<p>Эндрю Вейнер</p> <p>Человек, который был счастлив<a l:href="#n

Гершель Фриман никогда не считал себя особо удачливым. Но и неудачником, назвать себя не мог. Так, нечто промежуточное. Конечно, как и любому человеку, счастье порой улыбалось Гершелю. К примеру, как-то на вечеринке в канун Нового Года прекрасно сложенная блондинка (между прочим, финансовый инспектор) упала в его объятия и поведала о своем влечении к людям с романтической внешностью. Они провели вместе несколько чудных недель, прежде чем компания перебросила ее в Аризону, и связь их прервалась. В другой раз он выиграл в городскую лотерею тысячу долларов и купил новый телевизор SONY. Но по большей части жизнь Гершеля текла спокойно и размеренно. До того самого дня (ему как раз исполнилось двадцать восемь), когда внезапно счастье повернулось к нему, лицом.

Это началось на работе. Начальника Гершеля уволили за постоянные сексуальные домогательства к сотруднице отдела электронной информации.

Ближайший кандидат на его место отказался. Кризис среднего возраста привел его к решению больше времени уделять своему саду. На следующей ступеньке служебной лестницы помимо Гершеля имелось еще несколько кандидатов. Одни выглядели более солидно, другим обычно больше везло.

— Мы наблюдали за вами, Гершель, — сказал ему вице-президент. — И думаем, что с этой работой вы справитесь. — Принимайте отдел электронной информации.

Гершель поклялся себе, что сможет.

Ближайшим вечером, отмечая свое продвижение с несколькими друзьями в баре на окраине города, он завел многозначительный разговор с советником вице-президента по связям с общественностью, высокой красоткой за соседним столиком. Через два месяца после ураганного романа они поженились. Гершель был так счастлив с Марианной, что почти не обращал внимания на других женщин.

Затем двоюродная бабушка, о которой он едва слышал, умерла бездетной в возрасте девяноста трех лет, оставив в наследство имущество, которое должно быть разделено между оставшимися родственниками. Родственников оказалось немало, но наследства хватило на всех. Гершель получил долю в шестьдесят тысяч долларов, самый крупный чек, который он когда-либо держал в руках.

Часть средств он использовал на оплату коттеджа, но самую значительную сумму вложил в акции. Повинуясь зову безумного каприза, он приобрел некое количество копеечных акций на горные разработки, о которых случайно услышал из разговора за соседним столиком в ресторане. В шахтах нашли то ли золото, то ли серебро, и Гершель заработал еще сорок тысяч.

Состоялось еще несколько удачных капиталовложений. А затем он начал выигрывать: компьютер (в результате розыгрыша, проводимого местным банком), домашний кинотеатр (конкурс любителей мороженого), автомобиль (тотализатор, предложенный риэлторской фирмой).

Спустя какое-то время Гершеля стало немного беспокоить такое фантастическое везение.

— Боже, — сказал он как-то в перерыве между двумя удачами. По-моему, это слишком хорошо, чтобы продолжаться, не так ли?

Оказалось, не так.

Однажды по почте он получил бесплатное приглашение в «Старволд», новый комплекс отель-казино в Лас-Вегасе. Марианна посоветовала ему согласиться.

— Но я понятия не имею об азартных играх, — признался он.

— Это так здорово, — настаивала она. — А еще там всю неделю будет Нэйл Даймонд. — Марианна была большой поклонницей Даймонда.

— Наверное, здесь какая-то ошибка, — засомневался Гершель. — Такие приглашения присылают лишь настоящим игрокам. Тем, кто должен оставить на столах кучу денег.

— Тогда это их ошибка, а не твоя, — заключила Марианна.

Со своим везением Гершель и сам мог заплатить за собственное пребывание, однако трудно отказаться от халявы…

— Вы счастливчик, мистер Фриман, — сказал менеджер казино.

— Надеюсь, — нервно подергивая головой, ответил Гершель. Ему не очень-то хотелось идти к менеджеру в офис. С другой стороны, он не любил казаться невоспитанным.

