Мы ничем не дорожим больше, чем жизнью. Каким бы человек ни был, богатым или бедным, если он не прожил долгую жизнь, он не выполнил своего назначения. Однако продлить свою жизнь невозможно. Даже если кто-то потратит на это все свои деньги и драгоценности, он не сможет этого сделать.

Говорят также, что жизнь ничего не стоит в сравнении с праведностью¹⁹. Воистину, больше всего люди ценят в жизни именно праведность.

Жизнь – самое ценное, что у нас есть. Но поскольку, отстаивая праведность, мы подчас отказываемся от столь ценимой нами жизни, нет ничего достойнее праведности.

Присматриваясь пристальнее к миру, мы видим, что есть много людей, которые легко расстаются с жизнью. Но, как вы думаете, найдется ли из тысячи один, который умрет за праведность? Вопреки нашему ожиданию, среди смиренных слуг многие пойдут на это. Однако людям, которые почитают себя мудрыми, нелегко отважиться натакой шаг.

Как-то погожим весенним днем я размышлял об этом, произнося отдельные мысли вслух, и тогда один из присутствующих обратился ко мне со словами: 

– Хотя имущество может глубоко порадовать душу, наше самое большое богатство – жизнь. Поэтому, когда приближается последний миг, человек готов отказаться от всего, что у него есть, лишь бы сохранить себе жизнь. Однако зная, что найдутся люди, которые не задумываясь расстанутся со столь ценимой всеми жизнью во имя праведности, нетрудно понять, что праведность дороже самой жизни. Желание, жизнь и праведность – из этих трех разве не праведность люди ценят превыше всего?

– Рассматривая желание, жизнь и праведность, – отвечал я, – нет ничего удивительного в том, что мы больше всего ценим праведность. Но сказать, что все люди, без исключения, отдают предпочтение праведности, было бы ошибкой. Редко встретишь человека, который, отдавая должное жизни и желанию, никогда бы не изменял праведности в своих мыслях.

– Богатство – жемчужина жизни, – продолжил мой собеседник. – Без жизни богатство бесполезно, поэтому жизнь ценнее богатства. Однако многие легко расстаются с жизнью во имя праведности.

– Правда ли, что многие люди с готовностью рискуют жизнью во имя праведности? – спросил я.

– В этом мире много таких, которые не могут вынести оскорбления, – ответил мой собеседник, – и поэтому когда их оскорбили, они не задумываясь вступают в поединок и легко расстаются с жизнью. Это пример того, как следует ценить праведность и относиться к жизни легко. Это пример смерти за праведность, а не за богатство или жизнь. Или давайте посмотрим на тех, кто пал в бою; таких не счесть. Все они умерли за праведность. Имея это в виду, можно сказать, что все люди ценят праведность выше желания и жизни.

– Смерть человека, который был уязвлен оскорблением, лишь напоминает смерть за праведность, – возразил я. – На самом деле это лишь мгновенная безрассудность того, кто ослеплен гневом. По праву мы должны были бы назвать такую смерть безрассудной и не более. Такой человек отступил от праведности еще до того, как его оскорбили. Именно поэтому оскорбление уязвило его. Если в отношениях с людьми человек руководствуется только праведностью, его невозможно оскорбить. Если же человека оскорбили, это значит, что он утратил праведность еще до того, как это случилось.

Праведность очень важна. По сути, праведность – это Закон неба, дающий всему жизнь. Когда праведность входит в тело, ее называют природой человека. В других случаях ее называют добродетелью, правдивостью, человечностью и Путем. Хотя обозначение меняется в соответствии с ситуацией, а действие определяется обозначением, по существу здесь говорится об одном и том же.

Когда речь идет о человечности при участии многих людей, ее действие – доброжелательность.

Когда речь идет о праведности, и при этом решаются общественные вопросы, се роль- не допустить ошибки при высказывании мнений.

Даже в смерти, если человек не руководствуется высшими идеалами, он далек от праведности. И все же найдутся люди, которые скажут, что если человек умер без сожаления, у него было это качество²⁰.

Считается, что праведность – нечто чуждое пороку и составляющее самую суть человеческого ума. Если человек проявляет честность во всех своих действиях, ему присуща праведность.

Не принимать этого во внимание и умирать, повинуясь желанию – это не праведная смерть. Что же касается всех тех, кто погибает в поединке или на поле битвы, найдется ли среди них хотя бы один из тысячи, кто действительно умер за праведность?

Поэтому, с момента поступления на службу к даймё, одежда, меч и обувь человека, его паланкин, лошадь и другое имущество – все приходит к нему по милости господина. Семья, жена, дети и его собственные слуги – все они и их родственники – ни о ком из них нельзя сказать, что он не пользуется расположением господина. Твердо зная об этом, человек на службе у даймё легко расстается с жизнью, встретившись с врагами своего господина на поле битвы. Вот что такое смерть за праведность. 

Такой слуга умирает не за имя и не за то, чтобы приобрести славу, имение или жалование. Получить милость и вернуть милость – вот в чем проявляется искренность самой сути человеческого ума.

Найдется ли из тысячи один, кто может умереть таким образом? Иногда непредвиденные обстоятельства затрагивают сотни тысяч людей, поэтому, если бы такой человек нашелся, тогда в ста тысячах их было бы сто.

Воистину найти сто праведных людей нелегко.

Какую бы эпоху мы ни взяли, если в стране идет война, подчас в одной битве погибает пять или семь тысяч человек. Среди них есть отважные воины, которые оставляют после себя доброе имя. Но есть и такие, кто погиб на поле боя, но другие этого даже не заметили. Может показаться, что все эти люди умерли за праведность, но на самом деле это не так. Многие из них умерли за славу или прибыль.

Как правило, первой человеку приходит мысль о том, чтобы сделать что-то ради славы; затем возникает стремление утвердить свое имя; и наконец, последним мотивом чаще всего выступает желание приобрести землю и обогатиться.

Есть люди, которые совершают геройские поступки, приобретают славу и достигают успехов в мире. Есть люди, которые погибают на поле боя. Среди старых самураев есть желающие оставить славное имя своим потомкам. Такие в каждой битве стремятся умереть смертью героя. Если же умереть им не удалось, они готовы отказаться от имени и состояния. Воистину такие люди не дорожат своей жизнью, но дорожат именем и достатком потомков. В смерти они исполнены желания и страсти. Это не праведность.

