В этой книжке собраны испанские и португальские народные сказки. Что такое сказки? Кто их сочиняет и собирает? Почему они называются народными? Чем отличаются сказки Испании и Португалии от русских сказок, индийских или турецких? Обо всём этом нам хочется рассказать прежде, чем вы начнёте читать эту книгу.

Сказку любят все – не только малыши, но и школьники. Сказку любят и взрослые. Нет такого человека, который за всю свою жизнь не слышал или не прочёл ни одной сказки. Если бы такой человек нашёлся, мы бы сказали, что бедняге очень не повезло, не повезло потому, что он ровным счётом ничего не знает о ловких и смелых героях сказок, об их необыкновенных похождениях. Ведь в сказках рассказывается о таких приключениях, которые не с каждым могут случиться, а если случаются, то очень и очень редко.

Некоторые люди говорят, что хотя сказки и интересно читать, но в них всё неправда. Они рассуждают так: раз никто не видал волшебников, не слыхал, чтобы птицы, рыбы, лисицы, лошади и кузнечики разговаривали, – значит, всё это выдумки. Действительно, в сказках всё выдумано. Иначе это был бы просто рассказ, а совсем не сказка!

В волшебных сказках чаще всего рассказывается о том, как кто-нибудь попадает в беду. Но, попав в беду, не сидит сложа руки, а старается всеми способами, волшебными и неволшебными, одолеть её. Вот и судите сами, разве не правда, что со взрослыми и даже с детьми может приключиться несчастье? Разве не правда, что люди борются со злом, хотят избавить себя и своих детей, своих родителей и друзей от беды и горя? И если они смелы, если не боятся вступить в бой с врагом – каким бы он ни был сильным, коварным и страшным, – они его побеждают! А как побеждают, об этом мы не станем рассказывать, иначе не интересно будет читать.

В неволшебных сказках, или сказках бытовых, обычно рассказывается о том, как люди честные и правдивые борются с обманщиками, бедняки с богачами, а добрые побеждают злых. Читая такие сказки, вы сразу же заметите, что бедные, правдивые и честные герои – это любимцы сказочника, и узнаете, что быть добрым – дело совсем не такое простое и чтобы совершить добрый поступок, нужны и смелость, и мужество, и отвага.

Найдёте вы в этой книжке и сказки про животных: про хитрых лисиц, злых волков, доверчивых козлят, про чудо-медведей и про умную Птицу-Правду. И хотя в этих сказках главную роль играют животные, они всё-таки чем-то напоминают нам людей. Среди сказочных зверей, птиц, даже насекомых мы встретим и хитрецов, и правдолюбцев, трусов и смельчаков, трудолюбивых зверей и зверей-лежебок, приверед-сладкоежек и скромных зверят. И некоторые из них очень даже похожи на ваших знакомых. Не правда ли?

Сказки начали складывать давно – в седой древности, когда книг ещё не было. В те далекие времена люди не могли ещё правильно объяснить, почему сверкает молния и гремит гром, почему случаются наводнения или засуха, почему болеет и гибнет скот, и во всём этом обвиняли злых духов, колдунов и волшебников, злых великанов и огненных змеев. Вот сказка-то и рассказывает нам о далёком прошлом, из неё и узнаём мы, во что люди верили, чего боялись, как трудились, где жили, что ели, как одевались и многое другое.

Трудно определить, кто именно сочинил ту или другую сказку, не менее трудно сказать, когда именно она появилась и пошла гулять по свету. Можно утверждать только, что родилась она в народе, рассказывалась по памяти и передавалась из уст в уста, переходила от одного поколения к другому, от старших к младшим. Поэтому такая сказка и называется народной.

Конечно, бывают и другие сказки, сочинители которых всем известны. Вы хорошо знаете их имена: это Пушкин, Маршак, Чуковский и другие писатели. Свои сказки они печатали в книжках. А как же попадают в книжки народные сказки? Подобно тому, как геологи ищут нефть, руду, золото и алмазы, есть люди, учёные, которые ищут сказки. Это настоящие охотники за сказками. Есть даже целые институты, которые собирают сказки и изучают их, как изучают, например, родную речь, историю или же географию. Учёные – члены таких институтов и сказочных комиссий Академии наук разъезжают по стране, разыскивают людей, чаще всего стариков, которые знают на память сказки. Среди таких рассказчиков есть настоящие мастера своего дела, и рассказывают они сказки не хуже знаменитых артистов – иногда страшно, иногда весело, с прибаутками, но всегда интересно и красиво. С их слов учёные и записывают сказки: иногда в тетради, иногда на магнитофонную ленту, а потом печатают книжки – сборники сказок.

Испанские и португальские сказки, которые ты найдёшь в этой книге, записаны со слов крестьян ещё в прошлом столетии, но только теперь печатаются для детей на русском языке. Чем же эти сказки отличаются от сказок других народов и в чём схожи с ними? Ведь сказки есть и у русских, и у турок, у американцев, у африканцев. Оказывается, что некоторые турецкие сказки похожи на африканские, а африканские – на шведские или английские. Прочитав в этой книжке испанскую сказку про злого бычка Карланко, вы сразу же вспомните, что и у нас есть похожая сказка про семерых козлят. Только в русской сказке вместо злого быка разбойничает серый волк. Есть и другие похожие сказки, и в этом нет ничего удивительного: ведь испанские козлята так же малы, слабы и доверчивы, как и русские. А поэтому и те и другие легко могут попасть в беду. Откуда же приходит беда и опасность – это уже другое дело. Многие испанские крестьяне даже никогда волков не видали. Вот потому-то в сказках у испанцев мы почти не встречаем волков.

Кроме похожих сказок у каждого народа есть, конечно, и свои собственные, не похожие на сказки других народов. В этом тоже нет ничего удивительного: каждый народ живет по-своему, по-своему трудится и сражается и сказки рассказывает тоже по-своему – про беды свои и удачи, про своих друзей и недругов.

Чтобы лучше понять испанские и португальские сказки, нужно хотя бы немного знать об Испании и Португалии и людях, которые там живут.

Обе эти страны находятся от нас дальше других европейских стран. Они расположены на Пиренейском полуострове. В давние времена весь этот полуостров населяли племена иберов. Поэтому у него есть и другое название – Иберийский полуостров. Португалия совсем маленькая страна. Жителей там не больше, чем в Москве с пригородами, а длина её чуть меньше, чем расстояние от Москвы до Ленинграда. Испания раз в пять больше Португалии, и жителей в ней тоже значительно больше.

Испанцы и португальцы не только народы-соседи, но и народы-родственники. У них много общего и в условиях жизни, и в прежней судьбе, и в нынешнем положении. Одни и те же моря омывают берега этих стран. Некоторые горные цепи и реки начинаются в Испании и кончаются в Португалии. В одной из сказок вы встретите название реки Тежу. Это по-португальски. Та же река течет и в Испании, только называется она здесь уже по-другому – Тахо.

Путешествуя по Пиренейскому полуострову, любознательный человек обязательно поинтересуется и рыбацкими посёлками, где все домики покрыты плоской крышей, и деревушками, которые лепятся по склонам гор, словно ласточкины гнёзда. Некоторые жилища вырыты прямо в горе. Жить в таких квартирах-пещерах неудобно: пол земляной, стены земляные, потолок тоже земляной. Окон нет. Дневной свет проникает только через дверь – вернее говоря, через вход, прорубленный в скале. Когда становится холодно, вход занавешивают рогожей или мешковиной. Перед въездом в маленький городишко по обеим сторонам дороги, километра на два, тянутся ряды тополей. Дома со стороны улицы хотя и сверкают белизной, но кажутся немного скучными, так как окон в них очень мало. Это делается для того, чтобы внутри дома было прохладно. Ведь солнце здесь горячее, и палит оно беспощадно. Улицы в городах узенькие. Это тоже от солнца. Рассказывают, что однажды, когда через один из таких городов проходил полк солдат, то солдаты должны были идти не по четыре в ряд, а гуськом. Барабанщик же пошёл не по улицам, а в обход: с огромным барабаном он не мог бы протиснуться между домами. Так он и шёл один и барабанил… Выедешь из такого городка – и откроется перед глазами сухая каменистая равнина. Кругом ни души, ни кустика. Но вот каменная пустыня кончается. Земля уже не сухая и не серая, а почти красная и жирная. На километры потянулись цветущие рощи: апельсиновые, лимонные, оливковые, миндальные. Значит, где-то близко вода, либо река, либо канал. Воду здесь ценят. От большого канала во все стороны идут ответвления поуже, а на малюсенькие крестьянские участки доходят совсем узкие канавки. Но что такое? По одной канавке обильно течёт мутновато-красная вода, а в других совершенно сухо: это потому, что воду не пускают заслонки. Воду здесь расходуют очень строго: заслонку можно поднять и пустить воду на свой участок только тогда, когда придёт твоя очередь. Кому днём, а кому и поздней ночью или под утро. А пропустишь очередь – останешься и без воды, и без урожая.

Конечно, интересно побывать и в больших городах: в красавце Мадриде – столице Испании, и в Лиссабоне – столице Португалии. Но герои сказок редко заходят в большие города. Мы тоже минуем их и продолжим наш разговор об испанцах и португальцах.

Когда-то у всех народов, населяющих Пиренейский полуостров, был один общий язык. В течение многих столетий все вместе они вели борьбу против захватчиков-иноземцев. Сначала против римских легионов, потом против германских полчищ, а ещё позже – против мавров, вторгшихся на полуостров из Африки. Борьба была долгой, упорной и закончилась изгнанием пришельцев. Государства Испания и Португалия сложились уже после победы над иноземцами. В каждой стране образовался свой язык: в Испании – испанский, в Португалии – португальский. Но и после раздела у этих народов осталось много общего. Испанские крестьяне так же трудолюбивы и бедны, как и португальские. Рабочие Испании – шахтёры, ткачи, рыбаки, металлисты, швейники, каменщики – такие же хорошие мастера и такие же бедняки, как и рабочие Португалии. У трудового люда этих стран одни и те же враги: в прошлом фашистские правители, ныне помещики, капиталисты. Испанский и португальский народы не раз вступали в открытый бой с врагами. Советские люди не только сочувствовали этой справедливой борьбе, но всегда были готовы прийти на помощь рабочим и крестьянам этих стран. Так было сорок лет назад, когда испанский народ сражался с фашистами, защищая республику. Плечом к плечу с испанцами-республиканцами воевали добровольцы из многих стран и вместе с ними советские добровольцы: лётчики, танкисты, моряки. Советские ребята собирали подарки для испанских детей. Советские люди посылали в Испанию продукты питания, одежду, медикаменты, а у себя в стране устроили для испанских детей школы-интернаты, где обучали испанских школьников, растили их и воспитывали.

В те годы враг оказался сильнее. Но фашистское чудовище не запугало испанский народ, который в долгой упорной борьбе одолел его. Покончил с фашизмом и народ Португалии. Они выиграли битву потому, что верили в победу, в торжество правды и добра.

О торжестве правого дела над злом и насилием рассказывают и сказки, собранные в этой книжке. Прочтите их внимательно, прочтите народные песенки, пословицы и загадки. Мы уверены, что они вам понравятся. Они познакомят вас со славными, смелыми и добрыми сказочными героями, среди которых вы найдёте много новых верных друзей. Они познакомят вас и с теми испанцами и португальцами, которые сложили эти сказки и бережно сохранили их в своей памяти. Сохранили – и оставили вам в подарок.

Г. Степанов

***

Что в корзинке? Виноград? Нет! Что в корзинке? Мармелад? Нет! Не мука, не толокно – Сказок в ней полным-полно, Да! С чесноком и луком в связке Из-за гор принёс я сказки Из Толедо, Из Севильи, Из Валенсии, Кастилии, – Ни одной не обронил – Все в корзинку уложил: Длинные, Краткие, Горькие, Сладкие, Выбирайте – что кому! Что останется в корзинке, Пригодится самому.

Так вот, дорогой мой сеньор, – знаешь ли ты, что в Андалусии в горных селениях улицы так узки и дома стоят так близко друг к другу, что жители могут поздороваться за руку, не выходя из дому. Они так узки, что прохожий, встретив осла с поклажей, непременно должен уступить дорогу, а большие корзины, навьюченные на бока животных, задевают даже стены домов. К тому же горцы – народ горячий и терпеть не могут, если скотина плетётся шагом. Куда там – им надобно непременно скакать во всю прыть, а от этого случается немало несчастий.

Вот почему старый алькальд, староста и судья одного из таких селений, издал строгий приказ, повелевавший каждому, кто гонит скотину по улицам, ещё издали кричать: «Посторонись с дороги!» – и кричать так громко, чтобы даже глухой услышал.

Это знал и крестьянин Санчо. Каждый день он гонял своих двух ослов на базар в город и не скупился на палочные удары. Его ослы мчались, как скаковые кони, но зато и Санчо умел кричать громче всех. Он заливался, как соловей, и прохожие, ещё за версту услыхав его громкое: «Постор-р-ронись с дор-р-роги!», успевали заблаговременно свернуть в сторону и укрыться в безопасном месте.

Однажды вечером Санчо возвращался с базара со своими ослами и вдруг увидел на пути двух женщин. Крестьянки в широких юбках и нарядных кружевных накидках-мантильях, наверное, собрались в гости, но, повстречавшись случайно, вступили в беседу, и беседа была очень горячей. Это была уже не беседа, а настоящий спор, потому что крестьянки размахивали руками и изо всех сил старались перекричать друг друга. Тогда Санчо ударил своих ослов палкой и крикнул так громко, как только мог:

– Постор-р-ронись с дор-р-роги!

Но женщинам было уже не до него. Спор зашёл так далеко, что они вцепились друг другу в волосы и не слыхали окриков Санчо.

Погонщик понял, что дело плохо: ещё минута – и случится беда. Тогда закричал он ещё раз и крикнул так громко, что, кажется, его услыхали бы даже в Севилье. Но и это не помогло. Что должно было случиться, то и случилось. Ослы с разбегу налетели на спорщиц, сбили их с ног и втоптали в дорожную пыль их нарядные кружевные мантильи. Конечно, крестьянки тотчас же вскочили. Позабыв вражду, они набросились на ни в чём не повинного Санчо.