— Большая удача, — повторил менеджер.

Гершель безмолвно корил себя, что допустил такую ситуацию. Известно ведь, эти места предназначены для большого количества людей. Конечно, некоторым позволяли выигрывать, чтобы сохранять к игре дальнейший интерес. Но не столько же!

— Два миллиона, — растерянно говорил менеджер. — Огромные деньги. Мы ни разу не выплачивали такой крупный выигрыш.

— Простите, — прервал его Гершель. — Я не играл за столиками. Только на игровых автоматах, а когда выпал джекпот, ваш ассистент пригласил меня к рулетке. Я вовсе не хотел нарушать…

— Нет-нет. Никаких извинений. Просто я хотел вас поздравить и предложить сыграть пару партий в блэкджек. За нас, конечно. — И он катнул Гершелю денежный рулончик.

— Я? В блэкджек? — удивился Гершель. — Я и правил-то не знаю.

— Считайте это небольшим экспериментом, — сказал менеджер. — Естественно, никаких обязательств с вашей стороны.

— Думаете, проиграю? — предположил Гершель. — Спущу эти деньги и начну играть на свои?

— Нет, — ответил менеджер. — Надеемся на ваш выигрыш.

Гершель сорвал куш в блэкджек. Потом занялся другими играми. Включая первоначальную, сумма его выигрыша составила свыше четырех миллионов.

— Можно заканчивать? — поинтересовался он у менеджера, сопровождавшего его по всему грандиозному игровому туру.

— Да, думаю мы увидели достаточно, — согласился менеджер. Несколько минут спустя Гершель сидел в кабинете менеджера и

держал чек, подписанный на всю сумму выигрыша.

— Прежде чем вы уйдете, — начал менеджер, — я должен сделать вам одно предложение. Мы уверены, что вы созданы для этой работы.

— Работы? — переспросил Гершель. Он устал и плохо соображал. — Но у меня есть работа.

— Нам это известно, — согласился менеджер. — Но это краткосрочное задание. Естественно, хорошо оплачиваемое. Но даже не в этом дело. Предлагаю вам огромный неосязаемый приз. Приключение. Возбуждение. Слава. Чувство реальной значимости.

— Реальной значимости? — уставился на менеджера Гершель. Все это показалось ему весьма странным. Ему захотелось подняться в номер и залезть в кровать к Марианне. А еще лучше — разбудить ее, упаковать вещи и махнуть прямиком в аэропорт.

— Мистер Фриман, — произнес менеджер, — пришло время, как у вас говорится, раскрыть карты.

Он взялся за подбородок и медленным движением стянул с себя лицо.

Без маски чужак оказался не отталкивающим, но притягательно иным. Уши ему заменяли два тонких стебелька, покачивающихся при любом движении головы. Большие глаза без век. Очень маленький, почти неприметный нос. Широкий безгубый рот. Голубоватая чешуйчатая кожа и почти лысая голова.

Гершель откровенно разглядывал его.

— Мы, — сообщил чужак, — давно ищем кого-нибудь, похожего на вас. На десятках разных планет и сотней различных способов.

— Кто это — мы?

— Обитатели планеты Флип, мистер Фриман. Очень древняя раса из очень далекого мира. Естественно, у нас есть правило: мы не вторгаемся в отсталые миры и не допускаем, чтобы о нашем присутствии стало известно. Однако при сложившихся обстоятельствах я готов выйти за пределы правил.

— А от меня что вам нужно? — поинтересовался Гершель. — Я вовсе не важная персона. Чем я-то могу вас заинтересовать?

— Удача.

— Удача? — переспросил Гершель.

— Да. Именно ее мы ищем. Поэтому и открыли данное заведение. Несмотря на значительные расходы и неудобства, мы получили возможность выявлять особо везучих индивидуумов. Мы отметили наиболее удачливых, но вы их намного опережаете. По нашему мнению, в своей Галактике вы — самый везучий.