Те, кто услышал доброе слово господина и честно прослужил ему всю жизнь, умирают смертью праведности. Но даже среди них нет тех, кто ценит праведность превыше всего, хотя именно праведность следует ценить. Таким образом ни об умирающем во имя желания, ни о том, кто дорожит жизнью и навлекает на себя позор, нельзя сказать, что они ценят праведность. При этом не важно, живут такие люди или умирают. 

Чен-ин и Цу-цзю умерли вместе во имя праведности²¹. Бо-и и Шу-чи относились к тем, кто глубоко размышляет о праведности и негодует, когда вассал убивает своего господина²². В конце концов они умерли голодной смертью у подножия горы Шоуян.

Пытаясь найти таких людей, мы убеждаемся, что даже в древности их было немного. Более того, в сегодняшнем заблудшем мире едва ли найдешь человека, который, отдавая предпочтение праведности, забудет о желании и жизни. Обычно люди расстаются с жизнью из-за желания. О таких можно сказать, что они привязаны к жизни и поэтому покрывают себя позором. Никто из них не имеет даже понятия о праведности.

Многие одевают маску праведности, но в действительности никогда не задумываются над ней. Такие люди, сталкиваясь с неприятностями, неспособны их выносить и прибегают к оскорблениям. Оскорбления достигают цели, и тогда им приходится расплачиваться за это жизнью. Такие люди не только не ведают о праведности; от них за версту несет желанием.

Полагать, что я могу досадить человеку и не стать объектом его брани – проявление желания. Такой подход можно уподобить действиям того, кто дает другим камень, и когда они возвращают ему золото, он считает их друзьями, а когда они возвращают ему камень, он отрубает им голову. Если человек хвалит другого, его слова также скорее всего вернутся к нему. Но человеком движет желание, если он злословит на другого и, получив злословие обратно, отрубает ему голову и при этом погибает сам. Действия такого человека глупы. Это противоположность праведности.

У каждого самурая есть хозяин. Поэтому самурай, умирая в результате ссоры, ни за грош отдает жизнь, находящуюся в распоряжении его господина. Такой человек тоже не понимает разницы между добром и злом и не имеет никакого представления о праведности. 

Желанием называют не только привязанность к богатству и алчные мысли человека о том, сколько у него серебра и золота.

Когда глаз видит цвет,возникает желание.

Когда ухо слышит звук, возникает желание.

Когда нос чувствует запах, возникает желание.

Когда появляется хотя бы одна мысль, возникает желание.

Это тело было создано и вскормлено желанием, и природа вещей такова, что желанием в той или иной мере связан каждый. Хотя внутри тела, созданного и вскормленного желаниями, есть природа, чуждая желаниям, страстность не позволяет ее достоинствам возобладать. Эта природа отзывается на десять тысяч вещей во внешнем мире. Она отягощена шестью желаниями, и разглядеть ее под ними нелегко²³.

Это тело создано из пяти скандх: формы, чувства, представления, воли и сознания.

Форма есть физическое тело.

Чувство есть реакция физического тела на добро и зло, правильное и неправильное, радость и печаль, удовольствие и страдание.

Представление есть средство предсказания. Оно рождает ненависть ко злу, стремление избежать страданий, желание добра и надежду на радость.

Воля подразумевает работу тела на основе чувства и представления. Это означает избегание боли и получение удовольствия, нетерпение зла и стремление к добру.

Сознание есть различение добра и зла, правильного и неправильного, удовольствия и страдания, радости и печали, которые связаны с чувством, представлением и волей. Благодаря сознанию зло известно как зло, добро как добро, страдание как страдание, а удовольствие как удовольствие.

Поскольку сознание различает и формирует предрассудки, оно сторонится уродства и льнет к прекрасному, приводя физическое тело в движение в соответствии с привязанностями.

Когда физическое тело существует, возникает скандха чувства. 

Когда скандха чувства существует, возникает скандха представления.

Когда скандха представления существует, приходит в действие скандха воли.

Когда скандха воли приходит в действие, появляется скандха сознания.

В силу наличия скандхи сознания мы различаем добро и зло, правильное и неправильное, прекрасное и уродливое. Затем у нас возникают мысли о принятии и непринятии, и как только возникают эти мысли, рождается физическое тело. Это напоминает солнце и луну, отраженные в воде. Будда учил: «Возникновение формы в ответ на материальный мир подобноотражению луны в воде»²⁴.

Форма, чувство, представление, воля, сознание – а затем от сознания обратно к форме – так замыкается цепочка скандх. Поток двенадцати звеньев в цепи существования, получив тело, начинается с единственной мысли в нашем сознании²³.

Поэтому сознание есть желание. Это желание дает начало телу из пяти скандх. Поскольку тело есть сгусток желания, достаточно лишь выдернуть хотя бы один волосок, и тут же рождаются мысли, исполненные желания. Когда кто-то касается пальца вашей руки, рождаются мысли, исполненные желания. Когда кто-то касается пальца вашей ноги, рождаются мысли, исполненные желания. Все тело создано желанием.

Внутри этого тела, созданного и вскормленного желанием, пребывает бесстрастная и совершенная природа ума. Эта природа не зависит от пяти скандх, не имеет ни цвета, ни формы и не является желанием. Она безупречно правильна и совершенно непогрешима. Если человек руководствуется этой природой во всех своих действиях, его действия являют праведность. Эта совершенно непогрешимая природа есть суть праведности.

Слово праведность используют в тех случаях, когда непогрешимая природа проявляет себя во внешнем мире. Ее также называют человечностью; ее действие – доброжелательность. Имея в виду суть праведности, мы говорим человечность, а слово доброжелательность используем для обозначения проявлений праведности во времени. Праведность, человечность, доброжелательность, мудрость – суть одна и та же, но названия разные.

Следует понять, что эта суть составляет природу ума. Поэтому говорят, что путь Конфуция – это путь искренности и симпатии. Искренность - то же, что и «природа ума». Симпатия - то же, что и «подобный ум», или «единство». Если природа ума или подобие ума постигнуты, ни одно из десяти тысяч дел не завершится неудачей.

Если человек не просветлен, он никогда не постигнет этого. Даже если вы будете объяснять сто дней, и он все это время будет слушать, он едва ли приблизится к пониманию Пути.

