Джейк Фридман с трудом сдерживал свое нетерпение поскорее покинуть офис человека, ненавидеть которого он имел все основания. Очень скоро у него появятся веские доказательства, и он сможет обвинить Алекса Костареллу в том, что тот — настоящий стервятник. А как еще можно назвать того, кто наживается на покупке разоряющихся компаний? И тогда Джейк покончит с этим негодяем раз и навсегда. Пока же он будет продолжать демонстрировать свое жгучее желание стать правой рукой Алекса.

— В воскресенье — День матери, — заметил босс, изучающе глядя на Джейка. — У тебя ведь нет семьи, так?

«Нет. С тех пор, как ты убил моего отчима».

Джейк печально улыбнулся:

— Я потерял обоих родителей еще подростком.

— Да, я помню, ты говорил об этом. Должно быть, тебе пришлось нелегко. Но ты справился, сумел сделать хорошую карьеру.

«Мною двигало и движет до сих пор одно желание — отомстить тебе. И я сделаю это. Мне потребовалось десять лет, чтобы добраться до тебя. Я изучил право, бухгалтерское дело, вник во все детали твоего бизнеса. Через несколько месяцев я тебя уничтожу…»

— Я хотел бы познакомить тебя с моей дочерью.

Погруженного в раздумья Джейка эти слова привели в замешательство. Он никогда не думал о семье стервятника Костареллы и о том, как задуманная им месть отразится на ней.

Джейк вопросительно поднял брови. Папочка собирается ввести дочурку в бизнес или… это попытка сватовства?

— Лаура у меня красавица. А еще умница и отменная кулинарка. — Лицо Костареллы осветилось улыбкой. — Приходи в воскресенье к нам на обед и сам убедишься.

Какая реклама! Отличное предложение, чтобы свести Джейка со своей принцессой.

Все в нем восстало против близкого знакомства с кем-либо из окружения этого человека. Полный решимости отказаться, Джейк произнес:

— Я не хочу мешать семейному отдыху в выход ной день.

— А я хочу, чтобы ты пришел, Джейк.

Выражение лица Костареллы не допускало больше никаких возражений. Это было красивое мужественное лицо зрелого мужчины, которое обрамляли густые седые волосы. Но главными на нем были серые глаза — умные и проницательные. Это были глаза человека, держащего свою жизнь под контролем и умеющего подчинять своей воле других людей.

Джейк понял, что если продолжит отказываться, то потеряет доброе расположение босса.

— Это очень любезно с вашей стороны. — Он выдавил из себя благодарную улыбку. — Если вы уверены, что я не нарушу…

Впрочем, эта фраза была всего лишь данью вежливости. Костарелла всегда получал то, что хотел.

— Жду тебя в одиннадцать тридцать. Ты знаешь, где я живу?

— Да. Спасибо. Буду ждать встречи с нетерпением.

— Отлично. Увидимся. — В серо-стальных глазах вспыхнуло удовлетворение. — Ты не будешь разочарован.

Джейк кивнул, цинично подумав о том, что в воскресенье ему предстоит демонстрировать интерес к дочери босса. От такой перспективы его едва не затошнило.

Он не мог понять только, зачем это нужно Костарелле. Если это попытка сватовства, то выглядит она слишком патриархально для наших дней. Уже давно отцы не подыскивают женихов своим дочерям. Или же это очередное проявление бездушной сути Костареллы, привыкшего манипулировать людьми, двигать ими как пешками на шахматном поле жизни?

Что ж, для осуществления своего замысла Джейку придется побыть такой пешкой. Если Костарелла хочет, чтобы он начал встречаться с его дочерью, Джейк сделает это, но ни за что не позволит себе действительно привязаться к ней, какой бы красивой и умной она ни была.

Потому что Лаура Костарелла — дочь врага.

И он никогда этого не забудет. Никогда!

Джейк никак не мог оторвать взгляд от Лауры, хотя этикет требовал обратить внимание и на двух других членов семьи, пришедших вместе с ней.

Что касается супруги Алекса Костареллы, то здесь не оказалось ничего неожиданного — типичная хозяйка богатого поместья, содержащая его в идеальном порядке, как и собственную внешность. А вот сын удивил! Лохматый, небритый, в кожаной одежде. Настоящий байкер. Видимо, Эдди решил не идти по стопам родителей.

Итак, двое мятежных детей и покорная жена.

А ему, наверное, отводилась роль того, кто обуздает Лауру и превратит ее в такую женщину, какой она должна быть в представлении Алекса.

Джейк снова посмотрел на девушку и почувствовал тяжесть в низу живота. Лаура Костарелла была, несомненно, самой желанной женщиной из всех, с кем Джейку приходилось иметь дело. Затевать с ней игру опасно, но идея сделать ее своей, отнять ее у отца была чрезвычайно искушающей. Будет справедливо заставить Алекса почувствовать боль от потери кого-то дорогого.

Он ощущал на себе взгляд Лауры все время, пока Алекс знакомил его с женой и сыном.

— Алисия, моя супруга…

— Рад познакомиться с вами, — с улыбкой поприветствовал Джейк женщину.

Она улыбнулась в ответ, но в ее глазах он увидел настороженность.

— Добро пожаловать в наш дом.

— Мой сын Эдди, который не удосужился побриться даже ради матери в этот день.

В ответ на язвительное замечание молодой человек лишь усмехнулся:

— Не мог, отец. Завтра съемка, должен оставаться в образе. — Эдди протянул руку Джейку. — А вы, Джейк, кажетесь именно таким парнем, каким отец хотел бы видеть своего сына. Удачи!

Джейк рассмеялся и ответил рукопожатием:

— Не очень понял, о чем вы сказали, но спасибо за пожелание удачи.

— Не за что.

— Эдди — актер, — с гордостью сказала Лаура. — Играет плохого парня в сериале «Ужасный и прекрасный».

Джейк виновато улыбнулся:

— Извините, но я не видел ни одной серии.

Алекс презрительно фыркнул:

— Очередная дерьмовая мыльная опера.

— Дерьмовая или нет, мне нравится то, что я делаю, — невозмутимо ответил Эдди. — А вам, Джейк? Вам нравится то, чем вы занимаетесь?

— Да, мне интересно, как и вам играть, полагаю, — осторожно подбирая слова, ответил Джейк.

— Абсурдное занятие, — резко произнес Алекс. — Вот мы с Джейком живем в реальном мире и делаем настоящее дело, Эдди.

— Многим людям иногда хочется уйти от реальности, и я даю им эту возможность, отец. — Молодой человек снова обратился к гостю: — А как вы отдыхаете от работы, Джейк?

Джейк поймал себя на мысли, что ему нравится брат Лауры. Он явно умел постоять за себя.

— Прибегаю к физическим нагрузкам, — ответил Джейк.

— Если вы о сексе, то мне тоже нравится такая физическая нагрузка, — с беспечным озорством заметил Эдди.

— Эдди!

— Пардон, мама. Это все Лаура виновата. Не надо было ей говорить, что наш гость сексуален.

— Она так сказала? — На лице Алекса прочиталось удовлетворение.

— Эдди, — с негодованием воскликнула Лаура. — Я же просила тебя следить за тем, что говоришь!

Джейк бросил на нее быстрый взгляд, желая увидеть реакцию на слова брата. Глаза девушки искрили яростью, а щеки заливал румянец смущения. Встретив его взгляд, она вскинула подбородок и выпалила:

— Только не делайте вид, что вам никогда раньше этого не говорили. Я просто констатировала факт.

— Лаура! — протестующе воскликнула Алисия.

— Извини, мама! Пойду принесу напитки.

Джейк с усмешкой посмотрел ей вслед. У Лауры был очень сексуальный тыл.

— Я так старалась привить детям хорошие манеры, — с горестным вздохом произнесла Алисия.

— На самом деле я говорил о занятиях в спортзале, — постарался сгладить ситуацию Джейк.

— Конечно. Мы так и поняли. — За серьезным видом, с каким были произнесены эти слова, угадывалась лукавая усмешка. — Ведь невозможно же нарастить такую мускулатуру, постоянно сидя за рабочим столом.

— А я предпочитаю занятия йогой, — заметила Алисия, жестом приглашая всех сесть. Прежде чем сесть самой, она убрала со столика разбросанные газеты.

Джейк не ожидал, что семья Алекса Костареллы ему понравится, хотя поначалу он предполагал сосредоточить все свое внимание только на Лауре, которая представлялась ему избалованной принцессой, капризной папенькиной дочкой.

Но ситуация в семье показалась ему весьма интригующей, и Джейк был не против узнать ее поглубже… наблюдая, слушая, накапливая информацию… А потом, может быть, он решит, что Лаура Костарелла сможет удовлетворить его. В определенном смысле.

Лаура убеждала себя, что это всего лишь работа, которую она должна была выполнить. Сопроводить Джейка в прогулке по саду. Она решила намеренно утомить его своим преувеличенным энтузиазмом, чтобы ему захотелось поскорее вернуться к отцу, пригласившему его вместе посмотреть в домашнем кинотеатре трансляцию футбольного матча.

Эдди вызвался помочь убрать со стола. Загружая посуду в моечную машину, он заметил:

— Совершенно очевидно, что сегодня главная цель нашего гостя — ты, Лаура. Я бы сказал, что отец уже видит Джейка Фридмана своим зятем.

— Этого не случится, — категорично заявила Лаура.

— А он умный парень. Играл сегодня на всех фронтах. Я наблюдал за тобой, сестренка. Ты очень старалась не подпасть под его чары.

— Тем более было глупо с твоей стороны говорить ему о том, что я сочла его сексуальным.

— А то он не знает! На таких парней женщины вешаются с подросткового возраста. Просто не говори ему «да».

Хорошо Эдди советовать, рассердилась Лаура на брата.

— А если я захочу сказать «да»?

Эдди воззрился на нее с ужасом.

— Ведь он такой секси, — дерзко продолжила она провоцировать брата.

Эдди ухмыльнулся:

— Тогда пусть это будет секс и никаких чувств. Не попадись на крючок, Лаура. Мамин пример должен предостеречь тебя.

— Я никогда не смогла бы жить так, как мама.

— Как бы я хотел, чтобы она оставила отца.

— А она не представляет своей жизни без него. Ладно, сыграй с ней в скребл, пока я буду выгуливать нашего гостя.

— Сыграю. Это куда интереснее, чем то, что предстоит тебе.

Лаура сделала глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки:

— Я не хочу увлечься им, Эдди. Правда.

На этот раз взгляд брата был серьезным и задумчивым.

— Рано или поздно этот парень потеряет интерес к тебе, но ты достаточно сильная, чтобы уйти с гордо поднятой головой.

— Да, это так.

— Но все же лучше и не начинать ничего, Лаура.

— Я понимаю. — Она усмехнулась. — Надеюсь, что Джейк Фридман потеряет интерес ко мне уже в саду.

— Вряд ли.

— В любом случае у своих ног он меня не увидит. Иди и позволь маме выиграть у тебя, только не слишком явно.

Эдди беспечно рассмеялся:

— Не волнуйся. И все-таки лучше бы парень был геем.

Теперь брат и сестра рассмеялись вместе. Эдди обнимал ее за плечи, когда они вошли в гостиную.

— Мам, давай сыграем в скребл. — Эдди немедленно приступил к реализации их плана. — В прошлый раз ты выиграла, и я жажду реванша. Но если мне опять выпадут сплошные гласные…

— Оставляю вас играть, — вполне добродушно произнес Алекс и поднялся. Улыбнувшись Джейку, он заметил: — Надеюсь, тебе понравится компания моей дочери.

— Несомненно. — Джейк тоже поднялся, готовый к воплощению сценария «Соблазнение в саду».

Внезапно Лаура пришла в негодование — пусть Джейк играет в навязанную ее отцом игру, а она не обязана. Это не ее гость. Уже три часа, обед официально завершен, и развлекать гостя больше не надо. Но тогда на них всех обрушится гнев отца. Что ж, она будет с Джейком Фридманом предельно вежлива, но постарается, чтобы в затруднительном положении оказался он, а не она.

— Ну что, пойдемте? — Лаура сладко улыбнулась.

Джейк сразу же завел непринужденную беседу:

— На ваш выбор профессии повлияло увлечение вашей матери садоводством?

Задавая этот вопрос, он выглядел искренне заинтересованным.

— В какой-то степени. Хотя больше повлиял Ник. Он очень творчески воплощает садоводческие фантазии мамы. Это садовник и мастер на все руки. Отец нанял его, чтобы он содержал сад в порядке, но Ник делает намного больше необходимого.

— Например?

— Стремится порадовать маму. Вот поставил светильники на солнечных батареях вокруг пруда. Пойдемте ближе, я покажу вам…

Лаура была уверена, что идущий позади нее Джейк дожидается, пока она расслабится и потеряет бдительность. Но не дождется! Хотя он этого не знает, а вот когда попытается…

— О! У вас здесь и водопад! — одобрительно заметил гость.

— Да, многим людям нравится шум падающей воды, поэтому они любят сидеть у фонтанов в парках. А светильники очень красиво отражаются в пруду, когда становится темно.

— Ваша мама приходит сюда и когда темнеет?

— Иногда. Но эта часть сада видна и из окна ее спальни. А посмотрите, как Ник подсветил статуэтки китайских водоносов на той стороне пруда! Он установил один из светильников так, что создается какой-то призрачный эффект…

— Ландшафтный дизайн, — проговорил Джейк с улыбкой. — Я никогда не задумывался об этом, но теперь понимаю, что могло вас так увлечь.

— Полагаю, что на выбранной вами стезе вам некогда нюхать розы.

— Так оно и есть. Скорее мне это просто не приходило в голову, — с готовностью признал Джейк.

— И такая жизнь вас устраивает? — не удержалась от вопроса Лаура.

Что-то в выражении его лица неуловимо изменилось. Черты заострились, глаза странно блеснули.

— Да. Во всяком случае, мне она подходит, — твердо ответил Джейк.

Но Лаура уже не могла остановиться:

— Вам нравится работать на моего отца?

— Ваш отец — часть системы той сферы деятельности, которая мне интересна.

Это был умный ответ, как бы обезличивающий ее вопрос.

— Система… — повторила Лаура. — Не могу понять, какое удовольствие в том, чтобы иметь дело с банкротами.

— Какое уж там удовольствие в банкротстве! Оно, как правило, очень болезненно, — тихо ответил Джейк. — А я бы хотел сделать его менее травмирующим. — Он поймал ее взгляд. — Даже самые прекрасные парки в мире не способны помочь людям в подобной ситуации, Лаура. Вся их жизнь рушится, гибнет все, на чем она держалась, разбиваются вдребезги планы на будущее. Часто банкротство приводит к разводам, суициду, насилию, глубочайшей депрессии. Людям кажется, что им уже никогда не увидеть свет в конце тоннеля.

Лаура поежилась от той эмоциональной силы, с какой были произнесены эти слова. Такой глубины, такого сострадания она не ожидала от этого мужчины. Они никак не вязались с холодностью и амбициозностью, которыми она опрометчиво его наделила. И все же Лаура не могла согласиться, что его работа намного важнее, значительнее, чем ее.

— Я знаю, что люди часто находят утешение от невзгод в окружающей природе, — убежденно сказала она. Например, ее мать, но вслух она этого не произнесла.

— Я ни в коей мере не хотел принизить значимость того, чем занимаетесь вы. Я не ваш отец, Лаура. И давайте попробуем быть объективными в отношении друг друга.

— Зачем вы пришли к нам сегодня? — напрямик спросила Лаура.

— Ваш отец хотел, чтобы я познакомился с вами. А мне было достаточно любопытно, чтобы принять приглашение. — На губах Джейка заиграла насмешливая улыбка, а во взгляде сверкнул вызов.

Уперев руки в бока, раздосадованная тем, как легко Джейк перехватил инициативу в разговоре, Лаура с ответным вызовом спросила:

— Ну и как я вам?

Губы Джейка растянулись в чувственной усмешке.

— Я нахожу вас очень сексуальной.

Жаркая волна окатила девушку, когда Джейк ответил на вопрос ее же собственными словами.

— Для меня не слишком привычны подобные… замечания.

Он засмеялся, сделал шаг вперед, обвил рукой ее талию и притянул к себе:

— Я ждал возможности сделать это с первого момента, как увидел тебя. Теперь ты можешь дать мне пощечину.

У Лауры было всего несколько секунд, чтобы упереться в его широкую грудь и оттолкнуть Джейка. Его губы не обрушились на ее рот, как она ожидала. Он медленно склонил голову, второй рукой приподнял ее подбородок. Лаура не сделала ни одного движения, ожидая окончательного сближения, желая поцелуя вопреки всему, заранее уверенная, что он будет самым лучшим в ее жизни.

Странное возбуждение охватило Лауру в объятиях Джейка. У нее возникло чувство, что этот мужчина создан для нее, что он идеально ей подходит. Ничего подобного с ней прежде не происходило. Что было тому причиной? Его мужественность? Сила? Самоуверенность? Сексуальность?.. Лаура все еще могла оттолкнуть Джейка, но любопытство победило.

Его губы коснулись ее с неожиданной нежностью, дразнящей, многообещающей. Лаура уперлась-таки в его грудь, но не для того, чтобы оттолкнуть, а чтобы прикоснуться, погладить, скользнуть руками вверх, обвить шею и наклонить его голову к себе. Густые короткие волосы были удивительно шелковистыми. Никакого геля для укладки, успела подумать она.

Джейк чуть углубил поцелуй, кончик его языка начал предпринимать попытки проникнуть в ее рот, и Лаура неожиданно для себя ответила, стремясь попробовать на вкус, спровоцировать, ослабить самоконтроль Джейка. А он как будто тестировал, насколько она подходит ему, и вся ее женская сущность хотела доказать ему, что да, подходит.

Восторг охватил Лауру, когда поцелуй Джейка стал более требовательным, страстным. Он больше не придерживал ее лицо за подбородок, а обеими руками обнимал за талию, все теснее прижимая Лауру к себе, чтобы она могла в полной мере ощутить степень его возбуждения. Но и Лаура была возбуждена не меньше. Сердце ее колотилось в сумасшедшем ритме, бедра дрожали. Да! Да! Да! Ею двигало непреодолимое желание, требовавшее немедленного удовлетворения.

Прервал их поцелуй Джейк. Он отпрянул, поднял голову и втянул в себя воздух, как марафонец на финише. Лаура тоже сделала вдох, чтобы прекратить головокружение. Ее грудь была все еще крепко притянута к его груди, и она чувствовала, как неистово бьется сердце Джейка в унисон с ее собственным. Джейк прижался щекой к ее волосам и прошептал:

— Я хочу тебя, Лаура. Но только не здесь.

Здесь… В саду, где их мог увидеть кто угодно. Безумие! Но и в дом она не могла его пригласить. Тогда вся семья оказалась бы в курсе. А Лауре не хотелось доставить отцу удовольствие понять, что его план сработал. Мама расстроилась бы. И Эдди. Да, время и место были неподходящими. А вот мужчина — в самый раз! И это было самое неприятное — как раз мужчина должен был быть неподходящим.

— Мне нужно присесть. — Лаура не могла справиться с дрожащими ногами. — Здесь есть скамейка…

— Я вижу ее.

Крепко прижимая Лауру к себе, Джейк подвел ее к скамейке, усадил и сел рядом.

Лаура вдохнула аромат лаванды, куст которой рос у скамейки. В голове немного прояснилось — Джейк Фридман… Он же не сам по себе. Этот человек тесно связан с ее отцом, а она позволила себе забыть об этом.

— Если вы решили, что я готова переспать с вами… Это не так, — выпалила она. Химия между нами — это всего лишь химия, и она не дает вам власти надо мной.

Джейк кивнул несколько раз, а потом улыбнулся:

— Ну вот вы и опустили меня с небес на землю.

Лаура с трудом оторвала взгляд от его улыбающихся губ. Их поцелуй произвел на нее куда большее впечатление, чем она хотела признаться себе.

— Я просто сказала правду. Ведь очевидно же, что мой отец подталкивает нас друг к другу. Наверное, он уже видит в вас зятя. Но я никогда не стану для вас ступенькой в карьерной лестнице!

Джейк молчал, и его молчание затягивалось, что очень действовало Лауре на нервы.

— Извините, если не оправдала ваших надежд, — язвительно добавила она.

— Не за что. — Джейк откинулся на спинку скамейки. Его поза была абсолютно расслабленной, и улыбался он так, будто ее слова очень обрадовали его. — На данном этапе своей жизни я вовсе не собираюсь жениться. Как и вы не намерены занять вакансию моей жены. Теперь, когда мы все прояснили, ответьте мне, Лаура, между нами могут быть отношения?

Она оказалась в безвыходном положении.

По блеску глаз Джейка она поняла, что он обо всем догадался. Но хотеть его и иметь его — это разные вещи. Как сказал Эдди, ей лучше не вступать с Джейком ни в какие отношения. Вдруг он лжет? А на самом деле замыслил соблазнить ее и вынудить выйти за него замуж? А что, если, преуспев, он немедленно доложит отцу, что все на мази?.. Тогда Лаура возненавидит Джейка.

Но мысль о том, что она больше не почувствует того, что пережила в его объятиях несколько минут назад, причинила боль. И это был опасный признак. Джейк Фридман приобрел-таки над ней власть.

— Я хочу тебя, — тихо произнес он, вероятно понимая ее сомнения. — И не потому, что ты дочь своего отца. Думаю, что химическая реакция между нами делает этот факт несущественным. Я хочу тебя так сильно, как не хотел никакую другую женщину в своей жизни.

Его слова эхом отдавались в мозгу Лауры. Джейк, конечно, великолепен, но не сказал ли он эти слова только потому, что любой женщине приятно их слышать? У него наверняка было множество женщин, и вряд ли она является исключением.

Лаура скептически подняла брови:

— Это правда, Джейк?

— К моему большому смятению, — ответил тот с печальной усмешкой.

Лауре его ответ показался странным.

— Почему к смятению?

Карие глаза перехватили ее взгляд и уже не отпускали.

— Потому что я не хочу хотеть тебя, Лаура. Не больше, чем ты хочешь хотеть меня. С учетом вышесказанного нам обоим следует подумать над сложившейся ситуацией.

Джейк поднялся со скамейки, и Лаура решила, что он хочет уйти и оставить ее в одиночестве. Она была настолько ошарашена, что просто молча смотрела на него снизу вверх.

— У тебя есть мобильный телефон? — спросил Джейк.

— Да.

— Дай мне номер. Я позвоню тебе в конце недели, если все еще буду думать о тебе, и ты дашь мне ответ.

