Две женщины одновременно любят и ненавидят друг друга, но дальше так продолжаться не может, и у их родителей созревает план...
1.0 — создание файла
Иногда увидеть то, что маячит прямо перед носом, легко, а иногда – труднее всего. История повествует именно об этом.
Они были врагами с самого начала. Просто невозможно было описать их иначе – по крайней мере, все выглядело именно так. Всегда по разную сторону баррикад. Всегда в борьбе, состязании. Их отношения нельзя было назвать простыми.
Да и с чего вдруг? Между ними не было ничего общего… Ничего. Единственное, что на первый взгляд связывало их – страсть к работе. Но даже здесь они были совсем непохожи.
Наблюдая со стороны, можно было подумать, что они ненавидят и обижены друг на друга. Такие разные: состоятельная и культурная – грубая и неотесанная; спортивная и сильная – изящная и нежная; одна вспыльчивая; другая холодна, словно лёд, и такие похожие: обе блистательны в своей профессии, страстные и эмоциональные.
Каждый раз, когда им приходилось работать вместе, коллеги постоянно толпились вокруг, чтобы посмотреть, как летят искры, и сделать ставки – кто победит, а кто останется ни с чем.
Нет, они, конечно, не собирались взаправду порвать друг друга на клочки, но многие считали, что это всего лишь вопрос времени.
Ни одна из них не хотела сдавать позиции, обе хотели быть первыми.
Так продолжалось изо дня в день. Но однажды все резко изменилось.
Они больше не спорили – они просто перестали разговаривать. Напряженная аура "холодной" войны ощущалась настолько сильно, что обстановка на работе стала гнетущей и тяжелой из-за недомолвок.
Спустя всего неделю атмосфера в коллективе стала совершенно невыносимой. Коллеги, не выдержав ожидания грядущего взрыва, решили вмешаться. И началось самое интересное…
Голубоглазая девушка очнулась и осмотрелась вокруг затуманенным взором. Симона не могла вспомнить произошедшего накануне, но, судя по пульсирующей боли в затылке, она либо напилась в стельку, либо кто-то подмешал ей наркотик. В любом случае пробуждение было не самым приятным.
Девушка не знала, где находится, кроме того, что она - на улице. Палящее солнце и несносное чириканье нескольких особо надоедливых пернатых доказывали сей факт. Ощущение чересчур свежего воздуха стало лишним доказательством того, что случилось нечто из ряда вон выходящее.
Глубокий стон отвлёк её от наблюдений, и Симона повернула голову в попытке разглядеть того, кому он принадлежал. Даже будучи городской девушкой, она могла отличить звук, издаваемый животным, от человеческого голоса. К тому же, с каких это пор животные научились ругаться матом?
Симона закрыла глаза в попытке избавиться от подступающей тошноты. Голова раскалывалась. Кто-нибудь точно умрёт, когда она выяснит что, черт побери, происходит.
Девушка попыталась вновь открыть глаза, но со стоном тут же закрыла. Неужели может быть ещё хуже?
- Я бы обвинила во всем тебя, - послышалось бормотание невдалеке, - но ты выглядишь не лучше, чем я себя чувствую, хамка.
Симона продолжала концентрироваться на своём дыхании, не в состоянии спорить с этой женщиной. В особенности, если вся эта ситуация была изощренной попыткой мести за некие проступки. Если повезёт – когда она откроет глаза снова, всё окажется лишь дурным сном. Симона вздохнула, когда голос прозвучал снова. Всё становится слишком реальным.
- Всё ещё не разговариваешь со мной, Симона? Боже, да ты злопамятней большинства тех напыщенных идиоток, с которыми я знакома. Их мотивы хотя бы понять проще!
- Заткнись, скряга. У меня есть дела поважнее, чем выслушивать твоё нытьё. Почему бы тебе не подокучать кому-нибудь другому? Я не намерена больше терпеть твоё общество.
- Оглянись вокруг, Эйнштейн. Здесь нет никого кроме нас и кучи вещей, которых я никогда раньше не видела ни в одном из магазинов. - Не дождавшись ответа, Сара присела рядом. - Ты ещё здесь, хамка? Не припомню, чтобы ты когда-либо отказывалась от возможности съязвить в ответ, - она хотела было коснуться лба Симоны, но отдернула руку, когда та неожиданно вздрогнула.
- Спокойно, хамка, или… знаешь что? Забудь. Не понимаю, почему меня вообще колышет твоё состояние.
- Тебя ничто не колышет – вот в чем твоя проблема. Ты ждешь, что мир сам падёт к твоим ногам. А теперь заткнись, пока меня не стошнило на нас обеих.
Сара и бесилась, и не находила себе места от беспокойства. Она подозревала, что происходит. И если опасения оправдаются, им придётся положиться друг на друга, чтобы выпутаться из этой передряги. Сара думала о том, чьи головы полетят, когда она вернётся домой. Девушка закрыла глаза – быть может, она сама себя накручивает? И возможно, ситуация покажется более приятной после небольшого отдыха.
Симона лежала неподвижно, пытаясь контролировать дыхание. Ей казалось, что смерть не так уж страшна по сравнению с её теперешним состоянием. Но прежде чем подобные мысли успели развиться – девушка впала в легкое забытье.
Ни одна из них не могла сказать, сколько времени прошло. Ни часов, ни телефонов у них не нашлось. Но обе девушки заметили, что тени стали намного длиннее.
Чувствуя себя лучше, Сара облегчённо вздохнула. Симона тоже была рада, что тошнота прошла. Осталось лишь легкое недомогание.
Девушки практически одновременно открыли глаза, и невидимые стены, разделяющие их, вернулись так же быстро, как и реальность их положения. Симона приподнялась и осмотрелась вокруг. Радовало, что голова больше не раскалывалась, но всё ещё сложно было поверить в происходящее.
Потянувшись к вещам, которые, как она догадалась, были туристическим снаряжением, Симона нашла записку от своего коллеги. Медленно прочитав текст, она со злостью швырнула её в сторону блондинки и зашагала прочь. Сара долгое время смотрела ей вслед, недоумевая, как клочок бумаги мог так разозлить Симону. Записка подтвердила все её опасения.
Девчонки!
Неважно что, черт побери, происходит между вами, всех это откровенно достало. Потому мы решили взять все в свои руки. В рюкзаках вы найдете все необходимое для выживания. Следуйте карте, и каждые несколько дней будете находить припасы, оставленные для вас. Если поспешите – выберетесь отсюда через неделю. И сделайте всем нам одолжение – решите все свои проблемы до того, как доберётесь до цивилизации. Нам не хотелось бы поступать так снова.
Мартин.
Сара лишь моргнула от дерзости прочитанного. Конечно же, они в курсе, что похищение людей незаконно, но как насчет наркотика, подмешанного ей и Симоне? Когда всё закончится, она доберётся до чьей-то задницы… нет, нескольких задниц. И тогда уж они поймут, что шутка не удалась. И что скажет отец, когда узнает обо всём?
Вернувшись, Симона начала разбирать вещи, раскладывая их на несколько кучек.
- Я могу помочь? - спросила Сара, заметив движение неподалеку.
Брюнетка пожала плечами:
- Не знаю… а можешь?
- Ну и гадина же ты.
- Ты даже не представляешь какая. - Симона продолжала разбирать вещи, пока наконец не нашла то, что искала. Палатку. Одну-единственную. Двуспальную. Девушка недовольно зарычала.
Увидев причину столь бурной реакции, блондинка вздохнула. Всё хуже, чем казалось.
Коллеги были абсолютно уверены, что ни одна из девушек не собирала палатку ранее, поэтому даже оставили руководство по установке. Симона собралась было прочесть его, но поняла только то, что язык, на котором написана инструкция ей не знаком. Брюнетка скомкала бумажку и раздраженно отшвырнула её.
- Не день, а чертов праздник, - выругалась она, пнув палатку ногой.
- Осторожнее с ней, хамка. Это наша единственная защита. Я не горю желанием промокнуть до нитки, когда начнётся дождь.
- В таком случае ты и найдешь способ установить эту чертову штуковину. А я пойду поищу дров, или ещё чего полезного.
Сара поднялась и отыскала инструкцию, выброшенную Симоной в гневе. И она поняла почему. Руководство написано на китайском, и лишь немногие знали о том, что девушка свободно им владеет. Ситуация становилась всё более и более странной.
Симона вернулась с небольшой охапкой хвороста. Бросив его на землю, она расстелила по обе стороны спальные мешки. Сара в это время тщетно боролась с китайской инструкцией, каркасами и тентом. Когда блондинка зарычала, Симона едва слышно хихикнула.
- Не соизволишь мне помочь?? Или тебя прельщает возможность сна на свежем воздухе без защиты от этих милых грозовых туч? – Сара указала на растущую темную линию за спиной брюнетки.
- Ну и что ты хочешь, чтобы я сделала? – без особого энтузиазма спросила Симона.
Прежде чем вернуться к реальности, блондинка обдумала всевозможные варианты ответа на этот вопрос.
- Я могу прочитать инструкцию, - Сара потрясла измятой бумажкой перед носом темноволосой девушки – но я не могу читать и работать одновременно. Ты нужна мне, для того чтобы собрать эту кучу хлама вместе.
- Ещё бы. Кто-то же должен сделать за тебя всю грязную работу, не так ли?
- Послушай, Симона, - Саре пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не пнуть брюнетку, – я знаю, что не нравлюсь тебе. Да и чего мелочиться? Каждый работник компании сможет написать сочинение в девяти томах на эту тему. Но – продолжила она до того, как Симона успела перебить, – в данный момент нам нужно работать вместе, чтобы выбраться из нашего положения.
- Послушай, скряга, - Симона всё же отказалась называть девушку по имени, - я буду работать с тобой до тех пор, пока это будет необходимо, чтобы свалить отсюда. Когда всё закончится, я напишу заявление об уходе и поминай как звали.
- Как знаешь – блондинка пожала плечами. – Может просто соберём, наконец, эту дурацкую палатку до того, как начнётся дождь?
Дождавшись оживлённого кивка Симоны, Сара продолжила чтение инструкции, рассеянно подавая девушке части каркаса. Палатка начала приобретать форму, но потребовалось не мало усилий, чтобы удержать все части вместе.
Сара забивала последний колышек, когда послышался раскат грома. Симона собиралась перенести спальники в палатку, но, увидев сверкнувшую неподалёку молнию, сгребла заодно и все остальные припасы, от греха подальше.
Блондинка попыталась проскользнуть в палатку перед Симоной и едва не свалилась вместе с ней, и палаткой заодно. Брюнетка гневно сверкнула глазами и забралась в дальний угол тента, прихватив один спальный мешок для себя и швырнув второй Саре.
- Слава Богу нам не приходится делить ещё и спальник – пробормотала блондинка, но Симона всё же услышала её.
- Что, прости??
- Говорю, нам чертовки повезло, хамка! Я удивлена, что он не зашел так далеко.
- Кто он?? …Мартин? Его задница заплатит за всё, когда я вернусь домой. Я даже знаю нескольких парней, которые позаботятся о теле. Без шума и суеты.
Сара недоверчиво посмотрела на девушку, и покачав головой ответила:
- Нет, не Мартин. Возможно, он подписал записку, но лишь один человек влиятелен настолько, чтобы устроить весь этот балаган. Он так же знает, что я бегло разговариваю на китайском, и ему наша совместная работа выгодна намного больше, чем остальным.
Ответ окончательно сбил Симону с толку, и она лишь развела руками, нетерпеливо ожидая продолжения.
- Я говорю о своем отце, хамка. Владельце компании, в которой мы работаем, если тебя подводит память.
- Предполагаю, он удивится, когда я затаскаю его задницу по судам.
- Наверное. Я и сама не уверена, что не поступлю так же.
Услышав сказанное, Симона хихикнула. Она закончила обустраивать свой уголок, и бегло осмотрев содержимое одного из рюкзаков – бросила его Саре.
- Думаю это твоё.
Во втором рюкзаке оказался небольшой переносной холодильник, которому сразу нашлось место между спальными мешками девушек.
- Надеюсь, нет нужды готовить сегодня, иначе придётся голодать до утра.
Сара не ответила. Девушка была слишком занята рассматриванием запечатанного конверта с её именем. Записка была написана рукой отца, что лишь доказывало всё то, о чём Сара говорила ранее.
Но что бы там не происходило с мыслями блондинки в тот момент, Симону это не беспокоило. Она всё ещё чувствовала себя истощенной недавними событиями, потому приняв горизонтальное положение – моментально отключилась..
Сара приподнялась, проверяя, уснула ли Симона – и только услышав размеренных храп брюнетки распечатала конверт.
Моя дорогая Сара.
Мне жаль, что пришлось пойти на крайние меры, но нужно было как-то решить проблему, которая возникла между тобой и Симоной. Поодиночке – вы лучшие в своем деле. Вместе – неодолимая сила. Но, в последнее время вы обе становитесь причиной разногласий и хаоса, и это срывает работу всей компании. Дошло до того, что люди начали принимать ту, или иную сторону, и я боюсь даже предположить, что случится, если не справиться с возникшей ситуацией немедленно.
Оставайтесь здесь, пока, так или иначе, не решите все проблемы. Делайте что хотите, но разберитесь между собой.
За вами постоянно будут присматривать, и в случае необходимости окажут помочь. В противном случае, никто вмешиваться не будет.
Я верю, что когда всё закончится, ты простишь своего старика за столько грубое вмешательство.
Твой любящий отец Билли.
Сара взглянула на карту и моментально поняла, где находится. Она провела не одно лёто в этих местах, исследуя каждый уголок. Девушка испытывала странное чувство, при мысли о том, что Уильям Уэйнрайт - третий мог оставить их там, где ей побывать, все же, не довелось.
Второй, более тщательный осмотр только подтвердил её худшие опасения. Блондинка закрыла глаза. К черту суд, к черту обвинения. Независимо от того, чем всё это закончится, Сара прикончит отца за столь дерзкий поступок, и уверена, что Симона с радостью поможет. Оставив неприятные мысли на потом, девушка провалилась в глубокий сон.
Пробуждение оказалось не более приятным, чем предыдущее. Но на этот раз виной были не наркотики, а яркий солнечный свет.
- Гадство. Я так надеялась, что всё это лишь дурной сон. Но мы, похоже, чертовски влипли.
- И даже больше чем ты думаешь, хамка…намного больше.
- Что ты знаешь, скряга?
Вместо ответа девушка протянула Симоне записку, найденную прошлой ночью.
Брюнетка была в бешенстве от прочитанного.
- Да ты что, мать твою, издеваешься??? Этот человек полный кретин, или только местами??
Сара злилась на отца, но тон Симоны разозлил её куда больше.
- Он не является ни тем, ни другим. Нужно было развязать проблему, и мой отец решил сделать это сам. Он - блестящий бизнесмен…
- И паршивый отец.
- Да как ты смеешь?
- Легко и просто. К тому же, моё мнение по отношению твоего старика в данный момент настолько же неуместно, как и твоё. Сейчас нам нужно найти чертовых наблюдателей. И как только весь этот цирк закончится, мы сможем разойтись, каждая своей дорогой.
- Ты так сильно ненавидишь меня... – и хотя заявление было достаточно плоским, Симоне удалось различить во взгляде девушки кое-что неожиданное. Что-то, казалось, сравни боли.
- Так же как и ты меня – брюнетка пожала плечами, не в силах встретиться взглядом с зелёными глазами. – Слушай, я выйду и попытаюсь найти этих клоунов. Бессмысленно оставаться здесь больше, чем это необходимо, правда?
Не дожидаясь ответа, Симона вылезла из палатки так быстро, как только могла.
- Но я на самом деле не ненавижу тебя… – ответила Сара в пустоту.
Блондинка привела себя в порядок и развела костер. Растрепанная и злая Симона устало плелась к лагерю.
- Твой отец соврал – проворчала девушка, плюхнувшись на землю.
- Вряд ли. Держу пари, наблюдение ведётся дистанционно. Бессмысленно искать кого-то поблизости.
- Значит, мы должны играть по правилам, пока не вернёмся домой.
- Да, нужно следовать карте. Если это всё, я не вижу смысла продолжать разговор.
- Согласна, – Симона кивнула – на этом и закончим.
- Ты умеешь готовить? – немного погодя спросила Сара.
- Что, прости?
- Ты умеешь…?
- Я слышала, о чём ты спросила. С чего вдруг тебя это волнует?
- Я подумала, мы могли бы разделить обязанности. Нам нужно готовить, ставить палатку, обустраивать и сворачивать лагерь.
- Да, я умею готовить, а ты?
- Вообще-то, да.
- Отлично..и раз уж ты развела костёр – приготовь завтрак, а я разберу палатку. Возможно, нам следует заниматься всем по очереди, но подумаем об этом позже. Есть и другие способы выровнять нагрузку. – выпалила брюнетка в припадке многословности.
Сара удивлённо моргнула. Это была самая длинная речь, произнесённая Симоной не в споре. Девушка смотрела в голубые глаза, которые, не дождавшись ответа, одарили её ледяным взглядом. Сара коротко кивнула.
- Вот и чудненько. Главное – не поубивать друг друга до того, как всё закончится.
Каждая из девушек упаковала свой спальник, после чего Симона занялась сборами в дорогу. Сара, тем временем сосредоточилась на приготовлении завтрака.
Разобрать палатку оказалось намного проще, чем собрать. Тем не менее, упаковать её – куда сложнее. Разобравшись, наконец, с тентом, девушка заметила Сару, раскладывающую по тарелкам вполне приличный завтрак. Пробормотав что то, напоминающее слова благодарности, Симона принялась за еду.
Блондинка сосредоточилась на собственной тарелке. Завтрак определённо не самый шикарный в её жизни, но и не самый скудный. К тому же, она слишком голодна, чтобы заморачиваться по этому поводу..
Потребовалось всего несколько минут, чтобы тарелки опустели.
- Мне нужно умыться. Заодно, я могу помыть посуду, если ты разберёшься с костром. - предложила Симона.
Сара молча кивнула, наблюдая, как брюнетка скрывается из виду. Достав флягу с водой, она залила костёр и прилегающую к нему территорию.
Вернувшись в лагерь и вытерев влажные волосы, Симона неодобрительно уставилась на мокрое полотенце.
- Закрепи его на рюкзаке, оно высохнет по дороге. Брюнетка вопросительно посмотрела на Сару, и та подала ей рюкзак, пристегнув полотенце к одной из многочисленных застежек. Одев свой рюкзак, девушка захватила холодильник, благодаря судьбу за предусмотренный на нём ремень. Симона стояла, скрестив руки на груди, в явном ожидании. Сара вопросительно вскинула бровь.
- Карта, скряга – она у тебя??
- Черт, она в моём рюкзаке. Не могла бы ты..
Брюнетка вздохнула, но жестом указала Саре развернуться. С неожиданной нежностью, пытаясь не нарушить хрупкий баланс девушки, Симона вытащила искомое из рюкзака и передала блондинке.
Рассматривая карту длительное время, девушка, наконец, с умным видом констатировала:
- Нам на восток.
Симона молча указала рукой впереди себя. Сара закатила глаза, но, всё же, зашагала в указанном направлении.
Они не разговаривали- в этом не было нужды. Путь оказался не сложным, и к обеду ощущался значительный прогресс. По обоюдному согласию девушки остановились, чтобы пообедать и немного вздремнуть.
Первой проснулась Симона. Она медленно потянулась, в попытке размять затекшие мышцы. Девушка выгнулась, вызвав этим удовлетворительный хруст позвонков.
- Звучит болезненно. – прокомментировала Сара, проснувшись.
- Ничего, с чем бы я не справилась. Ты готова?
Блондинка сладко зевнула и потянувшись кивнула Симоне:
- Ага. Если будем двигаться в том же темпе, дойдём до следующего места привала к вечеру.
Вместо ответа брюнетка одела свой рюкзак, подождав, пока Сара сделает то же самое.
Девушки двинулись дальше в примирительном молчании.
Симона и Сара были более чем рады, увидев место очередного привала, отмеченное Уильямом Уэйнрайтом на карте. Путешествие было несложным, но длинным. К тому же, из-за лишнего веса они двигались медленно.
Добравшись, наконец, до очищенного места на поляне, девушки со стоном плюхнулись на землю. После нескольких минут полной неподвижности, Симона перевернула сумку с палаткой, безразлично наблюдая, как детали тента со звоном высыпались на землю. Сара начала перебирать их, подавая необходимые брюнетке.
Спустя короткое время, палатка была собрана, а лагерь обустроен.
- Если сегодня готовишь ты, я схожу за хворостом и водой. – Сказала Сара.
Одобрительно кивнув, Симона отправилась за небольшим холодильником, оставленным в качестве указателя места привала. Внутри, к удивлению девушки, оказалось филе лосося и мороженое. Там же она нашла очередную записку. Брюнетка не стала читать её, будучи уверенна в том, что послание адресовалось не ей. Разобравшись с холодильником, Симона расчистила место для костра.
Тем временем вернулась Сара, неся с собой охапку хвороста:
- Я знаю, нам нужно больше, но этого, думаю, хватит для начала.
Дождавшись одобрительного кивка, блондинка бросила хворост на расчищенное место и подошла к холодильнику:
- Что у нас там? – Сара открыла крышку до того, как Симона успела ответить. Осмотрев содержимое, девушка заметила записку. – Ты не читала её?
- Мы обе знаем, что она адресована не мне. – Брюнетка разожгла костёр, и, вытащив лосося из холодильника, взялась за приготовление ужина, оставив Сару наедине с новым посланием.
Блондинка разорвала конверт и вытащила оттуда листок бумаги.
Оставив записку на холодильнике, на случай если Симона всё же решит её прочесть, Сара отправилась за очередной партией дров.
Брюнетка, тем не менее, решила пройти через выпавшее ей испытание с наименьшим взаимодействием, сосредоточившись на приготовлении ужина. Опустошив свою флягу, и заметив, что вторая фляга практически пуста, она спустилась к небольшому ручью. В этот момент вернулась Сара:
- Эй, хамка, я думала это моя обязанность. Не хочу, чтобы ты считала, что я отлыниваю от работы, – блондинка сложила хворост возле костра.
Закатив глаза, Симона бросила обе фляги в сторону Сары:
- Как скажешь, скряга. Меня мучила жажда. На самом деле… знаешь что? Забудь. Неважно. Нужно раздобыть чего-нибудь на ужин.
- Проверь дерево.
- В смысле?
- Ты так и не прочитала записку? Проверь дерево. - Сара указала на большое дерево, под которым стоял холодильник, после чего подняла фляги и направилась к ручью.
- Нет, не прочитала, это не моё дело, не так ли? – пробормотала Симона себе под нос. Подойдя к дереву, она достаточно быстро обнаружила припасы, но поняла, что ей одной не справиться, и растянулась на земле, ожидая возвращения Сары.
Та появилась спустя несколько минут. Заметив позу Симоны, девушка вопросительно вскинула бровь. Брюнетка просто указала вверх. Сара проследила за взглядом Симоны, и у неё отвисла челюсть:
- Я убью его собственными руками, и плевать, что он оставил нам мороженое. – Девушка подошла к Симоне и попыталась её приподнять. Симоне пришлось прикусить губу чтобы не рассмеяться.:
- Ты, наверное, шутишь.
- Не-а. – Сара отрицательно покачала головой – Я боюсь высоты, а ты взбиралась на скалодром в тренажерном зале компании. Так что прекрати ломаться, и позволь мне приподнять тебя.
Брюнетка вздохнула и отступила на пару шагов:
- Готова?
Сара кивнула. Симона двигалась настолько быстро, что блондинка даже не успела почувствовать её вес. Она с открытым ртом наблюдала, с какой лёгкостью девушка добралась до сумки, отвязала её и сбросила вниз. Так же легко она спустилась сама.
- Это лишнее. Я могла помочь. – Блондинка замолчала в ожидании ответа, но Симона никак не отреагировала на её слова. Сара подошла, и, схватив её за плечо, начала трясти до тех пор, пока горящие гневом голубые глаза не посмотрели на неё.
Симона резко вырвалась из хватки:
- Никогда больше так не делай, - тон девушки был хуже взгляда.
- Да что с тобой не так?
- Мы вынуждены работать вместе, чтобы выбраться. Это не значит, что мы должны общаться или делить личное пространство. Так что, пока необходимость отсутствует, держи свои руки при себе, и я сделаю то же самое.
Сара сжала челюсть, но кивнула:
- Хорошо, как скажешь. Что в сумке?
Симона не швырнула сумку, что удивило блондинку. Вместо этого она взяла несколько картофелин и направилась к ручью. Сара проследила за ней глазами, после чего вернулась к содержимому сумки: пара буханок хлеба, арахисовое масло, сыр, овощи, шоколад. Сара улыбнулась: по крайней мере, им не придётся голодать. А при наличии шоколада, быть может, и не поубивают друг друга до конца путешествия.
Вернувшись, Симона достала из кармана небольшой складной ножик, и принялась проделывать в картофеле небольшие дырочки, перед тем как положить его в костер. Закончив с картофелем, она захватила свой рюкзак и спальник, и отправилась в палатку.
Сара не удивилась, когда, несколько минут спустя, Симона появилась с чистой одеждой и полотенцем в руках. Возвращаясь к ручью, девушка даже не взглянула на блондинку. Сара лишь вздохнула и покачала головой:
- Нет, отец… не думаю, что честность здесь поможет. Сомневаюсь, что в этой ситуации вообще что-либо может помочь. – Девушка поставила сумку рядом с холодильником и перенесла собственные вещи в маленькую палатку.
Не считая звона посуды и вежливого «спасибо» и «на здоровье», ужин прошел в полном молчании. Теперь лишь потрескивание костра и шепот ветра нарушали тишину. Сара сидела возле костра и щурилась на карту. Она задавалась вопросом о том, какой придурок решал, что из личных вещей забрать у девушек, а что оставить. Саре очень не хватало её очков. Особенно при таком освещении как сейчас.
Симона, в свою очередь, лежа на спине, рассматривала звёзды.
Блондинка повернулась в её сторону.
- Интересно, о чём она думает? И как они вообще дошли до такой враждебности и пассивности? Борьба между ними, по крайней мере, была пылкой и пламенной. Без сомнения, их противостояние было более живым, чем хрупкое, неловкое перемирие сейчас.
Она громко вздохнула и потёрла глаза, что привлекло внимание брюнетки.
- Проблемы? – осторожно спросила Симона. В её абсолютно безразличном тоне не было ни озабоченности, ни враждебности.
- Глаза болят. - Сара пожала плечами. – Идиот, который забрал у нас личные вещи, по какой-то, известной только ему причине, забрал и мои очки. Нам повезло, что он оставил твой нож.
- Бьюсь об заклад, я знаю эту самую причину. – Симона приподнялась на локтях и указала на палатку. – Есть ли лучший способ…
- Заставить нас работать вместе. Чёрт. – Сара снова потёрла глаза. – Знаешь, что в этом самое паршивое? Очки нужны мне только для чтения, а при таком освещении…
- Там что-то важное? – Брюнетка указала на бумагу, которую Сара всё ещё держала в руках.
- Думаю, это может подождать до утра. – Блондинка замолчала, когда Симона снова принялась изучать звёзды.
Сара решила просто насладиться покоем. Её жизнь была настолько хаотичной и беспокойной, что девушка даже не смогла вспомнить, когда она в последний раз видела звёзды, не то, что наслаждалась ими.
Воцарилась тишина, но на этот раз девушки чувствовали себя уютно.
Следующие два дня прошли точно также. Первый день привел девушек из лесистой местности к утесам. Путь стал более сложным, и, следовательно, медленным. Тем не менее, чем сложнее путь - тем меньше желания общаться. Потому попытки Уильяма Уэйнрайта явно терпели крах – по большей степени между Сарой и Симоной всё ещё оставался статус кво.
Ко второй половине дня девушки достигли очередного места привала. По примерным оценкам Сары, они были почти на полпути к свободе, но отношения так и не изменились. Симона оставалась раздражительной и вспыльчивой, а Сара возвращала ей все «любезности». Перемирие было хрупким и неустойчивым, однако, удерживалось необычностью ситуации.
По крайней мере – чем меньше слов, тем меньше поводов для драки.
Девушки остановились возле уже знакомого холодильника, и с облегчением бросили на землю рюкзаки. Хотя их никто и не гнал из-под палки, обе девушки двигались достаточно быстро, потому возможность отдохнуть казалась более чем приятной.
Симона занялась установкой палатки, что удавалось ей теперь намного быстрее и легче.
Открыв холодильник, Сара нашла два бифштекса, немного мороженого и уже знакомую записку.
- Вот чёрт! – выругалась Сара, швырнув скомканный листок на землю. – Доберусь же я до тебя!
Симона тем временем продолжала возиться с палаткой.
Сара поднялась, хотела было дёрнуть брюнетку за руку, но вовремя остановилась. Вместо этого она громко откашлялась, и как только поняла, что на неё обратили внимание – передала записку.
Симона оторвалась от палатки и взяла бумагу. Сложно было не заметить реакции блондинки на действия отца. Прочитав содержимое записки, Симона проверила устойчивость тента и поднялась на ноги.
- Пойдём, - она позвала Сару, - Нужно достать припасы. Я голодна.
Блондинка лишь надеялась, что отец не забыл оставить дрова. Не хотелось бы, чтобы мясо испортилось.
Учитывая трудный путь и быстрый темп последних трех дней, Стрелецкий Холм показался скорее небольшой насыпью. На полпути к вершине девушки увидели пещеру.
Сара вошла первой, и что-то недовольно пробормотала себе под нос. Симона не смогла сдержать ухмылку, когда поняла, что так возмутило блондинку.
Внутри стоял тележка с припасами, дровами и очередным холодильником. Ухватив её с обеих сторон – Симона спереди - девушки медленно понесли поклажу к выходу из пещеры. Проход был узким и прямым, что было достаточно удобно, учитывая ношу.
Брюнетка двигалась очень осторожно, предупреждая Сару о препятствиях, которые попадались по дороге. Всё шло хорошо, пока в один злополучный момент, Сара не споткнулась о камень, который Симона не заметила. Блондинка подалась вперёд, что заставило Симону распластаться на земле. По инерции девушки прокатились несколько метров, пока достаточно большой камень не преградил им путь. На какое-то время воцарилась полная тишина.
- Твою мать, – выругалась Симона, выбираясь из под груды припасов, скатившихся вместе с ними, - как больно.
- Чёрт. Ай – простонала Сара, в попытке сесть.
Девушка увидела разбросанные между ней и Симоной припасы:
- Чёрт, хамка… ты в порядке?
- Была бы просто счастлива, если бы эта куча хлама не лежала на мне. Жить буду. Ты как?
- Я, кажется, повредила лодыжку. А в остальном… - Блондинка простонала. – Дальнейший спуск будет чертовски неприятным.
- Особенно если ты не сможешь идти. Надеюсь, твой старик не врал, иначе ситуация может стать намного хуже. – Брюнетка рассеянно осмотрела себя, оценивая ссадины и царапины.
Сара лежала с закрытыми глазами, пытаясь выровнять дыхание. Симона осторожно положила руку ей на ногу. Блондинка даже не вздрогнула, пока Симона не попыталась снять ботинок.
- Чёрт, больно! – задохнулась Сара, пытаясь не закричать, пока ботинок не был снят окончательно.
- Не думаю, что она сломана, – Симона встретилась глазами с блондинкой, - но это очень нехороший ушиб. Ты доверяешь мне?
Зелёные глаза длительное время удерживали голубые, после чего Сара медленно кивнула.
Без предупреждения Симона схватила блондинку на руки и невероятно нежно положила на тележку. Она посмотрела на припасы, потом снова на Сару.
- Думаю, я смогу перенести и тебя и припасы одной ходкой. Если тебя устроит небольшое стеснение.
- Всё хорошо, - ответила Сара шепотом, - что угодно, лишь бы добраться до лагеря. Я бы оставила всё здесь.
- Нам нужны все припасы. Я сейчас вернусь. – Сказала брюнетка, отходя от тележки.
Сара лежала с закрытыми глазами, пытаясь сфокусироваться на дыхании, и уже не слышала Симону.
Медленно выпрямившись, Симона начала собирать разбросанные вокруг припасы. Дрова она равномерно разместила с обеих сторон тела Сары. Холодильник пошел на дно тележки, возле здоровой ноги блондинки.
Симона сняла куртку, поежившись от внезапного холода, и укрыла ею Сару. Зелёные глаза медленно открылись и затуманенным взором посмотрели в сторону брюнетки.
