Бестолково падает снег. Бестолково потому, что на дворе весна, он вскоре и так растает, смешается с мутными потоками талой воды и умчится невесть куда. Может, в море-океан, а скорее в канализацию. Сами мутные потоки, конечно, тоже снег, но то другой снег, поживший, повидавший всякие зимние виды, сделавший свое белое дело.
А этот? Для чего он падает? Да еще вот пошел крупными хлопьями, кружит, как настоящий, за каких-то полчаса покрыл землю ослепительно белым слоем. А потом выглянуло солнце и за несколько минут восстановило прежний весенний вид. И вода в ручьях от этого, такого чистого белого снега, прозрачней ничуть не стала.
Вот опять набежала туча, ветер сыпанул в лицо холодной колючей крупой. Это не снег. Это то, что должно было быть дождем, но где-то сверху, очевидно, распорядились иначе.
Весенний снег, по-моему, не любит никто. Натерпелись, намерзлись. А он идет и идет. Совсем уже было погода направилась, асфальт просох, только местами, где засорились дренажные трубы, вода выходила на дорогу и весело звенела, перетекая на другую сторону.
«Сдурела погода!» — говорит бабушка. Это ее обычные слова, бабушка сильно не любит подобных беспорядков в природе. Да к тому же старые кости дают себя знать…
Не нравится снег и собакам. Зимой, в морозы, помнится, стаями кружили по поселку, разобравшись по ранжиру, дрались, любились, обнюхивали столбы и ставшие редкими теперь помойки. А сейчас смотрю в окно — ни одной. Нет, вот одна — поджала хвост, нахохлилась грустно и стоит под крышей. А, узнаю, это та, которая боится всех и вся. Видать, не сладко ей жилось у хозяина, если таковой был когда-нибудь.
Вообще-то наших поселковских собак я знаю всех или почти всех, у тех, что подоверчивей, знаю клички.
Никогда не выбрасываю кости, обрезки колбасы и прочий собачий деликатес. Иной раз вынесу, а собак, как назло, — ни одной. Отправляюсь по помойкам разыскивать. Смешно и неправильно в санитарном смысле поступаю, наверное. Но я страсть люблю наблюдать, как совсем недавно боявшаяся меня, как огня, да и не только меня, животина счастливо хрумает косточками и благодарно поглядывает. Чувствую себя в это время не то, чтобы благодетелем, — противное это слово, — чувствую себя просто хорошим человеком. А что может быть приятнее?
Снег, однако, наладился, кажется, не на шутку. Грустная погода. Вот и последняя псина куда-то направилась, ступая озябшими лапами по запорошенной грязи. Наверное, счастье искать. Собачье счастье простенькое — конура да миска похлебки, да чтоб не били… А попробуй найти.
Осенний дождь имеет больше смысла, хотя явление тоже малоприятное. Но зато первая примета будущего неурожая, если снег упал на сухую землю. Поэтому к дождю поздней осенью относятся терпимее. Да и идет-то он не сказать, чтоб впустую. Ударят морозы, грязь превратится в монолит, а там снег падет. Глядишь, весной бывший дождь и бывший снег потекут в одном русле.
В такую погоду хорошо топить печь. Не затем, чтобы тело согреть, в доме и так тепло, а вот душе почти всегда хочется чуть обогреться. В такую грустную погоду особенно. Но печки нет. Давным-давно живу в квартире с центральным отоплением. Был очажок в кухне, и тот в прошлом году развалили, газовую плиту поставили…
Снег и не думает переставать. Уже, пожалуй, настолько хорошо прикрыл грязь, что можно пройти, не запачкав ботинок.
Представляю, как кто-то, придя сейчас домой и зная, что никуда сегодня больше идти не надо, раздевается, клянет погоду, дует на руки, садится за стол. «Эх, — думает, — сейчас поем, чайку попью, сяду в кресло, включу телевизор!.. Лафа-а-а-а!» В хорошую погоду так обычно не думают.
Смеркается. Если бы не снег, день продлился бы еще немного. Но снег, обладающий некоторыми правами зимы, укорачивает день.
«…На днях все равно станет ясно», — рассеянно думаю я.