Если кто-либо не согласен со сказанным здесь, ему следует обратиться к сокровенным словам и деяниям проповедников учения конфуцианских классиков. Они не отличаются от слов, изрекаемых проповедниками буддийских писаний. Эти писания не имеют своей целью развенчивание конфуцианства. Человек может быть красноречив, словно горный ручей, но если его ум не просветлен и он не видит подлинную природу своего ума, на него нельзя полагаться. Мы должны уметь быстро определять таких людей по их поведению.

Некто выразил сомнение, сказав:

– Если даже видение и слышание есть желания, если даже возникновение единственной мысли есть желание, как нам достичь праведности? Сосредоточивая мысль, человек становится подобным камню или дереву. Будучи подобным камню или дереву, человек едва ли может действовать праведно во имя своего господина. Если такой человек не обладает великой силой воли, ему будет очень трудно этого достичь.

– Это оправданное сомнение, – ответил я. – Если в уме нет мыслей, человек не побежит ни влево, ни вправо; он не будет ни подниматься вверх, ни опускаться вниз, а будет лишь двигаться прямо вперед. Стоит только одной мысли возникнуть, как человек побежит вправо или влево, переместится вверх или вниз, и в конце концов достигнет желаемого места. Именно поэтому мысль называют желанием. 

Добродетель безупречности сокрыта. Если желание отсутствует, человеку едва ли удастся совершить добро или зло. Даже если у вас есть намерение спасти человека, свалившегося в пропасть, вы не сможете сделать это, если у вас нет рук. Если у вас есть намерение толкнуть кого-то в пропасть, вы не сможете это сделать, если у вас нет рук. Таким образом, в случае удачи или неудачи, как только появляются руки, природа вещей изменяется.

Человек прибегает к силе желания в случае успеха и неудачи, и когда он руководствуется в своих действиях безупречностью и непогрешимым умом, успех и неудача зависят от этой силы.

Если человек верен безупречности, его действия не определяются желанием. Им движет праведность. Праведность – не что иное, как добродетель.

Считайте, что природа ума – это повозка, в которой находится сила воли. Направьте повозку к месту неудачи, и там случится неудача. Направьте ее к месту удачи, и там случится удача. Но в обоих случаях, если человек доверится направлению движения природы ума, он достигнет праведности. Если отделить себя от желания и уподобиться камню или дереву, ничего хорошего не достичь. Постичь праведность, не прекращая желания, – вот что такое Путь.

Среди божеств есть знаменитые и неизвестные. Сумиеси, Тамацусима, Китано и Хирано – знаменитые божества. Когда же мы просто говорим «боги», мы имеем в виду тех, имена которых не знаем. Когда мы говорим о поклонении богам и их почитании, мы не делаем различия между именами Сумиеси, Тамацусима, Хирано и Китано. Мы поклоняемся им всем и почитаем их всех.

Когда мы поклоняемся божеству Китано, мы забываем о божестве Хирано. Когда мы почитаем божество Хирано, мы оставляем в стороне божество Китано.

Отводя каждому божеству отдельное место для почитания, мы умаляем достоинство других божеств. Ведь в этом месте почитается одно божество, тогда как другие боги оказываются забытыми. 

Когда мы говорим о божествах, мы не разделяем их, указывая, какому божеству следует поклоняться в каком месте. Такой подход нельзя было бы по праву назвать Путем Богов. Подлинный Путь Богов проявляется в том, что мы поклоняемся божествам, где бы мы ни были, и какого бы бога мы перед собой не видели. Мы должны обсудить это в связи с Путем Господина и Слуги.

Господин - это повелитель, а слуга - это прислужник повелителя. Слова господин и слуга не используются при упоминании людей, ранг которых ниже, чем господин и слуга, но сейчас мы не будем останавливаться на этом.

Среди господ есть знаменитые и те, чьи имена неизвестны. Среди слуг также есть известные и те, о которых никто не знает. Говоря о знаменитом господине, человек выскажется так: «Наш господин Мацуй Дэва» или: «Мой господин Ямамото Тадзима». Говоря о неизвестных господах, человек скажет просто «господин», не называя его имени.

Для слуги Путь Господина открывается, как только он скажет «господин». Для господина Путь Слуги открывается, как только он скажет «слуга».

В старину говорили, что «мудрый слуга не служит двум господам». Смысл этих слов в том, что, по законам тех времен, слуга не должен был иметь двух хозяев. В наши дни мир пришел в упадок, и слуги теперь нанимаются к одному господину, а затем к другому, уподобляясь тем самым бродячим приказчикам, которые только и умеют что себя хвалить. Вот в какие времена мы живем.

Господин подчас оказывается недовольным своим слугой и выгоняет его из дома, осыпая проклятиями. Это также приводит к тому, что Путь Господина и Путь Слуги, Путь Хозяина и Путь Прислужника, уграчиваютсвое достоинство.

Даже если человек служит в нескольких кланах, он должен считать, что хозяин у него один и только один. Такой человек должен считать, что служит неизвестному господину, имени которого никто не знает. Этого достаточно, чтобы стать на Путь Господина. Даже если слуга переходит из клана в клан, он должен говорить об одном хозяине «мой господин» и о другом тоже «мой господин». При этом он будет относиться к господину с великим почтением, и даже если какой-то клан придет в упадок, его дух останется прежним. Таким образом господин будет для него одним от начала и до конца.

Если человек привык размышлять про себя: «Мой господин Мацуй Дэва на самом деле проходимец…», то даже если он получит жалование, имение или звание, он никогда не сможет отозваться с почтением: «Мой господин». Когда он впоследствии поступит на службу к господину Ямамото Тадзима, его отношение в новому господину по существу не изменится. Таким образом, что бы он ни делал, он не постигнет смысл слова господин и ничего не добьется.

Поэтому лучше не спрашивать, как зовут того или иного господина, а просто говорить «мой господин» и, не упоминая его имени, следовать праведности в служении ему. Если человек поступает таким образом и служит господину, никогда не ступая на его тень, то сколько бы он ни служил, месяц, год или десять лет, у него будет только один-единственный господин.

Даже если у господина часто сменяются слуги, он не должен пренебрегать Путем Слуги. Он не должен проводить различие между новыми слугами и теми, кто состоит на службе уже много лет. Он должен иметь любовь и сочувствие глубоко в своем сердце, а также быть щедрым ко всем в равной мере. При этом все слуги будут без имени, господин будет без имени, но Путь Господина и Слуги, Хозяина и Прислужника будет на высоте. Не следует делать различия между теми, кто поступил на службу сегодня, и теми, кто служит уже десять или двадцать лет. Ко всем слугам следует относиться с равной любовью и сочувствием. О каждом из них следует думать как о «моем слуге».