- Попытайся не двигаться. – Сказала Симона.
Сара кивнула и снова закрыла глаза. Брюнетка взялась за край тележки, и, приподняв ее, медленно потащила вниз по склону.
Добравшись до лагеря, Симона первым делом разгрузила тележку, с беспокойством отметив, что за это время блондинка не двигалась и не открывала глаз. Только после того, как место под костер было расчищено, остатки дров отложены в сторону, а холодильник и сухие припасы перенесены к палатке, брюнетка заметила жалобный взгляд Сары:
- Ну что за невезение. – Пробормотала она
- Да уж. И будет хуже. Солнце садится, а тебе нужно опустить ногу в воду, чтобы хоть немного снять опухоль.
- Симона, тебе бы самой не помешал кусок мыла, вода и несколько бинтов.
- Может позже. – Брюнетка пожала плечами. – Нужно развести костер и приготовить ужин до того, как сядет солнце. Ты дойдешь до ручья, или нужна моя помощь?
Вместо ответа Сара медленно села и протянула Симоне её куртку. Брюнетка взяла девушку за руку, поддерживая её равновесие… и поймала, когда та чуть не упала.
- Пойдём, – обратилась Симона к блондинке. – Положи руку мне на плечи.
Сара открыла было рот, чтобы возразить, но, под взглядом брюнетки, закрыла его.
- Послушай, скряга. Я от этого тоже не в восторге. Просто помоги мне немного, ладно?
Во взгляде голубых глаз блондинка увидела ту же боль и усталость, которую ощущала сама. Она кивнула в знак согласия, и девушки медленно направились к ручью.
Симона усадила Сару настолько удобно, насколько это было возможно. Закатив джинсы, она опустила ногу блондинки в воду. Вздрогнув от ощущения холодной воды, Сара расстроено вздохнула:
- Спасибо, Симона.
Вяло кивнув в ответ, брюнетка направилась назад к лагерю. Ей предстояла ещё уйма работы. Особенно учитывая то, что Сара была не в состоянии помочь. Не то, чтобы Симона обвиняла её в сложившейся ситуации – блондинка была так же неприятно удивлена поворотом событий, как и она, но от этого не легче.
Окинув взглядом дрова, девушка задалась вопросом, сможет ли она вообще развести костёр. Без хвороста или лучины задача окажется достаточно сложной. Немного поразмыслив, Симона достала перочинный нож и сняла с дров немного стружки. Используя её в качестве растопки, костер удалось развести достаточно быстро.
Брюнетка достала немного картофеля и отнесла его к ручью. Она удивилась, увидев Сару, лежащую на спине с закрытыми глазами, в то время как вода всё ещё омывала ее ушибленную лодыжку. Симона лишь покачала головой и вернулась к своему занятию, не замечая, что блондинка, едва приоткрыв глаза, наблюдает за ней.
Положив картошку в жар, брюнетка открыла маленький холодильник. Внутри лежали шесть банок содовой и ещё одна записка. Симона возмутилась дерзостью мужчины, но отложила записку в сторону. Это не её дело… пока. Когда всё закончится, она намеревалась воспользоваться властью Семьи. Она не позволит убить Уэйнрайта, но его задница определённо пострадает.
- Мне следует заниматься тем, что получается лучше всего. – Пробормотала Симона, направляясь в палатку.
Она перевернула всё вверх дном в поисках аптечки, которая, конечно же, оказалась на самом дне рюкзака Сары. Сложив вещи и аккуратно разместив их на спальниках, девушка взяла полотенце, аптечку и фонарик, и отправилась к ручью.
Симона шла достаточно шумно, чтобы предупредить Сару о своём присутствии. Она подошла к спутнице достаточно близко, так, чтобы видеть ее, но и достаточно далеко, чтобы не прикасаться, намылила руки, и недовольно зашипела, когда мыло попало в раны. Сара поднялась, но не сказала ни слова, ожидая, когда брюнетка сама попросит о помощи. Симона же благополучно её игнорировала, растирая царапины до тех пор, пока они снова не начали кровоточить. Девушка надеялась, что таким образом грязь выйдет из ран. Спустя некоторое время она опустила руки в ледяную воду, радуясь тому, что холод притупляет ощущения. Только когда Сара взяла её за запястья и вытащила руки из воды, Симона недовольно уставилась на блондинку.
- Не беспокойся, хамка, я знаю, что тебе чертовски больно. Но нужно обработать и перевязать царапины на руках, боках и лице. Позволь мне помочь тебе.
Симона долго всматривалась в зелёные глаза, но, в конце концов, уступила. Сара почувствовала вкус победы, но не показала этого. Вытерев руки брюнетки полотенцем, она заметила аптечку.
- Ты взяла её из моего рюкзака?
- Ага.
Блондинка ожидала объяснений, но ничего подобного не последовало.
- Ну ладно, - она продолжила, - давай посмотрим, что тут у нас.
Посмотрев на фонарик, Сара вздохнула:
- Не могла бы ты… зажать его между коленей?
Брюнетка кивнула и расположила фонарик так, чтобы блондинка могла видеть, что делает.
Сара работала так быстро, как только могла. Симона застыла, когда лёгкие прикосновения заскользили по её лицу, ребрам, и, наконец, рукам. Брюнетка не произнесла ни звука, пока Сара не вылила перекись ей на руки. Девушка зашипела как кошка. Блондинка подскочила от неожиданности, но не остановилась, пока руки не были полностью перевязаны.
- Готово.
Симона сделала глубокий вздох и коротко кивнула:
- Спасибо.
Она взяла аптечку и протянула руку. Сара взяла её за запястье, и девушки медленно пошли в сторону лагеря
Сара остановилась и уставилась на обустроенный лагерь.
- Ты сделала всё это сама?
Симона пожала плечами, открыла палатку, и поймала удивлённый взгляд блондинки, которая заметила, что рюкзаки разобраны, а вещи аккуратно сложены на спальниках.
- Я думала, так будет справедливо, раз уж я рылась в твоих вещах.
- В этом не было необходимости, но я ценю твою заботу. Пойдём, - Сара кивнула в сторону костра, - вещи могут подождать. Не знаю как ты, а я умираю с голоду.
Приготовить ужин оказалось сложнее, чем обычно, но девушки работали вместе и справились. Если бы не истощение и сильная боль, содовая и мороженное доставили бы больше удовольствия. Ни Сара, ни Симона не захотели колоть морфин, а аспирин просто не справлялся с болью.
Девушки засыпали костер, и, добравшись до палатки, рухнули на спальники. С вещами они разберутся завтра. А сегодня - надо попытаться уснуть.
- Ты уверена? – Скептически спросила Симона.
- Да, уверена. У моего отца есть все новейшие примочки. Он увидит, что мы не двигаемся, и пришлет кого-нибудь выяснить, в чем проблема.
Девушки собрали лагерь и убрали прилегающую территорию, что заняло почти всё утро. Теперь они просто сидели и ожидали когда за ними приедут. Молчание было уютным, потому что ни одна из девушек, по-прежнему, не чувствовала необходимости в выяснении отношений. В отличии от Уильяма Уэйнрайта, они понимали: некоторые вещи просто невозможно изменить, как ни крути.
Девушки дремали под теплыми лучами солнца, когда рев мотора пробудил их ото сна. Сара медленно попыталась сесть как раз в тот момент, когда подъехал хаммер. Симона приподнялась на локтях и покосилась на машину.
Из внедорожника вышла женщина. Она окинула взглядом иссиня-черную лодыжку Сары и перевязанные руки Симоны, и достала телефон.
- Сэр, у нас возникла проблема.
Из приземлившегося рядом вертолета вышел Уильям Уэйнрайт. Он молча направился к месту, где его ждали дочь и её спутница. Мужчина едва не оступился, заметив чистую ярость, написанную на обоих лицах. Вера в свою великую цель улетучилась моментально.
- Сара...
- Не надо отец. Ничего из того, что ты можешь сказать, не изменит ситуацию. Просто отвези нас домой и молись, чтобы мы обе не засудили тебя за безрассудное преднамеренное похищение.
Возможно, Уильям Уэйнрайт и был простаком, но никак не глупым человеком. Он понимал, на какой риск идёт, предпринимая столь решительные действия: риск испортить отношения с дочерью. Мужчина надеялся, что если даст девушкам время и возможность решить разногласия, их отношения наладятся. Он не ожидал, что всё закончится так плачевно.
Без единого слова, Уэйнрайт дал знак женщине, вызвавшей его, и та моментально начала собирать вещи. Мужчина повернулся к Симоне:
- Ты нуждаешься в помощи?
Брюнетка покачала головой, но не произнесла ни слова. Отец подхватил Сару на руки до того, как та успела запротестовать, и направился к вертолету. Симона шла позади.
Дорога до ранчо прошла в полном молчании, натянутом и неуютном. Сара специально отвернулась от отца – её распирал гнев, а брюнетка рассматривала виды в окно, радуясь, что скоро её мучения закончатся.
Билл понял намёк, и отсел от девушек так далеко, как только мог.
Когда, несколько минут спустя, вертолет приземлился на ранчо, из дома вышли несколько человек: один с коляской для Сары, второй – чтобы проводить Симону к врачу. Она последовала за человеком, понимая, что нуждается в медицинской помощи.
Билл смотрел на девушек. Что-то между ними определённо изменилось, и мужчина ни на минуту не усомнился в том, что это не конец.
Симона позволила доктору осмотреть её раны, стойко игнорируя его попытки завязать разговор. Выслушав несколько советов по уходу за травмами, она последовала за провожатым в большую комнату.
- Чистые полотенца в ванной, одежда – в шкафу. Если Вы не нуждаетесь в моей помощи, я оставлю Вас. Когда закончите, нажмите на кнопку, и я отведу Вас в офис мистера Уэйнрайта.
- А если я хочу видеть его прямо сейчас?
Экономка даже не моргнула:
- Тогда я отведу Вас к нему прямо сейчас. В первую очередь я забочусь о Вашем удобстве. К тому же, полагаю, мистер Уэйнрайт сейчас с дочерью.
- Сомневаюсь. – Фыркнула Симона. Она постояла минутку, размышляя над возможными вариантами. Мысль о том, что мужчине придётся ждать, казалась настолько же привлекательной, как и возможность принять душ. Приняв решение, и небрежно пожав плечами, девушка продолжила:
- Хорошо, я выйду через пару минут. Ждите.
Экономку не беспокоил тон Симона. Ей было поручено следить за потребностями гостей, чем она и собирается заниматься.
Спустя несколько минут Симона стояла перед женщиной в одном полотенце. Девушка подошла к шкафу, искренне удивившись количеству одежды её размера. Интересно, что же на самом деле задумал Уильям Уэйнрайт. Не важно. После всего, что произошло, она не собирается больше играть в эти глупые игры. Дядя Сэл будет рад прислать ребят, которые позаботятся обо всем.
Симона оделась так быстро, как смогла. Руки всё ещё не слушались и жутко болели. Тем не менее, она сделала это без посторонней помощи – черные брюки, белая рубашка, черная куртка и ботинки. То же, что она обычно одевала на работу. Только на этот раз, её внешний вид нес открытую угрозу, и девушка этим воспользовалась. Симона не стала заплетать волосы, что было достаточно необычным для неё. Это было заявлением, которое Уэйнрайт должен был понять. Симона больше не была частью его команды. Теперь она в Семье.
Экономка инстинктивно сделала шаг назад, когда брюнетка отошла от шкафа. Симона не смогла сдержать ухмылку:
- Пойдём. – Скомандовала она.
Банни коротко кивнула и моментально исчезла за дверью.
Когда они подошли к офису, экономка пригласила Симону войти.
- Присаживайтесь. - Она указала на стулья вокруг стола. – Я приведу мистера Уэйнрайта.
Симона намеренно обошла весь кабинет и села во главе стола, небрежно положив ноги на крышку из красного дерева.
Не прошло и двух минут, как в кабинет зашел Уильям Уэйнрайт, извиняясь за то, что заставил ждать. Мужчина остановился на полуслове, заметив позу девушки. Он колебался.
- Садитесь. – Резко скомандовала Симона.
- Ты на моём месте. – Неуверенно ответил мужчина.
Брюнетка медленно поднялась, и, опершись на стол, не обращая внимания на боль в руках и ребрах, пронзила мужчину ледяным взглядом:
- Сядьте.
Уэйнрайт занял ближайший стул. Он изумлённо наблюдал, как место его кроткой и мягкой сотрудницы заняла яростная незнакомка, смотревшая на мужчину с презрением. Неужели он на самом деле не предполагал, что всё может так скверно закончиться? Существовала очень тонкая грань между любовью и ненавистью. Девушкам был необходим стимул, чтобы направить свою страсть в более позитивное русло. Он просто дал им возможность понять это. Никто ведь не пострадал, правда?
Симона несколько минут смотрела на мужчину, позволяя ему справиться с беспорядочным потоком мыслей в голове.
Одного взгляда было достаточно, чтобы Уэйнрайт понял, что чертовски облажался. То, что она собирается сказать, определённо забьёт последний гвоздь в крышку гроба.
- Мистер Уэйнрайт, я кое-что Вам сейчас объясню, после чего Вы отправите меня в город. Это ясно?
Под влиянием ледяного взгляда и голоса, мужчина смог лишь кивнуть в ответ.
- Хорошо. То, что Вы сделали, было глупым и безответственным поступком. Вы не имели никакого права! – Голос Симоны повысился. Девушка глубоко вдохнула, возвращая себя в состояние спокойствия. – Не существует никакой утерянной любви между мной и Вашей дочерью. И ничего, что бы Вы не сказали, или не сделали, не изменит этого факта. Иногда люди просто созданы ненавидеть друг друга. Мы с Сарой находимся в этой категории людей, мы никогда не поладим. Вот как обстоят дела.
Девушка обошла стол, склонившись над человеком, сидящим перед ней. Годы были благосклонны к нему. Мужчина был всё ещё красив: светлые волосы, зелёные глаза – такие же, как у Сары. Было что-то в его взгляде…печаль? Это озадачило Симону, но лишь на мгновенье. Скрестив руки на груди, девушка взглянула на мужчину, показывая всю серьёзность своих намерений:
- Мистер Уэйнрайт, Вы когда-нибудь слышали о Сальваторе Амичи?
Лицо Уэйнрайта заметно побледнело, и Симона мрачно улыбнулась:
- Вижу, что слышали. Сэл Амичи – мой дядя. Я являюсь единственной дочерью его единственной сестры. Вы понимаете, к чему я веду?
Мужчина энергично кивнул, но Симона продолжила:
- Дядя Сэл более чем просто мой защитник. Вы представляете, что случится с Вами, если он узнает о том, что произошло?
- Мне бы не хотелось даже представлять. – Признался Уильям откровенно.
- Умное решение. Сделайте себе одолжение, Уэйнрайт – оставьте меня в покое. И если Вы на самом деле не глупы – оставите в покое и Сару. Она с удовольствием сбросит Вас с моста в цементных туфлях. Как и Сэл, если узнает о случившемся. Ферштейн?
- Почему тебя это заботит? Ты только что призналась, что ненавидишь Сару.
- Она здесь не при чём, я присматриваю за Вами. Теперь Вы мой должник, а если Сара Вас убьёт – я потеряю должника.
Мужчина кивнул, принимая ответ, но, немного подумав, добавил:
- Я могу узнать, почему ты устроилась ко мне на работу? По поручению Семьи, или..?
Симона громко рассмеялась и покачала головой:
- Я работала на Вас, потому что Вы наняли меня из-за моих личных качеств. Я была хороша в том, что делала, и просто хотела найти своё место в жизни. Меня никогда не прельщала перспектива работать на Семью, несмотря на желание дяди Сэла. Теперь, благодаря Вам всё изменится. Дядя будет в восторге. – Хмуро добавила девушка.
- Не значит ли это..?
- С этого момента, я больше не являюсь Вашим сотрудником, следовательно – Вашей заботой. Если меня сейчас же не отвезут в город, я позвоню дяде Сэлу, и он быстро решит все проблемы. Как его наследница, я имею право на некоторые поблажки.
Уэйнрайт встал:
- Я могу воспользоваться телефоном? – мужчина указал на свой стол.
Девушка кивнула и повернулась к окну.
- Это займёт несколько минут, и ты сможешь уехать через пол часа, максимум. Есть ли что-либо…?
- Да. Зачем Вы сделали это? Правду Уэйнрайт.
- С личной или профессиональной точки зрения? – Мужчина не собирался злить Симону ещё больше. Даже если девушка врала о том, что является наследницей Сэла Амичи, она не стала бы врать о связях с Семьёй. Вещи, не имевшие смысла ранее, становились на свои места.
- С обеих.
- С профессиональной точки зрения, вы могли бы стать отличной командой. У тебя есть творческое чутьё, а у неё – деловая хватка. Любой ваш совместный проект обречён на успех. К тому же, вы прекрасно дополняете друг друга. Больше приключений в её жизни – меньше импульсивности в твоей. – Мужчина замолчал, и Симона удивлённо изогнула бровь
- А с личной?
Уэйнрайт вздрогнул. Он надеялся, что сказанного ранее будет достаточно. Очевидно, нет.
- Я думаю, вы бы стали отличными друзьями.
Девушка скептически посмотрела на мужчину:
- Друзьями…это всё?
- Это всё, чего я добивался. Остальное – ваше личное дело.
- Но…?
Мужчина вздохнул:
- Но существует очень тонкая грань между любовью и ненавистью. Настолько ожесточенная борьба всегда имеет обратную сторону. Я лишь пытался подтолкнуть вас к этому.
- Зачем?
Мужчина моргнул:
- Что? Что значит зачем?
- Это простой вопрос, Билл. Почему Вы надеялись, что отношения между мной и Сарой перерастут во что-то романтическое? Вряд ли кто-либо горит желанием, чтобы его дочь любила другую женщину. Даже в наш век «просвещённости».
- Я же сказал тебе…
- Нет! Только не эту чушь снова! – Симона была вне себя от злости. – Знаете что…не важно. Просто сделайте себе одолжение – держитесь подальше от меня и моих дел, и я буду держаться подальше от Ваших. Это понятно?
Мужчина молча кивнул.
- Прелестно. – Язвительно ответила брюнетка, всё ещё пребывая в порыве гнева.
Раздался телефонный звонок, и мужчина облегченно вздохнул. Ему никогда не приходилось иметь дело с такой Симоной, и оставалось лишь молиться, чтобы никогда более не пришлось.
- Машина приехала. Она отвезёт тебя к взлётной полосе. Там ждёт мой личный самолёт, который отправит тебя в город. Оттуда машина довезёт тебя домой.
Кивнув, девушка молча направилась к двери.
Как только девушек привезли в поместье, Сара сразу же исчезла в ванной. Когда она, наконец, вышла, доктор перевязал больную лодыжку, порекомендовав беречь ногу. Блондинка потребовала отправить её назад в город, но узнала, что самолёт уже улетел. Попросив известить её, как только он вернётся, Сара отправилась ужинать. Если уж и придётся торчать тут ещё некоторое время, почему бы не сделать своё пребывание как можно более комфортным?
Приготовив ужин, Банни попыталась разрядить обстановку, завязывая беседу с девушкой, но в ответ получала лишь короткие, односложные ответы. Поняв безнадежность своих попыток, экономка по-матерински поцеловала Сару в лоб и вышла. Банни задавалась вопросом, что же такого мог сотворить Уильям Уэйнрайт, чтобы последствия оказались настолько неприятными. Ей было сказано лишь то, что Сара с подругой отправились в поход, и попали в неприятности. Что же случилось на самом деле? И узнает ли она когда-нибудь правду?
Лишь на следующее утро Сара смогла отправиться в город, при этом, так и не сказав отцу ни слова. Она потратила оставшуюся часть недели на восстановление сил и заживление синяков и ссадин.
Вернувшись на работу в понедельник утром, Сара увидела пустующий кабинет Симоны, как будто её там никогда и не было. Девушка понимала, что все глаза в офисе устремлены на неё, но не обращала на это внимание - злость всё ещё кипела в ней.
Сара пошла прямиком к своему офису и принялась за работу. Даже без раздражающего присутствия Симоны ей предстоит уйма дел. Конечно, без постоянных контраргументов, это не то же самое, но зато, она успеет сделать намного больше.
Так продолжалось до обеда.
Уильям Уэйнрайт позвал Сару к себе в офис, прямо перед тем, как та собиралась выйти на обед. Взгляд, которым дочь наградила отца, вполне мог испепелить мужчину. Но они находились на работе, и резких реплик не последовало. Вместо этого Сара доковыляла до кабинета отца и закрыла за собой дверь. Уильям предложил присесть, но девушка осталась стоять на месте:
- Присаживайся, Сара.
- Нет, спасибо. Я лучше постою.
Мужчина глубоко вздохнул, понимая, что дочь всё ещё злится на него:
- Как пожелаешь. – Ответил Уэйнрайт, садясь в своё кресло. – Кажется, я сказал тебе не возвращаться до тех пор, пока не решишь все проблемы с Симоной. – Он подождал, но Сара молчала. – Потому, как я понимаю, ты вообще не должна здесь находиться.
- А мне кажется, не понимаешь.
- Вот как? И как же ты считаешь?
- Я считаю, что ты очень долго просидишь за решеткой за похищение.
Мужчина побледнел от слов Сары, но больше ничем не выдал своей реакции.
- Как бы то ни было, - наконец продолжил он, - пока вы не решите свои проблемы, ты не вернёшься к работе.
- Ты меня увольняешь??
- Думай об этом, как об отпуске. Я не увольняю тебя, Сара.
- Ты не посмеешь. Хотя, знаешь что? – Девушка презрительно усмехнулась. – Мне плевать. Не звони мне.
- Сара, это для твоего же блага.
- Нет. – Вскипела блондинка. – Ты делаешь так потому, что ненавидишь проигрывать. Неудивительно, что мама от тебя ушла. – Сара вышла и хлопнула дверью так, что на полках задрожали книги. Ей было всё равно. Она дохромала до своего офиса и вошла внутрь.
- Мисс Уэйнрайт? – Ассистентка смотрела на девушку с удивлением.
Сара глубоко вздохнула. Джули была одной из немногих, кто не имел отношения к происшествию на прошлой неделе:
- Джули, не могла бы ты найти мне коробку, позвонить водителю, и предупредить его, что сегодня меня нужно отвезти домой. – Она проклинала себя за то, что не сможет сесть за руль ближайшее время.
- Конечно мэм, что-нибудь ещё?
- Возвращайся, когда закончишь.
Кивнув, Джули отправилась на поиск коробки. Её мучило неприятное предчувствие по поводу всего этого.
Как и ожидалось, к тому времени как ассистентка вернулась, Сара собрала все личные вещи:
- Вы уходите?
- Неофициально. Но не думаю, что когда-нибудь вернусь. Отец сделал невозможным моё дальнейшее пребывание здесь. Я правда сомневаюсь, что он изменит свою точку зрения в ближайшее время. А работать в таких условиях я не могу. Я позабочусь о том, чтобы отец нашел тебе новое место работы. Кажется, Грейс нуждалась в помощи.
- Нет, если мне придётся работать под его прямым руководством. Не все из нас были замешаны в ситуации между Вами и госпожой Марконе. Большинство из нас считали, что Вы сможете решить свои проблемы в свободное время, ну… как обычно поступают люди.
- Было бы неплохо.
Сара закончила собирать вещи, и Джули взяла у неё коробку:
- Пойдёмте, мисс Уэйнрайт. Я провожу Вас вниз, машина ждет.
Сара игнорировала любопытные взгляды, провожающие её до самого лифта. Она подождала, пока дверь закроется, и обратилась к Джули:
- Решай чем хочешь заниматься дальше, и я сделаю так, чтобы это осуществилось. Нет смысла терять работу из-за идиотизма отца.
- Вы на самом деле серьёзно повздорили, да?
- Скажем так: у меня нет желания видеть его в ближайшее время.
- Что Вы собираетесь делать дальше?
Сара покачала головой:
- Не знаю, я не планировала сегодня менять свою жизнь.
Дверь лифта открылась, и Джули помогла Саре выйти из здания. Открыв дверь машины, она положила внутрь коробку, после чего помогла девушке сесть.
- У тебя есть мой номер. Позвони, когда решишь, чем хочешь заняться дальше.
- Спасибо мисс Уэйнрайт. – Джули закрыла дверь и машина тронулась.
Уильям Уэйнрайт не мог поверить, что дочь могла сказать последнюю фразу. У Сары было много достоинств, но скромность никогда не входила в их число.
Мужчина надеялся, что она вернётся, как только успокоится, и перестанет злиться на него за вмешательство в личную жизнь. Но прошла неделя, потом две, а Сара всё не звонила. Мало того, отказывала во встрече и не отвечала на звонки.
Уильям пытался найти способ исправить отношения с дочерью, когда к нему нагрянул неожиданный посетитель в лице Симоны Марконе. Он едва узнал её. На девушке были кожаные штаны и куртка, идеально повторяющие контуры её тела. Тёмно-голубая шелковая блуза подчеркивала ледяной взгляд.
- Мисс Марконе, – поприветствовал Уэйнрайт, протягивая руку. Симона села напротив него, отказываясь от рукопожатия. Двое мужчин, сопровождающих её, заняли посты с другой стороны дверей.
- Мистер Уэйнрайт, разве я неясно выразилась? Я сказала Вам оставить свою дочь в покое. А ко мне дошла интересная новость о том, что она уволена. Это правда?
Мужчина собирался потребовать объяснений столь наглого тона, но, встретив взгляд Симоны, передумал:
- Я не увольнял её, мисс Марконе. Она в отпуске.
- Мистер Уэйнрайт, не пытайтесь меня обмануть. Я знаю об условиях, которые Вы ей выдвинули, и могу заверить Вас, что этого не случится. Потому, если Вы хотите сохранить отношения с дочерью, советую признать свою вину и извиниться перед ней.
- Почему это так Вас беспокоит?
- Я хочу прояснить ситуацию, мистер Уэйнрайт. Ваше обращение с дочерью взволновало бизнес-круги. Доверие к Вам, как к лидеру, находится на недопустимо низком уровне. Найдите способ исправить это, Билл.
- Вам нравится быть задирой, мисс Марконе?
- Я не задира, мистер Уэйнрайт, я деловая женщина. Не по своей воле… хотелось бы добавить: если Вас это не устраивает – советую посмотреть в зеркало. Лишь один человек виноват в случившемся – Вы.
Уэйнрайт поднялся:
- Думаю, Вам пора уйти, мисс Марконе.
- Согласна. – Симона тоже поднялась. – Я также считаю, что Вам пора, наконец, повзрослеть и перестать вмешиваться в чужие жизни. Беспокойтесь о своих делах, и дайте возможность другим делать то же самое. Будете крепче спать ночью. – Брюнетка развернулась и пошла к двери.
- Я могу задать вопрос?
Симона обернулась, в нетерпении вскинув бровь. Мужчина вздохнул и продолжил:
- Что случилось между тобой и Сарой? Не надо, - сказал он, когда брюнетка тряхнула головой, пытаясь возразить, - я знаю, что что-то произошло. Что-то, что заставило вас превратиться из конкурентов – во врагов.
- Это действительно не имеет значения, и, откровенно говоря, не Ваше дело.
- Ты понимаешь, что я сделал всё это для счастья Сары?
- Я понимаю, что Вам хотелось бы так думать. Не заставляйте меня приходить ещё раз, мистер Уэйнрайт.
Когда дверь за Симоной закрылась, Уэйнрайт откинулся на спинку стула. Как он может всё исправить?
Сара была в восторге оттого, что впервые за десять дней шла без помощи костылей. Трость, правда, не добавляла удобства, но девушку она устраивала. К тому же, это означало, что Сара может покинуть город на некоторое время.
Девушка использовала неожиданно освободившееся время на рассмотрение всех вариантов её дальнейшей жизни, и пришла к выводу, что нужно начать всё с чистого листа: без отца, без Уэйнтрайт индастрис, без Симоны Марконе. Благодаря помощи бабушки Сара может попробовать себя в другой работе. Но, сперва, она навестит маму.
- Что он натворил? – Спросила Эдрианн Уэйнрайт, открывая дверь.
Сара грустно улыбнулась и обняла мать:
- Как ты узнала?
- Дорогая, я видела этот взгляд в зеркале каждый раз после разговора с твоим отцом, ещё задолго до твоего рождения. – Женщина смотрела, как её дочь, хромая, прошла по комнате и села на диван.
- Что, черт возьми, с тобой случилось?
- Длинная история.
- У меня достаточно времени. Принести тебе чего-нибудь выпить?
Сара покачала головой:
- Могу я задать тебе вопрос?
Эдрианн кивнула и присела рядом.
- Как ты смогла так долго находиться с ним?
Эдрианн улыбнулась и убрала волосы Сары со лба:
- У меня была ты. – Как будто это всё объясняло. – Это его рук дело? – Указывая на трость.
- Не напрямую, но он ответственен за это.
- Оу, не могу дождаться подробностей.
Итак, Сара рассказала маме всё, с момента, когда проснулась возле Симоны, до момента, когда отец уволил её.
- Почему?
Сара покачала головой:
- Почему что? Почему он похитил нас? Или почему он уволил меня? Или может… почему он страдает комплексом Бога? Мам, тебе стоит конкретизировать.
- Билл всегда страдал комплексом Бога, дорогая. Я абсолютно уверена, что твоё увольнение, на его взгляд, должно было убедить тебя следовать его плану. – Эдрианн покачала головой. – Он должен был усвоить урок со мной – всё закончилось разводом. Он похитил тебя и… как говоришь, её звали? Не важно, - продолжила мама до того, как Сара успела ответить, - он пытался заставить вас следовать его плану. Тебе стоит подать на него в суд. Но, я не могу понять, неужели он считал, что таким образом вы решите свои проблемы?
- Безумен ли он? Не знаю. Мы никогда не ладили. С годами отношения становились лишь натянутее. Если бы у его была хоть капля здравого смысла – он оставил бы нас в покое, с возможностью работать отдельно друг от друга.
Эдрианн заметила странный блеск в глазах дочери, и решила при первой же возможности связаться с бывшим мужем, чтобы собрать недостающие части головоломки. Здесь явно что-то происходит, и Эдрианн собиралась узнать, что именно.
- Итак, - бодро сказала женщина, - решила, чем будешь заниматься теперь?
- На самом деле, да. Я собираюсь уехать на некоторое время. Проверить, осталась ли во мне творческая искра.
- Твоя бабушка будет рада услышать это.
Сара улыбнулась:
- Думаю, бабушка занята попытками выяснить, как же она могла вырастить такого негодяя.
Эдрианн рассмеялась:
- Да уж. И как такая женщина как Черити Уэйнрайт могла вырастить такого осла, как Билл?
- Не повезло. – Фыркнула Сара.
- Я знаю, что ты сердишься, солнышко. Но, не смотря на всё – он очень тебя любит.
- Возможно… но теперь ему придётся учиться любить на расстоянии. В противном случае, я могу сделать что-нибудь похуже, чем просто попросить его отстать. – Сара медленно поднялась, Эдрианн встала вслед за ней.
- И куда именно ты направляешься?
- В Рим… на некоторое время. Возможно потом в Париж, или Барселону. Я ещё не решила окончательно.
- Хорошо, будь на связи: телефон, мейл – ты знаешь, как найти меня. – Эдрианн обняла дочь, и так они простояли несколько долгих минут.
- Береги себя девочка. Надеюсь, ты найдёшь то, что ищешь.
- Я ищу всего лишь немного покоя.
Когда дверь за Сарой закрылась, женщина прислонилась к ней:
- Что же ты наделал, Билл Уэйнрайт?
Сальватор Амичи сидел за своим столом, рассматривая мужчину и женщину напротив. Он пригласил их, желая узнать, что же заставило Симону вернуться в Семью. Нет, он не жаловался, откровенно говоря – он не мог представить более приятного события. Он уважал мастерство и проницательность Симоны, но обещал своей сестре позаботиться о её единственной дочери, и не принуждать работать на Семью. Сэл был разочарован, когда племянница решила выбрать другой путь в жизни, но сдержал слово.
Сейчас же он смотрел на работодателя Симоны, задаваясь вопросом, что заставило девушку отказаться от работы, которую она так любила, даже учитывая разногласия с единственным ребёнком пары сидящей перед ним. Откровенно говоря, Сэл был уверен, что Симоне нравятся их споры. Вне зависимости от того, признавала она это, или нет – девушка наслаждалась страстью и огнём, разгорающимся между ней и Сарой. Но об этом можно поговорить позже. Сейчас же вопрос в другом – что изменилось?
