил на очередь – и в сердце. Три раза успел выстрелить. Глупо…

– Стоп! – прервал размышления Олега Энгар, останавливаясь перед выходом в вертикальный колодец, по которому они спустились сюда из подвала. Голос его, ускоренный в соответствии с режимом, звучал обрезанными обертонами. – По колодцу в нормальной скорости пойдем.

Он шевельнул руками, снимая заклинание, и к Олегу вернулся привычный замедленный ритм движений, тяжесть собственного тела, необходимость прилагать усилия.

Организм среагировал привычно – дезориентацией. Стены пещеры поплыли куда-то в сторону, пол словно просел под ногами. Зная, что это быстро пройдет, Олег ухватился рукой за камень, пережидая. Почему-то у магов никак не получалась такая вещь, как чистый переход с этого заклинания для обычных людей. Не магов. Никто внятно не мог объяснить, в чем тут дело, скорее всего, сказывалась та неестественность магического метаболизма, про которую давеча упоминал Энгар. Во всяком случае, Олег не знал никого на Трех Базах, у кого бы этот процесс проходил гладко.

– Ты постой пока, – сказал ему Энгар. – А я сейчас «след встряхну», – а то как бы нам на хвост не сели.

Он развернулся в сторону хода и начал плести руками незримое кружево. Специальное заклинание, призванное уничтожать всяческие приметы их присутствия на пройденном пути. Причем в данном случае сложность задачи была максимальна, поскольку никаких вариантов у преследователей в случае чего возникнуть не могло.

Через полминуты Олег почувствовал, что более-менее пришел в себя. Окружающее прекратило попытки изменить положение в пространстве, и он выпрямился, твердо встав на ноги. Энгар уже закончил выстраивать заклинание – Олег узнал некоторые финальные жесты – ухватился обеими руками перед собой за что-то невидимое и резко встряхнул. Именно из-за этого жеста заклинание и получило свое название.

Завершив манипуляции, Энгар еще какое-то время стоял, вслушиваясь в окружающую их тишину, потом повернулся к Олегу.

– Все, зачистил и, кажется, без проблем. Но кто-то там был. Похоже, нас все-таки заметили…

– Не удивительно, – отозвался Олег. – Мы неслись, как два лося по осени… Ударная волна, наверное, по всем окрестным переходам разнеслась…

– Как кто? – переспросил Энгар.

– Как драконы в «одержании», – поправился Олег. – Но, надеюсь, ты надежно все сделал?

– Вполне. А в колодце встряхну еще раз.

– Хорошо. Тогда полезли!

Олег проверил, как закреплен за спиной станнер, насколько надежно закрыты карманы разгрузки и решительно протиснулся в щель, сразу же сдвинувшись дальше, чтобы освободить место Энгару.

– Олег!! – раздалось у него за спиной.

Олег начал оборачиваться, уже понимая, в чем дело. Услышал, как Энгар протискивается за ним из прохода. И даже успел рвануться к нему навстречу. Точнее, почти успел. Каких-то долей секунды ему не хватило. Неверный камень ушел из-под ног, выступ, за который он ухватился пальцами, раскрошился, и Олег полетел вниз, успев еще подумать, что сейчас ему самое время, как персонажу одного старого фильма про Гражданскую войну, с чувством полного фатализма сказать: «Ну просто – не везет…»

Падение не было ни стремительным, ни приятным. Олега несколько раз перевернуло, приложило о кривые стены колодца, окутало облаком осколков. Затем последовал толчок во что-то сыпучее, косое скольжение в стуке щебенки. И без перехода – тяжкий удар, от которого заложило уши, новый рывок куда-то в вихре воздушной волны, громоподобный грохот, непреодолимая тяжесть, наваливающаяся со всех сторон. И так же внезапно – тишина и неподвижность, сразу напомнившая Олегу состояние мухи в янтаре. Только где-то неподалеку сыпался с легким шуршанием песок, так, словно и не было ничего.

Олег закашлялся, мотая головой, усиленно моргая и отплевываясь – от концентрации пыли, казалось, невозможно дышать. Прямо перед собой он увидел блестящие свежим изломом каменные стенки, смыкающиеся не более чем в метре классическим «домиком». Шов между стенками был такой, что туда не влез бы и муравей. Олег попал в «карман» меж двух упершихся друг в друга глыб – в этом не было никаких сомнений – и только оттого не оказался раздавленным. Эти же глыбы стискивали его с обеих сторон, а ноги, судя по всему, оказались погребены под кучей щебня, но не капитально – последнее он быстро выяснил, попробовав пошевелиться.

Самое же интересное, с точки зрения Олега, заключалось в том, что он в результате всего произошедшего не получил ни царапины: ничего не болело, тело слушалось нормально. Разве что горло и глаза резало от пыли. Но тут уж поделать было нечего.

– Ни хрена се… – сказал Олег, обращаясь к каменному окружению и сплевывая с губ горькую крошку. – Повезло! А рассказать кому – так ведь не поверят…

Совсем некстати в голову пришла мысль, что теперь ему понятно, почему крысюки здесь не ходят. Во время Мордийской экспедиции проводники рассказывали о таких пещерах. Они называли их растущими. Своды этих пещер исключительно непрочные. От них то и дело отваливаются куски породы, а то и целые глыбы. И достаточно бывает одного неосторожного резкого звука, чтобы обрушился весь потолок. Свалившегося в колодец Олега для этого хватило с избытком.

Олег осторожно повернулся боком, освободив руки. Оглядел эту часть «кармана» и замер. За его головой «карман» не заканчивался. Через небольшое – плечи не просунуть – отверстие просматривалась узкая горизонтальная щель, ведущая… Куда – было не так уж важно. Главное, что это был не такой же «карман», а сравнительно чистая пещера – верный признак того, что там обвала не произошло.

Олег еще раз, уже более внимательно, огляделся в своем закутке и потянулся за переговорником, чтобы вызвать Энгара. Но амулет завибрировал еще до того, как он успел его коснуться.

– Ты цел?! – выкрик Энгара ударил его с такой силой, что Олег невольно поморщился.

– Да цел я, цел! Я вообще еще – не долетел! – вспомнил Олег старый анекдот. – Не кричи так – обвал устроишь… Что там у тебя сверху? Сможешь меня вытащить?

Энгар заговорил тише, но радости в его голосе не наблюдалось.

– Пещера обрушилась. Свод обвалился и похоронил под собой весь прежний объем, как я понимаю. Сколько до тебя копаться, я сейчас даже не представляю…

Олег опустил мобильник.

– Так… Действительно: ну просто – не-ве-зет… – негромко сказал он, поглядев в неизвестно куда ведущую щель.

Подождав немного, Олег поднес мобильник обратно к голове.

– Энгар, – спросил он. – Наверх ход свободен?

– Да, – подтвердил тот.

Олег помолчал, обдумывая то, что сейчас скажет.

– Слушай меня внимательно, – произнес он. – Откапыванием меня сейчас не занимайся. На это просто нет времени. Выбирайся наверх. Отправляйся в Джунгахору, принимай командование над остатками группы.

Основная задача – дождаться, когда этот долбанный маг успокоится – и уходить из-под Купола. Джунгахорцам и дар Зорну персонально вбей в головы, что будут еще экспедиции, и с нами лучше дружить. Снаружи – доложите обо всем. Ну и… дальше – как Совет решит. Понял? Это приказ! Энгар не стал возражать – ему не хуже Олега понятно было, что сделать ничего нельзя.

– Хорошо, – сказал он. – Я иду. Только… Ты можешь там продержаться хотя бы сутки? Я разберусь в Джунгахоре, и мы тебя вытащим. У тебя там место надежное?..

– Более чем, – не покривив душой, ответил Олег. – Нечто вроде персонального склепа, даже, кажется, выход есть. Я собираюсь выкопаться и по возможности разведать, что тут и как. Может, даже дорогу наверх найду. Буду держать вас в курсе – связь-то у нас теперь есть!

Энгар помолчал.

– Может, без разведки обойдемся? – с сомнением спросил он. – А если на крысюков нарвешься?

– Ерунда! – прошедшая встряска выбросила в кровь порцию адреналина, и он требовал выхода. – Их тут ни одного не видно. Может, это вовсе какой-нибудь тупик! А если что – прикинусь булыжником, все дела. В крайнем случае, станнер есть, гранаты… Отобьюсь.

– Ну, смотри… – все еще с сомнением ответил Энгар. – Я бы все же постарался сидеть тихо…

– Ты обо мне сейчас не беспокойся! – перебил его Олег. – Ты о ребятах беспокойся! Двигай в Джунгахору – время не ждет!

– Ладно, – согласился, наконец, Энгар. – Я пошел. Удачи!

– И тебе того же!

Олег убрал мобильник и вытащил из кармана на разгрузке нож.

Это было, пожалуй, единственное, что произвело в свое время на Олега наибольшее впечатление в этом мире. Талисманного производства темпостатированный клинок атомарной остроты из металла с перестроенной кристаллической структурой резал все. Вообще все, кроме, разве, неуязвимого ни для чего легендарного тайгла. И не нуждался ни в заточке, ни в каком-либо уходе. Идеальная вещь! По счастью, массового выпуска данного изделия организовывать в Городе не стали, ограничившись только ножами для армии, которая была немногочисленна и почти не использовала холодного оружия. Какое-то количество этих чудо-ножей сохранилось на Трех Базах, и для Олега один такой нашелся.

И сейчас, вполне возможно, спасал ему жизнь.

Резать камень, конечно, было не так же просто, как бумагу. Твердость материала не позволяла погружать лезвие на всю длину. Поэтому приходилось кромсать гранит узкими ломтиками. На это ушло немало времени. Но, в конце концов, Олег расширил отверстие настолько, что смог протиснуться в него, не застревая.

Осторожно, чтобы не зацепиться притороченным за спиной станнером, Олег вполз в щель, которая, как он и подозревал, оказалась естественным образованием.

Правда, станнер в итоге все равно пришлось снять – места в щели едва хватало для самого Олега. Каменный потолок нависал так низко, что Олег все время чувствовал спиной его неровные выступы. Да и пол тоже имел мало сходства с тротуаром – сплошные ямы, бугры, да вдобавок еще и наклон то в одну, то в другую сторону. Но хорошо было уже то, что можно было двигаться хотя бы так, а не прорезать себе дорогу ножом: тогда бы весь смысл предприятия оказался под большим вопросом.

Сейчас же Олег каким-то шестым нюхом чувствовал, что путь не ведет в тупик. Он не мог бы объяснить это внятно. Но опыт хождения под землей у него был. И не такой уж маленький. Правда, не самостоятельно, а с проводниками. Но полазить довелось немало. Несколько командировок в Поднебесную и та памятная экспедиция в Мордию – операция «Золото партии гномов», название, придуманное каким-то вазовским остряком – будь она неладна. Олег не любил ее вспоминать, но там, пожалуй, приходилось работать в условиях даже худших, чем теперь. Да еще при наличии диких подземных Червей, безраздельно господствовавших на нижних горизонтах. Олегу очень хотелось надеяться, что здешняя разновидность этого чудовища все же одомашнена – а за это говорили виденные им ходы – иметь с данной тварью дел не было ни малейшего желания…

Мобильник завибрировал совершенно для него неожиданно. Олег этому не обрадовался. Энгар сейчас бежал на форсированном режиме в холд и звонить не мог просто физически. Ермаков и все ушедшие с ним молчали. Разве что… Он же велел Мезенцеву вызывать начальника и Локтева. Неужели что-то есть?..

– Да! – быстро сказал Олег. – Что там у вас?

– Командир! Это я! – услышал он приглушенный шепот, едва не заставивший его подпрыгнуть. – У нас проблемы!

От этого шепота у Олега, несмотря на все обстоятельства собственного положения, резко улучшилось настроение. Уж кого-кого, а своего заместителя Омбре Равия Олег узнал бы даже с глубокого бодуна.

– Сержант! Какого черта у вас там происходит? – рявкнул он вполголоса (из предосторожности), маскируя недовольством вдруг появившуюся надежду.

– Это была ловушка! – торопливо прошептал Равий. – Они нас заманили на минное поле. Управляемое. И замкнули цепь.

– Обычное минное поле? – перебил его Олег.

– Да, совершенно обычные фугасы с электровзрывателями. Самодельные. Никакой магии – я проверил…

Черт знает, как Равий мог это проверить. Но если он что-то говорил – значит, он это сделал. Разобрал, наверное, мину… Но хорошо: запомним!

– Дальше! Подробности!

– Наши все живы, по-моему, – камуфлеты должны были спасти – но захвачены в плен. Из людей дар Зорна никто не уцелел. Мне повезло: я не подорвался. Успел спрыгнуть с ровера и включить хамелеон. После чего час играл в прятки посреди ровного места – выбраться не было никакой возможности: эти… городские обыскивали все трупы и вообще все, что могли, включая обломки роверов. Шефа, Локтева и ребят, обезоруженных и связанных, увезли куда-то в бессознательном состоянии. Остальных – закопали прямо там. Когда все более-менее успокоилось – проследил предположительное направление транспортировки. Наших пока не обнаружил, но собрал кое-какую информацию… Ч-черт!.. Командир, подожди, я чуть позже перезвоню!..

Равий замолчал так же внезапно, как и появился. Олег не особо обеспокоился: в словах сержанта не было ничего, кроме сдержанной досады, вряд ли ему что-либо угрожало. Скорее, просто временное неудобство. Олег прекрасно знал, как Омбре умеет прятаться, и поэтому просто засунул переговорник обратно в карман, сообщив шепотом в пространство неизвестно кому:

– Ничего! Спецназ без хрена не съешь!

Этот звонок менял расклад всей ситуации. Если Ермаков и Локтев с остальными членами группы захвачены в плен – они живы! А если это так, то вызволить их из плена – это уже вопрос техники. Или переговоров. Как уж получится: Олег пока не чувствовал себя готовым штурмовать развалины Города. Да в этом, в общем, и не было необходимости: в случае чего, дипломаты Трех Баз вполне способны были договориться с кем угодно.

Олег позвонил Мезенцеву и вкратце передал ему разговор с Равием, велел ждать Энгара и все пересказать ему. После чего с новыми силами пополз дальше. Теперь у него появился дополнительный стимул выбраться из этой мышеловки.

Чутье не подвело Олега: проход действительно не был тупиковым. Правда, убедился он в этом далеко не сразу.

Сперва скалы сжались почти до самого предела – так, что Олег снова стал подумывать о ноже, – затем щель пошла довольно круто вверх, потом снова вниз. После чего повернула вбок, и впереди открылся выход.

Что там за ним было, сказать с определенностью не представлялось возможным: обзор не позволял. Но явно какой-то объем. Может быть, глухой тупик без входов и выходов – и тогда все дальнейшие действия Олега сводились к простому ожиданию. Но могла быть и проходная пещера. А тогда почти наверняка из нее можно было попасть в подземелья здешних разумных грызунов. Это, с одной стороны, было бы совсем хорошо, поскольку открывало путь наверх. А с другой стороны, означало, что и грызуны могут попасть сюда тоже…

Минут пять Олег лежал неподвижно, слушая доносящиеся из пещеры звуки. Точнее, полное их отсутствие. В плане безопасности это радовало. Но и озадачивало тоже. Если пещера посещается крысюками – почему никто из них не поспешил проверить последствия обвала? Естественный же поступок. Или у них эта нора под каким-нибудь табу? В принципе, вполне возможный вариант. Но тут пока не вылезешь – не узнаешь, гадать бессмысленно.

Можно, конечно, было бросить вперед себя гранату. Предварительно установив ее в режим фото импульсной. Или газовой. В любой другой ситуации Олег так бы и поступил. Но сейчас ему было жаль весьма ценного устройства.

Гранаты, выпускавшиеся в Городе, были своеобразным шедевром. Во всяком случае, земные оружейники удавились бы от зависти, попади им в руки хотя бы один экземпляр. В гранате регулировались: сила и тип производимого действия, осколочно-кумулятивно-фугасный эффект, тип взрывателя, ее можно было цеплять на любые поверхности на манер магнитной мины (причем без всякого магнита), при нужде топить ей печь – если бы такое потребовалось. Можно было даже съесть. И использовать еще много для чего, что, в общем-то, делало ее уже мало похожей на гранату в привычном понимании, но, тем не менее, устройство оставалось именно гранатой по основному назначению и отлично его выполняло. Как инженеры Города умудрились совместить все эти функции в одном объеме, Олег совершенно не представлял, но это его заботило мало: главное, что все исправно срабатывало, когда требовалось.

У Олега их с собой было всего две, и обе еще могли пригодиться в куда более сложной ситуации.

В конце концов, Олег решил, что за выходом никого нет. Во всяком случае, выглянуть наружу, не вылезая целиком, было вполне здравой мыслью. Олег выждал немного, продолжая вслушиваться, ничего не услышал, осторожно подполз к краю и высунулся наружу.

Перед ним была пещера. Абсолютно естественного вида – то есть, неровный камень со всех сторон и никаких признаков обитаемости. Наклонный пол уходил куда-то вниз и вместе со стенами заворачивал в сторону, пропадая из виду. Вполне возможно, там был проход дальше. Что радовало.

Но вот то, что пещера продолжалась и за спиной Олега, оказалось совсем не нужным сюрпризом. Как выяснилось, щель выхода располагалась едва ли не в центре. И, что хуже, разглядеть что-либо сзади было невозможно из-за некстати расположившегося там каменного бугра. Волей-неволей приходилось вылезать из дыры целиком.

Но сделать это Олег не успел.

Едва Олег оперся руками, чтобы выдернуть тело наружу, как за спиной у него раздался какой-то шум. А в следующую секунду голова у него словно взорвалась, и сознание мгновенно провалилось в темноту…

«По голове ударили», – подумал Олег, когда какое-то время спустя обрел способность соображать.

Причем, судя по всему, ударили крепко. Он не чувствовал тела, не мог пошевелиться и ничего не видел и не слышал. Точнее говоря, перед глазами плыли какие-то цветные узоры, но поскольку «Сова» давала в темноте черно-белое изображение, – наблюдаемое Олегом не было реальностью.

Опять повезло. Капюшон камуфлета смягчил удар, иначе бы Олегу наверняка раскроило голову. А так он, похоже, отделался только сотрясением мозга да расквашенным носом. Но это ерунда: добраться до аптечки, а потом на стимуляторах до Энгара – и через час не останется никаких последствий. Очевидное преимущество пангийской магии перед земной медициной…

Цветные пятна перед глазами, между тем, упорядочились, превратившись в полосы. Яркость их сильно поблекла, но зато они пришли в движение. На манер стробоскопа. Неспешное их мелькание сопровождалось странными толчками, но только через несколько секунд Олег сообразил, что это на самом деле отдается у него в ушах какой-то внешний лязгающий звук на фоне знакомого однотонного гудения. Уловил слабое подрагивание поверхности под спиной и ощутил равномерное движение в одном неизменном направлении. На ровер это ни коим образом не было похоже.

«Где это я?» – с усилием подумал Олег, преодолевая навалившуюся дурноту: тело наконец-то тоже дало о себе знать. – «На Сероту похоже… Но тогда я на Завре, что ли? Но как я на него попал? Неужели столько времени провалялся в отключке, что ребята меня откопали в беспамятстве? Но тогда почему меня не привел в норму Энгар, и меня везут в таком состоянии? Или – меня настолько капитально приложило, что Энгару это оказалось не по зубам, и вся надежда на базовский госпиталь? Ничего не понимаю. Надо открыть глаза! Вот только бы вспомнить еще – как это делается, блин…»

Но все же Олегу удалось сделать и это. С огромным трудом, борясь с тошнотой и головокружением, он разлепил веки… И удивленно замер, глядя на то, что оказалось вокруг.

«Откуда здесь метро?!» – было первой мыслью Олега. Второй: «Изображение черно-белое – значит, «Сова» работает»! Третьей: «Почему руки связаны за спиной?» И только четвертая была уже вполне осознанной: посмотреть по сторонам.

Олег осторожно повел глазами. И ему тут же захотелось их протереть.

Потому как едущие в метро крысюки – это даже для Панги было несколько чересчур. Да не просто едущие, а рассевшись по пассажирским диванам с видом заправских завсегдатаев. Ну, натурально те самые лемовские крысы, возомнившие себя людьми! Емай знает что!

Сам Олег лежал, скорчившись, на полу в хвосте вагона. Капюшон с головы сдернут, руки связаны за спиной. А вот ноги ему связывать почему-то не стали, что было непонятно. Но, надо полагать, у захвативших его имелись на то свои причины…

Из снаряжения у него оставался камуфлет, который просто так снять с владельца было нельзя, да еще берцы, в застегнутом состоянии неотделимые от костюма. Разгрузка со всем имуществом и станнер валялись в нескольких метрах в передней части салона. И добраться до них мимо сидящих на пассажирских местах крысюков не было никакой возможности.

Да и не в том состоянии сейчас был Олег, чтобы попробовать проделать такой номер: при малейшей попытке пошевелиться сразу же накатывала тошнота, и начинала кружиться голова. Так что крысюки, вполне возможно, знали, что делают, когда связали ему только руки. Им даже не было нужды специально за Олегом следить, достаточно было время от времени просто бросать на пленника короткие взгляды. Да еще очень выразительно поводить в его сторону носом, принюхиваясь. На нюх-то они что хотели определить, интересно – жив он или помер?..

Но в любом случае, это Олегу пока было на руку. Его прихода в себя никто не заметил, а он успел прикрыть глаза и ничем больше себя не выдал. Через не до конца сомкнутые веки он разглядывал своих пленителей и старался понять, что – а главное как – ему надлежит делать дальше.

Честно признаться, выбор был невелик. Из того немногого, что он успел узнать здесь, под Куполом, плен у крысюков ничего хорошего не сулил. Впрочем, как и у людей… В плен Олегу не хотелось. Но сделать он пока не мог ничего, и с данным обстоятельством лучше было примириться. И постараться не позволить себя убить до того момента, когда Энгар его отсюда вытащит. Или спасательная экспедиция Трех Баз – что отодвигало освобождение на несколько больший срок – если у Энгара не получится. Но вообще-то в своего мага Олег верил. И рассчитывал, что если в Джунгахоре не возникнет осложнений, то завтра Энгар будет здесь и займется его поисками. А это время можно попробовать продержаться…

«Да, – припомнился Олегу последний разговор с Энгаром по мобильнику, – вот и притворился булыжником при встрече с крысюками!.. Ниндзя хренов. А ведь сам же еще удивлялся, почему это никто не идет проверять, что там обвалилось… А они услышали еще издалека, как он ползет (да еще по мобильнику разговаривает!) и решили дождаться на выходе из щели – чего проще! И забрать, надо полагать, для допроса. Чтобы узнать, что за герой такой додумался к ним провалиться. Вряд ли сюда забредал прежде хоть один обитатель холдов! Кстати, а куда они его вообще затащили?..

Олег с некоторым усилием вызвал перед мысленным взглядом карту. Все-таки сотрясение мозга – это вам не шуточки. Без аптечки ощущения были весьма хреновые. Олегу потребовалось не меньше минуты, чтобы понять, что означает нанесенная программой-маршрутизатором линия. Оказалось, что за то время, пока он был без сознания, крысюки переместились вместе с ним аж на сотню без малого километров! И сейчас находились совсем неподалеку от окраины Города. И продолжали к ней приближаться. Ничего себе, жители подземелья! Нет, прав был Энгар – эти крысы точно не то, чем они кажутся! Ну откуда у них метро?! И кто ведет этот поезд (или вагон?)? Тоже крысюк?! Или вообще автовожатый?!

Да, так просто Энгару теперь до Олега было не добраться. Даже и запеленговать толком не получится на таком расстоянии. Вот остался бы у Олега переговорник – совсем другое дело. А еще лучше – станнер. Или хотя бы нож… Но, увы, ни того, ни другого, ни третьего в распоряжении Олега не было. А мечтать о них…

Единственное, что Олег сейчас мог сделать – это попытаться привести в относительный порядок свое здоровье. Без которого какие бы то ни было планы строить было невозможно. Для этого требовалась, конечно, аптечка. Но при отсутствии ее на безрыбье вполне годились приемы самопомощи, которым обучали всех рейнджеров в армии Города, а теперь Трех Баз.

Олег не особо в этой науке преуспел. И не любил применять недоученные навыки на практике. Но теперешнее состояние было настолько хреновое, что хуже оно стать просто не могло. Поэтому Олег честно постарался расслабиться и войти в транс, как их учили на курсах. Какой-то психорезонанс и активизация внутренних резервов организма…

По идее, должно было обеспечить приход в норму как раз из такого вот состояния в течение четверти часа – если их ему дадут! Реально же у Олега была надежда убрать или, по крайней мере, уменьшить головокружение, не дававшее ему возможности нормально двигаться. На большее он даже не рассчитывал. Но и это – уже хоть что-то!

Однако сосредоточиться до конца у Олега не получилось. Именно в этот момент крысюкам надоело молчать, и они решили завести разговор. Один что-то произнес. Второй ответил односложно. Третий добавил какую-то фразу… И Олег с изумлением сообразил, что не понимает ни слова! Он оторопело прислушался, позабыв на секунду даже свое состояние, и убедился, что речь крысюков действительно звучит для него полной тарабарщиной.

«Это что же, – подумал Олег, холодея от неожиданного открытия, – это такое следствие удара по голове?.. Или?.. Братцы, да на Панге ли я еще?!

На Панге такого просто не могло быть!

Система тотального перевода со всех языков на все не делала ни для кого никаких исключений. Жители далекого северного Бисана и обитатели всеми забытого оазиса на Южном Берегу, доведись им вдруг встретиться, без проблем поняли бы друг друга. Само собой, у них очень сильно разнились бы обычаи и нормы поведения, но говорить они могли! Точно так же, как могли разговаривать Олег и Санчес. Хотя один не знал испанского, а второй – русского. На Панге это была аксиома!

И вот внезапно здесь, под Куполом, Олег своими ушами услышал язык, который не переводится! Немудрено, что ему пришла в голову мысль о переносе еще в какой-то мир. Особенно если учесть вагон метро с разъезжающими в нем крысами. Куда-то везущими самого Олега! В такой ситуации крыша начнет приподыматься против всякого желания…

Впрочем, постепенно Олег начал кое-что соображать. Хотя и не был специалистом в лингвистике. Но зато побывал в экспедициях в разных концах Панги. Соответственно, общался с не самыми глупыми из людей на Трех Базах. В силу чего располагал кое-какой информацией, достаточной для несложного анализа. Речь разумных крыс напоминала нечто вроде шипящего свиста или визга, заметно модулированного, но не более того. Но джунгахорцы утверждали, что крысы разговаривают вполне по-человечески. Во всяком случае, когда их допрашивают. А для себя у них, выходит, имеется свой собственный язык?

Олег вспомнил, что у многих племен Поднебесной, живущих в сильно пересеченных местностях, есть нечто вроде свистовой разговорной системы. Довольно удобно: стоишь на вершине горы и высвистываешь определенные сигналы, а за несколько километров тебя можно слышать и понимать. И отвечать, соответственно. Словами так замаешься кричать. И никого не удивляло, что хваленая пангийская переводная машинка эти сообщения не транслирует: в них слов нет. И языки животных тоже не переводятся. И, кстати, жестовый язык глухонемых. И местные арго во всех существующих языках совершенно разные.

Достаточно было сложить все это вместе, чтобы необъяснимое бессилие в понимании чужой речи перестало быть таким уж необъяснимым. Наверняка лингвисты сюда ломанутся, как бешеные: шутка ли – такое сокровище! Похоже, что у этих рациогенированных крыс сохранилось в неизменности их видовое средство общения, и между собой они им вовсю пользуются. А навязанный Изменением язык пока не стал повседневным. А может, и не станет никогда. Кстати, надо будет и в самом деле лингвистам сказать, чтоб выяснили – на каком конкретно человеческом языке эти крысы разговаривают.

Вполне может статься, так удастся установить, кто или хотя бы где занимался уподоблением себя богу, чем черт не шутит. И в чье досье следует вписать этих явно незаконнорожденных детей любопытства и магии. А это уже серьезно. Это ведь не деревенский колдун какой-нибудь из козы бабу кастовал. Тут действительно Разум сделали. Настоящий. Ур-роды…

Видимо, Олег увлекся не совсем уместными в его положении мыслями. Крысюки перестали разговаривать, и их морды – а сидели они, откинув капюшоны своих балахонов, – дружно повернулись в его сторону. Олег на всякий случай никак на это не среагировал. Но провести плените лей ему не удалось. Последовал обмен короткими трелями-писками, затем один из неокрыс поднялся и двинулся к Олегу.

Олег продолжал лежать неподвижно, наблюдая из-под полуопущенных век. Впрочем, в его положении ничего больше не оставалось…

Крыс подошел и без лишних преамбул пихнул Олега в плечо, переворачивая на спину.

Сделал он это зря. Будь Олег его командиром – объяснил бы, что не надо так беспечно подходить вплотную к плохо связанному пленному. А уж тем более – тыкать в него собственной ногой. Притом даже не вынимая из ножен оружия. Кто у них тут занимается боевой подготовкой?

Впрочем, с другой стороны, крысюк мало чем рисковал: Олег был не в том состоянии, чтобы представлять серьезную опасность – он и пошевелиться-то толком не мог. И что гораздо хуже – и не хотел. А если бы мог и хотел – все равно не стал бы. Не та ситуация.

Но идиот-крысюк, перевернув Олега на спину, приложил его затылком об пол. Как раз тем местом, по которому пришелся оглушивший Олега удар.

Сознания Олег не потерял. Но было больно. Сильно. От этой боли Олег и сам не заметил, как оказался сидящим спиной к стене, а попавший на классические «ножницы» крысюк улетел едва ли не обратно к своему месту.

Остальные – а всего крысюков в вагоне было пятеро – вскочили на ноги и замерли, глядя на Олега.

«Черт, – подумал Олег, осторожно вращая головой, чтобы отвлечься от боли и дурноты, – Если бы я был нормальный – я бы справился с ними со всеми даже со связанными руками!

Сбитый им с ног крыс тоже вскочил. Вид у него был ошарашенный: уши торчком, усы встопорщены, глаза выкачены, пасть (или рот?) раскрыт.

– Тш…человек! Тш…подлый хумманс! – сипло, но отчетливо выдохнул крыс и кинулся к Олегу с совершенно ясными намерениями.

Понимая, что второй раз поймать противника на той же ошибке вряд ли получится (да и при первой-то сознание удалось не потерять каким-то чудом) Олег решил уйти в глухую защиту. Он свернулся клубком, сколько возможно, подтянув колени к груди и опустив подбородок, и завалился боком под заднюю стенку вагона. Для надежности следовало бы перевести руки из-за спины вперед, но Олег удержался, разумно сохранив этот козырь на совсем уж крайний случай. Тем более что ничего больше у него в резерве не осталось…

Того, что произошло в следующий момент, никто не ожидал.

Вагон взвыл моторами и внезапно затормозил.

Это было экстренное торможение. При нормальной езде с пассажирами так не останавливаются. Всех, кто был в салоне – включая Олега – непреодолимая сила швырнула вперед по ходу движения.

Олег едва успел выпрямить ноги, как оказался стоящим во весь рост. А в следующую секунду он всем весом врезался в подошедшего крысюка, и они вместе свалились на остальных. Снаружи вагона что-то ослепительно – как показалось Олегу через «сову» – полыхнуло. Уже задним числом он сообразил, что это был всего лишь сноп искр – вагон, судя по всему, полз по чему-то твердому, сдирая обшивку. Затем последовал тяжелый удар, скрежет раздираемого металла, звон бьющегося стекла, чей-то визг.

Потом снова стало тихо. Относительно, конечно. Стоны ворочающихся в куче крысюков, лязг оружия по железному полу были слышны отчетливо, но после миновавшего звукового удара это были сущие мелочи.

А еще спустя несколько секунд снаружи раздался топот многочисленных ног, и через разбитые окна в салон начали влезать крысюки с мечами наизготовку. Вид у них был самый свирепый, несмотря на все крысоподобие (а, может быть, и потому тоже), и сомневаться в их намерениях не приходилось. Олег только вяло подумал про себя, что здесь, оказывается, совсем не идиллическая жизнь, когда первые из оказавшихся в вагоне с пронзительным визгом кинулись на пассажиров.

Впрочем, застать врасплох тех, что были внутри, нападавшим не удалось. Пятеро сноровисто выпутались из кучи-малы, в которую их сбило торможением и, выхватив оружие, встали оборонительным кругом. Лязгнули первые отбитые удары, кто-то упал, обливаясь кровью, едва ли не на Олега, вагон наполнился топотом, тяжелым дыханием, звуками ударов – узнаваемым хаосом боя.

Олегу в его состоянии да со связанными руками вмешиваться во все это не стоило. Лучше всего было бы забиться под диван и переждать, сколь ни унизительно смотрелось такое поведение. В принципе, так бы он и сделал, будь он уверен, что нападение удастся отбить. Но как раз в этом у него возникли сильные сомнения. А, кроме того – и это было куда более существенно причиной для активных действий – буквально в каком-то метре Олег увидел свою разгрузку и станнер, тоже заброшенные сюда силой инерции.

Не раздумывая – раз уж каким-то чудом он оставался в сознании – Олег перевел связанные руки из-за спины вперед и рванулся к снаряжению, расталкивая по пути чьи-то ноги и даже сбив на пол одного неудачно подвернувшегося крысюка. Из «своих» или чужих был этот крысюк, Олег определить не мог. Да и не очень хотел, если честно говорить.

Олега спасло, наверное, только то, что ни нападавшие, ни защищавшиеся не знали, чего от него ожидать. Иначе ничем нельзя было объяснить, что никто не попытался ни заколоть его, ни даже просто пнуть. Олег беспрепятственно ухватился, вытянув руки, за рукоятку станнера, рванул оружие на себя и, перевернувшись на спину, выстрелил вдоль вагона.

На таком расстоянии широкий луч в четверть полной мощности мгновенно парализовал всех, кто находился внутри. Олег, не вставая, выстрелил еще дважды – по окнам справа и слева. А потом – еще раз, поскольку атакующие не сразу поняли, что происходит, и продолжали лезть в окна. Но, в конце концов, и до тех, что были снаружи, дошло, что что-то идет не по плану. И они прекратили переть напролом.

Несколько секунд Олег выждал, продолжая лежать и молясь всем пангийским богам и Яппуру с Емаем в придачу только об одном: не потерять сознания. Исключительно обидно было бы вырубиться как раз в тот момент, когда практически уже вырвался на свободу. Потом, убедившись, что немедленной атаки не последовало, быстро положил станнер на пол (чертовски не хотелось этого делать!), дотянулся до ближайшего обездвиженного крысюка и его ятаганом разрезал стягивающий запястье ремень. Слов нет, собственный нож Олега справился бы с этой задачей шутя. Однако Олег не уверен был, что сможет сейчас правильно координировать свои движения. А отхватить себе при таком раскладе руку можно было без малейших усилий и даже не успев моргнуть глазом. Поэтому Олег предпочел обычное лезвие.

Он успел вовремя. Крысюки, озадаченные полным прекращением движения внутри вагона, сперва затаились. Но затем, видя, что никакого продолжения не следует, скорее всего, уже из чистого любопытства, попробовали узнать, в чем же там дело. Причем проделали это вполне грамотно. Не высовываясь дуриком в оконные проемы, а заглядывая так, чтоб не подставиться под удар.

Впрочем, Олег уже снова вооружился станнером и на мелькающие у срезов окон головы особого внимания не обращал. У него имелась куда более насущная задача. Лишь бы ни у кого не возникла идея пальнуть из самострела. Но, похоже, пока этого никто делать не собирался.

Олег перекатился по полу к оставленной валяться на прежнем месте разгрузке и из поясного кармана выдернул аптечку. Под взглядами крысюков вытащил из упаковки шприц-тюбик и прямо через штанину вогнал себе дозу универсального стимулятора.

Теперь оставалось только подождать с минуту.

Олег выкинул использованный шприц, продолжая держать наизготовку станнер, упаковал обратно аптечку. Крысючьих голов в окнах прибавилось, но особой активности они пока не проявляли. Видимо, никак не могли понять, что происходит. Олегу это было на руку, и он ситуации тоже не обострял. Стимулятор уже начал действовать, тело вновь стало легким и послушным. Олег сел, начал натягивать разгрузку, не спуская глаз с окон.

И тут в кармане разгрузки, как всегда очень «вовремя», завибрировал переговорник.

– Да! – Олег выстрелил вдоль по окнам. Головы крысюков, пытавшихся заглядывать внутрь, исчезли.

– Олег? – услышал он неуверенный голос Энгара.

– Ну?

– Это ты?

– А кто еще? – Олег, не спуская глаз с окон, стал застегивать разгрузку. Делать это со станнером в руке было неудобно. – Ты же сам амулеты на индивидуальное пользование программировал!

– Да, конечно, извини… Но мы тебя уже час как пробуем вызвать! У тебя все нормально?

– Теперь уже да. Был без сознания, очнулся. Воюю с крысюками в метро. Сейчас перестреляю оставшихся и буду наверх выбираться…

– Где ты… воюешь с крысюками? – переспросил Энгар.

– В метро! – повторил Олег, защелкивая кнопки.

– В каком метро?

– Откуда мне знать? – огрызнулся Олег. – Я в Городе никогда не был! Это мне тебя нужно спрашивать, что за метро у вас тут было!

Кое-как закончив возиться с разгрузкой, Олег встал и быстро выглянул в окно. Потом перебежал на другую сторону вагона и повторил маневр там. Крысюков нигде не было. Судя по всему, обитатели подземелья уже усвоили, что в зоне видимости лучше не находиться. Поскольку отсутствием ума продвинутые грызуны явно не страдали, теперь следовало ждать какого-то ответного действия.

– Олег, в Городе не было никакого метро, – сообщил Энгар. – На что оно при том транспорте, который имелся? Роверов, коптеров и монорельса с лихвой хватало… С тобой действительно все в порядке?

– Да в порядке со мной все! – ответил Олег. Про порцию стимулятора он пока говорить не стал, чтобы не грузить Энгара лишними мыслями. – В порядке! Не спятил я. Самое настоящее метро или я уж не знаю, как это назвать. Тоннель, вагон… Все изготовлено промышленным способом, никакой кустарщины. Не крысюки же это сделали? Или они тут уже собственную подземную промышленность завели?

– Да нет, конечно, – согласился Энгар. – Если б у них заводы работали, мы бы это сразу засекли, еще позавчера… А, черт! – воскликнул он с облегчением. – Я, кажется, понял, где ты! Скажи: тоннель строго по прямой идет? От Города на периферию?

Олег справился с картой.

– Да, – подтвердил он. – И что?

– Это один из промышленных транспортных радиусов! От Города к заводам, рудникам и сельскохозяйственным районам! По ним снабжение осуществлялось. После того, как Купол захлопнулся, все производственные центры снаружи остались, и там все давно уже разрушено и разграблено, в том числе и тоннели. А здесь сохранилось! Черт побери: это ж самый нижний уровень коммуникаций – не меньше трехсот метров под землей! Их специально как можно дальше от поверхности прокладывали! Но крысюки-то каковы?!

– Да уж… – согласился Олег, повторив выглядывание из окон: крысюки вели себя что-то больно уж тихо. – Спасибо за информацию. Теперь буду знать, сколько мне наверх карабкаться. А то заладил: нет метро, нет метро!

– Так это действительно не метро! – возразил Энгар, почувствовавший себя заметно уверенней. – По нему пассажирского движения никогда не было. Разве что обслуживающий персонал ездил. Видимо, их транспортом крысюки и воспользовались…

– Видимо… – не стал спорить Олег против очевидного. – Ты мне лучше вот чего скажи. Ты меня зачем вызывал? Потому что беспокоился? Или информация какая-то есть? От Равия, например. А то ты меня тут от боевых действий отвлекаешь – а мне еще потом ход наверх искать!

– Да, в общем-то, и то, и другое… – сказал Энгар, подумав. – Равий действительно звонил. Наших он пока не нашел. Но разузнал кое-что интересное. Тебе, пожалуй, стоит знать: в Городе есть огнестрельное оружие и действуют какие-то средства связи.

Теперь настала пора удивиться Олегу: в ответ на его собственную новость с метро.

– Какая связь? – все остальное было не такой уж неожиданностью. – На Базах не работает ни один биопередатчик – а им наплевать на любые помехи и экраны!

Система мобильной связи Города была построена на основе известного парадокса Энштейна-Подольского-Розена и не могла быть выведена из строя ничем, кроме уничтожения центрального городского ядра. Это была гордость ее создателей – на Земле даже в будущих по отношению к Олегу временах не смогли сделать ничего подобного. Эта связь работала на любом расстоянии и в любых условиях. И никаких отказов и нареканий не было за все время ее существования – так, по крайней мере, Олег слышал. Прекратила она действовать одновременно с гибелью Города – из чего следовали вполне определенные выводы.

– Да уж не знаю, какая именно, – ответил Энгар. – Но Равий сказал, что на его глазах одному из аборигенов дали нечто вроде рации, и он с кем-то разговаривал… Я могу рассказать подробнее, но, может быть, мы для этого позже свяжемся?

– Да, пожалуй… – согласился было Олег. Но в этот момент снаружи раздался топот многочисленных ног (или лап?), очень быстро удаляющийся куда-то вглубь тоннеля. Олег выглянул в окно, но никого не успел разглядеть. – Что за нафиг?..

– Что там у тебя?

– Яппур его знает… – ответил Олег, уже стоя снаружи у вагона и вертя головой от одного конца тоннеля к другому. Бегство крысюков выглядело совершенно беспричинным. – Но что бы это ни было, мне здесь тоже оставаться не стоит! Давай так: я сейчас найду какой-нибудь закуток поукромней, заховаюсь в нем – и с тобой свяжусь!

– Давай, – согласился Энгар. – Только давай это сделаем в ближайшие полчаса. А то ночь же уже глубокая! А мне еще с Базой связываться надо! И вообще, ты лучше в этом закутке сиди безвылазно, а? А завтра я тебя по этому тоннелю найду и вытащу – без никаких проблем!

– Идет, – сказал Олег, проверив время: и в самом деле было уже за полночь – за всей беготней он об этом напрочь позабыл. – Я тут сейчас еще немного постреляю, а потом перезвоню!

– Хорошо! Удачи!

– И тебе! До связи!

Олег убрал мобильник и еще раз огляделся, стараясь вспомнить, что знал о подземных сооружениях. В принципе, параллельно главному тоннелю должны были идти технологические галереи – кабельные линии, подсобные помещения, вентиляционные шахты. Как правило, все они соединялись между собой и по ним вполне можно было передвигаться – чем наверняка и воспользовались напавшие крысюки. Нужно было только найти вход в такую магистраль, ведущую в противоположном направлении. Поскольку наверняка в ближайшее время начнется облава на этих подземных разбойников. И оказаться ее незапланированным участником Олегу совсем не хотелось.

Только сперва следовало в любом случае убраться подальше от теперешнего места.

Олег закинул станнер за спину, решительно повернулся в сторону, противоположную убежавшим крысюкам и Городу, и побежал по шпалам, стараясь не споткнуться: замкнуть собой контактную сеть здешнего метрополитена было бы не лучшей идеей.

Но не успел Олег пробежать и двадцати метров, как из глубины тоннеля навстречу ему послышался характерный гул и начал быстро приближаться, становясь все громче и громче. Задрожавшая почва под ногами не оставила никаких сомнений в том, что это такое.

– Да твою же за ногу! – выругался Олег, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов и припуская со всех ног. Теперь было ясно, отчего бежали крысюки: с их изощренным слухом они просто засекли приближающийся поезд раньше Олега.

Олег миновал разбитый вагон, поднырнул под кусок рельса, которым крысюки перегородили тоннель и со всей возможной скоростью рванул дальше, стараясь не пропустить ту дыру, в которую ушли нападавшие.

Особо напрягаться ему не пришлось. Метров через сто справа по ходу оказалось нечто вроде поста техконтроля, как это Олег для себя назвал. Небольшая – на один вагон – платформа, нечто вроде застекленной будки-диспетчерской с покрытыми пылью пультами, несколько дверей и коридор, уходящий куда-то перпендикулярно главному тоннелю. Судя по многочисленным следам, крысюки воспользовались именно этим путем. Не раздумывая, Олег запрыгнул на платформу, выдернул из-за спины станнер и нырнул в коридор.

Коридор оказался почти полностью перекрыт завалом из камней, железных прутьев и балок. Похоже, тут когда-то была дверь, но в незапамятные времена ее ликвидировали как класс и после этого упорно старались заделать. Надо понимать, неоднократно. Во всяком случае, судя по свежеразвороченной щели под потолком… За завалом бесприкаянно замерло несколько роверов, обросших пыльными шубами – странных, на первый взгляд, здесь, под землей. Сперва Олег удивился, но уже в следующую секунду понял, для чего они предназначались. Небольшая рекреация, в которой заканчивался коридор, выходила в технологический тоннель, идущий параллельно главному, а роверы, скорее всего, служили для перемещения по нему.

Бог весть уж, по какой причине строители этой подземки выбрали именно такой вспомогательный транспорт. Может быть, не хотели лишний раз голову ломать. Но, что характерно, крысюки их не использовали. Непонятно, почему. Хотя, впрочем, может быть, из-за своей анатомии: их короткие ноги явно не подходили для сидения на данной чисто человеческой конструкции.

Эти мысли задним планом мелькнули у Олега в голове, пока он окидывал взглядом открывшуюся картину. Судя по хорошо видимым следам, уходящим куда-то в тоннель, крысюки не стали тратить время на восстановление баррикады, предпочтя сохранение тайны хода быстроте. В чем-то их даже можно было понять. Но в данный момент такие соображения не были главными для Олега. Куда важнее для него являлось наличие самой этой маленькой станции.

Быстро вернувшись назад, Олег внимательно осмотрел перрон, одновременно прислушиваясь к доносившемуся из тоннеля шуму – судя по звукам, вновь подъехавших было не меньше взвода, и они уже направлялись сюда. Чертыхнувшись, Олег подбежал к концу перрона и выглянул из-за угла. Действительно, не меньше двух десятков крысюков направлялись в его сторону. Но еще больше их суетилось возле разбитого вагона, а дальше Олег разглядел какую-то платформу с высокими глухими бортами, а за ней что-то вроде локомотива, таких же угловато-прямолинейных форм, что и платформа.

– Однако! – проговорил он на манер Кисы Воробьянинова, поднимая станнер. – Подземный бронепоезд, блин! Да они, не иначе, еще и Пелевина начитались!

– Отдохните, ребята… – Олег несколько раз выстрелил, и все, кто находился по эту сторону разбитого вагона, послушно легли на шпалы.

Не проверяя – а чего там проверять в замкнутом пространстве да на таком расстоянии? – Олег быстро вернулся к диспетчерской и подергал дверь. Как и следовало ожидать, по закону подлости та оказалась заперта. Олег совсем было уже приготовился пустить в ход нож, но вовремя вспомнил про универсальный ключ. Хлопнув себя по лбу, он вынул талисман и ткнул им в дверь. Замок послушно сработал. Быстро, как только мог, Олег открыл обе имеющееся внутри диспетчерской двери. За одной оказался банальный санузел, за другой – нечто вроде комнаты отдыха. К сожалению, ни то, ни другое Олега не устраивало. Он вернулся на платформу и еще раз внимательно огляделся.

– Да не может такого быть! – сказал Олег сам себе и для уверенности обежал весь короткий перрон, внимательно исследуя стены, пол и даже потолок. Но никаких других люков или дверей не обнаружил.

Из тоннеля снова послышался шум. Олег выглянул из-за косяка, и в ту же секунду что-то вышибло крошку из бетона неподалеку от его головы и с лязгом срикошетировало куда-то по направлению к Городу. Кроме того, Олег обнаружил очередную порцию крысюков, рысцой бегущую вдоль стен в его сторону. Судя по всему, экипаж бронепоезда был многочисленный… Двумя выстрелами Олег оглушил и этих, затем перевел регулятор мощности на пятьдесят процентов, сузил луч и выстрелил по платформе. Попадание отдалось в тоннеле тяжелым гулом, а головы над бортом платформы исчезли. Вряд ли, конечно, Олег вывел их из строя через броню на такой мощности, но на это он и не рассчитывал. Главное было – показать, кто владеет ситуацией.

Покончив с атакой, Олег развернулся к диспетчерской, несколько секунд подумал и быстро рванулся в коридор: только там оставалось единственное не осмотренное еще место.

Смысл в этих его действиях был весьма простой. Что и подтвердилось незамедлительно, когда Олег перебрался через завал и оказался в рекреации вспомогательного тоннеля: в одной из стен обнаружилась небольшая металлическая дверь, казалось бы, совершенно здесь не нужная. Дверь была заперта, покрыта изрядным слоем пыли и частично присыпана камнями, но Олег без сомнения ткнул в нее ключом, и универсальный талисман не подвел и здесь: замок со скрежетом, но сработал. Олег оттянул металлическую створку, преодолевая сопротивление завала, и заглянул внутрь.

За дверью оказалась круглая комната диаметром метров шесть с металлическим полом. Стены комнаты, набранные из гладких бетонных колец, уходили куда-то в недоступную взгляду высоту. Потолка у комнаты не просматривалось. Ровный слой пыли, покрывающий все и вся в пределах видимости, говорил о том, что в этом помещении уже много лет никого не было.

Удовлетворенно хмыкнув, Олег оставил дверь открытой, вскарабкался по завалу обратно к проходу на перрон и прислушался. Там было относительно тихо, если не считать приглушенных расстоянием крысиных рулад – похоже, Олег сумел объяснить противникам, что переть дуром не имеет смысла. Тем не менее, стоило все же подстраховаться. И это был тот случай, когда экономить не следовало.

Олег вытащил из кармана разгрузки гранату, установил настройки регулятора в нужное положение и, забросив зеленое яйцо в коридор, быстро скатился вниз. Сверху несильно грохнуло, взвилось облако пыли, а когда Олег поднял голову, проход на станцию был плотно забит чем-то напоминающим густо переплетенные колючие прутья. Противопехотное заграждение наподобие спирали Бруно на основе какого-то искусственного мономера. Преодолеть подобную пробку можно было разве что танком или, на худой конец, той же гранатой – но никак не голыми руками, пусть даже с мечом в этих самых руках. Не для средневековья изобретение…

Олег встал на ноги, отряхнулся и, не тратя времени, протиснулся в найденную дверь, закрыв ее за собой. Куча камней, приваливших дверную створку со стороны завала, должна была прийтись как нельзя более кстати – для маскировки. Ключ-талисман снова не подвел, исправно заперев замок.

Теперь можно было не торопиться. Коридор на платформу был надежно запечатан. Чтобы попасть во вспомогательный тоннель, крысюкам потребуется найти еще одну такую же станцию техконтроля – как минимум. И не факт, что там дверь коридора так же выбита. Скорее всего, она вовсе закрыта. Да и с самим вспомогательным тоннелем тоже что-то неладно, иначе он не пребывал бы в таком запущенном состоянии. Да просто бы патрулировался, в конце концов, раз тут такие партизанские действия происходят!

Но даже доберись крысюки до заваленной камнями рекреации – что они тут обнаружат? Правильно – кучу следов, уходящих куда-то дальше – и более ничего! Придет ли им в голову, что Олег скрывается за полузаваленной камнями дверью, которая не открывается черт-те с каких пор и, что главное, ключа от которой у них нет? Одним словом, это был тот самый укромный закуток, о котором Олег говорил Энгару больше для очистки совести, чем всерьез рассчитывая на такую находку. В этом месте спокойно можно было отсиживаться хоть до утра, хоть до появления Энгара, хоть до скончания времени. Крысюкам тут неоткуда было взяться – что им делать в гладкой, как ружейный ствол, вентиляционной шахте промышленной подземки, не предназначенной для чьего бы то ни было проживания? Да наверняка эта вентиляция и не имела никакой связи с другими подземельями, – зачем? – изначально предназначаясь обслуживать только метро. Здесь были совсем другие мощности и другие масштабы.

А кроме всего прочего, здесь можно было выбраться наверх. По крайней мере, теоретически…

Олег сделал несколько гулких шагов по металлическому полу и оглядел помещение еще раз, уже более внимательно.

Уходящий куда-то в бесконечную высь тоннель шахтного колодца, весьма похожий на канал ружейного ствола, был практически пуст. Единственной подробностью, бросающейся в глаза, был узор из небольших – ногу можно поставить – отверстий, с шагом примерно в метр, равномерно покрывающий всю поверхность стен, создавая муаровый эффект. Да нескольких рядов кабелей, идущих откуда-то сверху и скрывающихся под металлическим настилом пола. Еще сбоку от двери, уцепившись за отверстия шестью растопыренными ногами-манипуляторами, висел механизм, весьма напоминающий паука. Таких машин Олегу видеть не доводилось, но корпус устройство имело от обычного серворобота, какие применялись на Базах для самых различных целей – от кибер-дворников до строителей-монтажников – и функциональное назначение его особой загадки не представляло.

Олег еще раз удовлетворенно хмыкнул.

Здесь и в самом деле можно было выбраться наверх – даже просто вскарабкавшись по сетке отверстий. Правда, заняло бы это не один день и с одним только ножом и без страховки представляло из себя смертельный номер, но это можно было сделать. Наличие же кибера превращало данную проблему в не очень сложную техническую задачку. При условии, конечно, что кибер исправен. Однако, зная уровень надежности произведенных в Городе машин, Олег по этому поводу даже не обеспокоился. Изготовленная из материалов недоступной на Земле чистоты и прочности, с невозможной ни на каком предприятии прецезионностью, да еще из темпостатированных вообще волшебным способом деталей, эта техника могла работать едва ли не вечно – была бы только энергия. А энергия здесь была…

Заканчивая осмотр, Олег подцепил одну из плит пола – которые даже не были закреплены – и, подняв ее на манер люка, посмотрел вниз.

Увиденное заставило его хмыкнуть в третий раз – озадаченно.

Под полом шахта не заканчивалась, а, как ни в чем не бывало, продолжала уходить дальше. Причем до каких пор – неизвестно: далеко внизу, в нескольких десятках метров, мертвым зеркалом стояла вода.

Несколько секунд Олег всматривался в глубину открывшегося колодца, прежде чем сообразил, что имеет дело с одной из тех особенностей Панги, которые и составляли ее отличие от Земли.

Строителям городских подземелий, раз уж им приспичило закопать железную дорогу на триста метров, волей-неволей нужно было решить проблему подземных вод, иначе в ходе эксплуатации возникла бы масса осложнений, многие из которых были просто несовместимы с самим существованием объекта. На Земле по этому поводу как минимум пришлось бы громоздить изощренную водоотливную систему с массой насосов, труб, кабелей, датчиков. Дополнять эту паутину такой же изощренной системой кондиционирования воздуха, обеспечивать ту и другую службой техобеспечения, отдельным производством запчастей, плюс не меньше чем научно-исследовательским институтом для мониторинга состояния всего хозяйства…

Здесь же инженеры Города, не стесненные мощностями горнопроходческого оборудования, поступили до примитивности просто. Пробили по всей территории строительства колодцы на нужную глубину и собрали в них всю воду из верхних слоев. А заодно превратили эти колодцы в естественные вентиляционные шахты. Убив тем самым всех зайцев, каких только могли. И даже гораздо больше, чем рассчитывали. Поскольку система была устроена на принципах естественного, а не принудительного функционирования, то после разрушения Города она продолжала работать, как и было назначено. И очень может статься, что только благодаря этому сооружению под Куполом еще можно было жить: в силу того, что оно худо-бедно, но выполняло изначально присущую (хотя и не в таких масштабах) роль: обновление состава атмосферы. Не будь этого, все живое тут давно бы уже задохнулось от переизбытка углекислоты.

Хотя, справедливости ради стоило отметить, что горожане в этом плане ничего нового не изобрели. Примерно так строились все подземные сооружения на Панге. Особенно хорошо метод был отработан гномами в их мордийских катакомбах – там, в шахтах глубокого залегания, без подобных ухищрений просто невозможно было бы существовать.

Посмотрев еще немного, Олег аккуратно положил плиту на место. Без сомнения, внизу наличествовал колоссальный затопленный лабиринт, но большого значения сей факт не имел, поскольку задача исследовать здешнюю дренажную систему перед Олегом сейчас, слава Емаю, не стояла. Загадками городских подземелий будет кому заняться из числа следующих экспедиций.

В данный момент нужно было как можно скорее подняться наверх, добраться до Джунгахоры и заняться своими непосредственными командирскими обязанностями. А для этого требовалось сначала выяснить, работоспособен ли кибер и можно ли им управлять, если это так…

Впрочем, пока и об этом речи не шло. А следовало связаться с Энгаром и выслушать, какие новости насобирал играющий в прятки в Городе Равий и уточнить содержание ближайших действий.

Правда, последних два занятия можно было и совместить: ничего сложного устройство городской интеллектроники из себя не представляло, и для копания в ней вполне достаточно было имеющегося у Олега ножа и навыков работы с экспедиционными и бытовыми роботами. Но и совет Энгара, если что, мог потребоваться. Дар Солан хоть и был магом, а не кибернетистом, но все же родился и вырос в Городе, закончил здесь лицей и вуз и с киберами имел дела не в пример больше Олега.

– Докладывай, – сказал Олег Энгару, ощупывая панцирь «паука» рукой с зажатым в ней ножом. На боку робота обнаружилась стандартная защелка, и крышка с легким стуком отошла от своего места.