Это было так неожиданно, жестко, сухо и по-деловому. Вихрь самых разных чувств не давал Лауре мыслить здраво.

Время… Да, ей нужно время.

Джейк достал из кармана рубашки плоский мобильный телефон, и она продиктовала свой номер.

— Спасибо, — только и произнес он, пряча телефон обратно. Затем иронично усмехнулся: — Я уже осмотрел сад и увидел достаточно. Ты можешь присоединиться к игре в скребл. Я же попрощаюсь со всеми, и Алекс проводит меня.

Лаура испытала странное облегчение — больше никаких стрессов на сегодня. Принятие решения подождет. Она тоже поднялась со скамейки и улыбнулась:

— Похоже, в качестве садовника я вас не зацепила.

— Мне нравится аромат роз.

— Для этого нужен сад. Оранжерейные розы не имеют такого запаха.

Джейк насмешливо приподнял бровь:

— Оказывается, мы можем поделиться друг с другом личным опытом.

— Может быть, — уклончиво ответила Лаура, пожав плечами.

Он вел ее в столовую, и Лаура чувствовала, как с каждым шагом Джейк отдаляется от нее, замыкаясь в себе. Это было странное, неприятное ощущение, резко контрастирующее с недавней жаркой страстью их поцелуя. Он отдалялся, и это волновало ее больше, чем хотелось бы.

Эдди и Алисия произнесли все положенные слова вежливости в ответ на благодарность Джейка за приглашение. Алисия проводила его в гостиную, где Алекс смотрел телевизор.

Как только Лаура и Эдди остались одни, брат вопросительно посмотрел на сестру:

— И?..

— Ничего. Я показала ему сад.

Лаура не могла рассказать о том, что произошло между ней и Джейком в саду. Это было слишком личным, слишком интимным. Кроме того, случившееся могло и не привести ни к чему. Может быть, так было бы и лучше?

Может быть.

Первая мысль, которая пришла в голову Лауре, когда она проснулась в пятницу утром: «Он сказал — в конце недели».

«Если он еще думает обо мне», — мысленно добавила она.

В какой-то степени Лаура надеялась, что Джейк не позвонит, и тогда ей не придется принимать решение — видеться с ним или нет. Но и выбросить Джейка из головы она не могла. На любого другого мужчину она смотрела только для того, чтобы сравнить его с Джейком. И это сравнение всегда было в пользу последнего. На занятиях Лаура никак не могла сосредоточиться. Мысли о Джейке то и дело врывались в ее сознание. И теперь она жила в ожидании его звонка, что на самом деле было очень, очень плохо.

Куда подевалось ее чувство независимости? Оно должно было восстать против такой одержимости мужчиной. Лаура не любила, когда ее жизнь выходила из-под контроля. Мысли о Джейке Фридмане походили на вирус, инфицировавший ее, от которого она никак не могла избавиться. Но она успокаивала себя тем, что, как и любой вирус, этот тоже рано или поздно будет побежден.

Тем более если Джейк не позвонит.

А вот если позвонит…

Лаура раздраженно вздохнула и выбралась из постели, не в состоянии сообразить, что ей нужно делать. Одна мысль упорно не давала ей покоя: если она не попробует, не узнает Джейка, всю жизнь будет страдать, представляя, как бы это могло быть.

Эта дилемма мучила ее весь день, отвлекая внимание от лекций. К полудню Лаура убедила себя в том, что не хочет, чтобы Джейк ей звонил, чтобы все закончилось не начавшись. Весь путь от Секулар Ки до Мосмана она простояла на палубе парома, подставив лицо мелким брызгам.

Паром был ровно посредине гавани, когда зазвонил ее мобильный. Сердце немедленно ускорило свой ритм, но Лаура успокаивала себя тем, что это не обязательно должен быть Джейк. Он наверняка сейчас на работе, ведь не было еще и пяти часов. А ее отец, например, никогда не возвращается домой раньше семи.

С опаской поднеся телефон к уху, Лаура услышала:

— Это Джейк, Лаура.

Этот голос немедленно нарисовал в ее сознании его образ, и у Лауры перехватило горло.

— Не хотела бы ты поужинать со мной завтра?

Мысли вихрем закружились в голове: идти или нет?

— Думаю, мы могли бы попробовать попасть в ресторан Нила Перри. Если ты еще не была там, тебе будет интересно.

Нил Перри… Один из самых известных шеф-поваров Сиднея. Его рестораны славились изысканной кухней. Лауре очень хотелось пойти, но…

— Я не могу себе этого позволить.

— Я приглашаю тебя. Ты же прекрасно накормила меня в воскресенье.

И правда, он ей должен.

— Что ж, тогда я принимаю приглашение.

Это было безрассудством, но искушение побывать в ресторане Нила Перри победило. Ради этого она была готова выдержать общество мужчины, внесшего смуту в ее душу.

— Увидимся в ресторане. — Лаура не хотела, чтобы отец узнал об их встрече. — Во сколько?

— В семь тебя устроит?

— Да.

— Адрес знаешь?

— Узнаю.

— Ресторан находится в подвальном помещении. Спускайся вниз, я буду ждать тебя за столиком.

— Постараюсь не опоздать. Спасибо за приглашение.

Отключив телефон, Лаура похвалила себя за самоконтроль. Этот вечер начнется и закончится в ресторане, если она так решит. Кроме того, Эдди разрешает ей по субботам оставаться в его квартире, так что Джеку не придется провожать ее домой.

Лауру охватило возбуждение… греховное, распутное возбуждение. Сексуальный мужчина, изысканная еда… Невозможно не думать о том, чтобы попробовать и то, и другое.

Джейк не зря собирался с силами, направляясь в офис Алекса Костареллы в пятницу днем. Он оказался прав — обсуждение результатов работы за неделю, по сути, было лишь поводом. После получасовой беседы Алекс откинулся в кресле и с эдакой «мужской» улыбкой поинтересовался:

— Ты увидишься с Лаурой в этот уик-энд?

— Да. Завтра мы вместе ужинаем, — вежливо ответил Джейк, всей душой ненавидя фарс под названием «сватовство». Но он ничего не мог поделать сейчас, чтобы не выдать себя раньше времени.

— Отлично! Отлично!

Джейк улыбнулся, полный решимости поддержать игру:

— Спасибо, что познакомили меня с ней, Алекс.

— Лауре нужен мужчина, который держал бы ее в руках. И я надеюсь, что им станешь ты, Джейк.

Джейку очень хотелось подержать Лауру в руках, но для этого ее нужно было уложить в постель.

— Она на самом деле очень привлекательна.

Фраза была слишком уклончивой, но Костареллу она, по-видимому, устроила.

— Желаю удачи! — С этим напутствием Джейк был отпущен.

Он много думал о Лауре всю эту неделю. Она была враждебно настроена по отношению к отцу и его желаниям, и Джейк не исключал вероятности того, что она не примет его приглашения. Но поскольку ему очень хотелось увидеть ее, он решил использовать козырный туз — ресторан Нила Перри. При ее увлечении кулинарным искусством Лаура вряд ли сможет упустить такой шанс.

Искушение…

Чем оно сильнее, тем труднее ему противостоять.

Она хотела его, в этом Джейк не сомневался. Что ж, он к ее услугам. Тем более что он сам томился желанием всю эту неделю. Удовлетворить его стало для Джейка насущной необходимостью. И все же избавиться от ощущения двойственности ситуации он не мог. Джейк с самого начала хотел, чтобы она ему понравилась, но он не предполагал, что станет беспокоиться о Лауре.

Пикантная компания, острая еда, страстный секс. И это все. Только это должно интересовать его во взаимоотношениях с дочерью врага, поскольку между ними стоит непреодолимая преграда. И они останутся по разные ее стороны, когда Джейк выдвинет обвинения против отца Лауры и остановит его разрушительную и безнравственную деятельность по сознательному доведению компаний до банкротства.

А страсть… Это то, что быстро вспыхивает и так же быстро отгорает, успокаивал себя Джейк. Но пока она горела, он очень рассчитывал на сегодняшний вечер.

Лаура стояла перед переливающейся бирюзовой голограммой, создававшей эффект занавеса над входом в ресторан. На это свидание она надела свой самый сексуальный наряд — короткую, бирюзового цвета (под стать голограмме) юбку-колокол, черный шелковый топ-корсаж и черные с бирюзовым туфли на высоких каблуках, которые ей подарила мама на Рождество. Но ничто не могло рассеять ее страха и волнения, от которых спазматически сжимался желудок.

Только возможность попробовать еду маэстро Нила Перри привела ее сюда, тем более за обед заплатит Джейк Фридман. Что же касается ее наряда, пусть Джейк облизнется, потому что этой ночью ему ничего не перепадет.

— Хорошо тебе провести вечер с Джейком Фридманом.

Лаура едва не заскрежетала зубами при этих словах, а отец еще и расплылся в одобрительной улыбке. Итак, Джейк доложил ему о предстоящем свидании. А может быть, они оба его и спланировали. В любом случае эта встреча перестала быть ее личным делом.

Решив сосредоточиться исключительно на еде и весьма холодно вести себя с Джейком, Лаура вошла в дверь и стала спускаться вниз. Во внутреннем убранстве ресторана преобладал красный цвет, в воздухе витал аромат благовоний. Лаура обратила внимание на то, что, несмотря на довольно ранний час, все столики были уже заняты.

Джейк сидел за столиком на двоих. Он немедленно поднялся, увидев, что она приближается в сопровождении метрдотеля. На его лице появилась одобрительная улыбка, когда он окинул ее взглядом с головы до ног. Лаура тут же вспыхнула. И не только от оценивающего взгляда Джейка, но и от его мужского магнетизма, от которого ее сердце зачастило, а ноги превратились в бескостную, желеобразную субстанцию.

Одет Джейк был абсолютно неброско — белая рубашка, серые брюки. Но одежда ничего не значила в облике этого мужчины, потому что он все равно был бы в центре внимания в любой компании, в любой обстановке. Он ожидал ее с видом абсолютной уверенности в себе, и Лауре очень захотелось сначала сбить его с толку, а затем вытряхнуть из своей жизни, как будто его в ней никогда и не было.

Каким-нибудь образом она обязательно это сделает.

— Ты великолепно выглядишь, — поприветствовал ее Джейк и с лукавой улыбкой добавил: — Туфли просто потрясающие!

— В них хорошо топтать самоуверенных мужчин, — парировала Лаура, стараясь выглядеть сдержанной и холодной.

Одна черная бровь насмешливо поднялась.

— Прямо сразу и начнешь?

Она ответила негодующим взглядом:

— Сначала поем.

— Отличная идея! Для такого дела нужны силы.

Джейк явно забавлялся.

Садясь за стол, Лаура кипела от возмущения.

Официантка вручила им меню и предложила помощь в выборе блюд.

— Спасибо, пока не нужно, — решительно ответила Лаура. — Я хочу внимательно изучить каждое блюдо, прежде чем сделать выбор.

— Мы позовем вас, когда будем готовы, — поддержал ее Джейк с очаровательной улыбкой.

Лаура не сомневалась, что официантка примчится по первому же его зову.

Она сосредоточилась на меню. Сначала внимательно прочитала преамбулу, в которой излагалась философия ресторана, название которого можно было трактовать как «Храм специй». Задачей ресторана было готовить уникальные пряные азиатские блюда, суть которых — сочетание контрастных вкусов и текстур. Лаура очень надеялась, что все ее мысли будут заняты исключительно едой, а никак не Джейком Фридманом.

— Почему тебе так хочется растоптать меня своими высокими каблуками?

Она отложила меню и посмотрела на Джейка. В его глазах светилось неподдельное любопытство.

— Сколько очков ты заработал у моего отца, рассказав ему о нашей встрече? — В раздражении она не заметила, что перешла на «ты».

— А-а, вот в чем дело. — На лице Джейка появилась страдальческая гримаса. — Я не собирался ничего ему говорить, но Алекс прямо спросил меня, намерен ли я с тобой видеться. Ты предпочла бы, чтобы я солгал, Лаура?

Лауру такой ответ не удовлетворил.

— Бьюсь об заклад, ты знал, что он обязательно спросит. И ты позвонил мне после разговора с ним, да?

Джейк склонил голову набок, в его глазах вспыхнул вызов.

— Не ты ли утверждала, что отец не управляет твоей жизнью?

— Так и есть.

— Но сейчас именно он влияет на твое отношение ко мне.

— Только потому, что ты рассказал ему.

Джейк покачал головой:

— Лаура, ты должна принимать решения независимо от того, кто что сказал или сделал. Вчера ты приняла его. Тогда не позволяй, чтобы отец заставил тебя изменить твое решение.

Лаура нахмурилась. Джейк был прав. Тень отца испортила ей все удовольствие от свидания, которого она — к чему лукавить? — очень ждала. Но как она может забыть о том, что ее используют?

— А ты, Джейк? Ты здесь ради него или ради меня? — задала она прямой вопрос, глядя ему в глаза в поисках уклончивости или смущения.

Чувственная усмешка тронула губы Джейка.

— Когда я смотрел, как ты приближаешься к столику, поверь, мысль об Алексе ни разу не пришла мне в голову.

При этом провокационном заявлении щеки Лауры залило румянцем. Она вскинула подбородок и выпалила:

— Я решила продемонстрировать тебе то, чего ты не получишь.

— Твое решение. — Джейк поднял обе руки в примирительном жесте. — Не могли бы мы теперь оставить твоего отца в покое? Давай получим удовольствие от еды и от общения. Только ты и я. — Вид у него при этом был умилительно-умоляющим.

У этого мужчины было все: привлекательность, ум… и самые сексуальные глаза в мире. Все это разрушительно действовало на ее решимость не уступать ему. И все же Лаура не могла окончательно отделаться от мысли о мотивах, приведших Джейка на эту встречу. Но почему бы ей не отодвинуть эти мысли на задний план и не получить удовольствие от свидания с ним? В конце концов, только ей решать, как далеко она может зайти в своих отношениях с этим мужчиной.

Лаура бросила на Джейка предостерегающий взгляд:

— Поскольку это останется между нами, я буду рада изменить свое отношение к тебе в лучшую сторону.

— А я буду рад стать твоим тайным любовником, — быстро ответил Джейк, и в его глазах засветилось греховное обещание.

Сердце Лауры неуклюже перекувыркнулось в груди.

— Я ничего не говорила о том, чтобы стать любовниками, — строго произнесла она.

— Заверяю тебя, что личные моменты останутся сугубо между нами. — Джейк открыл меню. — Давай посмотрим, что нам предлагают. Видишь, наиболее острые блюда выделены красным.

Догадывается ли Джейк, что самое острое блюдо здесь — это он сам?

Лаура с трудом прогнала видение, в котором Джейк выступал в качестве ее любовника, и тоже углубилась в меню.

— Я все-таки острому предпочту пряное.

— Ладно, исключаем все блюда, напечатанные красным.

— Ты не обязан соглашаться со мной. Выбирай что хочешь.

— Просто здесь так много заманчивого, что мы могли бы взять разное и поделиться. Попробовать, что выбрал другой. Расширить наш опыт, так сказать. Не возражаешь?

Предложение прозвучало неожиданно интимно. Внезапно Лауре стало не до еды. Ей захотелось расширить свой опыт… с этим мужчиной.

— Отличная идея! — согласилась она и улыбнулась.

В глазах Джейка блеснуло удовольствие, окончательно растопившее лед, который она принесла в себе на эту встречу.

— Ты потрясающе красива, когда улыбаешься, — заметил Джейк. — Я буду весь вечер стараться вызвать твою улыбку ради удовольствия смотреть на тебя в этот момент.

Лаура рассмеялась:

— У тебя нет ни единого шанса, поскольку я буду занята едой.

— Я постараюсь успевать между каждым кусочком.

— И у меня будет капать слюна в тарелку.

Тут Джейк от души расхохотался:

— Итак, какие закуски ты хотела бы попробовать?

Лаура стала читать названия блюд, одно другого аппетитнее. К ней вернулось хорошее настроение и предвкушение, с которым она согласилась на эту встречу. Джейк прав. Она должна принимать решения без оглядки на кого-либо. Она будет доверять лишь своим инстинктам и делать то, что посчитает правильным.

Официантка порекомендовала им взять одно основное блюдо на двоих после того, как они заказали две разные закуски. Порции были весьма внушительными, а они хотели еще оставить место для десерта.

— Мы правильно решили, — согласилась Лаура. — Я очень хочу попробовать кунжутное мороженое с карамелизованным попкорном и шоколадом.

— А я возьму коктейль. — Джейк улыбнулся в предвкушении наслаждения. — Название звучит, во всяком случае, очень заманчиво — карамелизованная груша, джин, вермут Lillet Blanc и взбитый какао-крем. И все это удовольствие подается с шоколадом, кунжутом и кешью.

Это прозвучало очень по-джеймсбондовски, и Лаура не смогла сдержать улыбки. Пусть Джейк и не был агентом 007, но он определенно был высоким, темноволосым, красивым и опасным, лишающим ее душевного спокойствия. Впрочем, сейчас Лауре вовсе не хотелось, чтобы ее душа была спокойной. Волнующая дрожь перекатывалась по ее телу. И она была решительно настроена получить от вечера максимум удовольствия, отбросив осторожность и забыв о макиавеллиевской тени отца.

— Это была отличная улыбка, — прокомментировал Джейк, весело поблескивая глазами.

— Я представила себе, как пробую твой десерт, — быстро ответила Лаура. Только бы он не догадался, что больше всего она хочет попробовать его. — Давай решим, что возьмем в качестве основного блюда, — увела она разговор в сторону.

— Твой выбор. Ты хотела обжаренную свинину с подкопченным тофу, чесноком и маслом с чили. А я возьму овощную тарелку.

— Что в ней?

— Жареный бамбук, бобы, перепелиные яйца с имбирем и чесноком. Вино смягчит ситуацию. — С этими словами он подозвал сомелье и заказал бутылку дорогого белого вина.

Официантка приняла заказ, пообещав, что он будет выполнен максимально быстро.

Лаура удовлетворенно вздохнула и откинулась на спинку стула.

— Как прошла твоя рабочая неделя? — задала она вопрос.

— В мыслях о том, чтобы завершить ее с тобой здесь. — Джейк послал Лауре еще одну из своих сексуальных улыбок. — А твоя?

— В раздражении.

Он поднял брови в невысказанном вопросе.

— Не могла выбросить тебя из головы, — с удрученным видом призналась Лаура.

Джейк рассмеялся:

— Я рад, что мучился не один. Теперь вопрос в том, поддаться ли нам любовной лихорадке или задавить ее на корню.

— Сегодня я за то, чтобы поддаться.

— Я тоже.

Его глаза сказали ей, что он готов сделать это немедленно, и Лаура не могла отрицать, что ей хочется того же. И все же трудно было решиться стать любовницей Джейка после столь короткого знакомства.

— Я имела в виду нашу встречу здесь, в ресторане. Ведь я совсем не знаю тебя, Джейк. — Ее взгляд стал серьезным. — Моему отцу ты определенно нравишься, а это для меня не лучшая рекомендация. Думаю, что после визита к нам в воскресенье ты составил общее представление о нашей семье, обо мне. А я о тебе — нет. Я ничего не знаю о твоих близких, кроме того, что твоя мама умерла. А другие члены семьи? Кто у тебя остался?

Джейк пожал плечами:

— Мои родители ушли из жизни, когда мне было восемнадцать. Я был их единственным ребенком. С тех пор я один, и моя жизнь не отягощена наличием родственников.

— А как насчет какой-нибудь женщины, живущей с тобой?

Джейк покачал головой:

— Я пока не встретил такую, с которой захотел бы находиться рядом изо дня в день.

Лаура понимающе кивнула, мысленно примерив ситуацию на себя:

— Да, это сложно — решиться жить вместе. Мне кажется, я даже и пробовать не хочу.

Джейк улыбнулся:

— Ты хочешь быть свободной духом.

— Я слишком часто видела, как моя мать идет на компромисс. — В словах Лауры звучала горечь.

— Не все мужчины такие, как твой отец, Лаура. — Джейк стал абсолютно серьезен. — Брак моих родителей, например, был очень счастливым. Я вырос в атмосфере любви, и мне их очень не хватает.

Лаура почувствовала укол зависти и одновременно сострадание к его потери.

— Тебе повезло, что это было в твоей жизни, Джейк. Но в то же время потеря родителей сделала тебя очень одиноким.

Джейк на миг полуприкрыл веки, но Лаура успела заметить какое-то жесткое выражение его глаз. Джейка обуревали намного более сильные эмоции, чем он хотел показать, произнеся едва ли не пренебрежительно:

— Прошло десять лет, Лаура. Я научился с этим жить.

Она так не думала. Лаура почувствовала в его словах не только боль, но и злость. Застарелую, неослабевающую злость, балансирующую на грани жестокости. Ей почему-то пришло в голову сравнение — одинокий волк, рыщущий в поисках… Чего? Удовлетворения?

Не ищет ли Джейк удовлетворения в избранной им карьере? Бизнес, построенный на банкротстве, — это всегда чья-то потеря. А тогда, в саду, он очень страстно говорил о том, какая это травма для людей и как ему хочется им помочь. Тогда она не поняла его. А сейчас… сейчас в ней стала крепнуть уверенность в том, что Джейк Фридман не такой, как ее отец. Совершенно не такой. Это несколько оправдывало Лауру в собственных глазах за то, что она откровенно наслаждалась вечером.

— Ты очень самодостаточный мужчина, — с улыбкой заметила она.

— Который этой ночью не хочет быть один.

Его улыбка показалась ей волчьей, но она не возражала бы повыть вместе с ним на луну, сидя на вершине горы под звездным небом. Нелепая мысль, особенно если учесть, что они находились в центре города, но в ней вдруг проснулась самка, жаждущая узнать интимные возможности своего волка на самом примитивном уровне.

Официантка принесла вино и наполнила их бокалы. Джейк поднял свой, приглашая к тосту:

— За то, чтобы мы лучше узнали друг друга.

Лаура кивнула:

— Присоединяюсь.

Она коснулась его бокала своим и сделала глоток:

— Я слышала, как ты говорил Эдди, что ходишь в спортзал. Часто?

— Как правило, каждый день после работы. Хороший способ снять напряжение.

Наверняка все женщины в этом фитнес-клубе глаз с него не спускают. Не использует ли Джейк свои тренировки для случайных знакомств? Лаура была уверена, что у такого мужчины, как Джейк, не может не быть активной сексуальной жизни, которая, в чем она тоже не сомневалась, никак не пересекается с его работой.