- Я не собираюсь терять время на банальности. – Сэл сразу приступил к делу. – Я хочу узнать причину увольнения Симоны. Я хочу знать, что произошло между вашей дочерью и моей племянницей.
Уэйнрайт вздрогнул под тяжестью взгляда Сэла. Его вина лишь усугубилась от взгляда, дарованного бывшей женой. Мужчина неловко откашлялся.
- Боюсь, она уволилась исключительно по моей вине, но причина – в отношениях меду ней и Сарой.
Сэл подался вперёд на своем стуле, внимательно слушая Уильяма. Когда Уэйнрайт не стал продолжать, Сэл зарычал, бросив на мужчину гневный взгляд:
- Не могли бы вы уточнить? – спросил Сэл, хотя это было и не обязательно.
Уэйнрайт ещё раз откашлялся:
- Я пытался найти лучший способ рассказать об этом.
- О, ради Бога Билли, просто скажи нам правду. – Эдрианн была более чем раздражена. – Думаю, мы имеем право знать, зачем ты сделал то, что сделал нашим детям!
Сэл окинул взглядом женщину, сидящую перед ним. Очевидно, она что-то знает, что-то, что несомненно её разозлило. Он повернулся к Эдрианн:
- Вы что-нибудь знаете?
- Только то, что сказала мне дочь – причину увольнения её и Симоны.– Женщина сверкнула взглядом в сторону Билла. – Тебе лучше знать… Итак, скажи мне, почему ты счел необходимым вмешаться? Они ведь справлялись со своей работой. Кто дал тебе право?
Сэл поднял руку:
- Кто-нибудь объяснит мне, почему ушла Симона? Всё что она сказала – из-за творческих разногласий. Я знаю, что разногласия были, но так же знаю - что это не причина.
Две пары глаз посмотрели на Билла, но Уэйнрайт смотрел в пол. Эдрианн обратилась к Сэлу:
- Позвольте, я расскажу Вам, что рассказала мне дочь перед отъездом.
- Постой... ты знаешь, где Сара? – Удивлённо спросил Билл.
- Да. – Лаконично ответила Эдрианн. – И нет, я не скажу тебе.
Женщина повернулась к Сэлу и рассказала всё, что знала, не упустив ни единой детали.
- Видимо, Билл считал, что разногласия между Сарой и Симоной навредят компании.
- Понятно. О чём Вы думали мистер Уэйнрайт? Неужели Вы не учли возможные последствия?
- Надеялся, что учёл. Мне казалось, если девушки будут работать вместе, они смогут решить свои проблемы.
- Почему ты так считаешь, Билл? Они никогда не претендовали на что-либо большее, чем неприязнь друг к другу. Кто, чёрт возьми, дал тебе право решать?
- Ненависть – не единственная эмоция в мире. Между ними есть что-то большее. Я видел это!
После этих слов наступила мёртвая тишина. Даже дыхание не нарушало её.
- Объясните. – Голос Сэла был спокойным и холодным, но Уэйнрайт не смог не заметить резкости в тоне мужчины.
Билл откашлялся:
- Было поздно. В офисе не было никого, кроме Сары и Симоны, хотя я не знал об этом, когда вошел. Я подумал, что работает уборщица, ничего другого мне в голову не пришло. – Мужчина глубоко вздохнул. - Я зашел забрать документы, и не стал объявлять о своем присутствии – не было нужды. Итак, я взял всё, что мне было нужно, и уже выходил, когда увидел Сару, выбежавшую из своего офиса и направившуюся к офису Симоны. Она даже не постучала – просто ворвалась в кабинет и начала орать. Из того, что я смог разобрать, Сара недвусмысленно заявила, что Симона идиотка, если решила, что Сара утвердит финансирование её проектов.
- И? – Спросила Эдрианн, когда Билл остановился.
- И? – Повторил мужчина, пожимая плечами. – Они просто молчали, глядя друг на друга. Казалось, будто они колебались некоторое время, в желании потянуться друг к другу. Но вместо этого Сара вернулась в свой офис, а Симона – за свой стол. Вот тогда-то их отношения совсем испортились. Неприязнь переросла во враждебность, и девушки приложили максимум усилий, чтобы не работать вместе.
Билл закончил свой рассказ, и в комнате опять наступила тишина. Сэл внимательно обдумывал слова Уэйнрайта, а Эдрианн просто сидела, закрыв лицо руками. Наконец…
- С чего Вы взяли, что они хотели броситься друг к другу? Почему Вы считаете, что это не просто гнев? Насколько я понимаю, это всё, что Вы видели до, или после. С чего Вы взяли, что было что-то ещё?
Билл поднялся, и начал расхаживать по кабинету, почесывая затылок:
- Если бы вы видели их тогда… Я не мог ошибиться. Я просто надеялся… Не понимаю, почему они отказываются признать это.
- Дело в том, - сказала Эдрианн до того, как Сэл успел сформулировать свою мысль, - что это действительно не твоё дело. Если девочки пагубно влияли на работу компании, следовало разделить их. Ты вообще понимаешь, что натворил? Хотя скажи лучше – ты придумал, как исправить ситуацию?
Билл нервно хмыкнул:
- Исправить? Несмотря на мои лучшие намерения, ситуацию невозможно исправить. И не думаю, что от ещё одного моего вмешательства станет лучше.
- Возможно, мне стоит позаботиться обо всём. – Произнёс Сэл после ещё одного неловкого момента молчания.
- Считаете, что у Вас получится лучше? – Усмехнулся Уэйнрайт.
- Уверен в этом. – Спокойно ответил Сэл.
- И Вы готовы рискнуть отношениями с племянницей?
Впервые за всё время, Сэл одарил присутствующих искренней улыбкой:
- Моя племянница здесь не по собственному желанию, и не была счастлива вернуться в Семью. Она всё равно уйдёт, в конце концов.
- А Сара?
Сэл пожал плечами:
- Я не знаю Вашу дочь, мадам, и не могу сказать с уверенностью. Вам, и её отцу главное решить, стоит ли всё это риска. Если решите, что всё же стоит – я приму необходимые меры.
- Мистер Амичи, думаете, всё сработает?
- Думаю нам нечего терять. Можно попробовать снова.
- Действуйте. – Эдрианн подняла руку, призывая мужа к молчанию. – Нет, Билл… на этот раз у тебя не будет права голоса. Ты ещё не видел, как твоё вмешательство отразилось на нашей дочери. Я никогда не видела её такой взбешенной.
- Ты хочешь всё усугубить, вмешиваясь ещё раз?
- Раньше нужно было беспокоиться о последствиях, Билл. Ты это начал. Мы всего лишь пытаемся уменьшить ущерб, нанесенный тобой.
- А если всё обернётся против нас?
- Хуже никому не станет. Билл, если то, что ты сказал – правда, стоит попытаться.
- Ладно, - Уэйнрайт вздохнул и кивнул в сторону Сэла, - но если всё это не сработает, я понесу полную ответственность. Не хочу, чтобы девочки отвернулись от нас всех.
- Немного веры, Уэйнрайт. Я не буду столь великодушным, как были Вы.
- Твою мать. – Поворчала Симона, открыв глаза, и тут же закрыла назад. Девушка перевернулась на бок, борясь с приступом тошноты и отчетливым чувством дежавю. – Черт, только не снова. – Симона сосредоточилась на собственном дыхании. – Скажите мне, что это всего лишь кошмар, и мне кажется, что моя жизнь повторяется.
- Сукин сын. – Выругалась Сара, свернувшись в клубок. – На этот раз я убью его, и суд присяжных меня оправдает. – Блондинка закрыла глаза, чувствуя, что её внутренности завязываются в узел.
Когда состояние немного нормализировалось, Сара повернулась в сторону Симоны:
- Эй, хамка, ты в порядке? Выглядишь немного… зелёной.
Симона открыла глаза, и тут же закрыла, что доказало всю плачевность её состояния. Скрыть это было невозможно, да и гордость того не стоила. Сара вздохнула, задаваясь вопросом, чувствует ли Симона себя так же плохо, как выглядит. А выглядела она действительно неважно: будто по ней прогулочным шагом протопталось стадо слонов... как минимум.
Было настолько тихо, что даже медленного размеренного дыхания не было слышно.
Никто из девушек не знал, сколько времени прошло. В конце концов, когда головная боль поутихла, а желудок прекратил попытки выбраться наружу – девушки медленно сели и осмотрелись.
Они находились в достаточно большой, хоть и однокомнатной хижине. Помещение было разделено перегородками на несколько зон: кухня, ванная и гостиная/спальня с камином.
Осмотрев комнату, Симона медленно поднялась на ноги:
- Ты его не убьёшь, я убью. Это дело рук не твоего старика. Сэл постарался.
- Откуда ты знаешь?
Симона указала на мишень для дартса, фоном для которой служило фото Сэла:
- Моя тётя сделала её когда-то.
- Похоже, жуткая у них была семейная жизнь. – Пробормотала Сара.
- Они до сих пор вместе. – Рассеяно ответила Симона. – Но ненадолго. Скоро я доберусь до него.
К мишени дротиком оказался прикреплен конверт. Открыв его, брюнетка начала читать вслух:
После нескольких минут полной тишины, девушки шокировано переглянулись:
- Просто, мать твою, не верится. – Проворчала Симона. – Надеюсь, у Кармены хорошая страховка на мужа, потому что я собираюсь его убить и выставить всё несчастным случаем. А потом, я убью его ещё раз – просто, ради смеха.
- У меня есть другая идея. – Вскипела Сара. - Почему бы нам не отправить эту дружную компанию за решетку. Получится что-то вроде ситуации, в которой находимся мы, но срок побольше.
- Рада видеть, что твой «карающий клинок» завис над чьей-то другой головой… для разнообразия. – Фыркнула Симона.
Сара пожала плечами:
- И не надейся. Ты единственная доступная цель здесь. – Девушка вздохнула. – Нам и правда придётся торчать здесь до весны?
- Понятия не имею. Я знаю это место только понаслышке. Бывать здесь никогда не доводилось.
Симона направилась к входной двери, и Сара последовала за ней:
- Черт. – Вокруг были видны лишь бескрайние заснеженные просторы.
Блондинка некоторое время осматривала местность, не заметив, как Симона зашла внутрь:
- Где мы? – спросила Сара, закрывая дверь. Проследив за тем, как Симона плюхнулась на диван, и, так и не дождавшись ответа, блондинка решила осмотреться.
Хижина оказалась просторной. Большая кухня вмещала в себе старую, но работающую печь, несколько шкафов и тумбочек, несколько стульев, и длинный стол, отделяющий кухню от гостиной. Ванная так же была не маленькой, но большую часть хижины занимала гостиная. Посредине одной из стен красовался большой камин, по бокам от которого находились книжные полки. Возле другой стены, напротив двери, стояла двухъярусная кровать, а напротив камина – диван.
- Ну, слава Богу. – Пробормотала Сара, скрестив руки на груди. – По крайней мере, они не надеются, что мы будем делить ещё и кровать.
- Ага. Это было бы просто прекрасным окончанием столь удачного дня. – Фыркнула Симона.
Сара открыла было рот, чтобы сделать какое-нибудь язвительное замечание, но Симона не дала ей такой возможности, продолжая свой монолог:
- Черт, скряга, мы опять чертовски влипли.
- Мне кажется, этого они и добивались.
- Эй, вытяни свою голову из задницы хоть на минуту, и послушай меня. Ты умеешь рубить дрова или охотиться? Мне никогда не приходилось делать ни того, ни другого, но почему-то я уверена, что эти два навыка нам придутся как никогда кстати.
- Вытянуть мою голову из моей задницы?? Ты, тупая су..! – Сара задумалась о шатком перемирии и не стала заканчивать фразу. – На самом деле, я научилась делать и то и другое на ранчо отца. Но почему бы нам просто не уйти? Снег ещё не глубокий.
Брюнетка разочаровано вздохнула. Она была зла. Нет, скорее просто в бешенстве. Но злость Симоны была направлена не на девушку, с которой она опять была вынуждена коротать время. Что же касалось постоянных ссор с Сарой – брюнетка жутко от них устала.
- Послушай, я хочу находиться здесь с тобой не больше, чем ты со мной. Но, раз уж нам придётся пробыть здесь достаточно долго, я попытаюсь объяснить ситуацию так, чтобы не разозлиться и не оторвать тебе голову.
- Было бы неплохо. Значит ли это, что между нами снова мир?
- Неважно. – Девушка провела рукой по волосам. – Ты знаешь кто такой Сэл Амичи? Симона дождалась, пока Сара кивнёт, и продолжила:
- Он мой дядя. Когда-то его дед – мой прадед – был достаточно крупной шишкой в Семье. Он решил построить дом в таком месте, где его никто не сможет найти. Пришлось заказывать специальный транспорт, чтобы реализовать его план.
С этих пор местонахождение хижины держалось в строгом секрете, и передавалось от отца к сыну. Сэл нарушил традицию, и однажды привез сюда Кармену. Ей здесь не понравилось. Отсюда и мишень для дартса. – Симона указала на стену. – Всё что я знаю, мы находимся далеко на север от экватора. Здесь снег скапливается ещё в воздухе, до того, как коснётся земли. Черт, я даже понятия не имею, в какой стране мы находимся, на каком континенте, на каком полушарии, в конце концов. Вполне может оказаться, что мы южнее от экватора.
- Н-да, сбылась мечта всей моей чертовой жизни. – Недовольно проворчала Сара.- Знаешь что, хамка, фантазия моего отца нервно курит, по сравнению с фантазией твоего ненормального дяди. И что будем делать?
Симона пожала плечами:
- Хотела бы я знать.
- Ты уверен, что всё сработает, Амичи?
Сэл вскинул бровь в ответ на фамильярность Уэйнрайта. Рокки подошел было, чтобы научить мужчину хорошему тону, но Сэл остановил его, и громила отступил. Билл откашлялся:
- Ну...я имел ввиду…
Сэл поднял руку:
- Я не вижу другого выбора, Уэйнрайт. Я создал все условия для того, чтобы им, на этот раз, хватило времени.
- И куда Вы их отправили?
- Это Вас не касается. Единственное, что я могу сказать – теперь они смогут решить свои проблемы без постороннего вмешательства.
- Мистер Амичи, они в безопасности?
Рука Кармены накрыла руку Эдрианн до того, как Сэл успел ответить:
- Не беспокойтесь, моя дорогая. Мой Сэл не позволит ничему случиться с Симоной. – Женщина подмигнула. – Многие отвечают перед Сэлом Амичи, но Сэл Амичи отвечает передо мной. – Закончила Кармена, глядя на мужа. Сэл лишь улыбнулся в ответ.
Эдрианн Уэйнрайт присоединилась к смеющейся Кармене, а Билл тихо стоял в стороне, надеясь, что вплотную знакомиться с Рокки ему не придётся.
Проверив подвал, девушки нашли сухую древесину, которую осталось лишь порубить. Кроме того, там обнаружились дополнительные одеяла, пара мотков плёнки, разноцветные карандаши, несколько альбомов и кассеты с фильмами.
Осмотрев подвал, девушки вышли на улицу, и окончательно убедились в том, что понятия не имеют, где находятся. Единственное, что можно было определить – направление солнца, хотя подобное знание мало чем могло помочь. К счастью, недалеко от хижины, оказался сарай с инструментами, что окончательно решало проблему с дровами.
Несмотря на то, что хижина была достаточно прочной и холодостойкой, температура внутри была не намного выше, чем снаружи. Потому, вернувшись с улицы, девушки занялись камином. К тому же, в самой мысли об огне было что-то приятное, комфортное. А в этом Сара и Симона нуждались сейчас больше всего. И, естественно, они не смогли удержаться от спора и язвительных замечаний в сторону друг друга:
- Так… давай кое-что проясним. – Сказала Симона. – Тебя научили пользоваться топором и ружьём, но не научили, как разжечь огонь без спичек? – В хижине не нашлось ни спичек, ни зажигалки.
- Да – Сара сорвалась на крик. – Неужели я только что сказала иначе?? Господи, у тебя проблемы со слухом, или ты просто тупая?
- Я не тупая!! – прорычала Симона чуть громче шепота.
- Так же, как и я – Пробормотала Сара, почувствовав внезапную усталость. – Слушай, думаю, мы сможем решить эту проблему. Я видела, как мой дедушка разжигает огонь без спичек, но он умер раньше, чем успел научить меня. А у отца никогда не было времени.
Симона кивнула, но не сказала ни слова. Она чувствовала, что Сара пережила многое, но понимала, что это не её дело:
- Ну и что там к чему?
- Нам нужно что-то в качестве растопки. – Сара была рада перемене темы, и Симона это понимала. Блондинка не хотела выставлять на показ свою жизнь, особенно перед злейшим врагом. Они, всё равно, рано или поздно отсюда выберутся, и Симона не должна узнать ничего, что сможет в итоге использовать против неё. – Газета, или мох, или… Стоп. Жди здесь. – Девушка выбежала из хижины, направившись прямиком к сараю. – Ага!
Бровь Симоны медленно поползла вверх, но она осталась стоять на месте, ожидая Сару.
Когда же блондинка вернулась, в её руках оказалась небольшая корзинка древесных щепок.
- Растопка. – Кратко объяснила Сара, и опустилась на колени перед камином.
Брюнетка кивнула и отошла, наблюдая за работой девушки.
Когда же дрова были разложены, а щепки уложены между ними – блондинка указала на два кремня, лежащих в корзине.
- Ты, должно быть, шутишь. – Прокомментировала брюнетка, но всё же подала кремни Саре.
- Это всё, что у нас есть. – Блондинка попыталась несколько раз высечь искру, пока разочарование не взяло верх.
Симона молча, аккуратно забрала кремни из рук девушки, и попыталась сама. Её попытки оказались более удачными. Сара собиралась съязвить, но поняла, что слишком устала. Симона лишь пожала плечами:
- Ты голодна?
- Немного. Меня до сих пор тошнит от той дряни, которой нас вырубили. Я просто хочу…
- Я понимаю, о чем ты – Ответила Симона, потирая затылок. – Такое ощущение, будто меня приложили кувалдой.
Неожиданно, Сара подошла сзади, и нежно провела рукой по затылку брюнетки. Симона застыла, затаив дыхание:
- Ничего не чувствую. – Сказала блондинка, убирая руку и направляясь на кухню. – Чего бы ты хотела на ужин?
Симона моргнула от неожиданности:
- Чего-нибудь простого. Бутербродов, например. Я начну готовить завтра, а сегодня…
- Ага, завтра мы будем думать о том, чем питаться ближайшие несколько месяцев. А сегодня я просто хочу перекусить и лечь спать.
Брюнетка молча кивнула, и вскоре девушки ужинали бутербродами с арахисовым маслом и желе.
- Без молока совсем не то.
- Согласна, но лучше, чем ничего. Сверху, или снизу? – Спросила Сара, указывая на кровати.
Симона пожала плечами:
- Мне всё равно.
- Тогда я возьму верхнюю. Думаю нижняя больше подходит высоким людям. Спокойной ночи.
Брюнетка даже не потрудилась ответить. Она просто проследовала за Сарой, и упала на свою кровать. Если повезёт, когда она проснётся, дела будут обстоять намного лучше.
- Ладно... лучше не стало. – Проворчала Симона, открывая глаза.
Солнце уже взошло, но температура в хижине была намного ниже, чем под одеялом. Тем не менее, если ничего не делать, теплее не станет. Брюнетка сползла с кровати и, что-то ворча себе под нос, поплелась к камину.
Осторожно повторив вчерашние манипуляции с дровами и щепками, Симона разожгла огонь.
- Черт, - выругалась Сара, - высовываясь из-под одеяла, - я забыла ночью проследить за огнём. Хотя, честно говоря, не совсем понимаю, что значит это сочетание слов. А ты молодец, хамка. Хорошая работа.
- У меня много талантов. – Фыркнула Симона. – Завтрак?
Сара закусила губу, чтобы не съязвить в ответ на самодовольный тон брюнетки:
- Да, конечно. Помочь?
- Если хочешь. – Симона пожала плечами. – Сначала, желательно использовать скоропортящиеся продукты.
Сара кивнула и медленно сползла с кровати, не горя желанием повредить лодыжку ещё раз. Сейчас это просто недопустимо. Они отрезаны от цивилизации, и надеяться могут только на себя. Девушка направилась на кухню, как раз вовремя для того, чтобы увидеть, как Симона болезненно отдёрнула руку от печи, и начала её укачивать.
- Позволь мне взглянуть. – Сказала Сара, потянувшись к повреждённой руке.
Симона посмотрела на девушку, и лишь сильнее прижала к себе руку:
- Хамка… - Сара вздохнула. – Симона, пожалуйста. Тебе не обязательно любить меня, просто позволь помочь. Если что-то произойдёт – никто не придёт на помощь. Нам нужно присматривать друг за другом, понимаешь?
Брюнетка некоторое время молча смотрела в зелёные глаза, но в итоге, всё же протянула руку. Сара невольно вздрогнула. На руке Симоны был достаточно глубокий, но чистый порез.
- Твою руку нужно обработать, я схожу за аптечкой. А потом мы посмотрим, чем ты умудрилась пораниться.
Симона подождала, пока блондинка скроется из виду, и осмотрела печь. Найдя отогнутый край железного листа, брюнетка прижала его к стенке печи.
Сара вернулась, когда Симона всё ещё возилась с печью. Блондинка лишь покачала головой. Во избежание ещё одного инцидента, она не стала отвлекать девушку, подождав, пока та вытащит руки из печи,
- Не удержалась, да? – Спросила Сара, обрабатывая руку брюнетки.
Голубые глаза расширились, когда в поле зрения попала бутылочка со спиртом, но блондинка была непреклонной:
- Будет немного жечь. – Предупредила она пред тем, как вылить немного на рану.
Симона глубоко вздохнула, и медленно выдохнула. Сара намазала порез мазью и перевязала руку:
- Готово.
- Спасибо. – Тихо сказала Симона.
Сара похлопала её по плечу и встала:
- Спасибо за оказанное мне доверие. Теперь, - продолжила она, - я посмотрю, что можно придумать с завтраком. Конечно, если ты закончишь с печкой. – Сказано это было столь небрежно, будто травма Симоны ничего не меняла. – А потом мы можем сесть и подумать, что делать дальше.
- Звучит хорошо – Согласилась брюнетка. Она вернулась к манипуляциям с печкой, а Сара, тем временем, унесла аптечку и взялась за завтрак. Быть может, дела обстоят не настолько плохо, как казалось.
- Ты что, совсем с катушек съехала?? Чёрт, скряга!! Не ты ли мне сегодня читала лекцию на тему: присматриваем друг за другом?? Какой толк, если ты даже за собой присмотреть не можешь. Господи, дай этой женщине хоть каплю ума.
- Ума? – Сара разочарованно вздохнула. – Слушай, хамка, я, конечно, ценю столь неожиданную заботу, но со мной всё будет в порядке. Нам нужно было запастись дровами, пока погода не ухудшилась.
- Как скажешь. – Симона разозлилась. – Не понимаю, почему вообще пытаюсь тебе что-то объяснить. Делай что хочешь. У меня своих забот хватает. – Брюнетка развернулась и вышла из хижины до того, как Сара успела возразить.
- Могло быть и лучше. – Пробормотала блондинка, осматривая руки. Их покрывало множество царапин – результат недавней деятельности. Она рубила дрова до тех пор, пока не обставила ими всю внешнюю стену хижины. Несмотря на боль и неудобство, Сара была довольна. Теперь дров хватит на несколько дней, а то и неделю.
Если бы кто-то спросил, она бы не смогла объяснить, с чего вдруг появилась такая срочность. Сара никогда не попадала в подобные ситуации, и ощущение того, что всё выходит из под контроля, было, как минимум, неприятным. А то, что она оказалась в такой ситуации со своим злейшим врагом, которого на самом деле не так уж и ненавидела, лишь добавляло соли в рану.
Вздохнув, блондинка подставила руки под холодную воду, смывая грязь и кровь. Получалось достаточно неуклюже, и Сара успела несколько раз себя обругать за то, что отказалась от помощи Симоны. Но, в конце концов, она всё же справилась и, наконец, присела. Тело настойчиво требовало отдыха. Несмотря на постоянные занятия спортом, Сара, всё же, оказалась не готовой к подобным нагрузкам и боли, сопутствующей им.
Девушка легла на диван, заставляя тело расслабиться, и не заметила, как уснула.
Когда вернулась Симона, было уже темно. Девушка сразу заметила, что огонь в камине почти погас, а Сара, видимо уснула на диване. Подавив в себе вспышку раздражения, она подошла к камину и добавила дров, ожидая пока пламя вновь разгорится. Неожиданно Симона почувствовала на себе взгляд Сары, но, проигнорировав его, направилась в сторону кухни. Сняв верхнюю одежду и поставив чайник, она принялась за приготовление ужина:
- Ты закончила то, чем занималась на улице? – Спросила Сара, медленно поднимаясь с кровати и привыкая к темноте.
- Не всё ли равно?
- Симона…
- Нет, скряга. Слушай сюда. Нам приходится делить эту хижину. У нас нет другого выбора, мы просто застряли тут. Нам придётся делить обязанности и пространство до тех пор, пока чертов Сэл не вытащит нас из своего маленького персонального ада. Ты более чем ясно дала понять, что не доверяешь мне, и я слишком, мать твою, устала воевать с тобой по этому поводу. Делай свою часть работы, я буду делать свою. Остальное – личное дело каждого.
Сара всё ждала, пока Симона даст ей возможность согласиться, или нет – как и было в этой ситуации, но брюнетка такой возможности не дала. Она просто развернулась и ушла, оставив Сару сидеть с широко раскрытыми глазами и открытым ртом. Прошло несколько минут перед тем, как тело блондинки успело догнать мысли:
- Минуууточку! Кто дал право тебе решать за меня? – девушка была в бешенстве. – У нас тут не диктатура!
- Ты высказалась – я высказалась. Дискуссия окончена. – Категорично ответила брюнетка, повернувшись к Саре.
- Не дождёшься, хамка! У меня впереди вся зима на то, чтобы отстоять свою точку зрения.
Симона закрыла глаза и стиснула зубы, слушая ворчание блондинки, так, чтобы ничего в её позе не указывало на недовольство, которое она ощущала.
Несколько последующих дней прошли в той же манере - тщетно. Сара всё пыталась завести диалог, а Симона всё так же благополучно её игнорировала.
Брюнетка пыталась как можно больше времени проводить на улице, осматривая близлежащую территорию, в попытке выяснить местоположение хижины. Разведка увенчалась небольшим успехом, но в итоге лишь добавила разочарования.
Так как руки Сары всё ещё болели, она не могла заниматься физической работой. Но и торчать в хижине в одиночку девушка не собиралась. Несколько раз она пыталась следовать за Симоной, но быстро поняла, что это практически невозможно. Способность брюнетки вдруг, ни с того ни с сего исчезать из поля зрения, не оставляла ни малейшего шанса. Потому, вместо бесцельных скитаний вокруг хижины, Сара брала блокнот, и начинала писать, пропуская через бумагу все свои мысли и переживания.
Спустя неделю игр в кошки-мышки, руки блондинки окончательно зажили. Она снова собиралась заняться дровами, но появилась более важная проблема – запасы еды практически иссякли.
- Завтра я пойду на охоту. Запасов почти не осталось, и не известно, сколько мы ещё пробудем здесь.
Симона кивнула, но не сказала ни слова, что заставило блондинку нахмуриться. Она, наконец, поняла, что имела ввиду девушка, когда говорила о том, что слишком устала от постоянных ссор. Было похоже на то, что она вообще не собирается разговаривать с Сарой. Что ж, если несколько следующих месяцев придётся провести в тишине – так тому и быть.
Следующим утром, блондинка ушла раньше, чем Симона успела приготовить завтрак.
Брюнетка вышла их хижины и направилась к сараю. Она решила сегодня самостоятельно заняться дровами. Несмотря на всё ещё враждебный настрой к Саре, она не хотела, чтобы та занималась самой тяжелой физической работой.
Работа продвигалась медленно. Удары получались далеко не такими точными, как у Сары, но Симона была вполне довольна результатом. По крайней мере, теперь она могла сделать что-то большее, чем приготовить обед, или убраться в доме.
- Что за чёрт?? – Резкий голос Сары заставил Симону повернуться, едва не потеряв при этом контроль над топором. Лишь с огромным усилием брюнетка смогла удержать топор от полёта в какую-нибудь часть тела Сары. – Что, чёрт побери, ты делаешь??
Симона нахмурилась:
- Пытаюсь не заработать себе чертову грыжу. А как ещё это, мать твою, выглядит??
Сара бросила на землю кроличьи тушки, которые принесла с собой, и подошла к брюнетке:
- Господи, Симона, чем ты думала?
- Я собиралась научиться рубить дрова, чтобы помочь!
Сара сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Теперь, когда Симона снова начала с ней разговаривать, лучше не выходить из себя. Девушка примирительно протянула руки, и забрала топор из рук брюнетки:
- Если ты хочешь научиться рубить дрова, что ж – это хорошо. Но, - добавила она до того, как Симона успела перебить, - в таком случае, тебе придётся соблюдать некоторые меры безопасности, особенно в такую погоду. Я буду присматривать за тобой поначалу, или хотя бы находиться поблизости, во избежание происшествия.
Симона на мгновение задумалась над словами блондинки:
- Ладно. – Согласилась она, понимая, что Сара права. – Я думаю того, что я уже сделала, хватит на сегодня. Мои руки…
Сара потянулась к рукам брюнетки до того, как та успела закончить фразу. Но Симона всё же оказалась быстрее, убрав руки подальше от рук Сары.
- Что…? Симона, позволь мне взглянуть.
- Нет, скряга, ни за что! Я не нуждаюсь в твоей заботе. И пока ты не начала протестовать, напомню, что всеми своими действиями ты показала, что согласна со мной. Ты не можешь позаботиться о себе, и не позволяешь мне этого сделать. Я могу справиться со своими проблемами так же хорошо, как и ты.
С этими словами Симона развернулась и пошла в хижину. Шаткое перемирие снова нарушено.
Сара наблюдала за удаляющейся фигурой. И лишь когда брюнетка скрылась из виду, девушка грустно вздохнула:
- Черт, какая же я идиотка. – Подняв тушки и ружьё, Сара поплелась в хижину. Ночь будет длинной.
- Извини. – Произнесла блондинка, когда ружьё уже было убрано в подвал, а кастрюлька с мясом стояла на плите.
Её слова заставили Симону развернуться так быстро, что пришлось ухватиться за столешницу, чтобы с грохотом не свалиться со стула:
- Что, прости?? С каких это пор ты начала просить прощения?
Сара глубоко вздохнула и сосчитала до десяти перед тем, как ответить:
- Послушай, я тут прилагаю немалые усилия. Потому, или останови меня сейчас, или заткнись и дай мне извиниться, пока это не переросло в очередную драку.
Симона молча кивнула:
- Спасибо. – Блондинка вздохнула. – Ты была права, и мне жаль. Я говорила, что мы должны заботиться друг о друге, но оттолкнула тебя, когда сама нуждалась в помощи. Я поступила неправильно, и попытаюсь всё исправить.
- Зачем?
Сара моргнула:
- Зачем? Что зачем? – Девушка определённо начинала злиться. – Зачем сказала, что мы должны заботиться друг о друге, или зачем буду стараться всё исправить?
- Зачем извинилась? Ты могла бы просто постараться исправить ситуацию, без этого цирка с извинениями. За все года, которые мы знаем друг друга, ни одна из нас, ни разу, ни за что не извинилась. Зачем же начинать сейчас?:
- Да потому что сейчас мы зависим друг от друга, и будет проще, если мы не будем постоянно ссориться. Я, так же как и ты, устала воевать с тобой. Я не ожидаю, что мы станем друзьями, даже, несмотря на то, что именно поэтому мы сейчас здесь. Но, возможно, нам удастся хотя бы разговаривать, говорить друг другу что-то кроме «передай соль», или «кажется, будет метель».
Симона улыбнулась, что заставило Сару затаить дыхание:
- Было бы неплохо. – Согласилась брюнетка. – Но только, если разговор не будет перерастать в пустую болтовню.
Блондинка пожала плечами:
- Да уж, болтливой тебя назвать сложно.
- Никогда не видела в этом смысла.
- Мне всегда приходилось играть в политические игры отца. Я с самого детства знала как вести бессмысленные разговоры. Отлично подходящие для приёмов и фуршетов, но, в остальном – бессмысленные. Наверное, потому в моём словарном запасе так много ругательств – они недопустимы в подобном обществе. – Сара сжала руки и болезненно вздрогнула. Заметив это, Симона поспешно вышла.
