Не так давно жил на свете мудрец со своей молодою женой.

И родила она однажды четырех сыновей. Оказались они близнецами, похожими друг на друга, как две… Нет, как четыре капли воды! Все в тятеньку – любознательные да смышленые.

Мудрый отец нарадоваться на них не мог. Покуда жив был, обучал сыновей уму-разуму, а как дух испустил, разбрелись они по свету счастья искать да правде учиться. Один на запад отправился, другой – на восток, третий – на юг, а четвертый – на север.

Много лет с той поры миновало: братья выучились и стали людьми уважаемыми. Сотни простых мирян в поисках истины приходили к ним за советом. Первый брат стал на западе Пастором. Второй на юге – Муллою. Третий – Настоятелем буддийского храма на дальнем востоке. А четвертому на севере присудили ученое звание Профессора биологии.

Десятилетия минули, и повстречались поседевшие братья вновь на родной земле. Из-за горя-горького – из-за смерти матери.

На обряде погребения средь мужей, что служат Богу, распрей не было. Каждый брат-священнослужитель слово брал: один молитву прочел, второй сутру спел, третий изрек речь прощальную.

Лишь Профессор биологии говорить не стал. Да оно, пожалуй, и к лучшему: он гельминтов изучал – червей глистных. Ни к чему оно на скорбной церемонии.

С похорон брели братья грустные. И погода вместе с ними закручинилась – проливной грозой разрыдалася. Через холм и через дождь путь в село лежал, только братья так туда и не добралися.

На холме, на самой его маковке все сложили они мудрые головушки. От удара грома внезапного, что несет с собой нещадную молнию.

Зашагнув за порог жизни бренной, очутились братья во тьме непроглядной. То посмертное небытие их окутало: нет ни верха, ни низа, ни света в нем. Да и тел-то нет – будто не было! Лишь бесплотные голоса братьев ободрять друг друга пыталися:

– Не падайте духом! Священный Коран учит: «Не видел того глаз, не слышало ухо, не приходило то на сердце человеку, что уготовил Аллах любящим Его».

– И то верно, брат Мулла. Ибо сказано в Святом Писании: «Неисповедимы пути Господни. На все воля Божия».

– Вот увидите, братья: земной мир – это детский манежик по сравнению с Колесом Сансары. Мы были личинками и рассуждали в рамках личиночного состояния.

Только Профессор биологии ничего не сказал, хоть и разбирался в личинках получше многих. А может, он оттого промолчал, что при жизни считал себя неверующим?

Скоро сказка сказывается, да не скоро Высший Суд вершится. Был братьям голос нежный ангельский, словно из ниоткуда:

– Вас приветствует загробный коллектор. Благодарим за проявленное терпение. К сожалению, сейчас все двенадцать триллионов линий заняты. Вы находитесь в режиме ожидания.

Ваша очередь между кланом разумных головоногих, чей корабль сгорел в короносфере Альдебарана, и электронным вирусом, совершившим ритуальный суицид в несвойственной ему операционной системе.

Пожалуйста, ожидайте вызова Куратора-Распределятора. Еще раз благодарим вас за понимание.

Долго ли, коротко ли ждать пришлось – про то нам неведомо, да только подошел, наконец, и братьев черед. И предстали они пред лицом своего Куратора: справедливого Куратора-Распределятора.

Вопрошал он братьев зычным голосом:

– Укажите точный адрес своего жизненного цикла. Каково наименование Светила, ближайшего к месту обитания вашего вида?

– Звезда по имени Солнце.

– Локализуйте ареал обитания вашего вида в рамках Солнечной системы.

– Планета Земля.

– Конкретизируйте, к какому из трех разумных видов планеты Земля вы принадлежали?

Тут впервые голос подал Профессор. Как биолог смиренно промолвил он:

– Мы – единственный вид разумных существ на своей планете. Люди – Homo Sapiens, доминируют на Земле уже десятки тысяч лет.

– Китообразные и разумные велоцирапторы могли бы с вами поспорить. Хотя… последние успешно эмигрировали в соседнюю звездную систему.