– Бессовестный! – закричали обе разом. – Куда ты гонишь своих ослов? Заставит тебя алькальд расплачиваться за наши платья и кружевные мантильи.

Не теряя времени, они пустились к дому старого алькальда. Но Санчо тоже не стал зевать.

«Если они прибегут раньше меня, то я окажусь виноватым. Если же я поспею первым, то смогу ещё оправдаться», – так рассудил Санчо. Он бросил ослов в первом же попавшемся дворе и прямиком, через чужие сады и заборы, помчался к алькальду. Он успел прибежать раньше крестьянок и чистосердечно рассказал судье всё, как было.

Алькальд выслушал крестьянина и, подумав, сказал:

– Помочь тебе не легко, потому что никто не может доказать, что ты действительно предупреждал этих женщин криком, и я могу посоветовать тебе только одно: что бы ни говорили тебе, в чём бы ни обвиняли, – молчи. Если даже я сам стану несправедливо винить тебя – тоже молчи. Даже если я прикажу отвести тебя в тюрьму – не говори ни слова. Я хочу, чтобы эти женщины приняли тебя за глухонемого. В этом одном твоё спасение. Так сказал алькальд. Он вызвал двух стражников-альгвасилов и приказал отвести крестьянина в подвал, где ожидали суда провинившиеся.

Он сделал это как раз вовремя, потому что тотчас же в дом ворвались разгневанные женщины. Они закричали наперебой, что два осла сбили их с ног, порвали платья и потоптали нарядные кружевные накидки. А третий осёл даже не потрудился предупредить их криком: он нарушил приказ алькальда и должен купить им новые мантильи.

Алькальд ударил в ладоши, и альгвасилы ввели печального Санчо.

– Крестьянин Санчо, разве ты не знаешь моего строгого приказа? Почему ты не кричал: «Посторонись с дороги», когда гнал своих ослов через селение? – строго спросил алькальд.

Но Санчо не вымолвил в ответ ни слова – он молчал.

Тогда алькальд рассердился. Он закричал:

– Отвечай же!

Но крестьянин продолжал молчать.

Алькальд пригрозил:

– Если ты будешь насмехаться надо мной, я отправлю тебя в тюрьму!

Но и на эти грозные слова крестьянин ничего не ответил.

Тогда алькальд взял лист бумаги, обмакнул перо в чернильницу, будто бы собираясь писать приговор, но, подумав, отложил бумагу в сторону. Пожав плечами, он сказал жалобщицам:

– Почтенные женщины, мне кажется, что я не могу судить этого человека. Вы видите – он глухонемой и за поступки свои не отвечает.

Такое решение очень не понравилось крестьянкам. Они поняли, что не получат с «глухонемого» ни песеты за свои порванные мантильи, и закричали разом:

– Это он-то глухонемой? Да этот плут просто смеётся над вами, ваша милость! Небось у него хватило глотки, чтобы орать на всю улицу: «Посторонись с дороги! Посторонись с дороги!», и он кричал так громко, что дай бог всякому!

Тогда алькальд рассмеялся и сказал:

– Ступайте-ка по домам, красавицы. Вы поняли, что вы только что мне сказали? Вы показали сами, что Санчо выполнил мой приказ и предупреждал вас криком, да таким, что дай бог всякому! Придётся уж вам самим чинить ваши нарядные кружевные мантильи.

Пристыжённые женщины удалились, а судья приказал альгвасилам отпустить крестьянина.

***

Хитра лиса, да капкан хитрее.

Суп в миске – ещё не в ложке, суп в ложке – ещё не во рту.

От упавшего дерева всяк норовит сук отрубить.

Пошли глупого за водой хоть к морю, он и то без воды вернётся.

Дурак и за деньги ума не купит.

Щенки старого пса не учат.

Крестьянин жил в деревне, а король – в столице, в Мадриде. Деревня была далеко от Мадрида, и, конечно, король ничего не слыхал о крестьянине. Зато крестьянин знал многое про короля.

Он знал, что король живёт в огромном дворце, что ест он самые лучшие кушанья, что подают ему их на золоте, что у него множество слуг и все его боятся – не только слуги, даже министры, разодетые в шёлк и бархат. «И конечно, этот король ростом с великана! – так думал крестьянин. – Не будь он таким высоченным и сильным, почему бы люди стали его бояться!» Одним словом, захотелось крестьянину на короля подивиться, посмотреть на него собственными глазами.

Пришёл к жене и сказал:

– Марианна, не пойти ли мне в столицу короля посмотреть? Что ты на это скажешь?

– Я скажу тебе, что ты последний дурень и не дам денег на дорогу, – рассудительно отвечала жена. – У нас в доме всего три реала, к зиме надо купить и то и другое, а король обойдётся и без тебя!

Вот досада! Видит крестьянин – не легко с женой сговориться. А сам думает: «Как бы не так! Ведь я не молод, а до сих пор короля не видал. Если сейчас не схожу в Мадрид, так и не придётся мне на короля поглядеть!»

Делать нечего – пустился на хитрость. На другой же день снова пришёл к жене, стонет:

– Жёнушка, зуб болит! К цирюльнику надо бежать: пусть вытащит! – И за щёку рукой держится.

Жена знала, что частенько у мужа болят зубы. Поверила, пожалела:

– Так в чём же дело? Ступай!

– Да цирюльник-то в Мадриде живёт!

– В Мадриде?

А муж как повалится на пол, как закричит:

– Ой, не могу терпеть, так больно.

Перепугалась хозяйка:

– Вот тебе три реала. Беги сейчас же, да скорей возвращайся обратно!

Крестьянин схватил деньги – и за дверь.

Идёт по дороге, радуется, песни поёт. Но мы знаем, что от деревни до столицы не близко. Три дня шёл крестьянин, за три дня чуть не все деньги проел: осталось всего-навсего полреала!

Пришёл в Мадрид – на площади давка. Народ шумит, кони скачут – чуть с ног не сбили.

– Что такое?

– Король из церкви выходит!

Протискался крестьянин поближе, видит: идут из дверей придворные, министры, советники, а вот и сам король!

– Эвива! Живи много лет! – закричал народ. А крестьянин даже плюнул с досады:

– Ну и король! Смотреть не на что! И вовсе не великан. Правда, золота на нём навешано много: на груди – золото, на плечах – золото, на шляпе, на рукавах – везде золото, а ростом такой, как все! Эка невидаль! – рассердился крестьянин. – Знал бы – не ломал ноги трое суток.

Есть захотел. Пошёл на рынок.

Сосчитал деньги – все карманы обшарил: полреала, и ни одним мораведи больше! А тут и на самом деле зуб разболелся.

Остановился крестьянин против лавки пирожника, а продавец надрывается – во всё горло расхваливает свой товар:

Глаза у крестьянина разгорелись:

«Вот это пирожки! Никогда таких не едал! На все деньги бы накупил, да нельзя – зуб болит. Не вытащу зуба – не дойти до деревни, а не поем – тоже ног до дому не дотащишь!»

Так он стоял и думал и всё на сдобные пирожки поглядывал, не заметил, как подошли три молодых сеньора. Плащи до пят, шляпы с перьями, одним словом, – знатные господа. Увидали, что стоит человек, во все глаза на еду уставился, решили над ним посмеяться.

– Эй ты, деревня! – закричали ему сеньоры. – Сколько съешь пирожков за один присест?

– Я-то? – отозвался крестьянин, а сам от пирожков глаз не отводит. – Хоть сотню съем!

– Сотню? – удивились сеньоры.

– И ещё попрошу!

Как принялись они хохотать:

– Ни за что тебе не поверим. Не съесть тебе сотни!

– Съем! Почему не съесть?

Завязался спор. Крестьянин твердит: съем да съем! А сеньоры – своё: никогда не съешь! Собрался народ. Хохочут, кричат, одни: «Съест!», другие: «Не съест ни за что!»

Наконец говорят сеньоры:

– Об заклад побейся, что съешь. А мы за все пирожки заплатим.

А какой заклад у крестьянина? Вот тут-то он и смекнул, – говорит сеньорам:

– Ладно! Пусть об заклад! А не съем – что хотите со мной делайте. Хотите – побейте, хотите – да что там: ничего для спора не пожалею. Вот зуб, видите, – и показывает им на свой больной зуб. – Не съем сотни – пусть вырвет мне зуб мадридский цирюльник!

– Ешь, начинай! – расхохотались сеньоры. – Быть тебе, дуралей, без зуба!

Толпа расступилась, смотрят: подошёл к пирожкам крестьянин, один съел не спеша, за другим тянется.

– Один! – считают сеньоры.

А он уже и другой проглотил.

– Второй! – кричит толпа. – Третий! Четвёртый!

А крестьянин времени не теряет – пирожки в рот кладёт.

– Десятый! – кричат сеньоры.

– Десятый! – кричит народ.

– Двадцатый!

– Двадцатый!

А крестьянин всё ест да ест.

– Да что он – бездонный? – смеются в толпе.

– Двадцать пятый! – считают сеньоры.

Но крестьянин уже наелся. Шутка сказать – двадцать пять пирожков с начинкой съел! А пироги-то один другого больше! Съел и рот рукавом вытер.

– Простите, – сказал, – сеньоры, я проиграл! Не могу сотни съесть.

Что тут было!

– Проиграл! – зашумела толпа.

– Проиграл! – обрадовались сеньоры. – Зовите скорей цирюльника!

А цирюльник уже тут как тут со своими щипцами.

Увидев его, крестьянин скроил такую печальную рожу, что сеньоры ещё громче расхохотались.

– Открывай рот! – кричат.

Будто нехотя, открыл рот крестьянин, а цирюльник ухватился за зуб и давай тащить. Цирюльник тащит, крестьянин кричит, а сеньоры смеются. Чем громче кричит, тем веселее смеются. Наконец вытащил зуб цирюльник.

Расплатились сеньоры за пирожки, заплатили и цирюльнику сколько нужно и сказали людям, которые всё ещё толпились вокруг:

– Видали дурня? За какие-то пирожки он расстался с зубом!

А крестьянин в ответ:

– Ну нет, я совсем не дурень. Не остались ли вы в дураках, уважаемые сеньоры?

– Как ты смеешь?!

– Вы платили за пирожки?

– Платили.

– И цирюльнику заплатили?

– Сполна.

– Вот и спасибо. Ведь зуб-то у меня и в самом деле болел! А теперь я сыт и здоров. Избавили вы меня сразу от двух несчастий: от голода и от больного зуба!

Сказал и пошёл своей дорогой.

Надвинули шляпы до самых глаз сеньоры и бегом с площади. А им вслед неслись хохот, свист и насмешки.

Там, где волны разбиваются о крутые скалы, в Галисии, на краю испанской земли, жил в маленьком городе мальчик-подросток. Родных у него не было, кроме старшего брата, но брат уехал далеко – в славный город Кадис, где мачты кораблей, словно лес, поднимаются над лазурным морем, а тёплый ветер раздувает весёлые паруса. Там он таскал с кораблей на берег тяжёлые тюки с пряностями и зарабатывал неплохие деньги, а младший брат остался дома и должен был сам искать себе пропитание. Но недаром он родился в Галисии, – он был находчив и не унывал. Мальчишка стал торговать водой, подслащённой анисом, потому что, кроме воды, у него не было другого товара, и с утра до вечера на улицах города раздавался его звонкий голос:

– и весёлые бедняки и даже знатные кабальеро за стакан прохладной сладкой воды бросали мальчишке медный грошик-сентаво. Но прошли знойные дни, подул с океана холодный ветер, и никто не стал покупать воду у проворного галисийца. Тогда он решил поехать к старшему брату в славный город Кадис – к тёплому лазурному морю. Он пришёл на пристань и обратился к капитану прекрасного корабля с королевским флагом на мачте.

– Сеньор капитан, – сказал мальчик, – отвезите меня в славный город Кадис, где мачты, словно лес, поднимаются над волнами, а тёплый ветер раздувает весёлые паруса.

Капитан сунул руки в карманы своего расшитого золотом камзола и ответил:

– Конечно, я отвезу тебя, если ты заплатишь мне два дублона.

– Но у меня нет ни песеты! – воскликнул мальчик. – Разве ваш корабль недостаточно велик, чтобы отвезти меня подешевле?

Капитан громко расхохотался:

– Не тебе, нищему, плавать под королевским флагом! Пойди поищи себе грязную фелюгу, на которой возят таких, как ты, оборванцев!

Тогда мальчик пошёл к капитану старого баркаса с чёрными продырявленными парусами. Он поклонился и учтиво сказал:

– Сеньор капитан, отвезите меня в славный город Кадис, где мачты, словно лес, поднимаются над волнами, а тёплый ветер раздувает весёлые паруса.

– В Кадис? – капитан вынул изо рта кривую трубку и проворчал: – Отвезу, ладно, если ты заплатишь мне две песеты.

– Но у меня нет ни сентаво! – воскликнул мальчик. – По-моему, ваш корабль достаточно прекрасен, чтобы отвезти меня бесплатно!

– Ступай шутить в другое место! – рассердился капитан.

Мальчик не растерялся и ответил:

– Сеньор, разве хорошая шутка не стоит дороже денег?

– Прекрати свои песни и ступай прочь! – заревел моряк.

– Вы правы, сеньор, – подхватил галисиец, – песня стоит ещё дороже, и я докажу вам это на деле!

– Как же ты это докажешь? – удивился капитан.

– Ах, уважаемый сеньор, – с поклоном ответил мальчишка, – давайте уговоримся: если я спою песню и она вам понравится, вы отвезёте меня в Кадис на вашем великолепном фрегате и не спросите с меня ни сентаво!

– Ладно, – ответил капитан, оскалив зубы, – но помни, что я терпеть не могу песен, и если ты не угодишь мне, я выброшу тебя за борт, как собаку.

Мальчик проворно взбежал на борт судна, и вскоре же корабль вышел в открытое море. Он стал прыгать с волны на волну и раскачиваться с боку на бок, а капитан стал собирать плату со всех, кто плыл на его жалкой посудине. Наконец он подошел к галисийцу.

– Плати! – мрачно сказал моряк, но мальчик не протянул ему монеты, а вместо этого звонко запел, в то время как солёные брызги волн с головы до ног обдавали его и всех, находившихся на борту:

– Сеньор капитан, торговаться не стоит: Ты нас угощаешь солёной водою, А я угощаю всех сладкой водой, – Так разве же мы не в расчёте с тобой?