Глаза блондинки расширились от удивления, когда брюнетка вернулась с банкой ланолина:
- Воск размягчит руки. Сэл знал, что я нуждаюсь в нём в такую погоду. – Сказала Симона, всем своим видом показывая, что дальнейших объяснений не последует.
Сара очень хотела задать интересующий её вопрос, но не стала, слишком уж шатким было перемирие между ними. Возможно позже, когда она наберётся смелости спросить. Сейчас же – всё слишком хрупко.
- Спасибо. – Сказала блондинка, втирая небольшое количество ланолина в руки. – Хм… нужно позаботиться о шкурах. Ты умеешь готовить кролика?
- Никогда раньше не готовила, если ты об этом. Думаю, проще будет его стушить.
Сара кивнула:
- Вот, - доставая несколько баночек с ящика стола. – Здесь приправы, которые подойдут лучше всего. Экспериментируй. А я, если ты не против, пойду помою шкуры, и развешу их сушиться.
Симона кивнула, проследив глазами за тем, как Сара направляется к ванной.
Несколько последующих дней прошли довольно неловко. Девушки пытались наладить отношения, но годы ссор и препираний сделали своё дело, и даже поддержание незатейливой беседы давалось с огромным трудом. Потому, большинство диалогов состояли, в основном, из молчания. Но не всегда…
- Интересно, каким образом здесь оказалась такая хорошая ванная? – Спросила Сара в конце одного, особенно долгого дня. Метель началась настолько быстро, что девушки даже не успели понять, что, собственно, произошло. Единственное, что оставалось - перетащить все заготовленные дрова в хижину, и ждать улучшения погоды.
Сейчас же они растянулись напротив камина, наслаждаясь абсолютным бездействием. Слова Сары резко ворвались в столь приятное молчание, и Симона, повернув голову в сторону блондинки, вопросительно вскинула бровь:
- Что, прости?
Сара смущенно улыбнулась:
- Извини, мысли вслух. Я задумалась о том, что здесь нет ни электричества, ни современной техники, ни даже связи с цивилизацией. Зато, есть великолепная ванная комната с горячей водой. Не то, чтобы я жаловалась – заметь, я даже близко не жалуюсь, - но как-то всё это странно.
- Кармена. – Коротко ответила Симона.
- Может, уточнишь? – Спросила блондинка, поняв, что Симона не собирается продолжать.
- Сэл пытался показать, какое замечательное здесь место. Но, понимал, что она никогда не будет жить там, где до неё жили одни мужчины. Потому, построил ванную мечты. Его инженеры даже использовали здешние горячие источники, чтобы обеспечить постоянный доступ к горячей воде.
- Но этого оказалось недостаточно. – Прокомментировала Сара, глядя на мишень для дротиков.
- Даже близко. – Хмыкнула Симона. – Я не знаю деталей, но по приезду домой, Сэл отправил Кармену в очень дорогостоящий тур, и больше никогда не пытался привезти её сюда. Фактически…
- Да? – переспросила Сара, понимая, что на этом разговор может закончиться, и попытаясь продлить его как можно дольше.
- Я думаю, мы первые, кто попал сюда после той злополучной истории.
- Знаешь, всё могло быть гораздо хуже. – Сказала блондинка, ещё раз осмотревшись.
- После того, что сделал Сэл, моё мнение о его интеллекте упало ниже плинтуса. Но, даже он не настолько глуп, чтобы делать ещё хуже. Если не ради нас, то ради себя.
- Кармена?
- Кармена.
- Я бы с удовольствием с ней познакомилась.
- Думаю, вы бы нашли общий язык. Ты бы ей понравилась.
- Ты, правда, так считаешь?
- Да. Ты всем нравишься.
- Тебе не нравлюсь. – Сказала Сара, наблюдая за языками пламени в камине. Она почувствовала, как напряглась Симона после её слов. – Почему?
- Остановись, скряга. Не начинай разговор, который не захочешь закончить. – Прорычала брюнетка.
- Пожалуйста, не называй меня так. Я ненавижу это прозвище!! И всегда ненавидела! – Сара вздохнула. – Почему ты не хочешь просто забыть обо всём? Почему каждое столкновение между нами всегда заканчивается скандалом?
Симона встала, пытаясь уйти, но Сара остановила её. Она потянулась к брюнетке, но та, отшатнулась.
- Остановись, скряга.
- Черт, Симона.
- Нет, просто… остановись, Сара, пожалуйста. – Сказала брюнетка уходя.
Сара разочарованно плюхнулась на диван.
Черт, один шаг вперёд – десять шагов назад.
Что-то должно случится… скоро.
Симона смотрела в окно, наблюдая, как бушует метель. Её мысли неслись сквозь года – к тому времени, когда они с Сарой учились в колледже.
Они познакомились в первый день учебы, и сразу же между ними пролетели искры. Они не были похожи на других девушек: две сильные личности, не соглашающиеся ни с кем и ни в чём.
Конфликты и разногласия появились тут же. Если одна говорит вверх, вторая кричит вниз. Если одна говорит право, вторая клянется, что, всё же, лево. Если одна выберет вход, вторая, исключительно принципиально, выберет выход. Таким образом, их отношения длились некоторое время. Симона замечала, что Сара, так же как и она сама, наслаждается их словесными баталиями.
Спустя некоторое время, Сара выбрала себе женское сообщество, а Симона осталась в стороне от сообществ, сфокусировавшись на учебе.
Остальные смотрели на девушек с интересом, пытаясь понять, что же происходит между ними на самом деле.
Так прошли три следующих года. В последний год обучения Сара стара президентом сообщества и переехала из общежития. С тех самых пор всё пошло наперекосяк.
Фелиция, двоюродная сестра Симоны, поступила в колледж, и надеялась провести год с единственной сестрой. Несмотря на разницу в возрасте, Симона и Фелиция были хорошими подругами. Так, как их отцы были братьями, девушки проводили много времени вместе. Брюнетка надеялась, что сможет немного побыть с Фелицией до того, как они станут слишком заняты, чтобы общаться, кроме как по семейным делам. Возможно, они найдут способ оставаться на связи после того, как Симона закончит колледж.
Фелиция решила вступить в одно из сообществ. Когда она обратилась за советом к Симоне – та посоветовала ей сообщество Сары. Девушка так и поступила, после чего начался ритуал «принятия».
Каждый день она возвращалась домой настолько поздно и была настолько уставшей, что еле добиралась до кровати. Но, в последнюю ночь она домой не пришла.
Вернувшись в четыре часа утра, после поисков сестры, Симона обнаружила Фелицию в их комнате, спящую на её кровати. Девушка была пьяна до чертиков. Симона разочарованно покачала головой. Она надеялась, что утром Фелиции будет настолько плохо, что желание пить всякую гадость отпадёт навсегда. Брюнетка чувствовала, как злость на Сару растёт внутри неё. Как она могла допустить что-либо подобное?
Спустя месяц, Фелиция вбежала в комнату, вся в слезах. Симона попыталась успокоить девушку, и узнать, что произошло.
- Я беременна. – Прошептала Фелиция сквозь слёзы. – Симми, я ведь не была ни с кем. Как я могу быть беременной? Ты представляешь, что сделает со мной отец, когда узнает?
Симона закусила губу, чтобы не выругаться. Когда же ей удалось вернуть над собой контроль, она тихо спросила:
- Лиш, что ты помнишь о неделе, проведённой в сообществе?
Фелиция мысленно вернулась к событиям прошлого месяца:
- Я никогда раньше так сильно не уставала, и никогда не думала, что так много вещей можно вычистить зубной щеткой.
- Как насчет последней ночи? Когда ты пришла пьяной.
- Я помню, как пила пунш, помню, что было много парней из студенческих братств. Некоторые танцевали… Один их них предложил мне сэндвич, и больше я ничего не помню.
- Ты помнишь этого парня?
Фелиция покачала головой:
- Вероятно, я бы узнала его, если бы увидела… наверное. Я была не в себе. Почему?
- Что следующее ты помнишь?
- Помню, как проснулась утром, с жуткой головной болью.
Симона вздохнула, и чуть сильнее обняла сестру:
- Лиш, тебе что-то подмешали. – Брюнетка заколебалась, когда девушка вздрогнула в её объятьях. – Я думаю, тебя изнасиловали.
Фелиция напряглась, после чего обмякла:
- Господи, Симми, что же мне делать? Отец убьет меня!
- Позволь мне побеспокоиться об этом. Мы придумаем что-нибудь вместе.
Спустя месяц Фелиция была мертва. Передозировка алкоголем и барбитуратами после аборта, о чём Симона узнала постфактум.
Злость на Сару переросла в ярость, и четко закрепилась в сердце Симоны. А Сара быстро научилась давать сдачи, защищая себя.
Брюнетка вернулась к реальности, услышав, как Сара тихо возится на кухне. Гнев внутри неё рос в геометрической прогрессии, и до того, как он смог бы проявиться физически, Симона схватила куртку и вышла в холодную, снежную ночь.
Сара смотрела ей вслед. Она понимала, что лучше не останавливать девушку, иначе всё может закончиться плачевно. Она помнила моменты, когда брюнетка была близка к физическому воздействию, помнила напряжение в теле Симоны.
Теперь же она пыталась понять, что из их личной драмы вспомнила девушка. Блондинка мысленно вернулась к последней ссоре, которая в общем итоге привела их туда, где они находятся сейчас.
В последний год обучения, Сара перешла в другой колледж. Не участвуя в ежедневных спорах, девушка отдалась учебе. После того, как Сара закончила колледж с отличием, отец предложил ей пожить год в Европе, после чего вернуться, и занять своё место в Уэйнрайт Индастрис.
Итак, Сара приняла его предложение, решив сначала посмотреть мир, а потом уж начать взрослую жизнь.
Каково же было её удивление, когда, в первый же рабочий день, она столкнулась с Симоной Марконе…в прямом смысле этого слова. Она выходила из кабинета отца, что-то радостно говоря ему вслед, и столкнулась с человеком, выходящим из-за угла с горячей чашкой кофе. Сара собиралась извиниться, но застыла, когда узнала голос девушки, ругающейся себе под нос.
- Симона??
Брюнетка тряхнула головой, не веря своим ушам. Когда голубые глаза, наконец, встретились с зелёными, Сара увидела лишь холод и пустоту. Не сказав ни слова, Симона обошла девушку, и направилась к офису дальше по коридору. Как только она исчезла из вида, Сара повернулась к отцу, стоящему у двери офиса:
- Вы знакомы? – Спросил он.
Блондинка медленно кивнула:
- Были, когда-то. – Ответила она, не собираясь добавлять чего-либо ещё.
Билли некоторое время смотрел на дочь, пытаясь понять, какие чувства обуревали её сейчас, но лицо девушки оставалось беспристрастным. Наконец, он кивнул:
- Хорошо. Думаю, вы станете отличной командой. Я дам тебе несколько дней на отдых и обустройство, а потом введу в курс дела. Тебе здесь понравится, дорогая. Я рад, что ты дома.
- Я тоже. Спасибо, отец.
Уэйнрайт сдержал слово, и девушкам пришлось работать над проектами вместе. Сначала, они пытались держать дистанцию, общаясь через помощников и подчинённых. Но, когда приходилось обращаться лично – всё заканчивалось скандалом.
Так продолжалось больше года. Каждая последующая ссора становилась немного более пылкой, немного более опасной. Тем не менее, споры никогда не имели личный характер – девушки фокусировали свой гнев на тех аспектах работы, которые ещё больше усиливали их противостояние.
Но, однажды ночью, всё изменилось.
В здании не осталось никого, кроме Сары и Симоны. Просматривая бюджет, блондинка заметила несколько незапланированных расходов на проекты, над которыми работала Симона. Вне себя от злости, Сара ворвалась в кабинет брюнетки:
- Да в чём, чёрт возьми, твоя проблема?? Неужели так сложно закончить проект в рамках бюджета??
- Тебя не учили стучать, скряга? Дверь была закрыта не просто так. Уйди.
- А это вряд ли! Мне чертовски надоело проходить через одно и то же каждый раз, когда приходится работать с тобой Никто из остальных…
- Мне плевать на остальных. – Прорычала Симона оперевшись на стол. – Я делаю свою работу – Билл платит мне. Смирись с этим!
- Да кем ты себя возомнила??
- Я прекрасно знаю, кем являюсь. А ты?
- Что за… Почему бы тебе просто не повзрослеть?
Взгляд Симоны похолодел, а челюсти сжались почти до боли:
- Я повзрослела в тот самый миг, когда моя сестра покончила с собой, после изнасилования и аборта. И всё потому, что я посоветовала ей твоё сообщество. – Глаза девушки наполняли слёзы, но она не позволила себе проронить ни одну. – Твоей вины в этом не меньше, чем моей.
Глаза Сары расширились, когда она поняла, о чём говорит Симона:
- Фелиция Марконе была твоей сестрой. О Боже… Я не знала… Симона, поверь, это не моя вина. Я бы никогда не…
- Знаешь, что самое ужасное во всём этом? То, что я могла бы полюбить тебя, Сара. Я любила тебя.
Не сказав больше ни слова, брюнетка взяла свою сумочку и отошла к двери:
- Я не могу так больше. Заявление занесу завтра.
Сара схватила девушку за руку, но заколебалась, увидев отвращение в глазах Симоны.
- Перестань. – Резко скомандовала брюнетка.
Сара ослабила захват, но не выпустила руку Симоны. Её собственная злость рвалась наружу:
- Это ты престань! – Гневно ответила она. – Я не дам тебе так просто уйти! Кто дал тебе право обвинять меня в чём-то подобном, не давая возможности защитить себя? Думаешь, что можешь сделать подобное заявление, и просто уйти?
Симона высвободила руку не слишком ласково, но, всё же, пытаясь не причинить вреда:
- Прощай, Сара.
События той ночи показали Саре, насколько всё плачевно между ней и Симоной.
Следующие несколько дней брюнетка успешно её игнорировала, а спустя неделю – девушки проснулись в неизвестном месте, вдали от цивилизации.
Блондинка вернулась к реальности, когда дверь со скрипом открылась, впуская внутрь покрытую снегом и продрогшую Симону.
Сара попыталась помочь, но девушка её остановила:
- Оставь. Меня. В покое.
- Нет, Симона… не в этот раз. Никогда больше.
- Чёрт, скряга…
Сара обхватила руками замёрзшее лицо брюнетки:
- Нет, Симона…хватит. Меня зовут Сара, и пришло время уладить наши проблемы.
Симона даже не пошевелилась, но блондинка поняла, что она сдаётся.
Осторожно, она сняла с Симоны оледенелую верхнюю одежду, и подтолкнула девушку к кровати:
- Ложись. Я принесу одеяло и сделаю чай. А потом, мы с тобой поговорим.
Симона закрыла глаза и отвернулась от блондинки, желая, чтобы всё просто исчезло.
Закусив губу, Сара укрыла девушку одеялом и пошла на кухню. Ей и самой не помешала бы чашка чая.
Свист чайника вывел Симону из состояния полудрёмы. Девушка медленно открыла глаза. Она думала о том, что же такого ужасного могла натворить в прошлой жизни, чтобы получить такую «чудесную» теперешнюю, когда почувствовала, как Сара присела на край кровати:
- Тебе, вероятно, придётся сесть, чтобы выпить это. Я добавила в чай немного молока, но если тебе нужно что-либо ещё…
Симона перевернула на спину, и медленно привстав, взяла чашку у блондинки… или, скорее попыталась взять – руки всё ещё не слушались:
- Извини. – Пробормотала она.
Сара поднялась, отставила чашки в сторону, и посмотрела на камин:
- Ты доверишься мне?
Брюнетка продолжительное время смотрела на девушку, но в итоге кивнула.
Стащив матрас с верхней кровати, придвинув его к камину настолько близко, насколько это было возможным и накрыв его одеялом, Сара позвала Симону.
Понимание того, что возле огня будет теплее, заставило брюнетку повиноваться. Дрожа, на непослушных ногах, она подошла к камину, и с облегчением вновь скользнула под одеяло.
Сара взяла чай, и указала на свободную сторону матраса:
- Ты не возражаешь?
- Нет. – Прохрипела Симона. – Спасибо.
- Ты готова к разговору?
- Если я скажу нет – ты отстанешь?
- Симона, мы должны…
- Почему, скряга? Почему ты должны делать что-либо? Мы давно уже двинулись дальше, живём другими, разными жизнями. Всё, что нам нужно – пробыть здесь до весны. – Голос Симоны был уставшим, но в нём отчетливо слышалась грусть и сожаление. – Мы с тобой никогда не ладили. То, что случилось с Фелицией, лишь подтолкнуло меня к краю, и нет пути назад.
На несколько мгновений в хижине воцарилась тишина. После чего, медленно поднявшись, и поставив чашку на пол, Сара нависла над Симоной, гневно щуря глаза:
- Прежде всего… меня зовут Сара, не скряга. Если тебя изводит склероз – я могу вытатуировать своё имя на твоём лбу! Во-вторых – как ты смеешь?? Не много ли ты на себя берёшь?? Кто дал тебе право принимать решения, которые влияют на нас обеих, даже не поговорив со мной??
Страсти накалились, что придало Симоне сил. Она поднялась, встав лицом к лицу с блондинкой:
- Как я смею?? – Глаза девушки светились от злости. – Не я ли пыталась выдать себя за кого-то другого в колледже! Сара Кэррингтон?? Кто, черт возьми, такая Сара Кэррингтон? И не я ли вернулась домой работать на своего Папочку!!
- Нееет, конечно же нет! Ты убежала от своей «Семьи», не так ли?? – В голосе Сары слышалась насмешка. – Организованная преступность слишком грязная компания для тебя? Вот почему ты попыталась заняться чем-то законным?
- Не смей…!!
- О как! Любишь пинаться, но не любишь, когда пинают в ответ? Повзрослей, Симона! Не можешь угнаться за лидерами – глотай пыль на обочине!
Неожиданно Симона громко рассмеялась:
- Ты считаешь себя лидером? – Брюнетка плюхнулась обратно на матрас в приступе хохота. – Ну, тогда ты, скорее Королева Стерв.
С диким воплем, Сара бросилась на Симону. Брюнетка поймала её, и, перевернув, оказалась сверху, всматриваясь в зелёные глаза, мгновенно потемневшие от столь пристального взгляда. Дыхание девушек стало прерывистым, обе замерли. Спустя мгновенье Сара оттолкнула Симону, и вскочила с матраса:
- Ненавижу тебя, Симона Марконе. – Сказала она, решительно отвернувшись от брюнетки. – Не понимаю, зачем я вообще пытаюсь – тебе плевать. – Сара подошла к окну, всматриваясь в белую темноту. – Хорошо, будь по-твоему. Просто подождём до весны, так?
Симона вздрогнула. Слова, сказанные Сарой, болью прошлись по всему телу, отозвавшись эхом в сердце. Она чувствовала, как темнота окутывает её, вызывая невообразимый холод, несравнимый даже с самой лютой зимой.
Молчание было настолько угнетающим, что Симона почти физически чувствовала его натиск. В течение семи дней Сара не проронила ни слова. Она вела себя так, будто брюнетки не существовало, что просто сводило Симону с ума. Днём Сара всё так же уходила на охоту, или рубила дрова, а в свободное время писала в дневнике, или просто читала.
Симона, в свою очередь, занималась приготовлением еды, или поиском какой-нибудь работы по хозяйству, чтобы хоть как-то скоротать время, пока Сары не было. Когда же обе девушки находились в хижине, брюнетка рисовала. С каждым днём, её рисунок всё больше напоминал девушку, которую она оттолкнула.
Симона жутко злилась, но на этот раз - на себя. Девушка никак не могла понять – она, наконец-то, добилась того, чего хотела. Теперь Сара ненавидит её так же сильно. Но почему же всё, что она чувствует – злость на саму себя? Так ведь не должно быть… или должно?
Утром восьмого дня, подождав пока Сара уйдёт на охоту, она вышла из хижины и направилась в противоположную сторону. Девушка не сомневалась в том, что Сара не станет стрелять в неё преднамеренно, но несчастные случаи тоже случаются.
Брюнетка подошла к склону горы. Она нашла это место во время первой прогулки, и с тех пор часто возвращалась, чтобы уединиться, или просто на некоторое время забыть о навалившихся проблемах. Единственное, что могло помешать – снежная буря, которой в ближайшее время не предвиделось. Поблагодарив погоду за чистое синее небо, девушка начала карабкаться вверх по склону.
Добравшись до вершины, Симона не смогла сдержать улыбку. Внизу, на десятки миль вперёд, простирались горы и долины. Пейзаж был завораживающим и в то же время успокаивал. Девушка часами любовалась видом. И только когда солнце начинало опускаться за горизонт - возвращалась в хижину.
Живот Симоны заурчал, давая понять, что пора бы и пообедать. Девушка вздохнула, вспомнив о том, что кто-то должен поддерживать огонь в хижине, но так и не смогла заставить себя уйти.
Вернулась она только тогда, когда начало смеркаться, отметив, что огонь всё ещё горит, а Сара что-то записывает в дневник. В воздухе витал запах тушеного мяса, на что сразу же отреагировал желудок брюнетки:
- Пахнет вкусно.
Сара не ответила – даже не подала виду, что заметила присутствие девушки.
Симона сняла куртку, и повесила её у двери. Затем, пройдя на кухню, и насыпав миску ароматного жаркого, спросила:
- Будешь ужинать?
Ответа опять не последовало. Вздохнув, брюнетка поставила свою тарелку на стол, и, подойдя к Саре, выхватила блокнот из её рук:
- Что за… Отдай, хамка!
- Нет.
- Черт возьми, Симона! Отдай блокнот, и оставь меня в покое! Ты же этого хотела?
- Нет, ты хотела поговорить.
- Хотела, а ты нет. Я учла твоё желание. А теперь отдай блокнот, и отстань в конце концов.
- Нет, я не могу так больше.
- Ты сделала свой выбор, теперь живи с ним. – Сара вырвала тетрадь из рук Симоны, и, вскарабкавшись на верхнюю койку, повернулась к девушке спиной.
Плечи брюнетки опустились в поражении. Но она дала Саре уйти, потому что та была права. Это она, Симона, виновата в том, что случилось, и ей всё исправлять.
- Мне было двенадцать, когда я переехала к Сэлу и Кармене. – Тихо сказала Симона, после нескольких часов тишины. – Родители погибли в авиакатастрофе, а Сэл и Кармена взяли надо мной опеку.
Брюнетка услышала шорох с верхней койки, и надеялась, что Сара не спит, а главное - слушает. Она решила, что единственный способ наладить отношения – говорить с блондинкой до тех пор, пока та сама не захочет слушать и говорить. Так или иначе, более гениальной мысли в голову не пришло, потому Симона сделала глубокий вдох и продолжила:
- Я была в ужасе. Никогда раньше я не оставалась без родителей надолго, но уже была достаточно взрослой, чтобы понять, что на этот раз – навсегда. – Симона грустно улыбнулась. – Кармена сразу же взяла меня под своё крыло. Она непрерывно следила, чтобы мальчики меня не дразнили. – Брюнетка хихикнула и замерла в ожидании.
Спустя некоторое время, любопытство Сары всё же взяло верх:
- Ну и?
Симона улыбнулась:
- На самом деле Кармена сделала ещё хуже. Она заставила мальчиков вместе со мной брать уроки танцев и этикета. Сначала они винили во всём меня. Думали, что это моя идея – заниматься всякими девчачьими «штучками» вместе. Но потом поняли, что таким образом Кармена пыталась приструнить их, используя меня ...единственную девочку в семье… как оправдание. Правда, выглядели эти уроки достаточно комично. Ни у кого из нас не было желания заниматься подобной ерундой, но Кармена была безумно счастлива.
- У тебя много братьев? – Спросила Сара после очередного продолжительного молчания.
- В общей сложности? Да, у Сэла было пятеро братьев и одна сестра. У каждого брата - от трёх до пяти сыновей. У Сэла – пятеро.
- Сложно было? Я говорю о том, что ты была единственным ребёнком, и вдруг стала одной из шести.
Симона задумалась на минуту:
- Не так, как ты думаешь. Я ужасно скучала по родителям – и до сих пор скучаю. Но у меня было собственное пространство, и ребята давали мне побыть одной, когда я в этом нуждалась. Всё же у меня были свои телохранители - нравилось мне это, или нет. – В последних словах девушки явно чувствовалось недовольство.
Сара хихикнула:
- Сложно было на свидания бегать, а?
- Ты себе даже не представляешь. – Симона фыркнула. – Мне пришлось стать книжным червём. Никто не трогал меня, и ребятам не приводилось случая играть в защитников. Я знаю, что Сэл просил их приглядывать за мной, но иногда мальчики перегибали палку.
- Потому ты спряталась под скорлупой?
- Пусть так. Зато мои братья не колотили парней за то, что те слишком долго на меня смотрели.
- А что на счёт девушек? – Прямо спросила Сара. – Только не говори, что девушки тебя не замечали.
- Не знаю… В то время, я пытала быть никем не замеченной. И не обращала внимания ни на что кроме занятий. Так было проще.
На этот раз фыркнула блондинка:
- Бьюсь об заклад! – Сара отвернулась, надеясь закончить разговор до того, как Симона начнёт задавать вопросы, на которые она вряд ли готова отвечать. Несмотря на попытку брюнетки завязать разговор, девушка всё ещё была зла и обижена. – Спокойной ночи, хамка. – Сара уверенно закрыла глаза, пытаясь выкинуть из сознания разочарованный вздох Симоны. Но тут же удивлённо открыла, услышав ответ:
- Спокойной ночи, Сара.
Следующим утром температура в хижине заметно упала. Симону трясло настолько, что дрова, которые она несла к камину, выскользнули из рук и покатились на пол. Грохот поленьев заставил Сару подскочить на кровати. Девушка проследила сонным недовольным взглядом за Симоной, но тут же поняла, что замерзает:
- Что тут, чёрт возьми, происходит? – Блондинка слезла с кровати, вздрогнув от прикосновения к холодному полу, и подошла к камину. – Ты в порядке?
- Д..да… п..просто руки з..замёрзли. П..прости… я н..не хотела тебя р..разбудить.
- Давай, я помогу. – Сара вздрогнула. – Чёрт, почему так холодно?
- Н..не знаю. – Брюнетка сжала челюсти, пытаясь не стучать зубами от холода.
Девушки собрали дрова и бросили их в камин. С невероятными усилиями Симоне всё же удалось разжечь пламя. Сара принесла одеяла, и, обернув их вокруг себя и Симоны, села настолько близко к огню, насколько это было возможным.
Несколько минут девушки сидели молча, не в состоянии проронить ни звука, пытаясь не стучать зубами. Медленно, очень медленно комната начала наполняться теплом. Симоне удалось, наконец, разжать замерзшие пальцы. Она поднялась, и, всё ещё завёрнутая в одеяло, направилась к кухне.
- Не п..понимаю. – Пробормотала девушка, засовывая полено в ещё тёплую печь. – Вчера я р..разжигала огонь точно так же, к..как и всегда.
- Обратная тяга{1}. – Ответила Сара сквозь сжатые зубы.*
Симона поставила чайник, и, вернувшись к камину, молча села напротив блондинки. Она не знала, что говорить после вчерашней беседы.
Когда чайник закипел, брюнетка вернулась на кухню, а Сара убрала одеяла. И с этого момента день стал таким же обычным, как и остальные…
…не считая того, что как только чай был допит, обе девушки без слов оделись, и пошли заготавливать дрова.
К обеду они добились неплохого результата и небольшой перерыв был как раз кстати. Пообедав, девушки вновь вернулись к работе, по прежнему, не сказав друг другу ни слова. Да и не нужны были слова – каждая отлично знала свою часть работы.
- Я нашла кое-что вчера, после того, как ты ушла. – Сказала Сара, возвращаясь в хижину. Позвав Симону за собой, она указала на дверь, ведущую в подвал. – Не понимаю, как мы раньше этого не заметили.
Спустившись вниз, блондинка подошла к одному из тёмных уголков, и прижалась к стене. Стена слегка сдвинулась, открывая проход к небольшой каморке. Некоторое время Симона вопросительно смотрела на Сару, но в итоге сообразив, что в темноте её выражения лица не видно, спросила:
- Ну и что это?
Блондинка пожала плечами, о чём Симона догадалась исключительно из-за близости их тел:
- Понятия не имею. Я не собиралась заходить туда одна.
- Хорошая девочка. – Едва слышно пробормотала брюнетка.
Сара открыла было рот, чтобы съязвить в ответ, но передумала, заметив нотки заботы в голосе Симоны. Что бы это значило? Девушка решила отложить подобные мысли на потом. Она ведь всё ещё злится на Симону, не так ли?
Голос брюнетки вернул Сару к реальности:
- Хочешь посмотреть что там?
Сара покачала головой:
- Хмм… Нет, не сейчас.
- Ладно. – Кивнула Симона, заметив волнение блондинки. Она взяла девушку за руку, и не на шутку удивилась, что та не отдёрнула руку. Хотя, и приняла её без особого энтузиазма. – Пойдём, нужно приготовить ужин.
- Нет, не сегодня, хамка. Обойдёмся бутербродами. – Ответила Сара, выходя из подвала. – Если ты устала так же, как и я…
Симона кивнула:
- Согласна, я лучше поваляюсь в ванне и немного расслаблюсь.
- Хорошо, тогда я пока отдохну на диване.
Снова наступила тишина, но на этот раз, напряжение между девушками слегка спало. Совсем немного, но для начала…
- Почему «скряга»? – спросила блондинка той же ночью, когда обе девушки плотно укрывшись одеялами, лежали на кроватях. Сара не смогла скрыть обиды в голосе - слишком неприятным для неё было прозвище. – Я не жадная, и тем более не эгоистичная!
- Я хотела подколоть тебя. – Ответила Симона, на секунду задумавшись. – Ты называла меня неуравновешенной, и я вернула тебе услугу.
- Но ты и есть неуравновешенная, точнее… была. Ты выходила из себя по любому поводу. Вечно выступала против чего-то, вне зависимости от того, была на это причина, или нет.
- Не правда. Я занималась волонтёрской работой, но в этом и заключалась моя университетская деятельность. – Симона пожала плечами.
Сара не могла увидеть этого в темноте, но заметила, что тон брюнетки изменился:
- Чем, собственно, я продолжаю заниматься и сейчас.
- О… мне казалось…
- Казалось что? – Симона начала нервничать.
Блондинка вздохнула:
- Не важно. Очевидно, я ошибалась. Кроме того, я знала, что прозвище злило тебя, и ты защищалась ещё более рьяно. Наши споры стали намного интереснее после того, как я прозвала тебя «хамкой». Было весело, пока всё не зашло слишком далеко.
- Значит, ты дразнила меня намеренно?!
- А как же! Как и ты меня. В этом и была изюминка наших с тобой отношений.
Симона не ответила. Она понимала, что Сара права.
Когда молчание стало неловким, блондинка откашлялась:
- Симона, почему ты винишь меня в том, что случилось с Фелицией? Я бы никогда не допустила ничего подобного, если бы знала, что происходит.
- Да неужели?? Ты была президентом сообщества! Не в твоих ли обязанностях знать, что происходит?!
Сара села:
- Ты не можешь так поступить, Симона! Ты не можешь взвалить всю вину на меня!
- Почему нет? Почему, черт возьми, нет??
- Фелиция была взрослой девушкой, достаточно взрослой для того, чтобы вступить в женское сообщество. Я не говорю, что она сама виновата в случившемся. – Продолжила Сара, опережая протест брюнетки. – Если бы я знала о том, что произошло – я бы сделала что-то… всё, чтобы правосудие свершилось. Но Симона… в этом нет моей вины, как и твоей. – блондинка глубоко вздохнула. – То, что случилось с Фелицией – трагедия, но в ответе за неё только тот, кто совершил этот зверский поступок.
- Часть ответственности всё равно лежит на тебе. Ты была президентом сообщества, ты должна была знать.
- Ты права. Должна была, но не знала. Всё, что мне остаётся – жить с чувством вины за то, что случилось с дорогим тебе человеком. Мне очень жаль. Если бы можно было всё исправить – я бы сделала всё возможное.
В хижине воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Симоны. Но, не смотря на всё, обстановка стала менее напряженной. Крошечные шаги, но как-никак прогресс. Вопрос только…в какую сторону?