Хоть и изумились братья таким подробностям, но виду не подали и смятение свое ничем не выказывали.

Повелел им Куратор сказывать, как и где они смерть свою приняли.

– В нас ударила молния, когда мы возвращались с похорон матери…

– Несчастный случай? Хорошо. Попадаете в категорию жертв невинных. Диагностика ваших генотипов показывает полную идентичность на момент рождения. Уточните, вы искусственные клоны или расщепленная реинкарнация единой личности?

– Мы родные братья – мы близнецы однояйцовые.

– Так и отметим. Приступаю к диагностике психотипов и сохранению индивидуальных жизненных опытов…

Итого: 75 % выборки – индивиды набожные, стремившиеся жить праведно, сумевшие подняться в постижении философских истин до санов священных. Остальные 25 % избрали интеллектуальный путь духовного развития, посвятив себя познанию Жизни во всем ее многообразии.

Общий вердикт: с учетом единого генотипа и положительных посмертных фенотипов вся группа достойна распределения в Рай для заслуженной релаксации.

Возблагодарили братья-священнослужители Небеса за справедливость и милосердие! Изрекли молитвы, приличествующие ситуации.

Лишь Профессор биологии промолчал. Быть может, в сей момент знаменательный он внимания излишнего не желал привлекать к своей персоне атеистической?

– Приступаю к подбору Рая для каждого. С учетом индивидуальных религиозных представлений.

– Так мы что же, больше никогда не увидимся?! Всю жизнь порознь прожили, даже поговорить по душам не успели…

Сжалился над близнецами милосердный Куратор и промолвил:

– Если вы максимально точно изложите параметры Рая, принятые в ваших религиозных культах, я постараюсь найти непротиворечивую Райскую версию, которая устроит всех четверых. Согласны?

И согласились братья. И возрадовалась тройка священнослужителей, вознося молитвы милосердию Мироздания. Один лишь Профессор биологии не возрадовался. Как видно, из-за научного скептицизма, ученым свойственного.

– Моя вера, – повел речь брат-Мулла, – учит, что райская обитель подобна саду, мимо которого течет река.

– Учения о Рае в Коране и Библии очень близки, – вторил брат-Пастор. – В Книге Бытия сказано: «Из Эдема выходила река для орошения Рая и потом разделялась на четыре рукава».

– Пища в раю постоянна. Тень постоянна, – продолжал Мулла.

И опять поддержал его Пастор:

– В Откровении Иоанна про Царствие Небесное говорится: «И город не имеет нужды ни в солнце, ни в луне для освещения своего… И не войдет в него ничто нечистое».

Настал черед Муллы согласиться с братом:

– И не будет в Раю естественных испражнений – все будет выходить из праведников посредством особого пота, подобного мускусу, с поверхности кожи. И сколь бы ни давали праведникам плодов райских, они будут удивляться: «Это вроде бы то же, что было ранее, а по вкусу и иным качествам – совсем новое».

Подтвердил Пастор слова брата о загробных съестных утехах:

– Рай в Евангелии от Матфея уподобляется пиру: «…скажите званым: вот, я приготовил обед мой, тельцы мои, и что откормлено, заколото, и все готово; приходите на брачный пир».

Все внимательно Куратор выслушал и сказал, что затруднений пока что не видит. Вопрошал затем он брата третьего об устройстве Рая буддистского.

– В моей религиозной традиции нет понятия загробного Рая, – молвил брат-Буддист. – Ближайшим аналогом можно назвать Нирвану, но это больше внутреннее состояние, нежели внешнее местопребывание.

Я чту Закон Кармы и верю в посмертное переселение душ – в Колесо Сансары. Это круговорот рождения и смерти среди бесчисленных миров, в телах многообразных существ.

– Иными словами, – уточнил всемогущий Распределятор, – мне достаточно организовать вам воплощение в теле новых существ, среда обитания которых будет соответствовать предыдущим описаниям Рая?

– Ваша мудрость не знает границ! Да свершится все по слову вашему! – изрек брат-Буддист.