— В воскресенье ты сказал, что не хочешь хотеть меня, Джейк, — напомнила она ему. — Потому, что я дочь Алекса Костареллы, и связь со мной имеет отношение к твоей работе, да?

Джейк улыбнулся иронически:

— Думаю, это та самая проблема, которую мы предпочли бы не иметь. — Он подался вперед и пронзил ее взглядом темных глаз. — Давай закроем эту тему и будем делать вместе то, что нам обоим хочется, не думая больше ни о чем и ни на кого не оглядываясь. У тебя хватит смелости пойти со мной, Лаура? Хватит ли сил, чтобы сделать свой собственный выбор?

В каком-то смысле Джейк Фридман бросил ей вызов. Смелость? Силы? Она хотела бы думать, что хватит, но как на самом деле обстоят дела с этим? Она всегда боялась сложностей в отношениях с мужчинами и старалась их избегать. Пара эскапад, которые она позволила себе… Ею двигало скорее любопытство, чем страсть или желание установить более близкие, серьезные отношения. Джейк же пробудил в ней какие-то более глубокие, первобытные инстинкты, и Лауре было страшно оттого, что она потеряла контроль над своими желаниями. Ей захотелось узнать, как это — быть с ним, почувствовать все, что он может дать ей. Захотелось принадлежать ему. Но в то же время она не могла отделаться от ощущения опасности. Джейк и так без труда завладел ее мыслями. Обретет ли она снова самоконтроль, когда страсть будет удовлетворена, и между ними все закончится, или ей грозит полная утрата независимости, так необходимая для самовыживания? Она не может, не должна стать такой же, как ее мать!

— Да, я готова, и хочу идти своей дорогой, Джейк, — твердо ответила Лаура. — Но я не уверена, что на этой дороге намерена присоединиться к тебе. Во всяком случае, не сейчас.

У нее внезапно пересохло в горле от ослепительной улыбки, появившейся на его и без того красивом лице.

— Отлично! Мы нарисуем карту наших дорог и определим место и время встречи, которые устроят нас обоих.

Лаура рассмеялась, чувствуя, как нарастает ее нервное возбуждение. Джейк был таким привлекательным, таким сексуальным и в то же время таким умным, ироничным, предупредительным, что их возможная связь стала казаться ей все менее пугающей.

Официантка принесла основные блюда. Лаура в итоге остановила свой выбор на жареном тофу с салатом из кориандра, а Джейк предпочел ягненка с клецками из фенхеля. Оба блюда выглядели и пахли просто восхитительно.

— Мы же разделим их пополам, да? — в нетерпении спросила Лаура.

— Это уже решено. — Джейк с удовольствием наблюдал за ее предвкушением. — Вперед, Лаура! Дели!

Он смотрел, как она тщательно и честно делит их блюда. Ему нравилось в ней все, но особенно — твердая решимость управлять собственной жизнью. Это освобождало Джейка от чувства вины за то, что он собирался сделать. Хорошо, что Лаура не рассчитывает разделить с ним «счастье вечной любви», поскольку, как и он сам, не верит в него. И он понимал почему, увидев рядом ее родителей. Алекс Костарелла разрушил собственную семью, как и множество других семей. Он лишил Джейка его родителей, но в отличие от них Лаура была жива и сопротивлялась, и именно ее сопротивление позволит ей выжить. Поэтому кратковременная связь не причинит особого вреда ни одному из них.

— Мы должны начать с твоего блюда, а закончить моим, — авторитетно заявила она.

— Слушаюсь, мэм, — шутливо отсалютовал Джейк, заставив Лауру рассмеяться.

— Я не собиралась распоряжаться…

— Я хотел сказать, что прислушаюсь к совету опытного кулинара. Ты расширяешь мой кругозор в плане гурманских наслаждений.

Лаура зарделась:

— Ты дразнишь меня, Джейк. Поэтому я замолкаю и буду есть.

— Приятного аппетита.

Лауре еда доставляла очевидное удовольствие, и Джеку было приятно наблюдать за ней.

— С нетерпением жду твоих комментариев. На самом деле я не поддразнивал тебя, Лаура. Мне действительно интересно твое мнение насчет этих блюд.

— А каково твое мнение, Джейк?

Он честно рассказал ей о своих ощущениях, а она поделилась своими впечатлениями. Джейку нравились ее комментарии, но еще больше то, как она облизывает губы, выразительно закатывает глаза, выражая восторг. Нравилось, как поднимается и опускается ее роскошная грудь, когда она удовлетворенно вздыхает, как улыбаются ее чувственные губы. Чем дальше, тем больше Джейку хотелось оказаться с Лаурой Костареллой в постели и насытиться ею сполна.

Джейк не мог вспомнить, когда вечер в обществе женщины доставлял ему такое удовольствие, и не мог допустить мысли, что все закончится здесь же, в ресторане. Он должен склонить Лауру к тому, чтобы ей так же сильно захотелось того же, чего и ему. И не только этой ночью. Джейк уже понял, что одной ночи ему будет мало.

Они завершили ужин нугатинами и ромово-трюфельными батончиками, запивая десерт рислингом.

— Это была просто фантастика, Джейк. Спасибо за предоставленную возможность побывать здесь. — Прекрасные синие глаза Лауры блестели. — Ты сторицей отблагодарил меня за воскресный обед.

— С кухней каких еще сиднейских шеф-поваров ты бы хотела познакомиться? — спросил Джейк, полный решимости заинтересовать ее предложением, от которого Лаура не смогла бы отказаться.

Лаура назвала несколько имен, но потом осеклась и покачала головой:

— Я не могу позволить себе посещать их рестораны, но надеюсь, что когда-нибудь побываю в них. Пока же буду облизываться, листая их поваренные книги.

— А я могу себе позволить посетить их рестораны, но мне не хочется идти туда одному. И кроме того, я совсем немного знаю о еде, особенно в сравнении с тобой, и готов заплатить за твои консультации. Стань моим наставником, моим компаньоном, поделись знаниями и удовольствием. Согласна?

Лаура колебалась, размышляя над его предложением.

— Назовем это путешествием в высокую кухню.

— За которое платишь ты. — Лаура нахмурилась, потому что хорошо представляла себе, насколько затратен поход в такие рестораны.

— А почему бы нет? Идея ведь моя. — «Не говоря уже о желании овладеть тобой», — мысленно добавил Джейк.

— Джейк, ты будто… покупаешь меня.

Он покачал головой:

— Покупаю. Твою заинтересованность, твои знания, которые расширят мой кругозор. Соглашайся, Лаура. Нам же хорошо вместе, разве нет?

Возразить ей было нечего — им действительно было очень хорошо вместе.

— Ты прав, — со вздохом согласилась она. — В одиночку ходить в такие места неинтересно. Мне неловко, что я не могу заплатить за себя, но со своей почасовой работой я пока не очень состоятельна.

— Не волнуйся об этом. — Джейк махнул рукой. — Я же сказал, что хочу инвестировать свои средства в расширение собственного кругозора. — Он озорно ухмыльнулся. — При нашем следующем походе в ресторан ты можешь взять для меня садовую розу. Действительно, как ты и говорила, тепличные розы, которые продают уличные торговцы, совсем не имеют запаха.

Лаура рассмеялась, и от этого звука ее голоса голова у Джейка закружилась сильнее, чем от вина.

— Ты действительно решил сравнить и нюхал розы у торговца на улице?

— Да.

— Тогда ты не безнадежен.

— В чем?

— В том, чтобы научиться ценить дары природы.

— Я уже ценю один из них. Тот, что сидит напротив меня. — Джейк подался вперед и взял Лауру за руку. — Проведи эту ночь со мной, Лаура. Я зарезервировал номер в отеле «Интерконтиненталь». Это в пяти минутах ходьбы отсюда. Давай закончим то, что не смогли завершить в воскресенье.

Вот так — прямо и честно.

Он не обещал ничего более того, что сказал. Между ними все могло быть или так, или никак.

Но как бы она ему ни нравилась, Лаура оставалась дочерью Алекса Костареллы. И именно это встанет между ними, когда настанет час возмездия. Джейк шел к этому часу десять лет, и связь с Лаурой, увы, может быть лишь коротким эпизодом.

Сердце Лауры закрутил водоворот самых противоречивых эмоций. Ответ тела на предложение Джейка был мгновенным и однозначным: желудок сжался, в низу живота вспыхнул пожар такой силы, что ей пришлось стиснуть бедра, чтобы не дать ему вырваться наружу, груди напряглись в жажде прикосновения, такого же чувственного, каким он одаривал ее руку.

Ответ напрашивался сам собой: «Да!»

Лаура хотела пойти с Джейком, хотела узнать, почувствовать, каково это — заниматься с ним сексом, но сила этого желания была столь велика, что напугала ее. Это не было похоже просто на любопытство и на желание поэкспериментировать тоже.

Тому, что с ней происходило, было совсем другое объяснение.

Предполагалось, что ночь Лаура проведет в квартире Эдди. Брат начнет волноваться, если она не появится там, значит, его следует предупредить. Впрочем, ей не обязательно самой говорить с ним — можно послать текстовое сообщение. В любом случае Эдди повторит свое предостережение, предлагая свести все к сексу и не вздумать влюбиться в Джейка Фридмана.

Отличный совет. Только вот у Лауры возникло чувство, что этим советом она не успела воспользоваться и влюбилась-таки в Джейка. Глубоко и бесповоротно. И все же, если Джейк потребует от нее слишком многого, у нее хватит сил расстаться с ним. Пока же он предлагал отличные рестораны и, судя по всему, отличный секс. Почему бы не принять это и не наслаждаться тем и другим?

Большой палец Джейка пощекотал ее ладонь.

— У тебя есть сомнения, Лаура? — спросил Джейк, пристально глядя на нее. Он был готов снести все барьеры и преодолеть любые препятствия, чтобы заполучить эту женщину.

Гордость не позволила Лауре честно признаться, что ее пугает сила собственного влечения к нему. Ей казалось очень важным выглядеть в глазах Джейка уверенной в себе и смелой. Поэтому она улыбнулась:

— Никаких. Я как раз думала о том, что не хочу мучиться любопытством и задаваться вопросом, как бы это было между нами. Лучше взять и сделать, правда?

Джейк расслабился и рассмеялся. Его смех словно гарантировал, что все у них будет хорошо, и заставил натянутые нервы Лауры завибрировать от удовольствия.

— Ты поразительная женщина, Лаура.

— Почему? — с искренним удивлением спросила она.

Джейк усмехнулся:

— До того, как я увидел тебя, мне рисовался образ избалованной принцессы или расчетливой дамочки, привыкшей получать все, что хочет. Для меня стало приятной неожиданностью узнать, что ты не та и не другая. Но ты оказалась потрясающе красивой, Лаура. А красивые женщины часто используют свою красоту для того, чтобы посмотреть, насколько далеко готов зайти мужчина ради обладания ею.

— Я не играю в эти игры, — резко ответила Лаура, ненавидевшая любую форму манипулирования людьми.

— Я понял. Мы уже выяснили, что ты думаешь по этому поводу. — Джейк коснулся своим бокалом ее. — Оставайся такой всегда.

Лаура в задумчивости склонила голову:

— Ты решил мне польстить?

Джейк покачал головой:

— Я хочу большего, чем одна ночь с тобой, Лаура. Уверен, что наши путешествия в мир высокой кухни доставят мне огромное удовольствие.

— Уверена, мне тоже. — Она рассмеялась, чувствуя головокружение от осознания того, что их встреча с Джейком больше не кажется ей опасной ловушкой, а представляется чудесным приключением, сулящим массу удовольствия, от предвкушения которого у Лауры покалывало все тело. — Я отлучусь на несколько минут, — сказала она, поднимаясь. — Мне нужно в дамскую комнату, чтобы позвонить брату.

— Зачем? И почему брату? — Джейк нахмурился при мысли о возможном вмешательстве в их отношения кого-то третьего.

— Я собиралась остаться ночевать в его квартире и не хочу, чтобы Эдди волновался.

— Ах так! Тогда, конечно, позвони. Ты не хотела, чтобы твой отец был в курсе. Так вот, от меня он ни о чем не узнает, — заверил ее Джейк на всякий случай.

Лаура посмотрела ему в лицо с чрезвычайной серьезностью:

— Если ты не сдержишь слово, Джейк, мы больше не увидимся.

— Я понял.

Тайная связь, подумала Лаура, направляясь в дамскую комнату. Как ни странно, ей понравилась эта мысль. Она скажет Эдди, но, если попросит его сохранить все в секрете, брат не подведет ее. Между ними давно существовала договоренность скрывать от отца личную жизнь и помогать друг другу.

Однако стоило Лауре отправить Эдди сообщение, как тот немедленно перезвонил ей. Она так и знала, что он будет обеспокоен.

— Ты же говорила, что не собираешься падать к его ногам, — осуждающе выпалил брат вместо приветствия.

— Я стою строго вертикально и собираюсь сделать то, что хочу. Как и ты, Эдди, — напомнила она ему.

— Ты младшая сестренка, Лаура. А этот парень умеет использовать любую возможность, ничего не упуская. Тебе лучше оставаться в стороне. Во всяком случае, быть начеку.

Лаура понимала, что Эдди беспокоит прежде всего связь Джейка с их отцом, но сама она уже справилась с этим предубеждением. Пока ее сомнения не подняли голову снова, она будет игнорировать их и наслаждаться моментом.

— Я сама хочу этого, Эдди. Все будет хорошо.

Повисла пауза, и Лаура мысленно увидела, как брат стиснул зубы, недовольный ее решением, но вынужденный принять его.

— Ладно. Завтра увидимся, да?

— Если ты будешь дома, когда я приду забрать свои вещи.

— Буду. Надеюсь, что ты не совершаешь ошибку, Лаура.

— Я тоже надеюсь. А теперь — пока!

Лаура рассматривала себя в зеркале, подкрашивая губы. Глаза лихорадочно блестят. В начале этой недели она мысленно сравнила Джейка с вирусом, проникшим в ее организм и приведшим все в нем в беспорядок. Этим же вечером вирус был еще более активным, оказывая буквально-таки разрушительное воздействие на нее, как в физическом, так и в эмоциональном отношении. Но сегодня Лауре не хотелось бороться с вирусом. Ей хотелось поддаться ему, а вот завтра… Завтра Лаура будет точно знать, совершила она ошибку или нет. Но даже если и совершила, все равно это лучше, чем если бы она осталась в неведении, рисуя картины в своем воображении.

Джейк поднялся при ее приближении:

— Готова?

— Да. Ты уже…

— И заплатил, и оставил чаевые. Ведь обслужили нас очень хорошо, правда?

— Правда. Обслуживание было выше всяких похвал. Нам не приходилось ничего ждать.

Джейк улыбнулся и предложил Лауре руку. Стоило ей взять его под руку, как в глазах Джейка промелькнуло выражение удовлетворения. Он склонил голову и прошептал ей на ухо, обдав теплым дыханием:

— Мне нравится, что ты не любишь ждать.

Эти его слова возымели обратное действие. К Лауре вдруг вернулись все ее сомнения. Не поступила ли она опрометчиво, согласившись лечь с Джейком в постель во вторую же встречу? Впрочем, наверняка и другие женщины недолго сопротивлялись ему, поэтому она просто-напросто не станет исключением. С другой стороны, разве она не решила, что будет следовать только своим желаниям? Будет честна сама с собой?

Лаура сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться.

— Мне кажется, что ты тоже не любишь ждать, Джейк. Вернее, не привык ждать, — сухо заметила она.

— Ошибаешься. — Он бросил на нее ироничный взгляд. — Некоторые вещи я ждал годами.

— Какие, например?

Странное, даже жесткое выражение отразилось в глазах Джейка прежде, чем он отвернулся:

— Разные, Лаура. Думаю, тебе тоже не терпится начать свою карьеру, но ты вынуждена ждать получения диплома.

— Пожалуй, — сказала Лаура, но его ответом не удовлетворилась. Какие такие жизненные цели, ждущие осуществления, способны вызвать такую ярость в глазах? Джейк опасный человек, снова подумалось ей.

— Уверен, что ты считаешь свою будущую специальность — заботу об окружающей среде — очень важной, — заметил он. Выражение лица Джейка снова стало дружелюбным и заинтересованным.

Лаура решила не стучаться в захлопнувшуюся дверь. Дверь в личную жизнь Джейка. Может быть, позже, ночью, когда он будет более расслабленным и открытым… Это подождет. А может быть, его жизненные цели как-то связаны с ее отцом? Тогда она ничего не хочет знать об этом. Во всяком случае, не этой ночью. Сегодня она намерена узнать о Джейке нечто другое, и ей не хотелось портить предстоящий эксперимент.

Они вышли на улицу. Лаура продолжала держать Джейка под руку, наслаждаясь ощущением его силы и мускулистости. Ее воображение нарисовало образ обнаженного спутника, и это был очень мужской образ. Каждая женщина мечтает о таком мужчине, и она, Лаура, просто пользуется представившейся возможностью. Да, все просто, и она не допустит никаких осложнений.

— Отель в трех кварталах отсюда, — сказал Джейк с дразнящей улыбкой на губах. — Ты сможешь проделать этот путь в своих довольно сексуальных туфлях или мне остановить такси?

Лаура рассмеялась, опьяненная мыслью о том, что совсем скоро его губы накроют ее рот.

— Если идти медленно, то смогу. Ты же не заставишь меня бежать?

— Я не заставлю тебя делать ничего такого, чего ты не хотела бы сама. Это целиком твой выбор, Лаура, — очень серьезно произнес Джейк.

Лаура с благодарностью восприняла его заверение, хотя с самого начала мысли о физическом риске у нее и не возникало. В отношениях с Джейком ее больше пугал эмоциональный риск, потому что ни один мужчина никогда не производил на нее такого впечатления.

— А почему отель? — спросила Лаура, идя рядом с ним. — Почему не твой дом?

— Он явно не подходит для такого случая, поскольку находится в стадии реконструкции. Все разбросано. Хотя я надеюсь, что по завершении будет выглядеть здорово. У меня получается работать только в выходные.

— Ты делаешь ремонт сам?

— Не все работы. Только плотницкие. Меня этому ремеслу научил отец, и мне нравится такая работа.

— Твой отец был плотником?

— Нет. Он был инженером, но любил работать с деревом. Это было его хобби, и он разделил его со мной, когда я был подростком.

В голосе Джейка, когда он говорил об отце, слышалась глубокая сыновняя любовь, а вот у Эдди не сложились теплые отношения с отцом. Брат постоянно подвергался критике и слышал исключительно неодобрительные замечания в свой адрес. Сама Лаура рано научилась максимально избегать контактов с отцом, чтобы на себе не испытывать его язвительность. Какие разные взаимоотношения…

Наверное, работа с деревом позволяет Джейку ощутить связь с семьей. Впрочем, в прошлое воскресенье он вскользь заметил, что отдыхает, занимаясь физическим трудом. Лаура подумала, что ремонт дома собственными руками чем-то похож на то, чем она занимается сама, — на ландшафтный дизайн.

Да, Джейк работал на ее отца, но он не был таким, как он. Она обязательно скажет об этом Эдди завтра.

Лаура не удержалась и, взяв Джейка за руку, погладила его ладонь.

— Но руки у тебя не загрубевшие, — заметила она.

Джейк усмехнулся ее недоверчивости:

— Я работаю в перчатках. Наверняка ты тоже. — Он в ответ погладил ее ладонь. — Я не чувствую никаких мозолей.

Это поглаживание на миг выбило Лауру из колеи, и она чуть не потеряла нить разговора.

— Школа моей мамы. — В ее голосе слышалась слабая хрипотца. — Она всегда говорит, что кожа леди должна быть безупречной.

Джейк остановился, развернул Лауру лицом к себе и провел ладонью по ее щеке.

— Она и есть безупречна, — тихо произнес он и, приподняв ее лицо, склонился к ней.

Лаура затрепетала в ожидании поцелуя, вкус которого она вспоминала всю прошедшую неделю.

И не важно, что они стояли на оживленном перекрестке в самом центре города. Все померкло в ее сознании. Желание, потребность вновь почувствовать то, что она уже однажды испытала, затмили все остальные мысли и чувства.

Губы Джейка скользнули по ее губам, и Лауре показалось, что их покалывают тысячи иголок. Затем она ощутила его теплый язык и предоставила ему возможность проникнуть в ее рот. Она жаждала испытать еще более глубокое эротическое удовольствие, чувствовала приближение лихорадочной вспышки желания, которая заставила бы ее окончательно забыть о сомнениях по поводу правильности своего решения провести эту ночь с Джейком.

И она забыла о них, как только его язык скользнул в глубь ее рта, чувствуя лишь нарастающее возбуждение и все более тесный контакт с его телом. Горячая волна прокатилась по телу Лауры. По груди, животу, бедрам…

Этот поцелуй был больше чем поцелуй. Это было вторжение, захват, от которого восторг с быстротой огня распространился по всему телу. Лаура потеряла ощущение самой себя, растворившись в этом поцелуе, отвечая на него с пылкостью и страстью, о существовании которых и не подозревала.

Она хотела Джейка. Хотела так сильно, как ничего и никого раньше.

Лаура испытала шок, когда Джейк оторвался от ее губ и прижал ее голову к своему плечу. Бешеный стук собственного сердца отдавался в ушах Лауры. Она смутно почувствовала, что Джейк вздохнул — прерывисто, едва ли не со всхлипом. Он погладил Лауру по спине успокаивающим, легким касанием, и она была признательна ему за это каждым своим нервом, натянутым до предела.

— Я не должен был этого делать, но только об этом и мечтал весь вечер, — пробормотал Джейк, уткнувшись в ее макушку. — Ты можешь идти дальше, Лаура?

Идти в отель, где они будут наедине в постели.

— Да, — не произнесла, а выдохнула она. И этот выдох слегка ослабил напряжение в ее груди. — Если только ты будешь меня поддерживать.

— Поддерживать тебя — не проблема, — засмеялся Джейк. — Проблемой было бы отпустить тебя.

Его слова странным образом встревожили Лауру. Она быстро отстранилась и взглянула ему в лицо:

— Давай не будем думать о проблемах. Я хочу думать только о том, что происходит между нами.

— Я тоже. — Джейк нежно погладил ее по щеке. — Отель уже совсем рядом.

— Отлично. Можешь предложить мне руку.

Лаура взяла Джейка под руку и почувствовала, что с каждым шагом увереннее держится на ногах. Оба не произнесли ни слова, двигаясь словно в тумане взаимного желания, нетерпения и предвкушения. Остальное казалось не важным.