Следующие три дня оказались ясными, потому девушки провели их, в основном, на улице. Сара занималась охотой, намереваясь достать столько мяса, сколько было возможно. Симона, в свою очередь, вернулась к поленнице. От количества дров напрямую зависело выживание девушек. Но хватит ли их до тех пор, пока вернётся Сэл - брюнетка сомневалась. Она лишь надеялась на то, что погода не испортится, добавив уйму проблем в и так не лёгкую ситуацию. Да и поддерживать перемирье было не сложно. Днём девушки находились слишком далеко друг от друга, а ночью – обе были настолько уставшими, что сделать большее, нежели просто упасть на кровать и проспать до утра – не представлялось возможным.
Тем не менее, погода не могла благоволить вечно, и утром четвертого дня девушки проснулись от завывания ветра за окном и набирающей обороты вьюги.
Симона медленно сползла с кровати. Вследствие постоянных нагрузок, тело просто отказывалось слушаться. Пересилив себя, девушка направилась на кухню готовить завтрак. Сара, похоже, чувствовала себя не лучше.
Позавтракав и приняв душ, девушки заняли места на противоположных краях дивана, впитывая всё возможное тепло от камина. Блондинка достала блокнот и начала записывать в него свои мысли. Спустя некоторое время, случайно обернувшись, Сара заметила травмы на руках Симоны. Интересно, что случилось, пока она была на охоте? Сара подозревала, что брюнетка не придёт в восторг от её любопытства, и, учитывая их хрупкое перемирие, решила не накалять ситуацию.
Симона заметила на себе взгляд, но не собиралась делиться своими проблемами. А конкретно тем, что от тяжелой работы её руки распухли и перестали слушаться. Ежедневный адский труд лишь усугублял ситуацию. Дошло до того, что девушка просто не могла взять в руки карандаш. Именно это расстраивало Симону больше всего. Искусство стало для неё отдушиной в столь неприглядном положении. Потому брюнетка лишь закрыла глаза, в надежде, что Сара окажется достаточно умной для того, чтобы не лезть не в своё дело.
Медленно погружаясь в сон, Симона почувствовала, как кто-то лёгкими прикосновениями пальцев изучает её руки. Девушка неохотно открыла глаза.
Сара не сказала ни слова. Незачем было нарушать хрупкий баланс между ними. Вместо этого, она поднялась со своего места, и села на пол рядом с Симоной. Обработав раны, и перевязав руки, девушка снова заняла своё место на противоположном краю дивана:
- Спасибо, Сара. – Сказала Симона, закрывая глаза.
Блондинка отмерила её долгим взглядом, и вновь вернулась к своим записям.
- Ты знаешь, что День Благодарения, на следующей неделе? – Спросила Симона некоторое время спустя. Девушка уснула после перевязки, и, едва проснувшись, сразу же принялась рассматривать руки. Что бы Сара с ними не делала – эффект был просто потрясающим. Руки всё ещё плохо слушались, но болели намного меньше:
- Тебе лучше?
- Да, спасибо.
- Говоришь, День Благодарения?
- Ага. Честно говоря, сама не знаю, почему вспомнила о нём. Я просто задумалась о том, сколько мы тут уже пробыли, и сколько ещё пробудем.
- Думаю, мы пробыли здесь меньше половины оставшегося времени, - прокомментировала Сара, - но всё же, больше, нежели в начале. Итак, - продолжила блондинка, пытаясь избежать более детального обсуждения данного вопроса, - мы будем праздновать?
Симона пожала плечами:
- А нужно ли? Не уверена, что у нас есть повод для благодарности, учитывая наше положение.
- Думаю, всё могло быть хуже, но что касается Дня Благодарения – меня устроит любой вариант. В моей семье этот праздник не особо был в почете. Наверное, с тех пор, как развелись родители.
- Дай угадаю… отец свёл твою мать с ума.
Сара рассмеялась:
- Как ты догадалась?
- Я же работала с ним. – Сухо ответила брюнетка. – Он отличный бизнесмен, но его навыки общения оставляют желать лучшего.
- Забавно, моя мать говорила так же.
- Какая она, твоя мама? – Спросила Симона несколько минут спустя. Девушка не знала, зачем спросила об этом, кроме того, что, как ей показалось, Сара захочет рассказать. Хотя, с чего ей вдруг переживать о том, что Сара захочет, или не захочет рассказывать? На этот вопрос Симона ещё не была готова ответить.
Сара настороженно посмотрела на брюнетку, пытаясь понять, что скрывается за этим вопросом. Но глаза Симоны не выражали ничего, кроме неподдельного интереса:
- Тебе бы она понравилась. Она честная, искренняя и отличный собеседник.
- Похожа на Кармену. Думаю, они бы поладили.
- Возможно. Даже бабушка ладила с мамой лучше, чем с Биллом, несмотря на то, что он был её сыном. Иногда мне кажется, что мама вышла за него не столько из-за чувств, сколько потому, что относилась к бабушке как к родной маме.
- Думаешь, они с Биллом любили друг друга?
Блондинка задумалась:
- Думаю, они до сих пор любят друг друга, в какой-то мере. Я только не уверена, что они когда-либо были влюблены, если ты понимаешь, о чем я. По крайней мере, в моём понимании влюблённости. Иногда я даже задаюсь вопросом: не была ли страсть противостояния единственной страстью в их отношениях.
После этой фразы наступило неловкое молчание. Обе подумали об одном и том же: как у нас? Девушки посмотрели друг на друга и быстро отвели взгляд. Симона откашлялась и поднялась с дивана:
- Думаю, стоит исследовать каморку, которую ты нашла. Пойдёшь со мной?
- Да, но нам понадобится какой-нибудь фонарик.
Брюнетка достала керосиновую лампу:
- Отлично. – Прокомментировала Сара, пряча блокнот с карандашом под подушку.
- Всё это сводит меня с ума. – Призналась Эдрианн во время лэнча с Карменой, за несколько дней до Дня Благодарения. – Раньше, я всегда знала, где находится Сара. Ты уверена...?
- О да, Сэл не допустит, чтобы что-либо случилось с Симоной, как в память о сестре, так и ради себя самого. Она для меня как родная дочь. Потому, если что-нибудь случится, не думаю, что Сэлу понравится моя реакция. – Кармена усмехнулась. – В любом случае, он знает, на что способен, и когда нужно остановиться.
Энрианн фыркнула:
- Да уж, не представляю, о чем думал Билл, когда затевал всё это. Не смотря на то, что происходило между Сарой и Симоной, ему стоило подумать, перед тем, как вмешиваться. Ради всего святого, они же взрослые женщины. О чем он вообще думал?
- А ты спрашивала у него?
- Что?
- Ты у него спрашивала? Ну же, милая, как долго вы были женаты?
- Слишком долго. – Ответила Эдрианн со вздохом. – Нам было хорошо в постели, но всё остальное мы испортили. Общение никогда не было нашей сильной стороной.
- Надеюсь, наши дети выяснят отношения как можно быстрее. Секс – хороший помощник, но если девочки не смогут нормально общаться – их уединение продлится ещё очень долго.
- Я лишь хочу, чтобы они разобрались во всём.
Кармена кивнула:
- Согласна. Было бы не плохо, если бы они нашли припасы, оставленные Сэлом.
- Припасы?
- О да. На носу праздники. Не мог же мой муж оставить девочек без чего-то, чем можно отметить.
- Вот уж старый добряк.
Кармена подмигнула:
- Но я тебе этого не говорила.
- Твой секрет умрёт вместе со мной.
В это время подали десерт, и женщины переключили своё внимание на другие темы.
Когда девушки спустились в подвал, стена, скрывающая проход в каморку, всё ещё была слегка сдвинута. Симона отдала Саре лампу, и двинулась в темноту:
- Стой, - скомандовала Сара, - мы зайдём вместе.
- Как скажешь, только кто-то должен держать лампу, а кто-то – открывать проход. Мне кажется, я лучше подхожу для этого. – Ответила брюнетка, налегая всем телом на стену.
Сузив глаза, Сара поставила фонарь на пол:
- Ты сомневаешься в моём росте, или в моей силе? Потому, что я уверяю тебя…
- Эй, - Симона смягчилась, – я ни в чём не сомневаюсь. Только потому, что ты комплексуешь из-за своих размеров….
Приглушенное рычание – всё, что успела услышать брюнетка до того, как Сара набросилась на неё. Симона не успела среагировать, и они обе повалились на стену. Под весом тел, стена сдвинулась, и девушки оказались на полу:
- Ай! Какого черта?? Слезь с меня! – Крикнула брюнетка, сталкивая с себя Сару.
- Будто мне это нравится. – Проворчала блондинка, но, тем не менее, не спешила слезать. Вместо этого она осмотрелась по сторонам, вглядываясь в темноту, и только потом поднялась на ноги. – Ничего себе.
Поднявшись вслед за Сарой, Симона взяла лампу. Теперь девушки могли нормально осмотреть небольшое помещение. С одной стороны, на полках, стояли несколько коробок с красочными рисунками, моток гирлянд, пара рулонов упаковочной бумаги и маленькая искусственная ёлка.
В другой стороне находился небольшой тайник с продуктами. Сверху лежали две записки. Одну Симона оставила себе, вторую – отдала Саре:
- Моя от отца. – Призналась блондинка, открыв записку. – Твоя от Сэла?
Кивнув, брюнетка поднесла лампу к записке, и начала читать:
- Невероятно. – Симона покачала головой
- И не говори. – Сара читала свою записку:
Моя дорогая Сара.
Я даже не знаю, что написать. Я никогда не думал, что моё вмешательство в твои с Симоной отношения, окажется настолько неудачным. Поверь, я всего лишь хотел, чтобы ты была счастлива. Теперь же, я никак не могу помочь тебе в этом, и понимаю, что, наверное, никогда не мог.
Как бы то ни было, я не могу не согласиться, что радикальные меры необходимы, дабы ситуация между вами прояснилась. Потому я не намерен мешать Сэлу Амичи в попытке сделать всё правильно.
Ты спросишь, почему я не положил всему конец до того, как всё зашло слишком далеко? Правда в том, что вам с Симоной нужно ещё многое обсудить до того, как вы найдёте счастье и покой, которые заслуживаете. Когда всё закончится – вы можете больше никогда не встречаться. Но только если сами так решите. Это ваш выбор – твой и Симоны.
Мы решили, что вы не должны лишаться возможности отметить праздники. Потому, Сэл оставил здесь украшения, а твоя мама с Карменой - продукты. По моей просьбе, Сэл купил подарок для Симоны, если ты захочешь что-нибудь ей подарить. Он находится в коробке с твоим именем. Ты сама вправе решать, что с ним делать, Но если вы, всё же, найдёте общий язык – подарок лишним не будет.
Твоя мать, наверное, никогда не простит мне того, что я сделал. Но если всё сработает – оно того стоит. Не повторяй моих ошибок, Сара. Какой бы не была причина – ничего в этом мире не стоит твоего гнева. До встречи весной.
Твой любящий отец, Билли.
Несколько минут в помещении царило молчание. Каждая из девушек пыталась осмыслить только что прочтённое. Тишину прервал звук смятой бумаги. Сара резко подняла голову и встретилась глазами с Симоной, вздрогнув от яркого огня, горящего в них. Девушка откашлялась:
- Итак, что ты намерена делать?
- Кроме убийства Сэла за то, что он оставил нас в такой ситуации?
Сара кивнула:
- Не хочешь отпраздновать?
- Нет, не особо. – Честно ответила брюнетка, но увидев, как едва заметно опустились плечи Сары, добавила:
- Давай определимся ближе к праздникам. Сейчас, я просто очень…
- Очень-очень злишься?
- Да. Я устала от того, что мной манипулируют. И Сэлу хватило наглости сказать, будто всё это ради нашего блага? Прекрасно, всё будет просто прекрасно! – Произнесла Симона язвительным тоном. – Арррр!! И почему нас просто не оставили в покое. Я не была несчастной. Ты была несчастной?
- Симона, об этом мы можем подумать позже. Если всё же решим отмечать – это будет только нашим решением. Всё что мы делаем здесь – касается только нас.
- Почему это ты, вдруг, стала такой спокойной? Что написал тебе твой старик? – Брюнетка потянулась к записке, которую Сара всё ещё держала в руках.
Блондинка убрала руку:
- Неважно. Значение имеет только то, что происходит с нами сейчас.
Симона, казалось, задумалась, и Сара вопросительно на неё посмотрела:
- Что?
Брюнетка покачала головой:
- Не уверена, но, кажется, у меня есть идея. – Девушка осмотрелась ещё раз. – Сэл написал, что раньше здесь был тайник. В таком случае, рядом должна быть ещё одна комната – переговорный пункт.
- С чего это вдруг она должна здесь быть? И почему её спрятали? Если сюда приезжали только члены Семьи – почему бы не сделать переговорный пункт в основной комнате, чтобы в случае чего, быстро к нему добраться?
Симона улыбнулась:
- Одна из вещей, которая сделала мою Семью успешной – паранойя во всём.
- Это многое объясняет. – Пробормотала блондинка. Бровь Симоны медленно поползла вверх, что заставило Сару неловко откашляться - Ещё как объясняет. Так где, говоришь, эта комната?
- Если она существует? Где-то здесь. Подвал занимает лишь половину пространства под домом.
- То есть сейчас ты собираешься обыскать вторую половину? – Девушки одновременно обречённо вздохнули до того, как брюнетка успела ответить:
- Наверное, это значит - нет. – Сказала Сара с усмешкой. – Пойдём, нужно что-нибудь съесть. Если тут и есть радиорубка – до завтра она никуда не убежит.
Улыбнувшись, Симона подняла лампу:
- Хорошая идея, всегда есть завтра. Кроме того, я не верю, что найти её будет просто, но попытаться нужно.
- Я знаю, я тоже так думаю. А теперь пойдём. – Сара слегка подтолкнула брюнетку к выходу.
Девушки вместе, не оглядываясь, вышли из подвала.
На следующий день буря только усилилась, потому, было решено сразу заняться поисками радиорубки. Для начала, Сара с Симоной забрали все припасы из каморки, а уж потом приступили к поискам.
Дюйм за дюймом, девушки осматривали стены, пока Сара, случайно задев полку, не запустила скрытый механизм. Полка накренилась, и стена за ней медленно сдвинулась. Девушки молча переглянулись. Брюнетка подняла лампу и направилась к стене:
- Постой-ка минуту, Симона. Я нашла ход. Не я ли должна войти первая? – Спросила Сара, с явным вызовом в голосе.
Брюнетка удивлённо изогнула брови:
- Не всё ли равно?
- Нет. Я хочу войти первая. – Сара, конечно же, не топала ногами, но выражение её лица было настолько капризным, что впечатление создавалось именно такое.
- Только не ной. - Симона рассмеялась, вызвав у блондинки лишь вспышку гнева и замешательства.
Выхватив лампу из рук брюнетки, Сара развернулась и зашла в помещение за стеной. Девушке пришлось закусить губу, чтобы не задохнуться от ощущения электрических разрядов, проходящих по всему телу. И только через несколько секунд блондинка поняла, что разряды, которые она ощущала, не результат их спора с Симоной, а очень даже настоящее электричество.
Симоне хватило несколько мгновений, чтобы понять, что произошло с Сарой. В несколько шагов она оказалась возле девушки, толкнув её на пол, подальше от оголённого провода. При этом лампа выпала из рук, упала на пол и разбилась.
Брюнетка с ужасом наблюдала, как керосин разлился по полу и мгновенно воспламенился. Девушка подняла с пола Сару и потащила её к выходу, при этом схватив записку, которая была прикреплена к старому оборудованию в комнате. Как только радиорубка оказалась позади, Симона опустила Сару на пол, и, найдя рычаг, закрыла комнату, дабы пламя не успело распространиться.
Стена медленно задвинулась на место, сменяя потрескивание пламени на полную тишину. И лишь тогда Симона поняла, что слышит только одно дыхание – своё.
Судорожная попытка нащупать пульс Сары – ничего.
- О, нет. – Крикнула брюнетка, ударив кулаком в грудь девушки – Нет, нет! Ни в коем случае! – Симона пыталась заставить сердце Сары снова биться. – Ты не можешь умереть, скряга! Ты не оставишь меня здесь одну! Дыши, чёрт возьми, ДЫШИ!
После резкого вдоха последовал сухой кашель. Симона держала блондинку, укачивая её в своих объятьях. Сара прижалась к девушке, со всех сил пытаясь сообразить, что же здесь произошло. Всё что она знала – Симона только что сыпала на неё проклятья, а всё тело болит так, словно после суток рабского труда.
Спустя несколько мгновений тишины, нарушаемой только дыханием девушек, блондинка осторожно попыталась сесть. Симона села вместе с ней, не выпуская девушку из объятий:
- Ты в порядке?
- Что случилось? – Голос Сары был хриплым, а слова отражались болью в груди. – Почему здесь так темно?
Симона откашлялась:
- Ты наступила на оголённый провод. Я не уверена, к чему он был подключен, да и рассматривать мне было некогда. Я была слишком занята, отталкивая тебя от него. К несчастью, лампа выпала из моих рук, и…
- Начался пожар. – Закончила блондинка.
- Ага. Пришлось закрыть дверь, чтобы огонь не распространился. Я не слышу запаха дыма, но не уверена – сработало, или нет.
- Нужно проверить.
Симона покачала головой:
- Давай, я отнесу тебя наверх, а потом спущусь и…
- Нет, Симона! Я не позволю тебе.
Брюнетка встала, подняв Сару на руки. Адреналин всё ещё бушевал в крови:
- У тебя нет выбора. – Стиснув зубы, Симона начала пробираться сквозь темноту к ступенькам подвала. – Ты, мать твою, едва не умерла у меня на руках, испугала меня до чертиков. Черта с два, я позволю тебе туда вернуться.
Дрожащей рукой, Сара дотронулась до лица брюнетки:
- Симона…
- Нет, скряга. Ты слишком о многом просишь. Я не могу смотреть, как ты умираешь.
- Но заставляешь смотреть на то, как рискуешь сама?
Выйдя из подвала, брюнетка аккуратно уложила девушку на диван:
- Сара, я понимаю, что не нравлюсь тебе, и не смею винить тебя за это. Но поверь, сейчас я защищаю наши общие интересы. Ты слаба, и вряд ли сможешь чем-нибудь мне помочь. К тому же, я не уверена смогу ли сделать то, что потребуется, если буду переживать ещё и за тебя. Меня не будет всего несколько минут, обещаю.
Ответ блондинки был настолько же неожиданным, насколько и приятным. Наклонившись вперёд, она прильнула губами к губам Симоны, запустив пальцы в тёмные волосы, и притянула брюнетку ещё ближе. Симона, застигнутая врасплох действиями Сары, буквально провалилась в поцелуй. Её руки плавно обвили талию блондинки, в итоге найдя своё место на её заднице… и рефлекторно сжали упругие мышцы, когда язык Сары коснулся полных губ девушки. Симона ответила, приоткрыв рот, и приглашая блондинку внутрь, лишь издав приглушенный стон, когда их языки впервые встретились.
Казалось, поцелуй длился целую вечность. Сара медленно отпрянула от губ брюнетки, уткнувшись лицом в шелковистые волосы, пока дыхание не нормализовалось. И только после того, как вернулся дар речи, она отодвинулась достаточно лишь для того, чтобы посмотреть в затуманенные голубые глаза:
- Неприязнь к тебе никогда не была одной из моих проблем, Симона. Иди, сделай то, что нужно, но не задерживайся, иначе я пойду за тобой.
- Хорошо. – Пообещала Симона, нежно проводя пальцами по губам блондинки.
Глаза Сары в трепете закрылись, а дыхание снова сбилось:
- Иди. - Скомандовала она хриплым, низким голосом. – Иди, пока я ещё могу тебя отпустить.
- Сейчас вернусь.
- Только попробуй задержаться. – Пробормотала Сара достаточно громко, чтобы вызвать улыбку на лице брюнетки, скрывающейся за дверью подвала, на сей раз со свечой в руках. – Будь осторожна. – Добавила блондинка, закрывая глаза, в надежде, что время пройдёт быстро.
Когда Сара снова открыла глаза, в комнате было уже темно. Она была одна. Медленно сев и поморгав глазами, девушка покрутила головой, пытаясь понять, сколько сейчас времени и где, черт возьми, носит Симону.
Оказалось, что прошло совсем немного времени с тех пор, как она отключилась. Погода за окнами окончательно ухудшилась, однако это не объясняло слишком затянувшееся отсутствие Симоны.
Сара потерла грудь рукой, морщась от боли. Что, черт возьми, с ней сделала Симона, чтобы снова вдохнуть в нее жизнь? Девушка сделала глубокий вздох и, с шумом выпустив воздух из легких, встала и медленно направилась в подвал.
Она осторожно спускалась по лестнице, когда заметила неяркое свечение, исходящее из маленькой каморки.
- Симона? – Громкая попытка позвать подругу отозвалась болью в груди, отчего Саре пришлось перейти на шепот. - Симона?! - Никакого ответа.
Стараясь по дороге не убиться, Сара довольно быстро добралась в темноте до двери и, толкнув ее, вошла в помещение.
- Симона?
Оказалось, что свет, который она увидела, на самом деле исходил из радиорубки.
Ответа снова не последовало, но, по крайней мере, на этот раз до Сары донеслись приглушенные проклятия. Девушка вошла в тускло освещенную комнату, и пусть она совсем не долго пробыла в кромешной темноте, даже этот неяркий свет ослепил ей глаза.
- Ой, черт возьми! Блин, как больно!
- Симона?
- Сара? Ты в порядке?
- Какого черта ты тут делаешь? Ты должна была спуститься сюда, убедиться, что пожара нет, а потом сразу же идти наверх! О чем ты думала? – Саре пришлось напрячь все силы, чтобы ее голос прозвучал громко и сердито.
- Я подумала, что смогу спасти хоть часть из этого оборудования. – Симона встала во весь рост.
- А как насчет твоего обещания? Ты обещала мне, что не будешь задерживаться!!! Или твои слова совсем ничего не стоят...?
- Осторожно, Сара. Не стоит говорить того, о чем потом пожалеешь. – Голос Симоны был низким, а глаза сверкали яростным огнем.
- Симона, ты напугала меня до смерти! Я подумала... я подумала что-то случилось...
Брюнетка сделала глубокий вдох.
- Сара, я вернулась, но ты так крепко спала, что даже не услышала, как я позвала тебя.
Про себя Симона решила, что девушке вовсе не обязательно знать, какого страху она натерпелась сама, когда Сара не ответила ей. Только почувствовав ее глубокое дыхание под рукой, она с облегчением вздохнула и решила вновь спуститься в подвал.
- Я прочитала записку от дяди Сэла и вернулась сюда, чтобы посмотреть, удастся ли мне что-нибудь спасти. – Когда Симона присмотрелась к Саре, огонь, горящий в ее глазах, потух,
- Эй ... Ты в порядке? – Спросила блондинка, скрестив руки на груди и вздрогнув от этого движения.
Даже при таком тусклом освещении, Симона заметила, как поморщилась девушка. Подойдя к ней, она осторожно расцепила ее руки и стала нежно массировать большими пальцами костяшки холодных ладоней.
- Сара, посмотри на меня.
- Прости меня, Симона. Я...
- Тсс, - мягко скомандовала брюнетка, чем вызвала улыбку на лице у Сары. - Я должна была остаться с тобой, пока ты не проснешься. Просто ... Прочитав записку, я подумала, что если сильно постараюсь, то возможно мне удастся заставить это радио работать. Я не думала, что пробуду здесь так долго.
- Ты действительно испугала меня, Симона. Я подумала, что с тобой случилось что-то плохое.
- Тсс ... Мне очень жаль, Сара. Самое худшее, что со мной случилось, это парочка порезанных пальцев, небольшой ожог и немного царапин. – Симона оглядела комнату и покачала головой. – Черт, когда я доберусь до Сэла…- Она снова покачала головой. – Пошли. Сегодня я вряд ли смогу здесь еще что-нибудь сделать, думаю, тебе пора присесть, пока ты не упала.
- Хочешь сказать, я так плохо выгляжу? – Спросила Сара с озорной улыбкой.
- Нет, скорее как человек, которому не помешала бы горячая ванна и немного покоя, после того как я ударила тебя.
Брови Сары взлетели вверх.
- Ты меня ударила? Черт, за что?
- Чтобы… сохранить… тебе… жизнь. – Симона медленно проговаривала каждое слово. - Ты не дышала, я должна была что-то сделать. Должна была! – На последней фразе ее голос сорвался.
Сара, освободив свои руки из рук брюнетки, обхватила ее лицо ладонями.
- И ты сделала это... Спасибо, Симона. Теперь мы можем подняться наверх? А то я совсем без сил.
Брюнетка, оглядев царивший кругом беспорядок, кивнула. - Взаимно. - Подобрав с пола фонарик, который захватила с собой, спускаясь сюда во второй раз, она свободной рукой взяла Сару за руку. – Ты не против, если на этот раз я пойду первой.
- Пожалуйста.
На обратной дороге, девушки ни словом не обмолвились о поцелуе.
Вечер прошел относительно спокойно. Сара недолго полежала в ванной, а затем они вместе поужинали тем, что приготовила для них Симона.
Разговор за столом получился каким-то вялым. Совершенно измученные случившимися событиями, они обе чувствовали, что между ними возникла незримая пропасть, какая-то скованность в отношениях, которой никогда не было раньше, даже после самого яростного спора, и которая заставляла их обеих чувствовать себя неловко.
Взволнованные и смущенные, они разошлись каждая по своим кроватям, пожелав друг другу спокойной ночи, в надежде, что сон поможет им найти ответы на мучившие их вопросы.
На следующий день погода немного прояснилась, и Симона решила выйти на улицу, наколоть побольше дров, наказав Саре ни в коем случае не перенапрягаться.
Блондинка, еще не отошедшая от выпавших на ее долю вчерашних испытаний, последовала совету подруги. Более того, учитывая, что воздух в тесной хижине настолько наэлектризовался и искрился от невысказанных слов, им обеим было необходимо побыть в одиночестве.
Однако, вместо того, чтобы заняться делами на кухне, Сара решила немного поработать пером, что во многом помогло ей взглянуть на происходящее объективно, но совсем не придало мужества начать разговор об их поцелуе первой. Боже, проще завалить Симону на кровать и заняться с ней любовью. Может быть, тогда сексуальное напряжение между ними, которое так и витает в воздухе, наконец, исчезнет...Однако в глубине души Сара знала, что это ничего не изменит. Черт, это могло еще больше отдалить их друг от друга. А ведь она хотела, чтобы они стали больше чем врагами, а если быть еще честнее, Сара мечтала, чтобы они стали больше чем просто друзья. Она хотела все, что Симона могла ей предложить ...дружбу, противостояние, любовь, страсть, секс ... Сара хотела одну вечность на двоих. Но сначала она должна была расставить все точки над «i», поговорив обо всем с Симоной … М-да, проще сказать, чем сделать.Между тем, подобные же мысли одолевали и Симону. Физический труд совсем не помогал ей избавиться от непрошенных мыслей. Один за другим перед глазами проносились сценарии развития их отношений. Казалось, ничего нового не произошло – она всегда чувствовала себя так после их самых яростных споров. Вот только на этот раз, ей стало ясно, что Сара желает ее точно так же, как она ее. Так с чего же подобные колебания? Что их сдерживает? Неужели между ними стоит так много противоречий, которые невозможно преодолеть, даже, несмотря, на их чувства друг к другу?
И самый главный вопрос - что «на самом деле» чувствует Сара? Она призналась ей в симпатии, но что это означает? Ей нравится она сама, или же ей нравятся их стычки? Отлично … Звучит так, словно я влюбленный подросток, подумала Симона, закатывая глаза и ведя внутренний диалог сама с собой. Может быть, Сара просто ищет подругу или близость на одну ночь? От одной этой мысли Симону передернуло. Уж лучше оставаться врагом, холодным и неприступным, чем быть случайной «попутчицей», решила брюнетка. Она хотела все ...или ничего. Единственное, что оставалось сделать, это выяснить, чего хочет Сара. А для этого, им надо было сесть и поговорить.
- Расскажи мне о записке Сэла.
Симона нарубила дров больше, чем надо было. Завалив ими всю поленницу, она, наконец-то, вернулась в дом, пообедать, именно в этот момент Сара решила начать беседу с чего-нибудь простого. Несмотря на тупую боль в груди, она чувствовала себя уже намного лучше, и природное любопытство взяло вверх.
Однако вместо того, чтобы ответить, Симона поднялась с дивана, на котором они обе сидели, и направилась в кухню. Взяв со стола конверт, она передала его Саре.
Блондинка, вытащив из него лист бумаги, развернула его и начала медленно читать:
Симона.
Если ты обнаружила это письмо, то ты либо невероятно умна или же тебе крупно повезло. Лично я думаю, что первое - ты никогда не разочаровывала меня. Ты выросла на рассказах об этом месте и знаешь все его секреты…Как бы то ни было, ты *обнаружила* радиорубку, поэтому я, открою тебе тайну... она еще работает, хотя ее радиус действия немного ограничен. Другими словами, ты сможешь позвонить, но только мне. Не пытайся понять, как работает механизм - просто использую его и дай мне знать, что с тобой все хорошо. Аккумулятор совсем новый, все детали в рабочем состоянии.Из-за непогоды в этом регионе мы не сможем приехать к вам до весны, но, пожалуйста, позволь мне услышать твой голос и успокоиться...
Сара перестала читать и посмотрела на Симону с недоверием.
- Это что «розыгрыш»! Он на самом деле думает ...
- Вряд ли, а вот у Билли мозгов бы хватило написать такое, - фыркнула Симона. - Даже ради Кармен ... даже ради нее, если бы я смогла заставить это чертово оборудование снова работать ... я бы ни за что не позвонила ему. Они меня достали своей заботой! - Симона вскочила с дивана и начала ходить по комнате. - Они не знают и не понимают, как здесь опасно ... Ты знаешь, как близко .... Черт возьми, Сара, я чуть не потеряла тебя вчера и ...
- Симона ... СИМОНА! - Сара сжала лицо подруги в своих ладонях. Зеленые глаза встретились с яростным голубым огнем. Но что бы она не намеревалась сказать, это потонуло в страстном слиянии их губ. Блондинка зарылась руками в темные волосы Симоны, прижимая ее голову ближе и не давая разорвать контакт, когда почувствовала как Симона в страстном порыве сжала ее ягодицы.
Их поцелуй длился вечность. Они неистово пожирали друг друга, сплетаясь языками, исследуя и дразня, сметая на своем пути все преграды. Энергия, исходящая от них с первого дня их встречи, вырвалась на волю, и все же, они любили друг друга медленно … почти нежно.
Их языки вели ожесточенную борьбу за господство, пока они нетерпеливо срывали с себя одежду, помогая друг другу. Только оказавшись обнаженными, они, наконец-то, разорвали поцелуй и, отстранившись, посмотрели друг на друга.
Симона, снова завладев губами Сары, подвела их к кровати. Почувствовав, как колени подруги уперлись в дерево, она, принимая во внимание ее недавнюю травму, осторожно опрокинула ее на спину, после чего безмолвно, одним лишь взглядом, попросила Сару чуть подвинуться к изголовью, что та и сделала, удобно устроившись на простынях.
Симона, встав перед Сарой на колени и пожирая глазами ее обнаженное тело, начала водить кончиками пальцев по изгибам ее стройного тела, от макушки и спускаясь все ниже и ниже, останавливаясь на мгновение на самых чувствительных зонах. От жарких обжигающих прикосновений Сара извивалась и выгибалась навстречу ласкам, заставляя Симону терять контроль над собой.
- Ты такая красивая...
- Симона?
Умоляющий стон, сорвавшийся с губ Сары, отозвался пульсирующей болью между ног у Симоны и пожаром в крови, голубые глаза потемнели от желания.
Склонившись над Сарой и не прекращая своих изощренных пыток, Симона сводила Сару с ума, заставляя ее дрожать от возбуждения. Она ласкала пальцами ее бедра, плоский мускулистый живот, полные груди, ключицу, невероятно чувствительную шею, пока не остановилась на ее губах. Сара, потянувшись вперед, лизнула длинные пальцы языком и вобрав их в рот, стала посасывать. Симона застонала от этой ласки и, накрыв Сару своим телом, едва не взорвалась от первого соприкосновения их тел.
Запустив руки в темные волосы, Сара потянула Симону на себя, пока их губы не встретились в страстном поцелуе, и не отпускала до тех пор, пока они обе не начали, задыхаться от недостатка кислорода… Правда пауза длилась совсем недолго, поскольку Симона, сделав столь необходимый ей глоток воздуха, возобновила поцелуй.