— Мне иногда везет, — согласился Гершель. — Но это обычная случайность. Когда-нибудь все закончится.

— Ошибаетесь, — возразил чужак. — Вы, люди, не вполне понимаете смысл удачи. Или вы принимаете ее с благоговейным ужасом или пытаетесь объяснить с помощью примитивной математики. Наши же высокоуровневые психоматематические исследования выявили суть дела.

— Ив чем же она?

— Удача заложена в основу организма, она не существует вне его. Некоторые индивидуумы могут пользоваться этими возможностями больше, чем другие. Для сравнения: у одних музыкальные способности выше, чем у других.

— По-вашему, удача — врожденное свойство? Что ж я раньше этого не замечал?

— Флуктуации везения проходят разные фазы в течение жизненного цикла. Как у вас говорят; кому повезет, у того и петух снесет. А у вас, сэр, петух еще как несется. Вы именно тот, кого мы ищем.

— Но почему? Зачем вам везунчики?

— Нам не хватает удачи. То есть вам не везет?

— Не совсем. Мы находимся где-то посередине. Только на отдаленных планетах среди более юных рас мы отмечаем экстремальные значения индивидуального везения. Мы считаем: везение — эволюционный механизм выживания, результат естественного отбора, когда в нем возникает необходимость.

— И сейчас у вас такая необходимость возникла?

— Конечно. Видите ли, мы воюем с очень опасным врагом. Судьба спорного сектора пространства зависла в шатком равновесии. И мы надеемся, что ваша фантастическая везучесть сдвинет баланс в нашу пользу.

Флип, объяснил чужак, попал в пространственное окружение в битве с Верхоной, особо амбициозным конкурентом в космических предприятиях. Сфера влияния Верхоны угрожающе выросла, и самыми разнообразными способами происходит вторжение в область флипянских интересов. В общем, как уяснил Гершель, идет битва за контроль рынков и торговых путей (хотя он и не был полностью уверен, что понял все правильно).

— Участвуя в этой благородной войне на нашей стороне, — продолжал чужак, — вы так. или иначе принесете реальную пользу вашему земному существованию, резко повысив свой статус.

— Все это, конечно, здорово, — прервал чужака Гершель, — но ваши разборки мне не понятны. Откуда мне знать, что я помогаю тому, кто прав?

— Попытаюсь воздействовать на эмоциональном уровне, — ответил чужак. — Представлю вам образы наших противников. Они омерзительны. Но главное, их поступки в высшей степени достойны порицания, и каждое новое действие приводит к страшной угрозе для вашей собственной планеты.

— Верхона угрожает Земле?

— Именно! Как я уже говорил, для Флипа не типично вмешательство в дела независимых планет вроде вашей. Однако к Верхоне это не относится. В данное время ваша планета защищена тем, что находится в сфере нашего влияния. Если мы уступим в существующем конфликте, Земля непременно пострадает. Они заявятся сюда и заполонят ваши рынки своими дешевыми и устаревшими поделками, что приведет к огромной безработице и прочим неприятностям.

— А от меня-то что нужно?

— Вас назначат Верховным Главнокомандующим. Вы станете руководить нашими военными действиями и обеспечите окончательную победу над Верхоной.

— Не знаю, — засомневался Гершель. — Мне вовсе не хочется, чтобы кого-нибудь убили. Не могу просить людей рисковать своими жизнями.

— Рисковать жизнями? — поразился чужак. — За кого вы нас принимаете?

Итак, сообщив жене, что должен уехать по важным делам, Гершель отправился на войну.

Война, собственно, представляла собою серию игр между командами Флипа и Верхоны, требующих не только профессионализма, но и немалой доли везения. Игры представляли целый комплекс состязаний. Команда Флипа руководствовалась советами Гершеля.

Представители Верхоны поначалу показались Гершелю отвратительными. Желеобразные слизистые Переростки, издававшие прокисший дрожжевой залах, они сидели за игровым столом напротив. Однако вскоре Гершель принюхался и нашел запах даже приятным.