В отеле «Интерконтиненталь» Лаура с матерью иногда пили чай после похода по магазинам. Великолепное лобби представляло собой двухуровневое пространство под стеклянным куполом, по периметру которого были предусмотрены переходы. Идя по одному из них вместе с Джейком, Лаура видела множество нарядных людей, которые ужинали под аккомпанемент рояля.

Это был очень дорогой и фешенебельный отель, и Лауре было приятно, что Джейк выбрал его. Он взял у администратора ключ и повел ее к лифту.

— Я попросил номер с видом на гавань и ботанический сад. Надеюсь, за завтраком он доставит тебе наслаждение.

Сердце Лауры подпрыгнуло от радости. Он думал о ней, стремясь всячески доставить ей удовольствие. Значит, дело не только в сексе, и между ними происходит что-то более глубокое. Она приняла правильное решение.

Приключение с Джейком Фридманом стоит того, чтобы его пережить. И Лаура перестала думать о том, как далеко может зайти эта история и каков будет ее финал. Просто Джейк — это тот мужчина, с которым она хотела сейчас быть.

Джейк с помощью карточки включил в номере свет. Все вокруг выглядело просто потрясающе — красиво, приветливо, а главное, безлико. Эта комната не имела отношения ни к реальной жизни Лауры, ни к его.

Именно так все и должно было быть.

Само по себе то, что он воспылал неконтролируемым желанием к дочери Алекса Костареллы, было очень плохо. Границы их связи должны быть изначально определены и неукоснительно соблюдаться. Он не может позволить Лауре занять слишком важное место в его жизни. Но здесь и сейчас он должен утолить свой голод по ней, и, к его огромному облегчению, Лаура тоже хотела его, не скрывая своего желания. Итак, незачем больше откладывать осуществление того, чего они оба так страстно хотели.

Лаура вошла в номер впереди Джейка и сразу же направилась к окну. Джейк не мог оторвать взгляд от зрелища ее покачивающихся бедер, чувствуя тугой узел в паху. Не в силах больше ждать, он начал расстегивать пуговицы на рубашке, не отрывая глаз от ног Лауры, ее тонких щиколоток, подчеркиваемых высокими каблуками. Джейк почувствовал, как нарастает его возбуждение, и сбросил рубашку и обувь.

— Город весь в огнях, а вот ботанический сад в темноте не рассмотреть, — заметила Лаура.

— Утром будет светло, — пробормотал Джейк, расстегивая брюки.

Лаура посмотрела на него через плечо:

— Думаю, что ночной вид мне понравится больше. — Ее губы произносили слова, а взгляд скользил по обнаженным плечам и груди Джейка. — Знаешь, я пыталась представить себе, как ты выглядишь обнаженным.

Джейк рассмеялся, придя в восторг от ее искренности. Он снял боксеры и бросил их на кресло вслед за рубашкой и брюками.

— Надеюсь, ты не разочарована, — произнес он с уверенностью человека, не сомневающегося в своей физической привлекательности.

— Ни на йоту, — с чувством ответила Лаура, внимательно разглядывая все эти «йоты», отчего одна из них пришла в еще большее возбуждение.

Лаура одной рукой приподняла свои распущенные волосы, а второй начала расстегивать молнию на спине, спеша избавиться от собственной одежды.

— Позволь мне, — поспешно предложил Джейк, находя ее затылок очень сексуальным.

Он подошел к ней и успешно выполнил задачу — расстегнул молнию на плотно облегающем корсаже, и его взору открылась изящная спина с атласной кожей. Джейк не смог отказать себе в удовольствии провести пальцем вдоль позвоночника и немедленно получил благодарный ответ в виде дрожи удовольствия, сотрясшей тело Лауры.

Горя желанием поскорее увидеть ее полностью обнаженной, Джейк расстегнул юбку и спустил ее с бедер, а дальше уже она сама соскользнула вниз и лужицей растеклась у ног Лауры. При виде сексуальных черных трусиков-стрингов Джейк с шумом выдохнул воздух. Он едва справился с желанием немедленно уложить Лауру в постель и овладеть ею, заставив себя продолжать неспешный процесс раздевания. Подцепив резинку стрингов большими пальцами, он стал медленно стягивать их с заветного холмика вдоль изящных бедер, крепких икр, и с каждым миллиметром этого продвижения кровь все громче стучала в его голове. Движение застопорилось из-за ремешков туфель, которые не давали ему покоя с самого первого момента встречи, вызывая в воображении немыслимые эротические фантазии.

— Сядь, Лаура. Я хочу снять с тебя туфли.

Джейк все еще сидел на корточках, когда она резко развернулась и опустилась в кресло у окна. Вид ее полных грудей на уровне его глаз произвел разрушительное воздействие на его сознание. А Лаура еще и откинулась на спинку кресла, и теперь они торчали острыми пиками крупных розовых сосков. Джейк завороженно смотрел на них, но потом все-таки оторвал взгляд, чтобы удостовериться, что Лаура его не дразнит.

Ее синие глаза в обрамлении густых ресниц были темнее обычного, и в них мерцало страстное приглашение. Она хотела спровоцировать его, свести с ума своей женственностью, и намеренность ее поведения немедленно напомнила Джейку о том, чьей дочерью она была и что ему надо быть осторожным, чтобы не попасться в ловушку.

Джейк сконцентрировал свое внимание на том, чтобы расстегнуть ремешки туфель Лауры. Через несколько мгновений она будет принадлежать ему. Всю ночь он будет упиваться ее обладанием. Но утром он должен быть абсолютно здравым, чтобы вовремя отдалиться и расстаться до новой встречи.

Итак, туфли долой!

Теперь они оба были полностью обнажены.

Джейк выпрямился и сейчас возвышался над Лаурой с первобытным ощущением мужского превосходства. Он несет ответственность и контролирует это любовное свидание. С самоуверенностью, подпитанной мощным выбросом адреналина, Джейк обхватил свою добычу за талию, вытащил из кресла и увлек к кровати. Уложив Лауру на спину, он лег рядом, забросив ногу поперек ее бедер. Теперь она полностью была в его власти, и он мог касаться ее как и где угодно.

— Поцелуй меня снова, — хрипло то ли попросила, то ли приказала Лаура.

— Обязательно, — пообещал Джейк.

Но не в губы и не сейчас, когда в фокусе его внимания были два розовых соска — свидетельство ее возбуждения. Джейк хотел довести Лауру до пика желания, чтобы по силе оно превзошло его собственное. Он втянул в рот одну розовую горошину, легонько сжал зубами, пощекотал языком.

Лаура обвила его шею, запустила пальцы в густые волосы на затылке, а ее тело непроизвольно выгнулось навстречу его ласкам.

«Пока рано… пока рано», — уговаривал себя Джейк. Он не спеша проложил дорожку поцелуев по ее животу к холмику темных волос и остановился у входа в расселину, ведущую во влажные глубины. Джейк вдохнул пьянящий аромат желания Лауры и прижался губами к скрытому складками бугорку — средоточию наслаждения. Лаура инстинктивно вцепилась в его плечи и задвигала бедрами в едином ритме с его дразнящими поцелуями, вскрикивая и всхлипывая от нарастающего в ней удовольствия.

Джейк все еще контролировал себя. Он видел, что Лаура была готова принять его, да и его собственное желание достигло такой мощи, что грозило разорвать плоть. Стоило ему чуть приподняться над Лаурой, как она обхватила его бедра ногами, продолжая двигаться в ритме, заданном его поцелуями. И Джейк сдался. Мощным толчком он проник в ее жаркие, влажные глубины и тут же наклонил голову, накрыв ее рот своими губами, стремясь сделать это вторжение тотальным, а обладание Лаурой — подконтрольным ему.

Но его атака встретила контратаку с ее стороны. Страстность ответного поцелуя превратила агрессию в расплавленную лаву наслаждения, и Джейк утратил остатки самоконтроля. Ноги Лауры обхватили его, подстегивая ускорить ритм и углубить проникновение. Джейк ритмичными толчками то почти выходил из нее, то достигал самых глубин ее женского естества, приходя в неистовство от вскриков удовольствия, которые Лаура уже не контролировала и которыми сопровождала восхождение на каждую новую ступеньку страсти, ведущую к пику наслаждения.

А потом они оба словно на гребне гигантской волны с головокружительной скоростью понеслись в заоблачную высь, где одновременно почувствовали яркую вспышку, расколовшую мир на мелкие кусочки, а затем плавно опустились на место, медленно приходя в себя. Джейк не знал, сколько это длилось — минуты, часы?

Сколько бы ни длилось, это было фантастически!

Как Лаура ответила ему! Какое наслаждение получил он сам! Высвобождение для обоих стало маленьким концом света, и они оба не сдержали крика, когда волна ощущений подбросила их высоко вверх и отступила, позволив парить им, крепко обнявшимся, в сладкой экстатической невесомости.

Постепенно приходя в себя, Джейк не переставал обнимать Лауру, вдыхая запах ее волос. Он терся о них щекой, наслаждаясь их шелковистостью. Слушал ритм ее успокаивающегося дыхания и чувствовал, как поднимается и опускается ее грудь, прижатая к его груди.

Спустя некоторое время к Джейку вернулась способность думать, и первая мысль была о том, что ни с кем и никогда он не испытывал такого чувственного накала, такой потребности брать и отдавать по максимуму. Его связи с женщинами всегда дарили Джейку спокойное, расслабляющее, вполне предсказуемое удовольствие, и он считал это совершенно нормальным. Почему безумная химическая реакция случилась именно с Лаурой Костареллой? Почему именно она пробудила в нем первобытные, животные инстинкты?

Может быть, потому, что она оказалась самой красивой женщиной, какую Джейк когда-либо укладывал в постель? Мог ли этот факт привести его в такое неистовство? По правде говоря, Джейк так не думал. А не добавило ли остроты ощущениям ее родство с Алексом Костареллой? Не было ли в его порыве элемента так долго вынашиваемой им мести? А может быть, его подстегивало понимание того, что им никогда не быть вместе?

Что-то было не так. И все-таки Джейк отдавал себе отчет в том, что он не может допустить, чтобы их любовная связь переросла во что-то большее. Он может наслаждаться тем, что Лаура способна дать ему — составлять компанию за ужином и доставлять непередаваемое удовольствие в постели.

Порешив на этом, Джейк не стал больше задаваться вопросами.

— Как ты себя чувствуешь?

— М-м-м… очень хорошо.

По ее голосу он понял, что Лаура улыбается. Большего ему знать и не хотелось, тем более что он ощутил, как она лениво и неспешно поглаживает его. И эти нежные эротические прикосновения немедленно пробудили в нем желание продолжить исследование волнующих женственных изгибов тела Лауры. Прикосновения привели к поцелуям и все более смелым ласкам.

И снова все было просто потрясающе. Не так неистово и лихорадочно, как в первый раз, но не менее восхитительно и смело в обоюдном стремлении доставить и получить наслаждение. Волны возбуждения потихоньку угасли, на смену им пришло полное удовлетворение и… глубокий сон.

Лауру разбудил утренний свет. Вечером они забыли задвинуть шторы, будучи поглощенными более важным делом. А теперь у нее выдалась возможность рассмотреть мужчину, доставившего ей такое огромное наслаждение, какое Лаура не могла даже вообразить в самых смелых своих фантазиях.

Джейк еще спал. Несмотря на то что его искрящиеся темные глаза были закрыты, лицо оставалось красивым, а тело… Лаура окинула его взглядом и снова восхитилась мужественным совершенством, идеальными пропорциями, умеренной мускулистостью. Джейк Фридман был великолепен. Сексапилен. И какую фантастическую ночь он подарил ей!

Никаких сожалений! В чем Лаура не сомневалась, так это в том, что эту ночь она не забудет никогда, как бы ни сложились их отношения в дальнейшем.

Осторожно, стараясь не разбудить Джейка, она выскользнула из кровати и на цыпочках прошла в ванную комнату. Лауре хотелось освежиться и привести себя в порядок, чтобы к моменту пробуждения Джейка выглядеть хорошо. По пути она прихватила свою сумку, в которую предусмотрительно положила кое-что из косметики. Слава богу, в ванной висели халаты — ей не хотелось надевать вчерашнюю одежду.

Приняв душ, Лаура вернулась в спальню и обнаружила, что Джейк еще спит. Ее даже обрадовал этот факт — появилось время немного подумать о произошедшем. Она села на подоконник, прижалась спиной к стене и подтянула колени к груди. Словно эта поза могла помочь ей не расплескать впечатления от потрясающей ночи с Джейком.

Это был не просто секс, хотя и великолепный. При воспоминании об этом сердце Лауры сладко заныло — каким, оказывается, всепоглощающим может быть секс с «правильным» мужчиной. Но если Джейк и есть «правильный» мужчина для нее, стоит ли ей отказываться от серьезных отношений с ним? Пока что Лауре нравилось все, что она узнала о нем, и хотела узнать намного больше. Может быть, из их отношений что-нибудь и получится?

Внизу расстилался необыкновенной красоты ботанический сад. Лауре захотелось погулять по нему — это стало бы прекрасным времяпрепровождением после такой ночи. Они могли бы разговаривать, больше узнать друг о друге. Еще ей хотелось увидеть дом, который реконструирует Джейк. Интересно, каким он видит свое жилище? Ведь оно многое говорит о хозяине. Размышления Лауры были прерваны вопросом Джейка:

— Тебе нравится вид?

Лаура рассмеялась от переполнявших ее чувств:

— Очень! Солнце ярко светит, и день обещает быть чудесным.

Джейк улыбнулся и встал с кровати:

— Тогда давай начнем его с прогулки. Закажи завтрак, пока я приму душ.

— Что бы ты хотел?

— На твой выбор. Я полностью доверяю тебе в том, что касается еды, — ответил Джейк и направился в ванную комнату, дав возможность Лауре любоваться его спиной и ягодицами.

Когда за ним закрылась дверь, она поднялась со своего места и занялась завтраком, очень надеясь, что ее выбор не разочарует Джейка.

После душа он тоже надел гостиничный халат.

— Сейчас восемь, — заметил Джейк, посмотрев на часы. — Как скоро принесут завтрак?

— Через двадцать минут.

Темные глаза озорно вспыхнули.

— Хватит только на утренний поцелуй. Без раздевания.

— Для этого у нас будет целый день, — с надеждой произнесла Лаура, входя в его раскрытые объятия.

— Увы! Мне нужно кое-что сделать дома до завтра, когда придет водопроводчик.

— Я могу помочь? — импульсивно спросила она, не желая расставаться.

Джейк покачал головой:

— Тогда это превратится в развлечение, Лаура.

Эффективнее я поработаю один.

Он коснулся ее губ своими и легонько потерся ими. Однако его ласка не могла смягчить укола разочарования, вызванного его отказом. Но Лаура сказала себе, что в его словах есть смысл, и приоткрыла рот для настоящего поцелуя. Ведь Джейк подарил ей чудесную ночь, и в будущем их будет еще немало. Не стоит жадничать, настаивая на своем.

Это был очень нежный, чувственный поцелуй, и Джейк прервал его прежде, чем их обоих охватила страсть. Он ласковым жестом отвел волосы с ее лица и с улыбкой посмотрел ей в глаза:

— Спасибо за эту ночь. Мы очень скоро повторим ее.

— Спасибо тебе. Я буду ждать повторения. — Лаура решила с достоинством принять ситуацию, как бы ни хотелось ей сейчас совсем другого.

— Я закажу такси для тебя. — Джейк выпустил ее из объятий и подошел к телефону. — Где живет твой брат?

— В Паддингтоне.

— Отлично! Мы поедем вместе, сначала завезем тебя, потом меня.

— А где живешь ты?

— Недалеко от него. В пригороде Вуллары.

Действительно недалеко, можно дойти пешком, подумала Лаура. Она хотела спросить, на какой улице он живет, но прикусила язык. Зная себя, она не сомневалась, что очень захочет пойти посмотреть на дом Джейка. Ей вдруг стало страшно оттого, что она так сильно увлеклась этим мужчиной.

Джейк дал ей понять за ужином, что не хочет полноценных, постоянных отношений. И сама Лаура была достаточно осторожна в этом вопросе. Совершенно очевидно, что прошедшая ночь ничего не изменила для него. Значит, и она должна отнестись к произошедшему точно так же. Она должна сохранить ясную голову и не поддаться иллюзиям, не вносить неразбериху в свою жизнь.

И все-таки завтрак для нее потерял всякий вкус. И совместная с Джейком поездка в Паддингтон превратилась в мучение. Ей стоило определенных усилий улыбнуться ему на прощание. А ведь еще предстояла встреча с Эдди, которого следовало убедить в том, что все прошло прекрасно.

Но ведь именно так и было.

Впрочем, не совсем. Это было потрясающе, фантастически, увлекательно. Даже слишком увлекательно!

И в этом таилась опасность.

Отвечая на неизбежный вопрос Эдди о том, как прошло ее свидание, Лаура беззаботно сказала:

— Отличная еда, отличный секс. Вопрос о браке на повестке дня не стоит. Так что не волнуйся о том, что я стала жертвой заговора.

Позднее ей пришлось ответить и на вопросы озабоченной матери.

— Мам, ничего серьезного. Просто ужин, который мы, может быть, когда-нибудь повторим. А может быть, и нет. — Лаура лукаво улыбнулась. — Зависит от того, в какой ресторан пригласит меня Джейк.

В ответ на расспросы отца она досконально описала каждое блюдо, дав понять, что компания Джейка была ей приятна, но не более того.

Оказалось, что убедить родных в своем безразличии к Джейку намного проще, чем саму себя. Лаура понимала, что после встречи с ним ее жизнь и она сама бесповоротно изменились. Джейк постоянно присутствовал в ее мыслях, особенно по ночам, когда ее тело томилось от воспоминаний. Она злилась на себя за то, что не может выбросить его из головы, злилась на Джейка за то, что день шел за днем, а он не давал о себе знать. Более того, он не дал ей номера своего мобильного телефона, а домашний номер в справочнике Вуллары не значился. На работу же ему Лаура позвонить не могла, потому что об этом тут же узнал бы отец.

Одним словом, контакт между ними полностью зависел от Джейка, а у нее не было никакой возможности связаться с ним, реши она проявить инициативу.

Лаура ненавидела себя за то, что превратилась в глупую, томимую любовью дуреху, и злилась так сильно, что, когда в пятницу раздался столь долгожданный звонок, она едва выдавила из себя:

— Привет.

Джейк, казалось, не заметил холодности в ее тоне и сразу же перешел к делу, проигнорировав традиционный обмен вопросами «Как дела?».

— Я целую неделю пытался забронировать столик в одном из ресторанов, стоящих первыми в твоем списке. Не удалось. Все занято, и никаких отмен.

Но я заказал на завтра столик в ресторане Питера Пелмора. Как ты на это смотришь?

Этот ресторан считался одним из пятидесяти лучших ресторанов мира! Джейк опять делал предложение, от которого невозможно было отказаться. Предвкушение в одну минуту затмило все остальные чувства.

— Фантастика! — сорвалось с ее языка. — Я видела в одном шоу его потрясающий десерт «Снежное яйцо». Это же умереть можно от такой вкусноты!

Мягкий смех Джейка отдавался в ней взрывом радости. Она не могла перестать улыбаться, не могла перестать чувствовать себя счастливой.

— Встретимся в ресторане в семь? Как в прошлый раз? — спросил Джейк.

— Да.

— Отлично! До завтра, Лаура.

Отбой. Джейк первым положил трубку.

Вспышка радости погасла. Лаура печально вздохнула. Но ведь так они и договаривались: встречаться изредка и ходить в хорошие рестораны. О последующей ночи Джейк, вероятно, думает как о сахарной глазури на торте. Ей не за что винить его и обижаться на то, что кроме ужина он ничего ей не предложил. А то, что она хочет большего, — это ее и только ее проблема, и ей надлежит справиться с этой проблемой самостоятельно.

Дальше дело пошло лучше. Видимо, знание точного времени встречи позволило Лауре наконец сосредоточиться на других вещах. Одним словом, своим мироощущением она была довольна и пообещала себе, что от этого свидания она ничего не будет ждать сверх того, что Джейк, возможно, предложит. Например, снова провести вместе ночь. Так даже лучше, поскольку она сможет сохранить независимость и не потерять голову из-за этого мужчины.

Но, несмотря на все разумные доводы, Лаура не смогла сдержать дрожь предвкушения, готовясь к встрече. Чтобы продемонстрировать Джейку, что их свидание для нее так же не слишком важно, как и для него, она решила одеться менее нарядно и элегантно, остановив выбор на джинсах, которые давно уже стали уместными практически везде, и блузке в пейзанском стиле, а также недорогой бижутерии, которую купила на рынке. Сандалии, украшенные бисером, завершили задуманный ею образ.

Лаура предупредила брата, что снова остановится у него. Перед выездом из дома она срезала желтую — не красную — розу в саду. Сорт розы с восхитительным ароматом назывался «Пэл Джои». Джейк наверняка забыл, что на прошлом свидании попросил принести розу на следующую встречу. Тем не менее она продемонстрирует, что привыкла выполнять условия договора.

Ресторан находился совсем рядом с пристанью. У Лауры оставалось немного времени, и она прогулялась по причалу мимо огромных круизных теплоходов. Ее походка была пружинящей и энергичной. Джейк ждал ее в ресторане, и ей предстояла еще одна великолепная ночь с ним!

Джейку потребовалась вся его выдержка, чтобы не звонить Лауре эти две недели. В следующий раз пусть будет всего неделя, и в следующий, и в следующий… Если она, конечно, решит продолжать их отношения. Но пока он не забывает о своей конечной цели, и всякие мысли о том, что бы было, если бы она не была дочерью Алекса Костареллы, нужно выбросить из головы. Ситуация такая, какая она есть, и ничего нельзя изменить.

Вошедшая в ресторан Лаура была похожа на цыганку с ее черными вьющимися волосами, рассыпавшимися по плечам, с яркими бусами на шее и в блузке, подчеркивающей полноту груди. Джинсы плотно облегали женственные бедра и стройные длинные ноги. Джейк ощутил прилив крови к низу живота и понял, что Лаура воздействует на него слишком сильно, чего не должно было случиться.

Не стоило ему затевать все это.

Но вот она улыбнулась, и он не смог сдержать ответной улыбки, поднимаясь из-за стола навстречу ей. Еще не дойдя до Джейка, Лаура достала из сумки желтую розу:

— Для тебя. Чтобы ты насладился ароматом. — Ее синие глаза ярко сверкали, и Джейку почудился в них вызов.

Он удивился, но с удовольствием взял протянутую розу и вдохнул восхитительный запах:

— М-м-м… Теперь этот запах всегда будут ассоциироваться с тобой, Лаура.