– Наши точно здесь. Равий видел в окно. Какой-то важный тип приходил на них посмотреть. На лигийского дожа похож: разодет, как петух, и с ним свита с «пушками».

– Что за «пушки»? – спросил Олег, разглядывая открывшееся нутро робота. Схема действительно была типовая. И это обнадеживало.

– Вроде как обычные помповики. Как в земных фильмах и игрушках. Другого огнестрельного он не заметил. У остальных, кроме свиты, оружие самое обычное: мечи, копья, арбалеты. И вообще, там, похоже, примерно такой же уровень, как и в Джунгахоре – ездят на роверах, пользуются тем, что от Города досталось. В зданиях заняты только первые два-три этажа, остальные пустуют. Бытовые службы не работают, все заброшено уже много лет. Воду возят в бочках. Используют, видимо, только электроплиты и холодильники – от городского поля: дыма нет, и дров нигде не видно. Сортиры устроены над сливами канализации на улицах. Но связь у них, похоже, действует…

– Ну-ка, давай поподробнее… Что именно за связь? – перебил Олег. Нынешнее устройство городских нужников его интересовало мало.

– Подробнее не знаю, – ответил Энгар. – Но, по словам Равия, у того расфуфыренного дожа в свите был ровер с чем-то вроде рации. Ему дали трубку, и он с кем-то разговаривал.

Олег беззвучно выругался. Хотя, вообще-то, этого следовало ожидать, если в Городе уцелели какие-то специалисты. Обычная радиосвязь на Панге не очень-то работала – из-за отсутствия, как Олегу объясняли, слоя Хэвисайда в здешней атмосфере – только в пределах прямой видимости. Выяснили это еще в незапамятные времена какие-то первые из энтузиастов технического прогресса. С тех пор радиопередатчики и не пользовались спросом: магия была куда эффективнее, а время массовых средств связи тут еще не наступило. Но здесь, под Куполом… Наверняка на базе тех лабораторий и производств, что сохранились, можно было спаять не шибко сложные приемопередатчики. А это означало…

– Ё-калэ-мэнэ! – раздельно сказал Олег: – Вот в чем дело! Тогда понятно, отчего ребята так хорошо влетели на минное поле!

– В смысле? – не понял Энгар.

– Да этот клановый вождь, что дал деру в город так кстати – он же не сам по себе это выдумал! – Олегу очень хотелось заехать себе кулаком в лоб, но нож в руке удержал его от этого жеста. – На кой бы черт ему это было надо? Он агентом Города был в Джунгахоре! И ему приказали увезти Ирму – знали, что мы отбивать ее кинемся! Им наша группа была нужна – чтоб ее захватить! Черт!..

Энгар помолчал.

– Думаешь? – переспросил он затем.

– Да больно уж оперативно сработали! Во всяком случае, я бы на месте этого главного городского Карабаса-Барабаса обязательно держал агентов в каждом крупном холде. А Джунгахора – поселок немаленький. И связь бы ему оперативную обеспечил.

– И заставил бы агента лично заманивать нас в Город? Теперь настала очередь Олега задуматься.

– Соображаешь! – одобрил он. – Король-Жрец не должен был выпускать нас из-под наблюдения. Значит – агент на месте остался. Вместе с передатчиком! Придется тебе его отыскать. Сейчас смысла нет, а вот завтра с утра…

– А стоит ли? – сказал Энгар. – Я всех вождей, включая дар Зорна, мягким «императивом» обработал. Они теперь против нас ничего предпринимать не будут.

– А кто тебе сказал, что этот агент среди вождей? – возразил Олег, снова углубляясь во внутренности кибера. – Совсем не обязательно. Так что займись завтра. Проще всего – найди передатчик. Эта штука не карманная, большой чемодан должен быть. Антенна, опять же… Она наверняка на виду торчит – просто никто внимания не обращает. Санчеса на это дело подключи, он разберется.

– Я вообще-то с утра за тобой хотел отправиться…

– Да, похоже, не понадобится… Я тут вентиляционную шахту нашел. А в ней кибера-ремонтника, – сообщил Олег. Он вытянул главный ганглий, двумя движениями отрезал его от центрального жгута и небрежно выкинул через плечо. Высокоинтеллектуальная машина превратилась в простое транспортное средство, неспособное самостоятельно решать никаких задач. Но это Олегу и требовалось: поди узнай, какая там у этого «паука» была зашита программа! – Сейчас с управлением разберусь, к утру сам в Джунгахоре буду. Вот если не получится, тогда тебя вызову.

Ты сейчас, главное, на базу передай, чтоб они десант готовили. И желательно – магов побольше. Как только этот охламон в Городе перестанет фейерверк устраивать – пусть сразу сюда переправляются. На Базах четыре прямохода сейчас свободны, уйму народу перевести можно!

– Я передам, конечно… – сказал Энгар. – Только…

– Что?

– Неизвестно, сколько это очередное светопреставление продолжаться будет. А если неделю?..

– Ну, это от нас не зависит! А что нам тут делать – завтра окончательно решим. Думаю, что переговоры будут. Я даже подозреваю – о чем… Но тут этот Король-Жрец пролетел по всем статьям! Представляю, каково ему будет услышать, что он имеет дело не с группой наемников, а с организацией, в которой куча магов! Так что в поиске передатчика появляется особый смысл – будем по нему с верховной властью разговаривать!

– Ну, тебе виднее, – согласился Энгар.

– Конечно, виднее! Я начальник – или погулять вышел?!

Олег зачистил концы обрезанных псевдонервов и скрутил их между собой на манер обычных проводов. Долго такой контакт, конечно, продержаться не мог, но для целей Олега этого и не требовалось: до поверхности вскарабкаться должно было хватить с лихвой… В крышке панциря пришлось прорезать здоровенную дыру – иначе не добраться было до регулятора мощности. А управлять направлением движения и вовсе нужно было, поворачивая «голову» робота… Но в целом машина пребывала в нормальном рабочем состоянии, и пользоваться ей было можно. Пришлось, правда, оснастить ее самодельными подножками для ног, пустив на это дело одну из металлических плит пола, но это не заняло много времени.

– Ну, поехали…

На всякий случай перекрестившись, Олег оседлал лоботомированный механизм, ухватился одной рукой покрепче, вторую засунул в корпус, нащупывая регулятор. Жаль, конечно, что какие-либо органы внешнего управления отсутствовали, но, с другой стороны, зачем они были нужны? Никто не предполагал, что на киберах додумаются ездить верхом. А программирование этих агрегатов осуществлялось и вовсе магическим способом и не нуждалось даже в устройствах ввода-вывода.

Негромко загудел унформер. Искусственные мышцы, приводящие в движение шесть манипуляторов кибера, напряглись, и «паук» ожил. Медленно вынул одну ногу из отверстия в стене – на конце обнаружилась хитрая раздвижная «кисть», надежно удерживающая конечность от выскальзывания, – перенес ее отверстием выше, вставил… За ним последовала нога с противоположной стороны тела. Затем еще одна. Еще… Кибер сдвинулся на метр вверх. Затем повторил операции. Никаких нарушений в механике не обнаружилось. Чего и следовало ожидать…

Олег сильнее сдавил регулятор, и ноги «паука» замелькали со скоростью пальцев опытного карточного шулера. Стена поползла вниз. Причем плавность хода была такой, что дискретность движения даже не ощущалась. Да, инженеры Города знали свое дело… Олег посмотрел на неспешно удаляющийся круг пола. Скорость подъема оказалась не шибко велика, но на безрыбье… Произведя в уме нехитрую прикидку, Олег определил, что такими темпами окажется на поверхности примерно через полчаса – совсем неплохой результат!

Но, видимо, рано он обрадовался. Уже в следующий момент, взглянув в верх, Олег понял, что с шахтой что-то не то: впереди, метрах в полутораста канал пересекала какая-то плоская преграда. Если только Энгар не ошибся – а с чего бы вдруг? – до поверхности должно было быть как минимум на сто метров дальше. Да и с чего бы, собственно, так перекрывать вентиляционный колодец на выходе? Практически вглухую: чем ближе Олег подъезжал, тем отчетливее видел, что никаких отверстий в непонятном препятствии нет. Ровная, составленная из геометрически одинаковых квадратов, плоскость перегораживала путь, и назначение этой перегородки было совершенно непонятно.

Олег сбавил скорость, но, только проехав еще метров десять, сообразил, что это такое. Пол. Такой же металлический пол, составленный из плит, как и тот, что остался внизу. Только видимый со стороны каркаса. У Олега несколько отлегло от сердца. Понятное дело, наличие еще одного пола в вентиляционной шахте было странностью. Но это явно был штатный элемент, а не артефакт более поздних эпох. Черт его знает, зачем его здесь поставили! Но, видимо, зачем-то потребовалось. Может быть, – еще во времена существования Города. А убрать просто не успели в связи с началом военных действий… Проблема в этом случае была только одна: провести на ту сторону олегово транспортное средство. Но, впрочем, при наличии способного перерезать что угодно ножа, ничего сложного этот момент из себя не представлял.

Олег осторожно подвел своего «скакуна» к нежданной преграде и, поднявшись на «стременах», вытянул руку над головой и нажал на такую же металлическую плиту, как и та, что он подымал внизу.

Плита шевельнулась… и во что-то уперлась.

– Не понял… – сказал Олег совершенно искренне.

Он попробовал поднять плиту еще раз, – как будто от этого что-то могло измениться, – но с тем же результатом. Соседние плиты отреагировали точно таким же образом. Не пожалев усилий, Олег заставил «паука» объехать всю шахту по кругу – а это было не так-то просто – и через четверть часа убедился, что дела везде обстоят подобным образом. По крайней мере, на расстоянии в пару метров от стены – куда он смог дотянуться, – но вряд ли в центре было иначе.

Тут стоило не торопиться и подумать. Можно было, по крайней мере, вырезать отверстие в преграде и посмотреть, что находится за ней. Но Олега уже изрядно достали эти подземные приключения. А может быть, сказались последствия удара по голове и воздействие стимулятора… Но он сделал то, что никогда не стал бы делать в здравом уме: вынул из кармана талисман-ключ и ткнул им в потолок.

Сперва Олегу показалось, что за перегородкой что-то взорвалось. Или упало. Металлические плиты пола подпрыгнули, ничем не связанные. Шахта загудела по всей длине, а затем из всех щелей между плитами на Олега хлынула вода. К счастью, это был не очень большой потоп… Струи быстро иссякли. Понимая, что все опять пошло наперекосяк и даже отдаленно не представляя, что может оказаться впереди, Олег, тем не менее, четко осознал, что оставаться на месте может оказаться еще более худшим вариантом. Двумя взмахами ножа он перерубил ближайшие профили каркаса и послал кибера вперед, готовясь сразу же вступить в бой в случае чего…

Шестиног на полной мощности почти прыгнул вверх, расталкивая свободно лежащие металлические панели…

… и легко перевалившись через край шахты, как ни в чем не бывало побежал по полу очень большого круглого зала со множеством входов со всех сторон… Но без единого окна.

Зал был пуст.

Олег отпустил регулятор и соскочил с кибера, держа станнер наизготовку, но стрелять было не в кого.

Впрочем, не совсем.

То есть стрелять и в самом деле не требовалось. Но в центре зала, на круглом металлическом пятне шахтной перегородки (или крышки?) лежало два неподвижных тела. Человеческих.

«Черт! – мелькнуло у Олега. – Куда я, нафиг, вылез?» Шлепая по растекающейся во все стороны луже он подбежал к лежащим и опустился на колено.

Одно из тел было женским, второе – мужским. Точнее же сказать, подростковыми – поскольку, по облику судя, обоим вряд ли было больше восемнадцати лет. Вполне здоровые ребята без каких-либо видимых повреждений, просто без сознания. Из одежды на них имелось: майка, шорты и какие-то тапочки. Один комплект, на парне. На девушке отсутствовало вообще что бы то ни было. По понятной причине, оба были мокрые с ног до головы, но в данный момент этот факт выглядел сущей ерундой.

«Автарк побери, – подумал Олег, быстро проверяя пульс. – Это я их, что ли, пришиб? Но как?.. И где остальная одежда?»

Парень зашевелился и открыл глаза, ошарашено уставившись на Олега.

– Кто вы такой? – изумленно спросил он.

– Ужас, летящий на крыльях ночи, – раздраженно бросил Олег, держа пальцы на шее девчонки: пульс не прощупывался, и дыхание отсутствовало тоже. И это Олегу не понравилось.

Олег несколько раз шлепнул ее по щекам, но это ни к чему не привело. Оттянув веки, он проверил зрачки, но те оказались одинаково расширенными. Олег повернулся к парню. Сейчас, при ближайшем рассмотрении, ему можно было дать от силы шестнадцать лет. А вот девчонка, кажется, была постарше восемнадцати. Пожалуй, и не девчонка вовсе…

– Чем вы тут занимались?

Парнишка сел, продолжая таращиться на Олега.

– Вы не из холдов… – произнес он, проигнорировав вопрос. – Там таких нет… И не из Города… Вы – СНАРУЖИ?! – в голосе его прозвучал такой неподдельный восторг, что Олег сразу скинул ему возраст до мальчишеского. Но и сообразительность оценил тоже: в считанные секунды человек додумался до правильного вывода. Да и по уровню знаний тоже – не считает, что снаружи Купола ничего нет.

– А ведь ты, братец, в темноте видишь, – констатировал Олег, внимательней присмотревшись. Ситуация несколько прояснилась, но пока что по-прежнему оставалась малопонятной. Впрочем, кажется, появился вменяемый источник местной информации…

– Ну… немного, – согласился тот смущенно. Но тут же смело посмотрел в ответ:

– А вы и в самом деле – снаружи?!

Олег кивнул, подтверждая.

– Снаружи.

– Правда?! Так вы… Автарк?! – восторг в голосе парня перешел в восторженный ужас.

«Вот странный вывод», – подумал Олег, решив, что поторопился зачислить мальчишку во вменяемые, а вслух ответил:

– С чего ты взял?

– Но я думал – за принцессой придет сам Автарк, – сказал мальчишка разочарованно.

– Автарк умер два века назад, – автоматически проинформировал Олег и строго повторил: – Так чем вы тут занимались?

На этот раз мальчишка услышал вопрос. Моргнув, он пожал плечами:

– Да ничем… Я просто… зашел посмотреть на принцессу. Она такая… – он замялся. – Красивая. А потом Кристалл вдруг взорвался! Что было дальше – я не помню. Очнулся – увидел вас… Скажите – что с ней?..

Олег чуть не выругался матом – потому что девушка по-прежнему пребывала в бесчувственном состоянии: ни пульса, ни дыхания не прослеживалось. Но прошло уже достаточно времени, чтобы очнуться от обычного обморока. Более того, тело, кажется, начало холодеть. Она еще напоминала глубоко спящего человека, но в вытянутой позе появилось что-то одеревенелое. Шок, кома, тяжелая контузия… Что?

Да ни один ли черт, подумал Олег, выдергивая из-под клапана аптечку. Хорошо, что разработчики в свое время подумали и о такой возможности, и медицинское снаряжение рейнджера Города существенно превосходило все земные аналоги! Олег вытащил вторую шприц-ампулу со стимулятором, выкрутил иглу на нужную глубину и, примерившись, вогнал инструмент в грудную клетку, надеясь только, что сердце находится там же, где и у всех – по центру, с небольшим смещением влево…

– Что… вы делаете? – спросил мальчишка, заворожено наблюдавший за манипуляциями Олега.

– Пытаюсь вернуть ее с того света…

Больше Олег ничего не успел сказать. Послышался шум многих бегущих, и из всех входов в зал хлынули фигуры в знакомых балахонах, растекаясь вдоль стен и охватывая людей в кольцо. Было их очень много, и с каждой секундой в зал вбегали все новые и новые.

«Автарк тебя возьми! – пронеслось в голове у Олега. – А с какого бодуна я решил, что здесь живут уже только люди?!»

Последняя граната сама оказалась в руке у Олега. Пальцы на ощупь крутнули регулятор и выдернули чеку. Олег выпрямился во весь рост.

– Ну, что, бандерлоги… – сказал он, медленно оглядывая зал и зверея от безвыходности положения. – Вашу магическую мать!.. ХОРОШО ЛИ ВАМ ВИДНО?!

Олег не рассчитывал что-либо услышать. Всеобщее молчание подтвердило, что расчет его был правильным. Впрочем, его сейчас это не особо волновало.

– Вот это, – продолжал Олег, поднимая руку с зажатой в ней гранатой и стараясь говорить как можно отчетливее, – ваша смерть! Стоит кому-то из вас подойти ближе – и все вы покойники!

Собственно, только одно это и удержало Олега от того, чтобы бросить гранату сразу – то, что крысюки почему-то задержались с атакой. Они бы просто задавили его массой. Сейчас же у него появлялся пусть слабый, но шанс. Граната, установленная в фотоимпульсный режим, давала возможность вырубить всех собравшихся в зале. А там – как получится. Не самый, конечно, хороший план, но всяко лучше, чем совсем уж ничего…

В этот момент укол стимулятора, наконец, подействовал.

Девушка, лежавшая все это время неподвижно, судорожно дернулась, с хрипом втягивая воздух. Несколько секунд она конвульсивно билась, шаря по сторонам руками, затем уперлась в пол и резко села, тут же зайдясь в жестоком приступе кашля.

– Ох… – голос у нее был сиплый от напряжения. – Почему так… Что случилось?..

– Принцесса… – выдохнул мальчишка, который, похоже, не особо был испуган, несмотря на все происходящее. Скорее, он был в восторге.

– Кто здесь? – судя по тому, как девчонка закрутила головой, зрение у нее было обычное человеческое. – Почему я ничего не вижу? Что происходит? Барьер прорван?

– Барьер не прорван, – сказал Олег, плохо понимая, о чем идет речь. Но молчать было бы хуже. – Все объяснения потом! А сейчас – ничего не бойся!

– Я не боюсь… Но – что происходит?

– Потом!

Продолжая держать на весу гранату, Олег сдернул с плеча станнер и, зажав его подмышкой, перевел регулятор на широкий луч.

– Здесь рэты, принцесса! – сообщил мальчишка. – Не надо их бояться! – и, повернувшись к Олегу, добавил: – Они ничего нам не сделают!

Кажется, он все-таки немного нервничал.

– Вот и хорошо, – громко произнес Олег, беря станнер наизготовку. – Пока они стоят, где стоят – и я им ничего не сделаю тоже!

– Рэты? – удивленно переспросила девчонка. Или принцесса? Судя по всему, она и не думала пугаться. Хотя, безусловно, была встревожена. – Что они здесь делают?

– Ждут вас… – ответил мальчишка.

Возникла пауза, в течение которой Олег успел ненадолго перестать быть машиной убийства и сложить в голове, по крайней мере, то, что было очевидным: мальчишка и в самом деле являлся единственным здесь источником информации. Причем самым вменяемым из присутствующих.

Олег посмотрел на него.

– Послушай-ка, братишка, тебя как звать?

– Егор…

– А меня Олег Ростовцев. Я капитан спецназа Солнечного Города. Так вот, Егор, пока не началось – расскажи принцессе, да и мне заодно, что тут происходит!

– Принцессе? Города Солнца? – спросила девчонка и завертела головой. – Почему я ничего не вижу?

– У нас с Егором ночное зрение, – ответил Олег. – А здесь просто темно, как… в погребе. А принцесса – это вы, ваше высочество, если вы еще об этом не знали. Егор – твоя очередь! Объясняй!

Но мальчишка по непонятной причине опять впал в ступор: вытаращился на Олега во все глаза, моргая и открыв рот.

– Спецназ Города!.. – с благоговением произнес он.

– Рассказывай! – велел Олег, не спуская глаз с крысюков, продолжавших изображать все ту же молчаливую массовку. Причину их поведения Олег просчитать никак не мог, и это нервировало: ему очень не хотелось бы ошибиться.

– Я не принцесса, – сказала принцесса, довольно точно поворачивая лицо в сторону Олега. – Меня зовут Та-Эли. Я сменный данc-оператор Семи Звезд. И я… ничего не понимаю!

«Упс…», – подумал Олег.

И в это время среди неподвижных до того крысюков началось какое-то шевеление.

Старый седой крыс с непокрытой головой вышел из ряда фигур в капюшонах и неспешно направился к троим людям в центре зала. Глаза его обежали всю компанию, по очереди задержавшись на Егоре – отчего парень отчетливо смутился – принцессе (или не принцессе?) и уперлись в Олега. В руках – или лапах? – у него ничего не было.

Крыс остановился, не доходя нескольких шагов.

– Опусти оружие, воин, – сказал он. Человеческая речь получалась у него без всякого акцента. И это был голос человека… гм, существа, привыкшего командовать. – Мы не станем сражаться с тем, кто вернул к жизни Избранную Семи Звезд. Тебе ничего не угрожает. Повелительница Та-Эли, – крыс повернулся к продолжавшей сидеть девчонке. – Я Кан Шор, предводитель септа Серых Рэтов. Мы очень долго ждали тебя.

Следующие примерно четверть часа Олег потратил на то, чтобы постараться остаться в своем уме.

Никто никого не убивал. Больше того: откуда-то взялись женщины, не обращавшие на крысюков – то есть рэтов – абсолютно никакого внимания. Женщины принесли светильники – тусклые плошки с маслом, от которых Олег с его «совой» едва не ослеп. Принцессу – которая, как выяснилось, не принцесса – закутали в какое-то подобие простыни и куда-то повели. Крысюки почтительно сторонились, давая дорогу, и о чем-то негромко пересвистывались, в свою очередь, казалось, полностью утратив всякий интерес к Олегу. Словно не его они последние несколько часов изо всех сил старались взять в плен.

Впрочем, это могло объясняться тем, что вождь – или предводитель – Кан Шор шел за принцессой вместе с Олегом и не демонстрировал к нему никакой враждебности: раз начальство реагирует именно так, значит так и надо.

Рядом крутился Егор, откровенно довольный всем происходящим. Но с него взять было нечего – мальчишка.

Шествие, к счастью, обошлось без всеобщего столпотворения, что в запутанных лабиринтах подземелья могло быть чревато самыми неожиданными последствиями. Но вождь Кан Шор, кажется, знал свое дело. Его крысюки, двигаясь впереди и по боковым ходам, не допускали любопытных на путь движения необычной процессии.

В конце концов, женщины и принцесса скрылись за какой-то дверью, закрыв ее буквально перед носом у всех остальных.

Олег посмотрел на вождя. Вождь – на Олега. Выражение его морды Олегу трудно было понять, но казалось, вождь испытывает некоторое затруднение.

– Ну? – сказал Олег, все еще сжимая в руке гранату.

Там, в зале, старый крыс отказался вдаваться в какие-либо пояснения. Даже для «принцессы», которая явно понимала не больше Олега. Вежливо, но твердо он пообещал рассказать все, но только после того, как Избранная приведет себя в порядок, а он отдаст все необходимые распоряжения, связанные с ее прибытием. Похоже, что сейчас он все еще не был расположен к откровениям. Пошевелив обвислыми усами, Кан Шор произнес:

– Тебе не надо беспокоиться, воин. Ни один волос не упадет с головы Избранной. Но нам с тобой нужно будет поговорить… о многом. Сейчас я не могу этого сделать. Как ты отнесешься к тому, чтобы встретиться утром?

У Олега было большое желание взять крысу за грудки и вытрясти из нее все, что можно, прямо сейчас. Но, к сожалению, это была не самая лучшая идея. Кроме того, вождь, кажется, не врал. Хотя Олег, повидавший множество подобных племен от Поднебесной до Южного Берега, не собирался немедленно бросаться ему на шею, он, тем не менее, вполне разбирался в первобытной психологии. Крыс выглядел искренним. Однако и верить безоговорочно…

Кто-то подергал Олега за рукав. Олег оглянулся и увидел Егора.

– Пойдемте! – радостно заявил мальчишка. – Я вам все покажу! И познакомлю с нашими!.. Дядя Шор, можно?..

– Можно, – подумав, крыс кивнул. – Только не оставляй гостя одного. Ему еще трудно здесь… И помоги ему выбрать комнаты.

– Конечно! – заверил Егор и сразу же затормошил Олега: – Пойдемте! Я вам покажу наш сектор! Я вас с Яном познакомлю!

– Правильно, – подтвердил крыс. – Познакомь его с Яном. Я знаю – он еще не спит. Это хорошая мысль.

Олег посмотрел на одного, на другого…

– Ладно, – сказал он, засовывая в гранату предусмотрительно подобранную чеку. Независимо от того, нравилось ему происходящее или нет, выбирать особо не приходилось. – Утром, так утром. Веди… Юный пионер.

Егор сразу потащил Олега куда-то обратно по коридору. Через ряды крысюков… то есть рэтов, он пробирался с ловкостью, свидетельствующей об очень большой практике. Крысюки косились на Олега, но дорогу уступали без возражений.

Едва они выбрались из толпы, как Егор свернул в боковое ответвление, к немалому облегчению Олега оказавшееся пустым – все-таки близкое соседство с крысюками действовало на нервы.

– Здесь у нас общественные помещения, – сообщил Егор. – Баня, столовая, кладовки… Баня – это там, куда увели принцессу, – пояснил он. – У нас в бане даже бассейн есть!.. Жилой уровень выше. А еще выше хозяйство Яна… А кто такой «юный пионер»?

Олег хмыкнул. Вопрос был ожидаемый. Для мальчишки, выросшего в крысячей норе, Егор еще очень долго сдерживался. Олег постарался ответить как можно более честно.

– «Пионер» на одном из земных языков означает «первопроходец», разведчик. В данном случае – тот, кто здесь все знает. Ну, еще была такая детская организация…

Егор выслушал нехитрую справку, как откровение. Потом с надеждой задал новый вопрос:

– А вы сам… с Земли? Олег кивнул.

– С Земли.

– Вот здорово! – объявил Егор. – А вы мне расскажете? Про Землю?

– Расскажу, – Олег рассмеялся. Этот вопрос был наиболее задаваемый среди тех, кто родился уже здесь. – Только позже. Эта тема не настолько коротка, чтобы сейчас ей заниматься.

В конце коридора вырубленная в скале лестница вела на следующий этаж. И оттуда лился ослепительный свет, заставивший Олега скривиться. Это сияние резало глаза, как огонь электросварки: смотреть на него было невозможно.

– Черт… – Олег остановился. Похоже, что наличие «совы» могло стать проблемой: отменить заклинание сам он не мог.

Егор, судя по всему, не испытывавший ни малейших затруднений, недоуменно посмотрел на Олега. Парень в этих катакомбах, надо полагать, провел всю жизнь и вполне мог приспособиться видеть в темноте. Во втором-третьем поколении родившихся на Панге – а Егор родился здесь, в этом Олег даже не сомневался, перемещенцы просто вели себя по-другому – уже могли проявляться магические способности, присущие всем пангийцам. В подавляющем большинстве способности эти были никакие – исключительно потенциальные. Но на выработку какого-нибудь жизненно необходимого качества их вполне могло хватить.

Олег вкратце объяснил Егору суть происходящего, попутно надев капюшон и закрыв лицо вуалью. Конечно, ходить с замотанной мордой перед аборигенами в данной ситуации означало создавать себе дополнительные проблемы, но уж лучше так, чем заработать ожог сетчатки…

– Эх, мне бы сейчас солнцезащитные очки. Или лучше щиток, как у электросварщика!

К сожалению, ничего подобного в комплект снаряжения рейнджера не входило.

– Есть! Есть! – обрадовано встрепенулся Егор. – Есть очки! А у Яна есть щиток! Идемте скорее!

Он потащил Олега на лестницу, и через два пролета они оказались на втором этаже.

И Олег удивился в очередной раз за время пребывания под Куполом.

Этот уровень резко отличался от нижнего.

Коридор был раза в три шире. Декоративная отделка скрывала камень стен. Пол застлан линолеумом. А подвесной потолок и вовсе наводил на мысли то ли о гостинице, то ли о бизнес-центре – настолько он тут казался неуместным. Под потолком во всю мощь полыхали соляры дневного света – на Трех Базах применялись кое-где такие же. Но что совсем уж доконало Олега, так это рекреация возле входа. Одну из ее стен целиком занимал огромный аквариум: с цепочками пузырьков, водорослями и вуалехвостами немалых размеров, индифферентно скользивших в водяной толще. Довершали интерьер зеркала, развешанные по стенам с регулярностью, создававшей довольно странный эффект. Олег не сразу сообразил, что таким образом создатели этого бункера пытались возместить отсутствие окон. Он не сказал бы, что это им удалось, но впечатления, безусловно, данная деталь не портила.

– Ну ничего себе вы тут устроились!.. – честно сообщил Олег Егору свои наблюдения.

– У нас еще сад есть! – похвастался в ответ тот. – С той стороны уровня! Я вам покажу!

Олег только покрутил головой. На большее его не хватило.

А вот население этого райского уголка могло озадачить. На всю немаленькую, надо полагать, площадь жилого этажа наличествовало всего четыре, если так можно выразиться, человека. В рекреации Олега с Егором поджидали четыре девочки, от пяти примерно до четырнадцати лет, судя по некоторому сходству – сестры. И явно никого больше здесь не имелось – слишком тихо и пусто было в остальном пространстве коридора.

Одеты девочки были тоже… разнообразно. На младшей наличествовали майка и трусики, на той, что постарше – лет так семи или восьми – простенькое платьице, на третьей – видимо, одиннадцатилетней – полный комплект пижамы, а на старшей – такие же пляжные шорты, майка и шлепанцы, как на самом Егоре. Плюс – волосы у всех четырех выглядели прибранными второпях. Впрочем, Олег сообразил, что время в данный момент подходит к двум часам ночи, и они, скорее всего, уже спали. Но устроенный не без участия Олега переполох разбудил всех.

Четыре пары глаз смотрели на Олега с удивлением, но без испуга.

– Девчонки! Надо срочно очки противосолнечные! – с ходу объявил Егор. – У Олега заклинание ночного зрения! Оно не отключается. Не так же ему ходить? И комнаты тоже нужны – он там жить будет… Я предлагаю сороковую секцию: там где Харнан жил – там после него ничего не меняли. Олегу подойдет. Пойдемте – покажем!

– Тише ты! – остановила его старшая девочка. – Вечно ты, Гошка, как на пожар, торопишься! Очки сейчас найдем. Анька, сбегай к нам – в шкафу возьми… – девочка в платьице соскочила послушно с дивана и быстро умчалась по коридору. – А у Харнана сперва прибраться надо – там же пылищи за столько лет накопилось! – чем ты думаешь, интересно?

– Чем надо, тем и думаю! – возмутился Егор. Но девочка только отмахнулась.

– «Пойдемте – покажем!» – передразнила она. – Мы сейчас киберов туда пригоним – они все пропылесосят, тогда и можно будет смотреть… Извините… Здравствуйте, – это относилось уже к Олегу. – Меня зовут Эльвира. Это, – она кивнула на девочку в пижаме, – Рия. А это – Ниниэль, – она указала на самую младшую. – Аньку, которая за очками убежала, звать Анноурой. Гошку вы, видимо, уже знаете, – закончила она представление, ехидно покосившись в сторону Егора.

Егор не оставил выпад безнаказанным.

– Элька, ты дура! – заявил он. – Все киберы сейчас у Яна!

– Сам дурак! – последовал немедленный ответ. – Четыре садовника остались! Двух для уборки хватит!

Олег, стоя в полном обалдении, молча слушал эту перепалку.

Все это сильно напоминало Три Базы. Не по уровню детской пикировки – хотя и не без этого, конечно, – а по степени благоустройства. Но обнаружить такое здесь, под Куполом?.. Впрочем, если подумать, удивляться было особо нечему: и там, и тут все собрано было из одних и тех же осколков…

Между тем Элька, одержав моральную победу над Егором, сама перешла в наступление.

– …И вообще! Командует тут!.. Сказал бы лучше, что происходит! Куда все ушли?

– Ты мне сама не даешь рта раскрыть! Я бы давно уже сказал! Принцесса проснулась!..

– Чего?..

– Того! Не слышишь, что ли? Принцесса проснулась! Ее Олег разбудил!

Элька и девочка в пижаме – Рия? – вопросительно уставились на Олега. Маленькая Ниниэль тоже, но она явно еще не понимала о чем речь. Впрочем, как и Олег. Но ей, в отличие от Олега, не требовалось отвечать.

– Это правда? – спросила недоверчиво Элька, косясь на Егора. Тот только презрительно фыркнул.

– Правда, – подтвердил Олег. – Только она, кажется, не принцесса.

– А кто? – удивилась Элька.

Но тут прибежала Анька-Анноура и протянула Олегу очки. Это оказались первоклассные горные светофильтры, и Олег с облегчением стянул с головы капюшон, водрузив солнцезащитное устройство на переносицу.

– Ну, теперь я хоть на человека похож, – сообщил он разглядывающим его девчонкам и сам посмотрелся в ближайшее зеркало. Не то Шварцнеггер-Терминатор, не то Киану Ривз в «Матрице»… Но все же лучше, чем с замотанной головой. А главное – очки полностью справлялись со своей задачей: соляры уже не резали глаза нестерпимым сиянием, и смотреть можно было нормально.

– Расскажите про принцессу! – подала голос Рия вместо внезапно замолчавшей Эльки. – Что она говорит? Она действительно выведет нас наружу?!

«Оба-на!» – подумал Олег. Но поскольку сказать ему было нечего, он промолчал, предоставив Егору перехватить инициативу. Чем тот не замедлил воспользоваться.

– Да ничего она пока не говорит! – пожал он плечами. – Ей же в себя прийти сначала надо! В порядок привести… Ее сейчас в баню увели. А вам что, не сказали, что ли, что случилось?

– Да когда? – возразила Рия. – Мы спали уже. Прибежали солдаты… Всех разбудили, торопили очень… Даже эта проснулась, – она кивнула на Ниниэль. – Мамы убежали, а мы тут собрались, не знаем что делать. Элька говорит, ждать надо. А тут вы пришли… А она какая?

– Кто?

– Принцесса!

– Да ты чего, не видела ее, что ли? – удивленно посмотрел на Рию Егор.

– Ну так это же в Кристалле было! А сейчас она живая! И интересно, – Рия мечтательно задумалась. – Там, снаружи… Действительно есть что-то?!

Во взгляде Егора отразилась снисходительность взрослого человека:

– Конечно, есть! А ты все еще думаешь, что это сказки? Вот, спроси Олега, если не веришь – он как раз снаружи!

«Ну, спасибо, удружил!» – подумал с усмешкой Олег, наблюдая, как у всех девочек раскрываются от удивления рты. Причем что у Эльвиры, что у Ниниэль – одинаково. Интересно, что они раньше думали?

– Олег – капитан спецназа Города Солнца! – торжествуя, добил слушательниц Егор. – Он специально сюда пришел за нами! И он – с Земли! Ведь правда? – спросил он у Олега.

– Правда, – в очередной раз подтвердил Олег, нисколько не кривя душой.

– С Земли?..

Глаза у девочек стали еще больше – хотя, казалось, больше уже некуда – что превратило их в натуральных персонажей японских мультиков.

– Расскажите! – потребовала Рия, подпрыгивая и буквально впиваясь в Олега этими самыми мультяшными глазами.

Но Олегу не суждено было удовлетворить ее любопытство.

– Стойте! – решительно сказала Эльвира. – Рийка, отстань со своими пустяками! Мы еще не сейчас наружу пойдем… – она все же посмотрела вопросительно на Олега, и тот согласно помотал головой. – Если принцесса проснулась, значит, ей тоже комнаты надо приготовить! А не трындеть тут без толку, будто нам делать нечего! Мы с тобой, Рийка, этим займемся – и для Олега, и для принцессы…

– Ее Та-Эли зовут, – буркнул Егор, недовольный кратостью своего триумфа.

– Хорошо, – кивнула Эльвира, не давая себя отвлечь. – Мы с Рийкой пригоняем киберов… Рийка, ты чего, так и будешь в пижаме? Иди, оденься! Мы с Рийкой делаем уборку. Анька – укладывай Нинку спать, нечего ей тут сидеть! А вы, – она строго поглядела на Олега с Егором, – сходите пока погуляйте. Гошка вам ведь еще ничего не показал у нас? – спросила она Олега.

– Чего я мог показать?! – возмутился Егор. – Мы в зале Кристалла были да на нижнем этаже. И все! А потом к дяде Яну хотели… А вместо этого тут с вами трындим! А ты!..

– Вот, правильно! – Эльвира и на этот раз не стала ввязываться в перепалку. – Идите к папе! Он не знает еще ничего, вы ему все расскажете! И заодно попросите у него пару киберов, чтобы нам быстрее было управиться!

На этот раз Олег не удивился: уже можно было догадаться, чего ждать – после жилого уровня и оранжереи, которую Егор называл садом.

Оранжерея ничем не уступала тем, что имелись на Трех Базах, разве что размерами. А так – та же стандартная гидропоника, даже набор растений такой же. И киберы-садовники так же катались по дорожкам, держа манипуляторы наготове. В общем – все то же самое…

Лаборатория, куда они поднялись, миновав садово-огородное хозяйство, тоже выглядела внушительно. Огромный зал, освещенный соля-рами, занимал, видимо, весь верхний этаж. Под потолком лежала на рельсах балка тельфера. В одном конце сгрудились всевозможные металлообрабатывающие станки, в другом пылал кузнечный горн и слышались удары молота. Вдоль стен протянулись стеллажи, плотно забитые какой-то технической рухлядью. В дальнем торце зала виднелись широкие ворота, сейчас закрытые.

Ну, и везде сновали киберы. Их тут было, пожалуй, ничуть не меньше, чем на какой-нибудь промплощадке Трех Баз.

Скрежет и стон обрабатываемого железа мешался с гулом вентиляции (ничего удивительного, тут без принудительной продувки было не обойтись). В воздухе витали знакомые запахи смазки и горячего металла, как во всяком механическом цехе, но к ним прибавлялся еще и отчетливо различимый канифольный дым и еле улавливаемый запах ацетона – явно что-то недавно покрасили…

– Дядя Ян! – закричал Егор, стараясь перекрыть производственную какофонию. – Дядя Ян!

Из-за неприметной перегородки в конце зала выглянул человек в синем халате. Несколько секунд он всматривался, исчез, затем снова появился и тяжело запрыгал в их сторону, оскальзываясь на металлическом полу, опираясь на два никелированных костыля – у человека не было ноги.

Он так торопился, что Олег побежал к нему навстречу, опасаясь, как бы человек не упал.

Они встретились примерно на полпути, и одноногий крепко ухватил Олега за плечи, уронив свои подпорки. У него было странное, словно обваренное и составленное из отдельных кусков, лицо и совершенно седые растрепанные волосы. На левой руке не хватало половины пальцев. Он не обнял Олега, а, отстранившись, с жадным восторгом вгляделся, словно стараясь определить что-то, понятное только ему.

– Снаружи?! – хрипло спросил он, блестя глазами. – Удалось прорваться?!

– Да, – сказал Олег, улыбаясь. Хотя это у него не очень легко получилось…

– Хвала всем богам! – выдохнул человек, и голос его дрогнул. – Значит – живем!

– Дядя Ян! – подоспевший Егор поднял валяющиеся костыли и протянул их хозяину лаборатории. – Это Олег! Он капитан спецназа Города! И он разбудил принцессу!

Растрепанный Ян, смеясь, взъерошил Егору волосы, но потом смысл сказанного дошел до него.

– Принцессу? Разбудил?

Дождавшись подтверждения от Егора и от Олега, он забрал у Егора костыли, поерзал, устраиваясь на них, и только затем сообщил:

– Нет, это все так не переварить… Пойдемте-ка…

Повернувшись, он поковылял за перегородку. Там оказалась просторная ниша, скорее, комната с низким потолком, уставленная верстаками и монтажными столами. На одном из них дымился паяльник, и стояло несколько раскуроченных системных блоков от компьютеров. Задержавшись, Ян выключил паяльник.

– Ничего, подождет теперь и до завтра… – бросил он и повел Олега с Егором в глубь помещения.

Здесь, за еще одной перегородкой, было устроено нечто вроде кабинета и комнаты отдыха одновременно: стоял диван с брошенным на нем одеялом и стол со стулом. На столе светился примерно метровым экраном работающий компьютер.

– Единственный здесь, наверное, – предварил вопрос Олега Ян. – Вся наша цивилизация, практически. Не будь его – не знаю, как бы мы тут выжили… Садитесь давайте, – кивнул он на диван, – А я пока… Не могу просто так!.. Автарк, да где оно? Неужели кончилось?

Он извлек из-под стола пустую бутылку и, убедившись, что она действительно пуста, отставил в сторону. Быстро ухватил «мышь», щелкнул кнопками.

– Сейчас, погодите…

Не прошло и минуты, как в закуток вбежал кибер, держа в лапах еще одну бутылку – полную – и два длинных лабораторных стакана. Ян нетерпеливо отобрал у него принесенное и быстро наполнил стаканы. Одну емкость он сунул Олегу. Олег принял без возражений. Они с Яном посмотрели друг на друга.

– А тебе ни фига! – объявил Ян Егору, с завистью следящему за их с Олегом действиями. – Рано еще! Так посидишь… Ну – за прибытие! – провозгласив этот тост, он одним движением опрокинул содержимое стакана себе в рот, сглотнув со сноровкой привычно и часто пьющего человека.

Олег последовал его примеру.

Но, проглотив жидкость, он недоуменно прислушался к своим ощущениям. Потом понюхал опустевший стакан и посмотрел на Яна. Тот, заметив удивление гостя, вопросительно поднял брови в ответ.

– Это вы тут такое так запросто пьете? – Олегу с трудом удалось удержать глупый смешок. – Да за одну бочку подобного коньяка на Побережье озолотиться можно! Ему ж лет двадцать – не меньше!

– Больше… – Ян криво усмехнулся. – Считай, все пятьдесят. Тут погреб винзавода уцелел. Тогда… после всего. А там – тонн сто этой штуки. Я даже и не знал, что это коньяк… Вот, пью потихоньку. Без него бы совсем хреново было… Да и другого все равно ничего нет! А насчет «озолотиться» – так это, я понимаю, по-тамошнему, по-вашему, что-то означает… А у нас тут золото… В холдах на цацки только и годится. Ну, у меня здесь – на контакты еще. А так – на что оно нужно?

Олег понял, что имеет дело с местным уроженцем. По крайней мере, в школе Города Ян не учился. Не то бы хоть что-то знал о товарно-денежных отношениях. В некотором смысле ситуация здесь была немногим лучше, чем наверху… Дикари, такие же первобытные дикари, невзирая на всю супер-техническую мишуру вокруг. Надежда на сохранившийся островок городской культуры, появившаяся было у него, испарилась. Все то же самое, как и на остальной Панге…

– Что ж, – сказал Олег. – Давайте поговорим. Что у нас там делается, снаружи. Что у вас тут, под Куполом…

Конечно, ему тут же пришлось объяснять, что такое Купол. Как выглядит, как появился, и почему до последнего времени не было возможности проникнуть сюда извне, и как их экспедиция высадилась на Звере Прямого Пути в районе Северного Полигона…

– Но маг-то этот – что сейчас в Городе сидит – как-то сюда попал? – сразу ухватил главное Ян. И он, и Егор слушали Олега с одинаковым жадным любопытством. Только Ян, в отличие от мальчишки, еще и анализировал услышанное.

– Попал, – согласился Олег. – Только пока совершенно неясно, как он это сделал. Проникнуть под Купол снаружи, в принципе, можно разными способами. Сам я в этом ничего не понимаю, но наши маги, когда этот вопрос рассматривали, утверждали, что главная сложность не войти, а выйти. И сошлись на том, что только Зверь Прямого Пути это может гарантировать. Иначе бы нас просто не послали. Этот маг, судя по всему, воспользовался каким-то способом только для входа. То, что он уже пять лет долбит Купол изнутри, говорит именно об этом. Кстати, неужели вам совсем уж ничего про него неизвестно? За пять-то лет хоть какая-то информация должна была появиться!

– Да она, может, и появилась, – Ян понуро вздохнул. – Только нам до нее добраться не проще, чем наружу попасть. Ты знаешь, как перекрыты все пути в Город?

– Ну-ка… – заинтересовался Олег.

– Все подземелья под Городом напичканы датчиками движения и инфрадетекторами, – сообщил Ян. – Ближе десяти метров к поверхности просто не подобраться. Все попытки повредить или снять датчики жесточайше пресекаются без малейших исключений. Напалм или газ. У рэтов просто нечего этому противопоставить. Лазейки, конечно, в этой паутине есть. Для одиночек. Невозможно перекрыть все. Но что с того? Выйди рэт наружу – его там просто немедленно убьют. А человеческих разведчиков у нас всегда были единицы, – он вздохнул. – Я вот ходил, пока мог… А последний взрослый мужчина – Харлан – погиб как раз пять лет назад. Мы даже не знаем, как. Просто – не вернулся.

– Почему считаете, что погиб? – спросил Олег. Ян посмотрел в ответ тяжелым взглядом.

– Потому что, если бы его захватили, а потом он вернулся… – объяснил он, видимо вспомнив, кто его собеседник, – … то мы бы сейчас с тобой не разговаривали. Такое уже было однажды… Король-Жрец, будь он проклят… Он же может вселиться в кого угодно. Волей «пресветлого Корга». Мои родители… Да, собственно, все первое поколение уцелевших здесь, под землей, погибли именно так. Мы тогда потеряли всю лабораторию, и пришлось сменить место обитания. Это было на другом радиусе подземки…

– И в меня? – поинтересовался Олег.

– И в тебя. Если ему попадешься…

– А почему думаете, что еще не попался?

Как ни странно, на этот раз Ян взглянул на Олега не столь неприветливо.

– Да я просто знаю. Наружу мы не выходим, но с другими-то септами связь есть. Ты в Городе не был. А Король-Жрец за его пределы ни ногой. Не любит он этого. Там слишком много есть желающих его прикончить. И у них вполне может получиться. Он хоть и переселяется из тела в тело, но не бессмертный. И не неуязвимый. Да и не вел бы он так себя, как ты.

– Пожалуй, – вынужден был Олег согласиться с последним утверждением. И постарался осмыслить услышанное. Информация оказалась абсолютно неожиданной. Хотя и ясно было еще с самого начала, что что-то с этим Королем-Жрецом не так. Но чтоб настолько…

– Он что, маг? Ян пожал плечами.

– Не знаю. Вроде бы нет. Во всяком случае, никаких магических фокусов он никогда не демонстрировал. Только переселение в другое тело. Потому и зовет себя Жрецом Корга-Спасителя. Якобы тот избрал его для служения и для этого предоставляет каждый год новое тело.

– Ни хрена себе, – оценил Олег.

Кое с чем подобным он сталкивался – там, снаружи. Достаточно сильный маг способен был переместить душу из одного тела в другое. Но требовала данная операция немалых ухищрений и далеко не всякому была по зубам. Могли это и жрецы многочисленного пантеона пангийских богов. Но тоже не всякие и не всяких. Подобные операции всегда были скорее редкостью, чем правилом. И вдруг – ежегодно новое тело? При том, что реальный Корг, мягко говоря, вряд ли имеет к этому хоть какое-то отношение…

– На городских тоже действует, – кивнул Ян. – Они каждый раз очень торжественно все это обставляют. Праздник. Жертвоприношение Спасителю! Король-Жрец принародно вселяется в выбранное тело, а старое тут же при всех сжигают. То еще зрелище, должен тебе сказать…

Он дернул щекой. Повертел головой по сторонам, нашел взглядом бутылку.

– Давай-ка еще выпьем. А то разговор пошел – сплошные воспоминания. А я этого не люблю.

– Давай, – согласился Олег, протягивая стакан.

Выпили. Ян достал из стола банку. В банке оказались соленые огурцы (Олег с трудом удержал при себе реакцию). Закусили коньяк огурцами.

– Ты не беспокойся пока, – сказал Ян, наблюдая задумчивость Олега. – С твоими в плену все в порядке. Королю, чтоб вселиться в кого-то, это надо сделать на алтаре Корга. А алтарь находится на центральной площади. Если бы он что-то такое решил – мы бы заметили приготовления. На это время требуется…

– Но ты ж говоришь, вам в Город хода нет?

– Нет, – кивнул Ян. – Но несколько наблюдательных пунктов имеются. Поэтому мы знаем, что там происходит. В общих чертах, конечно… Ваших пленных держат во дворце самого Короля – там же, на площади. Это бывшее здание Совета. Их пока оттуда не выводили и на алтаре тоже пока ничего не делали.

– Это хорошо… – сказал Олег, продолжая переваривать услышанное. Информации пока что было не шибко много. Именно что только для размышления. Для любых выводов – недостаточно. – А что Лабораториум? – Олега больше интересовал, конечно, спецхран Лабораториума, но афишировать это он не стал.

– А там на развалинах как раз этот маг обосновался, – ответил Ян. – Чего делает – непонятно. Но практически оттуда не выходит. Разве что во дворец, к Королю. Или тот иногда к нему…

– На развалинах? – переспросил Олег.

– Да. Там еще в первый год все сожгли дотла, а само здание разрушили. Как очаг Тьмы. Потом пробовали искать, что уцелело, да без толку. Идиоты… – Ян в сердцах выругался. – Мы тоже… пробовали. Я сам ходил несколько раз. Хоть что-нибудь… У нас же здесь даже паяльника лишнего нет. Но ничего: все уничтожили подчистую…

Олег еще подумал.

– И что теперь следует от этого Короля-Жреца ждать? – поинтересовался он у Яна.

Тот пожал плечами.

– Откуда я знаю? С магом он как-то договорился. Может, и с вами тоже… Если есть у вас, чем его пугнуть. Он с тем, кто сильнее его, никогда старался не связываться. Только в самом крайнем случае…

– Который, похоже, как раз наступил, – продолжил фразу Олег. – Так что он вполне может выкинуть какое-нибудь колено. Впрочем, у нас и в самом деле есть чем его пугнуть – будьте спокойны!.. Расскажи-ка, – попросил он, – чего у него на такой случай может оказаться? Какая в Городе армия? Какое оружие? Оснащение? Вы ведь должны это знать.

– Да знаем, конечно, – согласился Ян. – Осталось у него кое-что из городских запасов. Оружие огнестрельное есть. Дробовики, винтовки, пулеметов несколько. Только это так… к ним патронов все равно мало. В основном мечи, копья да самострелы – как у всех. Такого оружия, как у тебя, – он кивнул на станнер, – нет, и никогда не было. Но им досталось все энергохозяйство, все ремонтные мастерские и частные лаборатории всяких любителей – а их в Городе было много, изобретали кто во что горазд… В результате у Короля единственное здесь, под Куполом, производство взрывчатки, напалма и отравляющих газов. Если бы не это – его бы давно прикончили. Холды несколько раз объединялись с целью захватить Город. И каждый раз попадались в одну и ту же ловушку на окраинах: минные поля, газ… Ни разу никто не уцелел.

– Да, я слышал, – Олег кивнул. – А кры… А рэты?

– А рэтов Король давно бы уничтожил, если бы не черви. В его возможностях залить напалмом и газом все подземные тоннели, отравить воду в дренажной системе – и тогда под землей никто не выживет.

– Нехило, – оценил Олег. – А черви тут при чем?

– Это моим родителям сделать удалось, – пояснил Ян. – Ну, не одним им, конечно. Здесь была биофизическая лаборатория, под землей. Как раз по мордийскому червю работали. Они… то есть мы – мне тогда только пять лет было – уцелели в первые дни. Больше года не поднимались на поверхность – настолько там тогда было плохо… А потом появились рэты.

– Ага, – сказал Олег. – Уже что-то. Откуда они взялись – известно?

– Ну, в общем, да. Они пришли с Коргом. В смысле, с его армией. Они искали свою родовую реликвию, пропавшую несколько веков назад, при падении Поднебесной. И реликвия эта оказалась в Городе. Это был Кристалл со спящей Принцессой – ты, наверное, уже догадался… У рэтов существует какая-то легенда на это счет. О том, что когда Принцесса проснется, она вернет рэтам их потерянную родину где-то на востоке…

– Нет! Она выведет их из-под Купола Наружу! – не выдержав, встрял до сих пор терпеливо молчавший Егор.

– Не лезь, когда старшие разговаривают! – осадил его Ян. – Это здесь уже придумали. А изначально они рассказывали именно так, как я сказал… У Принцессы есть какой-то талисман, – продолжил он, обращаясь к Олегу. – Его называют «Семь Звезд». И он якобы настолько мощный, что способен убрать барьер, отделяющий нас от внешнего мира. И талисман этот тоже здесь, в Городе.

– Так… – сказал Олег, стараясь переварить услышанное. – Чем дальше в лес, тем больше вылез… Знаешь, давай-ка по порядку. С самого начала. Как все началось, как вы под землей оказались… Что дальше было. Про рэтов с принцессой и талисманом. Про червей этих ваших… модернизированных – они-то тут причем?

Ян вздохнул и с укоризной взглянул на Олега.

– Ну ты и спросил, – покачал он головой. – Это ж до утра сидеть… А, впрочем, почему нет? Все равно сейчас все из-за принцессы будут бегать как ненормальные. Да и чувствую я, что надо тебя и в самом деле проинформировать получше. Ты, похоже, совсем ничего о здешней жизни не знаешь. А оно тебе очень скоро может понадобиться – уже когда с Каном говорить станешь. Он мужик не вредный, но интересы племени для него на первом месте, все остальное потом идет… Только давай я сперва еще одну бутылочку велю принести. Эту-то мы, почитай, допили…

Ян привычно щелкнул «мышью». Дождался кибера с бутылкой, забрал ее у него, а из старой разлил остатки.

– Ну, для разгона! – объявил он, чокаясь с Олегом.

Выпили. Закусили опять огурцами: видимо, ничего другого на такой случай не предусматривалось.

– Я родился еще в Городе, – начал Ян, глядя куда-то в стену. – Пять лет мне было, когда все случилось. Я плохо помню. А что помню – большей частью не понимаю. Чего ты хочешь – малец был! Но сам тот момент – когда мир вывернулся – не забуду никогда! Мы с матерью дома были. Тогда уже все знали, что война идет. И что оборона прорвана. Но не верили. Наши же всегда побеждали… А я просто не понимал ничего. Помню, меня на улицу не пускали – дождь шел. Потом вдруг мать меня схватила – и в подвал. Спряталась. Сказала, что на улице чужие. Враги. Мы там долго сидели. В дом заходили какие-то люди – я помню, мы слышали. Это явно были солдаты Корга, никто из городских так себя бы не вел. Потом мы услышали крики… Даже не крики, очень страшный вой со стороны площади, там, где ратуша. Что там было, я тогда, конечно, не знал. Потом мне уже рассказали, что там Корг приказал убивать людей на глазах принца Акино. А вот после этого все и случилось. Словно какая-то волна прошла по миру. Не ветер, не землетрясение – именно словно сама ткань мироздания скрутилась. На улице поднялся грохот шум, началась настоящая буря с молниями и ветром. Это я хорошо запомнил, для пятилетнего пацана гроза – самое яркое впечатление, ярче всего остального… Несколько часов бушевало. Деревья ломало, с домов крыши срывало местами – это с городских-то домов, «вечных»! Наш дом, казалось, вообще сдует. Но обошлось… А потом – через какое время это было? Не помню – неожиданно пришел отец. Они с друзьями по работе уцелели как-то. И решили забрать, кого смогут, и спуститься в лабораторию. Здесь места на многих хватило бы – ты сам видел… Ну, собрали людей с нашей улицы, первую партию, пошли к Лабораториуму – там основной вход был… Вот туда-то ходить и не надо было. Напоролись на толпу варваров. А те с перепугу совсем не в себе были. Ведь видели же, что перед ними женщины да дети…

Ян махнул рукой и с минуту сидел молча, все так же глядя в стену.

Но вот он снова зашевелился.

– Прорвалось вниз человек двадцать, не больше. У кого-то из мужчин оказалось оружие – они смогли отогнать этих… Мы ждали следующую партию. Но больше никто не появился. Ни в этот день, ни в следующие. Так и не удалось узнать, что с ними стало. Наши ходили потом на разведку. Но не нашли никаких следов. А затем началась новая война – уже между варварами. У них маги были… И они такое вытворяли, что наверху вообще нельзя было появляться. Тогда наши решили опуститься под землю на нижние уровни и подорвать входы. Для безопасности…

– Не знаю, может быть, не стоило это делать так поспешно, – сказал Ян. – Потому что после этого почти сразу на площади солдаты Корга устроили что-то вроде концлагеря. Сгоняли туда со всех сторон людей и держали их там под охраной. Даже не знаю, для чего. Без пищи, без воды. Там было много женщин и детей… Я, конечно, не видел – нам, маленьким, не разрешали подходить к наблюдательным мониторам. Но потом я понял, по тому, как вели себя взрослые, – пояснил он, – что там была преисподняя… Наши даже решили разобрать завал, чтобы спасти хоть кого-нибудь. Но на это требовалось очень много времени. Они не успели. Однажды наверху начался сумасшедший бой. С магами, ружейной стрельбой, мечами, арбалетами – даже непонятно, кто с кем там сражался. Но на следующий день живых на площади не осталось. Только стаи воронья. Они так обожрались, что даже летать не могли. И что самое поганое – их совершенно некому было отогнать…

– Как-то раз тогда ребята постарше решили тайком пробраться к монитору, когда там никого нет, – Ян посмотрел на Олега, но, похоже, его даже не увидел. – И я, сопляк, увязался с ними. И на свое несчастье смотрел долго – потому что никак не мог понять, что же вижу, дурак… Так потом месяц спать не мог: мне все время это снилось. Кучи трупов, покрытые копошащейся черной массой. Перемешанные руки, ноги, растянутые и перепутанные внутренности… Птицы не отличаются аккуратностью в еде. Особенно когда этой еды много… До сих пор я не могу представить себе более отвратительного зрелища и более жуткого. С другими мальчишками было, я думаю, то же самое, потому что довольно скоро о нашей проделке узнали, и мониторы отключили и даже совсем сняли. Чтобы не нашлось желающих глянуть еще раз. Их установили только через полгода. Когда на площади уже ничего не осталось… Слушай, давай еще выпьем – не могу я так все это рассказывать, честное слово!..