Скорее всего слуги будут различаться по жалованию и размеру имения, но с точки зрения праведности и любви между ними не следует проводить различия. Даже если слуга приступил к исполнению своих обязанностей сегодня, словам «новый слуга» следует придать смысл «мой слуга».

Разве это не Путь Господина и Слуги?

Ли Бо сказал:

«Небо и земля – путевой приют десяти тысяч вещей. Быстротечное время – вечный странник. Жизнь мимолетна. Она подобна сновидению²⁶. Как долго продлится наше счастье? Древние зажигали лампы и развлекались в ночное время. В этом они были правы».

Слово вещи здесь подразумевает не только неживые объекты. Считается, что человек также является вещью²⁷. Пространство между небом и землей – это приют на пути туда и обратно, как для людей, как и для неживых объектов. В конце ни люди, ни объекты не остаются неизменными. Прохождение времени подобно бесконечному движению путника, а медленный круговорот весны, лета, осени и зимы продолжается без изменений на протяжении сотен поколений.

Тело подобно сновидению. Когда мы это видим и пробуждаемся, после нас не остается даже следа. Как долго нам еще суждено спать?

Древние видели смысл в том, чтобы зажигать ночью лампы и продолжать развлечения в темное время суток.

В этом человек может совершить ошибку. Развлечения должны иметь предел, и если они его имеют, в них нет ничего плохого. Тот, кто не соблюдает меры, сойдет с ума. Если человек не будет развлекаться свыше дозволенного, он не совершит ошибки. То, что мы называем пределом, – это рамки, которые существуют для всего. Подобно ровным участкам бамбуковой палки, развлечения должны иметь начало и конец. Выходить за пределы разумного нехорошо.

Дворцовая знать развлекается во дворце, самураи имеют свои самурайские развлечения, а священники имеют развлечения для священников. У каждого сословия должны быть свои развлечения.

Следует сказать также, что пристрастие к развлечениям других сословий означает выход за рамки ограничений. У дворцовой знати есть китайская и японская поэзия, а также духовые и струнные инструменты. Эти люди могут читать стихи и наслаждаться музыкой всю ночь напролет, и в этом не будет ничего плохого. Вполне понятно также, что самураи и священники также имеют приличествующие им развлечения. 

Строго говоря, для священников не должно быть развлечений вообще. Говорят также: «По закону не просунешь даже иглу, а частным порядком пройдет конный экипаж»²⁸. Это означает, что, принимая во внимание человеческие слабости и упадочное состояние мира, нам следует допустить, что священники также будут иметь развлечения. Встречаясь в ночной тиши, они также могут сочинять китайскую и японскую поэзию. Даже цепочки стихов вполне приличествуют их общественному положению. Однако им не подобает проявлять чувства при лунном свете и цветущих вишнях, а также с чашами сакэ в руках собираться вместе с молодыми в саду для любования полной луной. Но вот иметь небольшой камень для растирания твердых чернил и бумагу для каллиграфии не будет для священников плохим тоном.

Но даже это, не говоря уже о многих других, заведомо менее достойных времяпрепровождениях, не к лицу тому священнику, который претендует на религиозный дух.

Не будет ничего удивительного, если и знать, и самураи, постигнув мимолетность этого мира, зажгут ночью лампы и будут развлекаться до самой зари.

Есть люди, от которых можно услышать: «Все подобно сновидению! Нам остается лишь играть!» Они без нужды изнуряют свои ум и тело, окунаются в удовольствия и стремятся к великой роскоши. И хотя они иногда тоже цитируют слова древних, их дух столь же далек от духа древних, как снег от сажи.

Встретив Хотто Кокуси, основателя храма Кококудзи в деревне Юра, что в провинции Кий, Иппэн Сенин²⁹ сказал ему: – Я сочинил стихотворение. -Позволь мне услышать его,-сказал Кокуси. Сенин прочел:

Когда я воспеваю,

Ни Будды, ни меня

Не существует.

Есть только голос:

Наму Амида Буиу³⁰. 

– Не кажется ли тебе, что в последних двух строках что-то не так?-спросил Кокуси.

После этой встречи Сенин отправился в уединение в местность Кумано и медитировал там в течение двадцати одного дня. Затем он вернулся в деревню Юра и сказал Кокуси:

– Послушайте, как я теперь читаю это стихотворение.

Когда я воспеваю,

Ни Будды, ни меня

Не существует.

Наму Амида Буиу,

Наму Амида Буиу.

В ответ Кокуси удовлетворенно кивнул и сказал:

– Правильно! Теперь ты постиг!

Эту историю можно встретить в хрониках Когаку Ошо³¹. Мыдолжны задуматься над ней.

Я буду говорить о десяти существенных качествах³². Это: форма, природа, воплощение, сила, функция, скрытая причина, внешняя причина, скрытое следствие, явное следствие и полная неразделимость всего. Десять миров – это ад, голод, животные, гнев, люди, небеса, учение, постижение, бодхисаттвы, будды³³. Таковы десять существенных качеств и десять миров. Обычно считается, что каждый мир от первого до последнего обладает десятью существенными качествами.

Как правило, рожденная вещь не может существовать без формы, поэтому мы говорим о существенном качестве формы. Хотя форма может меняться великое множество раз, как форма она одна и та же. Переходя от формы к форме, видим, что даже ее звучание меняется: кукушка поет песню кукушки, соловей поет песню соловья.

Меняет ли кто-нибудь из них песню для того, чтобы выразить свою форму? Нет, кукушки в горах и соловьи в долинах поют свои собственные песни. Звук не меняется, когда мы переходим от формы к форме. Просто песня позволяет лучше понять то существо, к которому она относится. Речь человека – такая же песня. Ее слышит и оценивает наша праведность. 

Если нечто имеет форму, оно также обладает природой. Хотя природа Будды во всем одна и та же, форма возникает из Пустоты в связи с каждым существом и поэтому меняется от одного существа к другому.

Все живые существа обладают природой Будды, и это верно даже в отношении тех, которые пребывают в аду, в мире голода ил и в царстве животных.