Она рассмеялась:

— А у меня с тобой — вкусная еда. Мне не терпится ознакомиться с меню.

Джейк тоже рассмеялся и, сделав приглашающий жест, помог Лауре сесть за стол:

— К вашим услугам.

Как только они заняли свои места за столом, к ним подошел официант и предложил меню. Джейк попросил принести вазу с водой, чтобы поставить розу.

Когда они снова остались одни, Лаура улыбнулась Джейку:

— Я рада, что роза тебе понравилась.

Джейк ответил с усмешкой:

— У меня на нее большие виды.

— Какие?

— Позже узнаешь. Я зарезервировал для нас номер в отеле «Парк-Хайятт».

— Опять отель? — Лаура нахмурилась.

— У меня дома все еще ремонт, — с извиняющейся улыбкой объяснил Джейк. — Я не могу пригласить тебя туда, Лаура.

И никогда не сможет. Он не должен впускать ее в свою реальную жизнь.

— Но этот отель такой дорогой, Джейк. И это помимо ужина, который наверняка обойдется в целое состояние.

— Деньги для меня не проблема, Лаура, — заверил ее Джейк.

— Мой отец так хорошо тебе платит?

Джейк пожал плечами:

— Алекс платит мне хорошо, но я не рассчитываю исключительно на него. Тем более что игра подходит к концу. — По крайней мере, в сфере бизнеса, основанного на банкротстве других компаний, он больше не сможет работать, когда Джейк разоблачит коррумпированных бизнесменов. Но к такому исходу он подготовился. — У меня есть бизнес в другой сфере, и он достаточно прибыльный.

— И какой же это бизнес? — Лауре стало любопытно.

Ничего страшного, если он скажет ей. Джейк был уверен, что она не проговорится отцу, а если и скажет, то это уже не имеет значения.

— Я покупаю заброшенные дома, ремонтирую их в свободное время и затем продаю.

— Понятно. Что-то вроде улучшения жилищных условий. Я видела шоу по ТВ — всегда интересно наблюдать за процессом восстановления таких домов. И сколько же жилищ ты отремонтировал?

— Сейчас работаю над пятым.

— Было бы любопытно посмотреть как-нибудь.

Джейк с трудом подавил желание пригласить Лауру, чтобы услышать ее мнение, но ее интерес был ему очень приятен.

Лаура привлекала Джейка все больше, и не только как женщина. Но он не мог этого допустить. Его связь, непродолжительная связь с Лаурой Костареллой должна носить исключительно сексуальный характер.

— Как-нибудь потом непременно, — с сожалением ответил Джейк. — Сейчас это просто каркас. Смотреть пока не на что.

Лаура была явно разочарована.

— Я понимаю, ты хочешь испытывать гордость за свою работу. Думаю, что и прибыль ты получаешь неплохую.

— Достаточную, чтобы пригласить тебя в хороший ресторан, а потом в прекрасный отель.

Лаура, очевидно, расслабилась, на ее лице снова заиграла очаровательная улыбка. Она взяла меню.

— В таком случае я буду наслаждаться и закажу все, что мне хочется попробовать. Никаких ограничений, да?

Никаких ограничений, и в постели тоже, подумал Джейк, предвкушая свою долю наслаждений. Слава богу, тема посещения его дома закрыта. Их встречи не должны пересекаться с его реальной жизнью, как бы ему этого ни хотелось.

Лаура получала удовольствие от каждой минуты этого вечера. Джейк был непередаваемо привлекателен во всех смыслах: красив внешне, умен и остроумен. Ей нравилось в нем абсолютно все. Однако он все держал под контролем, не расслабляясь ни на мгновение, и Лаура чувствовала это. Но в этом было и определенное преимущество. Она связывала его внутреннюю силу с тем, что Джейк рано лишился родителей и был вынужден самостоятельно пробиваться в жизни.

Ей запали в душу слова Эдди, сказанные о Джейке: «Рано или поздно он потеряет к тебе интерес». Но Лаура была уверена, что если так и случится, то не этим вечером. Пока что она была так счастлива, так возбуждена, что не хотела думать о неприятном.

Джейк был великолепным компаньоном за едой — наслаждался и восхищался каждым блюдом не меньше, чем она сама. Беседа была содержательной и остроумной. А чувственный блеск в его глазах, когда он смотрел на нее, поддерживал Лауру в тонусе. Ей действительно нравилось в Джейке все, что должно было насторожить ее разум, но тот, увы, молчал и не посылал сигналов тревоги.

Как и в прошлый раз, до отеля они дошли пешком. Тело Лауры звенело от предвкушения, ноги норовили пуститься в пляс. Джейк нес розу, подаренную ею, не забыв ее в ресторане. Он теребил цветок, подносил его к лицу и улыбался. Лаура тоже улыбалась и очень надеялась, что он заберет его домой как воспоминание об их романтическом вечере.

Хотя умом она понимала, что их связь отнюдь не романтическая. Но ее сердце так хотело, чтобы она стала таковой. Ведь все ее желания, инстинкты кричали о том, что этот мужчина просто создан для нее. Он ничего не требовал, ему ничего не было нужно от нее. Им просто было хорошо вместе.

Отель располагался рядом с мостом через гавань. Из огромного окна их номера открывался вид на оперный театр. Как только дверь номера закрылась за ними, Лаура бросилась к Джейку, обняла его и поцеловала, будучи не в силах больше ждать.

Через секунду они оба уже сгорали от страсти: быстрые голодные поцелуи превратились в глубокие, чувственные. Чтобы поскорее избавиться от мешавшей одежды, Лаура выскользнула из объятий Джейка и стала поспешно раздеваться. Увидев, как Джейк, зажав стебель розы в зубах, торопливо стаскивает с себя пиджак и рубашку, она рассмеялась.

— Хорошо, что я срезала шипы, — поддела она его.

— М-м-м… — Все, что смог произнести Джейк.

Обнаженная и весело хохочущая, Лаура упала на кровать. Через мгновение Джейк присоединился к ней, рухнув на нее сверху. Она взглянула в его сверкающие от возбуждения глаза и пошутила:

— Ты не сможешь меня целовать с розой в зубах. — Она провокационно приподняла бедра и теснее прижалась к его возбужденной плоти.

Джейк вытащил розу изо рта и стал водить бутоном по лицу Лауры:

— Весь вечер я мечтал сделать это. Не двигайся, Лаура. Закрой глаза и почувствуй, как лепестки ласкают твою кожу. Вдохни этот чудный аромат.

Лаура выполнила все его команды, наслаждаясь поразительной чувственностью происходящего. Там, где лепестки розы только что нежно касались ее кожи, через мгновение оказывались губы Джейка, заставлявшие все нервные окончания в ее теле трепетать разом. Лаура чувствовала себя языческой богиней, которой поклоняются, умащивают благовониями. Ее возбуждение стремительно возрастало.

Еще никогда она так не чувствовала свое тело, все его эротические зоны. Ямочки под коленями, подошвы ступней… Никогда не думала, что эти места так чувствительны к прикосновениям, поцелуям. Впрочем, ликовал каждый миллиметр ее тела, и это давало волшебное наслаждение.

Когда Джейк добрался до самых интимных мест, Лаура больше не могла лежать неподвижно. Ее тело выгнулось в стремлении достигнуть наконец кульминационной точки этого наслаждения.

Джейк не мог не откликнуться на призыв, особенно когда с губ Лауры раз за разом срывалось его имя. Он резким толчком вошел в нее и стал ритмично двигаться. Это напоминало прилив и отлив, ощущения нарастали и чуть ослабевали, но каждое движение неуклонно вело к пику. Перевалив за него одновременно, они остались лежать в сладкой истоме, не размыкая объятий, и тело Лауры, покрытое любовной испариной, источало аромат желтой розы «Пэл Джои».

Иметь такого любовника, как Джейк…

Ей очень повезло, что она познакомилась с ним. В глубине души Лаура испытывала даже чувство благодарности по отношению к отцу, который ввел Джейка в их дом и в ее жизнь. Оставалось надеяться, что это приключение будет длиться долго-предолго.

Когда утром они покидали отель, Джейк спросил:

— Ты можешь присоединиться ко мне вечером следующей субботы? Я закажу столик в «Юниверсал» — ресторане Кристин Мэнфилд.

«Для тебя я всегда свободна»! — подумала Лаура. Сердце ее сделало кульбит от радости, что новой встречи придется ждать всего неделю. И время, и место уже определено. Великолепная еда давно отступила на второй план, но в компании Джейка ужин как прелюдия будет, безусловно, великолепен.

— Это было бы здорово. — Она постаралась не выдать своего бьющего через край восторга. Джейк явно давал понять, что не стремится проводить с ней каждую свободную минуту, поэтому и ей следует держать его на расстоянии.

— В это же время? — уточнил Джейк.

— Да, меня устроит.

— Отлично!

Его сияющая сексуальная улыбка предполагала столь же радостный ответ, но Лаура с трудом заставила свои губы изогнуться. Она вся изнемогала от желания изменить их отношения и прикусила язык, чтобы с него не сорвалась мольба: «Почему мы не можем провести вместе весь день? Я не стала бы мешать тебе заниматься ремонтом дома. Я бы даже помогла тебе в этом. Мы бы болтали, смеялись, наслаждаясь обществом друг друга».

Но эти слова так и не были произнесены. Они пульсировали в мозгу, пока такси везло ее к дому Эдди. Озвучь она их, и Джейк понял бы, что нужен ей намного больше, чем она ему.

Не таким ли образом ее мать попала в ловушку своего мучительного брака с отцом, показав тому, как она его любит и нуждается в нем? Если так, то Алекс Костарелла не преминул воспользоваться подаренным ему преимуществом. Лаура не знала, как поступил бы Джейк в подобной ситуации, да и не собиралась узнавать, вкладывая ему в руки оружие — собственную уязвимость.

Лучше всего придерживаться их изначальной договоренности. А если каким-либо изменениям в их отношениях и суждено случиться, инициатором должен стать Джейк, а не она. И не сегодня.

Джейк выбрал для их последнего свидания японско-французский ресторан Тецуя Вакуды, входящий в список пятидесяти лучших ресторанов мира. Столики в нем резервировались за два месяца, и Джейк дал им с Лаурой это время. Но теперь пришла пора отомстить Алексу, а значит, это должна быть последняя встреча с Лаурой.

Джейк нетерпеливо поглядывал на часы — он не хотел терять ни одной минуты из отведенного им времени. Лаура пока еще не опаздывала, просто он уже знал, что ему будет недоставать ее компании, их фантастического секса. Но что-либо изменить он тоже не мог, а значит, затягивать расставание не имело смысла.

Все было великолепно! Потрясающе! Но она дочь своего отца, и как только топор опустится на шею Алекса, он может выгнать Лауру из дома за связь с Джейком Фридманом. Тем более если она не встанет на сторону отца. Даже если она пойдет против родной крови, переедет в квартиру брата… Нет, она не сделает этого из-за матери.

К тому же Джейк уже созрел для создания семьи, образцом взаимоотношений в которой он считал отношения своей матери и отчима. Джейку виделась женщина, дети… Но этой женщиной будет не Лаура Костарелла, как бы сильно она ни притягивала его.

В постели она была страстной и жаркой, вне ее — сдержанной и отстраненной, живущей собственной жизнью и не пытающейся вовлечь в нее Джейка или проникнуть в его личное пространство. Это лишний раз убеждало Джейка в том, что брак ее не интересует, и неудивительно. Ведь она имела перед глазами пример брака ее родителей. Встречи, оговоренные заранее, — это все, что Лаура могла предложить мужчине. Что ж, значит, их расставание будет легким, практически безболезненным. Джейк старался доставить ей максимум удовольствия и надеялся, что в глубине души Лаура сохранит о нем добрые воспоминания даже после того, как он поквитается наконец-то с ее отцом.

Всю неделю Джейк мучился вопросом, сказать ли ей, что он собирается сделать и почему. Но в желании сказать виделась ему попытка оправдаться, а оправдываться ему было не в чем. Кроме того, в самом начале их отношений с Лаурой он честно сказал, что не хочет хотеть ее. Теперь она поймет смысл тех слов. Нет, он ничего ей не скажет. Лучше они оба насладятся этой их последней встречей.

Лаура улыбалась, торопливо входя в ресторан с десятиминутным опозданием. От предвкушаемого ею удовольствия она даже раскраснелась. Когда же Джейк поднялся из-за стола, приветствуя ее, сердце Лауры пропустило несколько ударов. Он все время так действовал на нее… Как будто в его присутствии в ее душе мириадами ярких брызг взрывался фонтан радости. Ей нравился этот мужчина, нравилось быть с ним и очень хотелось — чем дальше, тем сильнее — проводить вместе больше чем один вечер и одну ночь в неделю.

И все же Лауре пока удавалось убедить себя не слишком привязываться к Джейку, тем более не давить на него. Особенно теперь, когда совсем скоро, через несколько месяцев, ей предстояло получить университетский диплом. Может быть, Джейк тоже ждет этого момента, а пока просто не хочет отнимать у нее слишком много времени, зная, что ей приходится и работать, и готовиться к защите диплома?

Ведь на самом деле им хорошо, очень хорошо вместе, и она не замечает никаких признаков того, что Джейк устал от нее или потерял к ней интерес.

Прежде чем сесть за стол, Лаура поцеловала Джейка в щеку:

— Прости за опоздание. Автобус еле плелся, народу тьма…

— Ничего страшного, — своим низким теплым голосом заверил ее Джейк. — Ведь ты здесь. Я уже просмотрел меню — похоже, здесь мы приобретем незабываемый гурманский опыт.

— Не сомневаюсь. Я так ждала этот вечер!

Джейк рассмеялся. Лауре нравился его смех — очень мужской, очень сексуальный, волнующий. Когда он смеялся или улыбался, в его глазах появлялись сверкающие искорки, и лицо становилось еще красивее.

— Я хочу, чтобы мы попробовали все восемь блюд.

Рискнем?

Лаура вытаращила глаза:

— Восемь?!

— Порции небольшие, зато какое разнообразие вкусов!

— Дай посмотреть меню. — Она протянула руку. Пробежав глазами перечень блюд, Лаура провозгласила: — Я согласна!

Наверняка эта эскапада выльется Джейку в копеечку, но раз его это не заботит, она не станет чувствовать себя виноватой. Это был его выбор.

Джейку же очень нравилось искушать Лауру.

— Ты меня ужасно балуешь, — со вздохом сказала она.

В его лице вдруг что-то изменилось. Странное, даже печальное выражение промелькнуло на нем.

— Ты дала мне намного больше, чем можно купить за деньги, Лаура. И я должен поблагодарить тебя за то, что ты… это… ты.

Почему слова Джейка прозвучали так, будто он прощается с ней? Лаура зябко поежилась. Да нет же, он просто хочет сказать, что им хорошо вместе, что он что-то испытывает к ней.

— Не велик труд быть собой, — шутливо ответила она.

Джейк покачал головой:

— Не могу представить себе, что мог бы наслаждаться подобными гурманскими приключениями с кем-либо еще.

— В таком случае я тоже хочу поблагодарить тебя за то, что ты — это ты, и я не представляю себе другой такой компании.

— Что ж, хорошо, что в этом вопросе мы с тобой в полном согласии.

Лаура рассмеялась:

— Мне кажется, наши взгляды схожи по многим вопросам.

— Это так. Ну что, делаем заказ?

Джейк жестом подозвал официанта и стал делать заказ, а Лаура в это время пыталась убедить себя в том, что между ними все отлично. Просто еще один чудесный вечер в обществе Джейка.

Ужин превзошел все ожидания. Они горячо обсуждали вкус каждого блюда, сравнивали их с теми, что им довелось попробовать в других ресторанах. Перед уходом Лаура отлучилась в туалет, а когда вернулась, то дурное предчувствие снова кольнуло ее сердце.

Обычно Джейк следил за ее возвращением, сейчас же он сидел, задумавшись, с мрачным выражением лица. Нетрудно было догадаться, что что-то не в порядке в его личной, закрытой для нее жизни. Они встречались, пусть и раз в неделю, уже три месяца, и Джейк достаточно хорошо узнал ее. Так почему же он по-прежнему не доверяет ей?

Когда Лаура подошла к столу, Джейк улыбнулся, но было видно, что он был где-то очень далеко. И Лаура решила на этот раз не отступать:

— О чем ты думал, Джейк?

Он покачал головой и поднялся из-за стола:

— Кое о чем из прошлого, что не имеет к тебе отношения, Лаура. Я вызвал для нас такси, и оно уже ждет.

Джейк взял ее руку и положил на сгиб своего локтя, готовый идти, но Лауру не устроил его уклончивый ответ.

— Я хочу знать, Джейк. — Она пытливо посмотрела ему в глаза.

Ему явно пришлась не по душе такая ее настойчивость, но он ответил:

— Я думал о родителях. Они всегда наслаждались такими вот совместными трапезами.

— Я понимаю.

Его ответ, как ни странно, обрадовал Лауру. Если Джейк провел параллель между ними и своими родителями, есть надежда, что их взаимоотношения значат для него больше, чем он хочет признать.

— Я снял номер в «Парк-Отеле».

Итак, еще один отель. Поскольку «Парк-Отель» находился в центре города, рядом с Гайд-парком, утром их поездка на такси до Паддингтона будет совсем короткой. Лаура каждый раз очень расстраивалась, когда Джейк высаживал ее у дома брата, а не приглашал поехать к нему домой, но она поклялась себе никогда не настаивать и вообще не говорить об этом.

В такси по пути из ресторана в отель оба молчали. Лаура с нетерпением ожидала их близости и была уверена, что мысли Джейка были заняты примерно тем же. Ей показалось, что этим вечером он сжимал ее руку крепче, чем обычно. Впрочем, это ведь ни о чем не говорит. Просто он, как и она, сгорает от желания поскорее остаться наедине, сбросить одежду… В чем Лаура и была уверена, так это в том, что за эти три месяца их взаимное влечение ничуть не ослабло.

Как только за ними захлопнулась дверь, они бросились друг к другу в объятия так неистово и целуясь так страстно, как будто завтра не наступит никогда. Они оба стремительно избавились от одежды и упали на постель, чтобы поскорее утолить отчаянный голод. Это потом уже наступит черед чувственной любовной игры.

И снова Лауре показалось, что сегодня все происходило гораздо интенсивнее и безогляднее, но ей хотелось думать, что причина тому в чувствах Джейка к ней, более глубоких, чем он хотел признать, основанных не только на сексуальном влечении.

Утром Лаура проснулась оттого, что Джейк нежно и возбуждающе ласкал ее, чего прежде не бывало. Они ни разу не занимались любовью наутро. И опять Лауре подумалось, что этот утренний секс — знак того, что их отношения меняются, становясь глубже, ближе.

После многократных занятий любовью оба проголодались и с удовольствием позавтракали.

Когда уже полностью одетые и готовые покинуть номер они стояли у двери, Джейк неожиданно привлек Лауру к себе и крепко поцеловал. От этого глубокого страстного поцелуя ее тело еще долго вибрировало, пока они спускались на лифте и шли через вестибюль к выходу. В голове же Лауры крутилась одна-единственная мысль: сегодня Джейк обязательно пригласит ее к себе, чтобы они весь день провели вместе.

Такси уже ожидало их у входа в отель. Джейк открыл для нее пассажирскую дверцу, и Лаура привычно скользнула внутрь салона, освобождая место и для него. Но Джейк не стал садиться рядом с ней. Он назвал водителю адрес Эдди и протянул двадцать долларов.

Удивленная, Лаура спросила:

— Разве ты не поедешь со мной?

Джейк, наклонившись, посмотрел ей в лицо. Его темные глаза были непроницаемы.

— Нет, Лаура. Мне сегодня нужно еще кое-куда заехать. — Он поднял руку и коснулся ее щеки. — Спасибо, все было прекрасно.

Джейк выпрямился, захлопнул дверцу и постучал по крыше такси, давая знать водителю, что можно ехать.

Лаура была обескуражена. Она сидела не двигаясь, чувствуя, как ее мечты, ее надежды и ожидания разбиваются вдребезги. Судя по всему, Джейк только что распрощался с ней. Не было сказано ни слова по поводу следующей встречи, а его последнее прикосновение — Лаура дотронулась до щеки — было жестом прощания.

Она лихорадочно перебирала в уме события этой встречи. Почему? Не было никаких видимых причин так резко прекращать то, что было таким замечательным и взаимоприятным. Он обязательно позвонит ей в конце недели, как обычно. Нет, это прощание не могло означать конец их отношений! Лаура в панике пыталась убедить себя в этом, но безуспешно. Внутренний голос подсказывал ей, что это финал и что его первые сигналы она заметила еще в ресторане, но легкомысленно отмахнулась от них. А ведь Джейк действительно прощался с ней в каждое мгновение этой встречи — этим ужином, бурным многократным сексом, последним поцелуем у двери номера, последним прикосновением к щеке.

Водитель такси тормознул у дома, где жил Эдди. Лаура нашла в себе силы поблагодарить его и выйти из салона. Взглянув на часы, она с облегчением отметила, что время близится к одиннадцати, а значит, Эдди вряд ли будет дома. Ведь она не сможет непринужденно болтать с ним, когда ее мозг способен думать только об одном.

Не повезло!

Брат восседал за обеденным столом в гостиной с чашкой кофе в одной руке и газетой — в другой. Как только Лаура вошла в квартиру, Эдди тут же спросил:

— Еще одна великолепная ночь с «золотым мальчиком» нашего папочки?

— Да, еще одна великолепная ночь. — Лаура и сама поняла, что бездумно, как эхо, повторила слова брата. Но сил изобразить энтузиазм у нее не осталось.

Во взгляде Эдди появилась озабоченность.

— Ресторан не оправдал твоих ожиданий?

— Оправдал. На все сто процентов. — Эта реплика прозвучала более убедительно, поскольку соответствовала истине.

— Ты не заболела? С тобой все в порядке, Лаура?

— Да.

— Тогда почему ты так ужасно выглядишь?

Лаура обреченно вздохнула — она никогда не могла ничего скрыть от Эдди. Он всегда был очень проницательным и без труда добивался от нее правды.

— Думаю, этим утром Джейк распрощался со мной навсегда. А я не готова расстаться с ним, — выпалила Лаура, постаравшись придать себе более-менее независимый вид.

Эдди усмехнулся, привстал со стула и жестом пригласил ее присоединиться к нему за столом.

— Иди сядь сюда. Я налью тебе кофе, чтобы ты немного воспрянула духом.

Лаура буквально рухнула на стул, словно ее покинули последние силы.