Рассказ Яна, против ожидания, дал Олегу не много. Детали разве. Мальчишка в первые годы, Ян запомнил не то, что надо. Да он и не мог тогда знать действительно важных вещей. Ему нужно было учиться, а не отвлекаться на происходящее снаружи. По крайней мере, первые десять лет. А за это время произошло многое.

В частности, к власти пришел тот самый Король-Жрец. Никто не знал, откуда он взялся. Да поначалу никого и не озаботило произошедшее. Просто в один какой-то момент вождь группировки, владевшей центром бывшего Города объявил себя Королем и по совместительству жрецом Корга и велел своим воинам собирать уцелевших специалистов, где только могут, и приставлять их к делу – восстановлению техники. Кое-кого тогда еще удалось найти: ведь в Солнечном Городе едва ли не каждый в чем-нибудь да разбирался! Удалось наладить подачу энергии, пользоваться уцелевшим транспортом, запустить кое-какое сельское хозяйство.

Опираясь на технику, армия Короля-Жреца победила магов, пытавшихся подчинить всех себе – и истребила их до последнего. Позже их объявили виновниками катастрофы… Тогда же начали уничтожать и рэтов. Но с ними справиться не удалось, и с тех пор две расы под Куполом враждуют не на жизнь, а на смерть.

– Так откуда же они все-таки взялись? – спросил Олег.

– Я об этом не много знаю, – признался Ян. – А они сами не очень рассказывают. У старейшин есть какая-то информация. Но они передают ее только внутри своего круга, никого в нее не посвящают. Даже своих. А для молодняка и для нас – есть та самая легенда… Нынешние вот уже считают, что это про выход из-под Купола… Надо будет Кану сказать, чтоб они это как-то поправили… А раньше все говорили про возвращение к себе домой…

– Так где же у них дом?

– Судя по всему, они из Поднебесной. Откуда они там взялись – не знаю. Давно было – может, уже и сами не помнят. Но жили они там вроде бы хорошо до тех пор, пока наши городские экспедиции не проникли в их пещеры. И не вывезли оттуда принцессу вместе с талисманом. Нашито, как я понимаю, ничего не имели в виду, кроме археологии. Но рэты решили, что должны вернуть реликвию. И отправились на поиски…

Олег представил, чего стоило крысюкам преодолеть тысячи километров по диким горам, не имея никаких следов похитителей – какие следы от Зверя Прямого Пути? – и даже представления о том, в какую сторону идти! Да еще в мире, населенном разумными существами кардинально отличного вида. Как они вообще уцелели?..

Но, видимо, как-то научились справляться. И справляться неплохо. В армии Корга рэты были самыми лучшими и незаменимыми разведчиками. Они первыми, задолго до начала боевых действий, проникли в Ангерранскую долину и на территорию Города. Благодаря их стараниям Корг имел не только полный план всех сооружений, но и информацию о том, что происходит. Никто разведчиков не обнаружил, а в момент начала войны они смогли внезапным выступлением оказать немалую пользу нападавшим.

Они даже нашли свою принцессу.

Только проку им от этого не было никакого.

Во-первых, талисмана при принцессе не оказалось. Во-вторых, захлопнувшийся Купол превратил Город в гигантскую мышеловку. В-третьих, рэты были настолько отличны от всех рас Великой Армии, что у них не оказалось союзников, и на них начали охотиться все, кто только мог. Не будь они подземными жителями – вряд ли бы они уцелели.

Но они уцелели.

Больше того – под землей они обнаружили кое-кого из спрятавшихся жителей. В том числе группу биофизиологов, к которым принадлежали родители Яна.

Рэты не стали их убивать. Хотя им самим нечего было есть. Вожди крысюков сообразили чуть раньше Короля-Жреца, что специалисты по технике Города могут быть полезны. Собственно, именно рэты первыми восстановили подземную лабораторию. Ну, по правде сказать, не они сами – все пришлось делать людям, поскольку рэты абсолютно не стремились ни к технике, ни к науке. Их своеобразная культура была насквозь патриархальна и воспринимала машины землян не более как разновидность магии. А к магии они питали нечто вроде отвращения, сдобренного солидной порцией страха. Это у них шло с незапамятных еще времен. Что-то с магами для рэтов было связано весьма неприятное.

Главное, что все еще продолжало интересовать крыс-сапиенсов – это найти талисман.

А для этого нужно было выжить. А для того – строить под землей ходы, где можно было нормально, с их точки зрения, существовать. Поскольку лаборатория изучала Мордийского червя, то возникла мысль использовать для строительства именно его. Только обезопасив себя соответствующим образом.

Задача, вообще-то, была невыполнимая, но тут им повезло.

К моменту гибели Города его наука продвинулась настолько далеко, что смогла создавать вещи, сопоставимые с продукцией Великих Магов. Разве что тайгл оказался им не по зубам. А так – новая порода Зверя Прямого Пути, оружие типа станнера или «вечного» Олегова ножа, или тот же АГ-18, который и привел Олега в подземелья – это был неслыханный на Панге прорыв, грозивший в ближайшее время уничтожить привычный всем образ жизни. А главное – свести на нет магов. Ну, не совсем на нет, конечно, магию никто не отменял… Но вот главенствующего своего положения они лишились бы однозначно.

Классическая ситуация – Янки при дворе Короля Артура…

– Они что, действительно его гены модифицировали? – не выдержал Олег.

– Я понял, о чем ты, – кивнул Ян. – Нет. У них не было для этого средств. Хотя поначалу такой вариант рассматривался, если бы удалось попасть в биологический сектор Лабораториума. Но там, как выяснилось, все было разгромлено. И тогда решили поступить просто. На уровне доступной им физиологии. Оборудование и необходимые ингредиенты у них были. Они подсадили Червю на нервную систему обыкновенный компьютер, который подавлял его собственные нервные импульсы и заменял их своими… В результате червь превратился в совершенно безмозглое существо, не способное ни к каким самостоятельным действиям…

– Ничего себе! Червь-киборг! – восхитился Олег. – Как они это умудрились сделать?!

– Да отсечь центральные узлы от периферии не так уж сложно, – отмахнулся Ян. – Я регулярно это проделываю (Олег изумленно воззрился на него)… А как ты хотел? Они же размножаются по мере роста! Вот когда время приходит, я иду с резаком и – ать! – Ян изобразил, что он делает. – А потом втыкаю куда надо электроды и вшиваю системник, – кивком указал он на ширму, отделяющую «комнату отдыха» от рабочего помещения, и Олег понял, что за компьютеры лежат на монтажных столах. – Получилось и дешево, и сердито! Мозги купированы – сам по себе он абсолютно индифферентен. Единственное – нужно следить, чтоб компьютеры были исправны. Вот этим и занимаюсь…

– Да сколько же их у вас? – удивился Олег.

– Да штук пятьдесят…

– Сколько?!

– Хватит, чтобы перевернуть Город вверх дном вместе со всеми его обитателями. Только это и сдерживает Короля-Жреца от того, чтобы нас тут прикончить. Хотя он это легко может сделать. Но не станет. Потому что тогда у червей сработает программа, от которой они сойдут с ума и полезут наверх…

– Гарантированное взаимное уничтожение… – пробормотал Олег, припомнив Землю.

– Именно! – подхватил Ян. – Именно что гарантированное! Иначе бы он еще попробовал, может быть… Но он знает точно.

– Откуда? Вы что, пробовали?..

– Да я же говорил! – перебил Олега уже не совсем трезвый (или еще не совсем пьяный) хозяин. – Забыл, что ли? Он, тварь такая, в Иннокентия вселился! Тогда еще… сорок лет назад. В самом начале. Он в те времена посмелее был… А наши не поверили. Обрадовались, что Кешка вернулся… Мне повезло, мы как раз ходили червя на внешнем обводе запускать. Когда вернулись… Никого в живых не было. И лаборатория – в крошку! Мы тогда одного и выпустили… Они на поверхности долго не живут, но на пути им лучше тогда не попадаться… Там такое было… Потом рэты пленных взяли и велели передать Королю, что если что – мы всех червей выпустим. Приврали, конечно. У нас их тогда всего ничего было… Но он поверил. С тех пор так и сидим. Он там – со своей отравой наготове, мы тут – с червями. Самое поганое, что он ведь в Кешкином теле был. Он потом еще долго в нем правил. Потом только стал ежегодно новое брать… Я как раз видел, как он из Кешки переселялся. Велел себя привязать на алтаре и дровами обложить. А потом привести нового будущего Короля-Жреца. И – поменялся с ним душами!

– Как это произошло? – быстро спросил Олег.

– Да просто: у него там киберов несколько есть – на алтаре. Людей туда не пускают. В них пароль введен. Только Королю известный. Предыдущего привязывают к креслу на алтаре и рот ему затыкают. Потом приводят нового. Киберы его держат. Он может сопротивляться, может радоваться – без разницы. Через какое-то время успокаивается – и называет пароль. Все. И поджигает костер. Ну, тот, что к алтарю привязан – биться начинает… – Ян внезапно замолчал, резко налили себе коньяку и залпом выпил. – Не могу я про это! Тошнить начинает!.. Уж на что у нас тут жизнь не сахар, но от такого меня воротит…

– Странный способ… – сказал Олег.

– Уж и не знаю, чего в нем странного!.. – проворчал Ян.

– Да на кой черт предыдущего-то уничтожать?

– Не знаю, – повторил Ян. – И никто не знает. Считается, что это жертва Коргу…

Олег хмыкнул. Все это выглядело как-то уж слишком нелепо.

– И что, ему верят? – спросил он.

– А чего нет? Он ведь кроме пароля управления киберами еще и код управления газовыми зарядами знает…

– А это еще что такое?

– Да чем он нас уничтожить может. У него по всему Городу несколько точек есть, где к колодцам емкости с зарином подведены. Причем управление ими сделано с таким расчетом, что если только ток в городской сети исчезнет – так клапаны сработают, и к нам сюда несколько сот тонн этой гадости ухнет. Гарантированно всем конец. Правда, и тем – наверху – тоже, потому как всю воду отравит, но это как раз на самый крайний случай и сделано: если атака червей начнется… Правда, она начнется и тогда, если он нас первым уничтожит – автоматически – потому он и не решается…

– Ни шиша себе!.. – сказал Олег. – У него голова есть на плечах или как? А если электричество сдохнет?!

– Ну, на случай аварии у него там предохранители и ручное управление…

У Олега слегка отлегло от сердца. Не всякому понравится известие о том, что ты все время под гильотиной ходишь… Развалины Солнечного Города продолжали удивлять сюрпризами…

– Ладно, – Олег решил переменить тему, пока не переварит услышанное. – А с талисманом-то что? С принцессиным… нашли его рэты или нет? И с чего они взяли, что он здесь?

– Здесь, – Ян кивнул. – Во-первых, у него с Принцессой связь: где она, там и он, и наоборот. Во-вторых, они в первые несколько лет взяли очень много пленных. И у всех спрашивали, не видел ли кто подходящего по описанию талисмана.

– И что? – спросил Олег. – Видели?

– Да, – сказал Ян. – Нашлись люди, которые опознали описание. Он в хранилище Лабораториума лежит. Как предмет предмагической культуры невыясненного назначения…

– Даже так…

– Да, – повторил Ян. – Они это очень тщательно выясняли… Не сомневайся!

– И что хоть это за талисман?

Ян вздохнул. Посмотрел на стакан в своей руке, подумал. Затем сказал:

– По-моему, они сами не знают. Они же ничего не смыслят ни в магии, ни в талисманах! Но что-то очень мощное.

– Что же именно? – у Олега в глазах от напряжения замелькал узор цветных пятен. Он лихорадочно перебрал все известные крупные талисманы и то, что о них вообще знал.

Талисман принца Акино. Фарингские браслеты. Гамбрийская цепь. Лигийский перстень. Шкатулка Пандоры… Все они могли быть отнесены именно к очень мощным. И, самое поганое, все они сейчас болтались где-то без владельцев. Даже если лежали в спецхране Лабораториума. Потенциал каждого можно было сравнить с Ракетными Войсками Стратегического Назначения России или Америки. Олег даже не пытался представить, на что подобные «инструменты» способны – ему отказывало воображение. Но в прошлом имелись достаточно известные примеры… Причем в совсем недавнем… Внутри одного такого примера Олег сейчас и находился. Вместе с Городом и прилегающими территориями.

– Внешне это женское украшение, – сообщил Ян, видимо, воспринявший риторический вопрос Олега всерьез. – Диадема из белого золота. Очень тонкой работы. Но прочностью превосходящая любой материал. В нее вделаны семь крупных бриллиантов абсолютной чистоты. Надевается на голову, как и положено диадеме…

Олег понял, что мог и не вспоминать: талисман был абсолютно незнакомый. Знатоки, может быть, и опознали бы что-нибудь. Но не он – обыкновенный армеец… Имело смысл спросить об этом у Энгара: может быть, он что-то знает. Но данный вопрос можно было задать только утром. Пока же к встрече с Принцессой Олег готов был не очень хорошо.

– Ладно, – проворчал он, смиряясь с очевидным. – А что там с Каном Шором? Чего мне от него ждать?

– От Кана-то? – Ян задумался. – Он вождь. Причем настоящий – по уму. У них тут всякие есть… И дубы полные в том числе. Но Кан – это нечто. Здесь семь кланов под землей. По шести транспортным радиусам, плюс наш – под Городом. Так Шор умудряется на этом перекрестье выжить и держать остальных в разрозненном состоянии. Хотя те на принцессу всегда зарились: считается, что тот клан, у которого она находится, вроде как избранный. Ну, плюс еще, здесь основное производство, – Ян кивнул в сторону цеха. – Практически все оружие под землей у меня делается. Сами-то рэты в этих вещах абсолютно косорукие, обычный ножик разве что наточить сумеют, кузнечное дело для них что-то непредставимое. Каждый клан с удовольствием бы прибрал к рукам… Так Шор их постоянно друг с другом стравливает – чтоб им некогда было.

– А чего просто червями не пугнуть? Ян, наморщив лоб, посмотрел на Олега.

– А!.. – сказал он. – Я же не сказал!.. Нет, не так все! Они тут, хоть и разбиты на семь кланов, вроде независимых, тем не менее, предполагают себя одним народом и считают, что должны вместе защищаться от людей. Поэтому Черви считаются общим достоянием. Да и все остальное под землей – тоже. Между кланами идет борьба только за первенство в обладании всем этим. Правда, режут они от этого друг друга ничуть не хуже… Запутано, в общем, все у них в этом вопросе. Но пугать червями своих – это Шор точно не будет. Хотя если прижмет – не остановится от применения. Но вот сам, чтоб явно – не станет.

– Ага, – сказал Олег. – А еще что?

– Что еще? Строг он. Но справедлив. Лишнего никогда не возводит. Солдат своих держит в кулаке – у него из всех кланов лучшая армия.

– И как это ему удается?

– О! – поднял палец Ян. – В точку! Потому что – мужик правильный! О своих заботится! В остальных-то кланах вожди по большей части заняты только тем, чтоб друг друга превзойти. Видел бы ты их на советах Старейшин! Поэтому в основном воюют между собой да мечтают людей извести. Ну, еще принцессу заполучить. У них выше никаких стремлений нет. Они даже не понимают, что перебей один какой-нибудь клан все остальные – он вскорости передерется внутри себя. Так уже было в самом начале – тогда ведь никаких кланов не было. Это потом уже они разделились. А Шор это соображает. И следит, чтоб до крайности не дошло…

– То есть, у него хорошо разведка налажена? – спросил Олег.

– Не то слово! – Ян сделал попытку гордо вскинуться. Но не рассчитав движения, чуть не упал со стула. – А, Автарк тебя побери!.. У него по всем радиусам шпионы! И даже сеть связная налажена – по проводам. Откуда, ты думаешь, я знаю, что ты под землей появился? А вот из сообщений по этой самой сети!

– Лихо… – заключил Олег. – А в других кланах про это знают? Лицо уже изрядно пьяного Яна перекосила самодовольная ухмылка.

– Именно что знают! – с гордостью сообщил он. – Мы ж им ее и тянули! Только считается, что это связь для вождей кланов между собой – на всякий экстренный случай!

– А на самом деле?

– На самом деле так оно и есть. Только там, сам понимаешь, больше, чем по одному абоненту от одного клана, установлено. Я ж говорил, что рэты в технике не шурупят ничего? Вот мы с Каном этим и воспользовались. Уже столько лет – никто ничего не заподозрил!

– Интересно, – сказал Олег. – И откуда он такой умный взялся?

– Да они в целом вообще не дураки, рэты-то. А тут получилось вот что… Когда они на кланы разделились – еще в первые годы – то старики все остались в одной команде. В Серых. Остальные-то все молодняк образовал. Да тогда, в общем, и выхода другого не было. И не выжить было всем в одном месте, и воевать с людьми наверху кому-то нужно было: те ведь поначалу пробовали тоже в пещеры лезть – вот и пришлось отвадить… Так и получилось, что во всех остальных кланах вожди саморощенные. А у нас – обученные. Элита как бы. То есть, они с самого начала на голову лучше подготовлены оказались. И этого не растеряли. В принципе, Шор сейчас вертит остальными кланами, как хочет. И из них многие простые рэты с радостью бы к нам перешли, если что. И это тоже их вождей сдерживает от того, чтоб Серых уничтожить. Это как раз и считается от того, что клан, в котором спит принцесса – избранный. Олег хмыкнул.

– А чего тогда Серые всех под себя не заберут? Как я понимаю, разом половину забот сняли бы.

Ян хмыкнул в ответ.

– Соображаешь… Да не очень! Как это сделать-то?

– А в чем проблема?

– Так посмотри… Наш клан… Серые – в центре, под Городом. У нас над башкой Король-Жрец. Мы, фактически, на бомбе сидим. Под бомбой, то есть, я хотел… А все радиусные – на периферии. Их там практически никто не беспокоит. И даже Королю они, по большому счету, безразличны, ему главное, чтобы в Город не совались. Что сделает Король, когда узнает, что кланы объединились? Нас, может, и не тронет – скорее всего. А по радиусам может и прошерстить. На это у него сил хватит…

– Убедительно, – вынужден был признать Олег.

– А ты думал! – удовлетворенно заметил Ян. – У нас вождь не дурак. Понимает, что делать надо! Давай-ка, брат, еще выпьем! За Кана! Пусть ему и дальше везет, как до сих пор везло! Автарк побери: опять бутылка кончилась?! Ну, блин, чего ж они такие маленькие?

Он сноровисто сгонял кибера еще за одной. Выпили за Кана.

– Ты ему, главное, не ври! – стал убеждать Ян. – Лучше молчи, если нечего сказать или не уверен, что ему понравится. Он это понимает… А договориться с ним можно! Если вы пообещаете не мешать ему вернуться на родину вместе с принцессой и талисман отбирать не станете – он против вас не пойдет! Он не вредный. Вот с Королем договариваться я б не советовал! Тот продаст – не дорого возьмет. А Шор свое слово держит!.. О, пацан-то наш, смотри-ка, заснул! – вдруг с пьяной непоследовательностью обратил он внимание на Егора, который давно уже забрался на кушетку с ногами и, задвинувшись между Олегом и стенкой, спал сном праведника.

– Ты его не бросай! – обратился к Олегу Ян. – Он же, считай, единственный грамотный тут у нас остался! Девки мои – те не в счет! Что с них… А он, случись что – все тут знает! И меня, если что, заменить может! Он мне как сын! Хотя и не родной… Не бросишь?..

– Нет, – сказал Олег. – Мы никого не бросим.

– Обещаешь?! – Ян подался вперед, ухватив жилистой беспалой рукой и впившись в Олега взглядом.

– Обещаю, – Олег кивнул.

– Верю… – сказал Ян, отпуская руку. – Ты правильный мужик. У нас Харнан такой был. В точности. Последний после меня. В Город ходил. Не вернулся. Давай – за помин его еще по одной!..

Шаги, доносящиеся снаружи, Ян не слышал. Потому не среагировал на появление компании крысюков во главе с самим Каном Шором. Судя по всему, вождь без телохранителей не передвигался.

– Ты опять напился, Ян, – сказал Кан, входя в закуток. – Ты же знаешь, что тебе нельзя много этой гадости – ты от нее перестаешь соображать!..

– А… Кан. Дружище! – пьяно обрадовался Ян. – Не ругайся! Сегодня – можно! Сегодня день особенный. По такому случаю можно и в лежку нагваздаться! В кои-то веки! И нагваздаюсь, честное слово! Вот теперь Олег появился – решайте все с ним! А я старый калека – дайте мне отдохнуть хоть немного!

– Отдыхай! – разрешил крыс. – Лучше – прямо сейчас: ты уже вот-вот свалишься!

– Вот вечно ты, Кан, командуешь! – огорченно сообщил Ян. – И не пьешь к тому же. Потому и не понимаешь… Сегодня же такой день! Ты хоть представляешь, что за день сегодня, крыса ты канцелярская?!

– Представляю, – заверил Кан Шор. – Иди спать – ты уже готов! Может быть, тебя отнести?

– Не надо, сам дойду, – отозвался Ян, допивая стакан и ставя его на стол.

Затем он, к некоторому опасению Олега, взгромоздился на костыли и неуклюже, но вполне уверенно заковылял куда-то к выходу. Два крысюка, повиновавшись жесту вождя, пошли рядом, страхуя Яна от падения.

– Давай пройдемся немного, воин, – сказал Кан Шор, когда Ян скрылся из пределов видимости. – Мне не усидеть на ваших стульях. Да и запах того, что вы пьете, я не перевариваю… Ты не против?

– Почему же? – спросил Олег, ставя стакан на стол. – Давай пройдемся, вождь!..

Всей толпой, оставив Егора спать на топчане, они выбрались из закутка Яна и вышли в механический участок подземного цеха.

– Давай здесь погуляем, – предложил Кан Шор, делая знак своим телохранителям остаться на месте.

– Ну, давай здесь, – согласился Олег.

Они пошли между гудящими и скрежещущими станками, мимо замерших на рабочих местах киберов. В этом шуме, пожалуй, был плюс: никто бы не смог их подслушать, даже если бы захотел. Хотя, конечно, место для разговора странное…

– Я думаю, здесь мне лучше будет тебя понимать, – словно прочитав мысли Олега, заговорил Кан Шор. – Это ваш мир – мир техники. Он близок тебе и не будет тебя ограничивать. А мне не даст забыть, с кем я говорю. Я часто прихожу сюда, когда мне нужно подумать о людях. Эти машины мне помогают.

Олег, пропустив данную преамбулу мимо ушей, выжидательно посмотрел на продвинутого рэта, постаравшись не улыбаться.

– Ты можешь не беспокоиться, воин. С принцесой все хорошо. Ее отвели в предназначенные ей комнаты на жилом уровне, она сейчас отдыхает. Днем ты сможешь встретиться с ней.

– Меня зовут Олег, – сказал Олег. – Олег Ростовцев. Я капитан армии Солнечного Города. И я пришел сюда не за принцессой. Я про нее даже не слышал никогда. Наша группа – разведчики. Такие же примерно, как были когда-то и вы.

Теперь настала очередь крыса смотреть на Олега. Обвислые усы его задумчиво шевелились.

– Никто не может знать ход скрытого смысла вещей, – сказал, наконец, вождь. – Ты разбудил принцессу. Ты сумел пройти под землей. Ты разговариваешь здесь сейчас со мной. Кто мы с тобой такие, чтобы сомневаться в бывшем? И ведь это ты отпустил пленных, захваченных в холде Джунгахоры?

– Не всех, – поправил Олег. – Только тех, кого захватили мы сами.

– Но ты ведь не станешь говорить, что сделал это просто так? Олег хмыкнул.

– Нет, конечно, – объяснять, что это был методологический прием, направленный на поиск контакта с крысюками, не было, пожалуй, смысла.

– Люди, живущие наверху, никогда бы так не поступили.

– И что же этим хочет сказать вождь Серого клана? – спросил Олег.

Кан Шор снова пошевелил усами. Чувствовалось, что дается ему это с некоторым усилием.

– Мы могли бы договориться, – сказал он.

– Могли бы, конечно, вождь, – Олег посторонился, пропуская бегущего куда-то кибера с обточенной заготовкой в лапах. – Нам нечего делить. Ни здесь, под Куполом, ни снаружи – в Большом Мире.

– Ты действительно так считаешь? Олег пожал плечами.

– Ты можешь мне не верить. К тому же, я не самый старший в моем клане. Но сейчас здесь решения принимаю я. И мне с вами делить нечего. Тем более, не вы виноваты в том, что тут произошло.

На этот раз крыс шевельнул даже ушами. Но заговорил не сразу.

– Я не знаю, что может нас ждать снаружи. Я там не был. Впрочем, полагаю, с тех времен, когда наши отцы скитались в поисках принцессы, там мало что переменилось.

Олег грустно усмехнулся. Пожалуй, что Ян дал Кану Шору характеристику, близкую к действительности. Это был первый собеседник здесь, который имел хоть какое-то понятие о том, что находится вне Купола. И, скорее всего, единственный.

– Но здесь и сейчас, – продолжал Кан Шор. – Нам и вправду делить нечего, мы действительно можем договориться. Чего ты хочешь?

Олег рассмеялся.

– Отчего ты смеешься? – спросил Кан Шор.

– Вождь, – сказал Олег. – Ты даешь!.. Здесь и сейчас мы договариваемся… А как только шагнем наружу – так вцепимся друг другу в глотки?

Крыс снова шевельнул усами.

– Мы можем договориться не причинять вреда друг другу и снаружи, – сказал он. – Пока не расстанемся. Но сейчас скажи – чего ты хочешь?

Олег снова рассмеялся.

– Нет, Кан Шор, – он назвал рэта по имени. – Говори, чего хочешь ты! Наше положение не одинаково. Это тебе требуется моя помощь. Зачем-то. Я вполне могу обойтись и без вас.

– Ты думаешь? – спросил Кан Шор.

– Разве это не так? – спросил Олег. – Я к вам попал случайно. Я от вас ничего не хочу. Мне интересно знакомство с вами и интересен союз. Потому что многих в моем клане заинтересует ваше племя. Может быть, наши старейшины действительно захотят с вами договориться о сотрудничестве на будущее – я не знаю. Они сами будут об этом говорить. Я же – всего лишь воин, как ты меня и называешь. У меня здесь своя задача, и мне не требуется помощь в ее выполнении.

– Да? – спросил Кан Шор. – А как же твои спутники в плену у Короля-Жреца?

– Что ты можешь сказать о них? – спросил Олег, выдержав некоторую паузу.

– Они находятся во дворце Короля-Жреца. Их оружие тоже там. Пока Король не предпринимал попыток вселиться в кого-либо из них… Ты знаешь, что он может?..

– Знаю, – Олег кивнул.

– И ты ничего не собираешься делать?

– Почему же? Завтра с утра мы кое-что сделаем. А затем я собираюсь вступить с этим Королем-Жрецом в переговоры. Ты мне лучше вот что скажи… Незадолго перед тем, как мои товарищи попали в плен, в Город прибыла еще одна небольшая группа. Из Джунгахоры. С ними должна была быть одна старая женщина. Известно ли тебе что-то об этой группе и об этой женщине? А если известно – то где она сейчас?

Кан Шор снова пошевелил усами.

– Это твоя родственница? – спросил он.

– Можешь считать, что да, – сказал Олег.

– Я знаю, что небольшая группа пришла в город, – подтвердил крыс. – Но где они, и что с ними сейчас – я сразу сказать не могу. Нужно спросить наших наблюдателей. Они расскажут все, что видели. Ты подождешь?

– Подожду, – согласился Олег. – А теперь давай поговорим о том, что ты хочешь, и что ты можешь за это предложить.

Крыс довольно долго молчал. Даже усами не шевелил.

– Ты обещаешь, – спросил он, – что твой народ не будет чинить препятствий моему племени ни здесь, ни после выхода наружу?

– Ну, если вы не собираетесь извести всех людей на Панге – то нет.

– Нет, – серьезно ответил вождь. – У меня нет таких намерений. А что вы хотите делать с принцессой?

– Тоже ничего, – Олег пожал плечами. – Она пойдет туда, куда захочет и будет делать то, что посчитает нужным.

– И вы не будете ее преследовать?

– В честь чего?

– Чтобы завладеть ее талисманом…

– Вождь, – сказал Олег. – Если она Избранная, то отобрать у нее талисман невозможно. А если ее талисман настолько мощен, как я слышал – то просто глупо.

– Ты это знаешь, – кивнул удовлетворенно Кан Шор. – Но знаешь ли ты, что Семь Звезд лежат в хранилище Лабораториума Города?

– Знаю, – сказал Олег.

– И ты поможешь нам получить его… получить его принцессе Та-Эли? – спросил крыс.

– Я – нет. У меня нет доступа к хранилищу, – ответил Олег. – Доступ есть как раз у нашего руководителя, который находится в плену. Как только мы его оттуда освободим, этот вопрос можно будет решить.

Я не вижу в этом проблемы, Кан Шор, – добавил Олег на всякий случай. – Как бы события здесь ни повернулись, едва закончится этот магический спектакль наверху – сюда начнут прибывать новые наши группы. Их задача как раз будет заключаться в проникновении в спецхран. Принцесса получит свой талисман. Кан Шор подумал.

– Когда-то, – медленно сказал он. – Люди Города проникли в наши подземелья и похитили спящую принцессу. Вместе с Семью Звездами. И увезли в ваш Город. Нам потребовалось очень много лет, чтобы отыскать их… Могу ли я верить тебе?

Олег посмотрел на крысюка.

– Вождь, – сказал он. – На такой вопрос я могу только послать тебя к дракону под хвост. Я понятия не имею, кто, когда и зачем это сделал! Люди Города собирали все талисманы, какие могли найти. И я подозреваю, что рэты сами не захотели что-либо объяснять пришельцам. Иначе наш разговор здесь шел бы по-другому. А скорее всего, его бы вообще не было. Что ты хочешь, чтобы я сделал? Извинился? Так я не знаю, за что. Вернул вам талисман? Так я уже сказал, что никто не будет его у вас забирать. Если тебе этого недостаточно, то давай разойдемся! Ты – направо, я – налево. И останемся каждый со своими проблемами. Устраивает тебя такой вариант?

Кан Шор задумчиво разглядывал Олега, пока тот говорил. Когда Олег завершил свою демонстративно «заточенную» на искренность тираду, вождь уже традиционно пошевелил усами. Затем сказал:

– Трудно говорить о том, что только еще приходит к пониманию… Я согласен с тобой, Олег – не стоит нам сейчас ворошить прошлое. Хотя знай, что эти вопросы еще всплывут не один раз, когда рэты и люди станут говорить друг с другом. Но давай отложим это на потом. Мы оба услышали пока достаточно для того, чтобы подумать. Встретимся после того, как ты поговоришь с принцессой Та-Эли, и тогда решим окончательно, что нам делать.

– Хорошо, – сказал Олег.

В принципе, его устраивал такой вариант. В контакт с крысюками он вступил. А вести серьезные переговоры в данной ситуации не имело большого смысла: и не был Олег дипломатом, да и по делу ему тут ловить было нечего – от рэтов, запертых Королем-Жрецом под землей, толку практически не было никакого.

– Что ж, давай так и сделаем, – повторил Олег. – Я поговорю с принцессой, потом мы примем решение. А потом мне нужно будет отправляться в Джунгахору, к моим людям. Договоримся только о том, как будем держать связь в случае чего и что вам тут нужно будет сделать к моменту появления наших основных групп… Что за черт?..

В кармане разгрузки у Олега, словно проснувшись, завибрировал мобильник.

К счастью, Олег догадался глянуть на часы. Было 6:00. Оказывается, за всеми этими пьянками и переговорами он и не заметил, что наступило утро.

Звонил действительно Энгар.

– Что-то я не вижу тебя подъезжающим к Джунгахоре верхом на белом пауке, – сообщил он, поздоровавшись.

– И не увидишь… Я тут решил навеки поселиться, – хмуро ответил Олег. После чего кратко пересказал случившееся за прошедшие часы.

Стоявший рядом Кан Шор с большим любопытством наблюдал за Олегом, иногда подсказывая правильные реплики. Похоже, мобильный амулет его весьма заинтересовал. Про задержку в переговорах он, во всяком случае, не заикался.

Энгар слушал историю олеговых похождений практически молча, но при упоминании о принцессе не удержался.

– Оба-на! Да это же Амперский Инклюз!

– Чего? – не понял Олег.

– Амперский Инклюз. Она же – Принцесса Греза. Обнаженная девушка в прозрачном кристалле, ограненном в форме розы. Из коллекции бывшего Великого мага Шишшама…

– Почему бывшего? – ни о каком маге Шишшаме Олег никогда не слышал, что уже само по себе было гарантией стародавности истории.

– Да потому, что угрохали его, – подтвердил догадку Энгар. – Это еще на заре истории Города было. Там целая война вышла… Вот среди прочих трофеев и достался этот самый Инклюз. Принцесса, то есть… Блин, надо будет непременно с ней познакомиться! Живая девушка из Поднебесной – это ж с ума сойти! Как, ты говоришь, ее зовут?

– Та-Эли, вроде как… Если ты мне притаранишь днем ящик гранат да еще пожрать чего-нибудь запас – я, так и быть, тебя с ней познакомлю, – пообещал Олег. – Но тогда ты, может быть, и талисман ее знаешь?

– Какой талисман? – удивился Энгар. Олег описал.

– Чем дальше, тем страньше… – сообщил дар Солан в ответ после некоторой паузы.

– А в чем дело?

– Да так… – Энгар снова помолчал. – Как-то уж слишком всего у тебя много сразу…

– Чего много? На фоне всего, что мы тут уже наворотили – так по мне ничего особенного…

– Ну… Тоже верно, – согласился Энгар. – Однако как-то оно все… Ты и от рэтов отбился. И в контакт с ними вступил. И последних выживших горожан обнаружил. И принцессу из Кристалла извлек… Ты, кстати, в курсе, что Кристалл этот был из тайгла?

– Ну, и что? – не понял Олег. – Ну, из тайгла…

– А что – ты знаешь способ его разрушить?

– Нет, конечно!

– Или, может быть, тебе известен еще кто-нибудь, кто колет тайгл, как обычное стекло? – поинтересовался Энгар.

– Да знаю я, что это сверхпрочный материал! – возмутился Олег. – Но это же явно саркофаг был! Не монолит! Чего ты мне грузишь? Значит, его можно было открыть! А я сдуру долбанул по нему «ключом» – только и всего! Я даже не представлял, что там, за перегородкой…

Энгар помолчал.

– Твое счастье, Иванушка, что ты дурачок, – произнес он затем голосом доброго сказочника. Но тут же поменял тон: – Другой бы давно уже в козла превратился от такого количества выпитого!.. Ты хоть догадываешься, насколько идиотским способом вскрыл Кристалл, сын Земли? Такое просто никому в голову не приходило!

– Только мне и дел было, что об этом думать… – проворчал Олег. – Я вам что, доктор? Что я в вашей шмагии понимаю? Ты мне лучше насчет талисмана скажи…

– Ах, да! – вспомнил Энгар. – У принцессы еще и талисман оказался – не ниже третьего класса мощности! И тебе ничего странным не кажется?

– Да Яппур с ним со всем! – отмахнулся Олег, на чьей стороне, в отличие от догадок Энгара, были одни только факты – в том числе и вскрытия Кристалла. – Можно подумать, ты первый раз в рейде участвуешь! Потом разберемся, что тут не так и на каких долларах Ленин подмигивает… С талисманом-то что? Есть такой или нет?

– Ладно, – согласился Энгар. Хотя явно думая о чем-то своем при этом. – Я тебя не первый день знаю, ты, вроде, невменяемостью не страдаешь… Что и обнадеживает. Оставим пока. А талисман… Талисман есть. По описанию судя, это Эльсимский Венец. По всем параметрам явно изделие предмагов, но никакой активности у него обнаружить не удалось. Теперь, кстати, понятно, почему! Найден одной из экспедиций на Побережье, кажется, году в двести пятидесятом…

– Эльсимский? – удивился Олег.

– Ага… Потому что в Эльсиме нашли, – проинформировал Энгар меланхолично. – Что, кстати, тоже – странно… Для настроенной пары «талисман – оператор» это слишком уж большой разнос. Хотя, впрочем, если один из них замурован в тайгл да еще находится в стасисе… Черт его знает, может, и ничего особенного. Во всяком случае, сколько помню, никакой его связи с принцессой исследованиями выявлено не было. Венец и Инклюз всегда проходили порознь…

– А что, были специальные исследования? – спросил Олег.

– Ну, откуда мне знать! Я же маг, а не тальмен! – возразил Энгар. – Мы талисманы только факультативно изучали… Но специально, скорее всего, никто не занимался. Это ж знать надо было – что они связаны!

– Ну, ладно, – сказал Олег, подумав. – И что мне с этим делать?

– С чем? – переспросил Энгар. – С талисманом? Ничего. Ты правильно этому вождю сказал. Спецхран вскроют – получит принцесса свою корону. А сейчас лучше этим вообще не грузись. Присматривай только за девушкой. Мало ли что…

– Ну ты, барин, задачки задаешь! – ответил Олег. – И как я это должен делать? Да и зачем, собственно?

– Да ни зачем особо, – успокоил Олега Энгар. – Просто присматривай… Что мы про Поднебесную знаем? Ничего ведь практически. А тут живой человек оттуда… Опять же – сколько она в стасисе пролежала? Прикинь срок. Мало ли что… Вот и смотри. А днем я до вас доберусь, попробуем уточнить, что и как…

В принципе, Энгар был прав, и Олег не стал возражать.

– А по Королю этому Жрецу что-нибудь можешь сказать? – спросил он вместо этого, возвращая разговор к делу.

– Не знаю… Ответ Олега удивил.

– Что, совсем ничего? – переспросил он.

– Ничего, – подумав, подтвердил Энгар. – Непонятно пока. Разве что… На мага он точно не похож. А тальменов активных мы тут не обнаружили. Знаешь что? Сдается, это что-то из городского наследства!

– И что именно?

– Ну, вот этого не знаю! Амулет какой-нибудь. Пользовательского уровня. Хотя сомнительно… Или талисман специализированный – их же до бениной бабушки всяких! А может, и из разработок Лабораториума что… Ты лучше держись от него пока подальше! Потом разберемся…

– Спасибо, утешил…

Честно признаться, Олег ожидал большего. И не смог скрыть разочарования.

– А чего ты хочешь? Информации же никакой! Ты крысюков своих лучше поактивней потряси… Да и я сейчас, пожалуй, заодно с поисками шпиона, в Джунгахоре опрос устрою – может, кто что скажет…

– Потрясу, – пообещал Олег.

Хотя понятно было, что вряд ли это что-то даст. Как и опрос в Джунгахоре.

– Ладно… – повторил Олег. – Ты с Базой связался?

– Да, – ответил Энгар. – Связался. И по этому поводу у меня есть две новости.

– Одна первая, другая вторая? – пошутил Олег.

– Именно что, – хмыкнул Энгар. – Во-первых, прием сообщений подтвердили. В связи с этим просят оставаться на месте и ждать подкрепление. Но – и это во-вторых – все свободные ЗИП будут у Купола только через неделю. Один О’Хара может высадиться сюда через сутки после завершения работы заклинания. С ним будет усиленная группа с магами и фазерами…

– Это уже хорошо, – сказал Олег. То, что сутки следовало выждать, пока улягутся последствия действия заклинания, он помнил. – Наши переговорники с его амулетом связаться смогут?

– Смогут. Я параметры не менял…

– Ну, тогда совсем здорово. Двумя группами мы тут всех на уши поставим, если что… – подытожил Олег. – Ты мне вот чего скажи еще: ты когда здесь появишься?

Энгар подумал.

– К обеду где-то. Не раньше. Нам же еще этого твоего шпиона ловить. А чего?

– Да я просто поспать собираюсь, – честно признался Олег. – Я ж еще ни в одном глазу со вчерашнего утра.

– А, ну тогда не буду отвлекать!..

– Погоди! – остановил Энгара Олег. – Еще не все. Когда пойдешь сюда, кроме гранат и сухпая захвати еще пополнение для аптечки. Да и аптечек пару штук тоже не помешает…

– Ты их там что – ешь? – удивился Энгар, сразу становясь профессионально подозрительным. – Ты вообще в каком состоянии находишься?

– Да в общем и целом нормально, – не стал распространяться Олег. – Придешь, сам убедишься… Но два шприца я потратил. Один, правда, не на себя! – поспешил он заверить слушателя. – Так что неплохо было бы восполнить… Ну, и вообще: тут же люди – вдруг потребуется!

– Ладно, – согласился Энгар, слегка успокаиваясь.

Но Олег понял, что осмотра ему не избежать. Впрочем, он и не возражал. На Земле с таким ударом по башке уж точно попал бы в санчасть – сотрясение мозга это вам не шуточки.

– И вот еще что… – Олег подумал, но все же решил: – Равия надо из Города выводить. Как он с тобой свяжется – передай, чтоб дождался ночи и выползал оттуда. Нечего ему там сидеть. И вообще: после обеда пусть звонит, если что, снова прямо мне – я уже в состоянии буду командовать…

– Передам, – подтвердил Энгар. – Еще что-то?

– Ящик водки и таз пельменей! – фыркнул Олег.

– Ну, это непременно! Ты только выясни, к какой дыре мне с ними подходить – чтобы не плутать лишний раз по здешним подземельям.

– А, это без проблем…

Последовав совету Энгара, Олег расспросил Кана Шора о Короле-Жреце.

Совет оказался полезным. Хотя бы частично. В целом информация мало отличалась от уже слышанного Олегом от Яна, но кое-какие подробности, без сомнения, были очень кстати.

В частности, Олега порадовало, наконец, что удалось выяснить, как устроена система газовых мин. Инженеры Короля оказались далеко не идиотами, хотя особой изощренности и не проявили. Да и определенная паранойя нынешнего хозяина, видимо, сказала свое слово. Все газовые емкости хотя и были разбросаны по разным концам городской территории, тем не менее, управлялись из одного центра, не имея к себе больше никакого иного доступа.

Безусловно, для регулярного введения подтверждающего кода это было удобно.

Но так же удобно оказывалось, если что, и захватить этот центр – что Олега более чем устраивало. Во избежание эксцессов, так сказать. Когда под Купол начнут прибывать другие группы – такое действие вполне могло потребоваться.

Выяснив у вождя известные подробности устройства обороны Центра, Олег совсем успокоился. При случае с захватом можно было справиться даже в одиночку. Оборона строилась вообще не в расчете на нападение рэтов. В Городе вполне разумно рассудили, что в подобном способе самоубийства крысюки не нуждаются. Скорее, объект охраняли от своих же слишком буйных. То есть от атаки обычным оружием. Мечи, самострелы, копья… Правда, вокруг здания, где располагался пульт, устроено было кольцевое минное поле… Но, во-первых, в нем имелся проход, известный рэтам. А во-вторых, не представляло особого труда в случае нужды расчистить путь с любого нужного направления – в числе прочих достоинств станнер позволял сделать и такое. Против снаряжения группы Олега – не говоря уже про О’Хару с фазерами – охране было не устоять…

К некоторому удивлению Олега, после уточнения данного момента все вопросы оказались решенными. Ну, или, по крайней мере, обговоренными. Для начала более чем достаточно. Кан Шор считал, видимо, так же, поскольку ни о чем больше не заговорил, а предложил Олегу отправиться в отведенные для него комнаты и отдохнуть до появления Энгара. Выдержка у вождя была изумительная. Олег видел, какой интерес вызвали у него как переговорный амулет, так и само содержание разговора, из которого Кан Шор мог слышать только половину. Но старый крыс удержался от расспросов. То ли демонстрируя доверие, то ли, наоборот, не желая выглядеть дикарем в глазах пришельца извне… Такое поведение, независимо от причины, говорило об уме предводителя Серых рэтов, что стоило лишний раз взять на заметку.

Кроме того, Кан Шор предусмотрительно разбудил Егора и велел ему показать, где жил неведомый Олегу Харнан. Данное действие было нелишним, поскольку сам Олег вряд ли бы смог отыскать нужную дверь. Но обратило на себя внимание Олега другое. Рэт прошел за перегородку и разбудил подростка сам, коснувшись лапой – или рукой? – плеча Егора.

– Проводи Олега в его комнаты и тоже иди спать к себе, – мягко распорядился вождь.

– Хорошо, дядя Кан, – пробормотал сонный Егор и, заплетаясь нога за ногу, повел Олега обратно тем же путем, которым они пришли сюда. Кажется, даже так до конца и не проснувшись.

Все это выглядело настолько по-человечески, что Олег невольно задумался о возможной переоценке ситуации «люди – крысюки», по его представлению, сложившейся под Куполом. Очень могло статься, что все было не столь уж однозначно…

Олег прокачивал эту мысль всю недлинную дорогу вниз, пока Егор не подвел его к одной из дверей в стене на жилом уровне. Коснувшись пальцами пластиковой панели, мальчишка пробормотал:

– Вот… Здесь… Погодите, я сейчас ключи принесу…

– Да ладно, не надо. Иди спать, тело ходячее, – непроизвольно улыбнулся Олег, вынимая из кармана разгрузки универсальный ключ и тыкая им в дверь.

– Ух ты… – все же удивился Егор. – А это у вас что? Талисман, да?

– Талисман, талисман… Спать иди…

– Но вам же надо показать, что там где… – запротестовал мальчишка.

– А что там может быть? Свет-водопровод-туалет? Так все у вас такое же, как и у нас на Базах, – возразил Олег. – Разберусь, не маленький. Или там что-то особенное?

– Да нет, обычная квартира, – Егор пожал плечами, все еще борясь со сном. – Для несемейного. Холл, кабинет, спальня, кухня, душ… У меня самого такая же. Что там еще может быть? Только обстановка от Харлана осталась – девчонки наверняка ничего менять не стали. Некогда было. Да и что для вас подобрать, не знали. Если нужно будет, сами потом смените…

– Ну вот, ничего сложного, – резюмировал Олег. – Справлюсь. И не с таким справлялись. А ты мне днем можешь понадобиться. И лучше, если выспавшимся. Может оказаться много дел, когда появится Энгар. И без тебя будет не обойтись. Так что давай на боковую!

– А Энгар – это кто? – благополучно проспавший разговор с Каном Шором, Егор, естественно, не был в курсе плана ближайших событий.

– Маг, – сказал Олег, распахивая дверь и делая шаг внутрь. Этой репликой он рассчитано разжег любопытство мальчишки, для которого маги были существами еще более легендарными, чем люди снаружи. После этого на Егора уже можно будет положиться во время переговоров днем. Уж во всяком случае, нейтрализовать от инстинктивных действий.

Не то чтобы Олег их и в самом деле опасался. Но подстраховаться стоило…

Олег закрыл за собой дверь и огляделся.

– Однако… – невольно вырвалось у него. И было отчего.

Кем бы ни был неведомый Олегу Харнан, жилье он обустроил с размахом. Немаленький холл – не меньше чем десять на десять метров – представлял из себя точную копию внутреннего дворика шерторской усадьбы. Характерный орнамент в древнегреческом стиле, идущий по основанию и верху стен, потолок в виде плафона, имитирующего небо, декоративные вазы на фигурных постаментах в углах – все это трудно было спутать с чем-либо другим.

Пол тоже был расчерчен в соответствии с шерторской традицией сложной пентаграммой Всех Стихий, призванной защищать жилище от злых демонов, а также служить опорной разметкой при тренировках с оружием. И, похоже, здесь имелся в виду второй способ применения: на свободных участках стен, между дверными нишами (а их было на двух стенах по одной, и на одной две), висели закрепленные мечи, копья, топоры, кинжалы, а также более экзотические экземпляры боевого снаряжения из тех, что широко применялись на Побережье.

Портил впечатление, пожалуй, только бытовой кибер на шести коротких ножках, замерший в углу сбоку от входной двери. Видимо, хозяева настолько расщедрились, что решили выделить один механизм в пользование Олегу, несмотря на явную их нехватку. Что ж, это можно было оценить…

Олег хмыкнул, подумав, не простирается ли гостеприимство еще дальше, в соответствии с варварскими обычаями. Он быстро обошел дворик-холл, заглянув в расположенные по периметру двери. Но ни в спальне, ни в кабинете, ни в душе, ни на кухне никаких «сюрпризов» не обнаружилось.

– Ну, и ладно… – пробормотал Олег, возвращаясь в холл. – Без баб оно и спокойнее…

Не то чтобы он не одобрял племенные обычаи подкладывать гостю на ночь местных женщин, но сейчас было просто не до того. Зато имелся шанс принять душ и выспаться, как белому человеку – без камуфлета и в кровати. Чем, в общем-то, Олег и собирался воспользоваться незамедлительно… Правда, сперва он все-таки не удержался и подошел к стене, где было развешано оружие. Впрочем, не сделать этого было трудно: коллекция того стоила. Харнан явно был знатоком, и устоять бы не смог и более искушенный человек, нежели Олег.

Чего тут только не было! Двойной ребинский лабрис – цельнокованный, излюбленное оружие пиратов. Планирующее копье из арсенала погонщиков драконов – фантастическая помесь воздушного змея и гарпуна. И даже такой раритет, как «драконья челюсть» из окрестностей Черной Цитадели – странное сооружение с несколькими клинками, торчащими перпендикулярно рукоятке. Олег никогда бы не поверил, что этой штукой можно фехтовать, если бы своими глазами не видел, как ловко тамошние горцы с ней управляются.

Но Олега привлекло не это. Он снял со стены шерторский сигилл. Нечто среднее между катаной и корабеллой. Лучший, пожалуй, на Панге из рубящих клинков, одинаково хороший и для пешего, и для конного боя. Слегка изогнутый, заостренный, с длинной рукояткой для обоеручного хвата. Сигиллом было удобно и рубить, и колоть. Универсальное оружие.

Олег отжал защелку и потянул меч из ножен.

Открывшееся ему лезвие с «водяной пленкой» не оставило сомнений в том, что клинок подлинный. То есть, конечно, это мог быть «новодел», произведенный в мастерских Города, но на качество оружия данный факт не влиял: изделия городских оружейников ничем не уступали работам «настоящих» кузнецов Побережья. В любом случае это был меч высшего класса и стоил он целое состояние, независимо от места изготовления.

Олег взмахнул оружием, проверяя баланс. Прокрутил вокруг кисти, сменив хват на обратный. Доворотом вернул прямой. Сигилл слушался идеально. Вообще работать им было не труднее, чем ножом, несмотря на метровую длину. Собственно, в этом и заключалась заслуга шерторских мастеров, сумевших ни много ни мало, создать практически безынерционный клинок. И притом – без всякой магии! Ну, или почти без… Конечно, не каждый сигилл обладал этим свойством. И не каждый мастер умел сковать подобный меч. И времени на это требовалось не год, не два и не десять. Потому таких мечей существовало не столь уж много. Но этот был из их числа.

Хорошо еще, что клинок был из обычного булата (хотя и лучшего), а не то талисманного производства чудо, что Олег таскал в ножнах на разгрузке. Тогда совсем бы уж меч-кладенец получился… В частности, это была одна из причин, почему всережущими лезвиями оснастили только армейские ножи.

– Эх! – Олег повесил пустые ножны на крюк, вскинул меч над головой.

Мастером клинка Олег, конечно, не был. Однако обращению с холодным оружием их учили – специфика ТВД, так сказать. Со средней руки фехтовальщиком Олег бы при случае управился. А поскольку подавляющее число рубак на Побережье имели обычную солдатскую подготовку (как везде и всегда, в общем-то), то большего и не требовалось.

Олег выполнил несколько ударов, ориентируясь по свисту клинка. Поменял руку. Повторил. Просел скруткой в нижнюю стойку, очертил вокруг себя «листок клевера» – станнер мешал, но Олег и не собирался фехтовать по-настоящему – крутнулся в эффектном «вихре», выставив одну ногу «пистолетом» – как в фигурном катании – и на инерции движения снова выпрямился в полный рост.

Остановился, тяжело дыша: нагрузка все-таки получилась немалая…

И обнаружил, что находится в холле не один.

«Ну, вот, – было первой мыслью, мелькнувшей у Олега в голове. – А решил, что без баб обойдется!»

Для такого умозаключения были причины.

Точнее, причина. Одна.

В проеме входной двери – видимо, только что войдя – стояла молодая женщина. Лет двадцати на вид, с пышной гривой волос цвета дубовой коры, забранной на затылке в длинный «хвост». Одета незнакомка была в соответствии с местным «пляжным стилем»: в какую-то майку и такие шорты, что, как было сказано в одной старой книге, «и у мертвого заходила бы селезенка». Олег в данный момент никоим образом мертв не был и торопливо постарался отвратить ум от непрошено возникших в нем мыслей. Ну, хотя бы на некоторое время…

– Доброе утро, – слегка поклонившись, поздоровался он. И обнаружил в отставленной руке сигилл.

– Прошу прощения… – Олег улыбнулся, засунул оружие в ножны и повесил обратно на стену. – Чем могу быть полезен?

Гостья молча разглядывала его исподлобья несколько секунд.

– Вы хорошо танцуете с тенью, – произнесла она с какой-то странной интонацией. – У нас были такие же воины, как вы, сражавшиеся с наружными врагами…

– Не очень хорошо, – ответил Олег честно. – Всего лишь четвертая ступень из двенадцати. Я даже не мастер.

– Но вы ведь воин?

– Трудно отрицать, – Олег усмехнулся. – Просто оружие у меня другое. Все-таки здесь не земное средневековье.

Женщина продолжала все так же сумрачно смотреть на Олега.

– Вы маг? – спросила она затем.

– Нет, конечно! – Олег, огорошенный таким вопросом, посмотрел на нее с удивлением. Для женщины, явившейся, чтобы выполнить закон гостеприимства, незнакомка вела себя довольно странно.

– Значит, ваше оружие – талисман? – последовал новый вопрос.

– Тоже нет.

Олег посмотрел, как гостья наморщила лоб, явно озадаченная такими ответами и, не удержавшись, рассмеялся.

– Я самый обычный человек, – сказал он. – Магия мне не доступна, талисмана у меня нет. Что вас смущает? И я не ем на завтрак красивых девушек.

– Почему? – спросила незнакомка все с той же нехорошей серьезностью.

– Почему не ем?

– Нет, почему у вас нет талисмана? – «красивую девушку» она, похоже, просто пропустила мимо ушей.

– А на что он мне? – Олег пожал плечами. – Кругом и так полно магов и тальменов – если что-то нужно, я обращусь к ним.

Этот ответ произвел на собеседницу Олега поистине странное действие. Не меньше полминуты она сосредоточенно смотрела на Олега широко раскрытыми глазами (красивыми, надо заметить), после чего с каким-то непонятным облегчением вздохнув, сказала:

– Можно… мне поговорить с вами?

– Пожалуйста, – ответил Олег, ощущая большое желание почесать в затылке. «Кажется, это не то, что я подумал», – пронеслось у него в голове.

– Я… просто не могу уснуть, – продолжала незнакомка. – Сижу там, одна… Эти женщины… Они мне ничего не желали говорить кроме того, что я должна отдохнуть. Да еще что я принцесса. Вы, мне кажется, совсем другой человек… Вы можете сказать, что случилось с Семью Сестрами?

Тут до Олега, наконец, дошло, кто перед ним.

Ничего, впрочем, удивительного в этом не было. Одно дело – одетая, умытая и причесанная женщина, разговаривающая с ним сейчас «во дворе шерторского замка», а другое – голое мокрое тело, бездыханно валяющееся в луже воды на полу. Любой бы мог ошибиться. Тем более в тот момент Олег не очень-то приглядывался к лицам окружающих. Ему было просто не до того.

– Ну, – сказал Олег, – насколько я знаю, с вашим талисманом все в порядке. Он лежит в городском хранилище, и как только мы его в скором времени откроем, вы его получите. Но если вы не принцесса, – Олег улыбнулся. – То кто вы тогда?

Но собеседница на его улыбку опять не среагировала.

– Я знаю, что с диадемой все в порядке, – ответила она. – Я ведь уже сказала, что я данс-оператор Семи Звезд. Я не знаю, отчего все решили, что я принцесса… Но я хотела узнать про мою страну – империю Семи Сестер Поднебесной. Вы тоже про нее ничего не знаете?

– Нет, отчего же… – Олег сообразил, что под Семью Сестрами, надо полагать, имелись в виду семь «пятидесятитысячников» центрального горного массива Поднебесной. Это были величайшие горы на Панге (а, может быть, и во всем обозримом космосе). И, собственно, в их недрах и располагалась загадочная горная страна, оставленная обитателями пару веков назад, во время так называемого Апокалипсиса Автарка. Вот только про «Семь Сестер» никто никогда не слышал. – Знаю кое-что. Только, боюсь, вас это знание не порадует.