Вот как это объясняется в сутрах. Если помост, на котором находится лампа, окружить зеркалами, лампа отразится в каждом из них. В действительности лампа одна, но увидеть ее можно в каждом зеркале. Подобно этому природа Будды, оставаясь одной, отражается в живых существах десяти миров, даже в животных и голодных духах. Притчу о зеркале и лампе можно встретить в Кэгон-ке³⁴.

Воплощение означает воплощение Закона. Во всех десяти тысячах вещей есть как воплощение, так и действие. Форма рождается из воплощения и в конце, обойдя полный круг, исчезает. Само же воплощение длится вечно.

Давайте скажем, что снег и лед – это действие, а вода – воплощение. Когда вода замерзает, она становится льдом, но затем снова тает и превращается в воду, как вначале. Считайте, что вода есть воплощение. Так можно проиллюстрировать воплощение.

Из воплощения Закона рождается, а затем исчезает десять тысяч форм.

Обычный человек не видит дальше формы. Он не может постичь воплощение. Когда нечто возникает, он говорит, что оно возникло. Но просветленный видит, что вещи пребывают даже тогда, когда они возвращаются к воплощению и больше недоступны видению глазами.

Снег на вершинах,

Лед в недрах гор

Тают и начинают звучать

У подножья: Весенние ручьи.

Так сказано о воплощении. 

Если вещь обладает формой, природой и воплощением, она должна также обладать силой. Сила – это способность действовать эффективно; это источник движения за пеленой феноменов. Обо всех вещах можно сказать, что именно сила действует и движется в них.

Постоянство вечнозеленой сосны среди роскошной зелени горного леса воспето во многих песнях. Объясняется это тем, что сосна не меняет цвета ни в морозы, ни дождливой осенью. Она остается неизменной даже в самое холодное время года. Поэтому о сосне слагают песни, видя в ней проявление существенного качества силы.

Благодаря силе функции вещей согласованы. Если человек настойчиво занимается, изучая один китайский иероглиф сегодня, другой завтра, он сможет многого достичь. Смысл функции можно понять с помощью высказывания: «Дорога длиною в тысячу миль начинается с одного шага».

Если форма, природа, воплощение, сила и функция постигнуты, что бы человек ни делал, он сделает его так, как задумал. Такова скрытая причина. Если же что-то не сделано, в этом вина самого человека, поскольку по большому счету для него нет невозможного. Без скрытой причины и внешней причины человек едва ли когда-нибудь приблизится к Буддовости³⁵.

Китайский иероглиф, обозначающий скрытую причину, обладает также смыслом «зависеть». Это значит, что «зависимость» от чего-то одного позволяет получить многое другое.

Считается, что высадка семян в почву ранней весной -это скрытая причина. Но даже если они были посажены правильно, если не будет дождя или росы, из посаженных семян ничто не вырастет. Взаимодействие дождя и росы называется внешней причиной. Итак, при наличии дождя и росы растение будет расти и осенью даст плоды. Таково скрытое следствие.

Когда сердце преисполнено

И не знает покоя,

Все мои надежды пребывают

За тысячей покровов

Из веток жимолости³⁶.

Смысл этого стихотворения в том, что появление веток жимолости – скрытая причина женитьбы. Более того, считается, что помолвка – это внешняя причина. И наконец, то, что двое становятся мужем и женой, живут в изобилии и рождают на свет детей, дает нам пример скрытого следствия.

Подобно этому, если тот, кто желает стать Буддой, не действует в соответствии со скрытой причиной, он не достигнет Буддовости. Сделайте дисциплину своей скрытой причиной, и вскоре вы получите скрытое следствие.

Слово следствие имеет также смысл «плод». В зависимости от того, какую скрытую причину вы посадили весной, осенью вы получите плоды. То же можно сказать о Буддовости.Внешняя причина видна в следующих строках:

Парусная лодка

Уже наверное

Обогнула мыс Вала,

Подгоняемая Горными ветрами Муко.

Лодка – это скрытая причина. Ветер – это внешняя причина. Прибытие на другой берег – это скрытое следствие. Без лодки невозможно попасть на другой берег. И даже если есть лодка, переправа через реку невозможна без внешней причины, ветра. Такова, говорят, гармония скрытой причины и внешней причины. Горные ветры Муко следует считать внешней причиной. Человек не может стать Буддой без внешней причины, дисциплины.

Я посадил эти деревья

И вижу, как их плоды

Наливаются соком,

Ветви груш гнутся до земли У залива Ики.

Это скрытое следствие. 

Достижение Буддовости подобно посадке фруктовых деревьев, а затем наблюдению за тем, как они растут.

У залива Ики

Ветви гнутся до земли

От груш – спелых и неспелых;

Разве это не реально

Даже во сне?

Так звучит исходное стихотворение. Залив Ики находится в Исэ.

А вот пример явного следствия:

Подожди и увидишь!

Столь жестокая ко мне,

Когда ты полюбишь сама,

Ты будешь знать,

Что я сейчас чувствую.

Смысл этого любовного стихотворения можно пересказать так: «Хотя ты обращаешься со мной так жестоко, ты наверняка можешь полюбить сама. Вот тогда ты узнаешь, что такое любовь. Это будет моим возмездием».

Если вы поступаете хорошо в этой жизни, наградой вам будет хорошая следующая жизнь. Если вы творите зло, расплатой за это будет зло. Это явное следствие. Если скрытая причина – добро, скрытое следствие – добро. Если скрытая причина – зло, скрытое следствие – также зло. Это напоминает эхо, отвечающее голосу, или тень, сопровождающую предмет.

То, что человек выбирает скрытую причину в одной жизни, а получает награду в следующей, вполне естественно. Но бывают случаи, когда скрытая причина в настоящем сопровождается явным следствием в настоящем, когда скрытая причина в прошлом сопровождается явным следствием в настоящем или когда скрытая причина в настоящем сопровождается явным следствием в будущем. Следствие переходит из мира в мир вслед за причиной. Оно наступает рано или поздно; его нельзя избежать.

Иногда скрытая причина и скрытое следствие проявляются одновременно. В качестве скрытой причины мы можем рассмотреть цветок, а в качестве явного следствия – его плод. У дыни цветок и плод могут присутствовать одновременно. У риса плод, точнее, зерно, начинает развиваться, когда верхняя часть колоса все еще продолжает цвести. Мы можем привести другие похожие примеры.