— Почему ты думаешь, что Джейк распрощался с тобой? — спросил Эдди, наливая кофе.

Мозг Лауры услужливо воспроизвел в голове сцену расставания.

— Он посадил меня в такси у отеля, погладил по щеке и сказал: «Спасибо. Все было прекрасно». Обычно мы ехали вместе, он высаживал меня у твоего дома и ехал к себе, но перед этим мы обязательно договаривались о следующей встрече. Но сегодня утром Джейк просто захлопнул дверцу машины и отпустил такси.

— Все прекрасно… — Эдди поставил перед Лаурой чашку кофе и сел напротив.

— Нет. Он сказал: «Все было прекрасно». Я не ошиблась насчет прошедшего времени, Эдди.

— У тебя есть какие-нибудь мысли по этому поводу?

— Нет, ни одной. И я… в полной растерянности.

— Ты не замечала, чтобы наскучила Джейку? Если ваши отношения превратились в рутину…

— Эдди, я не дура. Если бы я наскучила ему, я бы почувствовала. — Но теперь Лаура уже ни в чем не была уверена.

— Итак, ты не наскучила ему, и все же он решил распрощаться с тобой, несмотря на взаимное удовольствие, которое вы доставляли друг другу. Тогда причина только одна, Лаура, — печально констатировал Эдди.

— Какая?

— Ты выполнила свою миссию.

Лаура потрясла головой:

— Не понимаю. Какую миссию?

— Бьюсь об заклад, это как-то связано с нашим дорогим папочкой.

— Но мы скрывали наши отношения от него, — запротестовала она.

— Ты — да. Но ты уверена, что и Джейк тоже?

— Он обещал…

— Лаура, Лаура… — Голос Эдди был полон сострадания. — Помнишь, я предупреждал тебя, чтобы ты не ввязывалась ни в какие отношения с парнем, который служит и вашим, и нашим. Джейк ведь не просто так стал правой рукой нашего отца. Каким-то образом он завоевал его доверие. А потом немного постарался и завоевал твое. Поверь, Джеймс Бонд ведет какую-то свою игру…

Джеймс Бонд… Лаура давно уже не примеряла образ легендарного агента к Джейку. Он стал для нее мужчиной, которого она желала, которого любила и с которым мечтала провести всю жизнь. Неужели она настолько глупа, что позволила заманить себя в ловушку? Неужели Джейк не испытывал к ней ничего, кроме сексуального желания? Как могли чувства, которые он вызвал в ней, оказаться абсолютно односторонними?

То, как страстно и щедро он занимался с ней любовью этой ночью и этим утром, заставило ее поверить, что Джейк испытывает к ней более глубокие чувства, чем хочет показать. Эдди, должно быть, ошибается. Лаура не могла придумать ни одной причины, зачем бы Джейк втянул ее в любовную игру, которую потом так резко оборвал. Наверняка утром у него действительно были какие-то дела, а фраза, произнесенная в прошедшем времени, просто оборот речи. Она напрасно взбудоражила себя подозрениями. Джейк позвонит ей через несколько дней, как обычно.

Эдди, пристально глядя на сестру, покачал головой:

— Не хочешь поверить, что все кончено?

— Время покажет, Эдди. Давай пока оставим все как есть, ладно?

— Ладно. — Но взгляд брата оставался сочувствующим. — Давай рассмотрим ситуацию под позитивным углом. Ты побывала в самых лучших ресторанах и отелях города и не забудь про отличный секс. Не самые плохие три месяца в твоей жизни, Лаура.

Ей удалось выдавить из себя улыбку:

— Да, не все так плохо.

«Но мне нужно больше. Мне нужен Джейк Фридман. И я очень надеюсь, что он будет моим».

Джейк не позвонил до конца дня. Не позвонил он и в понедельник.

Наверное, он сделает это в пятницу, успокаивала себя Лаура, стараясь сосредоточиться на занятиях в университете. Несмотря ни на что, она должна была продолжать жить дальше и прежде всего сдать квалификационные экзамены. Но мыслям не прикажешь, и каждый раз, когда Лаура думала о Джейке, у нее мучительно схватывало живот.

Она очень удивилась, когда во вторник днем, вернувшись домой, увидела на подъездной дорожке машину отца. Он никогда не приезжал домой так рано — еще не было и пяти часов. Ужасное подозрение заставило сердце Лауры сжаться в страхе. Что-то случилось с мамой? Авария? Внезапный приступ болезни? Только такой экстренный случай мог заставить отца приехать домой в неурочный час.

Лаура бегом бросилась к входной двери.

— Мама! Папа! — в испуге закричала она с порога.

— Иди сюда, Лаура! Мы тебя ждем!

Лаура замерла. Ей отчего-то стало еще страшнее.

По голосу отца она поняла, что тот в ярости. Именно в ярости, а не в отчаянии, как она ожидала. В бешенстве. В чувство ее привел страх за мать, которая, как всегда, наверняка стала объектом его нападок.

Лаура расправила плечи, выпрямила спину и заставила себя двинуться в направлении гостиной. Как же она ненавидела эти семейные сцены! И все же для нее было лучше быть здесь, чтобы хоть частично принимать на себя удары, направленные на мать.

Ступив на поле брани, она застала очень бледную мать, сжавшуюся в углу одного из диванов и обхватившую себя за плечи. Отец стоял у бара с бокалом виски в руке. Его лицо, напротив, было красным, что немудрено, поскольку стоявшая рядом бутылка была наполовину пуста.

— Ты до сих пор встречаешься с Джейком Фридманом?! — заорал Алекс, увидев дочь.

Когда отец бывал в таком настроении, спорить или уходить от ответа не было смысла.

— Не знаю, — честно ответила Лаура.

— Что значит «не знаю»? — глумливо осведомился Алекс, глядя на дочь с нескрываемым презрением. — Не делай из себя дуру, Лаура!

Она пожала плечами:

— Я встречалась с ним в субботу, но о следующей встрече речи не было.

Алекс фыркнул:

— Воспользовался последним шансом трахнуть мою дочь.

— Алекс, в случившемся нет ее вины, — отважилась вступиться за нее мать. — Ты сам привел его в наш дом и познакомил с ней.

Вмешательство жены взбесило Алекса еще больше.

— Этот проклятый стукач идеально разыграл свои карты! Всех обманул!

— Тем более не обвиняй Лауру, — тихо, но решительно произнесла Алисия.

Что Джейк сделал? У Лауры голова шла кругом. Она пересекла комнату и присела на подлокотник дивана, в угол которого вжалась мать.

— Что случилось, папа? — спросила она.

Алекс буквально зарычал и оскалил зубы:

— Этот ублюдок передал все дела компании в Дисциплинарный комитет коллегии аудиторов и ликвидаторов! Комитет отстранил меня от работы и назначил расследование.

— Отстранил? — Так вот почему отец дома… — Какое расследование?

Алекс махнул рукой:

— Тебя никогда не интересовала моя работа, Лаура. — В голосе отца звучали досада и усталость.

— Но я хочу знать, в чем Джейк обвиняет тебя, папа.

— Все, что ты должна знать, так это то, что он с упорством шел к этому все то время, что работал на меня. Уложить тебя в койку стало глазурью на его торте.

— Но зачем? Это похоже на личную месть.

— Это и есть личная месть. — Отец с презрением окинул дочь с ног до головы. — Что может быть более личным, чем трахать тебя, как ему заблагорассудится…

— Алекс! — воскликнула Алисия предостерегающе, но он проигнорировал ее.

— И ты позволяла ему?! Ты, моя дочь! — Отец уже не владел собой, и Лаура не сочла нужным что-либо говорить. — Фридман упивался своей властью над тобой, а значит, и надо мной.

— Дело не во мне, папа, — как можно спокойнее заметила Лаура. — Я здесь — второстепенный элемент. За что Джейк мстит тебе?

— За IQE!

— Мне эта аббревиатура ни о чем не говорит. — Лаура решила выяснить все до конца, чего бы ей это ни стоило.

— Это компания его отчима, — с горькой насмешкой в голосе ответил наконец Алекс. — Джейк уверен, что я мог спасти ее, но не сделал этого. Его отчим умер от сердечного приступа вскоре после того, как я получил гонорар.

Отчим!

— У него была другая фамилия? Не такая, как у Джейка?

— Конечно. Если бы я заподозрил, что они как-то связаны, я никогда не взял бы его на работу.

— И как долго он у тебя проработал?

— Шесть лет! Шесть проклятых лет он имел доступ к моим делам, готовясь прижать меня к стенке!

Джеймс Бонд… Загадочный и опасный… Человек, имеющий миссию…

Значит, ее инстинкт не обманул в первую их встречу, но она не придала этому значения, не захотела прислушаться, отмахнулась.

— А ты мог спасти компанию его отчима, папа? — Лаура спросила об этом, чтобы точно знать, была ли миссия Джейка актом справедливости или возмездия. Ведь он любил своего отчима, считал своим единственным и настоящим отцом.

— Этот человек был идиотом, вообразившим о себе слишком много, — брезгливо произнес Алекс. — Даже окажи я ему помощь, он не имел бы ни единого шанса спасти свой бизнес. Его жена умерла от рака, и с его стороны было глупо цепляться за то, что спасти было невозможно.

Правду ли говорит отец? Ведь он получает огромные деньги за процесс ликвидации обанкротившихся компаний.

Лаура знала, что словам отца нельзя верить стопроцентно, он всегда преследует свои цели. Всегда преследовал.

Что касается Джейка… Видимо, семена мести были посеяны в тот момент, когда он был раздавлен горем — умерла мама, отчим обанкротился и умер вслед за ней от сердечного приступа. Похоронить обоих родителей в тот момент, когда все имущество распродавалось с молотка…

Лаура постоянно чувствовала в Джейке какой-то надлом. Она уловила его в голосе Джейка в их первую встречу, когда во время прогулки по саду он рассуждал о банкротстве. Но она и представить себе не могла, как далеко он зайдет и как она сама окажется вовлеченной в это дело, будучи дочерью своего отца.

Алекс хлебнул еще виски и ткнул пальцем в ее сторону:

— Не вздумай стать на сторону этого ублюдка, Лаура! Или вон из моего дома! Он тебя использовал. Решил досадить мне еще сильнее, воспользовавшись тем, что я, дурак, сам предложил ему тебя!

Неужели только это желание двигало Джейком? Сердце Лауры словно стиснул железный кулак. Он держал под единоличным контролем их трехмесячные отношения, ограничив еженедельными субботними свиданиями. Испытал ли он злорадное удовольствие, уложив ее в постель в первую же из суббот?

— Между нами все кончено, — ровным голосом сообщила она.

— Хорошо бы это было так на самом деле, девочка моя! — В голосе отца слышалась неприкрытая угроза. — Если он свяжется с тобой…

— Он не свяжется. — Лаура была абсолютно уверена в этом. Он действительно попрощался с ней навсегда воскресным утром.

— Не зарекайся! Уверен, что он захочет трахнуть тебя еще разок, чтобы увенчать победу надо мной.

— Не захочет, — уверенно произнесла Лаура, хотя душа ее разрывалась от боли. Она любила Джейка, любила глубоко, по-настоящему. И мысль о том, что он использовал ее, чтобы посильнее отомстить отцу, разрывала ее сердце на части.

— Лаура, если я узнаю, что ты солгала мне, тебе придется дорого заплатить за это!

— Я уверена, что Джейк не станет связываться со мной никоим образом. Думаю, он вполне удовлетворен содеянным, отомстив тебе.

— Похоже, он отыгрался и на тебе — ты выглядишь больной. — В словах отца, налившего себе очередную порцию виски, не было сострадания, а лишь издевка.

— Я плохо себя чувствую, — подала голос Алисия. — Лаура, ты не проводишь меня в спальню?

— Конечно, провожу. — Лаура соскочила с подлокотника дивана и помогла матери подняться.

— Сбегаешь, как всегда, — презрительно прокомментировал Алекс. — Нам предстоит жить с этим не один день, Алисия. Так что не прячь голову в песок, не поможет.

— Папа! У мамы просто шок, — немедленно вступилась Лаура. — Ей нужно немного времени, чтобы прийти в себя.

— Ей нужно прийти в себя! Это мне нужно прийти в себя, но этого никогда не случится, потому что твой любовник уничтожил меня!

Не просто же так, подумала Лаура, помогая матери дойти до спальни. Наверняка Джейк представил неопровержимые доказательства, иначе отца не отстранили бы от работы. И он собирал эти улики, уже встречаясь с ней, занимаясь с ней любовью…

Она тоже никогда не придет в себя после случившегося. Никогда!

Алисия была совсем слаба. Лаура уложила ее в постель и накрыла стеганым одеялом.

— Мама! Во всем этом нет твоей вины, — мягко произнесла она.

Голубые глаза матери были полны страха и слез. Она схватила дочь за руку:

— Не думаю, что выдержу, если твой отец будет находиться дома изо дня в день.

— Тебе и не придется. Эдди с радостью заберет тебя к себе, стоит только попросить.

Алисия покачала головой:

— Это было бы несправедливо по отношению к нему. Ты не понимаешь, Лаура. Алекс не смирится, если я оставлю его… Он что-нибудь сотворит.

Лаура ненавидела чувство страха, но ей нечего было возразить, поскольку она знала отца.

— Не думаю, что отец будет сидеть дома, мама. Он пустит в ход все свои связи, будет бороться…

— Да. Наверняка он так и поступит. Спасибо, Лаура. И мне жаль… жаль, что все так получилось с Джейком.

— Не будем говорить о нем. Отдыхай, мама.

Она поцеловала мать в чуть влажный лоб и вышла из комнаты. И только когда она закрыла дверь, по ее лицу полились слезы обиды, боли, горя, унижения.

Забежав в свою комнату, она долго рыдала, пока слезы не иссякли. Вместе с ними ее покинули и мысли, и Лаура бездумно лежала на кровати, обессиленная и опустошенная.

Но мало-помалу в ее сознании стала воссоздаваться картина их с Джейком отношений, теперь уже в свете того, что она знала. Лаура вспомнила слова, сказанные им в саду в его первый визит в их дом: «Я не хочу хотеть тебя».

Но он ее захотел. И вполне возможно не потому, а вопреки тому, кем она была. И тогда вся ситуация выглядит по-иному, не так унизительно, как интерпретирует ее отец.

Это означает, что она не была всего лишь еще одним орудием возмездия для Джейка.

Да, Лаура была связана с человеком, которого он считал виновником всех бед его семьи. Но это была не зависящая от нее связь. Лаура снова вспомнила рассуждения Джейка о банкротстве — как рушится привычный уклад жизни людей, разбиваются их мечты о будущем, как они впадают в беспросветную депрессию. Тогда неожиданная эмоциональность его слов несколько удивила ее, но теперь Лаура знала, что Джейк говорил о пережитом им самим.

Оглядываясь назад, Лаура стала понимать, почему и зачем Джейк выстроил их отношения именно таким образом. Он всегда держал в уме скорый и неизбежный конец. Поэтому не хотел и не позволял им обоим увлечься настолько, чтобы их связь переросла в нечто большее. Джейк знал, что их отношения обречены, но не смог справиться со своим влечением к ней, как и она со своим к нему. Вот и воспользовался тем ничтожно малым шансом насладиться обществом друг друга, пока обстоятельства еще не сделали это невозможным.

Нет, Джейк не использовал ее.

Они оба решили отдаться взаимному влечению, и правильно сделали. Чем больше Лаура думала о сложившейся ситуации, тем сильнее убеждалась в том, что их отношения с Джейком не имели ничего общего с давно задуманным им актом мести путем вытеснения Алекса Костареллы из бизнеса.

Лаура вспомнила, с какой страстью Джейк занимался с ней любовью всю ночь напролет в их последнюю встречу, его долгий поцелуй перед тем, как они покинули номер отеля, непроницаемую темноту его глаз, когда коснулся ее щеки в такси.

Может быть, он тоже был бы рад не расставаться с ней?

Может быть, он любит ее так же глубоко, как и она его?

Может быть, он просто не увидел для них общего будущего, учитывая свои намерения отомстить Алексу Костарелле?

Может быть… а может быть, все и не так…

Это зависит от того, что Джейк чувствует к ней. Поэтому она должна увидеть его, поговорить с ним и выяснить правду.

Лаура жалела, что не может попросить у брата машину, чтобы поездить по улицам и поискать ремонтируемые дома. Это было бы наиболее эффективным способом разыскать Джейка, но она знала, что Эдди не поддержит ее в этих поисках. Лучше даже и не обращаться к нему. Что ж, придется отправиться на поиски пешком.

Когда она рассказала Эдди о случившемся в семье, он сделал точно такие же выводы, что и отец. Снова напомнил, что советовал ей не вступать с Джейком ни в какие отношения, потому что с самого начала не доверял ему. Но Лаура уже не могла оставить все как есть. Ей обязательно нужно было увидеться с Джейком.

Сегодня Эдди пригласил их мать немного развеяться, чтобы дать ей передышку от ужасного напряжения, царившего дома. Это позволило Лауре предпринять поиски, но поскольку было воскресенье, в качестве ориентира ей не могли служить ни грузовики строительных компаний, ни характерные звуки молотка или пилы. После трехчасового хождения по улицам Лаура чувствовала себя уставшей и удрученной. Она решила перекусить и дать отдых ногам.

Направляясь к парку, где она намеревалась посидеть на скамейке и съесть прихваченный из дома сэндвич, Лаура глазам своим не поверила, когда увидела Джейка. Он стоял на балконе дома и красил чугунные перила в зеленый цвет. Такого же цвета были входная дверь и оконные рамы. Яркий насыщенный зеленый хорошо смотрелся на фоне старого красного кирпича, из которого был выстроен дом.

Лаура с огорчением отметила, что Джейк прекрасно выглядел. Она стояла неподвижно посреди улицы и смотрела на него, вдруг утратив всю свою решимость. Не выставила ли она себя полной идиоткой, придя сюда? А если и так, то даже ударная доза унижения не убьет ее. Тем более что Лауре не хотелось умереть в сомнениях.

Внезапно Джейк поднял голову и увидел ее, как будто невидимая сила притянула его взгляд.

— Лаура? — В его голосе слышалось беспокойство. — Что ты здесь делаешь?

— Мне нужно поговорить с тобой.

Джейк покачал головой:

— Тебе не стоило этого делать. — Джейк глазами показал на машину, припаркованную на другой стороне улицы. — Она стоит там со среды. Похоже, твой отец решил держать меня под наблюдением, и он будет недоволен, когда ему доложат о твоем визите. Просто проходи мимо, тогда, может быть, на тебя не обратят внимания.

В голове Лауры зазвучал сигнал тревоги, когда она вспомнила угрозу отца: «Ты дорого заплатишь за это!»

Но в настоящий момент это ее мало волновало. Тем более что Джейк только что продемонстрировал свое беспокойство о ней. И это было куда важнее всего остального. Впрочем, не исключено, что таким образом он хотел поскорее от нее избавиться.

— Я должна узнать кое-что. — Лаура не двинулась с места. — Я не уйду, пока ты не расскажешь мне правду.

Джейк всплеснул руками, на его лице появилась болезненная гримаса.

— Ты же понимаешь, что между нами все кончено. Помни, из-за чего это случилось, прими как факт и продолжай жить дальше.

— А из-за чего это случилось, Джейк?

— Ты знаешь.

— Нет. Ты держал меня в неведении все это время. Я хочу знать, возбуждала ли тебя мысль о том, что ты спишь со мной, вынашивая одновременно план мести моему отцу. Была ли я пресловутой вишенкой на торте? Я хочу узнать правду, а потом уйду, чтобы жить дальше.

Джейк с балкона смотрел на женщину, к которой он не должен был прикасаться. Он чувствовал волны обиды и боли, исходившие от нее. При этом Лаура Костарелла оставалась самой красивой, самой желанной для него женщиной из всех, кого знал Джейк, и, вполне вероятно, из тех, кого еще узнает. И ему была невыносима мысль о том, что эта женщина больше не принадлежит ему. Он сделал то, что должен был сделать, но должна ли она из-за этого жить с мыслью о том, что случившееся между ними было обманом?

Джейку хотелось, чтобы Лаура сохранила о нем добрую, а не горькую память. Но он не мог одновременно успокоить ее и уберечь от гнева отца. Наверняка нанятый соглядатай уже зафиксировал их встречу, и чем дольше она продлится, тем хуже придется Лауре по возвращении домой.

— В конце улицы есть парк, — сказал Джейк и махнул рукой, указывая направление, как будто она была просто прохожей, спрашивающей дорогу.

— Я знаю! — гневно воскликнула Лаура. — Просто ответь мне, Джейк, и я сразу уйду.

Джек бросил выразительный взгляд на машину:

— Я найду тебя там, как только закончу красить. Иди, Лаура. Иди!

Он снова занялся работой, надеясь, что смог убедить Лауру и она послушалась его.

После минутного колебания, которое показалось Джейку вечностью, она двинулась в указанном им направлении. Ему оставалось только надеяться на то, что соглядатай не счел их разговор достойным того, чтобы докладывать о нем.

Джейк продолжал красить, стараясь не выказать спешки. Одновременно он обдумывал предстоящий разговор с Лаурой, убеждая себя не поддаваться желанию заключить ее в объятия и доказать, что его страсть не была игрой. Не является игрой и сейчас. Томление в паху должно быть проигнорировано! Цель встречи — все объяснить Лауре, расставить точки над «i» и окончательно расстаться. Все остальное доделает враждебность ее отца.

Джейк знал, как можно выйти из дома незаметно. Тем же путем он планировал вскоре вернуться. Последняя встреча. Ничего более.

«Он беспокоится обо мне».

Лаура рефреном мысленно повторяла эти слова, и ее уставшие ноги ощутили легкость — к парку она приближалась чуть ли не вприпрыжку. Джейк не согласился бы на встречу, если бы ничего не испытывал к ней, если бы она была частью вендетты против ее отца. Он бы просто отмахнулся от нее. Да, ее появление не привело его в восторг. Джейк скорее испытал какое-то болезненное чувство, может быть вспомнив о том, что было между ними и что ушло безвозвратно.

Не ушло!

Ни для нее, ни для него!

Их связь, их влечение друг к другу были слишком сильными, чтобы исчезнуть в одночасье. Лаура почему-то была уверена в этом.

Она нашла скамейку под деревом и села, приготовившись ждать. Она даже не вспомнила о сэндвиче, лежавшем в сумке, поскольку ее мысли были заняты совсем другим. Скоро придет Джейк, которого она любит… которого всегда будет любить. А вдруг он испытывает по отношению к ней то же самое? Вдруг ситуация с ее отцом — это единственная причина их расставания?