– Пусть не порадует, – гостья сухо блеснула глазами. – Но лучше знать, чем не знать! Расскажите.

«Кажется, накрылся отдых», – подумал Олег. Тут парой слов не отделаешься…

– Хорошо, – сказал он вслух. – Расскажу. Только…

– Что?

Олег вздохнул.

– Только вам, ваше высочество, или уж не знаю, как к вам обращаться, придется немного обождать. Пока я помоюсь…

Стоя под душем – действительно практически таким же, как и на Базах – Олег усиленно напрягал память, вспоминая, что удалось выяснить на данный момент про загадочное подгорное царство.

Информации имелось не очень много.

Олег, однако, в том не был виноват: даже и специалистам о Поднебесной было известно в основном только из хроник других стран Побережья. Так уж получилось…

Поднебесная закрылась от общения с внешним миром почти тысячу лет назад – во время жуткого Второго ВТС – когда была буквально сметена с лица земли цивилизация Южного Побережья. Тогда погибли практически все архивы Первой и Второй Эпох – времени расцвета Поднебесной. Жалкие же остатки, что сохранились на менее пострадавших частях материка, в набравших силу позже государствах были настолько искажены переписками, что даже самоназвание страны Олег сегодня услышал первый раз. Это можно, наверное, было даже считать историческим открытием – если бы Олег был историком… Какие-то связи, впрочем, существовали и в тот период. Находились совершенно безбашенные сорвиголовы, которым удавалось пробраться через непроходимые горные хребты и вернуться с рассказами об увиденном. Рассказы эти гуляли по всей Панге, передаваясь из уст в уста, исполняясь профессиональными сказителями, и потрясали воображение слушателей описанием сверхъестественных – даже по пангийским меркам – событий и обстоятельств, напоминающих смесь «Тысячи и одной ночи» с «Властелином Колец».

Повелители этой страны якобы любили, переодевшись в одежды простолюдинов, тайно посещать самые отдаленные уголки Побережья, знакомиться с местными жителями и задавать им странные вопросы типа «Сколько звезд на небе?» или «Отчего человек добр?», а за ответы награждать с неслыханной щедростью, недоступной никаким королям. Маги же этой страны возвели поперек материка огромную стену высотой до самого неба, защищая мир от нашествия Ужаса с Востока. У этой Стены кипела не прекращающаяся ни на миг битва Света и Тьмы, в которой отважные рыцари в сверкающих доспехах и с сияющими звездами на челе не давали злу вырваться на свободу. Понятно, что в эти досужие байки никто не верил – хотя кое-где в архивах и лежали отчеты чудом уцелевших путешественников, с бумажной беспристрастностью подтверждая, что эти байки недалеки от истины, – но когда в 2163 году началось Третье ВТС, ни у кого не возникло ни малейших сомнений в том, где разворачиваются главные события. Багровое зарево на востоке, подсвеченное зарницами, только подтвердило то, что всем и так было ясно. На этом фоне распространившиеся землетрясения, свечение воздуха и превращения воды в огонь смотрелись просто как само собой разумеющиеся знамения…

Однако конец света не наступил. В сравнении с предыдущим апокалипсисом происходившие катаклизмы смотрелись детскими игрушками. Впрочем и они собрали свою кровавую жатву… Но довольно быстро все пришло в норму. Это настолько показалось всем необычным, что через несколько лет Великому магу Яппуру без особых трудов удалось собрать немаленькую армию для похода на Восток – с целью выяснить, что там случилось. Но Поднебесная уже была запечатана темпоральным барьером, и все попытки Яппура проникнуть внутрь кончились ничем. Яппуру пришлось довольствоваться разграблением Ириана – Радужного Края – области на границе Поднебесной и Великой пустыни со своей весьма богатой культурой, но имевшей очень отдаленное отношение к собственно подгорному царству. Что, однако, не помешало Яппуру впоследствии утверждать, что разграбил он именно Поднебесную, а полчища Тьмы отбросил за Стену и запечатал ее непроходимым заклятием. Но кое-что Яппуру все же удалось в этом походе выяснить. От жителей Радужного Края, имевших хотя и смутное, но наиболее полное в сравнении с остальными, представление о скрытой стране, Яппур узнал, что «осквернитель Автарк уничтожил Поднебесную». Кто такой был этот Автарк, аборигены не знали, но из совокупности собранных данных Яппур сделал вывод, что это несомненный тальмен: пришелец и повелитель какого-то очень мощного талисмана. Из имевшего же место разгула Стихий – а в непосредственной близости от Поднебесной катаклизмы были таковы, что грабительский поход армии Яппура жители Радужного Края восприняли как спасательную миссию – Яппур не менее правильно решил, что нынешнее ВТС ограничилось почему-то в своих аппетитах только Поднебесной. С каковой радостной вестью и вернулся на вздохнувшее с облегчением Побережье. И только почти через сто лет исследователи из Лабораториума Города Солнца, преодолев непроходимую талисманную завесу смогли попасть под каменные своды покинутого населением государства.

Правда, по сложившейся уже традиции, им почти ничего не удалось узнать о том, что там происходило. Непонятным образом все архивы – и книжные, и магические, и талисманные – оказались стертыми до девственного состояния, так что не получилось даже установить, на каком языке говорили и писали местные жители. Да и от самих жителей не осталось ни малейших следов. Но все же, вооруженные самыми передовыми методами исследования, историки Города смогли добыть кое-какие сведения о последних днях Поднебесной. Магическое и талисманное хроносканирование, несмотря на искажения, произведенные совсем недавним ВТС, позволили получить значительное количество вполне приемлемых слайдов. По этим слайдам в общих чертах удалось реконструировать картину событий. Вот ее-то Олег и намеревался пересказать принцессе Та-Эли. Хотя, если честно говорить, у него совсем не было желания это делать…

Но и отказать в этой просьбе он тоже не мог.

Олег вышел из душа.

– Ну, вот я и готов… – сказал он… И осекся.

Принцесса… тьфу, данс-оператор, или как ее там – сидела под стеной, свернувшись клубком и уткнув голову в колени. Плечи ее вздрагивали.

– Что с вами? – быстро сделав несколько шагов, Олег опустился рядом. – Вам плохо?

– Да… – глухо донеслось из-под рассыпавшихся прядей волос. – А вам было бы хорошо на моем месте?.. У меня никого не осталось. Совсем никого! Я одна… Думаете, это приятно?

– Нет, не думаю… – Олег взял девушку за руку. – Но даже боги не могут сбывшееся сделать несбывшимся. Это всегда погано – когда кто-то из твоих погибает, а ты остаешься жив… Но тут уж ничего не поделаешь. Приходится жить дальше.

– А я не хочу!.. Все! Понимаете – все!! – «принцесса» судорожно ухватила Олега за ладонь, и, вздрагивая и всхлипывая, стиснула изо всей силы.

«Вот только истерики мне не хватало, – подумал Олег. – Да еще женской истерики». С мужиком он точно знал бы, что делать, а тут… Не подзатыльниками же ее приводить в чувство.

Между тем Та-Эли, кажется, вовсе не думала успокаиваться. Наоборот, рыдания стали громче, а согнулась она так, словно хотела спрятать голову вообще между колен… Впрочем, кажется, так оно и было.

– Ну-у!.. – протянул Олег, видя, что дело плохо. – Так-то уж совсем нельзя! Принцесса, данс-оператор, повелительница могучего талисмана – а ревет, как девчонка!..

Олег подтащил рыдающее существо к себе, попробовав усадить по-человечески.

– Я не принцесса-а! – не переставая обливаться слезами, тем не менее не преминула возразить несчастная. – Я не принадлежу к правящему дому! Я вообще никто! У меня даже родителей не-ет!!..

– Ну, не принцесса так не принцесса, – согласился Олег. – И ничего страшного! У нас тоже нет никаких принцесс. И – ничего, живем… Зачем так реветь? От слез девушки дурнеют!

Олег рассчитывал зацепить ее этими словами. Но эффект вышел противоположный. Рыдания стали только громче.

– Да что ж такое! – Олег постарался сохранить выдержку. – Что за малолетняя плакса? От Майкора на Юге до Ганагана на Севере я не видал еще таких плакс! – добавил он сердито.

Олег обнял девушку и попробовал погладить по голове. Нехитрый способ подействовал. Во всяком случае, трястись она перестала. Хотя всхлипывание и шмыганье из копны волос продолжали доноситься.

– Мне плохо… – пожаловалась она Олегу.

– Что плохо? – вопрос не отличался умом, но в теперешнем состоянии с собеседницей Олега разговаривать следовало как с ребенком.

– Плохо. Страшно… – девушка обхватила Олега за шею и спрятала лицо где-то у него под подбородком. – Все это… Я же легла в стасис, когда все было хорошо. Никто даже не думал… Я ждала, что проснусь на обычную смену, а тут…

– Ну, это ж Панга… – сказал Олег.

– Ну и что? – возражение вышло абсолютно женское. – У нас всегда все было хорошо!

– О, господи… – вздохнул Олег. – А от Нордага что осталось? Одна Черная Цитадель. А Стеной вы от Восточных Пределов зачем отгородились? Да можно ли тут быть в чем-то уверенными? Вы ж вообще на пороховой бочке сидели – какое уж тут хорошо!

– Не знаю!.. – возразила «принцесса». – У нас Видящие всегда находили, как сохранить стабильность! А Стену мы держали надежно! Я же данс-оператор – я же сама этим занималась! А теперь мне что делать? Я же ничего не знаю! Я совсем одна! – без перехода закончила она, снова впадая в депрессию.

«Ничесе, – подумал Олег. – Это как это?» Как-то не так он себе представлял повелителей могучих талисманов.

– Чего тебе бояться-то? – спросил он.

– Я не знаю, куда мне теперь идти, – призналась Та-Эли. – Кому за пределами Семи Сестер нужны такие, как я? Вот твоя страна меня приняла бы к себе? Я хороший оператор!

– Да в чем проблема? – Олег посмотрел на пушистый затылок. – И без талисмана бы взяли. Разве в талисмане дело?

К радости Олега, всхлипывания стали затихать. «Принцесса» еще немного посопела ему в грудь, потом подняла голову.

– Правда? – спросила она.

«Вот так-то лучше», – подумал Олег.

– Не сойти мне с этого места! – заявил он торжественно. Тут, наконец, впервые за весь разговор девушка улыбнулась.

– Смешно, – сообщила она, моргая мокрыми ресницами. – Земные клятвы на Панге бывают такими дурацкими («Надо же – рассмешил! И чего я такого сказал-то?» – подумал Олег)… У нас тоже было много землян в корпусе стражей… – она коснулась пальцами виска Олега, провела по скуле, опустила голову и замолчала.

Несколько секунд они сидели неподвижно. Время растянулось, как в замедленном показе. Ничего не происходило. Только в углу, как дурак, таращился своими фасеточными фотоэлементами домашний кибер.

Потом Та-Эли вскинула голову, утерла слезы ладонью и, тряхнув растрепанной гривой, взглянула на Олега.

– Поцелуй меня… – попросила она.

Несколько позже у них нашлось все же время. Чтобы поговорить.

– Искажения там такие, что местами просто вообще ничего понять невозможно, – рассказывал Олег. – Слишком недавно все случилось. Наши специалисты говорят, что несколько веков пройдет, прежде чем можно будет получить нормальные данные. О событиях на Стене, например, вовсе нет никаких сведений – на всех хроносрезах просто туман… Да и на территории самой Поднебесной по большей части. А там, где можно что-то различить – дикая мешанина налезших друг на друга кадров, никак не связанных между собой. Дешифровщики до сих пор над ними гадают… Только в единственном месте – Золотых Чертогах Беллоны – центрального массива – сканирование вышло относительно приемлемым.

– Тангароа…

– Что? – переспросил Олег, покосившись на лежащую рядом девушку.

– Тангароа – Врата Неба. Центральная вершина так называлась… Беллона – это ирианское название.

– Ну… Я знаю, – сказал Олег. – Просто ваших названий не сохранилось. Вот мы и пользуемся ирианскими.

– Когда-то в Ириане знали об империи… – сказала принцесса. То есть Та-Эли. – До гибели Нордага у нас с ними даже был заключен союз. Но потом все так переменилось, что мы не могли уже никому доверять. Даже гномам и рэтам…

– Кому? – удивился Олег.

– Поначалу Поднебесная строилась и заселялась гномами. Люди пришли туда уже потом, – сообщила Та-Эли. – И до второго Времени Темных Сил жили там совместно. Но после катастрофы гномы почему-то решили, что именно люди виноваты в том, что произошло. А рэты… рэты просто испугались. И ушли из наших городов. И так потом и не вернулись – жили в подземельях окрестных гор…

– Погоди, – перебил принцессу Олег. – То есть кры… рэты – они кто?

– Это был третий народ, населявший Семь Сестер. Их создали в Черной Цитадели Нордага еще в Первую Эпоху, когда создавали много новых видов, в том числе и разумных. Тех же гномов, эльфов… Большая часть их исчезла вместе с Нордагом. Но кое-кто уцелел. В Поднебесной рэты были чем-то вроде прислуги: уборщики, няньки… Вообще весь обслуживающий персонал. Они не делали никаких различий между гномами или людьми, а к ним, в свою очередь, все относились как к домашним любимцам, особенно дети.

«Ничего себе», – подумал Олег, вспомнив этих «домашних любимцев» с их кривыми, подобными серпам клинками.

– Поэтому когда между гномами и людьми началась война, рэты не приняли ни чью сторону, а предпочли уйти из Семи Сестер.

– С гномами была война?

– Да, – ответила прин… Та-Эли. – У нас не было выхода. Они… словно сошли с ума. Стали нападать на людей. Убивать. И ничего не желали слышать. Я помню, как Видящие пытались их уговорить каждый раз… Но легче было уговорить Ужас за Восточной Стеной, чем наших совсем еще недавно добрых соседей. В конце концов, во время очередных переговоров гномы предательски напали на Видящих западного массива – Хониары, ирианцы называют его Овалау – и убили, объявив Хониару полностью своей территорией.

– А Видящие – это такие женщины в семицветных накидках? – уточнил Олег.

– Да. Это был символ семи вершин империи, знак высшей власти. Почему ты спросил?

– Да просто они очень выделяются на снимках. У нас предполагали, что это представительницы правящей верхушки. Только названия, конечно же, не знали. И еще так и не смогли обнаружить ни одного мужчину в такой одежде…

– Да. У нас верховная власть принадлежала женщинам, практиковавшим магию, – Та-Эли приподняла голову с локтя Олега. – Тебя это смущает?

– Да нет, нисколько, – Олег пожал свободным плечом. – Там, откуда я родом, вообще равноправие. Просто мы ведь так и не смогли определить устройство вашего общества. Даже приблизительно. А теперь вот выясняется, что у вас матриархат был…

– Ну и что?

– Да ничего. Просто любопытно. Я вообще думаю, что наша ученая братия из-за тебя передерется: ты же такими сведениями набита! У меня, вон, Энгар прямо рвется тебя увидеть и расспросить с пристрастием, несмотря на обстановку. Теперь я его, кажется, начинаю понимать…

– А Энгар – это кто?

– Маг.

– И он тебе подчиняется?

– Да. А что? – удивился Олег.

– Странно просто, – ответила Та-Эли. – Маг – и подчиняется обычному человеку. Хотя ты не совсем обычный. Ты же землянин… Пришелец. Но талисмана у тебя вообще нет. И по твоим словам, ты не желаешь его получить. Мне это непонятно…

– Вот уж ничего непонятного не вижу, – хмыкнул Олег. – Я ведь тебе уже говорил: на что мне талисман, когда вокруг и так полно тальменов? Мне вот другое непонятно. Гномы-то на что рассчитывали? Или действительно с ума сошли? Нападать на людей, у которых такой талисман, как у тебя, – это ж самоубийство! Что, как я понимаю, и произошло – судя по тому, что никаких следов гномов наши исследователи в Поднебесной не обнаружили.

Олег почувствовал, как напряглась принцесса. То есть Та-Эли.

– Что? – спросил он, посмотрев на девушку.

Та-Эли молча смотрела на Олега. Пожалуй, даже с испугом.

– Что? – озабочено повторил Олег, поворачиваясь к ней всем телом. – Что случилось?

– Ничего, – Та-Эли вздохнула. – Просто ты – землянин… Причем сказано это было с таким выражением, что и глухой бы насторожился. Можно было подумать, что кто-то только что помер.

– И что? – еще раз спросил Олег. Уже с настоящим беспокойством.

– Извини, – Та-Эли коснулась рукой его плеча. – Действительно, ничего… Но ты землянин. Для тебя талисман – это оружие.

Олег несколько секунд подумал, соображая, из чего сделаны такие выводы. В принципе, это было не так уж неправильно. Но…

– Ну, оружие… – сказал Олег. – В том числе. Но не только. Оружием может быть что угодно. В основном же это инструмент, которым можно делать самые разные вещи. Разве у вас в Подне… Семи Сестрах талисманы не применялись по хозяйству?

– Применялись. Но не в военных действиях. Ведь они предназначены для сохранения живого, а не для уничтожения. Только против созданий Хаоса их можно использовать как разрушители. Вы, земляне, этого не понимаете, и оттого на Панге все время бушуют такие страшные войны. Ведь и Автарк, уничтоживший Семь Сестер, был землянином – так?

– Да, он был пришельцем… – медленно произнес Олег, не зная, что сказать: он испытал нечто наподобие шока.

«Вы, земляне, этого не понимаете…»

Талисманы не подчиняются пангийцам. Это был непреложный факт. Куда более непреложный, чем неприменение их в военных действиях. Даже дети тальменов, родившиеся здесь, теряли всякую способность контактировать с этими девайсами. Никто, нигде и никогда не слыхал обратного. А если бы услышал – поднял сказавшего такое на смех.

Невозможно.

Но лежащую рядом с ним девушку Олег мог заподозрить в чем угодно, только не в самозванстве. И не в сумасшествии: повелители талисманов такого ранга сумасшедшими не бывают. Они, случается, бывают глупцами – это да. Но оператора с нарушенной функцией психики талисман просто не примет – он ему не нужен.

– То есть, ты – не землянка? – спросил Олег, одновременно пытаясь сообразить, что это может менять как в талисмановедении вообще, так и буквально вот в этой постели. Но пока у него было слишком мало информации…

– Нет, – Та-Эли помотала головой, отчего ее роскошные спутавшиеся волосы упали ей на лицо. Приподнявшись, она откинула их за спину и легла обратно, пристроившись головой на локоть Олега.

– Но кто же ты? Пришелец… Пришелица… Тьфу!.. В общем – ты с другой планеты? Или из другого параллельного мира? – Олег затаил дыхание, ожидая ответ.

– Нет, – вздохнула Та-Эли. – Я родилась здесь, Сын Земли. И мои предки тоже. Мы всегда жили здесь. Еще до тех времен, когда сошедшая с ума магия изменила облик нашего мира, и в нем появились вы.

Олег почувствовал, что его глаза совершенно самопроизвольно увеличиваются в размерах.

– С тех пор прошло почти две с половиной тысячи лет… – проговорил он.

– Больше… – ответила Та-Эли. – Нынешняя история просто не помнит то, что было раньше Времени Темных Сил, превратившего половину материка в Жгучие Пески. Вы считаете это событие Началом. На самом же деле оно было лишь завершением в длинном ряду катастроф, погубивших нашу планету.

– Ё-о… – сказал Олег. – Сколько же… Сколько ты пролежала в стасисе?

Та-Эли печально взглянула в ответ.

– Меньше, чем ты подумал. Но больше, чем мне хотелось бы… У меня было десять дежурств по году с тех пор, как меня настроили на талисман. И одиннадцать стасисов по шестьдесят девять лет между ними… Нет – последний был дольше… Мне правильно сказали, что сейчас две тысячи триста тридцать пятый год?

– Да… – подтвердил Олег.

– Я должна была проснуться в две тысячи сто шестьдесят третьем. Значит, я проспала на сто семьдесят два года дольше обычного…

– В две тысячи сто шестьдесят третьем, – удивленно сказал Олег.

– Да. Но эти почти девятьсот лет ничего не значат. Из них я жила только десять. Сейчас мне двадцать два года по вашему земному счету… Ты это хотел узнать?

– Нет, – сказал Олег, застигнутый вопросом врасплох. – То есть – да… И это тоже. Но ты сказала, что должна была проснуться в сто шестьдесят третьем… (Та-Эли согласно кивнула) Именно в этот год была уничтожена Поднебесная! И потом: какие-то странные у тебя дежурства – почему через шестьдесят девять лет по году? Из чего исходя вы выбрали такой график?

– В сто шестьдесят третьем? – Та-Эли задумалась. – Странное совпадение. Но мне теперь понятно, отчего я НЕ проснулась… А с дежурствами – ничего особенного. Семьдесят операторов – каждая дежурит по одному году. Остальные это время спят, чтобы отключиться от талисмана.

Олегу показалось, что он ослышался.

– Сколько?! – ошалело переспросил он.

– Семьдесят, – повторила Та-Эли. – И у нас считали, что этого еще мало. По расчетам нужно примерно в пять раз больше. Но вырастить оператора очень трудно, потому у нас их была такая нехватка…

– Но куда столько?! И как вы их выращивали?

Та-Эли молчала. Олег ощущал ее дыхание на своем плече. После долгой паузы она, наконец, сказала:

– В этом и есть причина того, что случилось…

– Что ты имеешь в виду? – не понял Олег.

– То, что мир стал таким, как есть…

– В количестве талисмановладельцев?

– Да… то есть – нет… То есть – в их нехватке!..

– Ничего не понял, – признался Олег. – «Какие билеты, какие вокзалы?»… Какая нехватка талисмановладельцев?

Та-Эли вздохнула.

– Ну, какая сейчас разница? – сказала она безнадежно. – Тысячи лет прошло с тех пор. И сделать все равно уже ничего нельзя…

Олегу ее тон совершенно не понравился.

– Это что еще за упадничество? – строго поинтересовался он, притягивая девушку к себе. – Почему это ничего нельзя сделать? О чем вообще идет речь? Ну-ка – рассказывай!

– Архивы Семи Сестер стерты, – ответила Та-Эли. – Ты же сам сказал. А значит, стерто и описание способа подготовки операторов. В нынешнем варварском мире просто некому его восстановить. Ни теперешним магам, даже Великим, ни тем более смешным жрецам всех этих богов, понятия не имеющих о том, какой силе они служат… – она замолчала.

– А землян, ты, стало быть, не принимаешь в расчет? – задал вопрос Олег, не удержавшись от удовольствия запустить пальцы в роскошную гриву волос Повелительницы Семи Звезд.

– Очемты? – густые брови девушки сошлись на переносице. – Извини, но что могут земляне? Чужаки в этом мире. Управляющие талисманами как те же варвары – точно дубиной, попавшей им в руки – не знающие и десятой доли их возможностей? Выходцы из разных эпох, вы даже не можете объединиться между собой и рассеяны по всем народам и государствам!..

Олег с облегчением рассмеялся.

– Да, – сказал он. – Ты самая настоящая пангийка!

– Что тут смешного?

– То, что на самом деле ситуация совершенно обратная, – пояснил Олег. – Это не мы, а вы дикари. Занимающиеся шаманскими плясками вокруг волшебных погремушек. И не желающие верить, что кроме волшебства есть и другие способы существования. Вам не нужны ни земная технология, ни земная наука – и вы решили, что они ни на что не годны. И даже не пытаетесь их понять. Больше того – вы объявили их вредными! А нас на этом основании – Сынами Тьмы… А вот посмотрел бы я на вас с вашими магией и талисманами на Земле – где ни то, ни другое не работает!

– Но здесь-то оно работает! – возразила Та-Эли и попыталась возмущенно отодвинуться от собеседника. В завязавшейся короткой борьбе Олег без труда одержал верх. – Так нечестно! Ты сильнее! Варвар!

– Конечно, сильнее! – согласился Олег. – Но ведь и ты, принцесса, с талисманом – сильнее обычного человека! Ведь так?

– Нет, – неожиданно перестала сопротивляться девушка. – Ты ничего не понял. Я не могу применять талисман ни против чего, кроме Хаоса и его порождений. А к людям и другим существам – только для лечения. Я не могу сделать себя сильнее или хотя бы оттолкнуть, если на меня напали. Этого просто нельзя. И не называй меня принцессой – я же объясняла!

– Однако… – сказал Олег озадаченно. И даже почесал в затылке. Такого он еще не слышал. – Но принцессой я тебя, пожалуй, все равно называть буду… Ты ведь сейчас фактически – единственная наследница всей Поднебесной. А как еще называть наследницу, как не принцессой? Вот так вот! – добавил он.

К его удивлению, Та-Эли не стала на этот раз возражать.

– Да, ты прав… – признала она. – Я действительно наследница… Последняя, в ком течет кровь тех, кого сейчас называют предмагами. С гибелью Семи Сестер нас не осталось больше на свете.

В голосе ее снова зазвучали мрачные ноты, и Олег поспешил увести разговор от в очередной раз всплывшей темы:

– Но почему у тебя такие ограничения по применению талисмана? Принцесса («Теперь уже точно принцесса», – решил Олег) вздохнула.

– Нет никаких ограничений. Есть закон, запрещающий нам совершать определенные действия. Талисмановладелец не может причинить вред ничему живому. Талисмановладелец не может допустить, чтобы порождения Хаоса причинили вред живым. И талисмановладелец не может участвовать в войнах между живыми, поскольку в этом случае его действия принесут вред, на чьей бы стороне он ни выступил.

– Чего-чего? – переспросил Олег. – Повтори-ка?

Та-Эли повторила.

– Блин, три закона талисманотехники, – сказал Олег.

– Да, – подтвердила принцесса торжественно. – И эти законы непреложны. Нарушивший их лишается возможности управлять талисманом.

– То есть вот эти три строчки – и все? И вы не стали бы защищать ту же Поднебесную от нашествия вражеской армии?

– Нам и не нужно было этого делать! – сердито ответила Та-Эли. – Обороной внешних границ занимались Стражи и Видящие – магии и мечей для войны совершенно достаточно! Нашим предназначением было удерживать Восточные Пределы. И если бы ты видел Восточную Стену, ты бы не спрашивал, что это такое.

– Да видел я ее, – сказал Олег. – Стоял на леднике и даже спускался вниз до облачного слоя… Дальше просто было не пройти. Наши исследователи утверждают, что там давным-давно нет никакой активности. По крайней мере, с того момента, как Автарк учинил свой вариант апокалипсиса… Чего ты?

– Ты был на Стене? – потрясенно спросила Та-Эли. – И… что там?!

– Да я ж говорю – ничего. Ну, то есть – жить там нельзя: воздуха нет, мороз, ветер ураганный, фауна стратосферная, опять же, все время сожрать норовит… А так – тихо. Ледник с кромки обрыва, правда, обрушивается вниз время от времени… Очень впечатляющее зрелище, когда двухкилометровый айсберг в эту бездонную пропасть летит! Просто дух захватывает.

– И больше – ничего?!

– Абсолютно! А что там должно быть?

– Там был ад… – ответила принцесса. – Бесконечный буран до самого неба, разрывающий на куски все живое… Снежные вихри, рвущиеся на ледник из-за Барьера, готовые принять какое угодно обличье или обернуться взрывом всесокрушающего пламени… Легионы тварей Хаоса ползли снизу по стене, так, словно она для них обычная равнина. Их незримые руки сбрасывали или давили о камень всех, кто смел к ним приблизиться. С ними обычно справлялись Стражи и Видящие. Но иногда из бездны подымались Разрушители… Описать их невозможно. Обликом они подобны горе, окутанной щупальцами мрака. Вокруг них распространяется невыносимый ужас – так, что самые отчаянные храбрецы бегут, не разбирая дороги, а магия против них бесполезна, потому что они ею питаются. С ними никто не мог справиться… И тогда наступала очередь Диадемы. К счастью, они не так часто появлялись.

За десять дежурств мне пришлось только пять раз сражаться с ними, причем в два дежурства дважды… Некоторое время они лежали молча.

– Прости, – сказал Олег виновато. – Вы не могли применить талисман против гномов. Я понял.

– Да, – безрадостно подтвердила Та-Эли. – Не могли. С ними пришлось воевать обычными способами. Война длилась полвека – пока гномы не были полностью истреблены.

– Но я все равно не понял насчет Трех Законов и такого количества тальменов на один талисман, – признался Олег.

– Какой ты глупый! – вздохнула принцесса. – Как все земляне! И такой же упрямый… Что тут непонятного? Я же ведь сказала, что Три Закона не дают нам использовать талисманы как оружие в войнах людей между собой? Ну и – остальных живых: эльфов, гномов, рэтов… Ты понял?

– Да! – заверил Олег.

– Ну вот! А у вас, землян, нет таких ограничений!

– Ну-у… – протянул Олег, чувствуя, что запутывается в этой женской логике. Да еще пангийской. Впрочем, тут особой разницы не имелось, пожалуй…

– Ну, все же просто! Вы можете использовать талисманы как угодно! А мы – только для защиты и охраны от Врага!

– Да понимаю я это! – повторил Олег. – Семьдесят-то человек вам зачем?

– Триста шестьдесят пять!

– Пусть так! Но – зачем?!

– Глупый!.. Ведь талисман воздействует на оператора, когда с ним работаешь!

Олег подумал.

– Ну…

– Талисман его меняет. Если долго его носить – меняет очень сильно. Он же дает человеку полное всемогущество. И независимость от мира. И в первую очередь – от всех человеческих законов и установлений.

– Ну, – повторил Олег не слишком оригинально.

– И от Трех Законов в том числе! Причем от них – наиболее быстро, как от законов высшего порядка.

Олег тупо повторил еще раз: – Ну…

– Но этого же нельзя допускать! Все беды нашего мира происходят теперь от того, что талисманы получают не нормальных операторов – а Повелителей. Повелители служат только себе, а не защите мира от Хаоса, как было когда-то задумано.

– Ага. И вы, стало быть…

– Да. Когда в Эпоху Распада изначальной магии были созданы талисманы – для них были созданы и операторы. Потому что те, кто их сделали, понимали всю опасность своих созданий. И приняли меры. Они, во-первых, сделали талисманы несовместимыми с обычными людьми – чтобы не подвергать слабых искушению всемогуществом. А во-вторых, методом специальных изменений на уровне наследственного механизма получили особых людей, могущих управлять этими атрибутами. Причем для каждого – своих. А чтобы уберечь их от воздействия талисманов, они разработали способ поочередного управления. Было несколько десятков Великих и Малых Семей, в каждой из которых передавался из поколения в поколение какой-то один наследственный аспект, связанный с конкретным талисманом-атрибутом. В этих Семьях готовили операторов и содержали их в стасисе, пробуждая к управлению раз в несколько сот лет на несколько месяцев. Максимум – на год-два. Потом операторы снова менялись. Талисман за это время не успевает переделать управляющего им, а за время, проведенное во сне, человек восстанавливает свой аспект до прежнего состояния. Это была очень устойчивая система, охватывающая все типы талисманов, рассчитанная существовать столько времени, сколько потребуется, практически без ограничений…

– Мать… моя женщина!.. – только и смог произнести Олег. – Но как тогда вышло-то… То, что мы сейчас имеем?

– Хаос не смирился с таким положением дел. И они нашли способ воздействовать на талисманы, им не подчинявшиеся…

– Погоди… Что ты имеешь в виду под Хаосом?

В нынешнем мироустройстве Панги никакого Хаоса не существовало. Это Олег знал точно. Уж во всяком случае, не в такой степени, чтобы употреблять это слово исключительно с большой буквы и с таким видом, словно оно всем известно. То есть было несколько религиозных культов в разных концах материка, где Хаос выступал в качестве верховного божества, но роль этих общественных институтов в реальной жизни принцесса очень точно охарактеризовала, назвав их смешными… Тогда о чем же она говорит все время?

– Хаос – это то, с чем боролись создатели Талисманов, маги Порядка, – начала объяснять Та-Эли, видимо смирившись с необразованностью тупого землянина. – Между этими двумя лагерями всегда шла непримиримая борьба. Адепты Хаоса привели мир к Распаду изначальной магии, проповедуя развитие могущества без всяких ограничений. В ответ Порядок разработал талисманы – чтобы сохранять стабильность. Но полностью уничтожить хаоситов во вспыхнувшей войне за восстановление Порядка не удалось. Они в значительной степени сохранили и свои силы, и свои позиции. В мире воцарилось очень хрупкое равновесие… Но адептов Хаоса такое положение не устраивало. Их идеология не позволяла им останавливаться в развитии. И тогда они в качестве ответной меры против талисманоладельцев создали вас…

– Кого это – «вас»? – переспросил Олег с подозрением.

– Вас – землян.

– Это как это – создали?

Олег воззрился на «принцессу», не скрывая изумления. С таким утверждением он как-то до этих пор не сталкивался. Обычно все на Панге, включая и Великих Магов, вполне здраво считали, что Земля – это самостоятельный параллельный мир, из которого путем специальной процедуры можно вызвать его обитателя – потенциального повелителя талисмана…

– А у тебя разве есть доказательства того, что Земля существует на самом деле? – Та-Эли улыбнулась.

Улыбка вышла бледной. Но Олега она все равно обрадовала: это было лучше, чем мрачность и слезы. Он тоже улыбнулся.

– Ну, за сто процентов не поручусь, – сообщил он. – Но процентов на пятьдесят – уверен. Скорее уж, у меня нет никаких доказательств существования Панги со всей ее магией, талисманами, колдунами и демонами…

– Что, совсем никаких? – принцесса шевельнула бровью, картинно ее заломив, и с интересом посмотрела на Олега.

– Ну, – торопливо поправился Олег, – пятьдесят процентов есть! А может быть, даже и шестьдесят!

Говоря это, он провел ладонью по спине девушки – от лопаток до талии… и ниже.

– Вот! Точно – шестьдесят!

– А почему это не сто?!

– Потому что унлимитед неограниченным не бывает, – усмехнулся Олег.

– Что?.. – наморщила лоб повелительница могучего талисмана.

Это в очередной раз сработала пангийская система перевода. Транслятор передал содержание слов, но упустил контекст. «Вот уж действительно, – подумал Олег, – сто процентов не может дать даже магия.»

– «Не обещайте деве юной – любови вечной на Земле…» – процитировал он, и Та-Эли вздрогнула. Похоже, она уже слышала эту песню Окуджавы раньше. Чтобы не углублять опять возникшие негативные воспоминания, Олег быстро спросил: – Так что там у вас вышло с созданием Земли? Ее точно в шесть дней сотворили шесть тысяч лет назад или все врут по этому поводу?

– Не шесть тысяч… – ответила Та-Эли. – Больше. Гораздо больше… И потребовались для этого не дни, а – века. Но адепты Хаоса сумели решить эту задачу. Они придумали мир, в который никто не верил: мир, где нет никакой магии, а населяют его лишенные волшебных способностей люди, вынужденные мечтать о чудесах, могучих заклинаниях и волшебных палочках. Мир страшных детских историй, какими ребятишки пугают друг друга тайком от родителей…

Олег постарался не усмехнуться. Если вывернуть ситуацию наизнанку – многие пангийские обстоятельства как раз соответствовали земным детским страшилкам. Та же Черная Цитадель, например. Или история про всем известный гроб на семи колесиках, не к ночи будь помянут… А уж про Мордийские подземелья, населенные упырями, и говорить нечего!

– Их выдумка оказалась весьма изощренной, – продолжала принцесса. – Воплощенные магией Хаоса земляне, появляясь на Панге, с радостью узнавали, что здесь они могут быть величайшими волшебниками – если завладеют талисманами… Так и оказывалось. Не со всеми, правда, – потому что по-настоящему могучих талисманов не так уж много и не все пришельцы подходили им по параметрам. Но землян можно было вызывать сотнями и тысячами, и в конце-концов появлялся тот, кто мог перехватить управление у настоящего оператора… А даже один талисман, такой как Диадема, способен при неограниченном использовании ввергнуть в хаос полпланеты. И даже на равных противостоять Великому талисману, связанному Тремя Законами. А если к пришельцу попадет Великий талисман – всей планете может не поздоровиться. Как потом и случилось…

Олег слушал очень внимательно.

То, что говорила Та-Эли, являлось информацией стратегического значения. И не важно, насколько правдиво было все сказанное – главное, что до сих пор ничего подобного на Трех Базах не знали. До определенной степени важность данной информации могла полностью оправдать их экспедицию под Купол – независимо от конечного исхода…

– До сих пор нас спасало то, – продолжала принцесса, – что все пришельцы, получив талисманы, использовали их исключительно для собственного возвышения: создания империй и войн между собой за первенство… Если бы им пришло в голову предаться Хаосу – Панги сейчас, скорее всего, не существовало бы вообще. Но тут магам Хаоса не повезло. Земляне оказались совершенно неуправляемы. А все земляне, получавшие могучие талисманы, – и вовсе опасны для хаоситов, поскольку в отместку за попытки подчинения стали вести с ними войну на уничтожение. Причем весьма успешно…

– Ну, вот, – не удержавшись, хмыкнул Олег. – А ты говоришь – что могут земляне? Я так понимаю, что в войне Хаоса с Порядком победили именно пришельцы с Земли…

Та-Эли помолчала.

– Да, – сказала она затем. – Действительно можно сказать, что победа досталась землянам…

– Ну, так кто ж заставлял тащить нас сюда? – спросил Олег. – За что боролись – на то и напоролись! Слона не задевай спящего, льва – голодного, а землянина – лучше вообще, нафиг, никогда!.. Плавали, знаем…

– Да, – повторила принцесса. – Пришельцы почти уничтожили Хаос. Но не только их. Порядок лишился почти всех талисманов. Равновесие было нарушено. И в финальной битве Порядок с Хаосом бились на одной стороне против общего врага. Сынов Тьмы, как стали называть землян…

– Даже так? – удивился Олег.

– Да, – подтвердила Та-Эли. – Именно тогда родилось это название. Потому что Тьма поглотила мир. Хотя пришельцы и были уничтожены…

Олег присвистнул. Уж больно картина получалась неожиданной. Хотя… Что-то весьма знакомое проглядывало за этим рассказом. Что-то весьма похожее на известные Олегу события.

– Предмагов спасло умение создавать талисманы, – между тем рассказывала принцесса. – Только талисманы могли быть использованы как оружие в борьбе с пришельцами. И такое оружие было сделано.

– Шкатулка Пандоры! – осенило Олега внезапным озарением. Та-Эли кивнула.

– Шкатулки Пандоры, – сказала она. – Тумнарки. Телль-Эллангримы. Камни Судьбы. Талисманы с ограниченными, а то и вовсе с единичными возможностями, но по мощности сопоставимые с Великими, решили исход сражения. Но победы предмагам они не принесли.

– Это как? – не понял Олег.

– Разразилось самое первое Время Темных Сил. Вы его не знаете. Оно случилось примерно за восемь тысяч лет до начала современного летоисчисления и изменило облик мира, сделав его таким, каким он известен сейчас. Над планетой опустилась многовековая ночь. Ураганы и землетрясения проносились от полюса до полюса. Из сражавшихся не уцелел никто. Сотни и тысячи талисманов были разбросаны по Панге, лишенные операторов. Человечество было отброшено почти в первобытные времена…

– Но все же, как я понимаю, не все предмаги погибли, – заметил Олег.

– Не все, – согласилась Та-Эли. – Хотя был период, когда восстановление казалось невозможным. Но постепенно магическая буря стихла. Найдены были первые талисманы, для которых смогли подготовить операторов. Порядок и Хаос опять пришли к Равновесию. Но оно никогда уже больше не было прежним.

– Да уж, я думаю… – пробормотал Олег. – После всего, что наворотили…

– Нет, не поэтому. Просто с того времени Сыны Тьмы стали появляться на Панге сами собой. Без всякого вызова. И отследить их появление было невозможно. В этом имелась, правда, и светлая сторона: адепты Хаоса уже не рисковали действовать так открыто, как прежде. Но и у Порядка не было уверенности в своей стабильности – в любой момент мог объявиться Повелитель или Повелители, способные перехватить управление одним или несколькими атрибутами и устроить очередное ВТС. Время от времени так и случалось. И тогда гибли с таким трудом сохраняемые островки культуры, а на их обломках вставали варварские королевства и империи, которые рассыпались в свою очередь, не оставив после себя ничего кроме легенд. А сейчас никто не вспомнит и их… Нынешние Ландор, Фарингия, Агинор, Ириан, Ампер, Майкор, известные вам, – это порождение уже нашего времени… Хотя они ничем не отличаются от того, что существовало в давние эпохи… И с каждым разом предмагам все трудней было восстанавливать цивилизацию, тем более что между Хаосом и Порядком по-прежнему продолжалась борьба не на жизнь, а на смерть…

– Делать вам, я смотрю, больше нечего было, – проворчал Олег. – Особенно если учесть, что вы у себя в Семи Сестрах до самого последнего момента на Стене с Хаосом воевали. Чертова Панга! Похоже, здесь от начала времен везде и всегда одно и то же – Перманентная Революция. Борьба Хаоса и Порядка самих с собой исключительно ради борьбы… Троцкисты вы тут все – вот что я тебе скажу, крошка моя!

– Не смей меня ругать! – заявила на это принцесса. – Что ты, варвар, можешь понимать в нашей жизни?

– Да я ругаться еще и не начинал! – отозвался Олег. – А понимаю я уж никак не меньше вашего, твое высочество! А в чем-то и побольше. Поскольку не зациклен ни на магии вашей, ни на талисманах. И не зря я тебе говорил, что пришельцев вы совершенно напрасно в расчет не принимаете. Кроме землян задачу управления талисманами решить все равно некому!

Получился, в общем, скандал. Ссора. Можно сказать, почти семейная сцена. Уж постельная-то точно. Олегу пришлось пожалеть, что не сдержал свои слова на языке. И приложить некоторые усилия, чтобы утихомирить собеседницу. А потом – еще некоторые, чтобы помириться. Это ему, в конце концов, удалось, но к разговору, шедшему, так сказать, в момент «перед тем как» – вернуться получилось далеко не сразу…

– Дорасскажи мне все-таки, – попросила Та-Эли, когда они уже более-менее отдышались. – О последних днях Поднебесной… Ты начал, но мы отвлеклись…

– Хорошо, – покладисто согласился Олег. – Сейчас расскажу… Только ты сперва свою историю договори, ладно? Что там дальше было, как предмаги в Поднебесной оказались, с кем вы на Стене воевали – хотя бы вкратце. А то ведь непонятно же ничего!

– Ладно… – вздохнула принцесса. Но потребовала: – Но и ты тогда расскажешь мне о вашей стране, не откладывая на потом! Мне ведь тоже интересно – что это за земляне, решившие создавать на Панге свое государство с наукой вместо магии! Думаешь, я об этом не догадалась?

– Правильно догадалась, – признал Олег, устраиваясь поудобнее и приготовившись слушать. – И, может статься, у нас еще получится, если не будем пальцы топырить и мировое господство захватывать! Давай, рассказывай, Шехерезада… луна еще высоко!

– Какая луна? День же давно!

– Тогда тем более рассказывай, женщина, не перечь мне – до рассвета еще много времени!

То ли пангийка знала про сказки тысячи и одной ночи, то ли ей просто понравилась шутка, но она не стала спрашивать, о чем идет речь.

– Если коротко… – она задумалась. – То будет примерно следующее… Около трех тысяч лет назад цивилизация на Панге располагалась в южной части материка. Нордаг, где власть принадлежала драконам под предводительством Хирона Предвечного…

– Кому?! – не удержался Олег.

– Это было племя разумных драконов – единственных действительно разумных, создавших свою цивилизацию, очень близкую людям – они погибли вместе с Нордагом, – пояснила принцесса. – Не перебивай меня! А то мы опять уйдем в сторону!

– Упс… – сказал Олег. – Молчу-молчу!..

– … Нордаг на Южном Побережье, Рагетта, Сарера, Ренел и Суратау на Центральной равнине и Союз Свободных Сил Рассвета на Восточном Побережье. Это были очень высокоразвитые страны, сумевшие создать сильные Семьи для управления двумя Великими и четырьмя могучими талисманами. Силы Хаоса были загнаны на ледники Поднебесной, под крышу Вечных Лесов и на дикие земли Северного Побережья и не рисковали высовываться оттуда. Жизнь била в этих странах ключом, и казалось, что на Пангу вернулись прежние благословенные времена. Но это только казалось. Именно тогда разразилось второе, самое сильное ВТС в истории после Изначального, прозванное затем Великим. От этой катастрофы вы и ведете современное летоисчисление.

– Ага… – сказал Олег, почти завороженный описываемой картиной.

– Причины, порождающие ВТС, до сих пор неясны. Но этот катаклизм, точно проклятие, преследует пангийскую цивилизацию. Многие полагают, что виной тому – Повелители-земляне, бесконтрольно эксплуатирующие талисманы, другие думают, что дело в самих талисманах, кто-то считал, что всему виной Хаос, но точно установить так ничего и не удалось. Правда, все сходятся на том, что ключевой фигурой в каждом случае является Тенз-Даль – странное существо, способное одновременно быть и магом, и талисмановладельцем…

– Я знаю, – мягко прервал принцессу Олег. – Это до сих пор не выяснено. Ты не отвлекайся, дальше рассказывай…

– Хорошо, – кивнула Та-Эли. – После Великого Времени Темных Сил Центральная равнина превратилась в пустыню Жгучих Песков. Это бесконечное песчаное море, протянувшееся на тысячи километров без единой капли воды…

– Это я тоже знаю. У нас там главная база, я на ней часто бываю…

– Ну… ладно. Тогда я не буду про Пески. Но уцелевшие в этой катастрофе – а были и такие – переселились в Нордаг и на Восточное Побережье. Семья, контролировавшая Диадему, попала в Нордаг. До десятого века – уже по новому летоисчислению – она, или то, что от нее оставалось, жила в империи Хирона Предвечного. Но в десятом веке произошло падение Дома Гизе, контролировавшего Великий Талисман Свободы на Восточном Побережье – и там началось новое ВТС. Завершилось оно на этот раз очень неудачно для нас. Силы Хаоса прорвались через Восточную Стену с ледников Поднебесной и захватили восточные равнины, ставшие с тех пор Восточными Пределами.

– Подожди, – перебил Олег. – Разве Стену не вы построили?

– Что ты! Эта задача не по плечу Диадеме. Стену выстроил Альбер Гизе еще в седьмом веке. Для защиты от Хаоса со стороны Поднебесной. С падением дома Гизе Барьер на Стене рухнул, и хаоситы не преминули этим воспользоваться. Мы всего лишь восстановили Барьер, когда по повелению Хирона отправились жить на Крышу Мира, чтобы не выпустить Хаос обратно с Восточных Пределов.

– А что – больше они прорваться нигде не могли?

– В том-то и дело! По непонятным причинам Восточные Пределы оказались намертво закрыты со всех сторон, кроме Стены! И нам даже казалось, что Хаос не столько стремится напасть на нас оттуда, сколько сам спасается от чего-то и ведет на Восточных равнинах войну с кем-то еще, помимо нас.

– С кем же они могли воевать? – спросил Олег. Та-Эли покачала головой.

– Это так и не удалось выяснить.

– Может быть, Дом Гизе вовсе не погиб в ВТС?

– Может быть… Хотя вряд ли такое могло случиться. Тогда события развивались бы совсем иначе. Возможно, какой-то Пришелец появился в Восточных Пределах и стал Повелителем Великого Талисмана… Но об этом можно только гадать. А вам что-либо известно?

– Полный ноль. Я ведь тебе уже говорил, – сказал Олег. – Сканирование невозможно. А в самих Восточных Пределах – тишь да гладь. Ни Легионов Хаоса, ни Батальонов Порядка – вообще никого. Никаких следов.

– Странно…

– Да уж…

Олег вспомнил вид со Стены. Черное стратосферное небо – двадцать километров, не как-нибудь! – отвесная скала, уходящая в бездну, искрящаяся белизна ледника и солнце, яростное, как электрическая дуга… И ковер облаков внизу – обманчиво мягкий, словно ватный, – до самого горизонта. Черт его знает, что за ним скрывалось… Ни один из зондов не вернулся и не подал сигнала.

– Вот, собственно, и все, – сообщила принцесса. – Теперь ты рассказывай!

– Как все?

– Если вкратце – то все. Или тебе нужны подробности Битвы на Стене? Но тогда это будет очень долгий рассказ…

– Да нет, не надо, – отказался Олег, вполне соображавший, что в двух словах этого действительно не опишешь. И того, что он уже услышал, было более чем много. Нарисованная принцессой картина мира весьма отличалась от общеизвестной, и требовалось сперва переварить хотя бы эту информацию.

– Тогда теперь твоя очередь, – напомнила Та-Эли. – Что вам удалось узнать… – она запнулась. – Про Автарка?

Олег помолчал.

– Да немного, в общем, – признался он честно. – В Поднебесную он пришел из Радужного Края. Он там жил перед тем довольно долгое время. Имел дом, семью, занимался целительством и предсказаниями.

У него был какой-то талисман, позволявший это делать. Пользовался уважением и был достаточно известным человеком. А вот за предыдущий период времени информация отсутствует. Известно только, что он прибыл с Запада по Дороге Ветров. На одном из песчаных клиперов. А вот откуда… Сам он об этом не рассказывал никому, даже домашним. Так только… По отдельным оговоркам можно сделать кое-какие предположения о том, что он искал талисманы в Черных Песках в составе одной из экспедиций. Но откуда она была, и как он в нее попал – совершенно неясно. Судя, однако, по всему, именно там он и стал тальменом. И почему-то предпочел бежать за десять тысяч километров. А потом и вовсе бросить все и уйти в горы. Что им двигало – сказать затруднительно. Просто однажды он собрался и, никого не предупредив, отправился на Север. Причем, похоже, он знал, куда идти. Он очень точно вышел прямо к главным воротам Беллоны…

– Тангароа… – поправила принцесса.

– Да, конечно, Тангароа, извини, – согласился Олег. – В общем, он сумел пройти по тамошним горам – ты же представляешь, что это такое?

Та-Эли кивнула.

– Сумел пройти. И почти сразу был принят в Золотом Чертоге большой группой этих ваших Видящих…

– Сколько их было?

– Два десятка где-то – я точно не помню…

– Тогда это был Малый Совет, – решила Та-Эли. – Если бы полный, от каждой вершины – тогда было бы сорок девять… А как они выглядели – ты помнишь? Что на них было надето?

– Ну, откуда? Я же не специалист по Поднебесной! Этого, я думаю, даже Энгар не знает – а он-то должен был по истории изучать… Хотя, может быть, знает Виктор Петрович! – сообразил Олег.

– Кто это?

У принцессы было куда больше вопросов, чем у Олега ответов. Но, по крайней мере, Олег надеялся, что его беглая лекция хоть как-то сориентирует Та-Эли в новой для нее реальности. А заодно и отвлечет от все еще владеющих ею мрачных мыслей…

– Ермаков. Наш руководитель. У него талисман с памятью черт знает во сколько гига– или терабайт. И у него там вполне может оказаться записана история Автарка. Даже наверняка записана.

– Он тальмен? – заинтересованно спросила Та-Эли.

– Да. Причем – из старых. Один из тех, кто строил Солнечный Город. Собственно, он один такой на Базах… Точно – у него должен быть файл!

– Мне бы хотелось самой посмотреть. Как это можно сделать быстрее?

Олег подумал.

– Думаю, что завтра, или, в крайнем случае, послезавтра. Как только мы его и всех остальных наших от Короля-Жреца вынем…

– Король-Жрец?..

В общем, пришлось, слово за слово, рассказать принцессе все подробности их экспедиции под Купол. С кратким изложением истории Города. А затем с «обзором международного положения» на текущий момент времени, без чего, как выяснилось, тоже невозможно было обойтись. А на закуску еще излагать свою историю появления на Панге и некоторые подробности земной жизни, закономерно заинтересовавшие пангийку…

Олегу опять приснился дурацкий сон про то, что он – спускаемый аппарат. Снова под ним была поверхность Панги, похожая на узор. И узор этот менялся, как в калейдоскопе. То есть не совсем так… Он походил на узор в калейдоскопе. Но менялся очень медленно, плавно, как бы перетекая из одной формы в другую. Сложные, хитро сплетенные линии очень напоминали шерторский ковер или мозаику внутреннего дворика. Во всяком случае, пентаграмма Всех Стихий там явно просматривалась. И Олег выполнял на ней обычный тренировочный комплекс.

Причем не в упрощенном, «солдатском» стиле, а классический: со вторым, малым мечом – сотом – в левой руке.

Манера эта давно уже всерьез никем не применялась, считаясь – да и будучи на самом деле – чистым пижонством, малопригодным в реальном бою. В основном этот более сложный и формализованный вариант был распространен в среде высшей шерторской знати и во внутреннем употреблении старых фехтовальных школ. Человек, не владеющий «двумя мечами», не мог считаться фехтовальщиком ни при каком раскладе. А уж мастером можно было стать, только освоив все фигуры пентаграммы, от простой «линии» до умопомрачительного кружева «десятиугольника». На что реально способны были единицы с редчайшими физическими данными. Для примера: «десятиугольник» по общей протяженности перемещений равнявшийся стометровой спринтерской дистанции, следовало, выделывая сложнейшие танцевальные антраша, проходить по весьма замысловатой траектории всего лишь за двадцать секунд.

Олега в свое время обучали не придворному, а боевому фехтованию на уровне пятой ступени, именуемой «ядром» или «звездой» – для повседневной жизни более чем достаточно. И никогда специально не тренировали на владение сотом. Так, баловались иногда сами из любопытства. Но не более того. Сейчас же, во сне, он очень уверенно проходил одну фигуру за другой, даже не задумываясь, какие движения следует совершать. Клинки шелестели с завидной однотонностью, позволяя на слух определять скорость, пояс уверенно плотно охватывал талию…

«Ни хрена себе, – подумал Олег, завороженный стремительной легкостью экзотического «танца». – С чего бы это я? Или это принцесса с ее талисманом на меня так подействовали?.. Э, какая принцесса?! Какой талисман?!» От этой безобидной, но во сне потрясшей его до основания, мысли он и проснулся. Как от толчка. Мгновенно перейдя от сна к бодрствованию и машинально сунув руку под подушку, где лежал на всякий случай вынутый из разрузки нож. Рядом расслабленно посапывала Та-Эли, положив голову Олегу на сгиб локтя, свободной рукой обхватив его поперек груди. Тихо. Впрочем, ничего удивильного тишина из себя не представляла.

«Что меня разбудило?» – подумал Олег.

Какое-то время он лежал неподвижно, вслушиваясь. В спальне все было спокойно. Никто не подползал коварно по полу и не таился в засаде под кроватью. Выждав еще немного, Олег вызвал перед внутренним взглядом индикатор часов.

Ничего себе!

Время подходило к 15.00! А ведь договаривались с Энгаром на четырнадцать. В чем дело?

И тут в валяющейся в отдалении от кровати разгрузке завибрировал переговорный амулет. Видимо, вызывали Олега уже не в первый раз, потому что вибросигнал, установленный на повторные вызовы с увеличением мощности, загудел весьма-таки внушительно. Примерно как гнездо рассерженных ос – если кто понимает – на земной пример, или как нора полевых хрдянских муравьев в аналогичном состоянии в пангийском варианте: не приведи Емай столкнуться вплотную!

Олегу все стало ясно.

Быстро, насколько можно, он высвободился от спящей принцессы и, дотянувшись до разгрузки, выдернул мобильник.

– Слушаю…

– Командир, это я! – услышал он голос Омбре Равия. – Тут чего-то затевается…

– По порядку! – велел Олег приглушенно, бросив взгляд на спящую Та-Эли..

Равий на секунду замолк.

– Я в районе площади, – заговорил он затем. – Здесь люди Короля-Жреца собирают народ. И киберы на алтаре дрова складывают.

Со сна Олегу потребовалось несколько секунд, чтобы уразуметь, о чем речь. Но смысла он все рано не понял. То есть, смысл-то, конечно, был…

– Но на кой черт??

– Не знаю! – ответил Равий. – Что делать будем?

– Сколько от тебя до алтаря? – спросил Олег, быстро садясь и оценивая в голове услышаное.

– В зоне поражения, – доложил Равий без задержки. – Если что – на ста процентах широким лучом накрою полтолпы! А одиночными вся площадь простреливается.

– Это хорошо…

Олег поискал глазами, где разбросана одежда.

– А маг этот ихний?..

– Стоит во внутреннем дворе Лабораториума – точнее того, что от него осталось – и колдует свою цветомузыку. До того, что на площади, ему, похоже, никакого дела нет.

– Чего колдует?

– Да заклинание свое! Которым он Купол долбит! Тут от него такое северное сияние по небу, что с ума сойти можно! Самая натуральная цветомузыка! Настоящий маг, не колдун какой-нибудь. Энгар в точку определил, что гроссмейстер.

– А ты-то с чего это решил? – спросил Олег. В сложившейся ситуации маг был самым серьезным моментом. Шверпунктом, если вспомнить немецкую терминологию. То есть узлом, от прочности которого зависело состояние всей вражеской обороны. Остальных обитателей города можно было не принимать в расчет.