Полная нераздельность. От существенного качества формы до существенного качества явного следствия, от начала и до самого конца все нераздельно. Движение от корня к ветви проходит через десять точек. Крайность – это достижение какого-то одного конца. Таковы десять миров. Все живые существа, даже маленькие черви, обладают десятью существенными качествами. Даже неодушевленные существа обладают ими.

Давайте рассмотрим в качестве примера плоды каштана и хурмы. Если мы скажем, что этим растениям свойственны радость и печаль, то может показаться, что мы судим о них с человеческой точки зрения. И все же эти растения естественно наделены некоторыми эмоциями.

Страдание у травы и деревьев не отличается от страдания у людей. Когда их поливают, когда за ними ухаживают, они растут и выглядят счастливыми. Когда они, срубленные, лежат на земле, вид вянущих листьев ничем не отличается от выражения лица покойника.

Радость и печаль растений неведомы людям. Когда травы и деревья взирают на людей, они в чем-то похожи на них – возможно, деревья и травы думают, что у людей тоже нет радости и печали. Создается впечатление, что мы не знаем жизни трав и деревьев, и они не знают нашей жизни. Об этом говорится в книгах конфуцианцев.

Когда с северной стороны от растений находится забор или крытая глиняная стена, они тянутся к югу. Когда наблюдаешь за ними, становится понятно, что хотя у растений нет глаз, они знают, что для них вредно.

Лилия, которая спит ночью и раскрывается днем, дает еще один хороший пример. Однако не только лилия, но и все деревья и травы обладают этой природой.

Проходя мимо, мы не замечаем этого лишь потому, что мы невнимательны. Тех, кто знают все о деревьях и травах, можно назвать мудрецами. Мы не понимаем многого, потому что наш ум груб и невоспитан.

Мы судим о том, является ли существо живым или нет, весьма условно. Возможно, все до единой вещи во вселенной живые. Ведь неправильно было бы считать мертвым все то, что,как нам кажется,лишено признаков жизни?

Говорят, что когда курице холодно, она взлетает на дерево, а когда утке холодно, она окунается в воду. Правильно ли было бы считать, что когда утка плавает в воде, она не ощущает холода? И правильно ли было бы считать, что когда курица взлетает на дерево, она не ощущает холода?

Вода холодна, и в этом, говорят, ее природа. Огонь горяч, и в этом люди также видят его природу. С точки зрения огня, вода лишена подлинной природы; с точки зрения воды, огонь лишен подлинной природы. Хотя об этом можно думать таким образом, фактически и вода, и огонь обладают своей подлинной природой. Мы не можем сказать, что что-то лишено подлинной природы.

Если мы пристально наблюдаем за вещами, мы не можем сказать, что в поднебесной есть две различные вещи. Если же мы видим различия, это происходит вследствие узости нашего видения.

Так, я не могу видеть гору Фудзи, если ее заслоняет толстое дерево со многими ветвями и листьями. Но как огромную гору Фудзи может заслонить одно-единственное дерево? Я не могу видеть гору Фудзи в силу узости моего видения, а также потому что дерево стоит в поле зрения. Мы продолжаем думать, что дерево заслонило гору Фудзи, хотя на самом деле виной тому узость нашего видения.

Не понимая сути вещей, люди подчас делают умные лица и критикуют понимающих. И хотя может показаться, что они насмехаются над другими, в действительности они насмехаются над собой. Об этом знают по крайней мере те, кто подлинно понимает.

Внимательно присмотритесь к миру, какой он есть. Земля -это мать, небо – это отец. Если мы высадим в землю семена каштана и хурмы, вскоре они пустят побеги, которые дадут обычные плоды каштана и хурмы. Такими их рождает отец и мать. Если плоды каштана и хурмы всегда остаются одними и теми же, мы можем сказать, что такими они приходят из другого места.

То же самое верно и в отношении человека. Земля – его мать, небо – его отец, а то, что становится их ребенком, приходит извне и поселяется в мире.

Не следует считать, что так называемое мета-существование вещей отличается от их настоящего существования. По этой причине настоящее существование также называется «сущностью».

Когда настоящее существование заканчивается, начинается мета-существование. Затем течение мета-существования изменяется и начинается послесуществование, или перевоплощение. В каждом из этих случаев ум, присутствующий в теле, не подвержен изменениям.

Хотя даже в мета-существовании есть тело, оно такое тусклое, что человеческие глаза не могут его разглядеть. И все же, в некоторых случаях даже привязанные к миру могут увидеть это тело. Поскольку такие события считаются необычными, люди не доверяют им, считая, что видят духов лисиц или енотов, или же объясняют переживания как иллюзорные видения мертвых.

В действительности может иметь место каждая из описанных ситуаций. Помня об этом, мы не должны видеть во всех случаях проявление чего-то одного. Подлинные вещи также существуют в этом мире. Такие вещи не обязательно являются выдумками людей. О них повествует тот, кто живет в мире Пути и сам является человеком Пути. Если мы не прибегаем к мудрости людей, писавших об этом, мы должны быть готовы к тому, что у нас возникнут сомнения.

Хотя во время сновидения мы не видим и не слышим глазами и ушами, которые даны нам от рождения, мы все же встречаем во сне людей, общаемся с ними, слышим речи других, видим цвета и даже имеем любовные приключения. Мы встречаемся с вещами, которые окружают нас каждый день, и просыпаемся за мгновение до осуществления наших желаний.

Лишь проснувшись, мы понимаем, что это был сон. Во сне мы никогда не думаем: «Этосон» или: «Это не реально». 

Во сне тело продолжает жить, но оно неподвижно, и не может путешествовать туда, куда пожелает. Но силой мысли оно может привлекать к себе другие миры и посещать их.

Когда человек подлинно умирает и оставляет свое тело, он отправляется куда пожелает, подобно кошке, которую спустили с привязи. Хотя мысли человека после смерти ничем не отличаются от его мыслей во сне, теперь он может свободно перемещаться по своему желанию.

Среди кромешной тьмы, когда врата чувств и окна переживаний плотно закрыты, человек вступает в царство свободы. Так происходит потому,что у человека после смерти нет формы.

Хотя у человека во сне есть форма, это не физическая форма. Она скорее напоминает отражение лампы или луны в воде. Для нее тоже нет препятствий.