Лаура не представляла себе, как долго она сидит на этой скамейке. Ее голова была занята придумыванием способа, как продолжить их с Джейком отношения — встречаться тайком в укромных безопасных местах… Что угодно, лишь бы не расставаться.

Увидев Джейка, быстрыми шагами приближающегося к ней, Лаура вскочила, с трудом удержавшись, чтобы не броситься ему навстречу, не повиснуть на нем, обняв за шею. Сначала они должны поговорить, сказала она себе, но если Джейк сам обнимет ее…

Он не обнял. На его лице не было улыбки, означавшей, что он рад ее видеть. Приблизившись, Джейк сжал ее руки, но это был жест предостережения: «Не трогай меня, не прикасайся».

— Я никогда не хотел причинить тебе боль, Лаура, — быстро, хриплым голосом произнес он. — Я думал, что мы просто насладимся обществом друг друга и расстанемся. И все это не имело отношения к твоему отцу. Ты была женщиной, с которой я безумно хотел быть, а не дочерью моего врага.

Его большие пальцы не переставая гладили руки Лауры, будто помогали словам проникнуть в ее сознание и вытеснить горечь. Искренность в его голосе, в его взгляде заставила Лауру сразу же поверить Джейку. А может быть, она просто хотела поверить.

— Ты должен был сказать мне о своих намерениях, Джейк. Тогда все было бы не так ужасно.

Его губы искривила горькая усмешка.

— Я не хотел испортить нашу последнюю ночь. А это обязательно случилось бы, начни я рассказывать о том, что твой отец сделал с моей семьей.

— Но тогда я оказалась бы готовой.

— Да, теперь я понимаю это. И прошу у тебя прощения. Думаю, ты поняла бы меня. — Джейк сжал ее руки сильнее. — Теперь ты должна забыть обо всем и двигаться по жизни дальше.

— Я не хочу, Джейк. И ты тоже. — Лаура смотрела на него с мольбой.

Джейк покачал головой:

— У нас нет выбора. Попытка противостоять отцу сделает и твою жизнь, и жизнь твоей матери невыносимой. Ты сама говорила о том, как сильно она нуждается в тебе. Кроме того, ты должна закончить университет и получить степень, чтобы делать карьеру, о которой мечтала. Связь со мной обойдется тебе слишком дорого.

Если за ним ведется наблюдение… Это слишком рискованно. Напряженность в доме и без того нарастала с каждым днем. Но оборвать связь с Джейком, сдаться на милость отца… Все в Лауре протестовало против этого.

— А когда все это закончится, мы сможем снова быть вместе, Джейк?

Джейк снова покачал головой:

— Разбирательство, связанное с обвинением в коррупции, может занять годы, Лаура.

— Ты думаешь, отец виновен?

— Вне всякого сомнения.

— Его посадят в тюрьму?

— Во всяком случае, его деловой карьере конец, но не думаю, что дело дойдет до тюрьмы.

Итак, им с матерью избавление не грозит…

— Может быть, как только окончу университет и найду работу, я стану независимой и уговорю маму жить со мной. Мы наконец освободимся от отца.

— Может быть… — повторил Джейк, но в его глазах не было уверенности.

Вот и все. Не остается надежды даже на смутное, отдаленное совместное будущее.

— Ты правда хочешь, чтобы мы сейчас попрощались навсегда, Джейк?

— Нет. Но я действительно не вижу другого выхода.

— У тебя есть номер моего мобильного. Ты можешь звонить время от времени, чтобы справиться, как идут дела, — предложила Лаура, надеясь, что Джейк не слышит безысходного отчаяния в ее голосе.

Джейк отвел взгляд от ее глаз, чтобы не видеть мольбу, переполнявшую их, и посмотрел на их сцепленные руки. После мучительно долгого молчания он произнес:

— Ты должна захлопнуть за мной дверь, Лаура. Еще встретишь кого-нибудь, за кем не будет стоять история, способная осложнить твою жизнь.

— Такого, как ты, я больше не встречу, — горячо возразила она, не в силах сдаться и отступить.

Джейк тяжело вздохнул и прошептал:

— Как и я, Лаура. Как и я. — Затем он взял себя в руки, поднял голову и посмотрел ей в глаза. — Я не буду звонить тебе «время от времени», не стану поддерживать с тобой никакой связи. Когда история с твоим отцом закончится, какой бы долгой она ни была, я найду тебя, чтобы узнать, как ты и есть ли у нас шанс снова быть вместе.

— Пообещай, что ты сделаешь это, Джейк. Что бы ни случилось за это время, пообещай, что мы обязательно встретимся хотя бы еще раз.

— Обещаю. — Джейк наклонился и нежно поцеловал Лауру в лоб. — Будь мужественной, дорогая, — тихо сказал он напоследок.

И прежде чем Лаура успела что-либо сказать или сделать, он отступил, выпустил ее руки и ушел.

Лаура смотрела ему вслед, видя, как увеличивается между ними расстояние, и осознавала, что их расставание неизбежно.

Джейк пообещал, что они непременно встретятся вновь.

Но ведь могут пройти годы! Впрочем, ее чувства к нему не подвластны времени.

Она же постарается добиться всех своих целей, получить степень и делать карьеру, убедить мать в том, что можно жить по-другому, без оскорблений и унижений. Она не станет терять времени даром. Когда они снова встретятся с Джейком, она станет более взрослой, сильной, независимой, равной ему. Ради этой встречи можно и подождать.

«Будь мужественной…»

В течение следующих недель Лаура мысленно повторяла эти слова снова и снова, чтобы хоть как-то пережить ярость отца и защитить мать. Она ждала взрыва, если отец узнал о ее встрече с Джейком, но его не последовало — либо не было никакой слежки, либо соглядатай не придал их короткому разговору под балконом особого значения.

Странно, но обещание Джейка несколько примирило Лауру с реальностью, и она больше не страдала так мучительно из-за отсутствия его в ее жизни. Теперь она могла легче сосредоточиться на дипломном проекте, даже чем тогда, когда они встречались каждую неделю. А ночью ей помогали заснуть воспоминания и надежды на будущее. О своем разговоре с Джейком и о данном им обещании она не рассказала ни матери, ни Эдди, которые наверняка усмотрели бы в этом лишь нездоровую одержимость мужчиной.

Все свое свободное от учебы и работы время Лаура проводила с матерью. Ник, ее помощник, похоже, нашел в саду много безотлагательной работы и приходил два-три раза в неделю. Лаура подозревала, что он решил выступить барьером между ее родителями, предоставляя Алисии уважительную причину находиться вне дома. Ник был веселым человеком, рядом с которым было светло и радостно, в отличие от отца, постоянно пребывавшего в злобном настроении.

В один из вечеров, когда Лаура помогала матери готовить обед, отец ворвался в дом, в ярости выкрикивая ее имя: «Лаура!»

Ее сердце екнуло. В чем она провинилась? Что еще сделала не так?

— Я в кухне, папа, — откликнулась она, решив не мчаться на зов и тем более не выказывать страха перед его гневом.

«Будь мужественной!»

Она продолжала резать морковку, когда отец появился в кухне и тут же язвительно заметил:

— Отличный острый нож! Думаю, тебе сейчас захочется вонзить его кое в кого, Лаура.

На лице Алекса играла самодовольная улыбка. Он знал, что может причинить боль, и это знание доставляло ему удовольствие. Лаура молча ждала, что последует после этой реплики. Она увидела, что мать тоже прервала свою работу и в напряженном ожидании смотрит на мужа.

— Я установил за Джейком Фридманом наблюдение, — заявил он.

Неужели отец узнал об их встрече?! Но прошло уже достаточно много времени. Вряд ли он так долго вынашивал этот «лакомый кусок», прежде чем обрушить на нее свой гнев.

Алекс помахал перед лицом Лауры конвертом:

— Здесь доказательство того, какая же он все-таки мразь! — Он подошел к столу, достал из конверта фотографии и разложил их. — Думаю, тебе будет интересно посмотреть, кого Джейк теперь трахает, — язвительно высказался Алекс, тыча пальцем в фигуристую блондинку на фотографии в откровенном обтягивающем спортивном трико. Руки блондинки обвивали шею Джейка, тело буквально прилепилось к нему, а лицо было запрокинуто в ожидании поцелуя.

Увидеть Джейка с другой было… как резкий удар под дых.

— Встречается с ней в спортзале три раза в неделю.

Каждое слово отца словно кислота разъедало душу Лауры.

Алекс ткнул в следующую фотографию:

— Идут к ней домой, чтобы продолжать кувыркаться.

Блондинка переоделась и распустила по плечам роскошные волосы. Они обрамляли очень хорошенькое личико. Девушка открывала дверь дома и приглашающе улыбалась Джейку, стоявшему на крыльце.

— Эта женщина по субботам работает в клубе, — безжалостно продолжал Алекс. — Очень удобно. Ведь именно по субботам он встречался с тобой. Видишь, каким двуличным ублюдком он оказался, и не только в отношении меня.

Лаура молчала, она просто не могла говорить. Тошнота волнами подкатывала к горлу. Слава богу, что отец не требовал от нее комментариев.

— Нужно выпить. Меня тошнит от этого подонка, — пробормотал Алекс и направился привычным маршрутом к бару за бутылкой виски, оставив фотографии на столе как россыпь осколков веры Лауры в любовь Джейка.

Она не могла оторвать от них взгляда. Со дня их встречи в парке прошел всего месяц. Встречи, которой он не ждал, не хотел, не искал. Видимо, Джейк был готов сказать что угодно, лишь бы она больше не появлялась на пороге его дома, в который он так ни разу ее и не пригласил. Лаура поверила его объяснениям, его обещаниям, а он… Вот он — с другой женщиной, наслаждающийся ее компанией, сексом с ней.

Двуличный…

Конечно, иначе он не смог бы провести ее отца.

Темный опасный человек… Ей следовало довериться своим инстинктам. Следовало с самого начала сказать ему «нет», не позволять Джейку втягивать себя в эту игру. Теперь понятно, что с самого начала это была только его игра, и велась она только по его правилам. А Лаура видела только то, что хотела видеть.

Слезы затуманили ее взгляд, поэтому она не увидела, как подошла мама, но почувствовала, как та крепко обняла ее и прижала голову дочери к своему плечу. Силы окончательно покинули Лауру, и она разрыдалась. Алисия гладила ее по спине, по голове и была намного сильнее Лауры в эти минуты.

— Мне жаль, что эти фотографии причинили тебе такую боль. Жаль, что ты оказалась вовлеченной в дела отца, что тебе пришлось отвечать за его проступки, к которым ты не имеешь никакого отношения…

— Я любила Джейка, мама. И думала, что он тоже любит меня. Он обещал, что мы снова будем вместе, когда все это закончится, — проговорилась Лаура во всепоглощающем желании облегчить боль от шокировавшего ее предательства любимого человека.

— Может быть, он хотел как-то обставить ваше расставание, решив, что правда причинит тебе больше боли. Ты замечательный человек, Лаура. Думаю, даже Джейк понял это.

— Господи, мама! Как же больно! — Лаура подняла голову и улыбнулась матери дрожащей улыбкой. — Спасибо, что поддержала меня.

Алисия улыбнулась в ответ и вытерла слезы со щек дочери.

— Как же я могла не поддержать тебя, дорогая? Ты ведь всегда рядом со мной, всегда приходишь на помощь. Но так больше не должно быть, Лаура. Я хочу, чтобы ты жила своей жизнью, подальше отсюда. Как Эдди.

— Мы поговорим об этом, когда я закончу учебу, а пока давай займемся обедом. Я не хочу, чтобы отец знал, как сильно он меня расстроил.

Гордость придала ей сил. Лаура собрала фотографии со стола:

— Я отнесу их в свою комнату, чтобы они напоминали мне о моей глупости, помогли прийти в себя и снова быть в порядке. Не волнуйся обо мне, мама. Теперь со мной будет все хорошо.

В своей комнате Лаура бросила фотографии на кровать, с горечью подумав о том, как легко она сдалась под натиском сексуальной привлекательности Джейка Фридмана, как полностью подчинилась ему и позволила собой управлять. Наверняка все три месяца их субботних встреч он виделся с этой блондинкой. Впрочем, даже если она появилась позже, это лишь доказывает, как мало значила для него она, Лаура.

Лаура умылась, жалея, что так же, как слезы с лица, она не может смыть воспоминания о Джейке со своей души.

«Будь мужественной».

О да! Она будет мужественной. Она должна! Никто не сможет разрушить ее жизнь — ни Джейк, ни отец, ни любой другой мужчина. Эта твердая решимость быть мужественной несмотря ни на что помогла Лауре вынести обед и даже отвечать на колкости отца остроумными репликами. Ее решимость лишь окрепла, когда Лаура, вернувшись к себе, собрала фотографии, брошенные на кровати, и сложила их обратно в конверт, который оказался чистым. Прямо на нем она написала адрес Джейка, иронично подумав, что все-таки не зря с таким упорством она разыскивала его дом. Лаура хотела, чтобы он знал о том, что ей известно о другой женщине и что он больше ничего для нее не значит.

Для полной ясности она вложила в конверт записку:

«Что касается нашей будущей встречи, попробуй свистнуть мне погромче, Джейк. Впрочем, не старайся. Я перевернула эту страницу и буду жить дальше.

Лаура».

Лаура не просто окончила университет — она окончила его с отличием. Это обеспечило ей преимущество перед другими выпускниками, впервые поступающими на работу по полученной специальности. Ее с удовольствием взяли в архитектурную фирму, которой требовался ландшафтный дизайнер. Лауре было радостно сознавать, что ее упорный труд оказался вознагражденным и что она может теперь заняться своим любимым делом.

Телефонный звонок, уведомивший, что она принята на работу, раздался в первую неделю декабря. Лауре было сказано, что ее ждут в офисе в следующий понедельник. Обрадованная столь замечательной новостью, Лаура бросилась в сад, чтобы поделиться с матерью, которая следовала по пятам за Ником, проверявшим систему полива.

— Мама! Я получила работу! — крикнула она издалека. — Они хотят, чтобы я приступила на следующей неделе!

Лицо матери расцвело улыбкой.

— Это прекрасная новость, Лаура!

— Прекрасная, — повторил Ник. — Мои поздравления!

— И как раз перед Рождеством, — заметила Алисия с облегчением. Она повернулась к Нику и коснулась его руки: — Теперь мы сможем сделать это.

Он кивнул:

— Чем раньше, тем лучше.

— О чем вы? — спросила удивленная Лаура.

Ник положил руку Алисии на сгиб своего локтя, и они оба повернулись к ней.

— Алисия уходит от твоего отца, Лаура, и переезжает ко мне. Мы ждали, когда у тебя все образуется, чтобы и у тебя появился выбор. Теперь ничто нас не сдерживает.

Лаура была потрясена. Ее мать и Ник?! Она не могла представить, что их связывает нечто большее, чем дружелюбные отношения хозяйки и работника, увлеченных общим хобби — уходом за садом.

Лаура знала, что Ник вдовец уже много лет. Он всегда выказывал очень уважительное отношение к ее матери, выполнял все ее пожелания, связанные с садом, но никогда не позволял себе никаких вольностей. Когда же их отношения переросли в нечто большее?

— Я вижу, что ты шокирована, — со вздохом разочарования произнесла Алисия.

— Нет-нет! Просто удивлена. Но удивлена приятно, — быстро добавила Лаура и улыбнулась им обоим.

— Алисии здесь очень плохо, — сказал Ник, взывая к пониманию.

А то она не знает!

— Я уверена, что с вами мама будет намного счастливее, чем с отцом, — искренне ответила Лаура. — Вы всегда нравились нам с Эдди, Ник. И мы очень благодарны вам за то, что вы старались облегчить мамину жизнь. Я рада, что вы заберете ее из этого дома, но не могу не предупредить, что отец будет в ярости. Он не умеет проигрывать.

Еще одна новость!

Ник ласково похлопал Алисию по руке:

— Твоей маме, Лаура, ничего от него не нужно. Я в состоянии позаботиться о ней.

— Из прошлой жизни я хочу унести совсем немногое, Лаура. Все это легко поместится в машину Ника. — Алисия оживилась, видя, что дочь не осуждает ее. — Но ты должна будешь уехать в тот же день — либо с нами, либо к Эдди, пока не найдешь, где будешь жить. Я не могу, чтобы ты оставалась в этом доме после того, как Алекс узнает, что я ушла от него.

— Да, это был бы плохой сценарий, — согласилась Лаура. — Я перееду к Эдди, чтобы вы без помех могли начать совместную жизнь, — решила она. — Надолго я у него не задержусь. Как только получу первую зарплату, сниму квартиру поближе к работе.

— Мы должны рассказать и Эдди тоже, — озабоченно сказала Алисия, глядя на Ника в поисках поддержки.

— Да, его тоже следует посвятить в наши планы, — согласился тот.

— Я позвоню ему и все расскажу, — предложила Лаура. — Не волнуйся, мама. Эдди будет на твоей стороне.

Алисия покачала головой:

— Я сама должна рассказать ему. Так будет правильно.

— Хорошо. Я просто хотела избавить тебя от лишнего беспокойства.

— Я знаю, дорогая. Именно этим ты занималась все последние годы, — с печалью в голосе сказала Алисия. — Но теперь все, достаточно.

— Теперь это моя забота, — с радостной улыбкой добавил Ник. — Все, что ты должна сделать, Лаура, — это решить, что ты хочешь забрать отсюда, упаковать и ждать, когда Алисия назовет день отъезда.

— Алекса в этот день не должно быть здесь. Я оставлю ему письмо, и пусть бесится от ярости в пустом доме.

— Правильно, — поддержал ее Ник. — Я не хочу подвергать тебя хоть малейшему риску физической расправы.

— Да, так будет лучше всего, — согласилась Лаура. — Как насчет пятницы, мама? Отец говорил, что встречается с адвокатом, чтобы разработать план контратаки на Джейка.

«Расскажи ему парочку грязных подробностей о твоем бывшем любовничке, Лаура, — куражился Алекс. — Джейк Фридман не выйдет из этой истории чистеньким, клянусь тебе».

«Это не мое дело», — убеждала себя Лаура, решительно пресекая попытки отца втянуть ее в свою игру против Джейка. Несмотря на то что прошло уже несколько месяцев, она так и не смогла избавиться от боли разочарования, не говоря уже о том, чтобы заинтересоваться другим мужчиной.

— Итак, пятница! — восторженно воскликнула Алисия.

День свободы!

Она повернулась к человеку, открывшему для нее дверь в другой, полный надежды мир.

— Алекс ни за что не пропустит эту встречу. Как только он уедет, я позвоню тебе.

— И я сразу приеду за тобой, — заверил ее Ник.

Как трогательно было видеть неподдельную заботу на лице мужчины и абсолютное доверие на лице матери!

Лауре пришлось откашляться, потому что слова застряли у нее в горле.

— Теперь, когда мы обо всем договорились, я оставлю вас и пойду в свою комнату думать, что забрать с собой. А вы начинайте планировать свою будущую счастливую жизнь.

Лаура поцеловала в щеку сначала мать, потом Ника. Направляясь к себе, она чувствовала невероятную легкость на сердце — скоро они обе избавятся от деспотической жестокости Алекса, оскорблений, унижения и страха. Пусть Ник не красавец и не богач, но он добр и любит ее мать, а для нее это самое главное.

Может быть, и самой ей, Лауре, нужно именно это искать в мужчинах?

Забыть сексуальность Джейка Фридмана.

Забыть все, что ей так нравилось в нем.

Потому что как раз доброты-то в нем и не было.

Добрый человек никогда бы не поступил с ней так, как это сделал Джейк.

Со следующей недели в ее жизни начнется новая глава, и все, что связано с ее отцом, останется в прошлом. И тогда ей легче будет забыть Джейка. Лаура займется своей карьерой, своей собственной жизнью, поскольку ей больше не нужно будет постоянно беспокоиться о матери. Тем более скоро Рождество, которое на этот раз станет для нее настоящим праздником.

«В мире праздник…»

Мысленно напевая эти слова из известной песни Мэрайи Кэри, Лаура вбежала вверх по лестнице, спеша начать великое переселение. Изучив содержимое своего гардероба, она решила, что ей потребуются большие пластиковые пакеты. Взгляд Лауры выхватил туфли бирюзового цвета, которые на их первом свидании Джейк нашел очень эротичными. Туфли, подарок матери, и правда были великолепны. Но сможет ли она когда-нибудь надеть их, не вспоминая о Джейке, о том, что было после того, как он снял их с ее ног.

Ход ее мыслей прервал стук в дверь.

— Это я, дорогая, — услышала Лаура голос матери.

— Входи, — пригласила она. Лауре тоже хотелось поговорить с мамой наедине, убедиться в том, что уход к Нику — не жест отчаяния, не жертвоприношение во имя детей, чтобы развязать им руки, а взвешенное решение, связанное и с личным будущим.

— Ник оставил в прачечной несколько больших коробок. — Голубые глаза Алисии искрились радостным предвкушением.

— Мама, ты уверена в том, что делаешь? — серьезно спросила Лаура. — Это не ради того, чтобы облегчить жизнь нам с Эдди?

— Нет, дорогая. И да, я уверена. — Алисия присела на край кровати и посмотрела дочери в лицо. — Я совсем потеряла себя рядом с твоим отцом и должна была снова обрести, чтобы не погибнуть окончательно. Ник очень помог мне в этом. С ним я другая и нравлюсь себе такой. Он затронул мое сердце, Лаура. Мне хорошо с ним. Так хорошо, как никогда раньше.

Лауре тоже было хорошо с Джейком, пока… Но сейчас не время размышлять об этом.

— Это прекрасно, мама, — произнесла Лаура и тут же чуть иронично улыбнулась, — хотя не скрою, что была очень удивлена. Когда же вы признались в своих чувствах друг к другу?

— Сразу после моего дня рождения.

Десятого октября!

— Алекс вел себя безобразно и очень злобно, поэтому я вышла в сад, села на скамейку возле бассейна и стала оплакивать свое жалкое существование. В тот момент мне хотелось умереть. Ник пришел на работу и обнаружил меня там. Мы разговорились.

Алисия вздохнула и покачала головой, как будто ей было трудно подобрать слова, чтобы объяснить, но легкая улыбка на ее губах говорила о том, что ей приятны эти воспоминания.

— Чем дольше мы говорили, тем отчетливее я осознавала, что хочу быть с этим человеком и что он тоже хочет того же. Мы уверены, что нам будет хорошо вместе. С Ником все по-другому, понимаешь, Лаура? Совсем по-другому.