– Командир, – оскорбился Равий. – Что мы – с ними дела не имели, что ли? Он творит сверхмощное заклинание – видел бы ты эту фигню, что у него на дворе вертится! – но только одно. И не отходит от него ни на шаг и не отвлекается ни на минуту – все время, пока я тут сижу. Это что значит? Что заклинание – не самоподдерживающееся. И ему его все время контролировать надо… Гроссмейстер на пределе мощности – я тебе точно говорю!

В принципе, Олег склонялся к тому же мнению. Да и Энгару он доверял. И было весьма хорошо, что маг полностью поглощен своим чародейством. Правда, обольщаться этим не следовало. Олег по собственному опыту очень неплохо знал, чего стоит такая видимость самоуглубления. Реально магу требовалось всего несколько секунд, чтобы разобраться в том, что происходит вокруг, а затем последовало бы сокрушительное заклинание, уничтожающее или парализующее все в пределах досягаемости. Учитывая предварительную оценку, сделанную Энгаром, пределы эти в данном случае могли быть во всю площадь. А при узконаправленном действии – и побольше раза так в три… И никому мало не покажется. Сержант это понимал ничуть не хуже.

– Командир, – сказал Равий. – Мне одному тут не справиться.

– Знаю, – сказал Олег, еще раз обдумывая сообщенные сведения и собирая в охапку одежду. Наибольшее время занял поиск очков, без которых сейчас Олегу было никуда. Как всегда, очки нашлись на самом видном месте… Равий терпеливо ждал, пока командир придет к тем же выводам, что и он сам. К хреновым, в общем.

Олег вышел в холл и прикрыл за собой дверь.

– Значит так, – сказал он Равию. – Я сейчас практически под тобой, но на глубине в сотню метров. Буду выбираться наверх. У крысюков там НП и выход наружу имеется. Но сколько времени это займет… Полчаса, час… Уточню сейчас и перезвоню. А ты сиди там тихо и не отсвечивай. Единственно, когда разрешаю действовать – это если кого-то из наших поволокут на алтарь. Этого не допускай. Просто глуши всех. Себя старайся не расшифровывать. Кстати, ты там где находишься?

– На козырьке парадного входа в ратушу. Дворец Короля-Жреца то есть нынешний…

– Это ты хорошо устроился… – как Равий туда залез, Олег уточнять не стал. Однако позиция и в самом деле была удобная.

– Но, командир, через полчаса-час ты можешь сюда и не успеть, – заявил сержант прямолинейно. – А я на «шиле» сделаю и тех, что на площади, и мага…

– И ляжешь через минуту в полной отключке! – оборвал Олег. – И те, кого ты не успеешь вырубить, прикончат тебя. И что будет с нашими – неизвестно… Нет уж – вмешиваешься только в крайнем случае. Я сказал!

– Слушаюсь… – проворчал Равий.

– Тогда выполняй!

При помощи одной руки влезая в камуфлет, Олег, второй не переставая держать мобильник возле уха, поскреб деревяшку пальцем, скомандовал:

– Энгар!

Маг отозвался почти мгновенно.

– В чем дело? – спросил Олег. – Почему не вызываешь? Уже почти три часа!

– Я не вызываю?! – Энгар не остался в долгу. – Это ты не отвечаешь! Я тебе уже несколько раз звонил! Ты чем там занят?!

– Спал… – объяснять подробности у Олега не было никакого желания.

К счастью, у Энгара не возникло к этому моменту интереса.

– Ну, ладно… – сказал он после паузы. – Докладываю…

– Погоди, – перебил его Олег. – Ты в курсе, что у Равия происходит?

– Нет. Я ему передал, чтоб тебе звонил. Как ты и приказал.

– Ага…

Олег рассказал о звонке сержанта, одновременно продолжая одеваться и вертеть в мыслях ситуацию…

– Ё-ё!.. – выдохнул Энгар. – Черт, блин!..

Олег подождал продолжения, но, не дождавшись, спросил:

– Ну?

– Это, похоже, моя вина… – сообщил Энгар удрученно. И снова замолк.

– Какая именно? Не тяни! – Олег даже прекратил застегивать камуфлет от такой новости.

– Да, видишь ли, мы нашли резидента. Я тебе, собственно, по этому поводу и звонил…

– Так. Нашли. Дальше? – Олег остановился посреди холла. Посреди пентаграммы Всех Стихий.

– Я поторопился его взять. А он как раз был на связи.

– И?..

– И он успел об этом сообщить… Я совершенно не подумал…

– Так, – сказал Олег. – Когда вы его взяли?

– Два часа назад…

Олегу пришлось складывать в голове новый информационный паззл…

– Но это еще не все, – обнадежил соратник.

– Так, – повторил Олег медленно. – Излагай…

– Я попробовал сам связаться с Городом. Чтобы вступить в переговоры. Смысл в этом был: чтобы не терять инициативы. Опять же – прямой выход на Короля-Жреца…

– Я понял, не отвлекайся! Что получилось?

– Ничего! Сначала мне ответили. Выслушали. Велели ждать. И с тех пор – молчат. На связь не выходят, на вызовы не отвечают…

Олег еще немного подумал. ЧТО произошло – было понятно. Было даже понятно, ЧТО Король-Жрец собирается сделать. Но вот ЗАЧЕМ ему это стало надо? Вот на этот вопрос у Олега ответ никак не получался.

– Что именно ты сказал по радио? – спросил он у Энгара.

– Да что, если ему и так уже все известно? Кто мы и зачем здесь… Ну, и передал, чтоб отпустили пленных, и предложил вести переговоры.

– Понятно, – повторил Олег. Хотя понятнее ему не стало. Но для Энгара его слова должны были прозвучать успокоительно: командир всегда знает, что делать. Собственно, Олег и знал, только пока не представлял, как…

– Делаем вот что. Ты остаешься в Джунгахоре. Твоя задача прежняя – во что бы то ни стало – передать информацию на Базы. Понял? – к величайшей досаде, Олег вынужден был заставить себя молчать об услышанном от Та-Эли. Что толку об этом было сейчас говорить?!

– А… – по всегдашней привычке начал Энгар. Все-таки он был законченным шпаком. Несмотря на весь свой немалый боевой опыт.

– Понял, я спрашиваю?!

– Понял… А вы-то с Равием что?

– А мы с Равием будем вынимать наших с кичи… В связи с чем у меня к тебе вопрос. Кажется, действие «шила» можно нейтрализовать синергином – я помню, нам говорили. Но там какие-то заморочки с дозой в зависимости от времени. Ты врач, должен знать – когда можно делать укол?

Энгару вопрос категорически не понравился. Судя по молчанию. Хотя о чем речь, он понял прекрасно – это было по его основной специальности.

Городской спецназ создавался именно для борьбы с магами. Включая Великих. Правда, штатный расчет боя в этом случае предполагал наличие у группы двух фазеров, которых сейчас у Олега не имелось. Но против гроссмейстера шансы были и со станнером. Однако для этого требовалось все же приблизиться к объекту удара метров на пять-десять и бить узким лучом на полной мощности. Причем успеть это сделать за те самые несколько секунд, пока маг будет въезжать в ситуацию.

У нормального человека такое не вышло бы. Именно на подобный случай и включался в число бойцов маг с заклинанием форсированного режима – чтобы ускорить время. За счет этого же обеспечивались и запредельные боевые характеристики «семерок» – элитных групп наемных убийц на Побережье. Спецназ Города не изобрел здесь ничего нового. Но кое-что добавил уже из опыта земных спецвойск. В аптечке каждого рейнджера имелось средство с непроизносимым научным названием, на Земле попросту не могущее существовать, на Базах же в просторечии именуемое «шилом». На тот случай, если маг окажется выведенным из строя. Какой-то магофармакологическим способом произведенный коктейль, выполняющий ту же функцию, что и заклинание ускоренного времени.

Правда, с заклинанием по действию препарат все равно не мог сравниться. Эффект длился около минуты, не давал и близко ничего похожего на ту легкость, что получалась в форсированном темпе и, главное – после использования этой штуки человек годился только на то, чтобы упасть в коматозном состоянии. И хорошо, если рядом был кто-то, кто мог сделать укол стимулятора. А если никого? Потому спецназовцы Трех Баз и не стремились злоупортеблять этим козырем – слишком уж выходило накладно.

– Ч-черт… – сказал Энгар после очень длинной паузы. – Ты ж сегодня уже кололся…

– А то я не знаю! – сердито буркнул Олег. – Ты дело говори!

– Ладно… – Энгар посопел в трубку. – Там действительно от концентрации зависит. Но… Синергии перешибет ускоритель только на последней секунде. А когда она настанет – никто не знает, препарат же индивидуально срабатывает. Ты ведь не будешь все время держать шприц наготове! Да и все равно ты после этого вырубишься на несколько минут – так что проку почти никакого…

– Нестрашно, – возразил Олег. – А время приготовиться у меня будет. Я секунд за сорок управлюсь: ты ж помнишь, какие у меня нормативы по тренировкам? Вопрос в другом: если я эту последнюю секунду не поймаю, ширнусь, допустим, секунде на пятидесятой – что тогда?

– Либо встанешь, либо нет, – сообщил Энгар с неудовольствием. – Точнее я тебе не скажу, извини.

– Й-емай тебя сожри… – выругался Олег. Похоже, нужно было отдавать Равию команду на атаку прямо сейчас. Хотя при наличии за спиной не иммобилизованного мага ничего хорошего при этом не светило…

– Но вообще-то… – добавил Энгар задумчиво, и Олег сразу ухватился за эту его интонацию:

– Что?

– Если у тебя будет время, то последнюю секунду ты отловить сможешь.

– Как?

– Да просто. Если ты будешь наблюдать за своим самочувствием, то успеешь заметить, как у тебя начнется черное выпадение зрения: в глазах, то есть, попросту говоря, потемнеет. Тогда и колись. В лабораторных условиях такое, бывает, делают – вот в бою, сам понимаешь, не до того…

Олег с облегчением вздохнул: ему ничего еще не было ясно, но один важный момент разъяснился. Теперь осталось только выбраться наверх. И как можно быстрее. Засовывая мобильник в карман разгрузки, он вышел в коридор. Где тут же наткнулся на Егора.

– Во! – сказал Олег. – Ты-то мне и нужен!

Мальчишка, собиравшийся что-то сказать, с готовностью замер, глядя на Олега.

– Где Кан Шор? Веди-ка меня к нему!

– Так он… Это… – Егор растерянно затоптался на месте. – Внизу, в зале переговоров.

– В зале переговоров?

– Да! Там вожди остальных кланов приехали – решают что делать!

– И что-то уже решили? Егор беспечно пожал плечами:

– Не знаю! Да и все равно – решат так, как дядя Кан скажет! Олег подумал. По совокупности происходящего крысиный вождь не собирался устраивать никакой пакости. Во всяком случае, замышляй он что-нибудь – вряд ли оставил бы пришельца без присмотра. Не было ему резона строить козни. Это уже у Олега паранойя разыгралась.

– А этот зал, он далеко? – спросил Олег.

– Внизу – где метро… – растерянно признался Егор.

– Н-да. Далековато, – правильно расшифровал эту растерянность Олег. – А без его разрешения меня наружу выпустят?

– Наверх? – уточнил Егор, сразу ухвативший суть дела.

– Да. Мне срочно нужно на центральную площадь, где ратуша. Сколько времени это займет?

– С час где-то… – ответил Егор. И тут же спросил восторженно: – Вы Короля-Жреца убивать будете?!

Мальчиша явно запаздывал с взрослением. Детство из него так и лезло. Похоже, его здесь основательно забаловали. Что, впрочем, было понятно: единственный ребенок в семье… В своем роде, конечно. Но какая разница?

– По обстоятельствам, – ответил Олег, прикидывая названное время. В своей предварительной оценке он не ошибся. И это его не обрадовало. – Он, судя по всему, собрался вселяться в кого-то из нашей группы. И мне надо его остановить… Почему так много времени нужно для выхода наверх?

Егор в замешательстве моргнул.

– Так… Подвальная же часть в городе – ловушки сплошные… – сказал он. – Там пробираться надо… Местами вообще ползком. И потом – по дому лезть вверх, до двадцатого этажа…

– Стоп! Зачем мне двадцатый этаж? – сказал Олег.

– Ну, так там наблюдатели наши сидят…

– Ну-ка, поподробнее! – велел Олег. Егор изложил поподробнее.

Олегу очень сильно захотелось выругаться.

Наблюдательный пункт крысюков размещался непосредственно на площади. В здании бывшей гостиницы «Ангерран». Эта помпезная пятидесятиэтажная «свечка» высотой в двести с лишним метров была построена в свое время исключительно для иностранцев, чтобы производить впечатление. Сейчас в ней, как и во всех остальных домах Города, были заняты только первые этажи. Выше четвертого вообще никто не поднимался: незачем просто было. А во избежание случайных проникновений лестничные пролеты и лифтовые шахты, ведущие наверх, были замурованы. Оставалась только одна наружная пожарная лестница, ведущая на крышу – там у горожан был оборудован свой НП, что было вполне понятно. Вся же остальная часть огромного строения была оставлена пустой и никем не посещалась.

Этим и воспользовались крысюки. Слой ловушек, которыми были нашпигованы все подземные помещения, они обошли с присущей им элегантностью. Или прямолинейностью. Прокопали тоннель непосредственно под плавающий фундамент высотки и пробили (!) – а может, и прогрызли, Олег не стал выяснять, в сумме два десятка метров прочнейшего бетона в обход всех и всяческих датчиков. Само собой, что путь получился далеко не прямой. А последняя его часть – на двадцатый этаж – и вовсе была вертикальным скоб-трапом, устроенным в кабельной шахте.

– Знаешь, двадцатый этаж меня не устраивает, – решительно сказал Олег. – На кой черт мне лезть еще сто метров? Ниже выходов нет?

– Нет… – виновато ответил Егор. – Ой, нет, есть! Там на каждом пятом этаже технологический люк… Там и на первом есть, только он замурован вместе с входом в подвал…

– Это уже лучше! Пролезть в такой люк можно?

– Ну, в общем… да. Только протискиваться придется. И… это… люки-то закрыты все…

– А уж об этом ты не беспокойся! – отмахнулся Олег. – Лучше скажи: есть ли способ выйти наверх без Кан Шора? Или мне придется прорываться силой?

Во взгляде Егора прорезалось совсем уже полное восхищение услышаным.

– Думай быстрее! – предупредил очередную восторженную реплику Олег. – У меня времени в обрез! Есть какие-то варианты?

– Есть! – обрадовано доложил Егор. – Если принцесса разрешит – вас пустят!

– Отлично! – подхватил идею Олег. – Принцесса разрешила – можешь не сомневаться! Но часовые пропустят по ее разрешению?

– Конечно! – удивился Егор. – Как иначе?! Она же Повелительница!

«Панга, блин, – быстро подумал Олег. – Чистая Панга: кто же станет врать от лица Повелителя?!»

Никакие земные законы и никакие воровские понятия и близко не лежали с авторитетом пангийского тальмена – всякий, кто попытался бы отдавать команды от его лица, не будучи на то уполномочен, считал бы себя счастливым, если просто остался в живых. Это, конечно, не значило, что таковых ловкачей не находилось, но в данном случае слова Егора соответствовали истине. И, между прочим, Олег мог бы и сам до этого варианта додуматься – да вот протупил…

– Тогда быстро веди меня к выходу!

Егор, не задавая больше вопросов, кивнул, развернулся и побежал. Все-таки хоть и был он балованный мальчишка, но когда надлежит действовать, а не болтать, понимал.

Олег, придерживая станнер, припустил следом. Соображая, что до поверхности около сотни метров, и преодолевать эту дистанцию бегом будет не очень просто. К счастью, таких подвигов совершать не потребовалось. Едва они миновали жилую зону, как Егор свернул в одну из ниш в стене коридора и ткнул в до боли знакомую Олегу кнопку вызова лифта. Впрочем, чему удивляться? Лифты тут были устроены еще городскими строителями. Новым жителям подземелья просто имело смысл содержать их в порядке.

Кабина пришла довольно быстро, и Олег с Егором, втиснувшись в нее, поехали вверх. Впрочем, «втиснулись» – сказать было неправильно. Городские инженеры не подкачали и здесь. Лифт сделал бы честь любому пятизвездному отелю, где Олегу случилось побывать еще в предыдущей жизни. Просторная кабина, полированное дерево, зеркала… Даже диван имел место быть – вдоль противоположной от входа стенки. Оно и понятно: если протяженность шахты несколько сотен метров, так можно и утомиться стоять на ногах, несмотря на то, скоростной лифт или нет…

– А вы своих, правда, освободите? – когда делать стало нечего, в Егоре вновь взыграло любопытство.

– Освобожу, – ответил Олег, продолжая вертеть в голове последовательность действий. – Если Король-Жрец не начнет раньше… Тогда придется действовать по-другому… Сколько времени у него обычно занимает переселение?

– Не знаю… – Егор неуверенно пожал плечами. – Когда как. Он там обычно речь произносит, заклинания всякие… Все слушают. Потом его к алтарю привязывают… Потом приводят того, кто будет новым Королем… Киберам передают. Те его перед Королем ставят… Ну, полчаса, час…

– Ну, вот с момента, когда людей начинают собирать на площадь и дрова складывать, до того, как нового приводят?

– Да тоже – когда и час, когда полчаса. По-разному. Я не помню точно, – виновато признался он.

В этот момент картинка в мозгу у Олега остановилась. Расчет сошелся.

Правда, за такой план на занятиях по тактике Олегу влепили бы отрицательную оценку. Вся диспозиция основана была на одной только голой внезапности и могла рухнуть от чего угодно. Но в том-то и состояла сила такого варианта: на все про все требовалась только одна минута реального времени. За такой мизерный срок никто на площади ничего не успевал сделать просто физически, и на них можно было не отвлекаться. Главное было – вырубить мага. Остальное – забота Равия. Олег вынул переговорник.

– Равий… Что там у тебя?

– Пока ничего. Киберы дрова складывать закончили. Народ собрался. Ждут.

– Где-то с полчаса у нас есть, – Олег пересказал то, что услышал от Егора, и свой разговор с Энгаром. – Поэтому не дергайся. Я к этому времени буду на дистанции атаки. Это в гостинице «Ангерран», справа от тебя. Самое удобное для нас время – когда Короля привяжут к алтарю. Тогда я вырубаю мага. А ты – народ на площади. И сразу же прорываешься внутрь ратуши, глушишь там всех, находишь наших и освобождаешь. После этого – выходишь на площадь. Если там окажется кто-то недоглушенный, кладешь их и ждешь основной отряд.

– Какой основной отряд? – удивился Омбре.

– Крысюков… Рэтов, то есть. Или ты думаешь, я тут один в подземельях? Вождя кры… рэтов зовут Кан Шор. С ними будет еще человек один. Одноногий. По имени Ян. Они возьмут под контроль городское хозяйство – энергостанцию, оборонительные системы… – ну, в общем, все… Они знают. В этом им надо будет оказать содействие, если что. Понял?

– Понял… А ты?

– А я в это время буду там неподалеку одну избушку потрошить – чтоб всем трындец не настал. Потому так подробно тебе и излагаю – ты будешь командовать…

– А если он начнет раньше?

– Тогда мы меняемся ролями: ты вырубаешь мага на «шиле», а я зачищаю площадь и ратушу. Потом реанимирую тебя синергином и иду потрошить избушку, а ты встречаешь рэтов…

– А если я сам себя реанимирую – так же, как ты хочешь? – спросил Равий.

– Ты не успеешь. От ратуши до Лабораториума через площадь практически вдвое дальше, чем от «Ангеррана». У тебя не останется резерва времени.

– Ага… – Равий обдумал услышанное там, над входом в ратушу, и пришел к тем же выводам, что и Олег. – Рискованно. Но в реале никто не успеет ничего сообразить. И люфт времени положительный… Даже если Король-Жрец появится прямо сейчас… Командир – ты гений!

– Скажи об этом в штабе…

Если бы не Егор, Олег заблудился бы на промежуточном участке пути, на нижнем уровне подземных защитных сооружений. Бывшие городские коммуникации были настолько нашпигованы минами, датчиками и всевозможными ловушками, что напоминали самый настоящий «лабиринт смерти». Олегу стало стыдно за обещание Егору прорваться наверх силой – это было попросту невозможно.

К счастью, мальчишка этого нюанса не уловил. И честно выполнял обязанности проводника, предупреждая Олега о всех неудобных или опасных местах на протяжении маршрута. По его словам, дорога эта была вполне надежна, следовало только не сходить с давно разведанного пути, не производить лишнего шума да в паре мест выждать, пока переключится в другой режим какой-то фотоэлемент. Ничего, в общем, особенного…

Олег искренне порадовался тому, что не отослал Егора обратно с поста охраны на верхней площадке лифта, хотя была у него такая мысль. И не столько потому, что он не хотел втягивать пацана в рискованное дело – хотя и это тоже – сколько потому, что требовалось как можно скорее передать Кан Шору приказ о посылке наверх спецотряда с Яном: кто-то ведь должен был взять под контроль городскую инфраструктуру. Но Егор настоял идти с Олегом. К вождю отправился один из охранявших лифт крысюков.

Ну, дальше было проще…

Если, конечно, быстро передвигаться на четвереньках в неровной норе, проложенной в бетонном монолите, кому-то может доставить удовольствие. Впрочем, тут, по крайней мере, было безопасно.

В начале этого пути Равий позвонил первый раз.

– Командир, тут, кажется, началось…

– Кажется или началось? – прошипел Олег, ковыляя на четвереньках и вынужденный пользоваться для этого только одной рукой из-за переговорного амулета.

– Король-Жрец уже на алтаре. Речь толкает перед собравшимися!

– Наших не видно?

– Нет! Вы там далеко?

– Багира, я уже лезу!.. Буквально четверть часа еще – и я на исходном…

Правда, сказать это было проще, чем сделать…

Бетонная кишка не располагала к быстрому перемещению. Олег мысленно пообещал всем пангийским богам, сколько их ни наесть, по свечке – лишь бы они заставили Короля-Жреца подольше открывать рот. Больше он уже ничего не мог в этот момент сделать. Им просто повезло еще, что Равий вовремя разбудил его своим докладом. В противном случае, Олег совершенно не представлял, что было бы, вселись Король-Жрец в кого-нибудь из захваченных в плен. Или действуй сержант в одиночку…

В общем, они успели… Но резерва времени на то, чтоб предварительно осмотреться перед атакой, у Олега все же не оказалось. Владыка Города не стал на этот раз затягивать свое выступление.

Равий позвонил, когда Олег с Егором преодолели две трети кабельной шахты до пятого этажа.

– Командир! – сказал Равий. – Его привязали! И рот заткнули! Ты где?!

– На подходе! Еще пять минут – и смогу атаковать!

– Да времени совсем не осталось! Я слышу, как кого-то уже ведут!

– Спокойно, Козлодоев! – выдохнул Олег, умудряясь карабкаться только при помощи одной руки (все-таки конструкция мобильника у Энгара не доработана: следовало сделать гарнитуру! И как тут пройдет Ян?! Впрочем, это проблема вождя рэтов, незачем на нее отвлекаться…). – Сядем усе!.. Яуже вижу люк!

Люк, разумеется, не был рассчитан на открывание изнутри шахты – только на доступ из коридора. Да вдобавок, за многие годы прирос к окантовке. Но протиснуться в него действительно было можно, Егор был прав. Поэтому Олег не стал пускать в ход свой чудо-нож, как поначалу рассчитывал, а воспользовался «ключом». Так удачно оказавшийся у Олега талисман не подвел, замки с глухим хрустом сработали, и Олег, откинув крышку, быстро выглянул на засыпанную пылью абсолютно пустую лестничную площадку. Обернулся к Егору.

– Подымайся к наблюдателям! Введи их в курс дела. Обеспечьте здесь встречу остальных. Ждите Кан Шора и не вмешивайтесь, пока все не закончится!.. Все! Равий, еще тридцать секунд и – работаем! ОТСЧЕТ ПОШЕЛ!!

Олег выскользнул из шахты и ухватился за ручку двери, ведущую с лестницы на этаж. Проклятье – дверь оказалась заперта! Впрочем, талисман справился и с ней. За дверью был коридор. Такой же пустой и пыльный, как и лестничная площадка. Сориентировавшись по карте, Олег бросился направо. В пустом объеме коридора его шаги грохотали, как выстрелы автоматической пушки. Но сейчас это было уже неважно… Олег с разгона влетел в холл в конце коридора и остановился. Как он и ожидал, перед ним оказалось окно во всю ширину стены от пола до потолка – торец этого гостиничного коридора выходил прямо на Лабораториум. И можно было хотя бы мельком сверить карту с местностью. Иначе соваться в бой было совсем уж авантюрой. Быстро выдернув из аптечки ядовито-красную шприц-ампулу, Олег приставил ее к сонной артерии. Надавил на плунжер… Выкинул использованный девайс, и, дожидаясь, пока препарат начнет действовать, шагнул ближе к окну, всматриваясь…

Стекло было много лет не мытое, но функцию свою еще выполняло: на тусклой плоскости, как на экране, плясали падающие снаружи цветные отблески – результат деятельности загадочного мага. Иллюминация, судя по всему, была и в самом деле нешуточная: даже на ежегодном турнире бардов в Ампере Олег не наблюдал подобного. Ну, ничего, скоро этот маг перестанет быть таким уж загадочным…

«Шилу» требовались считанные секунды, чтобы добраться до мозга и подстегнуть нервную систему. Но этого Олегу вполне хватило, чтобы окинуть взглядом и оценить открывшуюся панораму.

Когда-то главная площадь Города представляла из себя роскошный парковый ансамбль, состоявший из хитрого сочетания тротуаров, висячих мостиков, каналов и скверов. Олег, естественно, видел стереоизображения в архивах Баз. Сейчас от этого чуда ландшафтного дизайна не осталось и следа. Глаза резал голый камень, загроможденный грудами мусора и навеваший воспоминания о совсем иных временах и других местах, где Олегу довелось побывать еще до перенесения на Пангу… Ненатуральное освещение, вызванное действием непонятного заклинания, только усугубляло картину.

Но в целом диспозиция Олега не могла не порадовать, хотя, собственно, радоваться было нечему: весь немаленький когда-то комплекс Лабораториума, бывший, по сути, отдельным районом Города Солнца и громоздивший корпуса друг на друга в дерзком порыве архитектурного авангардизма, попросту исчез. Как и не был. Единственное, что от него сохранилось – это обломки цокольного этажа Главного здания. Напоминавшие теперь невысокие, метров до двух, крепостные стены. Не то недостроенные, не то недоразобранные до конца… «Или торчащие из десен корни выбитых зубов», – мелькнуло у Олега в голове.

В общем, малооптимистичная была картина.

Но зато такое изменение в застройке сильно облегчало Олегу выполнение его задачи. Теперь ему не надо было бежать до ведущего во внутренний двор Лабораториума проезда, а можно было просто преодолеть цоколь напрямую. Что вдвое сокращало затраты времени. И пресловутый маг с его магической катавасией тоже располагался не в каком-нибудь дальнем углу, а буквально рядом. На территории – если верить карте – бывшей когда-то внутренним двориком Главного корпуса. Он стоял неподвижно, спиной к площади, явно нисколько не интересуясь происходящим там, и сосредоточенно занимался своим колдунством.

Колдунство выглядело впечатляюще. Из земли в нескольких метрах перед застывшей фигурой в плаще, вздымалась вертикально вверх полупрозрачная светящаяся конструкция, живо напомнившая Олегу татлинский памятник III Интернационалу – или шуховскую телебашню на Шаболовке – только в перевернутом виде. Бледно пульсирующая решетчатая спираль, расширяясь воронкой, медленно вращаясь, уходила к небу… Точнее к тому, что его здесь заменяло – к Куполу. Правда, на высоте метров ста конструкция переставала быть видимой, плавно растворяясь в воздухе. Но не приходилось сомневаться, что именно это сооружение и порождает волны северного сияния, разбегающиеся по всем направлениям.

И в самом деле – Поэма Огня. Правильно сказал Ермаков. Буйство цвета завораживало, а масштабность зрелища захватывала целиком, заставляя забыть о том, где человек находится. Олег сильно понадеялся, что на собравшихся на площади заклинание действует точно так же. Если, конечно, им, видящим представление не первый раз, все это уже не надоело… Впрочем, и в этом случае происходящее было Олегу на руку: в разноцветных всполохах, напоминающих своей монотонностью стробоскоп, человеческое внимание по законам восприятия притупляется. И в этих условиях передвигаться можно было почти в открытую: его, скорее всего, никто из толпы просто не заметил бы.

В целом же действия чародея показались Олегу несколько странными. Хотя он и не был серьезным знатоком – как, например, Ермаков. Но… Основание спирали, утончаясь и становясь ярче, уходило в небольшую воронку в земле, откуда и вовсе полыхал огонь и валил дым, словно на дне горела магниевая стружка. В этот огонь, судя по позе, и смотрел непрерывно маг. Что уж он там видел – Емай его знает. Но по заметным мелким движениям, именно в воронке он и контролировал процесс. Правда, если заклинание горнопроходческое…

«А ведь там где-то спецхран», – сообразил Олег, сопоставив, наконец, место с картой. Именно под Главным корпусом. Случайно ли маг работает землеройным заклинанием именно в этом месте? Да и вообще – действительно ли он долбит Купол, а не наоборот? А вся эта световая симфония – только побочный эффект? Но зачем ему это надо? То есть не зачем – это понятно, – а на что он рассчитывает? Спецхран с самого начала был защищен от любой степени вторжения, включая магическое.

Подземный бункер был сооружен лично принцем Акино с помощью Великого талисмана. И обработан сильнейшими магами. А в дополнение выложен в несколько слоев снаружи и изнутри тайглом, который вообще хрен чем пробьешь… И получается, что этот чудик там, на остатках Лабораториума, именно этим и занимается? Да кто он тогда такой?

Все эти рассуждения заняли у Олега совсем мало времени. Те самые секунды, пока инъекция «шила» добралась до мембран клеток головного мозга. Он еще успел подумать, что, пожалуй, этого мага надо постараться взять живым.

А затем думать стало уже некогда…

Мир вокруг Олега начал темнеть. И останавливаться.

Сперва поблекли краски – свет стал серым. Замедлилось и остановилось вращение магической «спирали» и биение пламени в воронке. Пропали все звуки – уши заложило как при перепаде давления (собственно, так и было: из-за убыстрения метаболизма). Затем воздух вокруг ощутимо сгустился, превращаясь в вязкий кисель, и Олег оказался стиснут со всех сторон, как водолаз в глубине. И, наконец, все окружающее в поле зрения заволокла кроваво-красная мгла…

Препарат сработал.

Теперь, происходи дело в боевике, следовало картинно высадить стекло и, как подобает крутому персонажу, в рое осколков выпрыгнуть на площадь, сжимая в руках оружие…

Вообще-то, если бы они действовали всей группой, и если бы Энгар обеспечивал им магическую поддержку, и если бы чужого мага снаружи не было – ничего не стоило так бы и поступить. Двадцать метров – не высота, если у тебя в рукаве соответствующее заклинание. Но сейчас ни того, ни другого, ни третьего у Олега не имелось… Да и выбить толстенное витринное стекло – это не такая простая задача. Подобное только в киноприключениях легко делается.

Потому Олег, как нормальный герой, пошел другим путем. Более прозаическим.

Вынув нож, он, раздвигая плечом воздух, несколькими шагами преодолел расстояние до неприметной двери с не потерявшей четкости надписью «Служебное помещение» и, навалившись всем телом на рукоять, всадил клинок в пластик. Операцию пришлось повторить несколько раз, прежде чем в двери образовалась подходящая дыра. Только после этого – опять же, вцепившись в рукоять обеими руками и прилагая немалые усилия, Олег взрезал – криво, по контуру – дверную панель. Толкнул образовавшийся кусок и, не дожидаясь, когда он упадет, на четвереньках вскарабкался по наклоняющейся плоскости.

Очень досадно было, что в ставшем до невозможности плотным воздухе не получалось плыть. При всем желании это была все же не вода. Вот по той бегать в ускоренном состоянии – милое дело. А так – «человек не птица, крыльев не имат…»

За дверью уходили вверх и вниз бетонные марши служебной лестницы. Тоже, как и все здесь – пустые и засыпанные пылью. А на противоположной площадке – еще одна дверь с транспарантом: «Пожарный выход».

Преодолевая сопротивление воздуха, Олег устремился к этой надписи.

Эта дверь была не из пластика, а из темпостатированного железа. Потому пускать против нее нож Олег не стал: материал по прочности почти не уступал клинку, и возиться с ним не было смысла. Магический мир имел свою специфику… Но в этой же специфике содержался и выход: дверной косяк, из такого же темпостатированного материала, крепился к проему вполне обыкновенными дюбелями. Срезать же несколько головок в сравнении с вырезанием двери целиком – была сущая ерунда. Слегка попотев, Олег справился и с этим. Самое смешное, что применить талисман-ключ не было никакой возможности. Вернее, была, но… Талисман-то бы, без сомнения, подействовал как надо: против него не мог устоять никакой замок, но вот ускорить время срабатывания механизма он не был способен. Поскольку для этого и не предназначался. А Олегу дорога была каждая секунда.

К тому же, как Олег тут же убедился – выдавив освобожденную от креплений конструкцию – аборигенами были приняты некоторые меры, чтобы кто-нибудь случайно не прошел здесь: дверь снаружи была банально заварена несколькими арматурными прутьями, прихваченными к косякам. Просто, но надежно. Для проникновения этим путем потребовался бы таран. Не говоря уже о том, что незамеченым такое действие не прошло бы.

Олег тоже не хотел поднимать шума раньше времени. Поэтому, проскочив в образовавшийся проем, он успел подхватить падающую створку и аккуратно опустить ее на наружный балкон. Мельком глянув на замершую на площади перед ратушей толпу, развернулся и прыгнул в пролет пожарной лестницы, ведущий на нижний этаж. Судя по отсутствию какого-либо хаоса в расположении людей вокруг алтаря, Равий еще не начал действовать. А значит, Олег шел с опережением. Что было хорошо.

В пять прыжков Олег одолел путь до первого этажа, не встретив никого по дороге. Да и странно было бы, если бы тут кто-нибудь оказался: чего здесь было делать? Разве что смена караула могла случайно подвернуться, но такая встреча Олега не пугала. Больше всего доставала медлительность падения, почти невесомость. Очень хотелось подстегнуть движение, ускорившись толчками о поручни. Но – увы! – такие действия были чреваты переломом ног: при обманчивом кажущемся отсуствии веса масса всех предметов оставалась прежней. И прочность тоже. Такова уж была особенность «шила» – немагического препарата, пусть и полученного магическим способом. Это вам не заклинание…

А дальше началось самое трудное. Бег в ускоренном времени. Ничем не напоминающий собственно бег.

Больше всего это походило на передвижение водолаза по дну. Нагнувшись вперед, почти параллельно земле, Олег изо всех сил толкался поочередно ногами и не то летел, не то полз, раздирая головой и плечами плотный, как желе, воздух. Дышать тоже было неимоверно трудно. Но нужно – организму катастрофически не хватало кислорода. А обломки цокольного этажа все так же, казалось, остаются на том же месте, где они были в начале бега. Хотя было-то до них – всего ничего…

Но, наконец, стена, ставшая уже ненавистной, медленно – словно нарочно нехотя – приблизилась. Олег не стал останавливаться, а, используя инерцию, оттолкнулся ногой от обшарпанных плит облицовки и медленно всплыл – или взлетел? – вдоль цоколя вверх. Ухватился руками за неровный край излома, подтянулся и вытолкнул себя на то, что тут осталось от пола. Несколько мгновнгий лежал неподвижно, чувствуя, как сердце грохочет, кажется, где-то в горле, а в легкие вливается не раздирающее грудь желе, а вполне обычная вода, прохладная и сладкая, как воздух. Пот лил с него градом. Но, похоже было, что он успел добежать вовремя…

Слегка отдышавшись, Олег поднялся и стащил через голову надетый за спину станнер.

Руки тряслись, и ему даже не сразу удалось правильно ухватить оружие за шейку приклада. Нормально прицелиться в таком состоянии было вообще невозможно. Да и далековато все же было отсюда для надежного поражения такого класса цели. Выдохнув сквозь зубы, Олег заставил себя сделать еще усилие и двинулся вперед – к неподвижно застывшей возле воронки фигуре.

В этот момент со стороны площади донесся шелест, словно бы от порыва легкого ветра. В этом лишенном звуков мире он прозвучал подобно набату. Олег едва не оглянулся от неожиданности. Но почти сразу сообразил, что так в растянутом времени воспринимается звук работающего на полной мощности станнера.

Значит, Равию нельзя стало больше ждать, и он открыл огонь. Олег, понимая, что может и не успеть, из последних сил выругался и наддал еще.

У мага оказалась просто поразительная реакция: он обернулся практически мгновенно. Даже ускоренное в несколько тысяч раз сознание Олега восприняло все без замедления. Быстро поведя взглядом вокруг, чародей остановил его на Олеге. Глаза его округлились, руки поднялись на уровень груди, а рот начал медленно раскрываться – произнося заклинание. На кончиках растопыренных пальцев заклубились какие-то туманные комки, увеличиваясь в размерах. Что бы он перед собой ни увидел – а увидел он, скорее всего, несущуюся на него над землей непонятную тень, – Олегу доводилось смотреть учебные фильмы, изображающие в рапиде бег в ускоренном состоянии организма – тем не менее, раздумывать над тем, что делать, он не стал. И эти действия явно не сулили Олегу ничего хорошего.

Олег продолжал бежать, стараясь не реагировать на манипуляции чародея. Это было сейчас уже не важно. Неважно было даже то, что весь расчет атаки практически провалился из-за невероятной прыткости неизвестного мага. Важно было – кто успеет первым: маг договорить управляющую формулу или Олег выйти на дистанцию выстрела.

Маг произносил что-то неслышное, сгустки тумана у его рук увеличились и начали, клубясь, формироваться во что-то наподобие двух бумерангов – никогда раньше Олег не встречал ничего подобного. Вид их с каждым мгновением становился все более материальным, а края угрожающе заострялись.

Но стрелять все еще было рано.

И Олег, стиснув зубы, бежал, проталкиваясь через воздух, ежемоментно ожидая удара, задыхаясь, почти ничего не различая из-за затянувшей глаза багровой пелены, мир вокруг шатался как пьяный, а фигура мага, как давеча стена, все никак не хотела приближаться…

Когда до мага осталось не больше десяти метров, а сгустки тумана, окончательно приняв форму двух бумерангов, сорвались с его ладоней, Олег одновременно остановился, вскинул станнер к плечу и выстрелил.

Бумеранги двумя серыми птицами мелькнули по бокам, обдав Олега ветром. Но этим все и ограничилось…

«И что это было?» – подумал Олег, обернувшись назад и проводив странное оружие взглядом – обе штуки просто растворились в воздухе без всяких последствий. Судя по всему, заклинание явно не сработало. Видимо, маг не успел произнести звуковую составляющую до конца.

Повезло, однако…

Олег, еле переставляя ноги, повернулся и поплелся к начавшему падать чародею. В том, что он попал, он даже не сомневался. У мага был абсолютно бессмысленный взгляд человека, пребывающего в глубоком беспамятстве. Да и не могло быть никакого другого результата после выстрела в упор из станнера на полной мощности. По инструкции сейчас надо было отрезать оглушенному волшебнику голову – во избежание, так сказать, осложнений. А также произвести еще кое-какие дополнительные действия – дабы убить мага окончательно и на самом деле.

Но Олег уже решил повременить с этим. Хотя бы до прибытия Энгара. Поэтому следовало принять меры предосторожности, чтобы полностью лишить тело возможности творить заклинания.

Олег вытащил из кармана разгрузки гранату, набрал на взрывателе нужную комбинацию символов, сорвал кольцо и, протянув руку, засунул зеленое яйцо за пазуху кудеснику, уже успевшему завалиться градусов на двадцать. И напоминавшему по такому случаю пизанскую башню, которая, наконец-таки, решила все же грохнуться на тамошнюю пизанскую почву… Гранату было жалко: последняя, заветная, но сейчас был не тот случай, чтобы поддаваться жабе. Другого способа надежно иммобилизовать мага не имелось, а полагаться на то, что Равий сюда доберется и использует свою – не стоило.

Полюбовавшись несколько мгновений на результат своих действий, Олег развернулся и поковылял прочь. Не к площади, а в противоположном направлении. Дело было сделано, но еще не до конца. Теперь нужно было захватить и вывести из строя центр управления газовыми фугасами. Чтобы аборигены с перепугу не решили воспользоваться «оружием Судного дня», когда на площади появятся крысюки, – а такого вполне можно было ожидать. Правда, штурмовать бункер с рубильниками придется уже в нормальном состоянии, но Олег предполагал, что справится с этим без проблем. Да и не хватило бы по времени для этого «шила»: оно вот-вот должно было закончиться. Следовало хотя бы преодолеть, пока можно, пусть часть расстояния до объекта, покуда препарат действовал. А по дороге отыскать какую-нибудь укромную щель, забраться в нее и уколоться синергином, дождавшись, когда в глазах потемнеет – как Энгар сказал. Ну, или – как получится.

На всякий случай, Олег вытащил из аптечки шприц и понес его, сжимая в руке, чтоб был наготове.

С центром управления действительно не возникло никаких проблем. Охрана не ждала нападения – по крайней мере, ТАКОГО. И просто не успела оказать сопротивление.

Олега смущала только одна странность. Не имевшая, собственно, к штурму никакого отношения. Ну, или почти никакого… Во всяком случае, связано это было с инъекцией синергина. Когда по дороге Олег, схоронившись под развалинами какой-то стены, дождался-таки того самого «черного выпадения зрения» и уже совсем собрался уколоться – уже иглу в сонную артерию упер – к нему вдруг вернулось нормальное восприятие времени. Само собой. Без всяких обмороков и каких-либо неприятных последствий. Ну, кроме адской усталости, разве что. Это было настолько странно, что Олег сперва едва не позвонил Энгару, чтобы проконсультироваться. Но вовремя одумался, сообразив, что Энгарто, может быть, что-то и знает, но Олегу сейчас от этого никакого проку. Кроме потери времени. В конце концов, препарат мог так сработать сам собой – окончание его действия всегда происходило очень неопределенным образом. И феномен этот мало изучен… Почему бы и не так вот? И мало ли что Энгар говорил про выпадение зрения? Нигде не сказано, что оно должно абсолютно каждый раз заканчиваться обмороком…

Синергином, впрочем, он все равно укололся. На всякий случай. Да и самочувствие поднять надо было обязательно. Результат был самый положительный. Так что даже сейчас, возвращаясь на площадь, Олег пребывал в великолепном состоянии духа и даже мурлыкал под нос разухабистую студенческую песню, исполняемую во всех кабаках Шертора – где Олег ее и выучил:

Песня была дурацкая. Подходящая как раз только для того, чтобы горланить ее хором за столом, отбивая кружками ритм. Но отвязаться от нее у Олега никак не получалось, и он так и вышел на площадь, с вертящимся в голове куплетом про персонаж пангийского фольклора.

На площади же с того момента, как Олег глянул на нее мельком с балкона гостиницы, ситуация заметно переменилась. Во-первых, толпа зрителей уже не стояла, а лежала. Равий поработал обстоятельно. Груды тел производили впечатление не то мамаева побоища, не то неизвестно для чего устроенной свалки манекенов. Во-вторых, всюду сновали крысюки. То есть не то чтоб их было действительно много, но были они везде и передвигались очень быстро, растаскивая бесчувственных горожан, обыскивая и некоторых куда-то уволакивая. Надо полагать, все же для изоляции, а не для чего-нибудь еще… (Олег очень надеялся на предусмотрительность Кан Шора в этом вопросе; во всяком случае, он еще с посыльным передал просьбу не устраивать бойню).

На Олега крысюки не реагировали. Косились, но не останавливали. Да оно и понятно: в такой экипировке здесь было всего несколько человек, и все присутствовали как раз на площади, собравшись вокруг чего-то лежащего и увлеченно его рассматривая. Там же маячили какие-то рэты в своих балахонах. Но не как конвой, а, скорее, как равноправные зрители. Олегу даже показалось, что он узнал Кан Шора, но точно определить это было нельзя…

Внезапно на Олега откуда-то налетел Егор. На радостях мальчишка вцепился Олегу в рукав и начал его трясти, едва не подпрыгивая от избытка чувств. Глаза у него горели, волосы были встрепаны, а из-за спины торчала рукоятка лорингской спады – где он только успел раздобыть меч…

– Вот здорово! – объявил Егор, улыбаясь до ушей во все тридцать два зуба. – Вы вдвоем! Такую кучу! Разом! Хлопнули – и готово! У нас в такое никто поверить не мог! Пока не увидели! И мага! Как маленького!

Олег хмыкнул. Но не стал просвещать пацана, чего стоила схватка с магом на самом деле. Вырастет – сам узнает. Если захочет. Да и не время сейчас для этого…

– Кстати, с магом-то что? – спросил Олег. – Сходили за ним? И вокруг чего это они там собрались?

– Да вокруг него же! – восторженно сообщил Егор. – Они кокон убрали, в который вы его засунули, теперь ждут, когда он очнется… А он… – Егор фыркнул от смеха: – А он – зеленый весь. Как краской выкрашенный… А Семен Михайлович говорит…

– Погоди, – прервал его Олег, ускоряя шаг. – Чего это они кокон-то убрать вздумали? Пойдем быстрее – спросим: не ума ли они тут лишились, часом?

Встреча вышла радостной, хотя и сдержанной. Один только старик Локтев обнял Олега, не стесняясь крысюков. Остальные обошлись улыбками. Правда, у Олеговых орлов вид был несколько смущенный: понимали, что попадание в плен командир им так просто не спустит. Олег это тоже понимал, но отложил разборки на потом, ограничившись кивком. Зато Равия от души хлопнул по плечу, отчего сержант расцвел, как майская роза. И тут же принялся с ненужной тщательностью проверять амуницию – стараясь скрыть эмоции. Хотя ему-то как раз стесняться было совершенно нечего…

Ермаков же и тут повел себя оригинально: внимательно посмотрел на Олега и озабоченно заметил:

– Что-то ты странно выглядишь…

Поэтому Олег не стал изощряться до серьезного ответа:

– Попей с мое, – сказал он. – Еще и не так проплющит… Вы чего с магом-то творите? – решил он не затягивать приветственных речей. – У вас что, гранаты лишние? Энгара дождаться не могли? Или жить надоело?

– Да ну что ты, Олежек! – возразил Локтев, необычно бодрый в связи с освобождением. – Этот маг нам не страшен! Мы вообще его сейчас еще синергинчиком кольнем – и у нас два мага будут вместо одного! Ты очень хорошо сделал, что его живьем захватил…

– Это вы о чем, Семен Михайлович? – подозрительно посмотрел на тауметриста Олег.

– Да мы его с Витей знаем! – ответил Локтев. – Он когда-то, еще подмастерьем, у нас в Лабораториуме стажировался. От фарингской торговой гильдии. Смышленый был парнишка… Мы все думали, он сгинул тогда в катаклизме. А он – вот! Живехонек! Да еще магом стал!..

– А… – только и сказал на это Олег и посмотрел на Ермакова. Руководитель экспедиции кивнул.

– Все нормально. Его зовут Нобель Маурито. Он действительно стажировался в Городе перед тем, как все произошло. Несколько лет. Я его хорошо знаю. У него нет никаких причин на нас нападать. Так что ты его не бойся… Ты вон того бойся – Варунга, – Виктор Петрович кивнул в сторону алтаря.

– Кого?

– Варунг Глауморг, – Ермаков вздохнул и еще раз посмотрел на алтарь. Точнее, на торчащее посреди сложенной поленницы кресло с прикованным к нему Королем-Жрецом. Тот, судя по всему, пребывал в полном сознании, но крепкие скобы и кляп во рту давали ему возможность только крутить головой. Что он, хотя и несколько вяло, время от времени и проделывал.

– А чего его не сняли оттуда? – поинтересовался Олег.

– А вот этого лучше не делать! – сразу построжел Виктор Петрович. – Машинка взведена – черт его знает, какова у нее зона переноса на самом деле? Пусть пока посидит, ничего ему не станется. Попозже время будет – разберемся…

– Ничего не понял, – сказал Олег. – Какая машинка? Какой Варунг? Или это не Король-Жрец?

– Да он это, он… – Ермаков снова вздохнул. – Бывший техник-лаборант с отделения психотроники. Была там лаборатория, занимавшаяся изучением феномена пангийской души…

Относительно того, что у пангийцев, в противоположность землянам, душа-таки наличествовала, Олег был в курсе. Но что этот вопрос еще и исследовали…

– Ну и чего? – спросил он.

– Да у них там имелась установка для ментоскопирования. А он ее с гипнорекордером соединил, когда город захватили…

– И что?

– Ну, и переписал в кого-то копию своей личности. Причем, похоже, в кого-то из армии Корга.

– Зачем??

Ермаков пожал плечом.

– Тут он чего-то темнит… Я так и не добился от него, для чего он все это затеял поначалу. Но в результате он захватил власть в Городе после катастрофы. Метил-то в самого Варвара, да после катаклизма, завершившегося Куполом, деваться оказалось некуда, пришлось объявить себя всего лишь Жрецом Святого Корга. Короля он приплюсовал потом…

– Виктор Петрович… – прервал Ермакова Олег. – Погодите. Перенос информационной копии на кого-то другого… Нам же говорили… Это же всего лишь эмуляция этой личности на психике другого человека… Пусть даже с перезаписью всего объема памяти. Но это ведь… Через какое-то время связи в эмуляте ослабнут – и все! Привет, Макар, – ноги озябли!

– А ты думаешь, чего он тела регулярно менял? – посмотрел на Олега Ермаков. – И носителей предыдущих уничтожал?

– Так предыдущий-то – это ж оригинал! Он что, не знал, что с ним после перезаписи будет?!

– А вот он думает, что переносится в единственном экземпляре… А в носителе остается личность прежнего хозяина. Вот ее он и уничтожает, поскольку ей известны якобы его государственные секреты… Для того и рот затыкает.

– Это как это? – ошарашено спросил Олег. Ермаков стал совсем мрачным.

– Да с ума он сошел! Неужели непонятно? Причем давно уже – может быть, с самого первого раза… А остальные переписывания только добавили путаницы. Плюс какие-то черты от тех, чьи тела он захватил… Мне вообще удивительно, что он до сих пор помнит, кто он такой был изначально. Хотя Королем-Жрецом Корга Спасителя твердо считает себя уже на самом деле. Вот такая вот хрень в расписных штанах тут на нашу голову…

– А вам откуда это известно, шеф? – спросил Олег. Хотя тут же сам догадался. Но затыкаться было уже поздно.

– Да мы с ним практически все это время проговорили, – подтвердил Ермаков без ярко выраженного восторга. – Он меня узнал. Ну, и… Агитировал пожертвовать свое тело на алтарь, так сказать, здешней веры… Сам понимаешь, меня почему-то такая идея не прельщала. Вот и пришлось изворачиваться, беседу вести… Я ж все-таки дипломатом одно время был. Правда, в конце концов, ему все равно надоело со мной дискутировать. Но тут и вы подоспели… Чего ты, кстати, так долго сюда добирался? – внезапно без перехода спросил он.

– Я долго?! – возмутился Олег. – Вы скажите спасибо, что я сюда вообще попал! Емай вас понес в Город…

– Ну-ну! – строго нахмурился Виктор Петрович. – У нас не было выбора!

Олег помолчал.

– С Ирмой-то хоть что? – спросил он примирительно.

– Да нормально. Жива. Людей из Джунгахоры, конечно, жалко… – признался Ермаков. – Влетели на минное поле, как дураки… Как теперь с дар Зорном объясняться?

– Да с ним-то как-нибудь разберемся, – отмахнулся Олег. – Вот чего нам со всем этим делать? – он жестом обвел площадь.

Начальник экспедиции проследил путь его движения взглядом.

– Да ничего, наверное… – сказал он задумчиво. – Ты ведь помощь вызвал, как мне Энгар сказал?

– Да… Но наготове только группа О’Хары. Остальные прибудут не раньше чем через неделю…

– Ну, вот, как последствия заклинания уляжутся, – Виктор Петрович кивнул на Купол, по которому еще пробегали редкие цветовые волны, – и О’Хара появится – так и начнем соображать. А пока…

– О! – встрял в их разговор старик Локтев. – Очнулся!

Обернувшись, Олег обнаружил, что, пока они с Ермаковым обсуждали высоковажные командирские вопросы, остальные деликатно отошли и сгрудились опять вокруг лежащего на земле мага. И в самом деле, цветом сильно напоминающего какого-нибудь орка из земной компьютерной игры, если бы они существовали на Панге. Этот цвет был результатом побочного эффекта действия гранаты, в данной ипостаси выступавшей в качестве антимагического блокиратора.

Вообще, конечно, эту роль в пангийском магическом инструментарии выполняли тумнарки – специализированные талисманы, – а также особые магические заклинания, составляемые как раз на такой вот случай. Но спецназу Города ни то, ни другое не подходило. По многим причинам. Главная из которых была – избирательность применения. Тумнарки могли использовать только пришельцы, а заклинания – вообще только некоторые маги. А какое-то антимагическое вооружение было необходимо. Потому в итоге кое-каких экспериментов в гранату и была введена дополнительная функция. Ничего магического или талисманного она в себе не содержала, но работала исключительно надежно. Во всяком случае, за все время применения этого оружия ни одного сбоя не произошло. Но удивляться тут было нечему: просто к решению задачи оружейники Города подошли со стороны науки, а не магии.

При срабатывании устройства происходило создание из заключенного в гранате материала небольшой наноконструкции в виде охватывающего мага кокона. Суть конструкции составляли особые наноэффекторы соответствующего размера, расположенные на множестве нитей. Имея столь малые размеры, эффекторы эти – наподобие жалящих жгутиков крапивы и прочих подобных элементов – внедрялись в тело мага и начинали углубляться в него, одновременно вибрируя на частоте, провоцирующей в клетках тела определенный резонанс. В результате которого, благодаря наводкам на периферийные узлы нервной системы, организм любого живого существа полностью дезориентировался в ощущениях, и его сознание оказывалось напрочь изолированным от всего внешнего мира, включая в этот «внешний мир» и сам организм – как материальный объект.

Решение оказалось весьма изящное. Ввиду того, что пангийские маги – как правильно заметил несколько ранее Энгар – по психологическому уровню своему пребывали в состоянии шаманов, имеющих совершенно извращенное представление об устройстве мироздания. У них в голове никак не укладывалось, каким образом обыкновенная вещь, не являющаяся ни магическим амулетом, ни талисманом, может противостоять магии. Ни на испытаниях, ни в боевых условиях ни один маг просто не мог понять, что с ним происходит. А поскольку ликвидировать кокон можно было только с помощью все того же нейтрализатора, что и «проволочное заграждение» – и вообще все прочие подобные порождения «гранаты» – то в качестве оружия ближнего боя девайс получился исключительный. Вся беда была в том, что применить его можно было буквально – и только – в упор. Или против беспамятного чародея. В крайнем случае, внезапно или в виде минной растяжки, но там риск неудачи был слишком велик. А никакой маг в здравом уме просто не подпустил бы к себе близко никакого нападающего.

Ну, и – в качестве бесплатного дополнения – реакция нейтрализатора с веществом кокона давала вот такой вот «радикально зеленый цвет», что ему позавидовали бы и создатели знаменитого патентованного средства «Титаник» с Малой Арнаутской… Причем убрать эту «досадную мелочь» разработчикам никак не удалось. Или, может быть, они просто не хотели. Во всяком случае, человек или маг, попавший под «магопарализующее» воздействие, потом еще долгое время ходил, словно окунувшийся в зеленку…

Разговор, произошедший затем у Олега на глазах, больше подходил бы тоже Одессе, чем Панге. Семен Михайлович, присев на корточки и нагнувшись к зеленому лицу слабо моргающего мага, старческим голосом доброго дедушки произнес:

– Здравствуй, Нобличек! Как ты себя чувствуешь? Маг сфокусировал на говорящем взгляд.

– Дядя Сема Локтев?! – сипло и с трудом, но вполне разборчиво выдохнул он. – Что ты делаешь в Стране Мертвых?!

– А я пришел спросить у тебя, нехороший ты человек, – продолжая издеваться, продребезжал Семен Михайлович. – Когда ты, наконец, вернешь те ласты с +25 резистанса, что взял у меня взаймы в восьмидесятом году, когда я уезжал в командировку в Цитадель? А?

У мага глаза полезли из орбит, как у персонажей фильма «Вспомнить все» во время разгерметизации. Он даже приподнялся, хотя после выстрела из станнера и пребывания в «коконе» тело слушалось его, мягко выражаясь, неважно. Но почти сразу же, разглядев стоящих рядом Ермакова и Олега с его бойцами, он резко успокоился и с заметным облегчением опустился обратно.

– Это на самом деле вы! – пораженно произнес он. – Вы живы!