Поскольку тело выступает как препятствие, человек не может войти во внутреннее святилище. Однако ум может общаться с тем, что пребывает внутри, подобно тому как мысли проникают через Серебряную Гору или Железную Стену³⁷. Обычные люди едва ли смогут постичь эту тайну.

Будды и патриархи постигли это, но обычные люди очень далеки от постижения. Поэтому они подвержены многим заблуждениям, и таким образом глупость прибавляется к глупости.

Есть много вещей, которых я не знаю, и поскольку я их не знаю, я просто утверждаю, что их не существует. Предположим, что я знаю семь вещей из каждой сотни. Если, высказываясь об остальных вещах, я скажу, что их вообще не существует, тогда девяносто три вещи бесследно исчезнут. Если же я буду знать пятнадцать вещей, тогда из числа тех, которых не существовало, восемь снова возникнут. Для человека, который знает двадцать или тридцать вещей, число несуществующих вещей будет равно восьмидесяти или семидесяти. Если же человек из ста вещей знает шестьдесят или семьдесят, лишь тридцать или сорок вещей не будут существовать. Но если человек при этом считает, что знает все, что можно знать, причиной тому-его неведение.

Если осведомленность человека растет, и он проясняет для себя вещи одну за другой, это значит, что он умеет их познавать. Если есть нечто, чего он не знает, он никогда не скажет, что этого нечто не существует, но если он продолжает говорить так, он действительно чего-то не знает.

Даже очень глупый человек, если он обладает верой, может достичь понимания. С другой стороны, разве не говорят: «Неумелое владение боевым искусством приведет к большим неприятностям?»

Я знаю, что пять корней³⁸ не могут проникнуть в мета-существование. Проникая туда, пять корней настоящего существования преображаются в шестой орган восприятия, сознание. Пять корней не имеют формы, но продолжают функционировать.

Сознание как шестой аспект восприятия также не имеет формы³⁹. Но поскольку оно наделено способностью видеть и слышать во сне, когда физические глаза и уши не воспринимают, возникает иная форма, и имеет место иное видение и слышание. Мы называем это видение и слышание сознанием, потому что функция тела во сне сохраняется, хотя оно не имеет формы.

Если форма не существует, и мы об этом ничего не знаем, лучше просто говорить о «видении» и «слышании». Видение и слышание при этом преображаются в сознание и достигают второго уровня. Форма пяти корней в этом случае отсутствует, а их функцию выполняет сознание.

Хотя в мета-существовании нет пяти корней, восприятие пятью органами чувств не отличается от восприятия в настоящем существовании. Человек просто не видит этого извне. Ему кажется, что это обычный внешний мир. Более того, даже если существование тела не отрицается, оно столь тускло, что его трудно разглядеть.

Когда птица летит в небе, чем дальше она улетает, тем менее отчетливой она становится. В конце концов мы полагаем, что она исчезла. Хотя в действительности мы лишь утратили из виду форму птицы, это не означает, что она исчезла насовсем, и ее больше не существует. Мы просто не видим ее, потому что она отлетела дал еко от нас и стала едва заметной.

Мы не видим человека в мета-существовании, потому что его форма очень тускла и се трудно заметить. Человек в этом  состоянии может видеть нас так, словно он продолжает жить, но люди не догадываются об этом.

Когда те, кто совершил серьезные прегрешения, выходят в мета-существование, их форма по-прежнему видна. Люди замечают их и называют духами или призраками. И то, и другое существует. Если люди сильно привязаны к этому миру, их форма становится заметной.

Это напоминает изготовление лекарства из многих целебных трав. Если составляющие слабы, лекарство также будет слабым. Если травы сильные, лекарство будет сильным. По лекарству можно будет определить, какие травы в него входят. Слабое лекарство будет напоминать воду. Если оно подобно воде, люди не будут знать, что это лекарство, а будут видеть в нем простую воду.

В мета-существовании форма человека, отягощенного привязанностями, вполне заметна. Но если форма человека незаметна, словно воздух, мы не замечаем его. Мы не видим его, но он нас видит.

Поскольку я обладаю формой, меня можно видеть. Поскольку их форма прозрачна, я не могу их видеть. В Мин-и Цзи в качестве примера приводится зерно ячменя⁴⁰.

«Даже одно зернышко ячменя может дать побеги, но если рядом не окажется воды и земли, то хотя оно и обладает всем, что нужно для того, чтобы стать зрелым растением, оно никогда им не станет».

Когда сознание человека и объективный мир объединяются, рождаются мысли, которые, в свою очередь, рождают другие мысли. Из этих мыслей возникает и развивается физическая форма. Тело не является чем-то чуждым для нас, свалившимся с небес.

Начиная с единственной мысли, не имеющей начала, возникло все многообразие вещей. Если вы ищете начало вещей, вы не можете его найти, потому что исходная мысль появилась ниоткуда. Беспричинное рождение бесконечного многообразия вещей следует считать великой тайной.

Ваша духовная ориентация в ходе изучения стратегии должна быть такой же, как и в повседневной жизни. Как в бою, так и в обычной жизни, вы должны быть спокойны, но в то же время исполнены решимости. В каждой ситуации действуйте без напряжения, но и не опрометчиво. Ваш дух должен быть уравновешенным и беспристрастным. Даже когда ваш дух пребывает в покое, не позволяйте своему телу расслабляться, а когда ваше тело расслабляется, не позволяйте духу терять бдительность. Не позволяйте духу попадать под влияние тела, а телу – под влияние духа. Не позволяйте себе падать духом, но и не будьте слишком воодушевлены. Возбужденный дух слаб. Поверженный дух тоже слаб. Не позволяйте врагу видеть ваш дух.

Малые люди должны хорошо знать дух больших людей, а большие люди должны знать дух малых людей. К каким бы людям вы ни относились, не позволяйте своему телу вводить вас в заблуждение. Когда ваш дух открыт и не стеснен, смотрите на вещи возвышенно. Вам следует развивать в себе решительность и мудрость. Приобретайте опыт, учитесь судить о справедливости в делах людей, различайте добро и зло, изучайте Пути различных искусств. Если никто не может вас обмануть, значит, вы постигли мудрость стратегии.

Мудрость стратегии отличается от других вещей. На поле битвы, даже если вас потеснили, вы должны оставаться верными принципу стратегии и действовать настойчиво.

Смотри в корень!