Услышав такую песню, матросы громко расхохотались, но суровый капитан даже не улыбнулся.

– Плати, оборванец! – закричал он. – Мне не нравится эта песня!

Мальчишка запел ещё веселее, не обращая внимания на волны, которые уже прыгали через борт и заливали ноги и матросам, и путешественникам:

– Напрасна на песню ты сердишься, право, А мне вот купанье твоё не по нраву. За то, чтобы воду морскую глотать, Не стоит и медной монетки отдать!

Но капитан даже не дослушал песни.

– Дерзкий мальчишка! – заревел он. – Плати деньги, или я сдержу своё слово и утоплю тебя в море, как собаку!

Тогда мальчик запел третью песню:

– Грози, сколько хочешь, сеньор забияка: Не стану я в море тонуть, как собака, – Уж лучше я руку в карман опущу – Тебе за дорогу сполна заплачу!

– Вот эта песня мне нравится! – воскликнул капитан и протянул руку за деньгами. Но мальчик отвёл его руку и рассмеялся:

– Ловлю на слове, сеньор капитан! Уговор – это уговор. Вам понравилась моя песня, значит, – мы в расчёте!

Капитан отвернулся и приказал матросам откачивать воду из своего славного фрегата, а через три дня маленький галисиец прибыл в Кадис, на берег лазурного моря, и встретился со своим любимым братом.

Было так: на краю леса, у самой дороги, стояла убогая хижина, сложенная из дикого камня. В этой маленькой хижине жила одинокая женщина. Она была очень стара и очень бедна. И для того чтобы прокормиться, собирала хворост, вязала его в вязанки и продавала людям, которые жили далеко от леса.

Не было у неё ни детей, ни внуков, – не было никого, кто мог бы защитить старушку. А лес-то велик – мало ли что может случиться, мало ли кто придёт среди тёмной ночи! Поэтому уже с вечера, пораньше, запирала она крепко-накрепко и дверь, и окошки.

Однажды ночью разразилась гроза. Старый домишко дрожал от раскатов грома. Проливной дождь барабанил по ветхой кровле. А старушка грелась у очага, прислушиваясь к шуму непогоды.

Вдруг слышит: кто-то стучится в дверь! Женщина вздрогнула: «Кому быть в такую пору?» Тем временем опять постучали, да так сильно, что у старушки затряслись от страха колени. Она подбежала к двери и спросила:

– Кто стучит?

Из-за двери раздался громкий мужской голос:

– Отопри! Я устал, продрог и промок до рубашки!

– Но кто вы такой?

– Хосе! – назвал своё имя путник.

Но старушка была глуховата и за шумом непогоды не могла расслышать, что ответили ей из-за двери. Старушка переспросила:

– Как вас зовут?

Тогда путник, решив, что хотят услышать его полное имя, крикнул как можно громче:

– Хосе Мария Андрес Флорес Фернандес де ла Фронтера!

Конечно, и вы, друзья, удивились бы, услышав такое длинное имя! Но в Испании нередко дают человеку не одно, а три имени, причём даже у мужчины второе имя может быть женским. А знатные господа к трём именам прибавляют ещё две фамилии: фамилию матери и фамилию отца. Путник же был знатным дворянином и к этим двум фамилиям прибавил ещё название своего родового замка. Правда, так называют себя только горожане, старушка же, живя постоянно в лесу, уже давно таких длинных имён не слыхала.

Итак, путник крикнул:

– Хосе! Мария! Андрес! Флорес! Фернандес! Де ла Фронтера!

Услышав сразу столько имён, старуха насмерть перепугалась. А тут ещё грянул гром, и ей показалось, что целый полк ломится в двери её убогой хижины.

Она закричала в ответ:

– Э, нет! Моя хижина слишком мала, чтобы впустить столько народу! У меня только два стула. Посажу Хосе и Марию, а куда же сядет Андрес? Посажу Андреса и Хосе – будет в обиде де ла Фронтера. А Фернандес и Флорес, наверное, драчуны и забияки – затеют в хижине потасовку. Куда я денусь, старуха? А ну, ступайте своей дорогой!

И сколько ни стучал путник, не открыла дверей.

Пришлось знатному дворянину всю ночь плестись под дождём по грязной дороге.

В горах Кастилии в небольшом городке жили три богатых и знатных сеньора. Один был жаден и скуп, другой – справедлив и очень строг, а третий на весь город славился своей добротой. И никто в городе не называл их по имени – у каждого было своё прозвище. Первого прозвали сеньор Скряга, второго- сеньор Справедливость, а третьего – сеньор Доброта. Вот какие это были сеньоры. Как день и ночь, были они непохожи друг на друга!

О Скряге рассказывали: когда портной снимал с него мерку, то Скряга втягивал свой живот и сжимал плечи, чтобы меньше денег платить за сукно.

Сеньор Справедливость, как и следует, был городским судьёй, алькальдом. Он был так справедлив, что однажды приказал стражникам-альгвасилам арестовать самого себя и продержать десять дней в темнице за то только, что на десять минут опоздал на судебное заседание.

Но больше всего в городе любили сеньора Доброту, потому что сердце его было мягче воска, он всегда помогал беднякам и раздавал свои деньги каждому, кто их у него попросит.

И всё-таки, хоть и были эти три сеньора друг на друга ни капельки не похожи, часто сходились они вместе и даже вместе вели дела. Ведь город был невелик, и, кроме них, не было в нём богатых и знатных людей.

– Как идут дела? – спросили однажды у скупого сеньор Справедливость и сеньор Доброта.

– Очень плохо! – простонал Скряга в ответ. – Уже третий год у нас в Кастилии хорошие урожаи, и за три года я не нажил ни одного песо!

– Но это хорошо для крестьян! – возразили сеньор Справедливость и сеньор Доброта. – Когда у крестьян много хлеба, они богаты!

От этих слов алчный Скряга чуть не заплакал:

– В том-то и дело, что крестьяне третий год живут, не зная горя, а в неурожайные годы они все бежали ко мне занимать деньги. Я давал им взаймы, а потом получал втрое больше.

– Но это было несправедливо! Но это же было жестоко! – возмутились сеньор Справедливость и сеньор Доброта.

На эти слова жадный Скряга так рассердился, что покраснел до самых ушей и затрясся от гнева.

Доброта пожалел его и стал успокаивать:

– Или вы забыли народную поговорку: если у Педро заведутся денежки, не останутся в обиде и его друзья. Разве не так бывает у добрых людей? Если при общей бедности вы становились богаче, то неужели нет средства разбогатеть, когда вся Кастилия живёт в достатке?

– В том-то и дело, что есть! – оживился Скряга. – Но для того чтобы разбогатеть ещё больше, мне нужны шестьдесят тысяч золотых реалов, а у меня на руках только двадцать!

– Но что вы станете делать с такими деньгами?

– Давайте торговать вместе! – предложил скупой. – Каждый из вас вложит в дело по двадцати тысяч, и мы закупим весь хлеб в Кастилии, а потом продадим его в Андалусии, где был плохой урожай и где хлеб очень дорог. Поверьте – каждый из нас будет с прибылью. Один выручит больше, другой – меньше, но барыши мы разделим поровну. Через год встретимся в Мадриде, сложим все деньги в кучу, и каждый получит третью часть.

Конечно, Скряга боялся прогадать. Потому-то он и поставил друзьям такое условие. «Если они выручат больше, чем выручу я, всё равно получу не меньше других!» – так думал Скупой и ждал, что же ответят ему компаньоны.

Сеньор Справедливость сказал:

– Я готов вам помочь. Ведь те, у кого нет хлеба, его получат. А это справедливо.

– И мне по душе ваше предложение, – отозвался сеньор Доброта. – По-моему, это доброе дело.

Сговорились. Каждый пошёл в свою сторону и принялся за дело. «Покупать дёшево, продавать дороже – такой всегда бывает торговля», – так думал скупой и ожидал больших барышей.

Прошёл год. Конечно, Скряга раньше всех закончил свои дела: он был опытен в торговых делах и первым явился в Мадрид. Не втрое, в пять раз заработал он на торговле хлебом. У него было уже сто тысяч реалов! «Но сколько же заработали сеньор Справедливость и сеньор Доброта? Наверное, ещё больше!» – волновался скупой и с нетерпением ожидал своих компаньонов.

Он прождал целый месяц, но не дождался и решил сам пойти им навстречу.

В Ла-Манче, в сухой степи, встретил он сеньора Справедливость.

– Какова прибыль? – даже не поздоровавшись, закричал он своему компаньону.

– Как и следует по справедливости, – спокойно ответил тот.

– Но какая же?

– За что купил, за то и продал, – отозвался сеньор Справедливость. – Разве было бы честным наживаться на чужом горе?

Скупой так и ахнул.

– А сеньор Доброта? Вы о нём не слыхали?-закричал он.

– Как же, я встретил его в Деспаньяперрос: он заработал немало денег, а теперь ходит по городам и селениям и раздаёт их направо и налево, он раздаёт их каждому, кто у него ни попросит!

Услышав это, сеньор Скряга вскипел от гнева и стал похож на быка в мадридском цирке, готового броситься на тореро и пронзить его своими рогами. Он ничего не ответил и побежал разыскивать сеньора Доброту.

«Безрассудный! Он раздаст все деньги, а потом потребует, чтобы мы делились с ним поровну!» – думал Скряга.

Он догнал Доброту в горах. Сеньор Доброта шёл над крутым обрывом и напевал весёлую песенку, а на боку у него висел совсем пустой кошель.

«Нет, я не стану делиться деньгами с этим дурнем», – решил скупой. Подкрался к Доброте, схватил его и сбросил в пропасть. После этого он возвратился в Мадрид, где его ожидал уже сеньор Справедливость.

– Но где же сеньор Доброта? – спросил он скупого.

– О нём не стоит и вспоминать! – ответил Скряга. – По своей доброте, а вернее по безрассудству, он остался ни с чем и отказывается от своей доли. Итак, сложим все деньги вместе и разделим их пополам.

– Нет, с этим я не согласен, – разгорячился сеньор Справедливость. – По условию Доброта должен получить столько же, сколько каждый из нас! Только такой делёж будет справедливым!

– Но он сам отказался от своей доли!

– Я этого не слыхал!

– Не будьте глупцом!

– Не будьте несправедливым!

Они поспорили. Скряга выхватил из-за пояса нож-наваху и выколол Справедливости правый глаз. Он убил бы его, если бы Справедливость не обратился в бегство.

Так кончились торговые дела трёх именитых сеньоров.

А что было дальше?

Сеньор Скряга растолстел ещё больше и стал таким скупым, что, говорят, носит свои сапоги под мышкой, чтобы не изнашивались подошвы. Зато деньги гребёт лопатой.

А Справедливость, как и прежде, остался судьёй-алькальдом. Правда, как мы уже знаем, у него нет правого глаза, и одним левым он замечает только половину несправедливостей, что творятся вокруг него.

Нет, не сладко живётся теперь людям в маленьком городке в горах Кастилии. Часто, часто вспоминают они сеньора Доброту и спрашивают друг у друга:

– А он скоро вернётся?

– Скоро ли нас утешит?

Они ждут его каждый день и верят, что он вернётся не сегодня, так завтра. А если веришь в завтрашний день, то и сегодняшний кажется веселее.

***

Из плохой рассады хорошей дыни не вырастишь.

Мы, как погонщики мулов: куда ни пойдём, а всё встретимся.

На большой реке и мост большой строится.

Куда сердце тянется – туда и ноги спешат.

Будь с другими хорош, и тебя никто не обидит.

«Не запачкай меня!» – сказал котёл сковородке.

В суровых Иберийских горах, где летом солнце обжигает бесплодную землю, а зимою холодный ветер срывает с деревьев листья, в маленькой хижине на самом краю селенья жила бедная женщина. У неё не было никого, кроме единственной дочери, доброй, трудолюбивой девочки. Мать крепко её любила и подарила дочери то, что было ей всего дороже, – ожерелье из кораллов.

Однажды сказала дочери:

– Возьми кувшин и спустись за водой к источнику, что течёт позади селенья. Мы сварим с тобой похлёбку из бобов со стручковым перцем.

Так говорила она дочери каждое утро.

Девочка взяла высокий кувшин и проворней серны побежала вниз по крутой горной тропинке. Источник блестел среди камней, как серебряная ниточка. Добежав до воды, девочка сняла с шеи своё ожерелье и положила его на берегу. Она боялась, что ожерелье скатится в воду: ведь это был подарок любимой матери! Потом взяла в руки кувшин, наклонилась к источнику и вдруг ей показалось, что кто-то на неё смотрит. Оглянувшись, она увидела нищего. Одетый в лохмотья, с большим мешком на плече, старик сидел у самой воды и пристально смотрел на девочку злыми чёрными глазами. Девочка так испугалась, что, едва зачерпнув воды, опрометью побежала к дому. Только ступив на порог, она спокойно вздохнула и тут же вспомнила, что позабыла у источника своё любимое коралловое ожерелье.

Нехотя побрела девочка обратно к источнику. Приблизившись, притаилась за большим камнем и увидела, что страшный нищий всё ещё сидит на том же месте. Как проворная змейка, девочка выскользнула из-за камня, чтобы схватить своё ожерелье, но не успела: старик вскочил, набросился на девочку и затолкал её в свой мешок.

Взвалив на плечо ношу, он отправился по горным деревням просить милостыню. Старый нищий был очень хитёр. Остановившись в первой же деревне, он принялся кричать громким голосом:

– Посмотрите, послушайте! Перед вами великое чудо – поющий мешок! Не жалейте денег, подойдите поближе – убедитесь сами, что он прекрасно поёт.

Зеваки сбежались со всей деревни. Ещё бы – поющий мешок встретишь не каждый день! А старик, замахнувшись своей толстой дубинкой, обратился к мешку зловещим голосом:

– Пой, мешок! Хорошенько пой! А не станешь петь – отведаешь палки!