– Живы, Ноблик! – кивнул Локтев. – Чего и тебе желаем! Скажи, Ноблик, ты ведь не будешь с нами воевать? Ты меня знаешь: я тебя всегда любил, но если ты в нас фаерболами пуляться начнешь – у нас выбора просто не будет, как только дострелить тебя и добить все, что останется – как положено. Так что, может, лучше на тебя просто еще одну гранату потратить?.. Потому говори сразу: ты здесь сам по себе или действуешь от гильдии под заклятием? Или еще от кого? И что тебе так понадобилось в Спецхране, что ты даже сумел пробраться под Купол! И сверлишь его горнопроходческим заклинанием еще нордагских времен! И вообще – каким это манером ты попал в маги? Да еще в гроссмейстеры? Почему-то в нашем списке таких фигур ты вообще не значишься…

– Не буду я с вами воевать, – устало, но решительно ответил Нобель Маурито. – Раз вы уцелели – хоть сколько-то вас – с вами лучше дружить, а не наоборот. Хотя бы для того, чтобы попасть в хранилище… А насчет всех остальных вопросов… Я не маг и я не под заклятием. Я сам по себе…

– Не лги мне, Нобличек! – воздев палец, патетически воззвал Локтев. С видом записного проповедника Закона Божия. – Не лги! Как же ты не маг?

– Я не маг! Клянусь Отцом моей Силы и Корнями ее! – ответил Маурито. – Я обучался приемам Искусства у колдунов в людских поселениях Великого Леса – но я не маг! Я не проходил обрядов посвящения и правильного курса обучения. И не состою ни в одной гильдии или ордене.

Сказав это, Нобель Маурито неожиданно замолчал и закрыл глаза. Олег сперва подумал было, что он потерял сознание, но, судя по дрожанию век это было не так.

– Что же ты замолчал, Ноблик? – снова ласковым голосом поинтересовался Локтев. – В чем дело?

На лице мага отразилась какая-то борьба. Которая привела только к тому, что он открыл глаза и посмотрел на Локтева с явным выражением душевной муки.

– Что такое, Ноблик? – повторил Локтев.

– Я… – начал Маурито и снова умолк.

– Нелицензированный колдун-самоучка не в ладах с законом, – внезапно подал голос Ермаков, все это время молчавший. – Наемный убийца? Вор?

– Ни то, ни другое, – качнул головой Маурито. – Хотя почти… Я грабитель гробниц. Это как раз то дело, где вполне годится моя подготовка…

– А-а!.. – протянул Ермаков. – Индиана Джонс!.. Так вот откуда это древнее землеройное заклинание!

– Да, – на этот раз Нобель кивнул. – Я нашел свиток в одном склепе в Ампере… Там написано, что оно позволяет пробивать ходы даже в тайгле. И я решил попробовать…

– Вскрыть спецхран?

– Да. Ведь это сокровищница, не имеющая, наверное, равных себе в наши времена!

– Да уж… – хмыкнул Ермаков. – Крайне интересная информация. И что же у тебя пошло не так? Ты ведь уже пять лет долбишь бункер… И, кстати, как ты умудрился под Купол-то пробраться?

– Извините… – неожиданно попросил Маурито. – Виктор Петрович… Семен Михайлович! Я же не знал… Я думал – все погибли! Ведь за столько лет никаких известий… Никто не появился. Я думал, хранилище теперь ничье…. Не этому же… Не Королю же Жрецу оно принадлежит! Ну, простите меня, пожалуйста!

– Ладно-ладно, проехали и забыли! С кем не бывает! – остановил его Локтев. – Ты лучше все же ответь на вопросы… Как под Купол проник?

– Да это просто. Я ведь по караванному транспорту стажировался – вы же помните? Ну, и – так получилось – мне тогда пришлось почитать материалы по исследованию Зверей Прямого Пути…

– Ну, пострел! – восхитился старик Локтев. – Прямо так их стажеру и дали изучать? Что-то мне подсказывает, что в тебе уже тогда была склонность лазить куда не надо… Впрочем, ладно. Суть-то в чем?

Маурито, смущенно помолчав, продолжил:

– Так там же описана была природа Сероты. И как работает способность пряпов – тоже. Имея достаточно силы, можно построить заклинание, позволяющее ходить в Сероту любому живому существу…

– Построить-то это позволяет! Да только не ходить, а – уходить. Туда. Без выхода обратно. Да и не приспособлен человек для такого.

Не приспособлен, – Маурито согласно кивнул. – Я это теперь точно знаю. Только Зверь Прямого Пути, рожденный в Сероте, может в Сероте жить… Я там чуть с ума не сошел. И даже когда вышел сюда – долго сомневался – не брежу ли. Если б я не читал исследование Лабораториума – вообще бы не прошел: никто из магов не представляет природу того места и не сможет составить заклинание. А если составит, не сможет управлять собой там… А если сможет – не найдет дорогу и не выберется в нормальный мир…

– Ладно-ладно, будем считать, что ты нас пока убедил, – остановил речь коллеги Лары Крофт Ермаков. – С хранилищем-то у тебя что?

– Не знаю, – кратко ответил Нобель Маурито.

– Ну, а подробнее?

– Не знаю, – повторил маг (или колдун?). – Я использовал в десять раз больше Силы, чем это требовалось по формуле. Практически все свои запасы. Но углубился в свод бункера только на метр. Всего лишь…

– И ты думал, так просто справиться с конструкцией, изготовленной Великим талисманом?

– Мне попадались несколько раз помещения, запечатанные мощными талисманами. Два раза – склепы и один раз – пещера с демонами. В обоих случаях я их вскрыл… С демонами, правда, пришлось трудно…

– Где это ты такие раритеты откопал? – с загоревшимся профессиональным интересом спросил Ермаков. Но тут же сам себя остановил: – Стоп, проехали – это сейчас не важно…

– В Ампере и в Нордаге, – вздохнул Маурито и продолжил: – У меня были все основания считать, что хранилище, сделанное пусть и Великим, но талисманом, не будет принципиально отличаться. Но я, видимо, ошибся…

– Да уж поверь – еще как! – сказал Семен Михайлович. – Горе ты кладоискатель! Темпостатированный стальной сейф с метровыми стенами, десять метров полимеризованного базальта, тоже темпостатированного, тайгловая плакировка да плюс перекрестные заклинания в семь слоев последовательно на каждом материале… Да плюс защитное поле еще. Работающее от собственной геотермальной электростанции… Его атомной бомбой не вскроешь! А ты – какой-то буровой магией…

Маурито ничего не ответил. То ли согласен был, то ли нет – не поймешь. Но, собственно, по факту резултьтат был ясен.

– Ладно, – сжалился над старым знакомым Локтев. – В общем, будем считать, разобрались. Ты лучше вот что скажи… Колоть тебя синергином или предпочтешь так отлежаться? Но в этом случае ты раньше завтрашнего утра не оправишься…

– Не завтрашнего утра. А суток через двое-трое, – возразил Нобель. – Меня ж ваш громила… – он пробежал взглядом по Олегу и его команде, – чуть к праотцам не отправил. А у меня и так Силы почти не осталось. Но колоть меня не надо. Я, во-первых, привык, а во-вторых, мне Силу все равно собирать нужно после распада заклинания – а для этого лучше в естественном состоянии быть. Синергии, как я помню, бодрит, мне это не подходит. Ничего – полежу, восстановлюсь…

– Ну, ладно, как скажешь, – согласился Локтев. – Тебя сейчас в ратушу отнесут, положат там, а завтра поговорим…

– Хорошо, – кивнул маг.

Локтев посмотрел на Кан Шора – тот действительно был здесь, Олег не ошибся. А выдержке старого крыса, не проронившего ни слова на протяжении разговора с Нобелем Маурито, можно было вообще позавидовать… Вождь рэтов, кивнув Локтеву в ответ, сделал жест рукой… Лапой, в смысле… Или рукой все-таки? Одним словом, в свите возникло шевеление, прозвучали какие-то приказы, несколько рэтов помоложе сбегали за целым отделением… А уж эта команда и организовала транспортировку незадачливого «черного археолога» в сторону бывшей ратуши.

Олег восхитился степенью взаимопонимания, сложившейся между Локтевым и Кан Шором за такое короткое время. Ведь и часа не прошло, как они познакомились! А вот поди ж ты… Возрастная солидарность, может быть? Но пора было и ему перекинуться парой слов с предводителем Серых рэтов. По делу.

– Кан Шор, – позвал Олег. – Вы какие меры приняли для взятия Города под контроль? А то центральный пульт я ликвидировал, но фугасы-то пока остались…

Олег разнес в центре управления все по винтику – ремонту аппартура, что называется, не подлежала. Правда, на это ушло времени в несколько раз больше, чем захват самого центра, почему и вернулся он к площади только сейчас… Но тут уж было лучше перестраховаться.

– У вас это весь отряд здесь?

Крысюк посмотрел внимательно на Олега. Потом медленно кивнул.

– Пока наши только на площади, – подтвердил он. – На Город надо много воинов. А выход наружу очень узкий. Но это не страшно – почти все население было собрано тут. А сейчас снизу должны поднять Яна, и он займется разминированием нормального прохода. Тогда мы отправим отряды по всем ключевым точкам…

– Ага… – сказал Олег.

– Мы уже говорили с уважаемым Каном Шором, – заговорил Ермаков. – И с вождями, – он коротко кивнул в сторону свиты, давая Олегу возможность сообразить, что весь совет подземных кланов прибыл сюда по его, Олега, вызову. Все семь подземных королей, блин… – Я подтвердил обещания, которые ты дал, и считаю их правильными. В том числе и решение вернуть принцессе Та-Эли ее диадему. Как только… Ага, а вот, кажется, и она сама. Очень интересно…

Все, включая Олега, обернулись.

От «Ангеррана» к ним шла действительно любопытная компания.

В центре – в окружении крысюков, надо полагать, охраны – на костылях шустро ковылял Ян. Бросая по сторонам откровенно жадные взгляды. Чувства его можно было понять: вряд ли он когда – кроме как в сильно пьяном состоянии – представлял всерьез захват Города. Судя же по затрапезному виду и памятуя о том, как они с Олегом провели ночь, можно было предположить, что главный технический специалист подземелья для поправки бодуна уже принял соответствующую дозу своего коллекционного коньяка. Что только еще больше разожгло в нем азарт захватчика, дорвавшегося до нежданных, но вожделенных трофеев…

По правую руку от Яна, подпрыгивая от нетерпения, вертелся Егор. Олег и не заметил, когда и куда мальчишка пропал после того, как проводил его по площади. Оказывается – делом занимался. По этому случаю Олег даже простил ему дурацкий меч.

А по левую руку от Яна шла Та-Эли…

Принцесса Та-Эли. Повелительница Диадемы. На ней была все та же повседневная одежда подземников: шорты и рубашка до пупа, насквозь легкомысленные и неуместные здесь, но держалась она так, что сразу ясно было: она самая настоящая Принцесса и Повелительница. Даже несмотря на то, что Олег уже услышал от нее про особенности подготовки операторов талисманов. Она просто светилась вся. И, казалось, не шагала, а летела над выщербленными плитами мостовой. В обрамлении развевающейся гривы каштановых волос. Белозубо улыбающаяся.

И смотрела она – только на Олега.

Олег услышал, как кто-то из его ребят присвистнул в восхищении – скорее всего, Отеро, Зег Такан был повыдержаннее – как крякнул старик Локтев, и поймал себя на том, что и у него губы растягиваются до ушей, совершенно самостоятельно улыбаясь в ответ на улыбку Та-Эли.

«Черт, – успел подумать Олег, – что это я…»

Но тут принцесса, никуда не сворачивая, подошла прямо к нему и поцеловала, обняв обеими руками за шею и привстав на носках.

Рэм на этот раз сдержался: все же командира он побаивался. А старик Локтев, наоборот, крякнул еще громче и с явным одобрением: этому-то все было нипочем, мог выражать свое отношение, как хотел… Впрочем, Олег ни на кого не собирался обижаться.

– Здравствуй… – сказала Та-Эли. – Ты ушел, не разбудив меня… И в этой фразе было очень много всего. Что просто нельзя описать словами. «Черт», – подумал еще раз Олег. Но уже весело.

– Здравствуй, – сказал он. – Я не хотел тебя беспокоить…

У принцессы были очень чистой краски карие глаза, и в их сиянии можно было утонуть…

К реальности Олега вернул голос Ермакова.

– Капитан Ростовцев… Олег Яковлевич, – на памяти Олега, начальник экспедиции впервые обратился к нему по имени-отчеству – Мне неловко вмешиваться, но представьте нас, если можно, пожалуйста…

– Да, конечно…

Олег назвал друг другу всех присутствующих.

По мере представления, сознание его пришло к более-менее нормальному бою настолько, что стало воспринимать происходящее в окружающей реальности. И Олегу категорически не понравилось, с каким выражением смотрели на принцессу Локтев с Виктором Петровичем. Не успел Олег по этому поводу ничего и подумать, как тауметрист с прямотой завзятого старика – каким, в общем-то, и являлся по жизни с момента перенесения на Пангу – взял быка за рога.

– А нельзя ли мне будет, голубушка, – изъяснился он. – Осмотреть вас? Мой комплект приборов сейчас в Джунгахоре, но как только мы туда доберемся… Мне представляется исключительно интересным обследовать настоящего оператора Могучего Талисмана. Это не причинит вам никаких неудобств, поверьте…

«О, господи, разгрызи его Емай!» – подумал Олег. Но, к счатью, тут же вспомнил, о чем сам говорил ночью и успел среагировать:

– Вот видишь? – сказал он принцессе. – Я тебя предупреждал, что начнется, как только до тебя доберется наша наука? Самая передовая, блин, под этим небом… Теперь тебе придется только то и делать, что отбиваться от всяких исследователей!.. Ну, Семен Михайлович! Что, потерпеть нельзя было, что ли?!

Локтев изобразил смущение.

– Ну так… – произнес он. – Я ж чего подумал… Зачем откладывать-то? Барышне и самой должно быть интересно, как прошел для нее такой длительный стасис…

Выдав это бестолковое до чугунности оправдание, он сам, видимо, все-таки, сообразил, что несет что-то не совсем то, и с кряхтением умолк. Однако разочарованным при этом не выглядел. Олег посмотрел на Ермакова, ожидая и от него чего-то подобного. Но начальник экспедиции сохранил молчание. Правда, при этом как-то задумчиво скосив глаза вбок.

Положение спасла принцесса Та-Эли.

– Я с удовольствием подвергнусь обследованию, – сказала она. И даже улыбнулась Локтеву. – Я прекрасно понимаю ваш интерес, господа: наши Видящие вели бы себя в точности так же. Как только я смогу получить свой талисман, мы назначим время для обследования. Как быстро можно это сделать?

– Да, пожалуй, прямо сейчас, – ответил Ермаков, отойдя от странной задумчивости. Только теперь, задним числом, Олег сообразил, что начальник, видимо, был в контакте со своим талисманом все это время. – Зачем тянуть? Идемте в спецхран…

Контингент, направившийся в хранилище, маленьким назвать было нельзя. Во-первых, все члены экспедиции. Шесть человек. Во-вторых – отказать не было никакой возможности, естественно – Кан Шор. А с ним – все семь вождей кланов. Причем каждый с охраной – вообще толпа. Ну, и принцесса Та-Эли, конечно. Как главное, можно сказать, заинтересованное лицо.

А вот Яну с Гошкой не повезло – их не взяли. Хотя и тот, и другой горели желанием в одинаковой мере. Что старый, что малый… Но Кан Шор лично указал обоим, что главная задача сейчас – взять под контроль городскую технику. И без них не обойтись. Пришлось бедолагам смириться.

Олег пробовал, было, возразить против участия в этой экскурсии и себя с ребятами, но тут не согласился Ермаков.

– Мы не знаем, что там, – сказал он резонно. – Или даже кто там. Кое-какие артефакты, знаешь ли, были весьма неожиданные… Мордийского червя или дракона не обещаю – слава богу! – но какой-нибудь гиппогриф или голем времен Агиноров – вполне. Так что нам обязательно нужен будет кто-то, кто нас в случае чего прикроет. И запечатает выход, если что… Да и завал на входе…

Олег вынужден был согласиться: надежней его команндос в округе сейчас ничего не было. Не крысюкам же с их ятаганами было обеспечивать охрану…

Для них нашлось более подходящее дело. Как раз тот самый завал на входе. Новые обитатели Города не стремились сохранить доступ к хранилищу свободным. И спускавшийся под землю тоннель оказался изрядно забит всяким мусором. Потребовалось даже вызывать специальную команду рэтов – не меньше роты – чтобы все разгрести. Ермаков явно преувеличил саперные способности Олега и его солдат… Пришлось ждать час, пока путь будет хоть сколько-то проходимым. Только после этого можно стало протиснуться по когда-то широкой лестнице на несколько метров вниз и пройти по тоннелю под цоколем к массивной иридиевой двери, даже сейчас не потерявшей своего внушительного вида.

Олег думал, что нужен будет его талисман-ключ. Но Ермаков просто открыл ноутбук и, повозившись с ним возле двери некоторое время, щелкнул энтером.

Створка дрогнула и неспешно, с гудением поехала внутрь…

– Прошу! – Виктор Петрович сделал широкий жест рукой.

Рэм, Такан, Равий и Олег скользнули в открывшийся проем первыми. Хотя здесь, в общем-то, опасаться было еще нечего: за дверью был всего лишь обширный вестибюль. Как и следовало ожидать – пустой… Хотя и не совсем. Весь пол помещения был усеян доспехами и оружием вперемешку с костями… Лежащими здесь уже давно. Скорее всего, со дня штурма. По количеству останков судя, тут полегло не меньше роты корговских воинов. Как уж они сюда попали… Но вот после закрытия двери выйти они отсюда не могли никаким образом – это факт. Вот тут и остались…

Старик Локтев крякнул. Ермаков же, оглядев незапланированное кладбище, изрек:

– Ага…

– Думаешь? – спросил Локтев.

– Так более чем… – все тем же тоном отозвался начальник экспедиции.

– О чем вы? – спросил Олег.

– Раз они все здесь, – объяснил Виктор Петрович. – Значит, вниз они спуститься не смогли… – он обвел взглядом стены вестибюля с многочисленными дверями лифтов. – А, значит, на нижнем уровне, скорее всего, включено защитное поле… Видимо, кто-то из сотрудников спецхрана успел… – он не стал договаривать. И так было понятно.

– Ну, а нам-то теперь что? – задал следующий вопрос Олег.

– А нам – вон туда, – Ермаков не затруднился с ответом, указав на отдельную дверь в углу. – Там лестничный колодец. Спустимся пешком – здесь не глубоко…

– А поле?

– Ну, так мы же не варвары. Пульты управления на такой случай предусмотрены на всех входах… Идемте!

Спускаться действительно оказалось неглубоко. Примерно этажей на пять обычной земной пятиэтажки. И здесь тоже на лестничных маршах валялись многочисленные останки, через которые приходилось перешагивать. Хватало их и на дне шахты. В том числе, и возле простой железной двери, ведущей в нижний – главный – вестибюль. Вот только в отличие от верхней входной, эта дверь была открыта. Что заставило Локтева крякнуть еще раз, а Ермакова нахмуриться.

Но защитное поле – работало. В этом не было никаких сомнений. Стоило только увидеть радужную пленку, переливающуюся сразу за дверными косяками. Особенно она почему-то произвела впечатление на рэтов. Они начали оживленно пересвистываться, стараясь из-за спин людей лучше рассмотреть явление. Но вперед не лезли. Эта честь снова выпала Олегу с бойцами. Они выстроились у проема с оружием наизготовку, и Олег кивнул Виктору Петровичу.

Тот поколдовал со своим талисманом. Пульт внешнего управления здесь имелся, конечно. Правда, правильнее было бы сказать, что он когда-то здесь имелся… Попавшие в ловушку люди в поисках выхода распотрошили его в клочья. Но для ноута Ермакова в этом не было проблемы. Талисманный комп мог имитировать при необходимости не слишком сложные исполнительные устройства. Главное – чтоб имелись провода, по которым уходил сигнал. А здесь они имелись.

Где-то через пару минут мерцающая пленка в дверном проеме стала тускнеть и словно становиться прозрачной. Никаких впечатляющих хлопков, брызг, как от мыльного пузыря… Ни даже хрустального звона. Просто исчезла – как туман…

– Черт… – сказал Семен Михайлович.

И было от чего. Пол нижнего вестибюля тоже покрывали доспехи с костями. И костяки без доспехов…

– Ничего не понимаю…

– Да, странно, – согласился Ермаков. – Но, кажется, объяснимо.

– И как?

– А вот пойдемте…

Все, подчинившись, тронулись за руководителем экспедиции.

В дальнем конце зала, вдоль стены, располагалось что-то вроде стойки бара или гостиничного портье… Судя по всему, место дежурного с пультом контроля и управления входом. Туда и повел всех Виктор Петрович.

– Ну, и что? – поинтересовался Локтев, когда они оказались вблизи. Ермаков, не отвечая, прошел за стойку-пульт и остановился перед глубокой нишей в стене. Когда-то ниша была прикрыта сдвижной панелью. Сейчас панель отсутствовала…

– Ну, вот… – произнес Ермаков, отодвинувшись в сторону, чтобы освободить обзор.

– И верно… – согласился Семен Михайлович.

– О чем они? – тихо спросила у Олега все это время молчавшая принцесса.

Олегу, в общем, тоже надоели эти недомолвки, и он спросил:

– О чем речь?

– Да, вон… – кивнул Ермаков внутрь ниши. – Все просто, как два… байта.

Олег перегнулся через стойку и тоже посмотрел мимо Локтева.

Всю заднюю стенку ниши занимал щит с рубильниками, кнопками и сигнальными лампочками. Электрохозяйство Спецхрана. Часть лампочек даже светилась. Что было совсем не удивительно, учитывая собственную электростанцию. На геотермальном приниципе в здешних условиях она могла работать вообще до бесконечности…

Понятно было и то, что управление силовым полем, в том числе, должно было осуществляться отсюда. Олег, конечно, не знал, каким именно размыкателем. Но на одном из рубильников, не оставляя сомнений в том, что здесь произошло, висела, вцепившись в рукоятку когтистыми пальцами, мумифицированная рука. Причем рука явно не человеческая.

– Действительно, понятно… – согласился Олег. – Правда, это понятно только, как включили поле. А вот почему его не выключили?

– Так и это понятно… – невесело хмыкнул Ермаков. А старик Локтев пояснил:

– Ну, видишь же, Олежек: рука-то отрубленная! Тут бой шел. Скорее всего, просто некому было уже выключать…

– Тоже верно… – вынужден был признать Олег.

– Ну, ладно, – подвел Ермаков итог негласному обсуждению. – Идемте вскрывать сейф… Кстати, Ваше Высочество… – обратился он к принцессе. – А вам обязательно нужно попадать внутрь? Мне бы, честно говоря, не хотелось заходить в помещение хранилища: черт его знает, что там сталось за это время… Вдруг какая дрянь окажется в активном состоянии… Вряд ли, конечно, сильно опасное, но… Вы не можете просто позвать талисман отсюда? Сколько я в курсе, мы сейчас в радиусе полного дистанционного управления для атрибутов второго класса…

Та-Эли замялась.

Внешне она выглядела спокойно, но Олег каким-то внутренним чутьем ясно почувствовал, что девушка напряжена почти до дрожи. И сдерживается только невероятным усилием воли.

Помолчав немного, Та-Эли, явно на что-то решившись, заговорила.

– Да… Повелитель может приказать талисману явиться к нему. Но… Я – не повелитель, я – оператор. И я не хочу – да и не могу – нарушить то, чему меня учили. Это может… нехорошо кончиться. Для всех… Вы ведь понимаете?

– Да, конечно! – кивнул Ермаков. – Если нет возможности, мы сейчас войдем внутрь, не беспокойтесь!.. Просто, если есть вариант дождаться подкрепления, я бы предпочел подождать…

Та-Эли прикусила губу.

– Я… понимаю, – сказала она. – Но… Вы даже не представляете – какая для нас с ней пытка быть разъединенными, находясь так близко! Я слышу, как Диадема зовет меня. Она так долго была одна… Совсем одна…

– Интересно! – опять встрял со своим неуместным исследовательским азартом старик Локтев. – Мне как-то раньше не доводилось наблюдать лично процесс инициации! Но ведь, милая – вы ничего не путаете? Вы же на него уже настроены! А настроенный талисман должен сам стремиться к хозя… Я хочу сказать – к оператору. Разве не так?

– Да, это так… – подтвердила принцесса, с некоторым усилием. – Но я ведь уже объясняла… Операторы – не хозяева талисманов, а только управляющие! У нас совсем другая связь… Нам каждый раз, когда мы после стасиса входим в контакт, требуется инициироваться заново… Чтобы сформировать полную пару. Потому мне нужно его коснуться – иначе настройка не будет точной. А управление – вообще опасным…

– Да ладно, хватит вам! – не выдержал Олег, не в силах больше смотреть на Та-Эли в таком состоянии. – Сами же говорите, что ничего сверхординарного в хранилище быть не может! А станнеров и гранат вполне хватит на любую мелкую или среднюю пакость… У нас шесть стволов! Давайте открывать дверь – да и дело с концом!

Ермаков внимательно посмотрел на Олега.

– Чего? – спросил тот, в конце концов, удивленно. – Или мы тут будем до прибытия О’Хары стоять?

Какое-то время ему казалось, что начальник экспедиции прикажет выходить наружу. Но этого не произошло.

– Да нет, – Виктор Петрович покачал головой. – Ты прав. Идемте.

Странность в поведении начальника не могла остаться Олегом незамеченной. Но вот чем она была вызвана? Не знай Олег Ермакова уже достаточно хорошо, он решил бы, что шеф банально боится принцессы. Точнее, ее воссоединения с талисманом. Но подобная идея лежала слишком на поверхности, чтобы быть верной. Да Ермаков был просто не из того теста слеплен, чтобы чего-то бояться – с его-то биографией! Но что тогда?

К сожалению, выяснять этот вопрос сейчас было ну никак не место и не время. В данный момент перед ними стояли совсем другие задачи.

Олег с бойцами и старик Локтев заняли позиции у входа в хранилище, приготовившись втретить все, что бы оттуда ни поперло. Крысюков с принцессой загнали обратно на лестницу. На всякий случай. Хотя Олег ни на секунду не сомневался, что никакого такого «всякого» случая не будет: он слишком хорошо представлял, что могут сделать пять станнеров в упор…

Пять, потому что Ермаков был занят, и стрелять не мог.

Поскольку именно ему предстояло открывать ворота.

Ворота, надо сказать, впечатляли. Двустворчатые, чуть не во всю стену и под самый потолок холла, талисманного изготовления из темпостатированного иридия – они выглядели как новенькие. Без единой царапины. И даже, кажется, ни пылинки не пристало за эти годы к их матовой поверхности. Несокрушимая вещь.

И кодовый замок на них был такой же. Под стать. Точнее, не один замок, а несколько. Два ряда огромных – размером с тарелку – кнопок с цифрами. Два диска с буквами. И еще каких-то два пятна непонятного назначения на высоте человеческого роста. Олег, посмотрев на этот устрашающий набор, предложил было Ермакову воспользоваться талисманным ключом, но начальник экспедиции только покачал головой.

– Он здесь не годится, – и пояснил, видя, что Олег не понял: – Эти замки, к твоему сведению, проектировались так, чтобы их ничем таким не открыть.

– Это как? – спросил Олег ошарашено. Он о таком даже не слыхивал.

– Ну, подробно долго объяснять… А в двух словах если… Здесь не один замок, а несколько. И все они взаимно блокируют друг друга. И – что самое характерное, у них отсутствует отпирающий механизм – просто нечему срабатывать от твоего талисмана!

– Не понял, – вынужден был признаться Олег от такого объяснения. – А как же тогда?..

– Как их открывали-закрывали? – Ермаков усмехнулся. – Да задачка была решена просто. Частью замка является магическое или талисманное заклинание допуска, которое накладывается на каких-то конкретных людей. И система срабатывает только тогда, когда ее открывает именно такой человек и никакой другой. И только – если проделает все операции вручную. Если ты, например, с целью открыть эту дверь, ударишь ключом по мне – я ее открою, – Виктор Петрович усмехнулся еще раз: – Руками. И никак иначе.

– Ни хрена себе… – сказал Олег.

– А ты думал? Это же Спецхран. Так и было задумано. У меня есть талисманный допуск. У Семена Михайловича – магический. В принципе, мог бы и он открыть… Но в данной ситуации у меня реакция выше – успею шустрее отскочить, если что оттуда выскочит…

– Ага… – согласился Олег.

– Ну, тогда – по местам!

Ермаков неспешно подошел к броневым плитам. Остановился. Подумал о чем-то. Стал тщательно набирать последовательность цифр на огромных кнопках – Олег пожалел, что не спросил: зачем такие здоровые? – очень длинное что-то. Типа 141592653 – только еще длиннее. Олег просто не запомнил.

Затем Ермаков перешел к дискам. И не менее долго крутил сначала один, потом – второй. Потом снова вернулся к кнопкам. И опять что-то на них набирал. Да, надо было признать – инженеры Города и здесь не ударили в грязь лицом. Олег даже и представить не пытался, каким образом эту монструозную конструкцию можно было бы взломать. Разве что Великим талисманом. Наверное…

Но это было не все! Операцию с дисками Ермаков повторил тоже!

И только после этого подошел к непонятным пятнам.

К одному он приложил руку. А ко второму прижался лбом. И в этой позиции замер.

Все в полном молчании ждали, что произойдет дальше.

Прошло не меньше минуты. Никаких изменений не последовало.

Просто Виктор Петрович вдруг оторвался от плиты, сделал несколько шагов к центру ворот и, ухватившись за совсем неприметное по размерам отверстие, потянул створку на себя.

Олег мог бы поклясться, что створки дрогнули!

Но…

Ермаков, напрягшись, рванул еще раз. Потом еще. Какое-то время тянул ворота на себя, потом отпустил скрытую рукоять и отступил на шаг.

– Что за черт? – сказал он недоуменно.

И подергал ворота еще раз. Уже явно от растерянности.

– Что такое, Витя? – подал голос Локтев.

– Да не открывается!

– Не может быть! – удивился Семен Михайлович. – Ты же все правильно делал – я следил!

– Ну так вот! – Ермаков убедительно указал на ворота.

– Что за нескладуха? А контрольные отзывы сработали?

– Все!

– Вот же странно… Может, я попробую? Мало ли что…

– Ну попробуй!..

Ермаков, пожав плечами, занял место Локтева. А тот, в свою очередь, повторил все его манипуляции.

С тем же результатом.

После чего оба корифея, собравшись у двери, принялись о чем-то совещаться. Ермаков даже открыл свой ноутбук, но довольно скоро с досадой закрыл обратно. Олега сперва это удивило. Но затем он вспомнил, что хранилище оборудовано и противоталисманной защитой и противомагической… Во всяком случае, мощности талисмана Ермакова здесь было недостаточно. Поэтому его не застало врасплох обращение начальника:

– Давай сюда твой ключ!..

Олег только спросил, отдавая артефакт:

– А как же вы тогда говорили?..

– Да сейчас-то что? – ответил Виктор Петрович. – Замки все открыты. Что-то держит створки изнутри – вот его и попробуем талисманом… Я только не приложу ума, что и как это может быть… Приготовьтесь, на всякий случай…

Все опять изготовились стрелять. И опять ничего не вышло!

– Ну, так же просто не может быть! – в сердцах заявил Локтев. – Там же изнутри и держаться-то не за что!

Ермаков, ничего не говоря, снова раскрыл свой ноутбук. Только почему-то встав к хранилищу спиной. Вид у него при этом был такой озабоченный, что Олег невольно забеспокоился: у шефа явно были какие-то причины для испорченного настроения. И причины эти появились с приходом на площадь Та-Эли. И то, что Виктор Петрович не хотел об этом говорить, не нравилось Олегу больше всего…

Олег поднялся со своего места – где готовился стрелять с колена, если что – и подошел к воротам.

– Шеф… – начал он.

Но Ермаков, лишь мельком глянув в его сторону, тут же прервал его:

– Погоди пока… Начинать не с тебя надо. Ваше Высочество! – обратился он куда-то за спину Олегу. – Вы все еще не хотите позвать ваш талисман?

Олег обернулся.

Оказывается, и принцесса, и крысюки, то есть рэты, снова уже были в зале и также направлялись к дверям. Им явно надоело торчать на лестнице. И они тоже жаждали объяснений.

Во всяком случае, вопрос Ермакова застал Та-Эли врасплох. Она думала не меньше минуты. Но потом все-таки решительно помотала головой.

– Что-то не так? – спросила она вслед за тем. И Олег почувствовал огромную благодарность за то, что она произнесла это без намека на нежелание отдавать ей талисман: это никак не улучшило бы ситуацию…

– Да, – подтвердил Ермаков, отрываясь от ноутбука. И, наконец, высказал свое неудовольствие вслух: – И это «не так» мне не нравится…

– Ты о чем, Витя? – опередил всех Локтев. – В чем дело?

– В том, что у нас здесь совершенно дурацкая ситуация, – ответил Ермаков, ничего этим ответом не пояснив. – Ты без своего чемодана не видишь. Но моя-то игрушка – при мне!..

– И что?

Ермаков молча дернул щекой.

И тут до Олега начало, наконец, доходить… Ермаков не боялся ни Та-Эли, ни ее талисмана. Вообще – не боялся. Он был обескуражен. Озадачен чем-то до такой степени, что почти растерян. И просто мялся из-за того, что не решался назвать причину прямо!

– Шеф! – решительно сказал Олег, понимая, что сейчас совсем не тот момент, чтобы терять время. – Да что случилось-то?

Ермаков посмотрел на него. Перевел взгляд куда-то в пространство. Потом на Та-Эли. Сморщился, точно разжевал лимон.

– Не хочу вас огорчать… – начал он.

На лице принцессы проступило удивление.

– Что такое?

– … но раз вы не хотите позвать талисман, – продолжил Виктор Петрович, – то придется…

Он повернулся к Олегу и совершенно буднично произнес:

– Тогда зови ты.

– Чего? – спросил Олег.

– Талисман зови! – повторил Ермаков. – Диадему!

– Шеф… – сказал Олег, стараясь не смотреть на Та-Эли. – Да вы – чего?

– Да того самого! – Ермакова, наконец, похоже, прорвало. – Я тебе говорил, что ты странно выглядишь! А ты что ответил?! «Попей с мое!» Дурень… У тебя сейчас характеристики тальмена в латентном состоянии в непосредственной близости от талисмана! Такие же, как у нее! – он кивком указал на принцессу. – Как перед настройкой!.. Уж чего-чего, а подобных картинок я повидал достаточно! Черт побери! Да я даже представить не могу – что может получиться, когда у талисмана встречаются истинный Повелитель и специально обученный оператор! Это же никогда не происходило! Скорее всего, именно потому и не открывается дверь в хранилище, если вы этого еще не поняли!

Олег слушал начальника, раскрыв рот. Ему казалось, что это какое-то наваждение… Ну, не мог Ермаков всерьез такое говорить!

Видимо, все мысли Олега были написаны у него на лице. Потому что шеф, оборвав свою филиппику, спросил:

– Не веришь? И ты тоже? – он повернулся к принцессе.

Олег посмотрел на Та-Эли и увидел, что она смотрит на него с испугом.

Это уж и вовсе ни в какие ворота не лезло!

– Да вы… – сказал Олег. И даже запнулся, пытаясь подобрать слова. – Да я… Да вы – чего?! С ума посходили, что ли?! Мало ли, что их оттуда держит? Виктор Петрович – вы же сами говорили: может что-нибудь быть!

– Что именно? – поинтересовался Ермаков, уже снова взявший себя в руки. – Ктулуху с присосками? С той стороны просто глухая гладкая плита. Ухватиться не за что! Да и присосаться – не очень… Но дело даже не в этом. Ты представь этого «кого-то», кто там все это время сидел. И вот – двери открываются… Каковы его действия? Изо всех сил удержать их закрытыми?

Ермаков вопросительно посмотрел на Олега.

– Ну… – сказал Олег, поскольку сказать было нечего. – Может он спятил!

– Ага! – подхватил Ермаков. – За компанию с нами! Веселее ничего придумать не можешь? Уж поверь: среди всех этих демонов, конструктов и симулякров дофига ненормальных, но неразумных среди них нет. Не выживают просто! Любое чудище, какое там могло оказаться, рвануло бы наружу как из пушки – только пятки засверкали бы! Нет там никого! И ничего. Кроме талисмана… И это кто-то из вас двоих блокирует дверь – потому что не хочет, чтобы атрибут другому достался. И это, скорее всего, – ты!

– Да почему я-то?! – едва не взвыл Олег.

– Действительно, почему вы так думаете? – присоединилась и Та-Эли.

– Не верите… – заключил Ермаков, поглядев на них обоих. – Ну, ладно… Сперва – ты! – он ткнул в Олега. Но обратился почему-то к принцессе: – Что происходит, когда талисман обретает хозяина? Я имею в виду – какими эффектами этот период сопровождается?

– Ну… – Та-Эли задумалась на секунду. – У человека могут возникнуть какие-нибудь навязчивые идеи. Пророческие видения… Знамения, явственно указывающие на то, что он Избранный. Причем знамения могут быть совершенно чудесными… В смысле – невозможными для обычного человека…. Например, необыкновенное везение. Или стечение обстоятельств, выглядящее, как случайность, но заставляющее Избранного совершать действия, ведущие к талисману… – чем дальше она говорила, тем заметней становились паузы. И тем задумчивее направленный на Олега взгляд.

– Да нет у меня никаких навязчивых идей! – закричал Олег. – И пророчеств у меня тоже не было! И необычного тоже ничего…

Он замолк, вспомнив выход из быстрого времени. Прицесса этого не заметила.

– Ну, еще – уже на близком расстоянии – талисман может выполнять желания Повелителя, – продолжила она перечисление. – Исподволь, незаметно для него… Могут быть еще сны… Повторяющиеся. Они, как правило, совершенно непонятны, но в них талисман зовет хозяина, дает почувствовать, как ему его не хватает… Ну, это так, в общих словах, – закончила она. – И что?

Ермаков, дождавшись конца перечисления, снова упер палец в Олега:

– Ну! Было что-то необычное? Я ведь вижу – было!

– Да не было ничего!! – взвыл Олег. – Что у нас вообще обычным считать можно?!

Но Ермаков умел быть настойчивым, и через несколько минут Олег выложил все, что случилось по окончании действия «шила».

Ермаков душераздирающе кивал головой, слушая это признание. Отчего Олегу стало как-то не по-себе.

– А еще, – с нажимом добавил Виктор Петрович, – ты очень уж удачливым образом попал из Джунгахоры сюда – в Город. Когда в этом возникла неотложная нужда. А по пути, между прочим, точнехонько вышел на спящую принцессу и – прямо как Иван-дурак – не мудрствуя лукаво ее разбудил! Хотя этого не смог сделать никто до тебя!

– Да нафига ему это-то было надо?! – уже едва не завопил Олег. – Если он меня к себе вел! – он почувствовал, что уже начинает включаться в это дурацкое обсуждение.

Ответила ему Та-Эли.

– У талисмана не может быть два хозяина… – напомнила она тусклым голосом. – Сын Тьмы должен перехватить управление у оператора в прямом противоборстве…

Олег взглянул на нее почти с ужасом. И увидел на ее лице отражение собственного состояния. Правда, в отличие от Олега, Та-Эли знала о талисманах больше и поэтому лучше контролировала себя.

– Но… – с усилием выдавила она, обращаяь то ли к Ермакову, то ли к Олегу, то ли к обоим сразу. – В данном случае этого не может быть…

– Почему? – потребовал ответа Ермаков.

– Потому что я бы чувствовала, что талисман связан с кем-то еще… Это невозможно скрыть, если я в нормальном состоянии, а не в стасисе…

– А если не в нормальном? – быстро спросил Виктор Петрович.

– Что вы имеете в виду?

– А как влияет на талисмановладельца… на талисманов ладе лицу, – поправился Ермаков, – беременность? И, кстати, вы ведь должны знать, что забеременеть женщина, владеющая талисманом, может только от талисмановладельца как минимум равного ранга?

Олег на это не успел даже ничего подумать.

– Я?! – вскрикнула Та-Эли. – Но этого не может быть!!

– Не слышала, что я сказал? – осадил ее Ермаков. – Или вас там ничему не научили? Или никогда талисманом не пользовалась?

– Нет… Слышала… Учили… – пробормотала принцесса, не сводя с Ермакова расширенных глаз. – Но… Как…

– Да у меня же талисман! – ответил на ее невысказанный вопрос Ермаков. – И уж факт оплодовторения яйцеклетки я рассмотреть могу… Даже если этому факту несколько минут. А тут – часы прошли! У тебя характеристики уже меняться начали… Сколько я знаю по простым талисманам – этого достаточно, чтобы вообще утратить всякую связь…

– Нет, – покачала головой Та-Эли. – Я не об этом… Я же слышу его… ее, – поправилась она. – Диадема находится не в активном состоянии…

– А мой ноутбук фиксирует активность какого-то талисмана приблизительно второго класса! – сообщил Ермаков. – Надеюсь, ты понимаешь, насколько отличаются уровни классов между собой? (Принцесса кивнула). И спектр этого талисмана мне неизвестен! Или, по-вашему, у нас тут Могучие талисманы за каждым углом валяются?

– Нет… – вынуждена была повторить свой жест Та-Эли. Но теперь уже в утвердительном смысле.

– Шеф… – решил вставить слово и Олег. – Ну, при чем тут я-то? Принцесса перевела безмерно удивленный взгляд на него, и Олег сообразил, что сморозил несусветную глупость.

– Извини! – попробовал исправиться он. – Я не это имел в виду!.. Я просто…

– Господи!.. – вздохнул Виктор Петрович. – Ты-то куда? Уж принадлежность сперматозоида мне определить не сложнее, чем факт оплодотворения! Да ты воистину Сын Тьмы! Натуральный папуас – а не житель XXI века…

– Да вы чего издеваетесь?! Я что – против, что ли?! Я же не о том! Как такое получиться-то могло?! Если я на талисман не настроен даже!

– Да вы оба не настроены! – громко, как глухому, сообщил Ермаков. – Но в этой ситуации совершенно по барабану! Если бы она, – он кивнул на Та-Эли, – оставалась единственным оператором, все было бы как обычно. Там есть соответствующие программы по заботе о здоровье хозяина… Они и работают. А сейчас, при выборе двух возможных, венец предпочитает тебя! А на тебя никаких настроек нет! Поэтому он просто следует твоим желаниям на подсознательном уровне! Вот и все!

– Так чего сейчас делать-то? – спросил Олег. Та-Эли ничего не сказала, но, похоже, думала о том же. Ермаков вздохнул.

– Что делать… – сказал он. – Что делать… Откуда я знаю? По идее, между вами должно было состояться противоборство… Состязание за контроль над управлением. Но в этой ситуации я просто не могу сказать, что выходит! Талисман, похоже, реагирует на вас обоих: с принцессой у него связь, а подчиняться он стремится тебе… Впрочем, что совой об пень, что пнем по сове…

– Да в чем проблема-то? – не понял Олег. – Да нафиг мне не нужен этот талисман! Пусть остается у Та-Эли!

– Так он тебя и спросит… – фыркнул Ермаков. – Не захотел гвоздь к магниту притягиваться… От тебя это не зависит! Рано или поздно ты станешь его Повелителем.

– А если Та-Эли его сможет позвать сейчас? – не остановился Олег.

– Если сможет – значит, это она Повелительница! А не ты! Но… – Виктор Петрович развернулся к принцессе: – Ты все еще не хочешь его звать?

На Та-Эли жалко было смотреть.

У нее кривилось лицо. Дрожали губы так, что она их закусила. На глазах навернулись слезы… Олег почувствовал, что и сам стискивает зубы: он боялся не выдержать…

– Нет!.. Не могу… – обессилено мотнула головой принцесса.

– Не можешь или не хочешь? – безжалосто уточнил Ермаков.

– Виктор Петрович… – решил вмешаться Олег.

– Молчи! – отмахнулся шеф. – Тут вообще ни от кого ничего не зависит! Только частности в нашей власти. А это важная частность. Так не можешь или не хочешь? – повторил он.

– Не могу! – отчаянно выдохнула Та-Эли.

– Что и требовалось доказать… – заключил Ермаков сухо. Посмотрел на Олега: – Какие тебе еще нужны доказательства?

– Я хочу сказать… – раздался очень спокойный голос все это время молчавшего Кан Шора. – Что то, что происходит, очень мне не нравится. Не хотите ли вы лишить повелительницу Та-Эли ее талисмана?

– Вам правильно не нравится, Кан Шор, – не замедлил с ответом Ермаков. – Только это не мы. Это сам талисман надумал поменять хозяина. И никому из нас это обстоятельнство не нравится точно так же… Вы не планируете на нас напасть? – без всякого перехода осведомился он внезапно светским тоном.

По подземному залу пронесся молниеносный шелест вынимаемого оружия и звуки шагов и прыжков бойцов Олега, мгновенно сменивших позицию.

Но вождь подземных жителей отрицательно поводил головой из стороны в сторону и сделал остальным запрещающий жест рукой.

– Нет, – сказал он. – Это было бы глупостью, недостойной нас всех… Но я бы очень хотел, чтобы возникшее недоразумение было разрешено в самое ближайшее время. И согласно нашей договоренности!

Удар, обрушившийся на Олега, был сокрушительный.

Уж чего-чего, а такого он никак не ожидал.

Впрочем, кто бы на его месте воспринял услышанное иначе? Как показывает опыт, на всех планетах и во все времена люди ведут себя в подобной ситуации абсолютно одинаково.

Не слушая, что говорят друг другу Кан Шор с Ермаковым, Олег подошел к Та-Эли, смотревшей на него с явным испугом. В ней ничего почти не осталось сейчас от той светящейся счастьем красавицы, что совсем недавно поцеловала его на площади. Надо было что-то сделать, но что – Олег не знал. Больше всего ему хотелось ее обнять, но он боялся, что так только напугает принцессу еще сильней.

Подумав, Олег все же решился взять ее за руку.

– Знаешь, – сказал он, с трудом подбирая слова. – Мне совершенно не нужен никакой талисман… Мне нужна ты. С талисманом или без – мне все равно!

Пальцы принцессы сжались на его руке.

– Ты… не знаешь, что говоришь… – похоже, ей тоже не хватало слов. – Как ты это себе представляешь? От выбора Судьбы уклониться невозможно…

Олег чуть не выругался от знакомой пангийской безнадежности. Но вовремя удержался.

– Ну, это мы еще посмотрим – кто кого распнет! – сообщил он вместо этого.

– Что?..

Олег усмехнулся:

– Это с Земли. Из записных книжек одного из авторов Остапа Бендера… Долго объяснять, если не читала. Но если уж этому талисману приспичило выбрать меня в качестве хозяина, то придется ему считаться с наличием у меня жены. Хочет он этого или нет.

Та-Эли посмотрела на Олега исподлобья… Словно что-то выискивая. Олег ждал.

– Ты так уверен, что я стану твоей женой? – спросила принцесса после паузы. В глазах у нее мелькнули смешливые искорки. – Даже еще не спросив меня об этом?

– Так вот – и спрашиваю! – не растерялся Олег.

– Вы, земляне, такие наивные…

– Какие уж есть! – не дал Олег развить тему. – «Пока мы живы – смерти нет! А явится – так нас не будет!»… – ввернул он к случаю пришедшую на ум цитату. – Зачем нам заморачиваться вопросами, которые от нас не зависят? А тем более, сейчас не имеют никакого значения? У нас будет ребенок. Что мы с этим станем делать – вот вопрос. Так вот: согласна ли ты стать моей женой или нет? Все остальное – идет лесом.

– Ты смешной… – покачала головой Та-Эли. – Она не оставит тебя в покое…

– «Она»? – не понял Олег.

– Диадема. Она.

– Хорошо, – согласился Олег. – Она. Но ей все равно придется с этим считаться. Иначе пусть лежит, где лежала, и дожидается следующего кандидата.

– Ты ничего не понимаешь… – снова попробовала покачать головой Та-Эли.

– Не понимаю. И понимать не желаю! – отрубил Олег. – Либо я хозяин, либо нет. Если нет – это его… ее проблемы. Я ее не выбирал. И она мне не интересна! Хочет иметь дело со мной – пусть принимает мои условия. А мои условия – это ты и ребенок. Живые, здоровые и… – Олег улыбнулся тому слову, которое собрался употребить: – Полнофункциональные!

Принцесса неожиданно положила свободную руку Олегу на грудь. И улыбка у нее вышла практически нормальной, что Олега не могло не порадовать. Но вот то, что она сказала…

– Остановись. На самом деле ты еще не решил. И я… – ее улыбка стала слегка виноватой: —.. тоже. Все слишком неожиданно получилось…

– Почему это?.. – возмутился, было, Олег. Но Та-Эли остановила его простым ответом:

– Тогда дверь открылась бы, – она указала на ворота хранилища.

– Ё-прст!.. – Олег в сердцах чуть не выматерился. – Какое это имеет значение?!

– Это значит, – как маленькому объяснила принцесса. – Что выбор еще не сделан. И ОНА, – в виду явно имелась Диадема. – Это чувствует…

– О-ё… – сказал Олег. Набрал полную грудь воздуха и медленно выдохнул. – Да наплевать! При чем тут Диадема? С чего ты вообще взяла, что Ермаков определил все верно? Я вот лично по-прежнему никаких талисманных позывов не чувствую! Мало ли что он там намерял своим ноутбуком! Может, он у него вообще сломался!

Та-Эли покачала головой.

– Нет. Он прав. Все слишком хорошо сходится… И, – она улыбнулась, – талисманы не ломаются. Если он сказал, что ты пребываешь в процессе настройки – это так и есть.

– Ну, и что мне с этим делать? – поинтересовался Олег саркастически. – В трубочку свернуть? И куда-нибудь засунуть?

– Нет, – снова отрицательно качнула головой принцесса. – Если все так, как сказано… То ты можешь разрешить все вопросы самым простым способом: позвать Диадему. Я… – она вздохнула, словно собираясь с силами. Потом закончила: – Я отказываюсь от нее в твою пользу. Добровольно и без поединка. По закону брачного союза.

Позвать талисман…

Чего бы, казалось, трудного?

Дело, однако, как выяснилось, было не таким простым…

Несмотря на наставления, которые Олегу давали Та-Эли, Ермаков и старик Локтев, все усилия Олега пропали втуне. Не говоря уже о том, что из полученных советов и рекомендаций он так и не смог понять, как же именно следует осуществлять призывание: то ли нужно произносить призыв вслух, то ли, наоборот, мысленно постараться увидеть вызываемый атрибут. Или вовсе – напрягаться всем телом, желая заполучить Диадему сейчас и немедленно… При том еще, как специально подчеркивалось всеми объясняющими, следовало, вдобавок, принять «свой аспект». То есть акцентироваться на той черте собственной личности, по которой с талисманом происходит главное совпадение…

Последнего Олег не мог исполнить вообще.

Даже при всем желании: он просто этого не знал.

Но ситуация не располагала к колебаниям. Потому Олег честно старался выполнить даваемые указания. Даже взмок от усердия. Увы… Ни одна попытка не кончилась успехом. Чертова Диадема не желала отзываться на призывы своего Повелителя. Не помог и ноутбук Ермакова, посредством которого тот пытался отследить ход процесса. Противоталисманная защита хранилища, установленная Великим Талисманом, давала такие помехи, что разобрать что-либо никак не получалось. В конце концов, Виктор Петрович с досадой выключил прибор.

– Нет, – сказал он. – Так не пойдет. С бухты-барахты это дело не осилить! Давайте-ка отложим…

– На какой срок вы предлагаете это сделать? – подал голос Кан Шор, все это время внимательно наблюдавший за шаманскими действиями Олега и его инструкторов.

Выдержка верховного крыса и в самом деле была изумительной. После обнаружения факта утраты принцессой возможности управлять талисманом, вождь рэтов занял по отношению к происходящему выжидательно-нейтральную позицию. Что, в общем, было не удивительно, поскольку повлиять на ситуацию он не мог никак. Он даже взял на себя снабжение внешнего мира информацией о ходе шоу под названием «вызов талисмана» – путем отправления наверх посыльных. Надо полагать, народ на площади ждал этих сообщений, как результата тиража «Спортлото» – затаив дыхание: все-таки не часто в подобных вещах участвовать приходится…

Правда, его молчание, в результате, стало заметно отчужденным… Но ясно было, что это до тех пор, пока Олег не подчинит талисман себе… Ермаков, в свою очередь, делал вид, что ничего не замечает. Дипломат….

– Трудно сказать, – сокрушенно вздохнул Виктор Петрович. – Ростовцев не имел материального контакта с Диадемой… Поэтому настройки на талисман у него нет. В этих условиях реакция талисмана на отданные ему команды может быть… Абсолютно непредсказуемой. Точнее сказать – никакой. Талисман будет действовать сам, сообразуясь с собственной трактовкой желаний Повелителя. До тех пор, пока что-то из этих желаний не потребует для них оказаться в непосредственной близости друг от друга…

– И сколько же нам этого ждать? – спросил Кан Шор. Ермаков хмыкнул.

– Последняя стадия настройки может тянуться до нескольких лет, – сообщил он. – Имели место прецеденты, знаете ли…

Кан Шор на такое заявление нервно зашевелил усами. А сопровождающие его стали встревоженно пересвистываться.

– Но это – вообще, – успокоил крыс руководитель экспедиции. – В данном же конкретном случае… В такой близости талисмана и тальмена друг от друга… Я думаю, что все решится в течении нескольких дней. А, может статься, и часов.

– Так что мне теперь, – не выдержал уже Олег. – Так все это время здесь торчать и талисман этот вызывать?!

Ермаков посмотрел на Олега.

– Да нет, – сказал он. – Этого как раз не требуется.

– А что же тогда?

– Да, в общем – ничего. Похоже, у вас троих образовалось равновесное состояние.

– У кого это – у троих?

– У нее, – Виктор Петрович кивнул на Та-Эли. – У тебя. И у Диадемы. И Диадема никак не может сделать выбор. Если б вы передрались – ей было бы понятно. А так… Талисману потребуется какое-то время, чтобы окончательно выяснить, кто из вас есть кто. Защита еще эта талисманная… – поморщился он. – Даже и не думал, что она может так устойчиво работать после всего, что было! Но работает… Одним словом, как только Диадема идентифицирует того, чьи приказы она выполняет – она сама тебя позовет. Или явится. Нужно просто подождать.

– Ну, а сейчас-то – чего? – не понял Олег. Ермаков пожал плечами.

– Да говорю же – ничего! Выходим наружу и занимаемся своими делами. Лучше всего вообще забыть про талисман, да тут уж как получится… Рано или поздно равновесие в треугольнике симпатических векторов вашего взаимодействия нарушится, и все решится само собой. Кстати, идея! – оживился Виктор Петрович. – Если удалить принцессу от талисмана больше, чем тебя – это может помочь! Как же я сразу-то об этом не подумал?! Ну-ка, немедленно – пошли все наверх! Будем базу между объектами выбора увеличивать насколько возможно!

Наверх поднимались в мрачном молчании. Несмотря на решительное поведение Ермакова, настроение у всех было подавленное.

А Олег – так и вовсе пребывал в состоянии, близком к шоковому. Какую-то видимость самообладания ему помогала сохранять только ладонь Та-Эли, зажатая в его руке: Олег понимал, что принцессе сейчас хуже всех, и старался держаться уверенно, чтобы не портить ей самочувствие еще и своим убитым видом. И, кажется, притворялся он вполне успешно. Во всяком случае, его бойцы не превратились в уныло бредущее стадо, в отличие от охраны Кан Шора и остальных «подземных королей». Равий, Такан и Рэм, стимулируемые суровыми командирскими взглядами, четко держали охранную коробочку вокруг людей, готовые пустить оружие в ход, если потребуется.

Нужды в этом сильной, конечно, не было – особенно после того, как Ермаков включил обратно защитное поле – но и расслаблять своих ребят Олег не хотел, зная, насколько это чревато как раз в момент завершения операции. Буквально: подвернется вот под ногу внезапно какая-нибудь банановая кожура и привет – споткнулся, упал на ровном месте, гипс… И это еще в лучшем случае. Да к тому же это было хоть какое-то дело, которым можно было заняться самому Олегу – вместо того, чтобы пережевывать в себе без толку очаровательную новость, что он-таки оказался талисмановладельцем… Правда без талисмана. Что, в общем, тоже никак не улучшало и так не светлую окраску этих размышлений.

Впрочем, обмануть всех Олегу не удалось. Уже в тоннеле, ведущем из верхнего вестибюля наружу, их догнал, лавируя между деморализованными крысюками и ловко перепрыгивая через завалы мусора, Ермаков, задержавшийся, чтобы закрыть внешние ворота хранилища.

– Ну, чего мандражите, сладкая парочка, петух да гагарочка? – без околичностей сказал начальник экспедиции. – Сейчас выберемся наружу, разойдетесь по разным концам площади – может оказаться, что и этого будет достаточно. А если не хватит – можно вас развести и на сто километров, какие проблемы?

Олегу очень не понравилась эта оговорка: шеф без причины обычно сущностей не умножал. Как и Оккам… Но пока он решал, сказать об этом или нет, его опередила принцесса. Даже и в расстроенных чувствах, как выяснилось, не утратившая наблюдательности.

– А что-то может помешать? – спросила она. Ермаков замялся, обдумывая ответ.