Да, она понимала. Лаура притянула мать к себе и крепко обняла:

— Я очень рада за тебя, мама. Скажи все это Эдди, и он тоже не будет больше переживать за тебя.

— Скажу, дорогая. Вы оба должны будете прийти в дом Ника на Рождество. В этом году у нас будет чудесный праздник.

— Согласна, — улыбнулась Лаура энтузиазму матери.

В течение следующих дней Лаура с матерью тайком упаковывали вещи, которые хотели взять с собой, складывая коробки в комнате Лауры, куда отец никогда не входил. Эдди возликовал, узнав обо всем, и согласился с тем, что от отца надо все держать в тайне, чтобы избежать взрыва.

Наступило утро пятницы. Как и ожидалось, Алекс уехал на встречу с адвокатом. Через несколько минут на своем мини-вэне подъехал Ник, и они с Лаурой погрузили коробки и пакеты, а Алисия пошла забрать из сейфа свои документы — свидетельства о рождении и браке — и в последний раз проверить, не оставила ли она еще что-либо важное.

Ни у кого из них не было сожаления, что они покидают этот дом. Наоборот, казалось, что с их сердца свалился тяжеленный груз. Пьянящее чувство свободы то и дело заставляло их смеяться. Лаура позвонила Эдди и сообщила об удавшемся побеге, и он вышел на улицу их встречать.

Все вместе они перенесли вещи Лауры во вторую спальню в квартире Эдди, а потом брат и сестра вышли проводить мать и Ника. Странно, однако, но Алисия показалась им напряженной и нервной, но все разъяснилось, когда она протянула Лауре большой конверт, лежавший на сиденье машины.

— Не знаю, правильно ли я делаю, отдавая тебе это, — сказала она озабоченно. — Я нашла этот конверт в сейфе Алекса и заглянула в него, когда искала свои документы. Здесь фотографии Джейка, которые отец не показал тебе. Думаю, что про те, которые ты видела, Алекс солгал. Солгал намеренно, чтобы вбить между вами клин, причинить тебе огромную боль. Он всегда старается побольнее ударить, если что-то бывает не по его. Может быть, когда ты посмотришь на эти снимки, твоя боль немного ослабнет, дорогая.

Лауре показалось, что в ее сердце воткнули нож и провернули его. Она взяла конверт и даже нашла в себе силы улыбнуться:

— Не волнуйся, мама. Что сделано, то сделано. Все уже в прошлом. Езжай с Ником, и будьте счастливы.

Мини-вэн давно скрылся из вида, а она все стояла, слепо глядя ему вслед. Эдди, почувствовав ее отчаяние, решительно обнял сестру за плечи.

— Может быть, все и в прошлом, но ведь еще не закончилось, да? — сочувственно спросил он Лауру. — Я знаю, что ты еще не забыла этого парня. Пойдем домой и посмотрим, что предпринял наш Макиавелли, чтобы разрушить ваши отношения.

В конверте оказались фотографии, снятые до и после тех кадров, которые Алекс показал дочери и которые под тяжестью обиды заставили ее перечеркнуть их с Джейком возможное будущее. Оказывается, Джейк не вошел вслед за блондинкой в дом. Даже фотографии, на которых они просто шли рядом по улице, свидетельствовали скорее об отчужденности между ними, чем об интимности. Что же до поцелуя в спортивном зале, то девушка буквально бросилась на Джейка без всякого поощрения с его стороны. На снимках его лицо выражало удивление, досаду, раздражение, неприятие.

— Все было подстроено, — пробормотал Эдди, постучав пальцем по лицу блондинки на фотографии. Девушка — явно профессиональная проститутка, а отец наверняка хорошо заплатил ей за этот спектакль.

«Это была ловушка, и я в нее угодила, попалась, как рыба на крючок», — поняла Лаура.

— Я не дала Джейку даже шанс объясниться, — печально призналась она. — Я отправила ему те фотографии и записку, в которой написала, что вычеркнула его из своей жизни.

— Не волнуйся, сестренка. Думаю, Джейк достаточно сообразителен, чтобы понять, что отец не потерпел бы никаких контактов между вами.

Все так. Но ведь Джейк даже не сделал попытки связаться с ней ни тогда, когда дело отца было завершено, ни позднее.

— Я не поверила ему. Не смогла быть мужественной, — заплакала Лаура. — Не поверила, что он на самом деле заботился обо мне.

Эдди нахмурился:

— Ты считаешь, что с его стороны к тебе были искренние чувства?

— Да. Просто так сложились обстоятельства. Джейк пообещал, что, когда все закончится, мы снова встретимся, а я сама все испортила. Поверила отцу, а не ему. Все, все испортила сама!

— Не обязательно. Ты знаешь его адрес, если отправляла ему фотографии, — задумчиво произнес Эдди. — Теперь ты не зависишь от отца, как и мама. Почему бы тебе не навестить Джейка и не выяснить, что происходит… или не происходит между вами. Лучше это знать, чем не знать, правда же?

— Да! — теперь Лаура горела желанием немедленно бежать к Джейку. — Я пойду. Ведь я же ничего не теряю, правда?

Эдди кивнул:

— Если ты считаешь, что должна это сделать, значит, делай.

Ее сердце переполняла отчаянная надежда, которая разом испарилась, когда на ее звонок дверь открыла молодая женщина с ребенком на руках.

— Здравствуйте. Вы одна из наших новых соседок? — спросила женщина, с интересом разглядывая Лауру.

— Нет… Я ищу Джейка Фридмана…

— А-а… Извините, но он переехал отсюда и нового адреса не оставил. Мы купили у него этот дом два месяца назад, а вселились на прошлой неделе. Даже не представляю, чем могу вам помочь.

— Ничего страшного. Спасибо. И счастья в новом доме.

В доме, который построил Джейк…

Лаура тоже не представляла себе, куда Джейк мог переехать.

И все же это не конец, убеждала она себя по пути домой. Вернее, домой к Эдди. Дело ее отца должно было рассматриваться в марте следующего года. Через три месяца. Джейку предстояло выступить на суде главным свидетелем, посещать слушания, давать показания.

Суд — общественное место.

Она может пойти туда.

Она обязательно пойдет туда!

Лаура одевалась очень тщательно, выбрав официальный черный костюм. Она хотела предстать перед Джейком взрослой, успешной и уверенной в себе женщиной. Но при этом облегающий костюм выгодно подчеркивал ее фигуру, а распущенные волосы должны будут оттенить ее сексуальную привлекательность и напомнить Джейку о… многом.

Ему необходимо было находиться в суде каждый день в течение недели, но Лауре хотелось поскорее увидеть его и расставить все по своим местам.

Приехав в суд до начала слушаний, Лаура заглянула в комнату ожидания и прошлась по коридору, надеясь встретить Джейка. Не найдя его, она вошла в зал и стала ждать его появления.

Отец сидел рядом со своим адвокатом. Заметив дочь, он бросил на нее убийственный взгляд и отвернулся. Но сейчас Лауре было все равно, что он подумал о ее присутствии здесь. Ее волновал только Джейк.

Слушания начались. Джейк так и не появился. Лаура постаралась справиться с разочарованием и стала внимательно слушать, в чем же обвинялся ее отец. Ей было важно знать, что заставило Джейка пойти на этот шаг, понимая, что это убьет их отношения.

Были названы шестнадцать компаний, и в их числе компания отчима Джейка Фридмана. Все они боролись за свое выживание, и промежуточный заем мог бы помочь им, но Алекс Костарелла предпочел обанкротить их и заработал на распродаже их активов.

Слушания продолжались. Алекс Костарелла признал, что зарабатывал от четырех до шести миллионов долларов в качестве ликвидатора, но решительно настаивал на том, что он неукоснительно придерживался должной процедуры и не допускал никаких правонарушений. Его откровенное презрение к суду не внушало симпатии, и Лауре было неприятно смотреть на него и слушать. Она периодически оглядывала зал, но Джейка не было. Почему? Ведь это триумфальное завершение его миссии по восстановлению справедливости.

Разве он не должен слышать, о чем говорит его противник, чтобы опровергнуть его слова?

Резкий свист напугал всех, кто услышал его. Разговоры мгновенно смолкли. Головы стоявших у лифта людей повернулись в поисках источника столь неожиданного звука. А сердце Лауры вдруг сделало перебой — она мгновенно вспомнила свою записку Джейку.

«Попробуй свистнуть мне погромче, Джейк…»

Он сделал это?

Господи, пусть это сделал именно он! Значит, Джейк хочет встретиться с ней. Встретиться, чтобы поговорить о будущем.

Окружающие снова ожили и стали заходить в лифт. Лаура же осталась стоять. Она должна была обернуться и убедиться, что это Джейк.

Это еще ни о чем не говорит, убеждала себя Лаура и… оглянулась. Джейк стремительно шел к ней, оставив растерянного адвоката. Его пылающий взгляд приказывал ей оставаться на месте. Впрочем, она все равно не могла двинуться.

Двери лифта закрылись, и Лаура теперь стояла на площадке в полном одиночестве. Джейк приближался. Они не виделись и не разговаривали почти год, и она не представляла себе, что у него на уме, но сердце предательски ухало в безумной надежде. Должно быть, Джейк увидел в ее глазах эту надежду, а еще желание и потребность в нем. Даже гордость не могла это скрыть. Лаура всегда забывала о гордости, когда дело касалось Джейка Фридмана.

Он остановился в метре от нее, и Лаура не могла не ощутить, как Джейк напряжен.

— Давно не виделись. Прошло так много времени, — произнес он.

— Да, — согласилась Лаура. Голос ее звучал хрипло от клокотавших где-то в горле эмоций.

— На углу есть кафе. Там готовят хороший кофе. Могу я предложить тебе капучино?

Неужели Джейк предлагает провести время вместе?

— Я бы не отказалась.

— Отлично! — Джейк обошел ее и нажал кнопку вызова лифта.

Итак, третья попытка уехать этим лифтом, вдруг пришло в голову Лауре.

— Ты по-прежнему живешь с отцом? — спросил Джейк.

— Нет. Я снимаю квартиру. С тех пор как работаю полный день дизайнером в одной архитектурной фирме, я могу себе это позволить.

— А твоя мать?

— Мы уехали из дома одновременно. С мамой все в порядке. Она счастлива.

— Живет вместе с тобой?

— Нет, с Ником. С нашим бывшим садовником. Он забрал ее к себе. Ник — вдовец и очень любит маму. Она его тоже.

— Замечательно! — Джейк улыбнулся. Ему определенно нравился такой поворот событий. — Надо понимать, тебе больше не нужно постоянно беспокоиться о ней?

— Не нужно. У Ника ей ничто не угрожает, она расцвела в лучах его любви и заботы.

— Это здорово! Очень здорово!

Джейк действительно был рад. Но чему? Тому, что они обе больше не являются жертвами жестокости Алекса Костареллы? Или тому, что Лаура теперь свободна и ничем больше не связана с отцом? Он спросил, чтобы убедиться в том, что ничто не мешает им возобновить отношения. Джейк хочет этого. Хотя Лаура все равно остается дочерью его врага, и ничто и никогда не изменит этого факта.

Лифт спустился, и Джейк жестом пригласил Лауру следовать за ним. В небольшой кабине они оказались только вдвоем. Джейк молча и неподвижно стоял рядом с ней. Лаура же была настолько поглощена ощущением его близкого присутствия, что не могла придумать, что сказать.

Когда они шли по улице, Лауре очень хотелось, чтобы Джейк хотя бы взял ее за руку, но Джейк не предпринимал никаких попыток физического контакта. Вечерняя городская толчея еще не началась, поэтому людей на тротуаре было мало. Видимо, по этой причине он не счел нужным поддерживать ее. Когда они вошли в кафе, Джейк усадил Лауру за столик и сел напротив.

— Как в старые добрые времена, — заметила Лаура, очень надеясь, что ее ироничная улыбка не позволит Джейку догадаться о ее тоске по этим самым временам.

Джейк улыбнулся в ответ:

— Много воды утекло с тех пор. Ты довольна выбранной профессией и началом карьеры?

Лаура кивнула:

— Все непросто, но мне нравится. А ты, Джейк? Восстанавливаешь следующий дом?

— Да. Предыдущий я продал.

— Я знаю.

Под его удивленным взглядом Лаура покраснела, осознав, что выдала себя с головой, — теперь Джейк знает, что она пыталась разыскать его. Что ж, вырвавшихся слов назад не забрать. Глубоко вздохнув, Лаура решила рассказать ему всю правду до конца.

— В тот день, когда мы с мамой покинули дом отца, а это случилось перед самым Рождеством, она нашла в его сейфе фотографии, которые отец мне не показал. И я поняла, что он подставил тебя, сочинил историю и заставил меня поверить в нее. — Лаура засомневалась, стоит ли ее озвучивать.

— В то, что я лжец и мошенник, — закончил за нее Джейк с кривой усмешкой. — Я не осуждаю тебя за то, что ты поверила Алексу, Лаура. Во всем виноват я. С самого начала я не должен был связываться с тобой, чтобы потом не поставить в ужасное положение, когда я выдвинул против твоего отца все эти обвинения.

— Во всяком случае, я сочла нужным найти тебя и объясниться. Поэтому пошла к тебе в тот дом в Вулларе, чтобы извиниться, но там жили уже другие люди. Я не знала, как тебя найти, поэтому и пришла на слушания. И не жалею. Услышав все, что здесь говорилось, я поняла, почему ты так поступил с моим отцом, Джейк. У тебя было право на это. И я действительно желаю тебе всего самого лучшего.

Она все-таки сделала это! И при этом даже сохранила достоинство.

В это время к их столику подошел официант, и Джейк заказал два капучино, спросив, не хочет ли она что-нибудь съесть — тост, сэндвич? Лаура отрицательно покачала головой — от волнения ее желудок завязался в несколько узлов. А после того, как официант отошел и Джейк заговорил, эти самые узлы затянулись еще туже.

— Еще ничего не закончилось, — тихо произнес он. — В последующие дни обо мне будет сказано немало нелицеприятного.

«Вернее, вылито грязи, которую твой отец держал про запас».

— Правдивого? — спросила Лаура.

— Нет. В том, что касается профессиональной деятельности твоего отца… Здесь ему ничего не удастся опровергнуть, и исход будет однозначным: в этом бизнесе Алексу Костарелле больше не быть, как бы он ни пытался меня дискредитировать.

— Ты знаешь, какие аргументы он будет использовать?

Джейк снова криво усмехнулся:

— Мое единственное слабое место — это ты, Лаура. Думаю, в ход пойдет моя связь с тобой.

Лаура нахмурилась:

— Но ведь наша… связь не имеет никакого отношения к тому, как отец вел дела!

— Думаю, он постарается связать это.

Все в Лауре восстало против такой перспективы.

Ее отец преуспел в том, чтобы обижать людей, намеренно причинять им боль, и получал от этого явное удовольствие. И теперь ей хотелось, чтобы он на собственной шкуре почувствовал, каково ей было в течение всех этих месяцев, когда она страдала от его лжи.

Лаура подалась вперед в стремлении убедить Джейка в искренности своего намерения:

— Я взяла на работе отпуск на эту неделю и могу свидетельствовать в твою пользу, Джейк. Я знаю, что ты не использовал меня и не хотел причинить мне боль.

— Это не твоя война, Лаура, — решительно прервал ее Джейк. — Я не должен был подставлять тебя под пули и не стану делать это теперь. Я пройду через все это без твоего участия.

— Это и моя война, Джейк, — страстно возразила Лаура. — Отец причинил мне много боли, и теперь я хочу, чтобы он испытал такую же боль на себе. Я не стыжусь наших отношений, и если мы решим вместе пройти через все это, то станем лишь сильнее. А если мы вместе выступим в суде, все отцовские аргументы превратятся в пустой звук.

На этот раз Джейк не спешил отказываться от ее предложения. Он пристально вглядывался в лицо девушки, как будто не веря в подобную силу духа. Ведь в прошлом она не была настолько мужественной, чтобы противостоять интригам и угрозам отца.

— В твоей жизни нет другого мужчины, Лаура? — Его вопрос прозвучал неуверенно.

Вопрос Джейка удивил ее. Она его просто не ожидала.

— Нет, я свободна.

И тут ей пришла в голову мысль, что это Джейк может быть несвободным. Ведь если воспоминания о Джейке сделали всех мужчин неинтересными для нее, это еще не означает, что и он оставался равнодушным к женщинам. Она сама развязала ему руки своей злосчастной запиской.

— Извини, Джейк. Я как-то не подумала… Если у тебя есть другая женщина, моя идея не сработает.

— У меня тоже никого нет, — быстро ответил Джейк и взял Лауру за руку. — Я ничего так не хочу, как снова быть с тобой, Лаура. Просто мне надо было удостовериться в том, что это… тебе тоже… интересно.

Волна радости окатила сердце Лауры. Она смотрела на Джейка, боясь поверить в реальность того, что Джейк предложил им еще шанс. По ее телу разливалось тепло, источником которого была его рука, сжимавшая ее руку. Целительное тепло, обещавшее то, о чем она мечтала так долго и безнадежно. Лаура хотела именно этого мужчину, но уже не на тех основаниях, которые он установил когда-то, — раз в неделю ужин и секс. Теперь ей этого было недостаточно.

— Ты покажешь мне дом, который сейчас восстанавливаешь?

Это был очень важный вопрос, от ответа на который многое зависело.

Лицо Джейка осветила улыбка облегчения. В глазах мелькнул огонек с сексуальным подтекстом.

— После того, как мы выпьем кофе. Я не слишком тороплю?

Лаура рассмеялась:

— Нет, не слишком. Где он находится?

— Петерсхэм. В десяти минутах на электричке от станции Тэкон-Холл и еще чуть-чуть пешком. Очень удобно добираться до центра.

— Опять террасный дом?

— Нет. Коттедж с двумя спальнями и внутренним двориком. То и другое было в запущенном состоянии. — Джейк усмехнулся. — Может быть, ты мне подкинешь пару идей насчет озеленения?

Это было так прекрасно, что он решил разделить с ней свой новый проект, что Лаура не сдержала улыбки:

— Я буду рада подсказать тебе, что можно сделать с садиком. Если это коттедж, то подойдет что-нибудь старомодное, классическое. А мне пока приходится разрабатывать ультрасовременные ландшафты.

— Тогда ты поможешь мне купить и растения, — решительно заявил Джейк. — Научишь, как правильно выбирать их.

Чаша счастья наполнилась до краев, и Лаура испугалась, что она может расплескаться.

— Конечно, научу и помогу, — заверила она Джейка, упиваясь возможностью снова открыто любить этого мужчину.

Официант принес капучино, и Джейк выпустил ее руку из своей, но теперь Лауру это не обеспокоило — новое совместное путешествие уже началось! И оно сулило много больше, чем первое. Никогда еще капучино не казался ей таким вкусным.

Джейк не мог поверить до конца, что события развиваются столь благоприятным для него способом. Лаура не отказалась от него. Кроме того, за время их разлуки в ее жизни произошло много перемен, но не опасных для него, а наоборот. Она окончила университет и обрела независимость от отца. И, судя по всему, она больше не допустит, чтобы тот вмешивался в ее жизнь. И теперь для Джейка не имело никакого значения, что Лаура — дочь Алекса Костареллы. Она стала самой собой. Красивой, сильной, щедрой женщиной, которую он и полюбил. А поскольку ее мать теперь не нуждается в постоянной помощи и защите, для их с Лаурой будущего больше нет непреодолимых преград.

Теперь можно отбросить осторожность и не испытывать чувства вины и страха причинить ей боль. Правда выплыла наружу, и больше не было смысла скрывать их отношения. Быть ли им вместе, зависит только от них самих. Но главное — Лаура снова может принадлежать ему. Остальное просто не имеет значения.

Увидев на ее губах след от кофейной пенки, Джейк едва сдержался, чтобы не слизнуть его. Он бы так и сделал, если бы Лаура не опередила его — кончиком розового языка она провела по губам, озорно поблескивая синими глазами, как будто догадываясь, о чем Джейк мечтает.

— У меня не было женщин после тебя, Лаура. Я никого не хотел, — тихим голосом произнес Джейк. Это было правдой, и пусть Лаура знает это. Проклятые фотографии могли вызвать у нее сомнения в том, насколько сильные чувства он к ней испытывает. Если уж им выпал еще один шанс, Джейк не позволит ничему и никому помешать им.

— У меня тоже никого не было, Джейк. Зато было много плохих мыслей на твой счет.

— Эта женщина на фотографиях сказала, что кто-то преследует ее, и попросила проводить до дома. Я всего лишь согласился помочь, Лаура. Больше ничего не было.

Лаура улыбнулась:

— Мне нравится, когда мужчина добр к женщине. Ник очень хорошо относится к маме. Она никогда не видела от отца такой доброты и заботы.

«Как и ты. Сплошные требования и оскорбления», — хотелось добавить Джейку. Он понимал, почему брак никогда не привлекал Лауру, но, может быть, спустя какое-то время она пересмотрит свое отношение к перспективе замужества. Ведь перед ней теперь положительный пример семьи ее матери.

Джейк хотел семью. Желание отомстить за смерть родителей было главной движущей силой его жизни в последние годы, но теперь цель, которую он ставил перед собой, достигнута, и он может строить планы на дальнейшую жизнь. С Лаурой. Эта перспектива все еще казалась ему чудом.

Лаура поставила пустую чашку на стол и посмотрела на Джейка с нескрываемым нетерпением:

— Ты уже? Можем ехать?

Желание затопило Джейка и понеслось по венам, как скорый поезд. Он поспешно вывел Лауру из кафе и устремился к станции. Джейк крепко держал Лауру за руку, поскольку наступил час пик и на улицах появились толпы народа. В какой-то момент людской поток едва не разъединил их, и тогда Джейк схватил ее в объятия и прижал к стене ближайшего дома.

— Я хотел сделать это с того самого мгновения, как увидел тебя вчера, — пробормотал он, глядя на Лауру с опаляющим желанием.

— Вчера? — удивленно спросила она.

— Я думал, что ты пришла с отцом. Если бы я знал, что ты там ради меня…

Джейк больше не мог ждать. Так уже было во время их прогулки по саду в первую встречу, во время их первого свидания по пути в отель… Он должен немедленно поцеловать ее! Лаура тут же обвила руками его шею и вернула поцелуй. Их страсть никуда не делась! Она стала лишь сильнее теперь, когда они свободны от всяких ограничений.

Но не могли же они отдаться ей без оглядки в людном месте.

Они должны двигаться.

Двигаться вперед.

Вместе!