Девочка испугалась, что старик её ударит. Она не посмела ослушаться и, чуть не плача, запела дрожащим голосом:

– Я кувшин взяла с собой, Побежала за водой. У ручья я потеряла Ожерелье из коралла. Мама моя, Как мне горько без тебя. Я назад к ручью пошла, Ожерелья не нашла, Не нашла, что потеряла – Ожерелье из коралла. Мама моя, Как мне страшно без тебя. Всё, что было у меня, Всё осталось у ручья, – С ожерельем из коралла Я свободу потеряла. Мама моя, Пропаду я без тебя.

Девочка пела очень хорошо, и людям нравилось слушать её пение. Куда бы старик ни пришёл, крестьяне подавали ему кто сентаво, кто два, кто пшеничную лепёшку, а кто и куриное крылышко. Старик всё съедал сам, а девочке не давал ничего, кроме чёрствых корок. Она сидела в тёмном мешке и горько плакала.

Так бродил нищий из дома в дом, из селенья в селенье и однажды снова забрёл в маленькое местечко в суровых Иберийских горах, где жила бедная женщина, мать несчастной девочки.

– Пой, мешок! – закричал на всё селенье старик.

И мешок жалобно запел:

– Мама моя, Как мне горько без тебя.

Конечно, мать сразу узнала голос своей пропавшей дочери, но не сказала старику ни слова. Она понимала, что силой мешка не отнять, и обратилась к нищему так ласково, как только могла:

– Сеньор нищий, время позднее, а ветер крепчает. Ночью хлынет дождь и размоет все дороги. Переночуйте в моём доме: у меня вы найдёте и ночлег и ужин.

Старик согласился и вошёл в дом, а мать поставила перед ним на стол всё, что было в доме. Не забыла принести и бочонок крепкого сладкого сидра и так напоила нищего, что он вскоре уже уснул мёртвым сном. Тогда мать развязала мешок и со слезами расцеловала свою несчастную дочь. Она уложила девочку в постель, укутала тёплым одеялом и дала ей сухарей в вине. А в мешок посадила кота и собаку.

Рано утром старик проснулся. Он поблагодарил женщину за ночлег, взвалил на плечо мешок и, ничего не подозревая, ушёл своей дорогой.

Дойдя до ближайшего селенья, нищий остановился посреди улицы и, как всегда, принялся громко кричать:

– Посмотрите, послушайте! Перед вами великое чудо – поющий мешок!

Когда же собрались крестьяне, он повернулся к мешку и сказал:

– Пой! Если не будешь петь, отведаешь моей палки!

Но собака из мешка ответила старику:

– Гав-гав! Старый мошенник!

А кот промяукал:

– Мяу-мяу! Злой обманщик!

Услышав такое пение, крестьяне стали смеяться над нищим. Разъярённый старик решил тут же расправиться с непослушной девчонкой. Он развязал мешок, схватил в руку палку и закричал:

– А ну, вылезай!

В ту же минуту из мешка выскочили кот и собака. Собака вцепилась старику в нос, а кот расцарапал щёки. Старик от испуга выронил палку и бросился бежать без оглядки. А крестьяне долго ещё смеялись ему вслед.

Правда, этого я не видал, а только слыхал от людей, но зато наверное знаю, что бедная женщина до сих пор живёт в маленькой хижине в суровых Иберийских горах, живёт счастливо и не может нахвалиться своей доброй трудолюбивой дочкой.

Жил мельник, скупой и жадный.

Он не был беден, но его мельница обветшала, и на крыльях красовались заплаты. Но не мог же он остановить мельницу для починки, если каждый поворот жерновов приносил ему деньги. И жернова скрипели от зари до зари, растирая зерно в муку, а старый мельник, присматривая за ними, посмеивался и бормотал беспрерывно:

Уж он-то знал, чего хотел. Он хотел накопить много денег, построить новую мельницу, потом другую и третью – и стать первым богачом в округе.

Одежда его износилась, но он не покупал новую. Он кормил семью впроголодь, он боялся истратить лишнее песо и ни днём, ни ночью не давал жерновам передышки.

И вот случилось так, что король, прогуливаясь по полям и рощам, увидал на пригорке старую мельницу. Он приблизился к ней, прислушался и сквозь скрип жерновов услышал невнятное бормотание.

– твердил старик, не переставая.

И король решил осчастливить мельника.

Возвратившись во дворец, он приказал поварам приготовить большой сладкий пирог и запечь в него триста звонких серебряных песо, а это были не малые деньги!

Повара испекли пирог, закатали в него триста серебряных песо, а слуги отнесли мельнику королевский подарок.

Как обрадовались жена и дети, увидав сладкий пирог и притом такой большой.

– Ай да пирог! Сейчас мы его попробуем! – весело закричали они.

Но мельник сказал:

– Тише! Мы не настолько богаты, чтобы лакомиться королевскими пирогами. Пошлём-ка лучше этот пирог нашему куму, альгвасилу. Он благосклонен к нам и кое-что значит в здешней округе. Получив же пирог, он станет к нам ещё благосклоннее.

Так решил расчётливый мельник и отослал пирог своему куму, альгвасилу.

Спустя месяц король опять отправился на прогулку. Приблизившись к мельнице, он увидел на крыльях всё те же заплаты и сквозь скрип жерновов услышал, что старик по-прежнему бормочет без остановки:

– Ну, мели, мели живее, Вдруг да я разбогатею.

– Эй, мельник! – окликнул король старика. – Разве ты не получил моего подарка?

Мельник выбежал и упал королю в ноги:

– Сеньор король, это был отменный пирог, но я не так богат, чтобы лакомиться королевскими пирогами. Я отослал ваш подарок куму и сделал это не без расчёта: мой кум – альгвасил и кое-что значит в здешней округе. Он был всегда благосклонен ко мне, а получив пирог, стал ещё благосклоннее.

– Свидетель небо! – воскликнул король. – Я хотел тебя осчастливить и велел запечь в пирог триста звонких серебряных песо, а ты, глупец, отдал их альгвасилу!

Тогда мельник стал рвать на себе волосы, восклицая:

– Расчётливость погубила меня! Я хотел получить благосклонность кума, а потерял целую мельницу, которую без труда построил бы на эти деньги!

– Не печалься, – утешил его король. – У тебя будет не одна, а три мельницы, или власть моя ничего не стоит. Вот тебе моё королевское слово.

Король удалился, а возвратившись во дворец, приказал испечь сладкий пирог вдвое больше первого и запечь в него не триста серебряных песо, а пятьсот золотых дукатов.

Повара испекли пирог вдвое больше первого, запекли в него пятьсот золотых дукатов, а слуги отнесли мельнику королевский подарок.

Прошло три месяца, и король снова отправился на прогулку. Конечно, он захотел узнать, как живёт теперь старый мельник. Он приблизился к мельнице и увидел, что на её крыльях по-прежнему красуются заплаты, и сквозь скрип жерновов услышал, как старик не переставая бормочет:

– Ну, мели, мели живее, Вдруг да я разбогатею!

– Мельник! – рассердился король. – Почему не построил ты трёх новых мельниц и не стал первым богачом в округе?!

Услышав эти слова, мельник выбежал в своём старом рубище и упал королю в ноги:

– Сеньор король! – прошептал он. – У меня не было ни минуты времени, чтобы заняться постройкой. Не мог же я остановить жернова, если каждый их поворот приносит мне деньги!

– Я вижу, что никакие деньги не принесут тебе счастья и не сделают из скряги умного человека, – ответил король и удалился.

А жадный мельник остался лежать на дороге.

***

Воды не стало – и мельница стала. Когда дом сгорел, поздно воду носить.

Слова – что перья: дунет ветер – не соберёшь.

Болтун – что крикливый осёл: и дома покоя нет, и на ярмарке не продашь.

Глубокая река меньше шумит.

Слова без дела – что гитара без струн.

Жил в городе человек небольшого роста по имени Франчо. Он был хром на одну ногу и, проходя по улицам, забавно приплясывал. За это соседи звали его не просто Франчо, а Франчо-Кузнечик. Он не плотничал, не столярничал, не тачал сапог, не портняжничал, но всегда был весел. И почему бы ему не веселиться? Он предсказывал будущее, угадывал прошлое, гадал на бобах и даже по звёздам и проделывал это с таким важным видом, что никому даже в голову не пришло, что Кузнечик совсем не колдун, а простой обманщик. А колдовать, сами знаете, куда легче, чем с утра до ночи гнуть спину над верстаком. Правда, Франчо побаивался, что рано ли, поздно ли его плутни раскроются, а доходы прекратятся, но пока что в городе для Франчо хватало глупцов, а глупцы всегда верят тому, чему вовсе не надо верить, и сомневаются в том, в чём не может быть никакого сомнения.

И Франчо продолжал колдовать, а слава о нём росла с каждым днём.

На беду во дворце случилось большое несчастье: у короля пропал большой серебряный кубок. Дело в том, что был он из чистого серебра и тонкой работы, – это был любимый кубок его величества короля. Без него король не садился за стол и даже на ночь ставил его у своей постели. Придворные сбились с ног, разыскивая пропажу, но, сколько ни искали, воротились ни с чем. И вот тогда-то один из министров посоветовал королю:

– О, великий сеньор! А не позвать ли нам Франчо?

– Какого Франчо?

– Колдуна Франчо. Его знает весь город.

– Колдуна?! – обрадовался король. – Что же ты раньше мне не сказал? Зовите его скорее. Если пажи и министры не смогли найти драгоценного кубка, пускай разыщет его колдун. А не разыщет – распрощается с жизнью!

И Кузнечика привели к королю.

«Вот теперь я погиб! – подумал перепуганный насмерть Франчо. – Теперь все узнают, чего стоит моё колдовство».

А король сказал:

– Слушай, колдун, волшебник и предсказатель, если ты не разыщешь вора и не вернёшь нам кубка, мы повесим тебя как обманщика и лгуна.

«Так и есть, – подумал Кузнечик, – я могу уже приготовиться к смерти». Но так как ему не хотелось умереть ни сегодня, ни завтра, набрался храбрости и сказал:

– Сеньор король, если бы это был простой кубок, я нашёл бы его сегодня же. Но это кубок его величества короля, и найти его мудрёней в три раза. Поэтому я прошу у вашей милости три дня отсрочки.

– Пусть будет по-твоему, – согласился король и приказал запереть предсказателя на три дня в тёмном и сыром подземелье.

Когда щёлкнул замок и колдун остался один, он подумал: «Дело плохо: никогда не был я колдуном, никогда не найти мне кубка и никогда не выйти из этой темницы. Остались мне только три дня жизни – и ни одним больше».

А надо сказать, что кубок украли у короля три придворных пажа и именно им поручил король носить пищу колдуну в подземелье.

Всю ночь не мог сомкнуть глаз несчастный Франчо, но вот настал первый день, и первый паж вошёл в темницу с полной миской чесночной похлёбки. Франчо сразу же догадался, что пришёл первый день, и печально воскликнул:

Но на воре и шапка горит: паж подумал, что Франчо говорит не о днях, а о нём самом. Он страшно перепугался, прибежал к своим сообщникам и сказал им:

– Мы пропали! Этот колдун знает, что мы втроём украли кубок, и назвал меня первым вором.

Но пажи только посмеялись над ним.

Когда же настал второй день, пищу узнику понёс второй паж.

«Ну, вот и второй день наступил!» – догадался Франчо, услышав, как загремел тяжёлый засов, и воскликнул ещё печальнее.

«Плохо дело! – решил второй паж, услышав такие слова. Действительно, этот колдун знает всё».

Он вернулся к своим приятелям и сказал:

– От этого человека ничего не скроешь: он назвал меня вторым вором.

Когда же настал третий день, пищу узнику понёс третий паж.

Он уже не сомневался, что Франчо настоящий колдун. А Кузнечик, увидев пажа, понял, что конец уже близок, и в отчаянии закричал:

И тут случилось то, чего Франчо никак не мог ожидать: разодетый в парчу и золото королевский паж упал ему в ноги и со слезами признался, что драгоценный кубок украден им и его двумя друзьями. Он поклялся, что сейчас же принесёт кубок, и посулил богатые подарки, лишь бы колдун не выдал его и его сообщников.

Вскоре король приказал привести колдуна.

Чванный, самодовольный, от важности еле переставляя ноги, коротышка Франчо вступил в королевский зал и остановился перед троном.

– Ты нашёл вора? – сурово спросил король.

Франчо только усмехнулся в ответ:

– О великий сеньор король! Я вижу сквозь землю и сквозь стены, и найти вора для меня проще простого, но назвать его имя запрещает мне врождённое благородство. Я слишком добр и человеколюбив, чтобы причинить кому-нибудь неприятность. Что же касается драгоценного кубка – тут не вижу я никаких препятствий, и ваше величество может получить его от меня по первому своему приказу.

Закончив речь, Кузнечик церемонно раскланялся, а король в нетерпении воскликнул:

– Так где же кубок? Клянусь, если мне его возвратят, я готов простить всех злодеев на свете, а тебя, колдун, прикажу объявить первым мудрецом королевства!

Кузнечик выпрямился во весь свой маленький рост и, торжественно взмахнув рукой, приказал:

– Эй, слуги! Сейчас же спуститесь в тёмное подземелье, где я три дня и три ночи твердил заклинания, разыскивая пропажу, и возьмите там королевский кубок.

Слуги бегом бросились в подземелье, нашли драгоценный кубок и принесли его королю.

– Ты действительно великий колдун, гадатель и предсказатель! – схватив кубок, закричал восхищённый король. – Назначаю тебя главным мудрецом и первым королевским советником!

Он обнял обманщика, и с этого дня Франчо-Кузнечик стал его лучшим другом. Ничего не предпринимал король, не посоветовавшись со своим предсказателем, ни минуты не мог провести без своего любимого советника. Он окружил колдуна великим почётом, но это не радовало Франчо: как ни был хитёр Кузнечик, но он боялся – и вовсе не без причины, – что в конце концов король загадает ему такую задачу, решить которую не поможет никакая хитрость.

Так и случилось.

Однажды вечером, прогуливаясь с колдуном по дворцовому саду, король решил испытать ещё раз волшебную силу своего советника.

Внезапно он спросил колдуна:

– Если ты настоящий волшебник, отвечай, что зажато в моей руке.

Несчастный Франчо обомлел от страха. Случилось то, чего он больше всего боялся: сейчас все плутни раскроются, и король прикажет повесить его на площади перед дворцом. Не мог же он угадать, что держит в руке король.