Игра заняла несколько недель, хотя для Гершеля они пролетели незаметно. Он никогда еще не ощущал в себе такой жизненной силы. Выигрывать деньги, машину, домашний кинотеатр — занятие, конечно, приятное, но сейчас он играл по высшей ставке.

Команда Верхоны представила достойных противников, однако в итоге счастье им изменило.

— Великий дар везения, — поздравил Гершеля руководитель команды Верхоны во время завершающего тура. — Хотя порой опасный.

Сие замечание слегка озадачило Гершеля. Однако он был слишком занят, принимая поздравления от представителей Флипа. Они предложили ему совершить триумфальный тур по планетам Флипа, где его содействие будет оценено должным образом.

Этот человек, говорили о нем, спас Галактику от ужасной участи!

Гершелю очень нравилось слушать такие высказывания.

Но однажды на крупном общественном митинге в его честь, взбираясь на подиум, Гершель споткнулся и ударился коленом.

Местные медицинские светила быстро залечили травму. Однако Гершель был потрясен.

— Со мной такого никогда раньше не случалось. Никогда.

Этой же ночью дом, где он жил, загорелся. Пожар, правда, быстро потушили.

Наутро произошло небольшое землетрясение. Вскоре к нему заявилась делегация.

— Мистер Фриман, — сказали ему, — в планах произошли изменения.

— Что, банкет отменяется? — расстроенно осведомился он. — Из-за землетрясения?

— Нет, мистер Фриман, из-за вас.

Нерешительно и с сожалением ему обрисовали ситуацию. Хотя Гершель и остается Почетным гражданином Флипа, пришло время возвращаться на родную планету. Ибо, если он здесь останется, это может представлять большую опасность.

— Но почему?

— Из-за Вашего везения, к сожалению.

— То есть оно пропадает?

— Боюсь, намного хуже, — объяснил руководитель делегации. — Существенно быстрее, чем предполагалось. Наши психоматематики могли бы объяснить это лучше меня, но если коротко, вы использовали весь запас удачи, и сейчас наступает реакция компенсации.

— Что за реакция такая?

— Удача сменяется неудачей. Не везет — так не везет, как говорят на вашей планете.

— Но ведь некоторым везет всю жизнь.

— Бывает, — согласился руководитель, — но лишь тогда, когда везение не истощено до конца. Удача, видите ли, представляет собой вид потенциальной энергии. Ее экономное расходование — необходимое условие для сохранения запаса у краткоживущих рас вроде вашей. Однако, боюсь, свою вы израсходовали слишком быстро.

— Игрой? — догадался Гершель.

— Именно, — кивнул руководитель. — Ваши героические усилия в борьбе с Верхоной истощили ваш запас.

— Почему вы не предупредили меня?

— Тогда бы вы не согласились, — замотал ушными стебельками представитель Флипа. — А нам нельзя было этого допустить: войдите в наше положение. А, собственно, чего плохого в спасении Галактики от ужасной беды?

— Не знаю, — понурился Гершель. — Все зависит от того, насколько это отразится на мне.

Отразилось уже в космопорту. В общем-то рядовая поездка, правда, в подозрительно гремящем и трясущемся транспорте. Далее выяснилось: обратно Гершель полетит один, в беспилотном автопогрузчике.

— Домой отправитесь без сопровождения, — сообщил руководитель делегации. — Из-за особых обстоятельств. Надеюсь, вы меня понимаете..

Несмотря на едва не случившееся столкновение с неким небесным телом и непрерывный страх из-за постоянных отказов системы жизнеобеспечения, Гершель умудрился добраться до Земли целым и невредимым.

Вернувшись домой, он обнаружил жену, в постели вместе с парнем из персонала по обслуживанию бассейна. На работе от его услуг отказались.

Вскоре его дом сгорел, а страховая компания за неделю до этого обанкротилась.