Девушки медленно исследовали друг друга: плоть, запах, вкус. Симона медленно покрывала нежными поцелуями линию подбородка Сары, пока не добралась до ее уха. Блондинка вздрогнула, когда почувствовала, как горячее дыхание опалило ее кожу.
- Боже, Сара ...
- Люби меня, Симона, - задохнулась блондинка, когда губы Симоны начали свое путешествие от ее шеи к груди. – Ты нужна мне, я хочу почувствовать тебя.
Ощутив, как Симона схватила ртом ее сосок, Сара изогнулась и сжала в кулак ее темные волосы, застонав от наслаждения. Когда их губы вновь встретились в жгущем глубоком поцелуе, они позволили своей страсти взять над ними верх, чтобы, наконец-то, почувствовать, что в этом мире не осталось никого, кроме них.
Было уже за полдень, когда на следующее утро Сара и Симона, сонно моргнув, открыли глаза, застенчиво посмотрев друг на друга. Их губы растянулись в улыбке. Сара приподняла голову с плеча Симоны и, захватив ртом ее губы, подарила любимой нежный поцелуй.
- Доброе утро.
В ответ Симона, обхватив ладонями лицо блондинки, стала нежно гладить его большими пальцами: каждый изгиб, каждую впадинку, не забыв про глаза, которые сияли ярче солнца.
- Да, оно и вправду доброе.
Сара ждала продолжения, но его не последовало, Симона по-прежнему осторожно касалась ее лица.
- Ты в порядке, милая?
На лице Симоны расцвела улыбка, когда она услышала это обращение.
- Милая?
- Ты предпочитаешь что-то более уменьшительно ласкательное? - Спросила Сара и в ее глазах заплясали чертики. – Сахарные губки? Медовые булочки? Раба любви? - Блондинка завизжала от смеха, когда свободной рукой Симона защекотала ее по ребрам. - Что? – Пискнула она, изо всех сил стараясь увернуться от прикосновений, но они с новой силой обрушивались на нее.
Через какое-то время девушки неожиданно замерли, уставившись друг на друга, тяжело дыша. Смех резко оборвался, и воздух вокруг них начал искрить. Симона наклонилась и, завладев губами подруги, погрузила свой язык ей в рот. Их стоны слились в один, когда языки соприкоснулись друг с другом, рождая огонь в крови.
Только почувствовав руки Симоны на своей груди, Сара разорвала поцелуй. Блондинка нежно погладила брюнетку по лицу, внимательно изучая бездонные голубые глаза. Симона ждала, когда Сара заговорит.
- Мне нужно кое-что знать, - прошептала Сара, зеленые глаза пристально смотрели в голубые, которые, если внешне Симона оставалась спокойной, чуточку расширились. - Мне нужно знать, что ты хочешь от наших отношений ... от меня.
Симона, заглянув в изумрудные глаза и увидев в них то, что хотела увидеть, наклонилась и запечатлела на губах Сары глубокий влажный поцелуй. Только почувствовав, как Сара тает в ее объятиях, она разорвала контакт.
- Вечность. Я хочу одну вечность на двоих.
Это все, что Саре необходимо было услышать. Она провела пальцами сквозь темные шелковистые пряди волос и страстно поцеловала Симону. Другие слова были не нужны, а остальное могло и подождать до вечера. Сара, наконец-то, узнала ответ на мучивший ее вопрос, и этого было достаточно.
Блондинка перекатилась, задавшись целью изучить каждый сантиметр восхитительного тела, что лежало под ней. Симона дрожащей рукой прикоснулась к лицу Сары, нежно погладив пальцами ее подбородок. Увидев в глазах любимой страх и нерешительность, блондинка перехватила ее руку и, поднеся ее к своим губам, поцеловала.
- Симона, наши отношения много для меня значат. Я хочу этого ... я хочу разделить свою жизнь с тобой.
- Надолго ли? – Голос Симоны был хриплым и низким. Сара непонимающе посмотрела на нее. – Надолго ли все эти чувства?
- Чувства? Навсегда. Разве это не видно? Еще в колледже, я поняла это, но прежде чем я смогла тебе рассказать о них, между нами выросла стена, огромная пропасть разделила нас, сделав мое признание невозможным. Именно поэтому я постаралась, как можно глубже запрятать свои чувства в своем сердце. - Сара вздохнула. – Я здесь, рядом с тобой, не потому, что ты единственная здесь женщина в радиусе мили, Симона. Я хочу не просто заняться с тобой сексом… Мне нужна твоя любовь, дружба, страсть, разум, душа и тело. Симона… ты мой дом, моя жизнь, мой мир.
Слов больше не было … они уступили место всепоглощающей страсти и желанию.
- Итак ... что у нас с днем благодарения ...?
Симона улыбнулась, посмотрев вниз на женщину, которая обвила ее тело ногами и руками, словно осьминог. Сара не могла видеть выражение лица подруги, которое скрывал ее подбородок, но она услышала улыбку в ее голосе, когда та ответила.
- Думаю, что мы должны его отпраздновать. К тому же у меня есть на примете кое-кто, кого стоит отблагодарить, например, вечно вмешивающихся во все отцов и глупых надоедливых дядечек... ауч! - Вскрикнула Симона, когда Сара крепко сжала ногами ее талию. Брюнетка потерлась губами о светлые волосы возлюбленной. – Красивая и ненасытная госпожа желает наказать меня.
Сара фыркнула.
- Боже, ну, ты и развратница. – Блондинка заметила, как краска начала заливать вначале грудь, а потом и лицо Симоны. – Мммм... Мне это нравится. - Сара провела руками вдоль сильного тела. – Каждое. Сказанное. Слово.
- Черт, ты заставила меня покраснеть.
Сара оперлась на локоть и посмотрела Симоне в глаза.
- Черт меня возьми, да, – согласилась она без колебаний. - Твой гнев и ярость мне порядком уже поднадоели. Я получила полный доступ, и не собираюсь на этом останавливаться. Теперь я буду делать, что хочу ... особенно в отношении одной милашки.
- Я не милашка, - зарычала в ответ Симона.
- О, да, ты милая. И я намерена в этом убедить весь мир, когда мы вернемся домой.
- Сааааааррррррраааааааа! – Застонала Симона.
- Сииимммоооооооооннннаааа! – Передразнила подругу блондинка, затем наклонилась и поцеловала уже припухшие от поцелуев губы возлюбленной. – Ну, хорошо ... может быть и не весь мир, - смягчилась она, когда они разорвали поцелуй, - но я намерена наслаждаться каждой частичкой тебя, которой ты готова со мной поделиться, милая.
- Я не милая!
- Ты права ... Ты еще лучше. Но твоя реакция это что-то.
Симона зарычала и осторожно перекатилась на небольшой кровати.
- Я покажу тебе милую! - Начала она, но была прервана громким урчанием двух голодных животов. Девушки переглянулись и рассмеялись. – Сразу же, как только мы что-нибудь перекусим.
Симона поднялась с кровати и в спешке начала одеваться.
- Пожалуйста, не обращая на меня внимания. - Сара ухмыльнулась, и завизжала, когда Симона сдернула с нее одеяло. - Святое дерьмо, как холодно! - Девушка вскочила с кровати и, схватив одеяло, быстро укуталась. – Зачем ты это сделала?
Вместо ответа, Симона просто приподняла брови и усмехнулась. В отместку Сара ущипнула брюнетку за ягодицу и бросилась бежать, на что Симона хищно улыбнулась и побежала за подругой. Прошло еще несколько минут, прежде чем девушки, наконец-то, добрались до кухни.
День благодарения прошел спокойно.
Днем пока Сара охотилась, Симона творила на кухне, пытаясь приготовить что-нибудь особенное им на ужин, после которого они вновь открывали для себя друг друга. Сара рассказала возлюбленной, о чем она пишет, и даже зачитала несколько страниц, Симона же, в свою очередь, показала Саре свои наброски.
Они говорили … впервые говорили ...о том, что имело значение для них обоих, и одновременно ни о чем. Делились воспоминаниями о своем детстве, при этом, ясно осознавая, какими одинокими они были все это время.
- Ты когда-нибудь хотела, чтобы у тебя были братья и сестры? – Спросила Симона.
Девушки сидели на диване друг против друга, вытянув ноги вперед и упершись ступнями. Вопрос вывел Сару из задумчивости, и она, поменяв положение, переместилась поближе к Симоне, упав в ее раскрытые объятия.
Уютно свернувшись калачиком в объятиях любимой и вдохнув ее запах, Сара улыбнулась и посмотрела в заинтересованные голубые глаза.
- У меня была воображаемая подруга, - призналась Сара. - Мои родители постоянно ссорились между собой, когда я была маленькой, поэтому друзей у меня не было. Потом, когда они расстались, и я переехала жить к матери, тогда ... я завела воображаемую подругу. Она была мне ближе всех, я делилась с ней своими радостями и горечью поражений, она знала все мои секреты, но при этом я никогда не переставала мечтать о младшем брате или сестре.
- Со мной была точно такая же история. После смерти родителей я очень сильно нуждалась в ком-то, кому могла бы рассказать всё о своей боли. Я никому не могла объяснить, что я чувствовала тогда ... даже Кармен.
- Иногда я скучаю по ней. Особенно, я нуждалась в ней, когда встретила тебя.
Симона усмехнулась.
- Правда?
- О, да ... но мне не очень-то хотелось быть пойманной разговаривающей вслух с самой собой о тебе и о том, насколько сильно ты меня бесила. Хотя, по правде сказать, мои сестры по женскому обществу ни раз выслушивали мои негодующие речи.
- Означает ли это, что мы собираемся шокировать их на встрече выпускников?
- Ооо, дорогая, я бы не слишком на это надеялась. Подожди ... мы вместе пойдем на встречу?
- Ты не хочешь? – Симона ослабила объятия, но в ту же секунду ее лицо было нежно зажато между ладонями Сары.
- С тобой куда угодно, любовь моя. Всегда и везде, куда ты, туда и я.
Симона сильнее прижала к себе Сару и перекатилась на диване, оказавшись сверху, их губы встретились в чувственном поцелуе. Когда возлюбленная отстранилась, чтобы глотнуть немного воздуха, брюнетка переключила свое внимание на ее шею, и Сара, запрокинув голову назад, открылась навстречу наслаждению.
Потеряв себя друг в друге, девушки отметили свой первый совместный День благодарения.
К Рождеству в их ситуации мало, что изменилось… Их жизнь, по-прежнему, была похожа на выживание. Большую часть времени они запасались дровами, готовясь к очередной снежной буре, и следили за своим питанием, в виду ограниченности припасов. Но разница теперь заключалась в том, что они делали это вместе. Даже в тишине, которая иногда устанавливалась между ними, девушки чувствовали себя комфортно.
Дни сменяли ночи, которые они проводили за разговорами и занятиями любовью. Впервые в жизни они делились своими секретами, чувствами, неизвестными никому: обменивались историями из детства, рассказывали друг другу о первой влюбленности, о семейных праздниках, путешествиях – обо всем сокровенном.
Наступило Рождество. Чтобы праздник получился идеальным, девушки воспользовались вещами, что им оставил Сэл. Споря между собой, куда вешать рождественские игрушки, они гонялись друг за другом с мишурой словно дети.
Когда хижина, наконец-то, была украшена, девушки сели на диван и крепко обнялись. В воздухе так и витал дух Рождества, и в честь праздника Симона и Сара решили побаловать себя попкорном,… испробовав старый дедовский метод: с помощью микроволновой печи из небольших зерен получить целую миску попкорна...
- Ну, по крайней мере, теперь мы знаем, как сделать дымовую завесу, если нам когда-нибудь понадобится незаметно от кого-нибудь скрыться.
- Ну и вонь... Нам ни за что от нее не избавиться, уж я то знаю.
- Мы всегда можем открыть окна. – Предложила Сара, и голубые глаза возмущенно метнулись в ее направлении. – Что? Нет?
- У меня нет никакого желания, выяснять какого оттенка синего цвета я могу достичь, прежде чем отморожу себе задницу или мои соски покроются сосульками.
- Я бы тебя согрела.
Симона фыркнула.
- Да уж, не думаю, что тебе удастся это сделать губами, замерзшими от холода.
Сара поиграла бровями.
- Ты будешь греть мои губы, а я твои.... - Блондинка положила ладони на грудь Симоны, которая завладела ее губами в страстном объятии. Поцелуй длился до тех пор, пока они обе не начали задыхаться.
- Ты что-то сказала? – Спросила Симона с ухмылкой.
- Нет, ничего, – пробормотала Сара, вновь соединяя их губы. Разорвав поцелуй, зеленые глаза с желанием посмотрели в потемневшую от страсти синеву. – Как ты думаешь, так всегда будет между нами? Я всегда буду терять разум и здравомыслие от одного с тобой поцелуя?
- Может быть. Я хотела бы думать, что это навсегда. Что страсть всегда будет присутствовать в нашей жизни.
- А если нет?
- Тогда мы поссоримся, а потом помиримся, - ответила Симона с усмешкой.
- Ты очень плохая девочка.
- Да. И что ты будешь делать?
- Дай-ка подумать...
Сара встала и, потянув Симону за руку, повела ее к, теперь уже их, кровати. Остальной мир перестал для них существовать. Вскоре Симона узнала, о чем именно подумала Сара, и с этого момента она решила, что будет как можно чаще быть плохой... ОЧЕНЬ плохой девочкой.
Рождественское утро было ясным и морозным. Сара и Симона, переглянувшись, спрятались под одеялами.
- Доброе утро, - прошептала Симона.
- С Рождеством, красавица. – Девушки поцеловались. – Дай угадаю, мы должны вставать, да?
- Только если захотим, - ответила с улыбкой брюнетка, перекатившись на бок и подперев голову рукой. – Долой привычный распорядок дня и традиции. Мы хозяева своего времени.
- Я знаю ... просто это немного странно для меня. Я всегда металась от одного родителя к другому, когда они оба были в городе. В противном случае, я проводила праздники, сначала у папы, потом у мамы. Только с бабушкой и дедушкой, у меня была хоть какая-то стабильность и покой.
- Как это было?
Сара нахмурилась.
- У бабушки с дедушкой? Или с родителями?
- С родителями ... хотя, если захочешь поделиться, я бы хотела услышать и о твоей бабушке с дедушкой.
Симона нежно провела пальцами по бедру Сары и улыбнулась, когда от ее прикосновения по гладкой коже побежали мурашки. Сара резко втянула ртом воздух и перехватила дразнящую руку
- То, что ты делаешь, мешает мне думать.
- Разве это плохо?
- Да, если ты хочешь услышать продолжение истории. - Их пальцы переплелись, и Симона мягко поцеловала Сару в лоб, после чего легла на спину, увлекая подругу за собой. – Как хорошо.
- Неужели с родителями все было действительно так плохо?
- Не совсем. Конечно, всегда было много подарков, каждый их них старался превзойти другого, но … это было ничто, по сравнению с тем как это было в настоящих семьях, именно поэтому я любила проводить выходные у бабушки и дедушки. – Сара посмотрела на Симону, а затем, прижавшись к ней, уткнулась лицом в ее шею. – Мы были очень близки и много чего делали вместе. - Сара вздохнула. - Это было хорошее время.
- Расскажи мне о своем любимом воспоминании.
Сара задумалась на мгновение, после чего расплылась в улыбке.
- Думаю, что это Рождество, когда мне было десять лет. Папа, бабушка и я, мы все вместе поехали в Диснейленд на целую неделю. Мне никогда не было так весело.
- Может, сходим туда вместе как-нибудь. Я никогда там не была.
- Правда? Было бы здорово. Ладно, а теперь, пошли. Я хочу есть. А еще я хочу посмотреть, что же я подарила тебе на Рождество.
- Ты еще не заглядывала?
Сара покачала головой.
- Нет. Я подумала, что ты должна первой увидеть свой подарок. Кроме того, я полагаю, Кармен, вероятно, лучше меня знает, что тебе подарить.
- Может, совсем недавно так и было, но бьюсь об заклад, что сейчас это не так.
- Думаешь?
- Уверена. Ты знаешь обо мне больше, чем кто-либо.
- А у меня такое чувство, что все еще впереди. Итак, …мы встаем? – Урчание в животах заставило девушек посмотреть вниз, и когда их взгляды снова встретились, обе усмехнулись. - Полагаю, что да. - Сара выскользнула из теплой постели и, дрожа от холода, начала одеваться, как вдруг заметила на себе мерцающий синий взгляд. – В чем дело?
- Ам ам ... я просто наслаждаюсь видом.
Сара закатила глаза.
- Вставай, вуайеристка. Давай позавтракаем, а потом выйдем на улицу и недолго поиграем в снежки. За окнами выпала целая гора снега, и никто и ничто не помешает мне насладиться им.
- Должна предупредить тебя, я чемпион по игре в снежки. Помнишь, у меня куча кузенов, и когда мы собирались вместе...
- Не слишком ли ты о себе высокого мнения, хвастунья, - сказала Сара со злой усмешкой и сдернула одеяло с обнаженной Симоны, которая в ответ громко зарычала, но ее грозный рык продлился недолго, поскольку она тут же поспешно начала натягивать на себя одежду.
- Брр ... ну все, скряга. Кому-то придется за это ответить.
- Можешь попытать счастья … – В животах снова раздалось урчание, - … после завтрака.
Вернувшись в хижину спустя несколько часов, растрепанные и раскрасневшиеся от холода, весело смеясь, девушки подбросили дров в огонь и занялись приготовлением ужина. Поставив блюдо в духовку, они переместились на диван, уютно свернувшись в объятиях друг друга.
- Ты жульничала, - пожаловалась Сара с улыбкой в голосе, на что Симона фыркнула от смеха.
- Как тебе будет угодно. Просто смирись, я победила тебя в честном бою. Я же говорила тебе, что я чемпион.
- Я требую реванша.
- Принимаю вызов.
- Но сначала, может мы, наконец-то, обменяемся подарками? Я хочу посмотреть, что подарила тебе.
Симона хихикнула.
- Тебе не кажется, что это звучит немного странно.
- В следующем году у нас все будет по-другому. Ну а пока, мне любопытно, что же там такое.
- Давай немного поиграем в игру «Угадай, что тебе подарили»? – Спросила Симона. - Узнаем, насколько хорошо ты знаешь свою мать, и насколько она думает, что знает тебя?
- Давай. Ты в игре?
- Почему бы и нет? Иди, сходи за своим, а я достану свой. Посмотрим, как хорошо они нас знают.
Девушки, подойдя к елке, схватили по коробке, на которых были написаны их имена, и, сев обратно на диван, развернули оберточную бумагу. Одновременно открыв коробки, они обнаружили там коробку размером поменьше, а за ней и другую.
- Хм, это интересно.
- Да ... это совсем не то, что я ожидала. – Сара обнаружила целых три коробки разного размера и опустила их на пол. Симона сделала то же самое, после чего девушки посмотрели друг на друга.
- Свитер, - предположила брюнетку, потрясся коробку.
- Пижама, - ответила Сара и получила в ответ от Симоны вопросительно приподнятые брови и знойный взгляд. Блондинка усмехнулась. – Long Johns. Моя мать знает, что зимой я сплю в пижаме.
Каждая из них, открыла коробку, чтобы узнать, верны ли их догадки, но под крышкой оказалась еще одна коробка - совершенно другая по размеру, форме и весу. У Сары это была квадратная около 30 сантиметров в высоту и ширину, и довольно тяжелая, у Симоны - прямоугольная около 90 сантиметров в длину и 30 см в высоту и ширину, и хотя она весила примерно столько же, как и коробка Сары, но из-за своего размера казалась легче.
- Боюсь даже предположить, что там может быть, - призналась Сара. – Но, зная свою мать, наверное, это какое-нибудь оружие, на случай если наша война выйдет за рамки словесных баталий и угроз.
Симона взглянула по возлюбленную глазами полными боли, прежде чем снова опустить свой взгляд на колени.
- Я бы никогда ...
Сара, быстро освободившись от коробок, обхватила лицо Симоны ладонями.
- Я знаю, дорогая. Но моя мать не знает тебя… пока. Она не знает, какая ты настоящая, и какой можешь быть. И хотя мой отец никогда не поднимал на нее руку, она судит людей по своему опыту и никому не доверяет. Хотя, - блондинка начала размышлять вслух, - это говорит о том, что мне еще есть над чем поработать. Пора кое-что изменить в своей жизни, хотя сделать это будет намного труднее, чем выжить здесь.
Симона фыркнула.
- Что правда, то правда. - Брюнетка посмотрела на коробку у себя на коленях. - Если бы я не знала их так хорошо, я бы предположила, что это электронное пианино, но я не уверена.
Девушки разорвали обертку, и Симона застыла ошеломленная подарком. Это, конечно, было не пианино, но кое-что из той же серии — электронный БУМБОКС.
- Что за черт? - Она и Сара посмотрели друг на друга в недоумении. Блондинка моргнула и покачала головой.
- Я не знаю, но…, кажется, начинаю догадываться. - Сара открыла свою коробку и достала из нее несколько упаковок батареек и компакт-дисков. – Танцевальная музыка, - прокомментировала она вслух свой подарок, прочитав названия дисков, и передала их Симоне.
- Я не танцую, - категорически ответила брюнетка.
- А я думала, ты брала уроки танцев. – Взгляд Симоны был красноречивее любого ответа. – Все нормально - я научу тебя.
- Я так не думаю. Я не танцую.
Симона встала и направилась на кухню, проверить готов ли их ужин. Сара сделала вид, что не поняла намека, и пошла за подругой.
- Симона, в чем дело? Я с радостью научу тебя. Думаю, из тебя выйдет прекрасный танцор.
- Ты первая кто так думает, - фыркнула Симона, с силой захлопывая дверцу духовки.
- Что? Ты что, шутишь? Ты сама грация, у тебя есть чувство ритма. Кто тебе сказал, что ты не можешь танцевать?
- Моя преподавательница танцев. Это была довольно отвратительная особа. Для нее танцы были всего лишь работой, рутиной, а не искусством. Единственным ее желанием было вытянуть из Кармен как можно больше денег. Но, слава Богу, Сэл, положил этому конец.
- Что случилось?
- Однажды за нами приехал Гвидо. Это младший брат Сэла, и мальчики пожаловались ему на учительницу, зная, что он заступиться за них, если поймёт, что они не врут ему. Тебе надо поближе познакомиться с Гвидо, чтобы понять, что этот человек обладает уникальным даром видеть окружающих людей насквозь.
- Что он сделал?
- Забрал нас из школы и сказал ей, что мы больше никогда сюда не вернемся. И он не нарушил своего обещания - мы не вернулись туда. После этого случая, я никогда не пробовала танцевать, как бы весело мне не было…
Сара обняла Симону за талию.
- Спорим, что смогу изменить твое решение.
- Ты так думаешь?
- Да.
- Что я получу, если ты окажешься не права?
- А?
- Ты сказала, что сможешь заставить меня изменить свое решение. Что я получу, если тебе это не удастся?
- Мне удастся. Когда ужин?
- Примерно через двадцать минут.
- Вытаскивай бумбокс из коробки, пока я вожусь с батарейками. Я собираюсь доказать тебе обратное.
Ошеломленная таким напором, Симона сделала то, о чем попросила ее Сара, и стала наблюдать, как блондинка вставляет в него батарейки и выбирает CD-диск. Когда заиграла музыка, Сара протянула ей руку. Целую минуту, Симона смотрела на нее, а потом медленно вложила в нее свою, позволяя Саре закружить ее в медленном танце.
- Смотри, я же говорила тебе, что ты можешь и умеешь танцевать, - сказала Сара, покачиваясь.
- Если не считать того, что это вряд ли можно назвать настоящим танцем, - ответила Симона. – Фигня полная ... Как насчет придвинуться поближе.
Симона притянула Сару к себе, так что их тела тесно соприкоснулись друг с другом. Блондинка глубоко вздохнула. Ей стоило догадаться, что переубедить подругу будет не так то легко. Сара остановилась и заглянула Симоне в глаза.
- Что ты предпочитаешь - вальс, танго или сальсу? - Симона посмотрела на блондинку с широко раскрытыми глазами, на что Сара только улыбнулась. – Пойдем, достанем ужин из духовки, и пока он остывает, я научу тебя вальсировать. К более откровенным танцам мы перейдем, когда ты будешь готова.
Симона, сглотнув, кивнула. Как только противень был снят, Сара поменяла диск в проигрывателе и снова протянула Симоне руку. - Потанцуй со мной.
Брюнетка, взяв одной рукой предложенную руку, другой – обхватив Сару за талию, опустила глаза вниз. Сара нежно приподняла темную голову за подбородок, пока их глаза не встретились.
- Забудь о ногах. Смотри мне прямо в глаза, почувствуй мои руки на своем теле, следуй за мной, остальное не важно.
Голубые глаза неотрывно смотрели в зеленые, пока не наступил момент, когда Симона вдруг поняла, что они медленно кружатся в такт музыке по маленькой комнате. Сара улыбнулась, заметив изумление и радость на лице возлюбленной.
- Я же говорила тебе, что ты можешь и умеешь танцевать.
Симона остановилась посреди комнаты, наклонилась и нежно поцеловала Сару в губы.
- Спасибо, - прошептала она. - Это было весело.
Сара сморщила нос.
- Подожди. Это еще не все, то ли еще будет. А теперь пойдем, поедим ... Я голодная.
- Итак, что же это может быть? - Задала вопрос Сара, когда они вернулись к остальным подаркам. Две коробки казались абсолютно идентичными – квадратные, около 30 сантиметров в высоту и ширину и очень тяжелые. Стоило их потрясти, внутри начинало что-то греметь, но это была точно не погремушка. Симона ненадолго задумалась, изучая коробку.
- Какие будут предположения? Мне бы хотелось найти там ключи от Хаммер, который вытащил бы нас отсюда. Как бы хорошо мне здесь не было вместе с тобой, но хотелось бы уже перебраться туда, где тепло. Я скоро тут умру от холода.
- Я бы не отказалась от возможности увидеть тебя в бикини, - призналась Сара с усмешкой. - Но думаю, там не ключи - звук не тот. Как насчет сотового телефона?
- От него нам никакой пользы. Поблизости нет ни одной вышки. Поверь мне, я всю округу облазила в поисках ее.
- Серьезно?
- Да. Когда мы только оказались здесь, я изучила всю местность. С одной из скал открывался прекрасный вид, но кроме деревьев, снега и гор, я не увидела ничего: ни протянутых телефонных линий, ни сигнальной вышки.
- А как же радиоприемник, он ведь работает? Значит, какой-то сигнал все-таки есть.
- Не знаю, ... если только его провода находятся под землей. Ну и засада.
- Да уж, но только не для того, кому действительно необходимо скрыться.
- Ага, - рассеянно согласилась Сара. – Итак, если это не ключи, и не мобильный телефон, тогда что?
- А чего бы тебе хотелось получить?
- Шоколад, - не задумываясь, ответила Сара, чьи глаза загорелись от одной только мысли о сладком. - Было бы здорово. Мне его не хватает. – Но через какое-то время, ее лоб прорезала хмурая морщинка. – Хотя… если там действительно шоколад то, как нам удержаться, чтобы не съесть его за раз. Черт, звучит так, словно я готова за него убить.
Симона рассмеялась.
- Заказ принят!
Девушки разорвали упаковку и, еще даже не сняв крышку, почувствовали запах шоколада. Громко застонав, они мысленно поблагодарили своих «мучителей».
- Давай сегодня съедим вот этот маленький Баунти, - предложила Симона, разрывая обертку. – Завтра наступит довольно скоро, тогда и решим, как поступить с остальным и как растянуть его на месяцы. - И она откусила кусочек. Как только шоколад коснулся ее языка, Симона в блаженстве закрыла глаза.
На какое-то время в хижине воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихими стонами удовольствия. Насладившись последним кусочком, девушки посмотрели друг на друга.
- Думаю, мне хватит. Не дай Бог, еще объемся, - застонала Сара, но ее счастливая улыбка говорила об обратном.
- Я тоже пас. – Симона поставила коробку на пол. – Отложим на время решение его судьбы, но я обязательно к нему еще вернусь.
Сара улыбнулась и, встав, протянула Симоне руку.
- Забудь о шоколаде – потанцуй со мной.
- Без музыки? – Спросила брюнетка, когда они начали медленно покачиваться.
- Ага ... как в младшем классе средней школы.- Сара сложила голову на плечо Симоны. – Никаких заученных танцевальных движений или заранее отрепетированных па. Я просто хочу насладиться твоей близостью.
Симона прижала к себе Сару. Музыкой им стало биение их сердец.
Время, казалось, ускорило свой ход. Напряженность в их отношениях окончательно исчезла, барьеры, за которыми они так долго прятались, наконец-то, рухнули. Девушки говорили друг с другом, танцевали и занимались любовью.
Симона обнаружила в себе врожденное изящество, ей действительно понравилось танцевать. Особенно, со своим новым преподавателем танцев ... Сарой. Она так и представляла себе выражение лица Кармен, когда та впервые увидит их танцующими. Правда, Симоне до сих пор ни как давались несколько па, которые Сара добавила в их танец, поэтому она каждый раз с нетерпением ждала их занятий.
Однако, даже, несмотря, на всю благодарность, которую девушки испытывали к родным за подарки, они мечтали встретиться с ними лицом к лицу и высказать им все, что думали об их поступке и о вмешательстве в их жизни. Симона все еще пребывала в ярости от их выходки, и была уверена, что Сара чувствует то же самое. Однако, несмотря, на всю злость и гнев, она знала, что теперь никогда не забудет эту хижину, и времени, проведенного здесь вместе с Сарой.
Симона часто задавала себе вопрос, как долго продлится их счастье. Уж слишком все было хорошо, чтобы быть правдой, а ведь жизнь всегда полна сюрпризов. Ей было интересно, справиться ли она. Выдержит ли ее сердце, если этот мир, наполненный счастьем и любовью, который она познала здесь, вдруг рухнет.
Приближался День святого Валентина, который каждая из девушек ждала с большим нетерпением.
Проводя дни отдельно друг от друга, они мечтали о наступлении вечера, когда уставшие и обессиленные они забывались в объятиях друг друга. Однажды, за несколько дней до праздника, Сара нарушила молчание.
- Есть кое-что, что ты должна знать обо мне. - Сказала она, не заметив, как Симона напряглась при этих словах, затаив дыхание. – Я не рассказывала об этом ни одной живой души. Однажды я слишком много выпила. До сих пор не помню, как я добралась тогда до дома. - Тихо начала блондинка. - Я была молодой, глупой. Думала, что со мной ничего не может случиться. Наверное, той ночью я все-таки поехала домой, поскольку утром обнаружила свою машину, припаркованную во дворе. Возможно, я даже задела при этом парочку автомобилей, но ..., - Сара пожала плечами. - Не могу с уверенностью сказать, что именно тогда произошло. Все еще удивляюсь, что никого тогда не сбила. По крайней мере, утренние газеты не сообщали ни о каком происшествии. Помню только, когда мы вышли из последнего бара, в голове все было как в тумане. Никто из нас так и не смог ничего вспомнить … никто ни в чем не признался.
- Ты думаешь, что они могут что-то помнить и скрывать это от тебя? – Спросила Симона. – Но, если они были пьяны, как и ты, возможно, они также ничего не помнят.
- Возможно, - неохотно согласилась Сара. - Просто ... это немного напрягает меня. Ты знаешь, меня часто мучает мысль,... что я тогда могла кого-то лишить жизни, и не помнить об этом.
…
- Я убила человека, - нарушила установившуюся тишину Симона.
- Прости?
- Я убила человека, - повторила брюнетка. - Он был угрозой, которую необходимо было устранить. И я это сделала. Проблемы больше нет.
- ЧТО??? - Сара вскочила с дивана и принялась нервно расхаживать перед камином, обхватив себя руками. - Как ты можешь сидеть и вот так спокойно говорить мне такое? - Она повернулась и посмотрела на Симону. - Боже, Симона! Ты понимаешь, что только что призналась мне в совершении убийства? И что я должна теперь с этим делать?
- Ничего, Сара. НИЧЕГО! Все кончено – это все в прошлом. – На глазах Симоны рушилась ее жизнь. Быть так близко к счастью, а теперь все потерять.
- То есть, я должна принять тот факт, что ты убийца? Убийца без угрызений совести?