Схватившись за голову, колдун в отчаянии простонал:

– Наступил последний вечер, – Ни за что пропал Кузнечик!

– Кузнечик? – воскликнул король в восторге и разжал пальцы. Франчо глянул и не поверил своим глазам: с королевской ладони спрыгнул настоящий кузнечик. Колдун был спасён.

А восхищённый король продолжал:

– Проси у меня всё, чего только ни пожелаешь. Проси половину королевства – ни в чём тебе не будет отказа!

Но, перепуганный насмерть, колдун думал только о том, как бы ему поскорей убраться из дворца, и, упав королю в ноги, взмолился:

– Скорей расстанься ты со мной И отпусти меня домой!

Как ни уговаривал его король, колдун стоял на своём. Что делать – пришлось королю уступить. Он осыпал колдуна подарками и отпустил из дворца.

С тех пор Франчо-Кузнечик никогда больше не колдовал. Кто другой, а уж он-то отлично знал, что колдовство и обман – одно и то же. А обман – поздно ли, рано ли – не доведёт до добра.

***

Альгвасилом я служу, Дам от солнца сторожу. Хоть во мне немало палок – Никого не накажу. (Веер) Есть в саду фруктовом чудо: Листья ярче изумруда, Серебристые цветы, Золотистые плоды. (Апельсин) Я безрукий, я безногий, То катаюсь по дороге, То по улице скачу, То по воздуху лечу. (Мяч) Я упорен и проворен, У меня немало дел, Я, как уголь в печке, чёрен, Я рождаюсь бел, как мел. (Муравей) У малютки-кавалера Чрезвычайно важный вид: Он в огромнейшем сомбреро На одной ноге стоит. (Гриб)

Как-то шла по дороге черная Муравьишка и под большим серым камнем нашла маленький медный грошик.

Муравьишка была хорошей хозяйкой: весь город не мог на неё нахвалиться. Она подняла монетку и принялась рассуждать:

– А что я куплю на этот грошик? Не купить ли мне кедровых орешков? Нет, я не стану покупать орехов: я не смогу их разгрызть. Лучше куплю себе сладкий-пресладкий персик.

Но и персика она не купила, потому что придумала лучше: побежала в лавку и купила себе румян. Нарумянилась Муравьишка, принарядилась и села покрасоваться у окошка. Она была прекраснее, чем апрель, и веселее, чем тамбурин, и все, кто проходил мимо, не могли не залюбоваться красавицей чёрной Муравьишкой с красными румяными щёчками.

Проходил мимо бык и сказал:

– Мму! Выходи за меня замуж, красавица Муравьишка.

Муравьишка спросила:

– А как ты меня любишь?

– Мму, мму, мму! – заревел бык. Он заревел так громко, что Муравьишка в испуге заткнула себе лапками оба уха.

– Нет, ты ревёшь слишком страшно! – запищала перепуганная Муравьишка. – Ступай своей дорогой.

Бык ушёл, но вскоре к окошку подбежал пёс и во все глаза уставился на красавицу.

– Гав! – сказал пёс. – Выходи за меня замуж, красавица Муравьишка.

– А как ты меня любишь? – спросила опять Муравьишка.

– Вот как: гав, гав, гав!

И пёс так громко залаял, что Муравьишка опять испугалась и закричала:

– Ступай, крикун, своей дорогой!

Так же было и с котом, и с боровом, и с петухом: кот мяукал неблагозвучно, боров хрюкал слишком страшно, петух кричал слишком пронзительно. Так и осталась бы Муравьишка без жениха, если бы под окошком не появился Ратонперес – проворный мышонок.

Сеньор Ратонперес был статен и строен. Правда, ростом он был не велик, но зато какой красавец: спинка серая, лапки серые! К тому же он был учтив и немножко робок. Он глянул на незнакомку, и хотя от рождения не был слишком догадлив, но сразу же понял, что она прекраснее, чем апрель, и веселее, чем весеннее солнце. Он уставился на красавицу Муравьишку своими круглыми глазками, зашевелил серыми лапками, но от робости не мог сказать ни слова.

Тогда Муравьишка, которой тоже очень понравился учтивый и скромный сеньор Ратонперес, спросила его сама:

– А как ты меня любишь?

И в ответ мышонок запищал так тихо, так нежно, что Муравьишка засмеялась от радости и запела:

И протянула жениху свою чёрную лапку.

Они стали жить вместе и были так счастливы, как никто ещё не был счастлив под нашим прекрасным солнцем.

Но вот однажды проворная Муравьишка отправилась на базар купить к празднику две кружки сладкого вина мансанильо, а сеньор Ратонперес остался дома, чтобы из мяса, моркови и стручкового перца приготовить к обеду вкусную горячую олью. А так как он не был слишком искусным поваром, проворная Муравьишка заранее растолковала мышонку, как покрошить овощи, как нарезать мясо, как поставить на огонь миску, и строго-настрого приказала мужу, чтобы он не мешал олью короткой ложкой, а взял бы самую длинную – иначе может случиться несчастье! Но маленький Ратонперес был очень рассеян. Он покрошил овощи и нарезал мясо, он поставил на огонь миску, а когда олья закипела, хотел помешать густую олью, чтобы пища не пригорела, и, конечно, взял самую короткую ложку! Усевшись на край миски, он наклонился, чтобы помешать олью, но не достал до дна короткой ложкой. Он наклонился ещё и ещё – и свалился в глубокую миску, как в колодец!

А проворная Муравьишка, купив к обеду две кружки сладкого вина мансанильо, весёлая, словно кастаньеты, возвратилась домой с базара и постучалась в двери. Но ей никто не ответил. Она постучалась громче, но и на этот раз ей никто не отпер. Перепуганная, она побежала к соседке и попросила впустить её, чтобы пробраться к себе домой через чужой двор по крыше. Но соседка не впустила её. Пришлось Муравьишке бежать за слесарем в город. Пришёл слесарь, отпер дверь, Муравьишка бросилась на кухню, нашла миску, нашла олью, нашла короткую ложку, но Ратонпереса не нашла, как ни искала.

Горько-горько заплакала Муравьишка. Прилетела птица – красная куропатка – и спросила:

– Муравьишка, о чём ты плачешь?

Муравьишка ответила:

– Я плачу, потому что утонул Ратонперес, он утонул в жирной горячей олье!

И заплакала ещё громче.

– Тогда я, красная куропатка, отрублю себе свой короткий клювик! – воскликнула птица и стала рубить себе клювик.

Мимо пролетала голубка. Увидала, что куропатка рубит себе свой короткий клювик, и спросила:

– Птичка, милая! Почему ты рубишь себе свой короткий клювик?

Куропатка ответила:

– Потому что Ратонперес утонул в жирной горячей олье, а его жена Муравьишка горько плачет.

– Тогда я отрублю себе хвостик! – сказала голубка и принялась рубить свой белый хвостик.

К голубке прилетел голубь. Голубь спросил:

– Голубка, почему ты рубишь свой белый хвостик?

Голубка ответила:

– Потому что Ратонперес утонул в жирной горячей олье, потому что Муравьишка так горько плачет, потому что красная куропатка с горя рубит себе свой короткий клювик. Вот почему я рублю себе свой белый хвостик.

– Я брошусь в прозрачный ручей от горя! – крикнул в отчаянии голубь и полетел к ручью.

Но ручей, увидав голубя в таком большом горе, спросил у него:

– Почему ты хочешь броситься в меня, птица голубь?

Голубь в слезах ответил:

– Потому что Ратонперес утонул в жирной горячей олье, потому что Муравьишка так горько плачет, потому что красная куропатка рубит себе свой короткий клювик, а голубка свой белый хвостик. Вот почему я хочу в тебе утопиться, прозрачный ручей.

– Так и я буду плакать светлыми прозрачными слезами! – воскликнул ручей и зажурчал так жалобно, так печально, будто текла в нём не вода, а горькие слёзы.

Прибежала к ручью принцесса, юная королевна, чтобы наполнить свой драгоценный кувшин водою, увидала, что ручей горько плачет, и спросила его:

– Ручеёк, ручеёк, почему ты так горько плачешь?

Ручеёк зажурчал ещё печальнее и ответил:

– Потому что Ратонперес утонул в жирной горячей олье, потому что Муравьишка так горько плачет, потому что красная куропатка рубит себе свой короткий клювик, а голубка – свой белый хвостик, потому что голубь хочет во мне утопиться. Вот почему я плачу горькими прозрачными слезами.

– Так я разобью свой драгоценный кувшин! – воскликнула королевна и разбила кувшин об острые камни.

Кувшин раскололся с таким громким, весёлым звоном, что маленький серый сеньор Ратонперес тотчас же выскочил из жирной горячей ольи и снова встретился со своей любимой Муравьишкой.

Муравьишка перестала плакать.

Куропатка не стала рубить себе клювик, а голубка – свой белый хвостик.

И голубь не утопился.

И ручей перестал истекать слезами.

Только королевна не могла вернуть своего драгоценного кувшина.

Муравьишка сказала мужу:

– И что ты только, дружок, наделал! Будь в другой раз осторожней – не мешай олью короткой ложкой.

И они зажили так дружно, как никто ещё не жил под нашим прекрасным солнцем. Недаром же нашла Муравьишка под большим серым камнем своё счастье – свой маленький и блестящий медный грошик.

Жила когда-то коза. Она была доброй матерью и вырастила трёх козочек, шустрых, проворных, но таких непосед, что просто беда! И всё-таки она их нежно любила. Да и как не любить, если юные козочки были такими же стройными, как их мать, такими же беленькими, такими же чистенькими, а прыгали даже лучше своей матери.

Однажды пошла коза в горы. Долго бродила она по склонам, разыскивая для детей свежей травки. Наконец, утомившись, спустилась к ручью напиться и тут-то она увидала, что в ручье тонет оса. Крылышки у осы намокли, взлететь она не могла, а быстрый поток кружил её и уносил всё дальше и дальше.

– Ме-е-е! – заблеяла коза. – Держись, подружка! Сейчас я тебе помогу!

Она сломала на берегу ветку и протянула осе. Оса взобралась на ветку, передохнула и, шаг за шагом, выбралась из ручья.

А выбравшись, отряхнулась, расправила свои крылья и, взлетев на воздух, радостно зажужжала:

– Жу, жу, жу! Спасибо тебе, козочка – доброе сердце! На этот раз ты спасла меня, но в другой раз и я тебе пригожусь. Оглянись, посмотри: видишь на горе старинную стену? Она разрушена и изъедена ветром. Это наш осиный монастырь. Приходи к нам в гости. Правда, мы живём небогато, нечем нам тебя угостить, даже кельи у нас не побелены, потому что не на что купить извёстки. Но всё-таки, если с тобой случится несчастье, приходи и спроси настоятельницу монастыря. Настоятельница – это я! Приходи, козочка!

И оса закружилась в воздухе, весело напевая:

И по всему было видно, что кружиться в воздухе и беззаботно жужжать осе-настоятельнице было куда приятнее, чем купаться в бурном потоке.

– Ме-е-е! – ответила козочка и хотела поблагодарить осу за добрые слова, но оса была уже далеко.

Тогда козочка возвратилась домой, накормила детей свежей травой, а на другое утро опять собралась по хозяйству.

– Милые мои дети, – сказала она малышам. – Я пойду за дровами в соседнюю рощу, а вы оставайтесь дома. Смотрите, будьте осторожны: по полям и долинам бродит злой рогатый бычок Карланко. Берегитесь его: запритесь на все засовы, никого в дом не пускайте. А я приду и спою вам песенку:

Как услышите песенку, открывайте смело и ничего не бойтесь.

Так сказала коза и ушла за дровами в рощу.

Только ушла – стучат в двери.

– Кто там? – спросили козочки и услышали громкий голос, похожий на голос молодого бычка:

Отоприте. Это я – сам Карланко!

Но козочки ему не отперли. Они смело крикнули:

– Отопри сам, забияка!

Чуть рога себе не погнул злой Карланко, чуть копыта не отбил, но, сколько ни стучал, не мог отпереть двери, потому что козочки были послушными и заперлись на все засовы, а засовы были крепкими и не сломались.

Рассердился Карланко, заревел:

– Ладно, я вернусь ещё и расправлюсь с вами!

Он убежал, но на другое утро сдержал своё обещание: чуть свет снова пришёл к домику, где жили коза с козлятами, и спрятался в кустах. Он всё подсмотрел, всё подслушал. Он видел, как прощалась коза со своими дочками, слышал, как пела она им песенку, и – только ушла коза – постучался в двери и запел тонким козьим голосом:

– Ме, ме, ме, Отоприте мне!

Козочки подумали, что это вернулась мать, открыли дверь и увидели злого Карланко.

– Так вот вы где! – заревел бычок страшным голосом и бросился на козочек. Но проворные козочки не растерялись: одна за другой, одна за другой по крутой приставном лесенке бросились они на чердак. Лесенку сразу подняли, чтобы Карланко не мог взобраться за ними следом, и притаились. Карланко взревел от злости – так ему было досадно, что он не может схватить козочек. Он стал кружиться по дому, сопеть, фыркать и топать ногами. А козочки, чуть живые от страха, сидели на чердаке и ждали, пока вернётся мать.

– Ме, ме, ме, Отоприте мне!

– заблеяла, наконец, коза у дверей, и все три молодые козочки разом откликнулись с чердака:

– Мы не можем тебе отпереть. В нашем доме злой Карланко!

Услыхала это коза, бросила дрова у порога и помчалась в горы к старой разрушенной стене, где хлопотливые осы устроили свой монастырь. Она мчалась быстрее света, и не успело сесть солнце, уже постучалась у старой стены.

– Кто пришёл к нам в такую позднюю пору? – зажужжала из-за дверей монашка-пряха.

– Это я, матушка, – коза из долины!

– Ступай своей дорогой! – прожужжала в ответ монашка. – Мы спим давно.

Но козочка не ушла.

– Отоприте! – заблеяла она во весь голос. – Или я поломаю все ваши кельи!

Оса-пряха не на шутку перепугалась и позвала осу-настоятельницу. Настоятельница вскоре же выползла из своей ячейки, и козочка, вся в слезах, рассказала ей обо всём, что случилось.