– Да ничто не должно, – сказал он, в конце концов. Видимо, решив быть честным. – Но есть у меня кое-какие подозрения по поводу этого места… Может быть, даже придется его проверить. Собственно, это надо бы было сделать сразу… Да тут некстати вышла вся эта история с вашим талисманом. Не мог же я задвинуть Кан Шора с его требованием немедленно выполнить уговор… Вот и приходится сперва с этим делом разбираться…

Принцесса кивнула, удовлетворенная объяснением. А вот Олега данное заявление начальника только еще больше обеспокоило. Ермаков явно что-то знал… Или учуял своим ненормальным чутьем. Причем давно уже. Но не хотел говорить о том никому – по какой-то причине… Вот по какой только? Сам не был уверен? Или, наоборот, уверен слишком хорошо? В любом случае, Олегу следовало бы быть в курсе – как командиру охраны. Потому что тут совершенно очевидно намечались еще какие-то эксперименты – какие подозрения можно было проверять посреди этих развалин? – а где эксперименты (да еще талисманно-магические!), там недалеко и до неожиданностей. А неожиданностей в последнее время было, на взгляд Олега, и так более чем достаточно.

– Шеф!.. – сказал Олег решительно. Но продолжить ничего не успел.

– Погоди-ка… – перебил его Ермаков.

Впереди, там, где лестница выходила наружу, возникла заминка. Шедшие в авангарде рэты остановились, перегораживая проход. Ермаков решительно начал протискиваться в первые ряды. Олег, не выпуская руки принцессы, двинулся за ним. Остальные – следом.

– В чем дело, Ян? – раздался голос Кан Шора. – Почему вы тут стоите с Егором? Где все?

В ответ раздался странный смешок:

– Надо поговорить, вождь… И не только с тобой. Где там начальник землян?

Олега от этих слов пробрал мороз. Он даже сперва не сообразил, почему. Только через секунду до него дошло, что говорит Ян, но с совершенно нехарактерными для него интонациями. Да и само требование выглядело полной бессмыслицей: что могло Яну помешать поговорить с любым из них? Понял это, видимо, и Ермаков – не иначе как все тем же своим верхним чутьем: с Яном они перемолвились хорошо если несколькими фразами – потому что, коротко бросив:

– О, черт! – он начал пробиваться вперед с еще большей энергичностью.

Стараясь не отставать от начальства, Олег жестом подал своим бойцам команду «Внимание!», а второй отмашкой велел рассредоточиться на фланги. Что бы там ни приключилось – лучше было приготовиться на всякий случай заранее. Равий, Отеро, Зег и присоединившийся к ним старик Локтев, которого Олег не стал останавливать, торопливо натянули капюшоны и скользнули к стенам тоннеля, мгновенно слившись с ними благодаря включившимся в режим маскировки камуфлетам. Олег слегка успокоился: против четырех бойцов со спецподготовкой и спецснаряжением в данный момент в Городе просто не имелось противников – задвинул принцессу, которую, все еще не отпуская, тащил за собой, за спину, и, сделав несколько шагов по ступеням, сумел, наконец, увидеть, что происходит на площади.

Увиденное ему не понравилось…

На площади не происходило ничего.

Вообще.

Если не считать того, что там было пусто. Что, в сравнении с оставленным ими здесь столпотворением, смотрелось весьма странно. И еще более странно выглядели на этом фоне стоящие метрах в двадцати от выхода из тоннеля Егор и Ян, опирающийся на плечо мальчишки. Да еще Король-Жрец все так же сидел неподвижно на своем помосте…

Картина была настолько непонятная, что Олег моментально крутнул головой – высматривая возможную угрозу. Но площадь словно вымерла. Хотя из окон окружающих домов сейчас вполне могло наблюдать множество глаз… И не только глаз! Если они успели приготовить к бою имеющиеся у Короля-Жреца пулеметы… Но тогда стрелять надо было сразу. А не затевать никому не нужные переговоры…

Кто эти «они» и зачем «им» пулеметы – додумать Олег не успел.

– Ты опять напился, Ян? – спросил Кан Шор. – И зачем ты держишь мальчика?

Вместо ответа Ян ухмыльнулся и так встряхнул Егора, что голова у того мотнулась, как привязанная.

– Это не он! – отчаянно выкрикнул мальчишка. – Это Король-Жрец! Он к нему подошел!.. И сказал… «За Кешку!..» И ударил ножом! А тот… Оказалось… – Ян снова тряхнул его, и Егор замолчал. Чувствовалось, что еще немного, и он расплачется.

– Яппур, твою мать… – негромко сказал Ермаков. – Ведь велено же было – не подходить! – он шагнул вперед и встал рядом с вождем рэтов: – Какого черта, Варунг? Ты забыл, о чем мы говорили?

– Нет! Это ты так ничего и не понял! – прокричал в ответ Ян. – Здесь я хозяин! И все будет так, как я хочу!

При этих словах до крысюков, стоявших все это время спокойно, наконец, дошло, что происходит. Множество лап потянуло из ножен клинки, кто-то вскинул арбалет… Ян расхохотался и неуклюже из-за костылей отпрыгнул за Егора, прикрывшись им от выстрелов.

И в ту же секунду за его спиной в окнах ратуши с рокотом забилось пламя.

– Ложись! – крикнул Олег, одновременно роняя Та-Эли на лестницу. У Короля-Жреца – а теперь уже не приходилось сомневаться, кто вселился в Яна – были очень хреновые пулеметчики. С нулевым опытом. Один выбор ими позиции говорил сам за себя. То, что они не попали в Яна, было просто чудом. А то, что сам он остался при этом стоять – только подтверждало такое предположение. Впрочем, утешало данное обстоятельство слабо… Вокруг выхода из тоннеля – а очередь дана была явно предупредительная – вскипела фонтанами земля. Завизжали осколки и рикошеты, разя даже внутри лестничной ниши, кто-то тоненько закричал, роняя оружие. В воздухе повисло густое облако пыли… Но зато команду Олега выполнили все – моментально забившись за бетонные козырьки ступеней…

– Что это?! – вскрикнула принцесса, приподымая голову, и тут же ойкнула под навалившимся на нее Олегом: новая очередь обсыпала лестничную нишу градом осколков. Кто-то из рэтов, не совладав с нервами, вскочил – неизвестно что собираясь делать – и тут же рухнул, обливаясь кровью.

– Лежать!! – повторил свою команду Олег. Ибо вставать под таким сумасшедшим огнем представлялось самоубийством. Поднятая пулями пыль мгновенно забила носоглотку, и он закашлялся.

– Прекрати стрелять, идиот! – прокричал Виктор Петрович, не хуже Олега понявший, что происходит. Закашлялся тоже. – Они тебя самого сейчас прикончат! Какого лешего тебе надо?! Ты забыл, что через пару часов здесь будет маг?

В ответ прогремела еще одна длинная очередь. Раз так в пять длиннее, чем надо. В принципе, если бы пулеметчики построчили так еще минут пять – пулеметы просто заклинило бы. Но, видимо, в цели Короля-Жреца не входило подобное развлечение. Или он внял совету Ермакова… Но стрельба прекратилась. В наступившей тишине раздавались только стоны, кашель да шорох оседающей пыли. К Олегу, между тем, перебравшись через свою лежащую свиту, подполз Кан Шор, скаля зубы и топорща усы-вибриссы. И неоригинально вопросил:

– Что это?! – судя по всему, вождь крысюков пребывал в ярости. Олег протянул руку и взял очень удачно свалившуюся рядом деформированную пулю размером с палец. Повертел, разглядывая.

– Пулемет… Двенадцать и семь. Крупняк. Сохранились-таки в рабочем состоянии… Равий! – позвал он. Не будучи до конца уверен, что сержант не рискнул и не выскользнул наружу: вполне могло статься… Но ответ последовал немедленно:

– Здесь, командир!

– Пойдешь на «шиле», – Олег отбросил бесполезный кусок металла. – Прорываемся в ратушу. Будешь брать пулеметчиков… Только по команде! – предупредил он. – Сначала надо всем к атаке приготовиться, – специально посмотрев на Кан Шора, уточнил Олег. – А то неизвестно, сколько тут у них еще стволов. Если ломанемся толпой – так всех и прикончат, пока добежим… – Ты не ушиблась? – спросил он у принцессы.

– Нет, – та замотала головой, и Олег слез с нее. Хотя делать этого ему не хотелось категорически: лежа сверху, он выполнял функцию хоть какого-то щита. Но воевать в такой позе представлялось проблематичным… Та-Эли, почувствовав себя свободной, приподнялась и начала отряхиваться. Похоже, с ней действительно все было в порядке. Олег вздохнул с облегчением, и огляделся, прикидывая, как организовать атаку…

– Никакого мага не будет! – донеслось снаружи. – Ты сейчас с ним свяжешься и скажешь, чтобы он здесь не появлялся!

– Господи, ну какой идиот… – пробормотал негромко Ермаков. А Яну крикнул: – Интересно, что ему помешает?!

– А здесь в одном из домов, – охотно объяснил Ян. – Сидит наблюдатель с кнопкой! И стоит только событиям пойти не так – он ее нажмет! И тогда случится тот самый Конец Света, который мы все так долго готовили!

– Центр управления твоими газовыми фугасами уничтожен! Никакое дистанционное включение не сработает! – отозвался Ермаков.

– А это – не газовый фугас! – Ян снова расхохотался. – Это – кнопка запуска червей! На территории Города все перевернет вверх ногами!

Ермаков быстро обернулся и посмотрел на Олега с Кан Шором. Кан Шор зашипел, оскалясь еще больше. Олег, не сдержавшись, саданул кулаком по ступеньке. Против такого количества червей вся их военная мощь не стоила ничего. Хоть с «шилом», хоть без. Невозможно же воевать со стихийным бедствием – землетрясением или ураганом… Король-Жрец выбрал самое уязвимое место для удара. Угораздило его вселиться в единственного человека, что отвечал у крысюков за состояние техники… Эх, Ян, Ян…

– У него их несколько десятков, – сообщил Олег Ермакову. Ночная пьянка запомнилась ему хорошо. – Здесь действительно останется одно крошево… Есть какой-то способ отключить червей? – спросил он у вождя крысюков.

Кан Шор удивленно посмотрел на Олега.

– Он это и собирается сделать! – сказал рэт – Отключить систему управления – чтобы черви взбесились!

Ермаков беззвучно выругался.

– Отступать! – сказал Олег. – Вниз. В спецхран они точно не попадут!

– А как же все остальные здесь?! – ощерился на него клыками Кан Шор. – Бросить их на смерть?!

– А у нас есть выбор?! – оскалился в ответ Олег.

– Есть! Талисман! Он защитит нас! Верни его Повелительнице, и она сможет остановить червей! – сверля Олега взглядом, выдал предводитель Серых рэтов. – Или вызови его сам!

– Блин… – сказал Олег. – Ты ж видел: пока мы рядом, эта штука не отзывается!.. В чем дело?

Последние слова относились к принцессе, которая, прекратив отряхиваться, смотрела теперь на Олега почти так же яростно, как и Кан Шор.

– Так нельзя поступать! – гневно ответила принцесса. И тут же закашлялась, вдохнув пыли. – Вы же люди… а не дикари! – выдавила она сквозь кашель. – Ты должен вызвать талисман!

– Да как я его вызову?! – терпение у Олега почти кончилось, и он, забывшись, тоже наглотался пыли, согнувшись в приступе кашля.

– Её! – поправила принцесса недовольно.

– Что – «её»?!

– Ее – Диадему!

– Пусть её! – согласился Олег, прочистив горло и слегка успокоившись. – Но только не вижу, чем это нам поможет!..

– Ты просто не желаешь ее с нужной силой!

«Забодали вы со своим талисманом», – хотел сказать Олег, которого еще в подземелье достала комедия с Призыванием. Но он заставил себя сдержаться.

– Мы сколько уже пробовали? – спросил он. – Я просто понятия не имею, что нужно сделать еще, чтобы вызвать этот долбанный талисман!

– Неправда! – сверкнула глазами Та-Эли. – Тебе объяснили все достаточно подробно! Ты просто не хочешь спасти всех здешних людей! – она снова закашлялась.

Олег от усилия скрипнул зубами…

– Пусть так… – медленно произнес он. – Не хочу. Но у меня здесь есть несколько десятков человек, которых я спасти МОГУ! Если мы не будем терять время, а спустимся вниз – мы уцелеем!

Принцесса, прокашлявшись, подняла голову и посмотрела на Олега с огромным удивлением. Причем, что именно ее так удивило – Олег не понял. Но, к счастью, в разговор в это время вклинился Кан Шор, прервав таким образом начинающуюся перепалку.

– Но ты можешь отбежать на твоем магическом зелье! – предложил рэт – Разве не для этого мы поднимались наверх?

Олег в замешательстве посмотрел на сообразительного крыса. Такой вариант как-то не приходил ему в голову. Резон в нем, безусловно, был. Если бы не кое-какие мелочи… Олег перевел взгляд на Ермакова. В воздухе повисла очень выразительная пауза, которую никто не отважился прервать.

– Гм… – сказал, наконец, Виктор Петрович. – Это не гарантировано…

– Почему? – потребовал ответа вождь подземных жителей.

– Потому что мы не знаем, на какое расстояние следует развести Олега и принцессу, – вынужден был признать Ермаков. – Это нужно было пробовать. А в теперешней ситуации не до экспериментов…

– Значит, весь мой народ должен погибнуть?!

– Не надо торопиться с выводами, – сказал Ермаков взъерошенному крысюку – Пока что ни о какой гибели речь не идет…

Все, включая и Олега, недоуменно уставились на начальника экспедиции.

– Что ты хочешь сказать? – спросил Кан Шор.

– Я хочу сказать, что не все так фатально, как изложил нам Варунг, объяснил Виктор Петрович. – Иначе он бы просто не стал вступать с нами в переговоры, а банально велел бы всех перестрелять. Ему от нас что-то надо. И я, кажется, знаю, что именно…

– Эй, Ермаков! Ты долго будешь думать? – очень вовремя напомнил о себе Ян.

– Мне надо связаться с магом! – огрызнулся Виктор Петрович, вытаскивая из кармана переговорник.

– Ну, так связывайся!

– Значит, так… – сказал Ермаков Кан Шору, Олегу и Та-Эли. – Энгар будет здесь через пару часов… Эту пару часов нам надо как-то продержаться. Или выяснить, где у него сидит наблюдатель с кнопкой – тогда будут шансы…

– И как ты собираешься продержаться эту пару часов? – сердито спросил Кан Шор.

– Вести переговоры. О том, что ему нужно…

– Что это такое? И откуда ты об этом знаешь?

– Ничего особенного: он сам мне сказал – еще ночью… Всего лишь остаться на своем месте и править дальше… В принципе, мы можем на такое пойти. Поскольку нам это ничем не грозит…

– Что?! – усы вождя рэтов встали дыбом. – Чтобы он и дальше сидел над нами?! Да теперь еще имея и червей?! И ты думаешь, что мы на это согласимся?!

– Я думаю, что ОН на это согласится! Выбор у него не сильно богат… И вряд ли он, в самом деле, желает погибнуть здесь при атаке червей… Так что такой выход должен его заинтересовать. А конкретный вариант совсем даже не сложный… Пульт управления червями пусть остается у него… Вам они все равно больше не понадобятся. Да и из-под Купола вы их с собой никак не заберете. Ему же они послужат гарантией…

– Гарантией чего?! Что он может уничтожить нас?

– Вождь! Приди в себя, – строго посмотрел Ермаков на Кан Шора. – Ему нет до вас никакого дела. Он шантажирует НАС. Потому что боится, что под Купол придут наши войска, против которых он бессилен. И он грозит уничтожить не ВАС – а вообще всех живущих на развалинах Города. В том числе и твоих рэтов. Поэтому в качестве гарантии будет выступать именно наша группа, – он кивнул на Олега. – Мы останемся у Короля-Жреца в заложниках, покуда вы не выйдете из зоны поражения, а потом эвакуируетесь из-под Купола. После чего мы тоже уйдем – и пусть он тут сидит со своими подданными на червях, сколько хочет… Он знает, что нам это, в принципе, по силам. И в то же время знает, что мы не станем рисковать жизнями населения Города ради захвата его драгоценной персоны… Для него такое предложение в целом должно звучать убедительно. А вот о деталях – можно будет поторговаться…

– А талисман? Он что, не понимает, какая сила будет у вас в руках, как только вы его получите?!

– А это самый интересный момент! – не смутился Виктор Петрович. – И он упирается в то, что же именно уяснил Король-Жрец из тех сообщений, что ты отправлял из подземелья, когда мы пробовали проникнуть в Спецхран, а потом вызвать талисман прямо из вестибюля… Подозреваю, что он решил, будто талисман нам вообще недоступен. Иначе вряд ли бы отважился на то, что сейчас устроил!

Кан Шор зашипел, оскалясь.

– А что я, по-твоему, должен был – разъяснять все в подробностях о том, что талисман решил поменять хозяина?! – недовольно поинтересовался он. – Чтобы вызвать ненужные кривотолки?

Ермаков кивнул головой.

– Ну, вот, – сказал он, – и выяснилась причина… А я еще гадал: чего он попросту не слинял втихую? Ничего ж не мешало. Даже со всей его перезаписывающей аппаратурой – за столько-то времени… Да вообще мог в кого-нибудь другого вселиться, устроить заваруху на площади и под шумок исчезнуть… А ему вот показалось, что он нас выгнать может…

– Но тогда, – встряла неожиданно в разговор принцесса, все это время внимательно слушавшая, – надо сказать ему, что он ошибается! Как всякий землянин, он неправильно понимает, что такое талисманы – и обязательно испугается!

– Он не землянин, – возразил Виктор Петрович, недоуменно посмотрев на Та-Эли. – Самый что ни на есть пангиец… О чем ты?

Принцесса в ответ так же озадаченно посмотрела на Ермакова. Олег сообразил, что так и не рассказал никому услышанную от принцессы историю.

– Шеф! – позвал он Ермакова. И начал вкратце излагать суть различия между пангийским оператором и Повелителем-пришельцем. О специальной подготовке и о Трех Законах Талисманотехники. Принцесса все время перебивала, стараясь поправить или добавить. Кан Шор же, наоборот, держался на удивление молчаливо. Так что даже нельзя было понять, знает он об этих особенностях или нет.

Ермаков слушал внимательно. И все больше и больше хмурился, по мере того, как Олег с принцессой обрисовывали ему картину. Затем жестом остановил обоих.

– Хватит!

– Но…

– Это не на пять минут разговор!.. Да и бесполезно: все равно Варунг не поверит теперь, что мы можем получить талисман – это раньше нужно было говорить!

– Но… – попробовала что-то еще сказать принцесса. Но Виктор Петрович не дал ей договорить.

– Хватит, я сказал! – решительно пресек он. – Это все потом. У нас сейчас совершенно времени нет! – после чего, вызвав Энгара, принялся вводить его в курс дела.

Олег в этот разговор шефа с магом вслушиваться не стал. Тут он с чистой совестью полагался на начальство… Раз командир сказал, что бурундук – птичка, значит, так тому и быть. Куда больше его занимало обнаружение наблюдателя. Если Ермакову удастся выторговать даже не два часа, а хотя бы час – задачку решить было можно. Послав двух человек на «шиле» с интервалом в минуту. Тогда второй колет синергином первого, а первый, очухавшись – второго. После чего они обшаривают площадь по периметру. Олег очень сильно сомневался, что найдется кто-то, способный спрятаться от сержанта Равия. Даже здесь – в Городе. Да еще при такой импровизации: у Короля-Жреца – пусть и с памятью Яна – просто не было времени обустроить наблюдательный пункт как-то особо хитро. Ему ведь требовалось еще вытащить пульт управления червями из подземелья. А насколько это длинный путь – Олег испробовал на себе…

От размышлений Олега отвлекла Та-Эли. Девушка тронула его за плечо.

– Вызови Диадему, – принцесса была очень серьезна. Настолько, что Олег, сперва хотевший отмахнуться, очень быстро передумал.

– Солнышко… – сказал он вместо этого. – Ты же видишь… Ну, никак она не вызывается…

– Вызови Диадему, – повторила принцесса настойчиво. – И никакой проблемы не будет: ты просто усыпишь всех червей в окрестностях.

– Ну, мы сколько времени уже потратили? – терпеливо ответил Олег. – Некогда нам сейчас заниматься экспериментами… Ты же слышала, что сказал Виктор Петрович…

– Ты не понимаешь… Он судит по своему талисману, а это совсем другое… – Та-Эли со вздохом покачала головой. – Не имеет значения, как близко мы с тобой находимся. Тебе всего лишь нужно захотеть ее по-настоящему…

Олегу эта сказка про белого бычка начала надоедать.

– Ну не представляю я, как это должно быть! – в сердцах сказал он. – Чтоб по-настоящему! И голова у меня сейчас совсем другим занята! Понимаешь?

Принцесса поджала губы. Но сдержалась.

– Диадема – единственный способ решить эту проблему. Если б я могла вызвать ее сама!.. – в голосе Та-Эли прорезалась тоска. – Ты должен попробовать еще! – требовательно сказала она.

Терпение Олега кончилось.

– Ну не до талисманов мне сейчас! Нам нужно кнопку эту найти долбаную, а не выяснять, отчего талисман не вызывается! Не отвлекай меня!

Глаза девушки гневно сверкнули.

– Хорошо! Я могу перестать тебе мешать! Дай мне твое средство, как вы его называете – «шило»? – и я отбегу как можно дальше. Тогда ты сможешь вызвать Диадему без помех!

От неожиданности Олег оторопел, глядя на очень решительно выглядящую Та-Эли: отпустить бегать ЕЕ по развалинам – совершенно никак не входило в его планы. Поэтому с репликой его опередил Ермаков, уже закончивший разговор с Энгаром.

– Я бы не рекомендовал вам этого делать, – сказал Виктор Петрович, убирая в карман мобильник и пристально глядя на принцессу характерным «сканирующим» взглядом – «вверх-вниз» при полностью расфокусированных зрачках – что по опыту Олега означало, что начальник находится в глубоком контакте со своим талисманом.

– А что мне еще остается! – запальчиво вскинулась Та-Эли. – Если мужчины сами не могут на такое решиться?..

– Я бы вам не рекомендовал, – повторил Ермаков, не прекращая сканировать принцессу. – Действие препарата противопоказано при беременности. «Шило» просто убьет плод. Вряд ли вы этого хотите.

Принцесса закусила губу и замолчала. В запальчивости она явно забыла о данном обстоятельстве. Олег осторожно перевел дыхание, понимая, что, кажется, Ермакову удалось разрядить ситуацию. Но обрадовался он рано, потому что Ермаков зачем-то перевел взгляд с принцессы на Олега и продолжил процесс на нем. Олегу от этого стало сильно неуютно: выражение лица у пребывающего в трансе начальника экспедиции было явно озабоченное.

– Шеф… – позвал Олег. – В чем дело?

– Ни в чем, – Ермаков тряхнул головой, вернувшись в обычное состояние. – Энгар уже выдвигается сюда. Только тебе лучше бы и в самом деле захотеть вызвать талисман по-настоящему!..

Олег разинул рот от такого заявления.

– Шеф?!..

– А что тебе еще делать? – ответил Ермаков довольно хмуро. – В переговорах твое участие не требуется. А вызывать талисман все равно надо. Вот и вызывай. Чем черт не шутит… – добавил он, подумав. – Может, и получится…

Олег хотел было потребовать объяснить столь резкую перемену позиции, но заметил краем глаза, как облегченно расслабилась Та-Эли, и передумал. Момент явно был не самый подходящий.

Но впечатление было такое, что шеф опять что-то учуял. Слишком уж глубоко он сканировал их с принцессой. Для наблюдения за беременностью подобная степень погружения совершенно не требовалась: не впадал же он в транс в прошлый раз… И он также явно не желал говорить при Та-Эли. Правда, вряд ли это было что-то смертельное: в таком случае Виктор Петрович вел бы себя иначе. Уж настолько-то Олег успел его узнать. Оставалось надеяться, что именно так все и обстоит…

– Хорошо, – сказал Олег смиренно. – Буду вызывать…

– Готовы?

– Да, командир!

– Ну, тогда, как мы встанем – так вы начинаете!

Равий, Рэм и Такан, практически невидимые, благодаря включенным «хамелеонам», застыли в готовности со шприцами в руках. Вся основная боевая сила Олега. Больше просто некого было посылать. Локтев был слишком стар, Ермаков должен был вести переговоры, а Олега, как выяснилось, Энгар успел заложить перед Виктором Петровичем в злоупотреблении стимуляторами – что тоже не увеличило свободу маневра. Ну, и – как уже было сказано – Олегу предстояло продолжить вызывание талисмана, ни дна ему ни покрышки… Так что выбор представлялся очевидным.

В принципе, конечно, ничего не мешало начать поиск наблюдателя с пультом прямо сейчас… Движение на «шиле» нормальному взгляду уловить было невозможно. Но это же обстоятельство в данном случае как раз и представляло из себя проблему. Ибо даже один человек, карабкающийся через гору мусора, поднимает тучу пыли. Трое – тем более. А перемещение под действием ускорителя и вовсе выглядело бы подобно взрыву. Потому решено было, что сперва Ермаков и Олег (чисто с целью создания эффекта массовости) для ведения переговоров встанут и выйдут из лестничной ниши. Постаравшись сделать это как можно более неуклюже. А непосредственно в этот момент, пока пыль еще клубится – рванется поисковая группа. Бег ее по площади определить будет уже не столь просто: каждый из тройки пойдет своим маршрутом.

Да и пыль там наличествовала не в таком количестве… А ввиду того, что взгляды всех наблюдателей будут устремлены на переговорщиков, то на какие-то кратковременные пылевые завихрения никто и вовсе внимания не обратит: порывы ветра и здесь случаются…

– Ну что, пошли? – спросил Ермаков, посмотрев на Олега. Олег кивнул. – Эй! Варунг! – крикнул Виктор Петрович. – Мы выходим! Скажи своим, чтоб не стреляли!

– Они не будут!.. – донеслось в ответ.

Ермаков с Олегом поднялись и полезли через горы мусора. Усиленно оступаясь и чертыхаясь. Олег даже упал (как заранее было обговорено). И мгновенно оказался в пыльном облаке. Ругаясь уже всерьез и отряхиваясь, они с Виктором Петровичем выбрались на ровное место. Король-Жрец стоял, продолжая держаться за Егора, и исподлобья их рассматривая. Судя по тому, что стрельбы не началось – наскоро придуманный план сработал. Олег, как бы невзначай, бросил несколько взглядов на площадь – но ничего не заметил: значит, ребята прошли нормально. Он посмотрел на Ермакова и чуть заметно кивнул.

– Хорошо, – сказал Ермаков, заканчивая отряхиваться. – Чертова пыль… Идем… – он повернулся в сторону Короля-Жреца, до которого еще оставалось двадцать метров. И неожиданно добавил: – И ты талисман-то – вызывай. А не делай вид. Я ведь вижу, что ты всерьез это не воспринял…

Олег чуть не споткнулся по-настоящему – от услышанного: как будто сейчас именно это было важнее всего!

– В чем дело? – спросил он прямо. Благо от залегших в нише они уже отошли и разговаривали вполголоса – до принцессы их слова вряд ли могли донестись. – Нам что, заняться больше нечем?

Ермаков поморщился.

– Долго объяснять… – сказал он, глядя на Короля-Жреца. – Но если хочешь и в самом деле свою принцессу получить – поторопись. Я вовсе не шутил.

– Да что случилось-то? – уже всерьез обеспокоился Олег.

– Да сказал же уже: ничего! Пока. Но она – генетически сформированный оператор… В активном состоянии. А не в стасисе… Она просто не может быть спокойна, пока у Диадемы нет хозяина. И чем дальше – тем хуже ей будет. Ей уже и сейчас хреново… Только она еще сама не поняла…

– Емай твою налево… – пробормотал Олег. – И что теперь?

– Не знаю! – чувствовалось, что Ермакову не хочется об этом говорить. – Но чем скорее ты вызовешь талисман, тем будет лучше!

– Так чего ж вы сразу-то не сказали?! Когда Кан Шор предложил на «шиле» отбежать?!

– А я раньше этого не сообразил! – огрызнулся Ермаков. – Не семи пядей во лбу… К тому же, от этого толку все равно никакого бы не было…

– Почему?

– Ты каким местом слушал? – посмотрел на него начальник. – Я же вам объяснял… Неизвестно, на какое расстояние вас нужно развести… У нее – на генном уровне императив прошит на стремление к Диадеме, отключиться он может только если талисман с настоящим хозяином соединится… А у тебя – подсознательный блок: ты вообще не веришь в эти талисманы! А уж в то, что ты Избранный – так и тем более! Уникум, блин – первый раз с таким сталкиваюсь, даже отдаленно не представляю, что тут можно сделать… Ты его просто не хочешь, принцесса правильно говорит. Вот он и не может к тебе явиться: это ж твое желание – желание Повелителя! – как он может его не выполнить?! Будь здесь хотя бы Энгар – можно было бы что-то придумать со снятием этого блока… Но Энгар раньше чем через два часа не появится. А у нас – сам видишь, что творится! Самая благодатная тема для усугубления тяги к Диадеме у оператора… И до чего оно дойти может, я не представляю. Но ни до чего хорошего… Так что ты лучше напрягись фибрами – и талисман вызови! Другого варианта я что-то не вижу…

К сожалению, развивать тему не было времени: до Яна с Егором осталось меньше десятка метров. Что тут же подтвердил Король-Жрец:

– Остановитесь! – велел он. – Так говорить будем…

Олег с Ермаковым остановились, и Олег оглядел площадь еще раз. Уже открыто.

Площадь была и в самом деле до странности пустой. Хотя в том, что отсутствовали парализованные во время атаки горожане, ничего особенного не было. Просто все уже пришли в себя и могли разойтись по домам. Правда, такой команды не отдавали ни Кан Шор, ни Ермаков, однако, спокойно мог отдать Ян. Остававшийся здесь за старшего… Но вот как он умудрился убрать отсюда рэтов?.. В том числе, с наблюдательного пункта в «Ангерране»? Олег посмотрел на гостиницу, выглядевшую вымершей. А ведь там и у выхода из подземелья пост должен был быть… Качественно сработал Король-Жрец, ничего не скажешь. Иначе не держался бы так уверенно, имея всего пару пулеметов, пусть и крупнокалиберных. И ведь ему еще пришлось либо самому спускаться, либо посылать кого-то вниз – за пультом управления… «Недооценили мы его», – подумал Олег.

– Ну и чего вы надумали? – словно по заказу напомнил о себе повелитель Города.

Внешне он никак не изменился. Выглядел в точности как Ян, и, встреть его Олег просто так – ни за что бы не догадался. Разве что по голосу: у Короля интонации были другие. Хотя, надо думать, при необходимости он мог бы легко воспроизвести и речь оригинала. Говорил же Ян, что отличить невозможно… Видимо, на это все и купились, включая Егора. Чего уж он им выдумал – сейчас было совершенно несущественно… А вот зачем он Егора оставил, было непонятно… И в качестве опоры, и в качестве живого щита проще было использовать штатных телохранителей. Мальчишку же надо было еще контролировать и удерживать возле себя – неизвестно, что он мог выкинуть с перепугу… Впрочем, приглядевшись, Олег понял: Егор вряд ли сможет что-нибудь сделать. Разве расплакаться… Слишком он был деморализован. И слишком в тепличных условиях вырос. Да, Глауморг все рассчитал…

– А что можно надумать в нашем положении? – вопросом на вопрос ответил Ермаков, в стихии переговоров чувствовавший себя как рыба в воде. Сейчас было даже не похоже, что пять минут назад он валялся в куче мусора и отплевывался от пыли: уверенный взгляд, спокойная осанка… Дипломат, блин… – Разумеется, мы согласны пойти тебе навстречу. При условии, что обговорим приемлемые требования. Сам понимаешь: сдаваться безоговорочно у нас нет никакого желания. Тут даже твои черви немного помогут: ты нас знаешь. Да ты ведь и сам не хочешь угодить им на съедение, не так ли? Иными словами – у нас патовая ситуация. Мы либо все погибнем, либо как-то договоримся. Устраивает тебя такой расклад для начала?

Король-Жрец рассмеялся.

– А ты нагле-ец! – сообщил он.

– А ты чего ждал? – не замедлил с ответом Виктор Петрович. – Шантаж – всегда палка о двух концах. Вот я тебе про второй конец и напомнил. Или ты думал, что достаточно поймать ТОЛЬКО НАС – и все? И остальные, кто ждут снаружи – уже не сунутся? Нет уж. Раз влез в это дело – изволь договариваться по всем пунктам. А не пугать нас, как разбойник в подворотне: «Жизнь или кошелек!»

– По всем пунктам? – переспросил Ян с чужими интонациями, продолжая улыбаться. – Что ж, изволь… Какие у тебя предложения?

Правда, Олег в эти препирательства не очень вслушивался. Так, краем уха… Хотя чего там было вслушиваться, если они это заранее все обговорили. Он даже и обстановку-то вокруг контролировал чисто автематически, не особо напрягаясь. Поскольку было ему сейчас совсем не до этого.

Его по самое «не могу» ошеломило сообщение Ермакова. А если честно признаться, он вообще просто испугался. За Та-Эли. Что имел в виду начальник экспедиции? И отчего только сейчас об этом сказал? Он ведь и раньше что-то почуял, еще когда наверх шли. Но при принцессе говорить не хотел… Почему? Олег постарался припомнить, как выглядела Та-Эли и как себя вела. Ну, была подавлена… Расстроена. Но в истерике не билась, неадекватных действий не совершала… Разве что настаивала на вызове талисмана… Ну, так странно было бы иначе: раз уж она на него так настроена… Что такое мог заметить Ермаков посредством своего сканера, что заставило его всерьез поддержать принцессу? И не спросишь сейчас, блин! Совершенно же неподходящее время!.. Нет, ну какого лешего этой Диадеме приспичило сменить хозяина?! Насколько проще все было бы!

Впрочем, Олег понимал, что от рефлексирования сейчас вряд ли будет какой-то толк. Потому, не прекращая размышлений, одновременно принялся повторять те приемы по вызову талисмана, которым обучили его на скорую руку в подземелье Хранилища Виктор Петрович, Локтев и Та-Эли. Хотя его по-прежнему мучили сомнения в успехе данного предприятия. Но раз уж Ермаков сказал, что это надо делать…

– … вот что мы предлагаем, – закончил, между тем, Ермаков озвучивать выработанную ранее диспозицию. – Надеюсь, тебя это устроит. Мы не хотим лишних жертв и согласны подождать, пока вы сами не обратитесь к нам за помощью. Уж извини: обещать, что под Куполом мы больше никогда не появимся, я тебе не могу. К тому же, появиться можем и вовсе не мы – раз пройти через барьер возможно…

– Что ж, интересный вариант, – ухмыльнулся Ян. Неуклюже подпрыгнул на единственной ноге, перенося тяжесть тела на костыль, и поудобнее ухватился за Егора. Ухмылка эта сильно не понравилась Олегу. Похоже было на то, что речь Ермакова оказала на Короля-Жреца не совсем тот эффект, на который они рассчитывали: он ни на копейку не выглядел заинтересованным.

– Только он меня не устраивает! – тут же подтвердил Глауморг возникшие у Олега подозрения. – То есть, – быстро поправился он, – вы мне здесь под Куполом не нужны – это правда. Но и жить потом все время с пальцем на кнопке я тоже не хочу. Поэтому просто так я вас отпустить не могу: зачем мне лишние проблемы? Но вот если я от вас кое-что еще получу… – он улыбнулся, – в дополнение к уже сказанному… Тогда я могу и согласиться. Забирайте хоть вообще всех. Даже и тех из моих городских дураков, которые пожелают отправиться с вами!

– И что же это такое? – спросил Ермаков.

– Талисман.

– Какой?

– Не притворяйся, что не понимаешь, – усмехнулся криво Ян. – Конечно же, не твой. Вы отдадите мне талисман Принцессы.

В течение паузы, последовавшей за этим заявлением, можно было успеть быстренько выкурить сигарету, найдись в окрестностях кто-нибудь курящий… И приди ему в голову устраивать перекуры… «Да, мы его точно недооценили: это человек с большими запросами», – подумал Олег, заодно прикидывая, что его ребята должны уже уколоться синергином и вот-вот начнут поиски наблюдателя. Сколько времени это займет… Минут тридцать-сорок, не меньше, однозначно – слишком большую территорию им требовалось обшарить. Но удастся ли Ермакову промурыжить Глауморга эти полчаса, если он и дальше станет выдвигать требования, несовместимые с нормальным состоянием психики? И что будет, если не удастся? И вообще – правильной ли была сама идея вступать в переговоры с эмуляцией личности, неизвестно в насколько здравом уме пребывающей после многократных перезаписей? Впрочем, последний вопрос был чисто риторическим…

Олег покосился на начальника. Но тот остался невозмутим. Олег вспомнил, что, по словам Виктора Петровича, они с владыкой Города проговорили целую ночь. Похоже, Ермаков успел изучить собеседника.

– Он и так останется у тебя, – сказал он. – Мы не смогли открыть Хранилище, поэтому все его содержимое будет и дальше лежать в Городе.

Глауморг, видимо, не ожидал подобного ответа. Или – такого легкого согласия? Хотя вроде о неудаче со вскрытием двери Кан Шор ведь сообщил? Несколько секунд Король-Жрец пристально смотрел на Ермакова, прежде чем заговорить вновь.

– Ты по-прежнему считаешь себя самым умным, да? – спросил он, выпрямившись, насколько возможно, на своих костылях и гордо откинув назад голову. – Или ты думаешь, что я все еще тот ничтожный лаборант, который заискивающе кланялся перед тобой – великим ученым и личным другом самого Акино?! – последние слова он не сказал, а буквально выплюнул. – Ты думаешь, я не знаю, что принц даровал тебе полный доступ в Спецхран в любое время? И хочешь, чтобы я поверил, что ты – ты! – не смог открыть дверь?! Нет уж – ты ее откроешь!!

К концу этого монолога в нем не осталось практически ничего от Яна. Кроме, может быть, костылей. Совершенно другой человек стоял перед ними. Он даже на плечо Егора перестал опираться. Чем мальчишка мог бы воспользоваться, будь в более вменяемом состоянии. Но, похоже, он этого вообще не заметил. Он все-таки расплакался – по щекам текли слезы, и Егор утирал их то одной, то другой рукой. Олегу такое его состояние очень сильно не понравилось: видывать сломавшихся людей ему уже доводилось, но он даже взглядом не мог подбодрить Егора, потому что тот явно ничего не воспринимал вокруг. А окликнуть его на таком расстоянии, чтобы не услышал Король-Жрец, было проблематично, и неизвестно, чем бы кончилось…

– Перестань валять дурака, Варунг, – скучным голосом сказал Ермаков. – Повторяю: мне точно известно: ты не горишь желанием отправиться в Страну Мертвых раньше времени… Ты можешь пугать нас уничтожением жителей Города – и мы вынуждены с этим считаться. Но сам ты не самоубийца. А потому – нравится это или нет – но тебе придется принимать обстоятельства такими, какие они есть! Спецхран не открывается. Ты это знаешь. Иначе не решился бы на весь этот спектакль…

– Ты считаешь это спектаклем? – зловеще перебил Король-Жрец. И его вполне можно было испугаться – будь перед ним другие собеседники. Но Ермаков только пожал плечами.

– Варунг… – все тем же скучным голосом ответил он. – Что тебя не устраивает? Ты же получаешь талисман. И не только его, а и все содержимое Спецхрана… Или ты хочешь, чтобы я тебя умолял это сделать? Извини, это уже несерьезно…

– Ты издеваешься? – спросил Глауморг.

– Даже и не думал, – Ермаков помотал головой.

– Тогда зачем ты делаешь вид, что не понимаешь, о чем я? На что мне талисман в Спецхране?

Виктор Петрович очень удивленно посмотрел на собеседника:

– А на что он тебе снаружи? У тебя есть для него Повелитель? Король-Жрец перестал принимать гордую позу и снова сделался похожим на Яна.

– Будь у меня здесь Повелитель, – хмуро сказал он. – Мы бы сейчас с тобой не разговаривали!

– Тогда зачем?

Ян поглядел какое-то время исподлобья на Ермакова. Затем на Олега. Потом снова на начальника.

– Тебе, я смотрю, хочется поговорить, вместо того, чтобы заниматься делом, – сообщил он. – Без болтовни вы, земляне, не способны принять никакого решения даже тогда, когда болтать и не требуется… Вот затем мне и нужен талисман! Чтобы заставить вас работать, а не трепать языком!

– И каким образом ты собираешься это осуществить? – словно подтверждая слова Короля-Жреца, поинтересовался Виктор Петрович. Причем тоном точь-в-точь как недоброжелательный оппонент на защите диссертации – сдержанным, но полным очень глубокого сомнения.

И Ян на это купился. Да еще как…

– Да таким же, как и ваш обожаемый Акино, если тебе непонятно, – снизошел он до ответа. – Буду держать вас в повиновении посредством талисмана. Только без всяких этих ваших землянских выдумок… «Счастье всем! Даром! И пусть никто не уйдет обиженным!» – глумливо продекламировал он, запрокинув голову. – «От каждого по способностям – каждому по потребностям!», «Творческий труд – главное предназначение человека!» «Только наука делает магию по-настоящему всемогущей!» И блаженный дурачок Акино был первым, кто распространял эти бредни! А в окрестных государствах люди прозябали в нищете и разврате под властью кучки мерзавцев, постоянно воюющих друг с другом… И только Корг Великий смог преодолеть хаос и дать народу нормальную жизнь – труд, защиту и законы. И его империя сокрушила лишенный стержня Город! Несмотря на все имеющиеся талисманы!..

– Варунг… – мягко прервал разошедшегося бывшего лаборанта Ермаков. – Это я от тебя уже слышал…

Олег невольно восхитился начальником: в условиях серьезнейших, казалось бы, переговоров развести противника на такую пустопорожнюю болтовню! Каждой бессмысленной фразой занимающую время… Необходимое бойцам Олега для поисков наблюдателя. Так что, чем дольше Королю-Жрецу вздумалось бы витийствовать, тем было лучше.

– Так послушай еще! – отрезал Глауморг. – Если не в состоянии понять… Может быть, так тебе станет яснее! Вся идея Города, построенная на пришельцах и их талисманах, была в корне порочна! Когда здесь, перед Резиденцией, мечи воинов Корга сносили раз за разом десятки голов, и кровь лилась потоком, соперничая с дождевой водой, а на расправу вели все новые и новые толпы – я это особо отчетливо понял!.. – продолжил он, устремив взгляд куда-то в бесконечность – в далекое прошлое. Но кто он и где он, тем не менее, не забыл: уцепился опять за Егора, чтобы не упасть, ухватив мальчишку за майку где-то у спины. – Принц был тут, у себя! – не оборачиваясь, Варунг махнул рукой на алтарь – жалкие остатки той самой Резиденции. – Мы все знали это! Но он ничего не мог поделать… Бог оказался бессилен перед человеком, когда этот человек стоит во главе Империи! И даже погубить всех под конец этому фигляру Акино не удалось… Корг вознесся в блеске молний, неуязвимый и свободный!.. Гордо осыпая насмешками своего поверженного врага… И в этот момент на меня снизошло озарение! Точно молния, пронзившая меня насквозь и осветившая изнутри до самой последней клеточки моего тела!.. Я понял, каким должен быть настоящий властитель! Таким, как Корг-Варвар! Но не совсем таким – а еще более могучим. Объединяющим в себе обе силы нашего мира – и магию, и талисманы! И еще я понял, чего Коргу Великому не хватало для того, чтобы им быть! И главное: я понял, что то, что для этого необходимо – есть у меня!! – он резко оборвал эту свою исповедь и яростно взглянул на собеседников: – Талисман нужен МНЕ! Я буду его Повелителем! Неужели это так трудно понять?! – он пристукнул по земле костылем.

«Вот нифига ж себе! – подумал Олег ошарашенно, даже перестав от неожиданности вызывать Диадему: – Да он точно спятил, пока тут сидел! Виктор Петрович был совершенно прав… Но как его прет-то!..» Невооруженным взглядом видно было, что Варунг не столько старается на самом деле объяснить смысл своей претензии, сколько просто выговориться впервые за столько лет перед людьми сходного образовательного уровня. Вряд ли среди его подданных здесь, в Городе, оставался в живых хоть кто-то из старожилов. Ну, а уж желание, «поставить на место» того, кто когда-то был по положению выше его, и вовсе не требовалось угадывать: оно было написано буквально на лбу у самозваного повелителя огромными буквами. Олег покосился на начальника и порадовался, что не ему выпало вести эти переговоры: у него бы не получилось столь невозмутимо «тянуть резину» при обмене такими репликами – специализация совсем другая… А вот Ермаков держался хорошо…

Олег снова принялся вызывать Диадему. Стараясь, чтобы внешне его усилия оставались незаметными. Ибо в некоторых случаях напрягаться приходилось физически всем телом, и скрыть такое было не так просто. Хотя Олег старался. Надеясь, в крайнем случае, что его потуги воспримут как борьбу с внезапно приключившимся приступом поноса, например. От испуга, ага… А проклятый талисман все никак не желал появляться…

– Ты мне не говорил, что был здесь, на площади, в тот момент… – после паузы медленно произнес Виктор Петрович. – Это кое-что может прояснить. Скажи-ка: что сталось с Акино?

Ян, внезапно успокоившись, примерно секунд пять внимательно рассматривал Ермакова. Как какое-то экзотическое насекомое.

– Ты, видимо, плохо понимаешь, что происходит, – так же медленно ответил он затем. – Тебе удалось провести меня в первый раз. Но сейчас я не дам тебе тратить время на пустопорожние разговоры. Я сказал уже достаточно, – холодно заключил он. – Через пять минут принцесса должна быть на алтаре. Иначе тебе придется убедиться, что это совсем не спектакль!

«Ах ты, скотина! – пронеслось в мозгу у Олега. Сообразившего, наконец, каким образом этот придурок Глауморг собрался стать талисмановладельцем. – Убью урода!..» Откуда-то из глубины накатила волна такой ярости, какой Олег от себя даже не ожидал. От того, чтобы пристрелить мерзавца немедленно, его удержало только воспоминание о наблюдателе с кнопкой, будь он неладен… Сколько там Равий еще возиться с ним намерен, Автарк его заешь?!

И тут нечто странное вмешалось в ход мыслей Олега.

Перед глазами вдруг завертелась цветная метель, тело стало невесомым, и Олег увидел Ангерранскую долину откуда-то с огромной высоты – так, что ее можно было сразу охватить одним взглядом. Ощущение оказалось настолько явственным, что он на несколько секунд выпал из реальности, начисто перестав воспринимать окружающее.

Олег замер на месте: глюками он не страдал, работоспособного мага для наведения галлюцинации рядом не имелось, никакой «дури» он в ближайшее время не принимал… А кроме того – картинка была очень уж похожа на ту, что привиделась ему во сне сразу после высадки и потом, в Джунгахоре, накануне нападения крысюков. Сейчас он – точно не спал. Но тогда – что? Впрочем, одно подходящее объяснение имелось: судя по тому, что ему успели рассказать, обучая вызыванию – это мог быть контакт с талисманом. Еще не настоящий – когда происходит непосредственное слияние человека с атрибутом – но уже вполне отчетливый. Подтверждение для знающего Избранного, что талисман признает его своим Повелителем и нужно как можно скорее до него добраться. То есть – екарная Диадема решила-таки откликнуться на усилия Олега? На что он, если быть честным, уже и не надеялся…

Но при чем здесь вид с высоты птичьего полета? А то и еще откуда повыше? И почему – если это талисман – он откликнулся именно сейчас? И вообще, черт побери – что с этим делать?! Продолжать напрягаться «всеми фибрами души», согласно предыдущим инструкциям? Или просто приказать Диадеме перенестись к нему, раз уж она отозвалась? Насколько Олег знал, подчинившийся талисман не требовал никаких особых усилий для управления. Но почему она тогда просто не явилась на призывы? Или явилась, а он этого еще не понял? Олег едва не начал ощупывать голову – с целью проверки наличия артефакта. А заодно представил себя с этим украшением на макушке – и ему стало нехорошо. Ходить в подобном дамском прикиде перед народом способны были без стеснения лишь коренные аборигены Панги. По причине абсолютно средневекового менталитета. Дикари, что с них возьмешь… Единственным утешением служило только то, что талисман мог принимать такой вид, какой максимально устраивал владельца. Вплоть до невидимости и неощутимости, если потребуется… Но Повелителю-то эта штука как-то должна дать знать, что она при нем или нет?! А тут кроме необъяснимой картинки – ничего! И как это прикажете понимать?..

Загадочное наваждение закончилось так же внезапно, как и началось. Олег обнаружил себя на площади, взмокшим от напряжения и злобно уставившимся на Короля-Жреца, который, в свою очередь, не отрываясь, сверлил взглядом Ермакова. Приключившегося с Олегом, похоже, никто не заметил.

– … хорошо понимаешь, – услышал Олег голос Виктора Петровича, – что для нас такое требование неприемлемо. Больше того: оно невыполнимо и для тебя – поскольку самоубийство не входит в твои планы. Я тебе об этом уже говорил. Твоя угроза с червями здесь просто не работает. Так для чего же ты на нем настаиваешь, загоняя всех нас в патовую ситуацию?

– Ты полагаешь, что она патовая? – криво усмехнулся Ян. – И надеешься, что это заставит меня тебе поверить?

– Нет. Я всего лишь рассчитываю на твою практичность.

– Да уж… – все с той же усмешкой согласился Король-Жрец. – Мне пришлось тут стать практичным. Я радикально избавился от мечтательности за эти годы… Кроме того, я здесь, на досуге, почитал архивы… Ну – то, что уцелело… Ты думаешь, я не знаю, чем закончили все, кто поверил договорам с вами?

– Ну, если ты именно ТАК понял эти договоры…

– А их никак больше нельзя понять! – отрезал Ян. – И мне этого хватило, чтобы убедиться, что иметь с вами дело без гарантий нельзя!

«Что за черт!» – подумал Олег. Ян совершено не выглядел человеком, оказавшимся в патовой ситуации. Уверенность его была железобетонной. Она буквально била в глаза. И Олег никак не мог взять в толк, чем она вызвана. Даже принимая во внимание психическую ненормальность Короля-Жреца, ему вовсе не требовалось беседовать с ними на отвлеченные темы: ну не совсем же он спятил! Логика-то в его действиях сохранялась вполне здравая… И он не мог не сознавать, что чем дольше он тут стоит, тем больше вероятность того, что в Городе появится Энгар… Раз уж сам только что в глаза сообщил, что в договоренность с ними не верит… Значит, должен был учитывать с самого начала… Тогда для чего вообще затеял весь этот балаган?!

– Так чем тебе черви не гарантия? – спросил, тем временем, Ермаков. – Уверяю тебя: нам совсем не улыбается стать причиной гибели населения Города. Даже в таком виде, в каком оно пребывает сейчас.

Ян отрицательно покачал головой.

– Не уводи разговор в сторону… – сказал он вкрадчиво. – Мне не нужны гарантии того, что вы не появитесь больше в Городе. Мне нужен талисман. И я не намерен ждать, когда вы соизволите мне его милостиво подарить когда-нибудь потом… Я получу его сейчас. Через пять минут. Время уже идет. Вот о гарантиях этого получения я и говорю…

– Что из себя представляют эти гарантии? – поинтересовался Ермаков, сохраняя спокойствие. Впрочем, ему ничего больше не оставалось. – Я ведь тебе уже сказал: мы НЕ МОЖЕМ отдать тебе принцессу. Ни при каких обстоятельствах. Что бы ты ни делал.

– Так уж и ни при каких? – переспросил Ян почти весело. – Я ведь не зря рассказал, что было на площади, когда Корг требовал от Акино сдаться. А тот предпочел сидеть в резиденции, надеясь на талисман… А у вас ведь даже талисмана нет… А насчет гарантий – я сейчас объясню…

Ян неуклюже развернулся в сторону ратуши и махнул рукой. Двери ратуши распахнулись. Несколько человек, явно из охраны Короля-Жреца, вооруженные помповыми ружьями, вытолкали наружу – вот уж кого Олег точно меньше всего желал бы видеть здесь сейчас! – Эльку, Рию, Анноуру и Ниниэль. Как только он умудрился их достать из подземелья?!.. Еще двое вытащили следом Ирму, поставив рядом с перепуганными девчонками.

Олега охватило острое ощущение собственного бессилия. Происходящее практически не оставляло выбора. Слишком уж очевидно оно выглядело. Все их потуги вести переговоры изначально были бессмысленны. Они действительно недооценили Короля-Жреца, купившись на кнопку запуска червей. Совершенно не допуская мысли, что это лишь первый контур западни. А зря… Наверняка, за десятилетия своего правления Глауморг приобрел огромный опыт в такого рода ловушках. Вряд ли бы иначе он смог удержаться у власти… Олег отчаянным усилием, напрягшись всем телом, попробовал еще раз вызвать талисман. Или хотя бы повторить только что привидевшуюся картинку. Ну хоть что-нибудь!.. Попытка кончилась ничем – как и все предыдущие. От безысходности Олег сжал цевье станнера, готовясь, если что, просто парализовать всех, кто находится перед входом в ратушу. Толку от этого не было бы, конечно, никакого – но не стоять же столбом, как баран? Пропади пропадом эта Диадема – какого Яппура ей еще надо?!

Ермаков же, бестрепетно пронаблюдав совершенное действие, спросил неожиданно голосом, ставшим похожим на металл:

– ЭТО И ЕСТЬ ТВОИ ГАРАНТИИ, ВАРУНГ?

Олег удивленно посмотрел на начальника. Вид у Виктора Петровича был каким угодно, только не видом проигравшего. Скорее – наоборот. Это даже Король-Жрец заметил, сразу перестав улыбаться.

– Ты сомневаешься? – спросил он в ответ зловеще.

– Я сомневаюсь в том, хорошо ли ты подумал! – объявил Ермаков. Причем интонация его впервые за весь разговор была угрожающей. Откровенно.

– Вот как? У нас прорезался голос? – Король-Жрец удивленно задрал брови. – А если я прикажу сейчас зарезать кого-нибудь из них? – он махнул рукой в сторону ратуши. – А потом следующую? А когда закончатся все эти крысючьи приживалки – начну резать самих крысюков? У меня их там достаточно… И что ты будешь делать? – с издевкой спросил он. – Ведь ты же гуманист… Слезинка ребенка и все такое!.. Ты согласен это допустить?

– Ты дурак, Глауморг, – сообщил Виктор Петрович. – Причем дурак полный и окончательный. Ты сам себя загнал в ловушку. И при этом того даже не понимаешь! Тебе объяснить?

Король-Жрец явно никак не рассчитывал на такой эффект. Уж прямого-то наезда – не ждал точно. Он усмехнулся – правда, как-то кривовато – и предложил:

– Ну, объясни…

Признаться честно, Олег тоже не понимал причину перемены в поведении Ермакова. Ну, если только исключить, что он заразился сумасшествием у своего оппонента, пока с ним общался… Или же он продолжает то, чего ради они и начали переговоры – забалтывание Короля-Жреца? Но тогда как он собирается делать это в обострившейся до такой степени ситуации – Олегу было неведомо. Однако кое-что он уловил: сейчас, пожалуй, не время заниматься талисманными медитациями: Ермакову могла потребоваться поддержка в намечающемся конфликте. Олег подобрался, готовясь не пропустить ни слова…

– НЕ ОТВЛЕКАЙСЯ! – бросил в его сторону Виктор Петрович таким тоном, что Олег вздрогнул. Получалось – шеф все время ситуацию контролировал?! И отследил момент странного видения? Но тогда он специально идет на обострение, чтобы выиграть время для Олега, чтобы Олег вызвал Диадему? То есть – считает это реальным?.. Олег в отчаянии чуть не застонал – от невозможности спросить у начальника прямо. Потому как просто не представлял уже, что еще можно попробовать в качестве вызывательного приема. Он бы даже с удовольствием постучал по чему-нибудь башкой – если бы было по чему – но никаких подходящих предметов в пределах досягаемости не имелось. Может быть, пуститься в пляс – как делали это шаманы в окрестностях Черной Цитадели, когда вызывали духов и демонов? Вот то-то была бы картинка для наблюдателя…

– Знаешь, в чем твоя ошибка? – требовательно обратился, тем временем, Ермаков уже к Королю-Жрецу, ожидающему пояснений.

Причем все тем же тоном – как начальник к провинившемуся подчиненному. И бывший лаборант Глауморг вторично купился на знакомую интонацию.

– В чем? – спросил он, немного подумав. Уже не улыбаясь.

– Да в том, что ты заигрался! – все так же резко пояснил Ермаков. – До такой степени, что даже не потребовал от нас выйти на переговоры без оружия. Решив, что на нас можно давить до бесконечности… Так вот – ты ошибался! И если ты сейчас прикажешь убивать заложников – я тебя просто пристрелю. Или Олег. Кто-нибудь из нас это наверняка успеет сделать.

– А про червей ты уже забыл? – поинтересовался Глауморг удивленно. – Ты не слишком ли много себе позволяешь?

– Не слишком! – отрезал Ермаков, меньше всего сейчас напоминая дипломата. – Это, похоже, ты про них забыл! Если мы тебя пристрелим – твой наблюдатель нажмет кнопку. Тебе объяснить, ЧТО тогда произойдет? И даже не надейся, что я блефую! Тебе уже никогда никакие талисманы не понадобятся! Ты тут правильно Достоевского вспомнил… Если выбирать между возможностью спасти остатки Города и возможностью позволить тебе убивать на наших глазах детей – то пусть лучше погибнет Город, черт с ним! Но ты тут больше никого убивать не станешь! Дошло до тебя?!