Тут в душе биологическо-профессорской вдруг возникли смутные опасения. Но оформиться в отчетливые выводы его страхи не успели – были прерваны. Начались расспросы брата-Профессора о его загробных ожиданиях.

Отвечал близнец последний без утайки, что при жизни не религиозен был; что посмертных представлений не успел скопить; что душа его насквозь атеистическая.

– Не беда, – успокоил братьев мудрый Куратор. – Недостающие данные возьмем из статистики: впечатления светских лиц, испытавших клиническую смерть. Сейчас найду… Вот! Наиболее частый «околосмертный опыт» Homo Sapiens включает в себя: видения туннеля, ощущение невесомости и парения вкупе с полной умиротворенностью.

Получив все ответы подробные, свел их вместе Куратор логически, чтобы Райское место для братии оказалось желанным для каждого:

– Искомая комбинация Рая сформулирована. Провожу поиск на предмет наличия… Есть! Есть такая версия в мироздании.

Поздравляю! Вас ждет перевоплощение в тела иных живых сущностей: ваши Нити Жизни продолжат безбедно обитать, словно в садах и лугах, на берегах изобильного питательного потока, куда не попадает ничто нечистое, где нет ни дня, ни ночи, ни смены времен года, а только внутренний тепловой свет постоянный.

И ничто в райском тоннеле не будет отвлекать вас от духовного общения благодаря чувству легкой невесомости и абсолютного покоя.

Случай ваш оказался довольно интересен!

Поэтому от меня лично – маленький бонус: память о прошлой жизни будет вам сохранена для плодотворных философских бесед.

Невозможно ни в сказке сказать, ни пером описать ликование троих братьев набожных. Возблагодарил Куратора один – и тут же исчез в Рай обещанный. Возблагодарил второй – в тот же миг попал в Рай описанный. Третий брат вслед за первыми последовал: в Рай туннельного типа неведомого!

Лишь последний близнец позамешкался, не спеша хвалу глаголить Куратору. Наедине они друг с другом осталися – всемогущий Распределятор с Профессором. Озарение ученого встревожило – пара фраз из школьного учебника припомнилась:

«Внутренние паразиты, использующие другие виды организмов в качестве среды обитания, попадают в условия постоянных температуры, влажности, содержания минеральных и органических веществ.

При обитании в ограниченном жизненном пространстве и при постоянном снабжении пищей у них наблюдается упрощение строения: отсутствуют органы передвижения, у многих нет дыхательной и пищеварительной систем, так как газообмен и всасывание питательных веществ происходят через покровы тела».

Вопрошал Куратор строгий биолога, отчего не рад он Раю долгожданному? А Профессор, опасеньями снедаемый, так повел речь свою хитроумную:

– Я себя считаю Рая недостойным.

Потому что в бытие загробное не веровал. И всю жизнь себя считал атеистом я. Интеллект всегда ставил выше совести. Преклонялся перед «голым познанием», игнорировал духовные истины.

Вижу, братья мои превзошли меня. И достойны их тела последних почестей.

Не хочу, чтобы зверье растерзало их – не должны они в глуши сгинуть без вести. Я желал бы их тела родной земле предать, соблюдая обряды их верований.

Горько мне, что не смогу я это выполнить.

Никого от рода нашего не осталось…

Оценил Распределятор речь проникновенную. И подумал, что уместно милосердие. Справедливо б к жизни возвратить Профессора. Только жалко рушить схему интересную… Он ведь слово дал не разлучать четверку братскую.

Поразмыслив хорошенько, как следует, отыскал Куратор новое решение. Да еще поинтереснее прежнего.

Посреди холма на траве сырой вдруг очнулся Профессор биологии. Вкруг него близнецы лежали мертвые – бездыханные, с улыбками застывшими. Видно, душам их теперь хорошо в Раю, персонально для них же подобранном.

От всего пережитого захотелось Профессору впервые в жизни перекреститься. Поднес он руку правую ко лбу и увидел в ней бумажку измятую. Развернул – и в ней прочел буквы вензельные:

«Пожалуйста, не принимайте глистогонных препаратов, если ваши братья вам дороги».