– Жу, жу, жу Если надо – послужу!

– зажужжала оса и тотчас же полетела вслед за козой в долину.

Злой бычок ревел в доме и топал ногами, но оса не испугалась его. Она влетела в замочную скважину и принялась жалить злого Карланко в глаза, и в ноздри, и в уши. От боли бычок заревел ещё громче и бросился бежать без оглядки. Он так скакал по камням, так прыгал, что искры огненным дождём летели из-под его чёрных копыт. А коза и козочки смотрели вслед и смеялись от всего сердца.

По горам я шёл, К шалашу пришёл. В двери палкой постучал, Пастуха там повстречал. Он меня позвал – Мне два сыра дал: Один – для меня, Другой – для тебя. Мне – за то, что был я ласков, А тебе за то, что ты Молча слушал эту сказку, Словно в рот набрав воды.

Ах, рассердилась же сеньора лиса, когда сеньор волк напротив её ветхого домика – даже не домика, а обыкновенной лисьей норы – построил себе новый просторный дворец! Но плутовка была любопытна, и когда сеньор волк пригласил её в гости – полюбоваться новым домом, тотчас же согласилась.

Хорошо потрудился волк. Были у него и зал, и спальня, даже кухня. Но больше всего пришлась по душе лисе кладовая. Чего только не припас себе волчище! А главное – в кладовой было очень много лакомств: и миндаль, и груши, и винные ягоды.

Лиса была большой сладкоежкой. Она обшарила все углы, обнюхала все припасы и говорит волку:

– Сеньор кум, одного у вас не хватает.

– Чего же?

– Горшочка с мёдом!

А лисица очень любила мёд. Она знала, что слаще мёда нет ничего на свете.

– Ты права, – согласился волк.

А как раз в это время под окошком проходил торговец мёдом. Он напевал:

Ах, как понравилась лисе эта песенка. Понравилась и сеньору волку.

Заплатил он продавцу полреала. Нацедил ему продавец горшочек сладкого душистого мёда. Поставил волк горшочек в кладовую, сказал лисице:

– Ну, кумушка, теперь у меня всего вдоволь. Как будет готов мой дом, полакомимся вместе на новоселье.

– А когда же будешь ты справлять новоселье?

– Очень скоро, но сначала надо покрасить крышу, потом приладить крылечко, а потом сложить ограду из камня…

«Ну, – думает лиса, – не скоро дождусь я мёда!» – и решила обмануть сеньора волка.

Пришла на другой же день и сказала:

– Сеньор волчок, я пришла к тебе с большой просьбой. У меня племянничек родился, надо мальчишку проведать, а ты, сделай милость, понянчи моих лисяток, пока меня не будет дома. За это принесу я тебе из гостей пирожок с вареньем, большой-пребольшой!

– Кумушка, – взмолился волк, – а я и не знаю, как лисят нянчат!

– Но это же очень просто. Сперва ты их покачаешь, потом споёшь песенку. Они заснут, – и не будет у тебя никакой заботы.

Подумал волк, согласился и полез в лисью нору. А лисица никуда не пошла: забралась к волку в новый дом, перерыла всю кладовую – набрала в мешок и груш, и лесных орехов, дотянулась и до горшочка, хоть стоял он на самой верхней полке.

Съела добрую часть мёда и с мешком побежала в поле. Ну и весело же провела этот вечер лисица: пировала с пастухами, оделила их грушами и орехами, а они угостили её молоком и жирным овечьим сыром.

А волк сидел в тёмной норе – непослушных лисят нянчил. Одного укачает – другой плачет, укачает другого – первый проснётся. Измучился, пока возвратилась лиса.

– Что ты, кума, так долго?

– Далеко ходила. У ручья была, за миндальной рощей. А сколько гостей собралось! А какой хороший мальчишка!

– Как же племянника назвали?

Лиса запела в ответ:

– Я гуляла, пировала, Звать племянничка «Начало»!

Волк удивился:

– Никогда не слыхал такого имени!

– Ещё бы! Это, волчок, старинное имя. Такое не каждый день услышишь.

– А где пирожок с вареньем?

– По дороге скворцы склевали.

Рассердился волк на скворцов, рассердился и на лису:

– Так зачем же я целый вечер в норе сидел, как нянька, лисят качал?

Ушёл, даже не попрощался. Пошёл крышу красить.

Но вскоре лисе снова захотелось отведать сладкого мёда. Опять пришла к волку.

– Сеньор волк, сделай милость: племянница у меня родилась, бегу девочку проведать. Понянчи моих лисят, пока меня не будет дома.

– А пирожков принесёшь?

– Два принесу!

Полез глупый волк в лисью нору, – весь вечер лисят качал. Уж очень хотелось ему пирожков поесть. А лиса опять в кладовой побывала, полгоршочка мёда съела и с пастухами попировала.

Вернулась поздно.

– Наконец-то! – встретил её волк. – Ну, как назвали девчонку?

Лиса запела в ответ:

– Не девчонка, а картинка. Звать девчонку «Половинка»!

Удивился волк:

– Нет такого имени!

Плутовка ответила:

– Это самое новомодное имя: его недавно придумали.

– Давай пирожки!

– По дороге щеглы склевали!

Ещё больше рассердился волк. Пошёл строить крылечко.

А через день лиса опять к волку с просьбой:

– Понянчи лисят.

– А кто родился? Девочка или мальчик?

– Племянник! Непременно надо проведать! Уж столько пирогов тебе принесу – целый мешок!

Сказала, даже мешок показала.

– Обманешь?

– Нет!

Снова поверил лисе глупый волк, полез в нору лисят качать. А лиса-плутовка, как и прежде, забралась к волку в кладовую – весь мёд без остатка съела, у пастухов побывала, с пастухами попировала.

Возвратилась домой ещё позже.

– Как дела, нянюшка?

Волк зарычал:

– Говори, как назвали ребёнка, давай мешок с пирогами да спать скорее ложись, – уже полночь!

– Мне, голубчик, не до сна! Звать племянничка «До дна!»

– запела лиса.

– Ну и глупое имя!

– Зато сладкое. Слаще я не слыхала.

– А пироги? Опять по дороге птицы склевали?

– Да нет, у кондитера развалилась печь, и все твои пироги сгорели!

– Обманщица! – зарычал волк. – Никогда больше к тебе не приду! – Выскочил из норы и побежал домой – из камней стену складывать.

Прошло время. Неплохо отстроил дом волчок. Крыша выкрашена, крыльцо выстроено, стена сложена – высокая, крепкая, калитка заперта на замок: не зовет хозяин лисицу на новоселье.

Плутовка стучится в калитку:

– Не пора ли слово сдержать, сеньор, – пригласить соседку в гости?

Волк из-за стены отвечает:

– Сказал – не приду к тебе, и ты ко мне не ходи.

– Ладно, ладно, – отвечает лиса. – Звать станешь – и то не приду. Скажи только – крышу-то ты покрасил?

– Покрасил.

– И крыльцо построил?

– Построил.

– И стену сложил из камня?

– И стену сложил, и калитку запер, чтобы ты, лиса, ко мне не ходила!

– А калитка-то открывается?

– Открывается.

– А хорошо ли она открывается?

– Отлично.

– А ты покажи.

Стал волк открывать калитку, а лиса – шмыг и уже на крыльце.

– Принимай, хозяин, гостей!

Увидал волк – не отделаться ему от незваной гостьи: поневоле повёл лису в дом, угостил обедом. Накормил досыта, достал с верхней полки горшочек с мёдом, на стол поставил, крышку открыл да так и замер от удивления: нет ничего в горшочке!

– А где же мёд? Уж не ты ли съела его, кума? То «начало», то «половинку», а потом и «до дна» всё выскребла! Теперь я знаю, откуда взялись у тебя племяннички!

– Обжора! Лакомка! – закричала на волка лиса. – Как не стыдно! Сам всё съел, а меня – невинную – обвиняешь!

– Ну, кума! Какая же ты невинная! Сейчас же ко льву пойду, жалобу на тебя подам!

Долго спорили – охрипли от крика. Наконец говорит волку лиса:

– Ляжем-ка лучше спать, сеньор волчок. Утром виднее будет, кто из нас виноват.

Согласился волк. Легли отдыхать. Смотрит лиса – захрапел хозяин. Полезла в горшок, выбрала из него остатки мёда и обмазала мёдом волку морду. А утром будит его:

– Вставай, проснись! Вот бесстыдник! Посмотри – у тебя вся морда в меду!

Облизнулся волк – в самом деле морда в меду!

– Прости, – говорит, – кума, виноват. Но чем хочешь готов поклясться – не помню, как это случилось!

На этом и помирились.

А волк так до сих пор и не понял: когда же он съел горшочек мёда.

Много-много лет тому назад жила на свете маленькая серая птичка. Она летала по рощам и по полям, прилетала в сады и пела под окошками свои песни. Всюду была она самой желанной гостьей, потому что голос у птички был звонкий, как колокольчик. Заслышав её серебристое пение, люди открывали окна и говорили:

– Добрый день, сеньора птичка! – или: – Добрый вечер, дорогая певунья! – и бросали ей горсточку хлебных крошек.

Маленькая птичка летала повсюду, но ни разу ещё не пришлось ей побывать в королевском саду. А птичке очень хотелось взглянуть на прекрасные цветы, которые там росли, и спеть свою песенку самому королю.

«Чем-то он угостит меня, – думала птичка, – уж наверное, он щедрей всех людей на свете!»

И вот она полетела ко дворцу короля. Но не успела долететь до ворот, как навстречу выбежали королевские слуги и закричали:

– Гоните эту дерзкую птичку! Как смеет она появляться в королевском саду в таком простом платье!

И прогнали маленькую серую птичку.

Но птичка была настойчива. Она полетела к своим друзьям, села под окном у портного и громко защебетала:

– Сеньор портной, сшей мне камзол, в каком при дворе ходят.

И портной сшил птичке нарядный камзол из голубого атласа.

Тогда она полетела к мастеру, который лучше всех делал шляпы, села ему на плечо и засвистела:

– Сеньор шляпный мастер, сделай мне шляпу с пером и большими полями, как при дворе носят.

И вскоре же шляпа была готова.

А птичка полетела к сеньору башмачнику и попросила его стачать ей высокие башмачки с каблучком и серебряными шпорами.

Когда всё было готово, серая птичка нарядилась в яркий камзол, надела на свою маленькую головку шляпу с пушистым пером, а на ноги башмачки со шпорами и стала не хуже райской птицы. Она прилетела в королевский сад, села на дерево перед королевским балконом и громко запела:

Но его величество сеньор король в это время обедал и даже не обратил внимания на маленькую птичку. Как она ни пела, как ни старалась, он не слушал её. Но птичка была настойчива. Она непременно хотела показаться королю в своём новом наряде. Она стала петь и высвистывать одно и то же, одно и то же и пела до тех пор, пока его величество король не рассердился.

– Вот дерзкая! – закричал наконец король и подбежал к окну.

Но, посмотрев на птичку, невольно залюбовался:

– Скажите пожалуйста, какая нарядная птичка! Она мне очень нравится.

У птички от гордости перехватило дыхание, а король продолжал:

– Такая красавица должна быть очень вкусной! Поймайте её, зажарьте и подайте к ужину!

И не успела птичка взмахнуть своими маленькими крылышками, как её поймали, ощипали и запекли в большом пироге. Королевский пирог был очень велик, а птичка была такая маленькая, что его величество даже не заметил её и проглотил целиком.

У короля внутри оказалось очень темно – гораздо темнее, чем бывает даже в полночь. Это очень не понравилось птичке, и она принялась клевать короля. Она клевала его без передышки. Король застонал так громко, что поднял на ноги весь дворец. Звеня шпорами, сбежались придворные, а король всё кричал и жаловался, что сегодняшний ужин пришёлся ему не по нутру. Учёные лекари в колпаках и длинных мантиях принесли королю лечебное зелье. Король выпил его, вздохнул, открыл рот, и птичка вылетела на свободу! Как зарница мелькнула она в воздухе и упала в родник, протекавший за королевским садом. Умывшись, птичка отправилась к столяру, выкупалась там в клею, а потом полетела в гости ко всем птицам леса. Каждой она рассказывала о том, что с ней случилось, просила каждую подарить ей одно только пёрышко. Птицы с радостью отдавали ей свои перья, и перья прилипали к птичке. Их было много, и все они были разные: красные, жёлтые, синие – одно ярче другого, и в своём новом пёстром платье серая птичка стала ещё нарядней, чем прежде. Она стала красивая, как ваза с фруктами на званом обеде. Теперь она могла снова лететь в дворцовый сад.

Прилетев ко дворцу, она села на дереве перед королевским балконом и запела ещё громче, чем прежде:

– Всех на свете лучше я. Даже лучше короля!..

– Поймайте эту дерзкую птичку! – закричал король в страшном гневе.

Придворные кинулись исполнять его приказание, но на этот раз птичка была осторожней – она закружилась в воздухе так быстро, что даже ветер не мог её догнать. А потом поднялась высоко-высоко – до самого месяца – и уселась у него на кончике носа. Посмотрела оттуда на короля и звонко рассмеялась.

С тех пор её не видали ни разу в королевском саду. Она вернулась к своим друзьям, сбросила пёстрые перья и стала снова маленькой серой птичкой. И снова люди, заслышав её серебристое пение, открывали окна и по-прежнему говорили:

– Добрый день, сеньора певунья!

И серая маленькая птичка пела для них во сто раз лучше, чем пела когда-то для короля.

***

Живёт в Мадриде сам Король. Войска стоят под Барселоной. В Севилье – пляшут. Мне ж милей Сады Валенсии моей.

***

Если март и тих и ясен, Если зелен в марте ясень, То пшеница уродится, Будут тучными стада. Если в августе дождливо – Будет много чернослива, Яблок, слив и винограда У крестьянина в садах.

***

Хуанито, мой жених, Удивительно красив, Удивительно богат – Так в деревне говорят. Он идёт с пятью мулами, А мулы-то непростые: Два хозяйских, три – чужие, Но зато уж остальные – Все ему принадлежат.

Жил человек в горах. Был у него маленький дом и большое хозяйство: кудрявые овцы, толстые свиньи, проворные голуби, хлопотливые куры и петух дон Педро.