- Какое это имеет значение? – Симона не желала оправдываться, тем более что-то объяснять Саре. - Я та же женщина, какой была пять минут назад, пока не призналась тебе в убийстве. Я подумала, раз мы решили исповедаться друг другу, раскрыть свои темные секреты, то тебе нужно знать обо мне все. Это не то, что я обычно рассказываю первым встречным. Я решила, что ты справишься и примешь правду обо мне.
- Справлюсь?! Принять, что я сплю с убийцей?? Можно подумать, я делаю это каждый день!
- Неужели это может изменить твои чувства ко мне?
- Это меняет все! Какой я вижу тебя, какой я вижу себя, какими я вижу нас...
- Понятно. - Голубые глаза заволокло дымкой боли и отчаяния, прежде чем их сменил холод, и они потемнели. - В таком случае, извини меня. Больше я тебя не побеспокою.
Сара протянула руку, чтобы коснуться Симоны, но та дернулась от нее. От такой реакции подруги внутри нее все похолодело.
- Симона, куда ты?
- Это не имеет значения, скряга. Это уже не твоя забота.
Сара чуть не заплакала, когда презрительное прозвище слетело с губ Симоны, но она промолчала, позволяя той исчезнуть в ночи.
Когда Симона вернулась, спустя пару часов, Сара все еще сидела на диване, созерцая пламя. Девушка обернулась на звук открывающейся двери, но брюнетка, даже не взглянув на нее, направилась прямиком в подвал.
Симона изменила свое решение. Пришло время позвонить Сэлу и сказать ему, чтобы он, как хочет, но вытаскивает их отсюда. Еще несколько месяцев рядом с Сарой просто убьют ее. Сейчас ее единственным желанием было, остаться одной, вдали от всех, особенно, вдали от Сары, и зализывать свои душевные раны.
Симона надеялась на понимание или, хотя бы, на проявление интереса, но вместо этого Сара осудила ее, назвала убийцей. Она даже не потрудилась спросить «Почему?», а сразу же сделала выводы. Брюнетка часами крутила передатчик, настраивая радиоволну, в надежде, что результат оправдает затраченные усилия.
Сара несколько раз спускалась вниз, чтобы проведать подругу, но та игнорировала ее, продолжая работать, до тех пор, пока не заболели глаза, и не устали руки. Поскольку в планы Симоны не входило желание покончить жизнь самоубийством, изможденная она, наконец, выпрямилась и, взяв свой фонарик, в котором практически сели батарейки, направилась наверх, переступив через заснувшую на ступенях лестницы Сару.
Блондинка проснулась через некоторое время, недоумевая, что могло ее разбудить, когда вдруг заметила, что Симона уже ушла. Чертыхаясь про себя, Сара поднялась на ноги и, потирая шею, тоже направилась наверх. Она печально посмотрела на Симону, которая лежала на кровати. Черт, она даже не потрудилась разбудить меня, уходя. Так вот, что нас ждет дальше – полное безразличие и игнорирование друг друга. Сара передернула плечами, пытаясь заглушить в себе чувство потери и боль в сердце.
Может быть, так даже и лучше, подумала она. Возможно, мне действительно нужно время, чтобы смириться и принять правду. Это не просто факт из жизни Симоны. Нет, здесь таится нечто большее.
Но Сара была достаточно умна, чтобы понять - теперь ей никогда не узнать всей правды от Симоны. Своей первоначальной реакцией она оттолкнула ее. От этой мысли девушке захотелось плакать. Как быстро разрушилась их идиллия … Сейчас вопрос стоял в том, удастся ли ей вернуть все обратно? И захочет ли этого Симона?
Сары фыркнув, надела куртку, решив немного проветрить голову. Она задыхалась от боли, разрывающей ее изнутри. Ей необходимо было выйти на воздух и чем-нибудь занять себя. Как все наладить, исправить то, что случилось …то, к чему привела ее первая реакция? Сможет ли Симона простить ее?
Тихо закрывая за собой дверь, Сара не заметила слез, катившихся по щекам ее возлюбленной.
Сара была благодарна Симоне, которая накануне вечером, нарубила и сложила дрова в поленницу. Это означало, что сейчас она могла со спокойной душой отправиться на охоту. С каждым днем найти животное или дичь в лесу становилось все труднее и труднее. На мгновение она задумалась, что с ними было бы, если бы им на самом деле пришлось остаться здесь жить и добывать себе пищу.
До весны осталось ждать совсем немного. Если повезет, то она сможет использовать оставшееся время, чтобы искупить свою вину перед Симоной, которая заслуживает быть выслушанной. Сара сердцем чувствовала, что в ее признании - «я убила человека» - скрыто гораздо больше.
Блондинка ходила от ловушки к ловушке, в надежде, что ей все-таки повезет, и она найдет хоть какое-нибудь животное, а также найдет способ, как вернуть Симону обратно, пока все не зашло слишком далеко, и она не потеряла ее окончательно … Если, конечно, это уже не произошло из-за отсутствия у нее веры в любимую.
Симона, в свою очередь, беспокойно проворочавшись несколько часов в попытке уснуть, наконец, отказалась от этой мысли. Тяжело вздохнув, она пробежала рукой по спутанным волосам и направилась, покачиваясь,вниз по лестнице в радиорубку.
Битый час она сидела над оборудованием, в конце концов, радио затрещало, и появился сигнал.
- Сэл, ну давай же. Будь ты проклят, Ты, урод, сейчас же возьми эту чертову трубку.
- Подождите, пожалуйста.
Радиорубке была отведена в доме отдельная секретная комната, которой фактически никто никогда не пользовался. Сэл никогда и не думал, что когда-нибудь ему придется воспользоваться ею. Мужчина стремительно вошел в комнату и взял приемник.
- Симона?
- Слушай меня, старая сволочь, и слушай внимательно. Потому что я повторять не собираюсь. – Зло закричала она. - Найди способ, притащить сюда свою задницу, и забери отсюда Сару, ты меня понял? Я хочу, чтобы ее здесь не было уже через два дня. Этого времени, я думаю, вполне достаточно, чтобы придумать способ как сюда попасть. И мне все равно, как ты это сделаешь, главное, забери ее отсюда.
- Симона, что ...?
- Больше никаких вопросов. Или ты сейчас же начнешь действовать или за тебя это сделаю я. И не важно в какую сторону и сколько мне придется пройти, но я доберусь до тебя, и тогда тебе придется объяснять все Кармен и мальчиками.
- Симона ... давай не будем торопиться.
- Ты слышал, что я сказала, Сэл. Два дня. - И прежде чем он успел ответить, девушка отключила передатчик и с силой выдернула провода из аккумулятора. В этом, конечно, не было необходимости, но это заставило ее почувствовать себя намного лучше.
Поднявшись наверх, Симона снова легла в постель. Может быть, теперь ей, наконец-то, удастся хоть немного поспать.
- Вставай.
Холодные слова, как и воздух вокруг, когда с нее было сорвано одеяло, заставили Симону мгновенно проснуться. Не понимая, что происходит, она села, потирая красные ноющие глаза и стараясь не обращать внимания на Сару, которая стояла рядом с кроватью, подбоченившись.
- Что за черт?
Зеленые глаза горели от ярости.
- Здесь вопросы задаю я, Хамка. А теперь, черт возьми, выбирайся из постели, пока я сама не стащила твою задницу на пол.
Симона медленно смерила взглядом Сару, сверху вниз, после чего фыркнула, усмехнувшись.
- Ты, скряга? И почему здесь так холодно?
Сара не ответила, вместо этого, в два шага преодолев разделяющее их расстояние, она схватила Симону за руку и сдернула ее с кровати, так, что та оказалась лежащей на полу у ее ног. Брюнетка, зарычав, вскочила и посмотрела на Сару, с явным намерением наказать обидчицу.
- Никогда не пытайся сделать это снова, - процедила она сквозь сжатые зубы.
- Или что, хамка? Что ты со мной сделаешь?
Сара вплотную подошла к Симоне, намеренно вторгаясь в ее личное пространство, и ткнула ее пальцем в грудь. Симона, схватив руку Сары, отвела ее от себя, стараясь не причинять девушке сильной боли.
- Я смотрю тебе не терпится умереть, Скряга? Я могу это устроить ... это совсем не трудно для такой как я …убийцы.
- Не сможешь, Хамка. Но я хочу знать, почему ты намеренно солгала мне и ушла от ответа.
Зеленые глаза были полны такой решимости и упрямства, что Симона, выпустив руку Сары, попятилась к холодному камину. Решив дать подруге небольшую передышку, Сара наблюдала, как та разжигает огонь дрожащими руками. Интересно, ее трясет от холода или от ярости, подумала она.
Несмотря на то, что огонь в камине разгорелся уже достаточно сильно, Симона не сдвинулась с места, пристально глядя на пламя. Сара, вздохнув, подошла к ней и встала на колени позади нее. Склонив голову ей на плечо, девушка обрадовалась, когда Симона не сделала ни одной попытки отстраниться от нее. Вместо этого, брюнетка отклонилась назад, и Сара крепко обняла ее.
- Почему, Симона? Почему ты солгала мне?
- Я не лгала. А почему ты предположила самое худшее?
Сара отстранилась и, обойдя Симону, встала между ней и камином. Подняв темную голову за подбородок, пока их глаза не встретились, она протянула Симоне руку.
- Разговор обещает быть долгим. Думаю, нам стоит перейти на диван или устроиться на полу более удобно. Я не смогу высидеть на этих твердых досках нескольких часов подряд.
Симона мрачно кивнула и, воспользовавшись предложенной рукой, поднялась на ноги. Она подошла к дивану и, сев на углу, стала ждать, когда Сара сделает то же самое.
Девушки молча уставились друг на друга, пока блондинка не решилась нарушить тишину.
- Хорошо, я признаю, что тебе пришлось убить человека, и у тебя была на то причина. Но я не понимаю, почему ты намеренно ввела меня в заблуждение. Нет, - остановила Сара Симону, когда та открыла рот, чтобы отрицать все. – То как ты это сказала, вот что вызвало во мне такую негативную реакцию. Неужели тебе понравилось то, что ты сделала?
Голубые глаза полыхнули гневом.
- А как бы ты повела себя, когда человек, который утверждал, что любит тебя, подумал о тебе самое худшее?
- Не смей все сваливать на меня, Симона. Ты намеренно искажаешь мои слова. Я не услышала от тебя ни одного слова в свое оправдание – фраза «я убила человека» это не одно и тоже, что «я совершила убийство», ... особенно, если учесть...
- Что? – Перебила ее Симона - Мою семью? Потому что моя семья это мафиозный *Клан*, - надавила она на последнее слово. - Это делает меня убийцей? Прекрасно, Скряга, - фыркнула Симона. - Просто замечательно!
Брюнетка вскочила и подошла к шкафу, чтобы найти свою футболку, как почувствовала, что Сара обхватила ее сзади руками.
- Отпусти, Скряга! Я не хочу причинить тебе боль.
- Ты не причинишь ее мне, Симона, - ответила Сара с убежденностью, которая удивила брюнетку. - Но я не позволю тебе уйти от разговора до тех пор ... пока мы все не выясним.
Симона вернулась обратно на диван и, обхватив руками свои согнутые колени, отвернулась к камину. Сара продолжила с того, на чем остановилась.
- Убийство и возможность, что я кого-то сбила — это не одно и тоже. - Блондинка сделала глубокий вдох. - Почему ты так поступила, Симона? Почему именно так выразилась? Так ты хотела оттолкнуть меня?
Тишина.
- Почему, Симона? Если ты не хочешь быть со мной, почему бы просто не сказать мне этого? Почему ...
Ее дальнейшие слова заглушили губы, прижавшиеся к ее, от долгого глубокого поцелуя по телу Сару разлилось тепло. Наконец, она мягко отстраниться от Симоны, удерживая ее лицо в своих ладонях.
- Нет Симона ... подожди. Сначала мы должны поговорить.
Брюнетка попыталась оттолкнуть Сару, зарычав от разочарования, но та не позволила ей сделать это. Голубые глаза долго всматривались в зеленые, пока Симона не сдалась, увидев в них твердую решимость, докопаться до истины, тогда она склонила голову на спинку дивана, не отрывая глаз от Сары.
- Ты готова мне все рассказать? Только правду? – Спросила Сара, после затянувшегося молчания.
Симона осторожно взяла руки подруги в свои, и стала нежно поглаживать большими пальцами внешнюю сторону ее ладоней, не разрывая зрительного контакта.
- Это не был несчастный случай. Правда, и преднамеренным убийством это тоже назвать нельзя.
- Что случилось?
- Месть. И ярость.
- Расскажи мне.
- Моя мать вышла замуж за человека, стоящего гораздо ниже ее по социальной лестнице ... по крайней мере, по мнению ее семьи. Поп был простым механиком, работал в городе, где у моего деда был летний домик. Всякий раз, когда у его людей случались проблемы с машинами, они пользовались его автосервисом. Именно там мои родители и познакомились.
Сара кивнула, не желая прерывать рассказ Симоны. Конечно, пока она не совсем понимала, как это могло быть связано с убийством, но ей было интересно услышать хоть немного о прошлом Симоны.
Им столько еще предстояло узнать друг о друге.
- Они были совсем еще подростками - никто даже не замечал, какими взглядами они обменивались, никто не знал об их тайной переписке в течение целого года. И вот когда моя мать достигла совершеннолетия, она и мой отец сбежали ... и поженились. Дед был в ярости. Мама была его любимицей, и он возлагал на нее большие надежды. Кроме того, ему было больно, что она и Поп сделали это в тайне, за его спиной. Долгое время он считал, что мой отец полное ничтожество, … что он воспользовался ее молодостью и наивностью, и специально сделал так, чтобы она забеременела. Только спустя годы, видя их любовь, он смягчился. Моя мать была очень на него сердита, до моего рождения она не предпринимала никаких попыток наладить их отношения. Однако после того как я родилась, они оба сделали шаг к примирению, чтобы восстановить семейный узы, но при этом мы всегда держались в стороне от семейного бизнеса и его богатства. Поп так и остался механиком, а мама, отойдя от светской жизни, стала простой домохозяйкой. Я росла в обычной семье - мы никогда ни в чем не нуждались, но и богачами назвать нас тоже было трудно. Поп всегда твердил, что в отличие от них, мы живем правильно. - Симона замолчала, погрузившись в воспоминания. Сара просто сидела и наблюдала за подругой, лицо которой смягчилось от нахлынувших чувств. Через некоторое время блондинка накрыла руку Симоны и стала ждать, когда та посмотрит ей в глаза.
Придя в себя, Симона освободила свою руку и, встав, подошла к камину, созерцая пламя. Сара не спускала глаз с ее опущенных плеч, думая о том, какое же же из воспоминаний послужило причиной столь резкой смены настроения, но на этот раз она постаралась не делать поспешных выводов. Одного раза ей уже хватило. Они и так уже пережили слишком много недоразумений, раня друг друга, сорвавшимися с губ необдуманными словами и поспешными выводами, которые не имели ничего общего с реальностью. Сара ждала.
- Когда умер мой дедушка, он оставил значительную сумму денег моим родителям, а Сэл стал главой Клана. По его просьбе, Поп отдал им деньги в доверительное управление... Все. В двадцатую годовщину свадьбы моих родителей, Сэл отправил их в путешествие по Европе. Когда их самолет разбился, я стала жить с ним и Кармен. Для меня открылся новый мир – роскоши, богатства и могущества, я была самой младшей в семье. Мальчики были замечательные … Они всегда были рядом и заботились обо мне … даже, когда речь шла об уроках танца. Именно они показали мне, что такое семья и что ее необходимо защищать … даже ценой чьей-нибудь жизни.
- Что же случилось? – спросила Сара, когда молчание затянулось. - Если они о тебе так заботились, почему все это произошло?
Тишина.
- Симона ...
- Сара ...
- Милая, я должна знать. Пожалуйста, поделись со мной.
- Что ты сделаешь, если узнаешь, что я не солгала ... что я убийца?
- Ты не убийца, - твердо заявила Сара. - Я была неправа придя к такому выводу, даже если ты хотела тогда уверить меня в обратном. Если бы я тогда хоть на минуту задумалась, прежде чем ляпнуть такое, то ничего бы этого не произошло между нами. Я сожалею, я слишком поспешила с выводами, и буду сожалеть об этом до конца жизни. Я знаю тебя ... Я знаю, что ты *выше* этого.
- Ты?
- Да! Я знаю твое сердце, Симона.
- Надеюсь, что ты действительно знаешь меня лучше, чем я себя ... потому что я жила с этой мыслью долгое время.
Сара усмехнулась.
- Симона, ты заработала себе прозвище не потому, что ты заставляла всех страдать. Я уже говорила тебе и повторю снова... Ты заслужила его, потому что мне показалась, что ты сама страдаешь отчего-то, только вот я не знала причины твоей боли. Несмотря на всю свою надменность и холодность, ты самая милая и нежная девушка на свете. Ты мне доверяешь?
- Полностью.
- Тогда расскажи мне все. Открой мне все свои тайны.
Симона, вздохнув, встала и, подойдя к камину, задумчиво посмотрела на огонь, ища в нем ответы на свои вопросы, прекрасно зная, что их там нет. Пламя полыхнуло, громко затрещав, отчего она вздрогнула. Симона вздрогнула снова, когда Сара слегка коснулась рукой ее спины, бесшумно подойдя к ней сзади. Не сказав ни слова – блондинка мягко взяла руки Симоны в свои и поцеловала. Их глаза встретились.
Сара подвела девушку обратно к дивану и, сев первой, похлопала себя по коленям, приглашая Симону, которая, не задумываясь, воспользовалась ее приглашением. Сложив голову на колени возлюбленной, брюнетка сделала глубокий вдох, наслаждаясь комфортом и безопасностью.
- Все хорошо, - тихо сказала Сара. – Сосредоточься на пламени, оно поможет тебе немного расслабиться. - Она осторожно потерла виски Симоны и улыбнулась, когда почувствовала, как сильное и стройное тело подруги покидает напряжение. - Слушай мой голос, отпусти себя, любовь моя. Вместе мы это переживем.
- Вместе, - пробормотала Симона, закрыв глаза. - Мне нравится это слово.
Сара улыбнулась.
- Мне тоже, - ответила она, продолжая массировать виски. Словно издалека, Симона услышала голос Сары, которая прошептала ей на ухо - Поговори со мной, Симона. Расскажи мне свою историю.
Симона снова вздохнула и открыла глаза. Сосредоточившись на пламени, она начала тихо говорить.
- Когда мы выросли, мальчики занялись семейным бизнесом, но пока я жила дома, они продолжали присматривать и заботиться обо мне. Так было, пока я не уехала в колледж. Я впервые в жизни была предоставлена самой себе. Конечно, я была уже не ребенком, … но единственной девочкой в семье, поэтому они приставили ко мне Гвидо. Это было здорово ... ощущение свободы и защищенности одновременно.
- Черт, я уже завидую тебе, - улыбнулась Сара, на что Симона усмехнулась. - … Значит, их не было рядом, но в случае возникновения каких-либо неприятностей они могли тут же позаботиться о них. Думаю, ты действительно доставляла им много проблем, с головой окунувшись в мир развлечений.
Симона повернулась и, посмотрев на Сару, пихнула ее, на что та лишь рассмеялась, прекращая поглаживать ей виски. Тогда Симона дернула головой, ударив Сару в живот.
- Уфф! - Застонала блондинка и нежно дернула Симону за прядь темных волос, после чего вновь вернулась к массажу.
Симона вздохнула от удовольствия и заставила себя расслабиться, зная, что худшее еще впереди.
- Несмотря на то, что Фелиция приходилась мне двоюродной сестрой, она не была членом «семьи», поэтому мальчики не присматривали за ней, как за мной. Кроме того, я была старше ее, и они предоставили это право мне, оставив меня ненадолго в покое, поскольку меня никто серьезно не доставал в течение трех лет, ну не считая тебя, конечно. Ты меня постоянно раздражала. Обычно, я не вела себя с другими людьми так, как с тобой. Итак, в колледже я осталась без своих верных защитников - никто не знал, из какой я семьи. После смерти Фелиции, я все дальше и дальше отдалялась от родных, им все труднее становилось следить за мной – я практически перестала куда-нибудь выходить. Однажды в середине зимы, я решила нарушить свое затянувшееся отшельничество и прогуляться до Rothskeller за чашкой кофе. Но, пройдя половину пути, я увидела его … Того, кто изнасиловал Фелицию и стал виновником ее смерти. Перед глазами все окрасилось в красный цвет … я потеряла над собой контроль. Он был не один, беседовал с какой-то девушкой. В этот миг все перестало иметь для меня значение. Я подошла к ним и набросилась на него.
- Ты ударила его?
- Не сразу… нет. Я оттолкнула его от нее и стала кричать на него, ударяя кулаком в грудь. Он оттолкнул меня, и вот тогда я ударила его, сломав ему нос...
- А что потом? – Спросила Сара, когда молчание затянулось.
- Он кинулся на меня – девушка к тому времени уже давно убежала – и мы сцепились. Никто не пришел ему на помощь. Вместо этого, мои телохранители вышли из тени. Двое схватили его за руки, а третий помог мне подняться... После чего они отправили меня обратно домой.
- И?
- И??? Я подписала тому мальчишке смертный приговор, Сара. Конечно, я не убила его физически, но я виновна в его смерти, как если бы я приставила пистолет к его голове, а курок спустил кто-то другой.
- Симона, ты не можешь знать этого наверняка.
- Могу ... И знаю. Фрэнк позвонил мне в тот же день, сказав, что проблема будет устранена. Спустя две недели в старом, заброшенном здании в другой части города, произошел пожар, помнишь?
Сара задумалась, наморщив лоб, а потом взглянула на Симоны.
- Да ... пожарные сказали тогда, что это был несчастный случай. Произошла утечка газа и возгорание по вине бродяг, которые там жили, или по вине торговцев наркотиками, которые осуществляли там свои сделки.
- Это не был несчастный случай. Утечка газа была подстроена, а бездомные стали невинными жертвами, чтобы скрыть убийство Питера Уэлтона.
Глаза Сары расширились. - Питер Уэлтон? – Ее руки замерли на висках Симоны. – Питер Уэлтон из мужского братства изнасиловал твою кузину? Ты уверена?
От этого казалось простого вопроса Симона вся напряглась и внимательно посмотрела на Сару.
- Я уверена, Сара. Фелиция смогла опознать его за пару дней до смерти – ее описание в точности совпадало с ним. – Симона осторожно дотронулась до дрожащих рук Сары и нежно сжала их. – В чем дело, милая? Ты знала Питера Уэлтона?
- Он был моим братом.
- Прости? – Спросила Симона, наконец, обретя голос. - Я думала...
- Да, я тоже так думала, пока не очутилась в колледже. Не пойми меня неправильно - я люблю своего отца, он был хорошим отцом, но в тоже время он оказался настоящим уродом. Эта была одна из причин, почему мои родители развелись. Билли изменял моей матери. Питер был его внебрачным сыном.
- Он был старше или младше тебя?
- Старше, но не намного. Видимо, отец сходил на сторону, примерно в то же время, когда моя мать забеременела мной. - Симона вздрогнула, а Сара кивнула. – Моя мать не сразу узнала о Питере, только когда мне исполнилось три, и это стало последней каплей, переполнившей чашу ее терпения.
- Почему он не признал его?
- Я не думаю, что мать Питера знала, кем был на самом деле мой отец. - Сара вздохнула. – А я узнала от Билли, кто такой Питер, когда однажды столкнулась с ним в колледже. Он был его точной копией.
- Наверное, разговор был не из приятных. – Сухо заметила Симона.
- Боже, ты себе даже не представляешь. Это было ужасно, моя мать была в шоке. - Сара перевела свой взгляд на брюнетку. – Если раньше мои родители старались сохранять видимость дружеских отношений, то после этого они просто стали игнорировать друг друга.
- Прости меня, - тихо сказала Симона.
- За что, дорогая?
- За смерть твоего брата - за то, что наши близкие ненавидят друг друга.
Сара грустно усмехнулась.
- В этом нет твоей вины, Симона, я ни о чем не жалею... Моя семья рядом со мной – вот что для меня главное. Что же касается Питера, я никогда не знала его по-настоящему, конечно, я сожалею, что он умер, но не могу себя заставить грустить и оплакивать его ... только не после того, что он сделал с Фелицией. Это делает меня плохой?
- Нет, это делает тебя честной.
В хижине наступила тишина.
- И что теперь? – Спросила, наконец, Симона.
- Жизнь продолжается, и я бы очень хотела, чтобы мы прожили отведенное нам время вместе.
- А как насчет ...?
- Ты не убийца, Симона Марконэ. И ты должна перестать в это верить. Сейчас вопрос в том - что ты хочешь?
- Я хочу быть с тобой. Я хочу быть с тобой, пока ты этого хочешь.
Сара усмехнулась.
- Мне нравится, … но есть одно условие... Я хочу вечность, Симона, ты готова?
- Вечность … звучит замечательно. Я согласна.
На следующее утро девушки проснулись от страшного грохота. Сонными глазами они посмотрели друг на друга, после чего Симона вскочила с кровати и сморщилась от боли, когда закололо затекшую шею. Девушка подбежала к окну, в то время как Сара с ломками во всем теле размышляла над тем, что им не следовало засыпать на диване.
Непонятный гул, заставивший ее поднять голову вверх, нарастал с каждой секундой, стены хижины задрожали.
- Черт! – Выругалась Симона. - Черт возьми, Сэл! – Она отпрыгнула от окна, когда стена снега накрыла хижину.
- Сэл? Симона, что, черт возьми, здесь происходит?
Брюнетка резко развернулась и, схватив Сару, повалила ее на пол, прикрыв ей голову руками. Так они лежали, пока снаружи не установилась мертвая тишина, и комната не погрузилась во мрак.
- Что, блин, это было? – Спросила Сара на удивление спокойным голосом, которого совсем не ощущала в эту минуту.
- Первое или второе? - Симона вздохнула и села, обрадовавшись, когда Сара сделала тоже самое и прижалась к ней. – Первое - точно был вертолет. Видимо, Сэл постарался, я вчера дозвонилась до него и дала ему два дня на то, чтобы он увез тебя отсюда.
- Ты связалась с Сэлом. - Спросила Сара голосом, лишенным всяких эмоций. Она села и, отстранившись от Симоны, посмотрела ей в лицо.
- Да.
- Ты связалась с Сэлом.
- Да, я сделала это.
- Ты разговаривала с ним и не сказала мне? Что...
- Сара ...
- После всего ... после того, как мы поговорили друг с другом, ты не рассказала мне, что дозвонилась до Сэла. – Голос Сары был по-прежнему безжизненным, и Симоне вдруг стало интересно, насколько сильно разозлилась на нее подруга.
- Сара, я была зла на тебя, когда позвонила ему. Какого черта мне было говорить тебе об этом? Я хотела, чтобы ты исчезла отсюда – неважно как, чем быстрее, тем лучше. О том, чтобы все рассказать тебе, я вообще тогда не думала, и уж точно не в то момент, когда ты вытащила меня из кровати вчера.
- Ладно, значит, Сэл знает, что мы живы?
- Во всяком случае, когда мы разговаривали. Также он знает, что я была просто в ярости и очень зла на тебя.
- Хорошо, - Сара сделала глубокий вдох. - Итак ... он здесь, чтобы забрать НАС? Я без тебя отсюда не уеду.
- Ничего не получиться.
- Что?!? Почему??? Разве ты не хочешь...??
Симона обняла Сару.
- Да, дорогая ... я очень хочу. Но ...
- Мы ведь можем позвонить ему снова, не так ли? Позвоним и скажем ему, чтобы он забрал нас обеих.
- Я так не думаю.
Сара рассердилась.
- Что значит твое – «я так не думаю»?
- Мы не сможем позвонить ему. – Симона уронила руки и виновато опустила подбородок вниз, но Сара снова заставила ее посмотреть ей в глаза.
- Симона?
- Я сломала радио. Не хотела искушать себя.
Сара разочарованно выдохнула.
- Все в порядке. Он ведь пришлет кого-нибудь за мной, не так ли? Думаю, там будет достаточно места для нас двоих. Вот тогда мы сможем, наконец-то, отправиться туда, где тепло. Вместе. – Сара скользнула руками по груди и талии Симоны. - Не могу дождаться, когда увижу тебя в бикини.
- Я тоже ... Я хочу сказать, что тоже с нетерпением этого жду. Но у нас возникла небольшая проблема... источник второго шума. … Это была лавина. - Симона усмехнулась, а Сара вопросительно посмотрела на нее, наклонив голову. - У меня такое предчувствие, что Сэла ждет неприятный сюрприз, когда до него дойдет, что своими стараниями он похоронил нас под снегом заживо. Подожди, когда Кармен услышит об этом.
Сара побледнела, и смех Симоны мгновенно оборвался. Она взяла ладони возлюбленной в свои и начала нежно успокаивающе поглаживать их пальцами.
- Сара?
- Заживо? Я должна немедленно выбраться отсюда. – Блондинка, освободив руки, встала и на дрожащих ногах направилась к входной двери. Открыв ее, она рухнула на колени, увидев перед собой стену холодного белого снега. Симона, последовавшая за ней, опустилась рядом с Сарой на колени и крепко обняла ее.
- Сара, милая ... все будет в порядке. У нас есть еда и горячая вода, а пока мы в плену у снега, то здесь будет сохраняться тепло. По крайней мере, так нам рассказывали в школе. Снег служит чем-то вроде изолятора и естественного утеплителя. Считай, что мы с тобой на зимовке – будем много-много спать.
- Ты не понимаешь, Симона – у меня клаустрофобия, я не могу здесь оставаться. – В голосе Сары слышались нотки растущей паники. - Я не могу здесь оставаться! - Она начала вырываться из объятий Симоны, но та крепко продолжала держать ее и шептать слова утешения, до тех пор пока не почувствовала, как Сара понемногу начала расслабляться.
Симона оглядела хижину, дверь и окна были замурованы снегом. Черт, как же им выбраться из этого ледяного ада. Тут ее взгляд упал на огромный каменный камин, внутри которого лежал только пепел.
- Ты мне доверяешь?
- Да.
Симона взяла Сару за руки и помогла ей подняться, после чего, подвела к камину и усадила ее рядом с ним. Она, не торопясь, очистила камин от пепла, сложив его в рядом стоящее ведро, и как только все было готово, Симона протянула Саре руку.
- Мы сможем выбраться отсюда через дымоход.
Сара покачала головой.
- Нет, Симона ... я не смогу.
- А если я пойду первой? – Молчание. - Милая, я должна удостовериться, что дымоход чист. Подождешь меня здесь несколько минут, пока я проверяю?
- Не оставляй меня здесь одну, Симона ... пожалуйста.
- Все хорошо, Сара. - Брюнетка опустилась на колени перед любимой. - Давай, детка ... дыши.
Сара, не спуская глаз с Симоны, опустила веки, и стала делать медленные глубокие вдох-выдох, до тех пор, пока не почувствовала, как ее сердцебиение успокаивается, после чего она снова открыла глаза.
- Лучше?
- Кажется, да.
- Попробуешь выбраться со мной через дымоход?
Сара покачала головой и прошептала:
- Не думаю, что я справлюсь.
- Ничего, Сара. У тебя все получиться. Но сначала я должна убедиться, что нам это удастся.
- Я подожду тебя здесь. - Блондинка махнула рукой в сторону камина. – Постелю тебе на пол что-нибудь мягкое, на случай, если ты вдруг решишь свалиться обратно. – Безрадостно пошутила Сара.
Симона покачала головой.
- Не волнуйся, мне это не впервой. Поп и я каждую осень, чтобы немного подзаработать чистили дымоходы у соседей.
- Ты тогда была меньше.
- Как и камины.
Этот ответ Симоны вызвал у Сары улыбку. Она смотрела, как подруга вошла в камин и, подпрыгнув, исчезла в трубе.
- Камни еще теплые, но я бы не сказала что тут жарко, - услышала Сара приглушенный голос Симоны. По мере ее карабканья наверх, шаркающий звук, который она издавала, становился все глуше и глуше, и ее голос отозвался эхом, когда она воскликнула: - Ого! - Через несколько минут, Симона спустилась обратно в комнату. Брюнетка громко приземлилась о каменный пол, не обращая никакого внимания на упавшие после себя куски сажи и свой вид.
- Все ясно ... Думаю, я смогу снаружи очистить дверь от снега. Конечно, это займет несколько дней, но .... Сара? – Только тут Симона заметила, как дрожит ее возлюбленная, обхватив себя руками. - Сара, дорогая? Ты в порядке?