Хонда Кодзукэ-но Сукэ был одним из представителей кабинета под руководством сёгуна и известным ученым своего времени. Но при этом Кодзукэ был злобным, и ходили слухи о его безнравственном поведении. Не обошлось без его плохого влияния и тогда, когда Осё приговорили к ссылке. После этого Кодзукэ показалось, что Осё затаил на него злобу.

Однажды Кодзукэ неожиданно встретил Осё в замке Эдодзё. Осё знал, что тот использует свое положение в корыстных целях, и решил его проучить.

– Кодзукэ! Кодзукэ! – позвал Осё, не используя вежливого обращения, которое полагается говорить при обращении к представителям кабинета. Кодзукэ был оскорблен, но не подал виду.

– Слушаю, дзэнский мастер. Чем могу быть полезен?

– Говорят, вы любите китайский стиль. Это правда?

– Я не просто люблю его. Я восхищаюсь им.

– Почему вы восхищаетесь им?

Кодзукэ решил, что это праздный вопрос, и ответил:

– В Китае жило много выдающихся и легендарных личностей, поэтому я восхищаюсь Китаем.

– Вы можете привести примеры? – спросил Осё.

– Пожалуйста. Взять, например, генерала Гань-у. Его меч называли Голубым Драконом. Он весил пятьдесят килограммов и одним своим видом обращал противника в бегство. Я не думаю, что люди, подобные генералу Гань-у, когда-либо жили в Японии.

– Насколько я знаю, Кодзукэ, этот генерал был не так велик, как вам кажется, – возразил Осё.

– Почему вы так думаете? О генерале Гань-у говорят, что он был ростом два метра, – ответил Кодзукэ, полагая, что Осё глуп,как ребенок.

Осё громко засмеялся и сказал:

– То, что генерал был высок ростом, еще не означает, что он был героем. В нашей стране также встречаются высокие люди, например, Яматокэру-но Микото⁸. В шестнадцать лет он был ростом три метра. Он мог поднять над головой чайник на трех ножках⁹. Яматокэру был подобен Одзоки¹⁰. По сравнению с ним Гань-у выглядел как начинающий борец. Пятидесятикилограммовым мечом в нашей стране никого не удивишь. Синодзука¹¹, слуга господина Нитта Ёсисада, орудовал железным ломом длиной два с половиной метра, словно соломинкой, вытаскивал из воды тяжелый якорь, словно фитиль от лампы, и ломал мачту, словно бамбуковую палку. Гань-у подле Синодзука – все равно что мышь рядом с тигром.

– Но, дзэнский мастер, я слышал, что когда Гань-у брал крепость Хань-жо, он был ранен в локоть ядовитой стрелой, – не сдавался Кодзукэ-но Сукэ. – После этого, чтобы вылечить рану, он пил сакэ и играл в го. Можете ли вы привести мне пример чего-либо подобного в нашей стране?

Осё посмотрел прямо в глаза Кодзукэ-но Сукэ и спросил:

– Кодзукэ, вы близоруки?

– Нет! – обижено ответил Кодзукэ.

– В таком случае, вы могли бы прочесть в японских книгах о Камакура Гэнгоро Кагэмаса¹², которому стрела попала в глаз. Он сам вытянул ее, но при этом наконечник стрелы остался у него в голове. Тогда он позволил Миура Тамэмунэ извлечь его оттуда, но даже для него это оказалось нелегко, хотя Тамэмунэ был известен как человек великой физической силы. Тогда Тамэмунэ попытался вытянуть наконечник, поставив ногу на лоб Кагэмаса. При этом Кагэмаса, превозмогая боль, нашел в себе силы упрекнуть Тамэмунэ в том, что тот поступает неучтиво. В Японии даже трехлетний ребенок знает об этом. Как вы могли забыть об этом? Гань-у играл в го и пил сакэ, чтобы отвлечь свое внимание от боли. Он не был подлинным героем. Кагэмаса был сильнее его, разве не так?

– Но, дзэнский мастер, о Гань-у говорят, что он любовно отращивал бороду и носил ее на шее в специальной сумочке из парчи. Разве это не пример изысканного вкуса?

– И все же вы близоруки, Кодзукэ. Соги Хоси¹³ покрывал себе волосы душистыми снадобьями. В этом по изысканности он превзошел Гань-у. И хотя Гань-у презирал своих врагов, словно мышей, он попал в плен, словно в мышеловку, и был обезглавлен. Разве это не смешно?

Кодзукэ-но Сукэ не мог превзойти Осё в осведомленности.

– Если вы больше всего уважаете все китайское, – продолжал Осё, – вам бы следовало получать жалованье по китайским нормам. Одна монета в Китае времен династии Хань была в десять раз дешевле, чем подобная ей монета в нашей стране. Поистине достойно сожаления, что за ваши китайские убеждения вам платят японскими монетами. Что вы об этом думаете?

Для Осе титул представителя кабинета не значил ничего. Он победил Кодзукэ своими аргументами. Кодзукэ нечего было сказать, и он ушел с позором.

Люди спрашивают меня, что лучше всего на свете. Я отвечаю: блаженство. В буддизме его называют также блаженством ума, достигшего умиротворения и освободившегося от кармы.

Что можно сказать о срединном пути? Лучше всего соблюдать умеренность. Так, например, нет ничего приятнее, чем лежать в постели, но если вас заставить пролежать в постели с утра до вечера, это может обернуться для вас страданием. Вам захочется подняться и приступить к обыденным делам. Приверженность чему-то одному причиняет страдания. Так, если вы с утра до вечера едите только сладкое, через несколько дней оно будет казаться вам горьким. Если вы долгое время сидели, вам захочется встать и пройтись, но если вы долгое время идете, у вас могут заболеть ноги. То, в чем вы соблюдаете умеренность, приносит удовольствие. Испытывая голод, вам хочется что-нибудь съесть, но когда вы наелись, пища вам больше не нужна.

Соблюдая умеренность, вы приближаетесь к блаженству. То же самое можно сказать обо всем, что приятно для глаз. Знание меры – вот залог подлинного удовлетворения. Знающий меру довольствуется немногим. Тот, кто не знает меры, страдает от излишеств. Не зная меры, человек страдает в течение всей жизни. Тот, кто знает меру и не имеет желаний, будет счастливым даже в бедности. Все боятся бедности, но если человек наслаждается бедностью, откуда у него возьмется страх передней?

Знать меру означает быть в заоблачной стране. Это утонченное удовольствие невозможно описать словами.