Это был большой и красивый петух. Целыми днями расхаживал он по двору, охорашиваясь и красуясь своими золотистыми перьями, а по утрам просыпался раньше всех и, взлетев на забор, приветствовал солнце.

– Ки-ри-ко-ко! – заливался петух, и на его голос откликались петухи во всём селении.

Он пел отлично. Можно сказать – великолепно! А какой был у него гребешок! А какие шпоры! Одним словом, не было лучше петуха во всей округе. Потому-то и звал его хозяин не просто Педро, а дон Педро, как величают знатных господ и благородных сеньоров.

Но и этой славы показалось мало горделивому дону Педро, и вот однажды он вышел за калитку, спустился в долину и зашагал прямо к лесу. Пусть и в лесу узнают, какой он красавец. Пусть и в лесу услышат, какой у него звонкий голос.

Вот тут-то и увидала его сеньора лиса. Прячась за кустами, она стала красться за петухом, но была слишком голодна, чтобы соблюдать нужную осторожность. Петух заметил её, взмахнул сильными крыльями и – раз! – взлетел на дерево.

Это был великан пробковый дуб. Его листья – блестящие сверху, как зелёный атлас, а снизу пушистые, словно серый бархат, – росли так густо, что лиса тотчас же потеряла из виду свою добычу. Напрасно вертела она острой мордочкой и вправо, и влево, напрасно обнюхивала землю и шныряла между деревьями: петух исчез, как туман на рассвете! Тут бы и промолчать гордому дону Педро, отсидеться на дереве, пока плутовка ни с чем убежит в свою нору. Но не таков был хвастливый Педро. Он распустил крылья, вытянул шею и во всё горло запел:

– Ки-ри-ко-ко! Пусть слышат все, какой у меня чудесный голос!

Однако в лесу не было никого, кто мог бы оценить его талант по заслугам. Зато лиса, услыхав петушиное пение, тотчас же подняла вверх головку и сквозь листья увидала красавца Педро.

Он сидел на самой вершине, и его красные, золотистые, бирюзовые перья переливались на солнце, как драгоценные камни. Действительно, это был самый прекрасный петух во всей округе!

– И должно быть, вкусный! – смекнула плутовка, глотая слюнки. Но она не знала, как добраться до петуха или заставить его спуститься на землю.

Обойдя вокруг дерева и раз, и другой, она присела на задние лапки и, глядя на гордого Педро, затянула сладеньким голоском:

– Не бойся меня, петушок! Ты так хорош! Спустись с дерева, покажись поближе!

Но петух молчал, уставившись на лису круглым глазом.

– Покажись, красавчик, поближе! – продолжала лиса. – Мы погуляем с тобою вместе и будем друзьями.

Петух не откликался. Он слышал сладкий лисицин голос, но видел и её острые зубы.

– Спустись, петушок, я расскажу тебе сказку!

Конечно, дон Педро знал, чем кончаются лисьи сказки.

Тряхнув гребешком, он благоразумно ответил:

– Покорно благодарю, сеньора лиса. Я не спущусь к тебе, даже если ты попросишь меня на коленях. Я не стану тебя слушать, даже если ты пропоёшь мне серенаду!

– Так ты не хочешь быть моим другом! – рассердилась лиса, которой очень хотелось съесть петушка. – Ну что же, я поговорю с тобой по-другому. Я не уйду отсюда – не уйду ни днём, ни ночью. Ты проголодаешься, мой дорогой петушок, и поневоле слетишь на землю. Вот тут-то я и покажу тебе, как отказываться от моей дружбы.

Бедный дон Педро! Он не на шутку перепугался. Но всё же ответил лисе как мог спокойно:

– Сеньора, я только что пообедал и просижу здесь очень долго. Посмотрим ещё, кто первым устанет ждать, но боюсь, что ты проголодаешься раньше и убежишь искать себе пищу.

Лисица поняла, что ни ласкою, ни угрозами петуха не обманешь, и закричала в гневе:

– Так я подрублю дерево, и ты вместе с ним рухнешь на землю!

Она знала, что делала. Подбежала к дубу и принялась грызть дерево изо всей силы и бить по стволу пушистым хвостом.

Щепки полетели во все стороны.

– Ещё, ещё! – приговаривала лиса. – Дело идёт на лад! Ещё немножко!..

Конечно, могучий дуб не мог даже и дрогнуть – сколько бы ни старалась лисица. Но в это время пронёсся по лесу ветерок. Ветки качнулись, и перепуганному дону Педро показалось, что дуб-великан и в самом деле закачался под ним. Выкатив от страха глаза, он закричал не своим голосом:

– Ки-ри-ко-ко! – и, взмахнув крыльями, перелетел на соседнее дерево.

Однако лиса и тут не оставила петуха в покое. Она принялась грызть второе дерево, бить по нему хвостом и кричать:

– Берегись, петушок! Сейчас дерево упадёт!

– Ки-ри! – струсил петух и полетел к третьему дереву.

Лиса за ним.

– Ки-ри! – снова кричал петух и перелетал дальше. Но на какое бы дерево он ни садился, лиса тут как тут, была уже снова внизу – она грызла ствол и кричала всё громче:

– Берегись! Сейчас дерево рухнет!

Глупый петух! Разве могла лиса свалить дерево? Но он настолько перепугался, что, уже ни о чём не думая, продолжал метаться с вершины на вершину. Он запыхался. Уже не пение, а жалкий хрип вырывался из его горла.

– Ки-ки-ки… – прохрипел наконец гордый красавец Педро, весь съёжился и комком свалился на землю.

А сеньора лисица подхватила его и потащила в чащу.

Жила на свете курочка. Она была белой, как снег в горах, а гребешок у неё был золотой – ну, совсем как солнце в полдень!

Однажды она подошла к лужице, чтобы напиться, увидала в воде своё отражение и закудахтала на весь двор:

– Ко-ко-ко! Вот так гребешок! Он из чистого золота! С таким гребешком непременно стану я королевой Испании!

Конечно, иметь золотой гребешок не всякий может, однако и с золотым гребешком стать королевой не так-то просто. Но курочке повезло. Роясь в навозной куче, она нашла драгоценный камень.

Никто не знал, был ли это алмаз, изумруд или яхонт, но сверкал он, как настоящий бриллиант!

Курочка очень обрадовалась:

– Теперь есть у меня, с чем явиться в королевский замок! Отдам королю драгоценный камень, король полюбит меня и сделает королевой.

Недолго собиралась она в дорогу. Сплела из травы маленькую корзинку, повесила себе на шею, положила в корзинку камешек и пошла прямо в королевский замок.

Не успела выйти из ворот, как сбежались со всех сторон гуси, утки, свиньи, телята. С удивлением посмотрели они на курочку и в один голос спросили ее:

А курочка поклонилась им и не без гордости ответила:

Тогда гуси, утки, свиньи и телята удивились ещё больше, поклонились курочке и пожелали ей доброй дороги, потому что все они очень любили курочку. Один только старый волк никого не любил. Он выбежал из лесной чащи, где даже днём темно, стал посреди дороги и закричал страшным голосом:

Но курочка была храброй. Она не испугалась волка и ответила ему так же гордо, как отвечала всем:

А волк расхохотался в ответ и завыл ещё страшнее:

Тогда курочка достала из корзинки свой драгоценный камень, чтобы показать его волку и объяснить ему, что она действительно идёт к королю и притом не с пустыми руками. И тут случилось такое, чего курочка и сама не ждала. Увидев сверкающий камень, старый волк заморгал глазами и вдруг стал делаться всё меньше и меньше. Не прошло и минуты, как стал он не больше ячменного зёрнышка. Курочка клюнула волка, подхватила его своим острым клювом и положила в корзиночку. А потом зашагала дальше.

Конечно, одолеть волка не легко, но ещё труднее стать королевой Испании. Побежала курочка через лес и вдруг на дороге увидала огромное дерево. Оно было таким высоким, что ветви его упирались в небо! Таким толстым, что сто человек не могли обхватить его. Это был самый старый, самый могучий дуб во всём лесу. Он стал поперёк дороги и заскрипел страшным голосом:

Но мы уже знаем, что курочка была не из робких, она не испугалась страшного дуба и ответила ему гордо, как отвечала всем:

Тогда дуб заскрипел ещё громче:

Но вы знаете, что у курочки был волшебный камень. Раз-раз, она вытащила его из корзинки. Посмотрел дуб на камень и стал уменьшаться и уменьшался до тех пор, пока не превратился в маленькую соломинку. А курочка подхватила соломинку своим острым клювом, положила в корзиночку и побежала своей дорогой.

Конечно, одолеть дуб не просто, но стать королевой Испании ещё труднее. Добежала курочка до бурной реки. Смотрит – нет ни моста, ни брода. Спустилась она к самой воде и стала молить реку:

Но река в ответ забурлила и зашумела ещё громче:

Ну что было делать курочке? Не поворачивать же обратно! На счастье она вскоре же вспомнила, что идёт к королю не с пустыми руками. Выхватила из корзиночки волшебный камень, показала реке, и река тотчас же стала уменьшаться. Сперва она превратилась в речку, потом в ручеёк, и в конце концов осталась от бурной реки одна только капелька. Курочка клюнула капельку, положила в корзинку и побежала дальше.

Семь дней и семь ночей бежала курочка и пришла наконец к королевскому замку. Но у ворот замка стояла стража.

– Это что ещё за птица?! – крикнули стражники разом.

Но курочка приосанилась, тряхнула своим гребешком и не без гордости ответила стражникам:

– и показала камень. Камень засверкал, и стражники распахнули настежь ворота замка!

Конечно, попасть к королю в замок не так-то просто, но ещё труднее стать королевой Испании. Но что же случилось с курочкой в замке? В первом же зале её встретил королевский дворецкий. Он даже не посмотрел на курочку с золотым гребешком, он подумал, что это самая простая курица. Он крикнул, чтобы слуги прогнали её. Но не так-то просто было её прогнать. Курочка приосанилась, тряхнула золотым гребешком и гордо сказала:

Но дворецкий даже слушать её не стал, а слуги – уже тут как тут – бегут схватить курочку и выбросить за окошко. А курочка с золотым гребешком проворно сунула свой клювик в корзиночку и достала камень. Должно быть, этот камень и в самом деле был драгоценным, потому что дворецкий тотчас же приказал слугам уйти, взял у курочки камень и понёс его к королю.

Королю камень очень понравился. Он положил его в свой широкий карман и спросил дворецкого:

– Кто принёс этот камень?

– Какая-то курица, – с поклоном ответил дворецкий.

Король ласково улыбнулся:

– Передайте курице мою благодарность! – А потом прибавил: – Отправь-ка её в курятник. Для курицы это самое подходящее место!

Дворецкий бросился исполнять королевское приказание, и курочка даже моргнуть не успела, как очутилась в королевском курятнике.

– Ко-ко-ко! – закричала курочка во весь голос.

Услышав такие слова, королевские куры, петухи и индюшки так рассердились на гордую незнакомку, что стали её клевать, бить крыльями и топтать ногами. Так бы и пропала бедная курочка, если бы вовремя не вспомнила о волке.

– воскликнула курочка и вытащила из корзиночки волка. И серый волк стал расти. Он рос до тех пор, пока не стал таким же большим и страшным, как прежде. Он набросился на дерзких кур, петухов и индюшек и проглотил всех, кроме курочки с золотым гребешком.

Когда же взошло солнце, курочка выбежала из курятника, вошла во дворец и стала прогуливаться по королевским залам. Слуги увидали её и побежали к королю с докладом.

– Курочка убежала из курятника! – крикнули слуги в один голос.

Король рассердился:

– За такую дерзость бросить её в темницу!

И слуги тотчас же поймали курочку и бросили в темницу.

Это была настоящая королевская темница. Стены её были такой толщины, как семь телег, поставленных в ряд, внутри же она оказалась настолько тесной, что даже маленькой курочке негде было ни повернуться, ни шевельнуться. К тому же в темнице было совершенно темно. Ай, как плохо пришлось бедной курочке! Но тут она вспомнила про могучий дуб, вытряхнула из корзинки соломинку и стала просить:

– Дуб, дуб, подрасти, От злодеев защити!

И вот дуб-карлик упёрся корнями в пол и стал расти. Он становился всё больше и больше, вершиной своей пробил потолок, разорвал стены ветвями и вышел наружу, разрушив половину дворца. А вместе с ним вылетела на свободу и белая курочка с золотым гребешком.

– Ко-ко-ко! – закричала она на весь королевский двор:

– К королю пришла я в город: Королевой стану скоро!

Король увидал её в окошке, рассердился и приказал слугам сжечь в огне упрямую птицу. Слуги схватили курочку и потащили в камин, в котором уже пылало жаркое пламя. Они бросили её в огонь, но и на этот раз отважная курочка не испугалась: она выбросила из корзиночки каплю росы и закричала:

– Ко-ко-ко!

Речка, речка,подрасти, От злодеев защити!

И тотчас же в камине забурлила река. Она потушила пламя, затопила всю комнату, потекла по дворцовым залам – в сад, во двор и хлынула за ворота! Гремя и пенясь, понёсся к морю могучий поток, всё смывая, опрокидывая и унося за собой. И королевский замок поплыл к морю, вертясь, как щепка в бурном водовороте.

Король испугался. Он стал молить курочку остановить разъярённый поток и тут же согласился сделать её своей женой и королевой Испании. В тот же день отпраздновали во дворце весёлую свадьбу. Съехались гости, пришли барабанщики, трубачи затрубили в трубы, и король открыл бал. Он танцевал в первой паре со своей невестой-курочкой, и курочка выступала так важно, как будто родилась во дворце и никогда не жила в курятнике на заднем дворе.

И я на свадьбе этой был, Сапог я пару получил, – Сапог отличных пару От короля в подарок. Я в них весь вечер танцевал – Сперва один сапог стоптал, Потом другой порвался, И я ни с чем остался! Как был, остался бедняком, Но бедняку и босиком Всегда по сердцу пляска… А вам осталась сказка.

***

Хосе родился бедняком, А Педро – круглым дураком, Зато – как люди говорят – Он с колыбели был богат. Бедняк, когда пуста сума, Брал деньги под залог, А вот дурак занять ума, Хоть бы капельку ума, Нигде себе не мог.