– Ты так, да… – сказал Ян, не отводя взгляда от лица Виктора Петровича, точно впервые его увидел.

– Я всегда так, – ответил Ермаков спокойно. – Я бы с тобой и дальше разговаривал, да ты сам все испортил. Так что, если хочешь жить – стой и не совершай никаких опрометчивых движений. Не то тебя угробят твои же люди… И вот тебе еще один довод насчет заложников… Сейчас прилегающие дома обыскивают три бойца из группы Олега в режиме невидимости, – Олег дернулся, но начальник не обратил на это никакого внимания. – Ты ведь представляешь уже, на что они способны? Самое позднее – через полчаса они найдут твоего наблюдателя с кнопкой… И что ты будешь делать тогда? Можешь, конечно, отдать приказ сейчас своим людям – искать их… Можешь приказать наблюдателю сменить позицию… А я посмотрю, что из этого выйдет… Рискнешь?

– Ты… – повторил Король-Жрец, шумно втягивая воздух.

– Я мог бы просто подождать еще немного, – продолжал Ермаков невозмутимо. – А потом без затей дать тебе в лоб. На чем все и закончилось бы. Но зачем тянуть? А, кроме того, в сложившейся ситуации нам выгоднее иметь тебя в качестве союзника, чем пленника, а уж тем более покойника… Поэтому я тебе еще раз советую – принять наши условия. Пока мы их тебе предлагаем. Потому что потом – никаких условий уже не будет.

Олег слушал эту речь, все больше и больше обалдевая. Фактически, прямо у него на глазах Ермаков умудрился совершить невозможное. Буквально за считанные минуты вывернул ситуацию наизнанку! Ян все еще смотрел на него, не отрываясь, но чем дальше, тем больше этот взгляд становился похож на взгляд кролика, замершего перед удавом. Несомненно, Глауморг осознал, что угодил в собственную ловушку. Как тот охотник из анекдота, который медведя поймал… И ведь что самое удивительное – Олег мог поклясться, что когда они выбирались из лестничной ниши, у начальника не было совсем никаких мыслей по этому поводу! Иначе бы он просто предупредил остальных – чтобы подыграли в случае чего. Но нет! Он просчитал ситуацию исключительно в процессе разговора! И подловил Глауморга как раз на том, в чем тот считал себя наиболее сильным… Да, такое нужно было уметь!.. Ну, вот из чего он заключил, что Король-Жрец не психанет, будучи взятым, в сущности, «на слабо»? Олег, например, этого никак не видел даже сейчас. Но Ермаков, похоже, был прав! Нет, воистину, шеф был из породы «волшебников»!..

– Ты… Ты… – выдавил Глауморг каким-то шипящим голосом, по-прежнему не отводя взгляда от Виктора Петровича, отпустил Егора и рванул себя рукой за ворот майки.

И тут события внезапно сделали резкий поворот.

Егор, до того стоявший, казалось, еле держась на ногах, и ни на что не реагируя, продолжая заливаться слезами, развернулся к Яну, выдернул откуда-то из шорт (где он его прятал, черт возьми?!) небольшой кинжал и, выставив его перед собой, закричал плачущим голосом:

– Сдавайся! Сдавайся, гад такой – или я тебя убью!!

Никто ничего не успел сделать. Олег еще только раскрывал рот, чтобы крикнуть «Стой!», а Ян отшатнулся от мелькнувшего перед лицом лезвия, единственная нога его подвернулась… Падая, он отмахнулся костылем, попал Егору в живот, и мальчишка, согнувшись, тоже рухнул на землю. Зажатый в кулаке лезвием вперед кинжал по рукоятку вошел ему в глаз. На несколько секунд все замерло. Затем Олег рванулся вперед…

И в тот же миг в ратуше загрохотали пулеметы.

В том, что пулеметчики у Короля-Жреца были ни на что не годные, Олег убедился лишний раз. Никому из них и в голову не пришло, что они могут убить своего повелителя. Они лупили по площади длинными очередями, что называется, на расплав, словно задались целью как можно скорее расстрелять все патроны. Или заклинить пулеметы… Пули взрывали землю и вокруг Егора, и вокруг Яна, и между ними и Олегом – не давая никакой возможности Олегу добежать до них. Вокруг упавшего Олега, впрочем, тоже… Как и возле Ермакова. При том – невероятно, но факт! – горе-стрелки умудрились ни в кого не попасть! Но, понятное дело, такое не могло продолжаться вечно…

– Варунг, твою мать!! – различил Олег голос Виктора Петровича. Но ошарашенный происходящим, Король-Жрец, дергаясь на земле и продолжая размахивать костылями, похоже, еще не сообразил, что произошло. Или просто не слышал. И тут отчаянный женский крик за спиной, прозвучавший с нечеловеческой силой, перекрывший даже грохот пулеметов, заставил Олега испуганно обернуться.

– НЕ-Е-ЕТ!!

Несколько секунд в лестничной нише ничего не происходило. Олег уже, было, с облегчением подумал, что принцессу удалось удержать от – чего бы она там ни собиралась сделать – но вдруг крик раздался снова. Но уже совсем с другого места:

– Нет!!

Олег крутнулся в сторону Яна с Егором, ничего не понимая.

Чтобы увидеть фантастическую для Земли, но вполне рядовую для Панги картину. От которой он, оказывается, уже успел отвыкнуть здесь, под Куполом…

Неизвестно как оказавшаяся на площади Та-Эли, припав на колено, склонилась над Егором. Поодаль, так и не расставшись со своими костылями, лежа на спине, как перевернутый жук, отползал Король-Жрец, не замечая взлетающую фонтанами землю. Вокруг принцессы и Егора сияла, переливаясь всеми цветами радуги, подобно мыльному пузырю, трепещущая прозрачная полусфера. И от нее, сверкая трассерами, разлетались во все стороны вееры рикошетирующих пуль. А в волосах Та-Эли отблескивало тонкое металлическое кружево с искрами алмазных звезд. Диадема.

«Автарк меня разорви… – подумал Олег. Распластавшись в изнеможении и ощущая себя тряпичной куклой, брошенной наигравшимся ребенком. Сил у него не осталось совершенно. Даже дрожь избиваемой пулями земли не вызывала никаких эмоций. – Наконец-то!..»

Ему не хотелось задаваться вопросом, как Та-Эли оказалась возле Егора. И почему Диадема явилась к ней, а не к нему. Вообще ничего не хотелось. Он только сейчас осознал, до какой степени вымотался за последние сутки. Главное было, что сумасшедшая эскапада, в которую они ввязались с момента высадки – закончилась. Несмотря на то, что пулеметы продолжали стрелять по защитному кокону принцессы, а люди Короля-Жреца все еще продолжали удерживать заложниц у дверей ратуши… И на то, что где-то там наблюдатель с кнопкой мог эту самую кнопку нажать!.. На все это можно было теперь наплевать. Даже Егор имел все шансы на то, чтобы отделаться только испугом: сколько Олег был в курсе, для талисмана подобного класса исцелить полученную мальчишкой рану ничего не стоило – если успеть вовремя. А Та-Эли, кажется, успела… А он теперь мог себе позволить и полежать немного. Его работа закончилась…

– Олег! Очнись, Яппур тебя побери! – сильный рывок за рукав вернул его к действительности. – Нашел время отрубаться!

Олег повернул голову и увидел перекошенное лицо Ермакова, стоящего рядом на коленях. Тупо удивился.

– В чем дело, шеф…

– Талисман вызывай! – рявкнул Виктор Петрович. – Или конец всем!

До Олега начало доходить, что происходит что-то не то. Он приподнялся, посмотрев в сторону Та-Эли. Принцесса все еще сидела возле Егора, накрыв его голову руками. Пузырь силового поля исчез. Пулеметы больше не стреляли. Но земля продолжала дрожать. И с каждой секундой все сильнее. «Черви!» – понял Олег. Значит, наблюдатель нажал-таки свою кнопку…

– Нафига? – спросил Олег, показав рукой на Та-Эли, как на очевидный факт.

Ермаков оскалился и тоже совершенно очевидно – беззвучно выматерился.

– Да у тебя не этот талисман! – огорошил он Олега. – Это я, дурак, мозги тебе запудрил!.. Мне даже в голову не могло придти, что тут сразу ДВА могучих талисмана окажутся в активном состоянии!

– Два? – переспросил Олег. – А второй какой?

– Откуда мне знать?! – такого Ермакова, почти испуганного, Олег и представить себе не мог. – Думаешь, на них написано?!.. Какой угодно! Я ведь и про Диадему не знал, что она талисман – пока ты не сказал!.. Скорее всего, еще и из-за этой путаницы ничего не получалось… У тебя может быть вообще… Впрочем, сейчас это неважно! – оборвал он сам себя. – Вызывай не Диадему, а – просто талисман! Твой талисман!

– Шеф… – сказал Олег, становясь на четвереньки, но все еще не понимая. Земля, тем временем, стала дрожать сильнее. – Меня от этих вызываний уже тошнит… Да и зачем нам два талисмана? Что – Та-Эли с червями не справится?

– Диадема ей не подчиняется! Забыл, что ли, про беременность?!

Олег сел. Потом встал, опершись о станнер как о дубину. У него действительно напрочь вылетела из головы беременность принцессы. Дрожь земли стала уже настолько сильной, что воспринималась даже в таком положении. Откуда-то, казалось, со всех сторон, стал слышен нарастающий тяжелый гул. От которого – Олег знал это совершенно точно – было не убежать, не спрятаться и не отбиться. Во всяком случае, не с их легким вооружением. Вот если бы группа была укомплектована по полному штату!.. Но кто ж мог предполагать – если условия здесь считались несовместимыми с жизнью?!

– Как не подчиняется, шеф?! – отчаянно выкрикнул Олег, не желая вопреки услышанному признавать правоту начальника. Слишком страшные последствия стояли за такой правотой. – А это?! – он еще раз ткнул рукой в сторону склонившейся над Егором принцессы.

– Ты что, думаешь, могучий талисман ИМЕННО ТАК работает?! – тоже почти закричал Ермаков. – Тут бы все уже было кончено, если б он нормально действовал! Это та остаточная связь, что у неё еще была! У нас только на тебя теперь вся надежда!

– Да я уже затрахался его вызывать!! – со злобой проорал Олег. – Я не знаю, чего ему еще надо!

С фасада гостиницы «Ангерран» начали отрываться и падать какие-то мелкие пыльные клочья.

Перед дверями ратуши охранники Короля-Жреца закрутили головами в разные стороны, сжимая бесполезные ружья. О перепуганных пленницах они явно забыли. Хотя те и не пробовали бежать, сгрудившись в кучу около Ирмы… Земля под ногами уже не дрожала – тряслась. А слабый до того гул внезапно перешел в низкий, забирающийся в самые отдаленные уголки души, рык. В разных концах площади из домов стали появляться люди, не понимающие, что происходит. Растерянно озирались. Из лестничной ниши выбрались, тоже растерянные, крысюки во главе с Кан Шором и старик Локтев. Над землей – над всей площадью, над кучами мусора на улицах – повис отчетливо видимый тонкий слой пыли.

И в этот момент Олег увидел, как принцесса откачнулась от Егора, резко вскинула руки к вискам и принялась раскачиваться взад и вперед, сжимая голову ладонями. В этих движениях было столько безнадежности, что Олег понял – Ермаков прав.

Но сделать что-либо уже не успел.

Раздался хлопок, что-то сверкнуло, и все окружающее Олега исчезло.

От вспышки Олег на секунду ослеп (проклятое заклинание ночного видения!) В тот же миг его рвануло сзади за пояс – примерно как при раскрытии парашюта, – вздернуло вверх, и он повис, согнувшись пополам и беспомощно растопырив руки и ноги. Не в состоянии издать ни звука – ударом из него вышибло весь воздух. Так, что он даже дышать не мог.

Но тут вернулось зрение.

И внизу, под собой, Олег обнаружил тот самый вид Ангерранской долины с птичьего полета. Или, скорее уж, драконьего. Поскольку никакие птицы не летают даже на Панге на высоте в несколько десятков километров. Иначе столь обширную территорию было бы не охватить взглядом. А вот стратосферные драконы здесь водились. Гигантские, многоголовые, приспособленные для жизни в сверхразреженной атмосфере, никогда не опускающиеся ниже тропопаузы. Олег видел этих нелепых чудищ в экспедиции на Крышу Мира – ледник Поднебесной…

То есть по всем меркам он оказался за пределами Купола. И что гораздо хуже – долина под ним была такой, какой она выглядела пятьдесят лет назад – в эпоху существования Города. С водохранилищем, холмами, лесами, полями, дорогами и поселениями… И с самим Городом, разумеется. Ничего общего не имеющим с сохранившимися на данный момент развалинами…

«Вот это я влетел!» – мелькнуло в голове у Олега.

На чем мозговая деятельность и закончилась. Так как Олег даже отдаленно не представлял, что ему предпринять в такой ситуации. Путешестия во времени на Панге были так же невозможны, как и на Земле – это Олег знал точно. Иначе тогда уже черт знает что вышло бы… Но вот же – Город под ним! И небо вокруг! Только почему-то никакой декомпрессии от переноса на огромную высоту не произошло…

Но в этот момент подсознание соотнесло кое-какие детали, и картинка стала тем, чем и являлась в действительности. Огромным – метров двадцати в диаметре – куполообразным залом. Пол которого представлял собой филигранно выполненную рельефную – хотя, скорее всего, голографическую – карту. У основания стен зал обегала круговая дорожка с четырьмя отверстиями входов. А сам Олег болтался под центром потолочного свода, подвешенный к чему-то вроде длинного крюка для люстры.

Причем то, на чем он был к этому крюку подцеплен, привлекало внимание с первого взгляда.

Ну, еще бы не привлек внимания шерторский боевой пояс дивной работы: из широких золотых пластин, украшенных тонкой резьбой, усыпанный изумрудами и бриллиантами… С пряжкой аж из цельного рубина, ага… Антикварная, можно сказать, вещь. Вот только о подобном талисмане Олег никогда не слышал… Но что это еще могло оказаться, если Олег телепортировался непосредственно вовнутрь этой штуки? С произвольной те депортацией, правда, он тоже раньше не сталкивался – только со стационарными порталами – но и тут догадаться было нетрудно… Но куда он угодил? И сколько, Автарк побери, придется тут висеть?!

Словно откликаясь на последний вопрос, какая-то невидимая сила подхватила Олега с крюка и плавно, но быстро, опустила ступнями на пол – карта действительно оказалась голографией, а не рельефом – и даже, кажется, выпрямилась в вертикальное положение. После чего исчезла без следа.

И тут же что-то случилось со зрением…

Олег внезапно стал видеть как бы по всем направлениям сразу. Вверх, вниз, вправо, влево, вперед и назад. Зал буквально обрушился на него… Это было настолько противоестественно, что Олег инстинктивно присел и зажмурился от мгновенной дезориентации. В тот же момент нормальное ви́дение окружающего вернулось. Но только для того, чтобы Олег обнаружил себя во всех четырех ведущих из зала коридорах. Одновременно!.. Тоже – то еще оказалось ощущение… Весьма далекое от удовольствия. Но все же какую-то реально полезную информацию на сей раз получить удалось: все четыре коридора кончались завалами из земли и камней, полностью перекрывавшими проход. Олег тупо протянул руку (четыре руки сразу!) и пощупал давно слежавшийся грунт…

И опять оказался в центре зала, стоя на изображении плана Города.

Однако трансформации реальности на этом не закончились: теперь Олег начал видеть сквозь стены… Поверхность купола, изображающая безоблачное небо, растаяла. Под ней обнаружился бетонный свод. За ним – пласты земли, пронизанные тоннелями коммуникаций. Эти тоннели уходили куда-то дальше, изгибались, пересекались с другими такими же…

Ошарашенный, Олег продолжал стоять, созерцая это завораживающее, как заставка к винде – и такое же бесполезное – зрелище. Пока, наконец, к нему не вернулась все же способность соображать. А еще точнее – он вспомнил кое-что из наставлений, данных ему по управлению талисманом у дверей Спецхрана.

– Отставить! – гаркнул Олег. – Прекрати немедленно!!

Точнее, это он только собирался гаркнуть. А получилось еле слышное сипение. Как оказалось, все это время он не дышал. И даже забыл об этом. Но не испытывал никакого недостатка в кислороде.

– Да твою ж мать!.. – с трудом выдавил Олег. Но восстановил, все же, дыхание. Правда, тут же едва не потерял его вновь…

ПРИКАЗАНИЕ ВЫПОЛНЕНО.

Олег едва не подпрыгнул.

Это не было сказано. И уж тем более – не было слов. Просто – он непонятно откуда ТОЧНО УЗНАЛ, что команда принята к исполнению, и больше подобных глюков не повторится.

Олег судорожно выдохнул, провел ладонью по лицу, и обнаружил, что стоит мокрый, как мышь, и коленки у него трясутся. С того момента, как он телепортировался с площади – прошло не более минуты.

– Наружу давай… – сказал он. Голосом, продребезжавшим, точно треснувшее стекло. Команда вышла, конечно, не особо толковая… Но надо же было как-то проверить – насколько подчиняется талисман? Не ломиться же сразу на площадь, даже не зная толком, как атрибутом управлять? Мельком Олег еще подумал, что до странности не испытывает ровным счетом никаких чувств от того, что завладел настолько крутым девайсом. Как-то со слов других талисмановладельцев и той же Та-Эли, он представлял себе это немного иначе… Ага: «Какие ощущения вы пережили, стоя на верхней ступеньке пьедестала почета? – Неизъяснимые!..» Дракону под хвост такие пьедесталы… Ничего так получился поход на рекогносцировку. Вместо того чтобы вернуться с информацией – кинулись подвиги совершать… Да чтоб я еще хоть раз когда связался с Ермаковым!..

Как ни странно, талисман сработал без всяких фокусов. Даже вспышка не ослепила. И хлынувший со всех сторон солнечный свет – несмотря на все еще действующее заклинание ночного видения. Солнцезащитные очки Олег посеял где-то в процессе соединения с талисманом, поэтому сразу обратил внимание на данное обстоятельство. Но обдумать эту мелкую странность не успел.

Так как осознал, что находится СНАРУЖИ КУПОЛА. Сомневаться в этом не приходилось: с одной стороны уходила вверх облачная гора внешней границы феномена, которую ни с чем нельзя было спутать, а с другой в распадке между двух холмов располагался лагерь базовой экспедиции. Олег разглядел домики поселка, людей на улицах, слабо вьющийся из трубы столовой дым и Зверя Прямого Пути группы О’Хары на парковочной площадке. Правда, вся наблюдаемая картинка выглядела как-то уж очень статично… Ну ладно – Зверь Прямого Пути, ему-то положено. Но и люди на улицах, и дым над трубой словно замерли в стоп-кадре. Однако и эту странность у Олега обдумать не получилось.

Ибо раз уж Олег мог видеть лагерь – значит, и его из лагеря видеть можно было тоже. Вернее говоря, Олега угораздило материализоваться в зоне действия защитных заклинаний, перекрывавших все подступы, с которых поселок мог просматриваться. Именно на такой вот случай…

Заклинания немедленно сработали.

Взвыла сирена. На высоте нескольких метров над Олегом сформировалось светящееся кольцо, от которого потянулись какие-то щупальца самого зловещего вида, стремясь немедленно оплести пришельца с ног до головы… Что характерно, живая картина на территории лагеря нисколько не изменилась – никто не пошевелился…

Впрочем, для Олега сие обстоятельство являлось слабым утешением.

«Назад!» – заорал он в панике. Понимая, что если сейчас его повяжут – а мощь защиты он знал не понаслышке – то в Город он уже не успеет. Заодно сообразив, что виноват в данном случае исключительно сам: не смог правильно сформулировать, куда именно нужно переместиться. Ведь всего лишь из-под земли хотел выбраться, а получилось…

Зато некий прогресс был: заорал он всего лишь мысленно. Поскольку вспомнил, что отдавать команды вслух совсем не обязательно. Вообще управление талисманами не требовало никаких особых усилий. Тем же универсальным ключом, например, стукнул по двери – и готово. Крутость атрибута на этом не сказывалась. Достаточно было лишь пожелать. Но чем могущественнее был волшебный агрегат, чем больше набор его возможностей – тем более привередливым девайс оказывался по части пригодности оператора. И тогда для его полнофункциональной работы нужна была тонкая настройка. Попросту говоря, оператору и талисману следовало изучить друг друга. И выработать интерфейс взаимодействия, устраивающий обе стороны. И лишь с течением времени, когда человек становился способен четко формулировать в своих представлениях все более сложные мыслеобразы, становилось возможным совершать самые настоящие чудеса даже по пангийским меркам.

Например, тот же принц Акино только после многих лет пользования своим талисманом, сумел освоить такую наиполезнейшую штуку, как стационарный многоразовый телепорт, срабатывающий без непосредственного участия самого Акино. Тремя такими порталами Город незадолго до своего падения был соединен с базами Поднебесной, Черной Цитадели и полигона Эбо… К сожалению, в день битвы эти переходы вышли из строя, как и все, что зависело в своем существовании от талисмана принца… А может, и не к сожалению… Иначе вряд ли бы тогда Три Базы уцелели. Но, в общем, суть проблемы заключалась именно в том, что команда построения портала представляла из себя длиннейшую формулу, которую оператор должен был держать в голове в момент создания. О степени сложности этой формулы некоторое представление можно было получить из того факта, что материалы для проекта поставляли несколько институтов на протяжении десятка лет. Не считая предварительных исследований… И это учитывая, что Великий Талисман Счастья, которым владел принц Акино, считался абсолютно всемогущим! Но – беда всех волшебников! – чего не знаешь, того и не можешь наколдовать… И покуда принц не выучил, что называется, ВСЮ проектную документацию наизусть – он не обладал возможностью провешивать эти самые порталы… Притом специализированные талисманы такого назначения известны были давно и время от времени даже применялись. Хотя и редко из-за своей исключительной малочисленности. И телепортироваться сам или телепортировать кого-нибудь с собой принц мог с самого начала. Вот такая вот разница в одинаковых, вроде бы, вещах… Иногда тонкая настройка могла длиться годами и десятилетиями…

Одним словом – то, что талисман ему подчинился, вовсе не значило, что Олег теперь мог творить все, что взбредет в голову. Совсем нет… Только самые простые действия, которые можно внятно сформулировать. Хорошо еще, что словами достаточно было отдавать лишь исполнительные команды – а конкретные подробности талисман сам считывал из подсознания… В общем-то, и слов, в конечном итоге, не требовалось тоже – но тут уж поначалу стоило подстраховаться. Чего Олег как раз и не сделал. Всего лишь запретив волшебному поясу действовать самостоятельно… Отчего тот и мог выполнить очевидное для Олега распоряжение самым неожиданным образом: подсознание-то свое Олег никак не контролировал!..

Что тут же и подтвердилось.

Олег замер столбом посреди составленных в кучу пустых роверов. (Как он умудрился между них втиснуться?!) Буквально в двух десятках метров от дурацкого диснеевского замка в центре Джунгахоры. И практически на виду у сгрудившихся перед замковыми воротами аборигенов, тесно обступивших дар Зорна и каким-то образом затесавшегося в эту компанию Диего Санчеса. Впрочем, в последнем не было ничего удивительного. После того, как Энгар по вызову Ермакова отправился в Город, Диего остался в Джунгахоре за «старшего воинского начальника», и если кто и мог обсуждать с местными какие-то вопросы, так именно он.

«Бляха муха!.. – возмутился Олег. – Да чтоб тебя!..»

И тут же прикусил язык. Потому что следующей мыслью было: «А если талисман примет и ЭТО – за команду?!»

К счастью, пояс не отреагировал. Может быть, он просто не знал, что такое «бляха-муха». Тем не менее, таким образом у Олега оказалось время на то, чтобы прийти в себя и оценить ситуацию.

Сначала – откуда-то опять появилось непреложное знание, что талисман вернул его именно туда, куда он и хотел: на поверхность земли рядом с подземным залом. Видимо, по причине того, что тут когда-то находился местный Диснейленд, под за́мком было оборудовано нечто вроде планетария, впоследствии по каким-то причинам наглухо замурованное. Вместе с талисманом. Или он сам потом туда перебрался – от греха подальше. Или наоборот – к греху поближе… Замечались за талисманами такие самопроизвольные перемещения, если им зачем-то это требовалось…

Затем – он обнаружил то же, что и в поселке. Точно такую же «живую картину». Все как один, джунгахорцы и Санчес, дружно развернувшись в одну сторону, пристально пялились в направлении внешней скальной стены, явно стараясь там что-то рассмотреть. И с момента появления Олега ни один не шевельнулся. Понаблюдав эту неподвижную композицию, Олег сообразил, что оказался в ускоренном времени – и даже не заметил этого. Да, работа талисмана сильно отличалась от действия магических заклинаний…

Во всяком случае, никаких визуальных эффектов, знакомых Олегу по тому же «шилу», не обнаруживалось. Хотя ускорение темпа получалось вряд ли меньшее, если вспомнить охранное заклинание вокруг базового лагеря: какое-то кольцо зажглось, какие-то щупальца ме-едленно тянулись… А там ведь все должно было кончиться за доли секунды… Защиту-то несколько гроссмейстеров ставили, не хухры-мухры!.. Ай да талисман… Ай да Пояс… Откуда ж он взялся? Надо будет у Виктора Петровича спросить – наверняка у него в ноуте есть какие-нибудь данные… А еще лучше – узнать у Та-Эли! Вот уж кто настоящий эксперт по этим древностям – она-то должна в курсе быть точно…

И вот только при воспоминании о Та-Эли в мозгу у новоявленного Избранного всплыли еще кое-какие инструкции по управлению талисманом, которые из него напрочь вылетели в момент первой телепортации.

«Подсознательные желания игнорировать!! – торопясь, почти выкрикнул Олег. – Выполнять только прямые команды!»

И тут же с облегчением почувствовал, что приказ принят. Причем впечатление было такое, что это именно талисман и испытал это самое облегчение, а Олегу оно просто передалось… Впрочем, так или иначе, но это пришлось кстати: состояние Олега сразу вернулось в норму.

Во всяком случае, до Олега, наконец, дошло, что смотрят джунгахорцы и Санчес не куда-нибудь, а в направлении Города. Хотя там никаких видимых эффектов не наблюдалось. Но за прошедшие с момента запуска червей минуты звук дойти сюда вполне мог успеть. Или им Энгар позвонил – он-то на магическом метаболизме должен был уже полпути пробежать… Правда, как раз Энгарто в ускоренном темпе вряд ли еще сам успел услышать…

Однако стоять тут так и дальше столбом – даже и в ускоренном времени – вовсе не следовало. Ситуацию это никак не меняло, и на площадь попасть все равно нужно было. И чем скорее, тем лучше…

«Доставь меня в Город! – приказал Олег, сжав кулаки. – Только без ошибок! Точно на площадь! И – быстро!!»

И опять – даже после принятия ограничений – талисман Олега удивил.

Он не стал те депортироваться.

Вместо этого Олега выстрелило в воздух. Буквально словно из пушки: вот только что он стоял посередине Джунгахоры – а в следующий миг холд в кольце скал провалился куда-то далеко вниз и стремительно остался позади. А Олег взлетел под самый Купол и понесся, вспарывая атмосферу, как снаряд сверхдальнобойного орудия «Колоссаль», из которого немцы в Первую Мировую обстреливали Париж. Там, кстати, и расстояние было примерно такое же… Похоже, Пояс именно эту штуку у Олега из подсознания и вытащил. Хорошо еще, что не барона Мюнхаузена верхом на ядре…

«Вот ни хрена себе!» – подумал оторопевший в первый момент Олег, наблюдая, как из-за горизонта – точно в фантастическом кино – вылезают и начинают стремительно приближаться руины городских кварталов. Причем никаких абсолютно перегрузок он при этом не ощущал.

«Черт, но почему именно так?! Почему не телепортировался-то?»

«А потому что команды телепортироваться не было, – тут же ответил Олег сам себе. – А была команда доставить в Город. Вот ее талисман и выполнил»

Хотя, возможно, это ответил и сам талисман… Автарк его знает – вдруг уже успевший настроиться на нового хозяина. Правда, исправить ошибку повелителя не поспешил… Но с другой стороны, может, оно было и к лучшему… По крайней мере, так уж точно перемещаешься куда надо, а не прыгаешь наугад неизвестно в какое место…

«А вот интересно, – промелькнуло в голове у Олега, – я ведь не только перегрузок не ощущаю. Но и сопротивления воздуха – совершенно никакого. И темп этот ускоренный… Я же сгореть должен – во всех смыслах – от таких воздействий… А мне хоть бы хны! И ночное зрение отключилось… Вернее, не отключилось, а… Я теперь просто могу видеть при любых условиях. Даже там, где видеть вообще невозможно – в земле, например. Да и сейчас: с такой высоты, на такой скорости и при таком ускоренном восприятии – абсолютно никаких помех и искажений. Любопытно, чего мне еще ожидать?»

Ответ последовал едва ли не моментально.

Участок земной поверхности внизу – как раз на полпути к Городу – внезапно стал неестественно четко виден. Наподобие того, как видит землю орел, способный различить зайца с высоты в два километра. Здесь, правда, высота была раз в десять больше… Но и Энгара посчитать за зайца тоже было сложно. Во всяком случае, вряд ли кто-то еще мог бежать в этом месте, обряженный в камуфлет. Впрочем, бежать – сильно сказано. Энгар парил, распластавшись в прыжке – одна нога вперед, другая назад – медленно перемещаясь над землей и выбирая место, откуда оттолкнется для нового шага… «А ведь он на максимальной скорости идет, – сообразил Олег, – да еще наверняка в режиме невидимости… А для меня – как на ладони! Да, Пояс – это что-то… А ну-ка… Вот еще насчет возможностей… Интересно, могу я Энгара сейчас перехватить? Чего ему пешком-то тащиться?»

Талисман, похоже, и в самом деле приноровился к Олегу. Потому что и в этот раз реакция получилась практически мгновенная. Да какая! Как раз с телепортацией! Вспышка, хлопок – и Олег оказался прямо у Энгара за спиной. Так что ничего не оставалось, как только сграбастать мага обеими руками. После чего тут же хлопнуло и сверкнуло по новой, и Пояс вернул их обоих обратно на траекторию… Чудеса самые настоящие!

Правда, в полном объеме насладиться обретенным могуществом Олегу не удалось. Энгар, будучи все-таки не просто магом, а магом из группы спецназа, не мог позволить внезапно хватать себя неизвестно кому. Без малейшего промедления он ударил Олега головой, лягнул ногой, извернулся и, воспользовавшись тем, что руки у него остались свободными, размахнулся, чтобы врезать врагу двумя фаерболами сразу. И так и замер с расставленными руками…

– Олег?!

– А ты кого ждал? – неоригинально отозвался Олег, задним числом подумав, что зря так раздухарился. Не успей Энгар остановиться – неизвестно, что получилось бы дальше… Во всяком случае, устойчивость талисмановладельца на фаербол проверять совсем не хотелось. Хотя весьма неслабые удары головой и ногой он перенес совершенно нечувствительно…

– Но как?!

– У меня талисман… Не знаешь, кстати, что за штука?

Энгар перевел взгляд на Пояс. И принялся молча его разглядывать с таким видом, что ответ стал Олегу понятен без пояснений.

– Что – нет? – спросил Олег.

– Понятия не имею, – честно признался Энгар. – Ничего такого мы не проходили… Он хоть какого класса?

– Второго.

– Точно?

– Он меня телепортировал. Третий, сам знаешь, этого не может… А в то, что это талисман самого Акино – я не поверю…

– И правильно сделаешь, – не замедлил подтвердить Энгар. – Великий Талисман – просто не того размера, чтобы его можно было надеть на себя… Но черт побери – откуда этот-то взялся?

– А я почем знаю?! Шеф почуял, что у меня настройка идет – велел вызывать. И вот – «я здесь, в трусах и шляпе!» Хорошо еще – управлять стало получаться…

– Черт, – повторил Энгар. – Дурдом какой-то… Сплошные Могучие Талисманы на каждом углу. Я еще понимаю, что Диадема к тебе собралась перейти… Но чтоб еще один объявился! По-моему, никогда ничего такого не бывало…

– Полностью согласен – дурдом… – проворчал Олег. – Сходили, называется, в разведку…

– Да уж, – согласился Энгар. – Но что у вас там вообще, в Городе-то, произошло? Виктор Петрович же мне про тебя ничего не сказал совсем – велел только быстро прибыть и действовать против Короля-Жреца, пока вы время тянуть будете…

– Да он сам на тот момент не знал еще… – не стал вдаваться в подробности Олег. – А произошло… Произошло то, что попали мы в полную задницу из-за сущей ерунды. И если мы сейчас…

Договорить он не успел.

Они, собственно, уже подлетали к Городу. Панорама развалин раскинулась перед ними во все стороны от горизонта до горизонта. Можно было разглядеть и площадь с ратушей и гостиницей «Агерран». И торчащие там и сям коробки высотных зданий. И даже заваленные мусором линии улиц… И именно в этот момент запущенный Королем-Жрецом апокалипсис и вступил в наблюдаемую фазу…

Олег увидел, как по четко очерченному проспектами сектору развалин прошла концентрическая волна ряби, опрокидывая рядами остатки стен в пустых дырочках окон. И из центра этой волны, подобно нефтяному фонтану, ударила вверх черная маслянистая струя… Не меньше чем на сотню метров. Замерла, дымясь, нелепым восклицательным знаком. А затем, мучительно изогнувшись, рухнула на землю, взметнув облако пыли. И все это – в ускоренном для Олега темпе восприятия!.. И тотчас же еще несколько таких столбов встало в разных частях Города. И еще несколько. И еще…

– Мать твою!.. – выдохнул Энгар.

«У них же их пятьдесят штук», – вспомнил Олег рассказ Яна. Со странным оцепенением наблюдая появление все новых черных выбросов. Впрочем, картина и вправду была завораживающая – вряд ли кто-нибудь за всю историю Панги мог видеть что-либо подобное…

– Олег!! – вывел его из ступора крик Энгара. – Останови их!! Чего ты ждешь?!

«А я смогу отсюда?.. – подумал Олег растерянно. – Здесь же километров двадцать…» С такого расстояния попробовать причинить вред этим страшилищам можно было разве из стационарного фазера. Которого у Олега не имелось. «И – такое количество целей… Я же их просто не вижу…»

ДА – всплыло у него в сознании.

И в тот же миг он увидел ВСЕХ червей разом.

И тех, что уже вырвались на поверхность, и тех, что только собирались это сделать, и тех, которые еще поднимались из глубины. Подземной стране рэтов, кстати, тоже перепало от запуска этого «оружия последнего часа» – в какой степени, Олег отсюда оценить не мог, но разрушения наверняка вышли неслабые…

«ЧТО ИМЕННО С НИМИ СДЕЛАТЬ?» – подумал Олег. Или Пояс. Или они оба вместе… Олег не смог бы определить – кто. Но в данный момент его сознание зацепилось только за одно: уверенность, что и на таком, и на гораздо большем расстоянии он может сделать с кем угодно что угодно… Вся проблема была только – выбрать конкретный способ.

«В порошок! – потребовал Олег, вспомнив, насколько живучи эти твари. – В мелкую пыль!»

ВЫПОЛНЕНО.

Перед внутренним взглядом Олега, на котором отражалась вся картинка происходящего, изображения червей вдруг разом смазались, точно раздавленные гигантской подошвой. Расплылись на короткий миг бесформенными кляксами. А затем просто исчезли – как будто и не было их никогда…

– Ну?! – Энгар, между тем, вывернулся всем телом так, чтобы быть с Олегом лицом к лицу. По щекам у мага текли слезы. – Ты что – заснул?!

– Не кричи. Все уже, – сказал Олег, совершенно ошарашенный тем, что только что проделал.

Пятьдесят целей, каждая размером с железнодорожный состав, неуязвимых, как бронепоезд, и быстрых, как артиллерийский снаряд. За какую-то секунду… И ведь – Олег совершенно точно знал! – для этого не потребовалось и десятой части мощности… А атрибут-то всего лишь второго класса – машинка, как минимум, на три порядка слабее Великого Талисмана Акино. Да, похоже было, что с таким инструментом и в самом деле можно раскрыть Купол. Добро пожаловать в Избранные…

– Как – все?!

– Совсем. Червей больше нет ни одного.

Энгар молча уставился на Олега, почти наверняка думая о том же. Сам Олег вообще ощущал себя до невозможности пустым. Точно колокол, у которого оторвали язык и оставили висеть в таком бессмысленном состоянии – совершенно никаких мыслей… Не обменявшись больше ни словом, они камнем упали вниз – на площадь, оказавшуюся как раз под ними. Всего лишь через каких-то несколько минут после того, как Олег с нее телепортировался, судя по исправно отсчитывающим время магическим часам у него в голове…

И мгновенно угодили в густую завесу пыли. Окутавшей, похоже, толстым слоем весь город. И тут же откуда-то совсем рядом – казалось, достаточно руку протянуть, так близко – на них обрушился буквально водопад звуков: кашель, топот множества ног, стоны, надсадное дыхание, металлический лязг и даже детский плач. Кто-то невидимый подгонял сорванным от напряжения голосом: «Быстрее! Быстрее!», «Шевелись, не растягиваться!» Время явно вернулось к нормальной скорости течения.

Энгар тоже закашлялся, глотнув пыли, и тут же кастанул какое-то заклинание – скорее всего, «респиратор» – судя по тому, как засопел после этого. Олег же только теперь обнаружил, что на него пыль не произвела абсолютно никакого действия, как будто ее и не существовало. Несмотря на тот очевидный факт, что в непроницаемой пелене не было видно ничего вокруг. Удобно, черт возьми, быть талисмановладельцем…

Однако слышимые окрест звуки заставили Олега насторожиться. Впечатление получалось такое, словно где-то рядом через площадь гонят колонну. Но кто? Куда?.. И – зачем? Особенно сейчас! Ну, вот просто другого времени не нашлось, как только в момент светопреставления этим заниматься! И где в этой мути искать своих? Ни зги ж не видно!.. Впрочем, Энгар с его магическим зрением вполне должен был проницать магическим взглядом эту взвесь… «Блин! – мелькнуло у Олега в голове. – А сам-то я? Тальмен хренов! Охотник за червями… Наверняка ведь тоже могу… А ну-ка, – обратился Олег к Поясу. – Сделай мне, чтоб тут можно было видеть без помех!» И едва успел моргнуть, как пыль с площади исчезла – точно корова языком слизнула.

И Олег обнаружил перед собой неожиданную картину…

От дверей ратуши, схватившись руками, четырьмя цепочками в затылок друг другу бежали люди.

Мужчины, женщины, даже дети. Они торопились со всех ног, задыхались, заходились кашлем, но изо всех сил старались не выбиться из строя. Этот поток добегал до входа в Спецхран и скрывался под землей. Подгоняли бегущих те самые охранники Короля-Жреца с помповыми ружьями, стоящие вдоль всего пути. Правда, ружья у них висели за спинами – особо заставлять бежать явно никого не требовалось.

И все настолько были поглощены своим занятием, что никто не заметил появившихся Олега с Энгаром. Да что там Олег с Энгаром – даже внезапное исчезновение пыли не остановило этот бег… Скорее, наоборот – подстегнуло.

Но вот что странно: никого из «своих», оставленных здесь совсем недавно, Олег не видел.

Он быстро оглянулся кругом.

Площадь практически не пострадала. Ратушу перекосило, но она уцелела. Совершенно невредимым – а чего, вообще-то, ему могло сделаться с плавающим-то фундаментом? – остался «Ангерран». Единственным следствием несостоявшегося катаклизма была трещина – метровой ширины и неизвестно какой глубины, – протянувшаяся по всей площади аккурат через алтарь Корга Спасителя. В нее сейчас лениво стекали груды перемешанного землетрясением мусора, попутно прихватив несколько брошенных пустых роверов.

– Что за черт? – недоуменно поинтересовался Энгар, разглядывая сумасшедшую процессию. – Куда они все ломятся? О, смотри! И наши тут!

Олег уже и сам разглядел в оцеплении – или как это надо было называть? – маскировочную окраску камуфлетов своих ребят. Судя по всему, это были Равий, Отэро Рэм и Зег Такан, – которых он отправлял ловить наблюдателя с кнопкой. Но больше никого, как ни вглядывался, не обнаружил. И ни одного рэта.

– Командир!! – обернувшийся Равий тоже увидел новые действующие лица и, придерживая висящий на плече станнер, кинулся бегом к Олегу с Энгаром. – Ты куда пропал?! Мы этого долбаного наблюдателя так и не нашли…

Он был перемазан с ног до головы в земле и цементной крошке и тяжело дышал.

– Что у вас здесь происходит, сержант? – перебил его Олег. – И где все?

Равий дико глянул на Олега. Несколько раз моргнул. Бросил торопливый взгляд поверх окружающих площадь домов. Потом в глазах его появилась некоторая осмысленность.

– Так это, – пояснил он, продолжая обшаривать глазами кромку крыш. – Черви эти, зар-раза!.. Ермаков приказал эвакуироваться в Спецхран. Ну, и – забрать с собой всех, кого получится… Вот – может, из ратуши удастся хотя бы большую часть спасти… С тобой-то что случилось?!

– А сам-то он где? – Олег проигнорировал вопрос.

– Так они первыми вниз спустились. Кроме Виктора Петровича, защитное поле снять ведь больше некому! А мы уж тут – как успели подбежать… Ну, и – помогаем, как можем…

Олегу стало кое-что понятно.

В принципе, Ермаков среагировал более чем шустро за столь мизерное время… Впрочем, такая расторопность со стороны Виктора Петровича как-то не очень удивила. Вполне можно было ожидать… А главное, что до Олега дошло – никто просто еще не понял, что массового уничтожения не будет. Люди продолжали пребывать в том ужасе, в который повергла их разражающаяся катастрофа.

Пожалуй, не стоило позволять этому состоянию тянуться и дальше…

– Можете прекращать эвакуацию, – сказал Олег. – Червей больше нет.

– Как – нет?! – опешил сержант.

– Подчистую! – неожиданно встрял Энгар. И, махнув рукой, показал, как именно это самое «подчистую» выглядело. При том, что полной картины, в отличие от Олега, он не наблюдал, зрелище, получается, все равно выходило монументальное. – В один момент!

– Именно, – подтвердил Олег. – Не стой столбом.

И, отдав Поясу соответствующую команду, произнес голосом, загремевшим над всей округой:

– ВНИМАНИЕ! ГОВОРИТ КОМАНДИР СПЕЦГРУППЫ ВОЙСК СОЛНЕЧНОГО ГОРОДА ОЛЕГ РОСТОВЦЕВ! ГОРОД ПОД МОИМ КОНТРОЛЕМ! ЧЕРВИ УНИЧТОЖЕНЫ! ОПАСНОСТИ БОЛЬШЕ НЕ СУЩЕСТВУЕТ! ПРОШУ ПРЕКРАТИТЬ ПАНИКУ, ВСЕМ ЖИТЕЛЯМ РАЗОЙТИСЬ ПО ДОМАМ И ЖДАТЬ ДАЛЬНЕЙШИХ РАСПОРЯЖЕНИЙ! ПОКА МОЖЕТЕ ЗАНЯТЬСЯ РЕМОНТОМ… ВНИМАНИЕ! ПОВТОРЯЮ! ГОВОРИТ КОМАНДИР СПЕЦГРУППЫ ВОЙСК СОЛНЕЧНОГО ГОРОДА ОЛЕГ РОСТОВЦЕВ! ГОРОД ПОД МОИМ КОНТРОЛЕМ! ЧЕРВИ УНИЧТОЖЕНЫ!..

Позже Санчес рассказывал, что на остальной территории Купола этот «глас божий» произвел форменный переполох – настолько все впечатлились. Причем Олег опять прокололся, несмотря на наладившуюся вроде связь с талисманом. Он-то хотел, чтоб его услышали только лишь в Городе, а получилось…

– Все! Не надо никуда бежать! – крикнул Олег в сторону замершей от его предыдущей речи колонны. Одновременно не забыв приказать Поясу повторить сообщение еще несколько раз на автомате. – По домам расходитесь!.. Апокаляпсус отменяется… Проследи за выполнением! – кивнул он обалдевшему Равию. А сам выдернул из кармана разгрузки переговорный амулет. И вызвал Ермакова.

– Шеф! Поднимайтесь наверх! ОН – у меня…

Из Спецхрана неспешной вереницей тянулись люди.

Как выяснилось, под землей «обращение Олега к населению» было слышно ничуть не хуже, чем за Городом. Поэтому недоразумений не возникло. Усомниться в том, что власть переменилась, никто не пробовал. Истерик тоже не устраивали.

На поверхности также удалось организовать все без толкучки. Боди-гарды Короля-Жреца, под командованием Омбре Равия, наскоро вводили народ в курс дела («Вон он – Ростовцев! Он – у-у-у! У него – талисман!») и отправляли с площади. Во-первых, чтоб не толпились, во-вторых, чтоб «несли свет истины» жителям окружающих кварталов, ну, и далее – везде… Сориентировавшийся в происходящем Энгар шустро исцелял синяки и шишки…

Все шло настолько замечательно, что Олег откровенно расслабился. И поэтому, когда в тоннеле началась какая-то суматоха, и наружу практически выбежал Виктор Петрович, неся на руках Та-Эли, он ощутил себя так, словно получил внезапно удар в челюсть.

Он даже не понял, как оказался рядом и подхватил девушку у начальника.

– Что случилось, шеф?!

– Хорошо, что вы оба здесь! – вместо ответа сказал Ермаков, взмахом руки подзывая Энгара. – У меня же талисман не повелевающий… Да и сам я не медик – так, вколол из аптечки… А тут профессионального врача надо со стационарным оснащением!

– Но, черт побери… – Олег, естественно, ничего не понял. Однако Пояс, и вправду приноровившийся, уловил его желание с полумысли и изменил зрение Олега в очередной раз…

Олег, разумеется, тоже не был медиком. Но кое-чему их тут обучали. И на Земле еще он слышал и про метод Кирлиан, и про газоразрядную визуализацию… Поэтому увиденное его напугало. Да и кого не напугает аура, истекающая в пространство двумя фонтанами? Или крыльями – наподобие солнечной короны… Плюс к тому, вокруг громоздилась странная конструкция из зеленых прутьев – что-то вроде шарообразной корзины – и по фактуре, и по цвету настолько инородная, что даже Олегу было ясно ее неестественное происхождение.

– Шеф, ЭТО – ЧТО?!

– Да то, про что я и говорил! – сердито ответил Ермаков. И, видя полное непонимание со стороны Олега, торопливо принялся объяснять: – Её искусственная подгонка под талисман… Эти вот «крылья» – остатки дополнительной ауры… Она была в виде сферы, вроде как электронная оболочка у атома… Буквально минуту назад все это начало разваливаться ураганными темпами. А эта вот зеленая хрень, – похоже, стабилизирующий каркас, на котором вся конструкция держалась и скреплялась с основной аурой… Видишь – радиальные линии уходят даже вглубь тела… Если распад не остановить – ее собственная оболочка так же разрушится…

Несколько секунд Олег тупо старался понять, о чем речь. Но в конце концов, до него что-то стало доходить…

– Ее собственная аура – тоже ведь уменьшается? – спросил он Ермакова.

– Так я про что говорю! Похоже, внешняя от нее питалась… А без специалиста я разобраться не могу… Энгар!! Долго ты там еще?! – отвернувшись, гаркнул Виктор Петрович.

– Да нахрен Энгар?! – возразил Олег, решивший, что разглядел достаточно. И после недавних геройств уже уверовавший в возможности талисмана. Да и созерцание буквально на глазах тающей ауры тоже не склоняло к промедлению… – Я сам сейчас!..

– СТОЙ! – крикнул Ермаков, оборачиваясь.

Но опередить мысленную команду Олега талисману не успел.

Аура Та-Эли полыхнула, как фейерверк.

В следующую секунду Олег обнаружил, что сидит – продолжая держать девушку – и, раскрыв рот, смотрит на то, что происходит перед ним. Аура принцессы переливалась, как северное сияние. В глубине тела тоже что-то светилось и моргало. Сама Та-Эли, выгнувшись дугой, билась и кричала у него на руках. А зеленый каркас, сыпля искрами, опадал кусками, как прогорающие угли…

К счастью, все это закончилось практически тут же.

Непонятная конструкция развалилась и догорела. Аура успокоилась. Принцесса, обмякнув, повисла безвольной куклой. Буйство красок внутри ее тела тоже прекратилось. Только какая-то яркая звездочка продолжала сиять в нижней части живота.

– Автарк побери… – хриплым голосом сказал Ермаков, быстро пробегая взглядом по принцессе с ног до головы. – Ты что – с ума сошел?! Что скажешь? – без перехода обратился он к подбежавшему Энгару.

– Никогда ничего подобного не видел! – сообщил маг. – По-моему, это вообще невозможно…

– Никогда не говори «невозможно», если речь идет о всемогущих талисманах! – хмуро отозвался Ермаков. – Теперь-то что – можешь сказать?

– Сейчас посмотрю…

Энгар вытянул руки и выпустил из ладоней два луча. Примерно как от карманного фонарика, снабженного светомаскирующим устройством. Но почему-то сиреневого цвета… И принялся совершать многократно знакомые Олегу движения, которые делал при диагностировании. Только теперь Олег видел процесс в полном объеме, так сказать… Еще бы он при этом понимал, что видит…

– Шеф… – жалобно спросил он. – Что это было?

– А ты какую команду отдал… избранный?

– Сделать ауру нормальной…

Ермаков наградил Олега долгим выразительным взглядом.

– Счастлив твой бог… – сказал он, наконец. – Да и наш, с твоим заодно… Диадема уже отказалась от Та-Эли как от оператора. Огреб бы ты в ответ на такой приказ в противном случае… Никому бы мало не показалось… Нападение одного владельца Могучего талисмана на другого – вот как это называется. Запомни на будущее… А кроме того… Ты бы на землю встал…

– Что? – не понял Олег.

– Ты в воздухе висишь…

– А… – сказал Олег. – Ну да… Он принял человеческое положение.

– А кроме того, – начал снова Ермаков, но в разговор их вклинился Энгар.

– Вы бы свалили отсюда куда-нибудь в сторону… – предложил маг, не прекращая своего занятия и вид имея весьма сосредоточенный. – А то меня отвлекаете. Только девушку оставь так висеть, – добавил он специально для Олега. – Надо будет – я позову…

– Да, действительно, не станем мешать… – Ермаков потянул Олега за рукав. – Все равно мы в этом ничего не понимаем…

– Так вот, кроме того… – продолжил Ермаков, когда они отошли метров на пять. – Ты когда команду отдавал, что – все позабыл?

– Что – все?

Олег с некоторым трудом заставил себя оторвать взгляд от Та-Эли и постарался вернуться в реальную действительность. К его удивлению, за прошедшее время ничего вокруг не изменилось. Люди все так же шли из-под земли, охранники их сортировали… Разве что в качестве новой детали за спиной Ермакова образовался какой-то здоровенный детина из городских с Егором на руках. В суматохе Олег его и не заметил.

– Кстати, не вздумай мальчишку воскрешать! – перехватил Ермаков взгляд Олега.

– Почему? – не понял Олег.

– Там уже ничего не поможет… Кинжал этот, которым он себя ранил, оказался «нордагским жалом»… Где он только эту дрянь выкопал… У него от мозга ничего не осталось – восстанавливать нечего… Если ты его оживишь – получится биоробот без всякой памяти. Зомби фактически.

– Так, что выходит – я не такой уж и всемогущий?

– А ты думал – в сказку попал? – Ермаков вздохнул устало… – Ты вот приказал ауру у принцессы нормализовать… А для нее норма – это оператор Диадемы! И нарушена она была оттого, что она от тебя, балбеса, забеременела! Если ты ей все как было вернул бы, то – что?

– Блин, – сказал Олег. Он только сейчас сообразил, что означает маленькая сияющая звездочка в животе Та-Эли. И внезапно ощутил слабость в ногах.

– Вот то-то… – Ермаков покивал головой. – К тому же неизвестно, смог бы твой талисман восстановить все как надо или нет… Так что Автарк его знает, что бы вообще получилось… Это тебе не руку-ногу оторванную приживить… Или голову… Это внутрихромосомные структуры! Чего ты в молекулярной генетике понимаешь?

– Дык талисману-то какая разница… – неуверенно возразил Олег.

– Дурень… – констатировал Ермаков. – Это с обычным человеком проблем бы не было. А у нее же – генный набор модифицированный… Причем – никому неизвестно, как! И в единственном экземпляре… Сложнейший уникальный механизм – а ты по нему, как кувалдой по часам шарахнул. Я вообще не представляю – ЧТО ты там теперь соорудил своим приказом… Салат из ДНК должен был получиться! Непонятно, как она в живых осталась… Да не дергайся – Энгар бы сказал… А раз молчит – значит, не смертельно… Что и обнадеживает… Запоминай лучше, как мастер работает… На будущее пригодится.

Олег действительно непроизвольно обернулся.

Энгар как раз закончил диагностирование и принялся что-то колдовать. Олег смотрел внимательно, стараясь все точно запечатлеть в памяти, как советовал Виктор Петрович. Хотя ровным счетом ничего не понимал… Впрочем, одно несомненное отличие в сравнении с собственной попыткой лечения он все же увидел: Та-Эли не скручивало судорогой. Хотя Энгар потрошил ее ауру весьма активно… У Олега в глазах зарябило от закручивающихся потоков и сгущения энергий. А движения рук мага больше всего напоминали что-то из стилей восточных единоборств – такое же плетение кружев кистями и пальцами… Энгар захватывал, передвигал, закреплял… Сколько раз раньше Олегу доводилось наблюдать такие действия… Но только сейчас он смог в достаточной мере оценить казавшееся таким несерьезным «помавание руками»…

Как долго длилась операция – Олег не заметил. Но – порядочно. Потому что когда Энгар зафиксировал последний узел плетения, поток людей из подземелья давно иссяк. А неподалеку обнаружились старик Локтев, Ирма с девочками, Кан Шор со своими рэтами и даже Король-Жрец, стыдливо приткнувшийся на костылях чуть в стороне, явно не зная, куда деваться – на него никто не обращал внимания… Олег подумал мимоходом, что нужно будет попросить Энгара посмотреть, что там с записью на мозге – вдруг удастся убрать? Но не сейчас – попозже…

Между тем, Энгар окинул критическим взглядом плоды своей деятельности, привычным жестом встряхнул кистями рук и, повернувшись, направился к Олегу с Ермаковым.

Вид у него был утомленный. Но не похоронный.

– Ну, что? – опередил Олега Ермаков. Впрочем, Олег был ему за это только благодарен: собственный язык отчего-то никак не желал поворачиваться во рту, потому с речью возникли некоторые проблемы.

Энгар поглядел на Ермакова, потом на Олега.

– Ну, я кокон жизнеобеспечения поставил, – сказал он затем. – Так что пока все нормально. Но ее надо обязательно в стационар: как скажется такая тотальная трансформация ВСЕГО клеточного материала, – я гадать не возьмусь. Но в одном могу успокоить: коррекция произошла без сбоев. То есть – патологии нет. Жить безусловно будет.

– Но как он это сделал?! – снова подал голос Ермаков.

– Понятия не имею, – Энгар пожал плечами. – Но вы же, шеф, сами только что поминали про возможности всемогущих талисманов… Мне куда более интересным представляется не как, а что он сотворил…

– Ты о чем?

– Да у него же не было информации о генотипе! К какому эталону он должен был приводить структуру ДНК? Знаете, как он вывернулся? Взял за основу геном плода! Так что комбинация однозначно здоровая и работоспособная – тут проблем быть не должно…

Олег мало что понял. Но Ермаков присвистнул:

– Это что же получается? И у ребенка, и у нее набор генов будет один и тот же?

Энгар замялся.

– Не совсем…

– Ты о чем? – решился и Олег вставить свое слово.

Энгар снова бросил на него взгляд.

– Ну, ему ведь надо было куда-то девать дополнительную составляющую… А выкинуть ее он не мог, поскольку ты приказал изменить только ауру…

– И что? – спросил Ермаков.

– Ну, так он схитрил. Та зеленая корзина исчезла у матери. А вот у ребенка она, наоборот – появилась…

– Однако… – сказал Ермаков с очень задумчивым видом.

– Вот-вот! – подтвердил Энгар.

– И что теперь будет? – спросил Олег.

– Ну, откуда я знаю? Я не Емай-ясновидящий… Но зачатки этой структуры у плода есть – четко различимы. Когда родится – она у него, скорее всего, прорастет естественным порядком…

– У нее… – сказал Ермаков с какой-то странной интонацией.

– Почему – у нее? – удивился Энгар. – Пока что пол определить невозможно – рано слишком…

– А, по-моему, все ясно как дважды два, – Ермаков усмехнулся. – И совершенно очевидно… Ты сам только что это объяснил…

Он зачем-то полез к себе в наколенный карман. Покопался там и вытащил на свет Диадему. Протянул Олегу:

– Держи!

– На что она мне? – удивился Олег.

– На сохранение. Как семейное имущество… – и, видя, что Олег ничего не понял, объяснил: – У Диадемы все операторы были женщины. И вряд ли коррекция рассчитана на представителей противоположного пола. А если так, и у плода она прижилась – то вывод очевиден. Дочери отдашь, когда вырастет!