Акции обесценились. Банк, где лежали деньги, разорился. На улице он поскользнулся и снова разбил колено.

Поскольку деньги кончались, он стал покупать лотерейные билеты, но так ни разу не выиграл. Гершель начал сильно пить.

Чем дальше, тем больше казались сном и его фантастическая удачливость, и, славная победа над Верхоной.

Жаль, конечно, что он употребил на нее все свое везение. Но, по крайней мере, оно ушло на доброе дело.

«Бывали у меня славные времена, — рассказывал он таким же опустившимся бродягам в ночлежке. — Да, я был важной персоной».

Между прочим, не так уж много бродяг могли заявить, что спасли Галактику.

«Я сползаю к полнейшему невезению, — думал он. — Сколько это может длиться? Двадцать лет? Пятьдесят? Нужно все учитывать в перспективе».

Но пришел день, и его навестила делегация с Верхоны.

Несмотря на их неожиданное и пугающее явление, Гершель выразил уважение Верхоне в их умении играть. И согласился их выслушать.

Им известно, сообщили пришельцы, что от Флипа он слышал про них ужасные вещи. Это клевета. На самом деле они лишь обыкновенные торговцы. Да, правда, в отличие от Флипа они торгуют с неразвитыми планетами. Но аборигены с удовольствием покупают их товары.

Во всяком случае, что было, то прошло. А потому у них есть предложение.

Дело в том, сказали ему, что Верхоне позарез необходим очень невезучий индивидуум.

Сама планета была слишком холодной и напоминала свалку. Гершеля мучили респираторные заболевания, да и полы в посольстве были ужасно скользкими. Однако все это намного превосходило условия жизни в ночлежке.

На Флипе, увидев его снова в своем мире, ужаснулись, но дипломатический протокол не позволял отказать аккредитованному послу Верхоны.

В первую же неделю пребывания Гершеля на Флипе ранее потухший вулкан неподалеку от столицы разразился небольшим извержением, накрыв город облаком пепла.

— Что нам нужно сделать, чтобы вы уехали домой? — спрашивали его флипяне, кашляя, чихая и раскачивая ушными стебельками. — Деньги?

— Я только теряю их.

— Любовь замечательной женщины?

— Это я теряю тоже.

— Тогда что?

— Восстановить мое везение.

— Невозможно, — ответили ему.

— Значит, я остаюсь, — заявил Гершель.

Пара землетрясений, цунами, несколько банкротств крупных банков, и к Гершелю снова явилась делегация.

Особая программа исследований, сообщили ему, дала возможное решение проблемы.

— Мы не способны вернуть вам везение, — сообщили ему, — но, полагаем, сможем избавить вас от неприятностей. По крайней мере, от большинства из них.

— Согласен, — прошамкал Гершель, превозмогая боль после потери трех зубов, выбитых при случайном падении днем раньше. — Предлагайте.

Итак Гершель вернулся на Землю, где находился в пограничном состоянии между совершенным невезением и обычным везением.

— Значит так, — заявил он однажды, оглядывая скромно обставленную гостиную в своем скромном домике с тремя спальнями, приобретенном на скромную зарплату менеджера среднего звена. — Я абсолютно счастлив.

— Конечно, — согласилась его новая жена.

— Я испытал взлеты и падения. Но это…

— Лучше?

— Это лучше, — ответил он. — Для меня. Чужак назвался представителем Крако.

— Мы новички в этой части Галактики, — разъяснил он. — Но намерены стать первыми.

Чужак сидел, распластавшись на Заднем сиденье припаркованной машины. Гершель вырулил на дорогу. Чужак перетек на переднее сиденье, оставляя за собой тонкую сверкающую пленку.

— Знаете, мы искали очень среднего человека. Типичного представителя усреднения. А в вашей жизни ничего особого не происходит: ни взлетов, ни падений. Знакомая картина?

Гершель затормозил.

— Проваливай, — зарычал он на чужака. — И немедленно!