- Я люблю тебя.
- Я тоже тебя люблю. - Симона поцеловала блондинку в макушку. – Это ты к чему?
Влажные, полные слез, зеленые глаза встретились с голубыми.
- Ты, правда, сделаешь это для меня? Отроешь проход?
Симона пожала плечами.
- Конечно ... почему бы и нет?
Сара притянула голову возлюбленной к себе и, захватив ртом ее губы, подарила ей жгучий глубокий поцелуй. Когда они, наконец, отстранились друг от друга, обе тяжело дышали. Сара посмотрела на Симону горящими глазами.
- Возьми меня, Симона.
- Сара???
- Ты готова отрыть тонны снега, только чтобы помочь мне выбраться отсюда. Я хочу и могу помочь тебе.
Симона внимательно изучала зеленые глаза, так доверчиво смотрящие на нее.
- Ты уверена?
- Я бы хотела попробовать.
- Хочешь пойти первой?
Сара покачала головой.
- Я не думаю, что смогу сделать это. Ты иди, ... а я за тобой.
- Хорошо. Тогда я пошла первой. Если вдруг у тебя возникнут проблемы, и ты не сможешь подняться, просто дай мне знать, я спущусь обратно вниз, договорились?
Сара кивнула и подарила Симоне еще один поцелуй.
- Для смелости, - пробормотала она. Симона лишь улыбнулась и погладила блондинку по щеке, оставляя на шелковистой коже след от копоти.
- Обращайся в любое время. - Симона хищно улыбнулась, а Сара покраснела.
Второй раз взбираться по дымоходу оказалось намного легче, сажи практически не осталось, и вскоре Симона уже достигла вершины и хихикнула, увидев почерневший от копоти и сажи снег вокруг трубы, после чего повернулась и крикнула:
- Проход открыт, Сара ... залезай, любовь моя.
Ласковое обращение успокоило Сару, придав ей силы; отбросив все свои страхи и сомнения, желая как можно скорее оказаться в теплых сильных объятиях любимой, она, закрыв глаза, стала подниматься наверх, полагаясь на свои природные инстинкты и полностью сосредоточившись на дыхании. Достигнув вершины, Сара почувствовала, как Симона, схватив ее под руки, подтянула наверх и сжала в своих теплых объятиях. Блондинка открыла глаза и засмеялась - это было все равно что идти на свет в конце туннеля.
Сара сделала глубокий вдох и, удовлетворенная собой, выдохнула воздух из легких … как вдруг почувствовала холод, пробирающий ее даже через штаны.
- Бррр.
- Да уж, - с дрожью в голосе согласилась с ней Симона. – Нам стоило одеться немного теплее.
- В следующий раз, - заявила Сара. Возможно, их нетрадиционный выход из хижины и делал ситуацию более-менее сносной, но мысль, что они вместе скорее расчистят дверь, вот это было для нее сейчас самым главным. К тому же в объятиях Симоны ей было так хорошо.
- В следующий раз?
- В следующий раз. Ты рядом, поэтому теплая одежда может и подождать.
И от последовавшего за этими словами поцелуя чуть не расплавился лед.
Дело продвигалось медленно. Снег стоял плотной стеной, поэтому большую часть времени Симона копала. Попытки Сары немного поохотиться не имели успеха, лавина уничтожила все ловушки, похоронив их под толщей снега, да и пейзаж вокруг изменился до неузнаваемости, а обитатели леса попрятались в норы.
Но с упрямством, не знающим границ, Сара продолжала искать хоть что-нибудь. Им необходимо было мясо для поддержания энергии, но плачевные результаты ввергли ее в уныние.
Симона работала, не покладая сил, надеясь, что ее усилий будет достаточно, а Саре, наконец-то, повезет, и она добудет для них свежего мяса столь необходимое, чтобы выжить здесь. На расчистку двери от снега уходило много времени и сил, но в конечном итоге, однажды утром, Симона открыла входную дверь, глупо улыбаясь и любуясь выражением изумления на лице возлюбленной.
- Совсем немного, - начала она, но палец Сары, прижатые к ее губам, остановил ее.
- Все замечательно, Симона. Мы можем открыть дверь, и я могу выйти на улицу и увидеть небо.
- Да, но ...
- Симона, все просто прекрасно.
- Сара, здесь глубина около трех метров.
- Симона, что такое три метра, по сравнению с возможностью видеть небо и нормально дышать свежим воздухом. У нас есть нормальный выход, больше никакого дымохода.
- Ты действительно ненавидела его, да?
- Да, - тихо призналась Сара. – Каждый раз я старалась быть храброй, но я мечтала, чтобы мне больше не приходилось лезть через него.
- Хижина до сих пор довольно хорошо изолирована и у нас достаточно еды. Мы выживем, любовь моя.
- Надеюсь на это. Но сейчас мне бы хотелось оказаться не здесь, а услышать, как Сэл объясняет Кармен произошедшее.
Симона усмехнулась.
- Мне тоже.
- Ты уверен?
- Да, Кармен. Я слышал гул, и видел, как лавина снега накрыла хижину. Единственное, что виднелось из-под него это верхушка трубы.
- Неужели, чтобы вытащить их оттуда, нам остается только сидеть и ждать весны? Какого черта, о чем вы думали, Амици? Зачем вам понадобилось лететь туда на чертовом вертолете, да еще над опасным районом, ... когда в это время года там случаются лавины? Вы что, черт возьми, совсем рехнулись ...?
Сэл поднялся со своего места, в то время как два бугая, которые стояли на страже у дверей, сделали шаг по направлению к нему. Билли Уэйнрайт оглянулся и, выпрямившись, прочистил горло, теребя полы пиджака, стараясь успокоиться и взять себя в руки.
Сэл посмотрел на взволнованного собеседника.
- Сядьте, мистер Уэйнрайт.
Билли выполнил просьбу, понимая, что Сэл не продолжит свой рассказ пока его приказ не будет исполнен. Когда он сел, Сэл оглядел собравшихся в комнате. Кармен сидела на своем обычном месте, на диване, рядом с ней - Адрианна Уэйнрайт. Билли Уэйнрайт сел в кресло напротив Сэла.
- Значит так, - спокойно сказал Сэл, снова заняв свое место. – Придержите свой язык и послушайте меня, в следующий раз, когда вы решите открыть свой рот, помните, что здесь дамы. Я полетел туда только потому, что получил от племянницы тревожный звонок.
- Подождите ... вы разговаривали с ними?
- ... Нет, только с Симоной, и она была в ярости. Кажется, все, что она говорила вам раньше, оказалось правдой — она и ваша Сара всегда будут ненавидеть друг друга. Мы должны признать, что…
- Что она сказала тебе, Сэлли? – Спросила Кармен, используя ласкательное обращение, однако в комнате никто не посмел улыбнуться.
- Она потребовала, чтобы я увез оттуда Сару, и дала мне на все два дня, пригрозив мне, что ином случае сама отправиться ко мне. Но проблема в том, что идти им некуда. Хижина находится посреди тайги.
- И вы поверили ей? – Возмутился Уэйнрайт. - Если она так хотела уйти, почему ждала так долго, почему именно сейчас? И почему она обсуждала это с вами? Я не куплюсь на это.
- Мистер Уэйнрайт. - В комнате повеяло холодом. – Мне плевать, что вы думаете, верите мне или нет, но факт остается фактом, Саре и Симоне пришлось выживать в течение нескольких месяцев – только они знаю, чего им это стоило. Очевидно, отношения между ними настолько сильно накалились, что больше продолжаться так не могло.
- Ладно, - сдался Билли, наклонившись вперед. - Скажем, я поверю в это. Я согласен с тем, что им пришлось объединиться, чтобы выжить и что между ними, в конце концов, что-то произошло. Но я не понимаю, зачем надо было так долго ждать, чтобы позвонить вам, когда они могли сделать это в самом начале? Почему они не позвонили сразу и не потребовали вытащить их оттуда – просто прикинувшись, что у них что-то пошло не так и они попали в беду?
Сэл и Кармен обменялись улыбками.
- Вам прекрасно известен характер нашей племянницы, Уэйнрайт, - сладким голосом начала Кармен. – Как никак вы ее работодатель. Симона очень упряма, она будет отстаивать идею, пока не докажет свою точку зрения. Остаться с Сарой один на один и выжить, это был вызов для нее. Видимо, произошло действительно что-то плохое, раз она решила нарушить их молчание.
- Их молчание? Вы хотите сказать, что Сара тоже могла позвонить?
- Да ... полагаю, они должны были вместе найти радиорубку. По одиночке они не так сильны, как мои мальчики. – Пожилая женщина жестом указала на двоих мужчин, стоящих как статуи, возле двери. – А двери, уж поверьте мне, там тяжелые.
- Тогда мне интересно, почему ...?
- По той же причине, что и Симона, Билли. И вы это знает лучше меня. Она не хотела с вами разговаривать, поскольку вы всё решили за нее и уволили ее. Ваша дочь может быть тоже очень упрямой... особенно, если думает, что так доказывает свою правоту?
Уэйнрайт устало выдохнул.
- Хорошо, - уступил он. – И что теперь?
Сэл покачал головой.
- Я разговаривал с несколькими экспертами. Нам придется немного подождать, прежде чем мы получим необходимое оборудование и доставим его туда, чтобы раскопать их. Если попытаемся сделать это сейчас, станет еще хуже.
- Мы можем поговорить с ними? Вызвать их по этому радио?
- Мы могли бы ... если бы они были на связи, но их радио не работает.
- Не работает?
- Только не после нашего разговора. Судя по последовавшему за ним шуму, могу с уверенностью сказать, что Симона в гневе уничтожила его.
- То есть, мы не знаем, остались ли они в живых и никак не сможет это узнать, пока не доберемся туда и не раскопаем их.
- Все верно.
- Отлично. Надеюсь, оттепель в этом году начнется раньше.
Следующие два месяца тянулись для Сары и Симоны мучительно медленно. Большую часть времени они спали, стараясь экономить продукты и энергию. Входная дверь была полностью расчищена, но они выходили наружу только чтобы подышать свежим воздухом, немного прогуляться и очистить дверной проем от вновь навалившегося снега из-за постоянных метелей. Их физическая активность свелась практически к нулю, даже занятия любовью были теперь под запретом, однако это не мешало им каждую ночь проводить в объятиях друг друга.
Днем дел было немного, и, как правило, после них, они наслаждались тихой беседой. Огонь в камине давно уже не разжигался, дрова стали на вес золото, а естественным утеплителем им служил снег, окружавший хижину со всех сторон.
Только однажды они затопили печь, чтобы приготовить на обед тушенное мясо, а в остальные дни девушки использовали горячую воду из источника, чтобы заваривать себе лапшу или суп.
- Знаешь..., – начала как-то Симона в один из вечеров, когда они лежали, свернувшись вместе. - Я рада, что мы с тобой, наконец-то, поцеловались и занялись любовью, потому что сейчас на это у меня не было бы никаких сил.
Сара фыркнула.
- У меня тоже, - пробормотала она. – Но мы обязательно наверстаем упущенное, когда выберемся отсюда.
Симона широко улыбнулась и поиграла бровями.
- Тебе не терпится заняться диким, горячим сексом.
- Еще как, - многозначительно ответила Сара. Наступила тишина, затем девушка, став серьезной, заговорила снова. - Ты ведь знаешь, что у нас заканчиваются продукты. Даже если мы сократим ...
- Я знаю, милая.
После лавины, Сара взяла на себя обязанности по кухне, так как большую часть времени Симона расчищала для нее проход на улицу. Блондинка переписала все, что у них было, и стала вести учет того, что они уже израсходовали.
- Будем следить за собой.
- Думаю, мы справимся, - оптимистично сказала Сара, - но запасы действительно на исходе.
- Земля начала оттаивать. Я видела несколько маленьких лавин, которые сошли с близлежащих гор, скоро снег начнет таить. Так что, если Сэл пристально следит за ситуацией, то…
- ... Они должны быть здесь в ближайшее время.
Симона кивнула.
- Правда, не думаю, что нам стоит возлагать на них грандиозные надежды. Я имею в виду, давай посмотрим правде в глаза – у Сэла и Билли богатый опыт, как доставить нам неприятности. Они нам это уже доказали, кроме того, мы ведь говорим о двух засранцах.
Сара рассмеялась.
- Каждый должен быть хоть в чем-то хорош.
Симона засмеялась.
- Так что же ты хочешь сделать?
- Я не уверена, что нам много удастся, кроме как, … может, попытаться опять сходить на охоту. Мы до сих пор не знаем, где находимся и как вернуться к цивилизации. Думаю, наши шансы выжить увеличатся, если мы останемся здесь, пока Сэл не заберет нас.
- Я думаю, ты права. Может быть, нам повезет, и мы найдем раннюю ягоду или что-нибудь еще.
- Значит, завтра?
- Завтра.
Но завтрашний день принес им кое-что неожиданное.
Был уже полдень, когда девушки, наконец, встали с постели, прекрасно зная, что спешить им некуда. Перекусив несколькими крекерами с арахисовым маслом, они вышли на улицу и достигли вершины снежной насыпи, тяжело дыша. Небо было ясным, морозный воздух бодрил, а на землю падал белый снег. Настроение было замечательным, Сара и Симона обменялись улыбками, поцеловались и разошлись в разные стороны, договорившись встретиться на этом же месте до захода солнца.
Но, не успев отойти далеко от хижины в лес, Сара вдруг услышала гул, заставивший ее задрать голову вверх. Нахмурившись, девушка развернулась и побежала обратно к хижине, чтобы попытаться найти Симону, но падающий снег уже успел запорошить следы возлюбленной и шансы найти ее, не зная, куда та направилась, были невелики.
Тогда блондинка решила переключить свое внимание на шум, в надежде, что он означает только одно... то, о чем она подумала … на вершине склона возле хижины ее ждал незнакомец, упиравший руки в бока.
Сара взвела ружье и направила его в сторону мужчины, удовлетворенно наблюдая, как фигура застыла и замерла.
- Кто вы, черт возьми, такой и что вы здесь делаете?
Человек нервно усмехнулся.
- Ооо ... мисс Уэйнрайт, - галантливо поклонился человек. – Меня зовут Сэл Амици. – Ружье не дрогнуло и на его лице застыло выражение крайнего удивления. – Мисс Уэйнрайт, вы слышите меня? Я Сэл Амици. Я приехал за вами, чтобы доставить вас домой.
Сара кивнула головой в его сторону, но ружье не опустила.
- Вы ожидали благодарности, господин Амици? Но уверяю вас, от меня вы ее не дождетесь. Это по вашей вине, мы оказались в такой ситуации.
- Мы? Означает ли это, что моя племянница все еще здесь?
- Именно.
- Отлично! Хм ... могу я попросить вас опустить оружие и проводить меня к ней? Или, по крайней мере, позвольте мне найти ее самостоятельно? – Он жестом указал на хижину.
- Ее там нет, - сухо ответила Сара. - И даже, если бы и была, уверяю вас, она не будет счастлива вас видеть.
- С ней все в порядке? Она не ушла? – В его голосе сквозило облегчение.
- Вы что не слышите меня? Вы хоть знаете, как долго и какого труда ей стоило освободить дверь от снега, чтобы нам не приходилось каждый раз выбираться из дома через чертову трубу? - Сара мотнула головой в сторону дома.
- Почему она осталась с вами, когда могла просто уйти? Симона была в ярости, когда позвонила мне. Она потребовала, чтобы я как можно скорее забрал вас отсюда ... и поклялась, что если этого не произойдет, то она уйдет сама. Не важно куда, лишь бы быть подальше от вас.
Даже зная причину злости и гнева Симоны, эти слова Сэла, произнесенные вслух, отозвались болью в сердце Сары. Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться и скрыть дрожь в голосе.
- Потому что уйти было бы самоубийством ... и убийством. И если на самоубийство она еще могла решиться, - от резких слов Сары Сэл побледнел, - то, я точно могу сказать, быть убийцей она не желает ... даже будучи членом вашей семьи. - Девушка наблюдала как от ее последних слов застыло и стало пепельным лицо Сэла, но она бесстрастно выдержала его жесткий взгляд. Наконец, мужчина отвернулся.
- Почему вы считаете, что это было бы убийством? У Симоны нет оружия ... и никогда не было, даже после того как я сделал ее своей наследницей…
- Зачем вы это сделали? Даже вы, достаточно умны, чтобы понять, что ей не интересен этот образ жизни. - Сара проигнорировала ядовитый взгляд Сэла, который он бросил в ее сторону. – У вас есть сыновья, один из них мог бы стать Главой Клана. И разве у вас не существует неписаного правила, что Главой должен быть обязательно мужчина?
- Как правило, да. Но когда Симона стала жить с нами, мальчики перестали драться между собой и во всем следовали за ней. Тогда я понял, что именно она станет следующей Главой. А теперь, объясните мне, почему, оставить вас здесь, было бы убийством?
Сара вздохнула.
- После вашего первого «визита» кое-что изменилось. Нам нечего стало есть – охотиться было не на кого, все животные либо были похоронены заживо под снегом, либо убежали, поэтому нам пришлось объединить наши усилия, чтобы остаться в живых. После лавины ни одна из нас не выжила бы здесь поодиночке.
- Значит, она осталась здесь только ради вас, - начал размышлять Сэл вслух. – Вы верите, что она предпочла бы остаться здесь, если ...?
- Я бы предпочла, вообще никогда не быть здесь, - раздался позади голос Симоны. – Ты мог бы послать сюда кого-нибудь другого, чтобы он сделать за тебя всю грязную работу, дядя ... как ты всегда поступал.
- Ах, Симона, моя дорогая - Сэл вздрогнул, услышав голос племянницы и повернулся к ней в пол-оборота, не выпускать Сару из поля зрения. – Извини, я опоздал.
- Как и я, - сухо парировала брюнетка.
- Ну, я приехал забрать от тебя мисс Уэйнрайт или ...?
- Я так не думаю. Ты слышал, что мисс Уэйнрайт только что сказала тебе? Ты хоть представляешь себе, что мы пережили в этом Богом забытом месте? Ты заберешь НАС отсюда, и оставишь, черт побери, меня и ее в покое. Больше никакого вмешательства в наши жизни.
- Даю тебе слово.
Симона горько фыркнула и сплюнула.
- Как будто твое слово для меня что-то значит. Мисс Уэйнрайт? – Она повернулась к Саре, которая нахмурилась от такого обращения к ней. - Я думаю, вы можете опустить ружье, - усмехнулась Симона, без доли юмора. - Не думаю, что мой дядя или его человек исчезнут, пока мы собираемся.
- В самом деле, мисс Уэйнрайт, мы можем зайти внутрь? - Спросил Сэл и театрально задрожал. – Идет снег, и мне бы хотелось убраться отсюда поскорее, пока не случилась новая лавина.
- Еще бы тебе не хотелось, - зашипела Симона. - Подожди здесь, пока я не вернусь. Нам нужно побыть одним, чтобы собрать вещи. Как только мы закончим, ты и Рикардо можете войти.
Сэл кивнул, молчаливо согласившись.
Рикардо, знающий, когда следует придержать свой язык за зубами, промолчал, а Сэл не смог удержаться, чтобы не поддеть племянницу.
- Значит, ты и мисс Уэйнрайт все еще вместе?
- Не искушай свою судьбу, я ведь могу попросить ее выстрелить. Мне бы не хотелось объяснять это Кармен.
Глаза Сэла расширились.
- Ладно, - уступил он. – Леди, дайте нам знать, когда будете готовы. Мы пока перекурим.
Но Симона и Сара уже не слушали его, спускаясь вниз по склону к хижине.
- Мисс Уэйнрайт? - Возмутилась Сара, как только за ними закрылась дверь. - Что, черт возьми, это значит, Симона?
- Сара ..., милая, послушай меня. Ты действительно хочешь, чтобы они узнали, что выиграли. Чтобы они думали, что сблизить нас оказалось так легко. Они понятия не имеют, что мы пережили, чтобы стать тем, кем мы являемся сейчас друг для друга. Если мы сейчас отсюда выйдем как две влюбленные дурочки, то они будут злорадствовать и подтрунивать над нами в течение многих лет ... *все*, но, особенно, твой отец и мой дядя. Они решат, что их действия были полностью оправданы, потому что их план сработал.
- И что же нам остается, скрывать свои чувства от них? Прятаться и делать это в шкафу? – Сара замолчала и, поняв, что только что сказала, покачала головой. - Ты поняла, что я имела в виду.
- Не скрывать ... просто на время притвориться, что между нами ничего не изменилось. Я думаю, что в данный момент наша злость на них будет вполне оправданна. Нам стоит воспользоваться своим гневом и их чувством вины, чтобы на какое-то время они оставили нас в покое – отправимся туда, где тепло, где мы сможем ходить в бикини и пить фруктовые коктейли под тропическим небом. Но они не должны узнать, куда мы поедем вместе, а вот когда вернемся, тогда и расскажем им о нас или… во-общем, поступим так, как посчитаем нужным.
- Ты очень подлая, Симона Марконэ. Неудивительно, что я так люблю тебя.
- Действительно любишь? - Спросила брюнетка, коснувшись Сары.
- Очень сильно, милая ... всем сердцем, - серьезно ответила Сара, глядя Симоне прямо в глаза и заверяя ее в истинности своих слов.
- Я тоже тебя люблю, Сара Уэйнрайт ... всем своим сердцем.
Поцелуй, последовавший за этими словами, был настолько страстным, что заставил их забыть на время, где они находятся. Разорвав контакт, они, не спуская глаз друг с друга, жадно хватали ртом воздух.
Наконец, Симона откашлялась.
- Предлагаю приступить к сбору вещей, пока Сэл не решил, что ждал нас достаточно долго, и не ворвался сюда и не увидел то, что видеть ему пока еще не положено.
Сара ухмыльнулась.
- Вот был бы удар.
- Ага, и, возможно, это убило бы его, если бы он застал нас целующимися.
- Потому что мы женщины? – Спросила Сара, когда они начали собираться. – Мне не верится, что ... после всех этих усилий свести нас вместе.
- Нет, потому что я единственная дочь его единственной сестры, но то, что мы чувствуем друг к другу, наше личное дело и должно им остаться. Он все еще считает меня ребенком. Кроме того, согласно его взглядам, женщины заслуживают снисхождения. Мальчики уже получили от него урок воспитания по уважению своих подруг или жен, и не выставляют напоказ свою сексуальную жизнь перед Сэлом. Ему плевать, есть ли у них кто-то на стороне, но он никогда не принимает участия в их «играх».
- Как очаровательно старомодно. – Сара остановилась и посмотрела на Симону. – Откуда ты знаешь об этом?
- У меня свои методы разведки, - ответила Симона с широкой усмешкой.
- Я запомню.
Как только все было упаковано и собрано, Сара вызвалась пойти позвать мужчин, пока Симона готовила им чай.
- Мне интересно, почему мой отец не приехал. Он виноват в случившемся, не меньше Сэла.
- Я бы тоже хотела услышать почему, но, кажется, у меня есть догадка.
- Да?
- Да ... месторасположение хижины – это тайна, о ней знают только мужчины Клана. Я готова поспорить, что Сэл запретил Билли ехать, чтобы сохранить эту тайну.
- А Рикардо?
- Младший брат Сэла и его правая рука. Он умеет держать язык за зубами.
- И ходить, по-видимому, как призрак. Я даже не поняла, что он там, пока ты не указала на него.
- Он бы не причинил тебе вреда - просто хотел убедиться, что ты не причинишь вреда Сэлу. Родственная преданность.
- Я поняла. Скоро вернусь.
Мужчины быстро выпили свой чай, и вскоре все четверо были готовы отправиться в путь. Сэл даже не стал предлагать девушкам завязать им глаза, прекрасно зная, какая его ожидает на это реакция, однако он настоял, чтобы Симона села с Риккардо, а Сара вместе с ним. Такое предложение вызвало у Симоны лишь ухмылку.
Наконец, девушки покинули хижину, которая стала им домом на восемь месяцев. Что их ждет в будущем, эта мысль волновала Сэла больше всего. Мужчина закрыл глаза и мысленно помолился.
Поездка была долгой, но уже вскоре кое-где по пути стали появляться первые признаки цивилизации. Сэл и Рикардо сделали все возможное, чтобы запутать свои следы. Через какое-то время колонна выехали к небольшому аэродрому, расположенному на окраине неизвестного населенного пункта.
Путешественники остановились возле частного самолета, который Симона мгновенно узнала. Из него вышли двое и молча стали переносить вещи со снегоходов в салон. Сэл жестом пригласил двух девушек пройти на борт, последовав за ними. Рикардо, зашедший в самолет последним, закрыл за собой люк.
Как по сигналу двигатели взревели, очищая взлетно-посадочную полосу от снега. Набрав нужную скорость, самолет оторвался от земли и взял верный курс.
Симона и Сара умышленно сели в противоположных друг от друга концах, так что Сэлу с Рикардо ничего не оставалось, как сесть между ними. Девушки заснули. Проснулись они только, когда самолет приземлился для дозаправки. Дверь в салон открылась, и вошедшие двое мужчин поставили на столик между ними большой поднос, после чего оставили их одних, через минуту вернувшись со вторым.
- Где мы находимся? – Спросила Симона и, не получив ответа, перебралась ближе к иллюминатору, чтобы посмотреть, где они находятся. Почувствовав движение за спиной, Симона зарычала. – Назад Рикардо.
Сэл кивнул, и мужчина вернулся на свое место.
- Симона, почему бы тебе и мисс Уэйнрайт что-нибудь не поесть? Нам еще долго предстоит лететь, прежде чем мы доберемся до дома, кроме того, учитывая то, чем со мной поделилась при беседе ранее мисс Уэйнрайт, думаю, что нормально поесть вам бы не помешало.
Не говоря ни слова, Симона отвернулась от иллюминатора и вернулась на свое место.
- Ну же, Симона ... Неужели ты считаешь, что таким образом мстишь мне за причиненные тебе страдания?
- Я думаю, ты должен прекратить заботиться обо мне. Просто доставь нас домой. У нас с мисс Уэйнрайт все было под контролем, и уверяю тебя, что мы могли бы позаботиться о себе и дольше.
- Мисс Уэйнрайт?
- Не вмешивай ее в это. Она может ответить тебе, но это только между тобой и мной!
- Симона...
- Нет, Сэл. Именно это я и имею в виду. Ты зашел слишком далеко.
- Это было для твоего же блага.
- Ты бы очень хотел, чтобы это было так, не так ли? Это оправдало бы все твои действия, да? Но у меня для тебя есть новость - и пусть все думают точно также как ты - но мисс Уэйнрайт и мне лучше знать. Ты ни чем не лучше Билли, но он, по крайней мере, был более рассудителен и старался уберечь нас от опасностей. Именно по твоей вине мы оказались в таком дерьме – серьезной и смертельной опасности, и это, скажу я тебе, делает тебя еще хуже.
- Остановись на минуту - я все еще Глава Клана!
- Да, ты ... а я выхожу из него.
- Ты не можешь уйти! – Закричал Сэл в ярости. - Мы семья!
- Вот увидишь!
Когда самолет приземлился и его пассажиры пересели в лимузин, молчание стало угнетать Сэла. Как только они отъехали, он решил переключить свое внимание на Сару, которая благодаря его и Риккардо стараниям вынуждена была сидеть рядом с Симоной.
- Мисс Уэйнрайт, ваши родители у меня дома, ждут вашего возвращения.
- Я предпочитаю, чтобы меня отвезли к себе.
- Но ...
- Господин Амици, пожалуйста. У меня сейчас нет никакого желания их видеть, а также тратить свое время на знакомство с вами и вашей семьей. - Сара бросила быстрый взгляд на Симону, после чего посмотрела на Сэла. – Отвезите меня домой, пожалуйста.
Пожилой мужчина некоторое время пристально смотрел на девушку, затем неохотно кивнул и, дав нужные инструкции водителю, отвернулся к окну. Он даже не стал возражать, когда Симона приказала водителю отвести и ее к себе домой, после того как они высадили Сару, проводив блондинку взглядом, пока та не скрылась в здании.
Остановившись перед домом Симоны, Сэл попытался переубедить племянницу еще раз, на что та ответила ему гневным взглядом и закрыла дверь прямо перед его носом.
Мужчина тяжело вздохнул и, покачав головой, медленно побрел назад к машине. Возвращаться домой с пустыми руками совсем не хотелось, Кармен этому точно не обрадуется.
- Все прошло хорошо, Сэл?
- О, да, Кармен. Она предельно ясно выразилась ... в недвусмысленных выражениях. Они обе. Девушки хотят, чтобы их оставили в покое. Думаю, что будет лучше в их интересах и наших собственных, выполнить их пожелание ... по крайней мере, сейчас. Может быть, позже, мы попробуем еще раз.
- НЕТ! – Заявила Кармен, не повышая голоса. - Нет! – Повторила она. – Никогда больше, Сэлли, это касается и вас, мистер Уэйнрайт. У вас был шанс, теперь оставьте их в покое. Вы попытались и провалились – видимо, им не суждено быть подругами и ничто этого не изменит. Ваши старания их еще больше отдалили друг от друга. – Кармен смотрела на обоих мужчин, пока они не кивнули в знак согласия. - Хорошо. А теперь идемте ужинать, повар приготовил на шестерых, так что вам обоим придется, есть за двоих.
Мужчины кротко последовали за Кармэн и Адрианной в столовую, размышляя над тем, когда они успели потерять над ситуацией контроль …
- Ты это имела в виду, дорогая? – Спросила Симона, протягивая Саре фруктовый напиток, украшенный зонтиком.
Сара смерила взглядом с головы до кончиков пальцев ног темноволосую девушку, которая присела рядом. Эти несколько дней, что они провели здесь, изменили их до неузнаваемости. Исчезла болезненная худоба, бледный вид, теперь их кожа отливала бронзовым загаром из-за многочасового пребывания на солнце, хорошая еда и много отдыха сделали свое дело. Они просто светились от счастья – они любили и были любимы.
- Умм ... что-то в этом роде, - ответила Сара, дерзко усмехнувшись. – Правда, мне кажется, на тебе слишком много одежды, чем я представляла себе, но я могу это исправить.
- И так сойдет, - усмехнулась Симона.
- Но это не значит, что я не повторю свою попытку позже.
- Попытайся. Но сейчас моя очередь любоваться тобой. – Сказала Симона, сплетая их руки и поднося ладонь любимой к своим губам. – Я кое-что запланировала для нас сегодня.
- Ты такая романтичная, Симона Марконэ.
- Только с тобой, Сара Уэйнрайт.
Девушки тихо сидели, держась за руки, потягивая свои напитки и смотря на солнце, отражающееся на воде.
- Как ты думаешь, Сэл и Билли оставят нас в покое? – Спросила Сара, нарушив тишину.
- Оставят. Когда я вернулась домой, мне позвонила Кармен и рассказала, что случилось. Она выдвинула им обоим ультиматум, только полный дурак пойдет против нее.
- Итак, когда же ты хочешь им все рассказать?
- Когда-нибудь. - Симона пожала плечами и встретилась взглядом с глазами Сары. – А пока я хочу насладиться с тобой покоем и тишиной.
- Я только «за». - Сара замолчала. – И что мы будем делать теперь, когда мы обе оказались без работы?
- Прямо в данный момент? НИЧЕГО. А позже сядем и подумаем об этом – будем делать все, что захотим, дорогая. Может быть, откроем собственный бизнес. Я почему-то уверена, что это просто убьет их.
Сара рассмеялась.
- Я люблю тебя, Скряга. Спасибо, что дала мне еще один шанс.
- И я тебя люблю, Хамка. Спасибо, что не сдалась.
Их губы встретились в страстном поцелуе, скрепляя их обещания, данные друг другу. И пока им этого было достаточно.
- У нас все получилось? - Спросила Адрианна у Кармен, когда официант принял их заказ и отошел. - Как ты думаешь, они знают?
- Никто не о чем не подозревает. Все сработало просто отлично, - ответила Кармен с улыбкой. - Они очень счастливы вместе. Надеюсь, когда они, наконец, решат вернуться домой, то расскажут нам о себе.
- Мне достаточно и того, что они счастливы.
- И не говори, Адрианна. Твоя дочь и моя, наконец-то, нашли друг друга и обрели любовь и счастье.
- Хорошо ... Я рада, что наше вмешательство хорошо закончилось.
- Как и я, - согласилась Кармен с улыбкой. - Как и я!
КОНЕЦ
Обратная тяга — явление, при котором огонь, испытывая недостаток кислорода, затухает.