***

Громче, громче Звени, гитара, Пой, подруга, Звукам твоим Молодой Улыбнётся И старый, Потому что С тобою, гитара, Мы о радости Людям звеним.

У короля было три наследника, три сына, и он не знал, которому из них отдать свою корону. И вот однажды он созвал своих сыновей и сказал им:

– Я отдам корону тому из вас, кто принесёт мне цветок голубого ириса.

Сыновья пошли искать голубой ирис.

Они пошли в разные стороны.

Старший сын пошёл в горы, он видел много цветов, но все они были лиловыми и не было среди них голубого ириса. Второй сын пошёл в поле, он тоже видел много цветов, но цветы были жёлтыми, и голубого ириса среди них тоже не было. Младший сын пошёл в лес и на весёлой лесной лужайке нашёл голубой ирис. Его листья были, как стрелы, а лепестки, как крылья бабочки. Один ряд лепестков опускался вниз наподобие балдахина, а другой поднимался вверх, как корона, – и все они были голубыми, как небо!

Юноша бережно спрятал цветок под рубашку, чтобы никто не увидел цветка и не отнял его. Он повернул домой и под утро на берегу Гвадалавьяра встретил своих старших братьев.

Братья спросили его:

– Что ты несёшь так бережно под рубашкой?

Младший брат хотел ответить, что у него ничего нет, но он не умел лгать и сказал:

– Я несу голубой ирис. Я нашёл его на лесной лужайке. Листья его, как стрелы, а лепестки, как крылья бабочки. Один ряд опускается вниз наподобие балдахина, а другой поднимается вверх как голубая корона.

Тогда старший брат сказал второму:

– Что нам сделать, чтобы завладеть цветком и получить корону?

Второй брат ответил:

– Убьём его.

Они так и сделали, убили брата и закопали его в прибрежном песке, а цветок взяли себе. Но цветок был только один, а братьев двое. Братья не стали спорить: они бросили жребий, и цветок достался старшему. Он принёс во дворец цветок, голубой, как небо, отдал его королю, и король объявил старшего сына своим наследником.

Прошёл день, прошёл другой, а на третий день молодой пастух гнал своё стадо по берегу Гвадалавьяра. Он увидел, что из песка поднимается белая тростинка, срезал её ножом и сделал из тростинки дудочку-флейту. Когда же он заиграл на ней, флейта запела:

Флейта пела так нежно, так жалостно, что пастух не мог оторвать от неё своих губ. Он шёл вниз по реке и играл, он вступил в королевский сад и играл, он остановился перед дворцом и продолжал играть. Король услыхал звуки флейты и позвал пастуха:

– Поднимись во дворец и сыграй мне твою песенку!

Молодой пастух вошёл во дворец, остановился перед троном, приложил флейту к губам, и она запела:

– Ты играй, пастух, на флейте, Ты играй без передышки, Я нашёл цветок заветный, Но меня убили братья И в песках Гвадалавьяра Закопали на рассвете.

Тогда старый король приказал позвать старших сыновей и спросил пастуха:

– Где ты взял флейту?

И пастух привёл короля и его старших сыновей на берег Гвадалавьяра.

Король спросил сыновей:

– Это вы убили моего младшего сына?

Братья ответили:

– Нет.

Тогда король приказал поднять песок на том месте, где рос белый тростник, и они нашли юношу живым, здоровым и невредимым. Лицо его было свежим, как салат латук, а румянец на щеках ярче томата. Только на левой руке у юноши не хватало одного пальца, того самого, из которого вырос белый тростник.

Король обнял своего младшего сына и отдал ему свою корону, а старших братьев приказал заточить в монастырь с толстыми стенами на высокой горе Хаваламбре.

Молодой король правил много лет, но, сколько ни старались лекари, цирюльники и учёные монахи, палец на левой руке у него так и не вырос до самой смерти. Но разве не стоит отдать палец для того, чтобы люди узнали правду?

Я в Валенсии у моря Слышал как-то эту сказку И сегодня слово в слово Рассказал вам без утайки… Сказка кончена и в небо, Словно дым по дымоходу, Поднялась над плоской крышей И растаяла в тумане.

Не думайте, что принцесса так и родилась горбатой, ничего подобного: она была стройна и красива. К тому же она была единственной наследницей короля, и её будущий муж должен был получить королевство.

Король был уже стар и с нетерпением ждал, когда же наконец гордая принцесса выберет себе мужа, чтобы передать ему свой трон. Но принцесса вовсе не хотела выходить замуж. Не нравились ей ни принцы, ни графы, ни маркизы. Даже самых благородных кабальеро не удостаивала она взглядом.

И вот однажды, прогуливаясь перед дворцом, она встретила старого нищего. Лицо его было безобразно, одежда в лохмотьях, а спину украшал огромный горб.

– Подайте на бедность! – протянув руку, заголосил нищий.

Но девушка так испугалась его уродства, что тотчас же обратилась в бегство.

– Уйди, несчастный, и никогда не показывайся мне на глаза! – крикнула она старику и не дала ему ни сентаво.

Нищий рассердился. Он догнал принцессу и бросил в неё чёрного паука. Паук уцепился за шлейф принцессы, и как ни старалась девушка, не могла стряхнуть с платья гадкое насекомое. Так и пришла во дворец вместе с пауком.

Стал паук жить во дворце. Он не давал принцессе ни минуты покоя. Он кусал её и днем, и ночью и вырос такой большой и толстый, что даже придворные стали его бояться. Тогда принцесса позвала солдат и приказала им застрелить паука, а из его кожи сделать бубен.

Прошло время. Король сказал своей дочери:

– Ты видишь, я стар. Мне нужен наследник, чтобы передать ему королевство. Когда же ты выберешь себе мужа?

– Хоть завтра, – рассмеялась в ответ принцесса. – Но выберу я только того, кто без ошибки ответит, из чего сделан мой бубен.

– Хорошо! – согласился король. – Но помни, кто бы ни отгадал, мы сейчас же отпразднуем свадьбу. Даю в том моё королевское слово!

И король объявил по всей стране, что принцесса выйдет замуж за того, кто отгадает, из чего сделан её бубен.

Со всех концов прискакали на конях принцы и графы. В роскошных колясках приехали маркизы и дуки.

Со шпагами на боку прибыли во дворец благородные кабальеро. Но никто из них не сумел отгадать, из чего сделан бубен принцессы. Красавица только посмеивалась над женихами, пока из самого дальнего королевства не прискакал верхом на белом коне стройный принц в золотом плаще и с пером на шляпе.

Увидев юношу из окошка, принцесса тотчас же полюбила его. Она решила помочь незнакомому принцу и, распахнув окно, громко крикнула:

– Он из кожи паука!

Но принц, утомлённый долгой скачкой, не расслышал слов принцессы, а если бы и расслышал, ни за что бы ей не поверил: он подумал бы, что принцесса смеётся над ним. Разве делают бубны из паучьей кожи?!

Зато крик принцессы услышал горбатый нищий. Как раз в это время он проходил под окошками, выпрашивая подаяние. И когда принц так и не смог ответить, из чего сделан бубен, пришёл к королю и сказал:

– Я отвечу. Отдайте мне красавицу в жёны.

– Из чего же?-спросил смущённый король.

– Он из кожи паука! – со смехом ответил нищий, и королю пришлось отдать принцессу горбатому старику. Что делать! Она сама назначила такое условие, а король подтвердил его своим королевским словом.

О. как сердился король! Он позвал свою дочь и сказал:

– Вот до чего довели тебя твои капризы. Уходи сейчас же из дворца со своим стариком, забудь навсегда, что я твой отец, и никогда не возвращайся обратно!

Принцесса горько заплакала. Горбатый нищий взял её за руку, и они тотчас же ушли из дворца, а принцы и графы, маркизы и благородные кабальеро разъехались по своим королевствам, оплакивая печальную участь своенравной принцессы. Уехал и принц в золотом плаще и шляпе с пером. Печальный уехал он в своё самое далёкое королевство, потому что успел уже полюбить молодую принцессу.

Долго шли по дорогам принцесса и старый нищий и пришли, наконец, к реке.

– Ты моя жена и должна исполнять все мои желания, – сказал горбун. – Возьми меня на спину и перенеси через реку.

Посадила принцесса старика себе на спину и понесла. Дошла до середины реки и подумала: «Если я сейчас не избавлюсь от нелюбимого мужа, всю жизнь придётся мне таскать его за собою. Лучше я стряхну его в воду». Она стала скакать и прыгать, чтобы сбросить старика со своей спины. Прыгала, прыгала и наконец стряхнула его: старик был уже дряхлым, не мог удержаться на спине у принцессы. Но горб – огромный уродливый горб – принцесса никак не могла сбросить. Он крепко прирос к её спине, и принцесса стала горбатой.

Ах, этот горб! Принцесса так его ненавидела! Мало того, что сидел он на ней верхом, как всадник. К досаде девушки, коварный горбик оказался до крайности разговорчивым. Правда, если принцесса молчала, он тоже помалкивал. Но стоило девушке обронить хоть слово, горбик тотчас же повторял его, будто передразнивая принцессу, -ну, точь-в-точь как эхо в горах.

– Дайте мне напиться воды, – просила девушка, постучавшись в двери какой-нибудь хижины, и горб тотчас же повторял: «Дайте мне напиться воды!» и притом таким тоненьким голоском, что все начинали смеяться над девушкой. Другие же обижались, полагая, что она смеётся над ними, и прогоняли несчастную.

Сколько ни уговаривала его принцесса помолчать хоть немного, упрямый горбик пищал и пищал по-прежнему. Тогда девушка притворилась немой. С непривычки это было нелегко, но зато горб оставил ее в покое: пришлось и ему замолчать.

Наконец дошла принцесса до самого дальнего королевства, где жил стройный принц в золотом плаще и шляпе с пером. Почему попала она именно в это королевство, принцесса сама не знала, но, наверное, сердце подсказало ей дорогу. Она пришла во дворец и нанялась в услужение. Она прислуживала за королевским столом, но принц даже не взглянул на неё ни разу. Разве станет красавец, наследник трона смотреть на служанку, притом ещё на горбатую и немую! К тому же юному принцу было вовсе не до того: по приказу родителей он должен был жениться на знатной маркизе. Конечно, эта маркиза была вовсе не так красива, как принцесса с бубном, но горба у неё не было, и никто не осмелился бы сказать, что она немая: маркиза была пряма, как палка, и целыми днями трещала, как попугай. Вот какую невесту подыскали для принца в золотом плаще и в шляпе с пером!

Итак, маркиза-невеста прикатила в золочёной карете в самое далёкое королевство, где жил принц в золотом плаще, и по этому случаю во дворце готовили большой ужин, а принцессе-служанке поручили жарить пирожки с яблоками для королевского стола.

Она зажарила первый пирожок и сказала горбу:

– Горбик, горбик, не хочешь ли пирожка?

– Хочу, хочу! – пропищал горбик.

Как видите, если дело касалось чего-нибудь вкусненького, он забывал передразнивать принцессу, а сразу отвечал, чего хочет!

Итак, принцесса угостила его пирожком, положила на сковородку второй и опять спросила:

– Горбик, горбик, не хочешь ли ещё пирожка?

– Ой, хочу! – пропищал горбик.

Он был большим сладкоежкой. И принцесса снова угостила его пирожком.

– А ещё? – спросила она, обжаривая третий, самый большой пирожок. – Не хочешь ли ты его отведать?

– Очень, очень хочу! – пропищал в нетерпении горбик.

– Так прыгай ко мне в передник! – приказала принцесса горбу.

Глупый горбик так любил сладкие пирожки, что не заставил просить себя ещё раз и прыгнул в передник девушки. Принцесса схватила его щипцами и бросила в печку.

– Горю, горю! – пропищал горбик в последний раз и замолчал навсегда.

Так избавилась принцесса от ненавистного горба и стала стройной, как прежде. К тому же теперь ей уже не нужно было притворяться немой. Она побежала в свою комнатку, нарядилась в атласное платье с кружевами и явилась в парадный зал, где собирались к ужину знатные гости и принц с маркизой встречали каждого глубоким поклоном.

Когда принцесса, нарядная и величественная, появилась в дверях, принц воскликнул:

– Смотрите, это наша немая служанка! Как она стройна и красива!

А маркиза-невеста вскочила с места и, покраснев от досады, затрещала как сорока:

Ишь, нарядная какая! Прочь ступай! Прочь ступай! Повариху я узнаю, Как её ни наряжай!

Она трещала бы ещё очень долго, но принцесса не дала ей договорить и с достоинством ответила:

– Ваша правда, сеньора маркиза, я была поварихой и прислуживала сеньору принцу, но я родилась не служанкой, а принцессой, дочерью короля. И если вы не знаете этого, то могли бы и помолчать, хотя, говорят, это искусство совершенно вам не знакомо.

Услышав такой смелый ответ, трещотка прикусила язык и убежала из зала. Она прыгнула в свою золочёную карету и навсегда ускакала из самого далёкого королевства.

А принц? Он тотчас же узнал свою возлюбленную принцессу, о которой так долго тосковал. Он очень обрадовался, что она уже не немая, и при всех гостях предложил ей стать своей женой.

Они жили долго и счастливо. Принц вскоре же стал королём, а принцесса королевой. Она была доброй королевой, всегда помогала больным и бедным и никогда не отворачивалась от чужого горя. Уж она-то отлично знала, как тяжело скитаться без гроша по дорогам и просить у чужих дверей глоток воды и кусочек хлеба, чтобы утолить свой голод и жажду. И за это молодой король любил её ещё больше.

Так вот, дорогой мой сеньор, жил в Севилье богатый купец Хуан, но дороже всех богатств были для него сыновья – Хосе и Гомес. Старший, Хосе, был рослым парнем – кинжал и шпага были его неразлучными друзьями. Когда началась война, он стал солдатом, и красавица каравелла, распустив паруса, умчала его к далёким берегам Америки. Девять лет сражался он на чужой земле, девять лет не видел родного дома, когда же настал десятый год, трубы протрубили победу, и войска повернули обратно. Долог путь по волнам океана, и солдату он казался длиннее, чем день без хлеба, так спешил он скорее обнять старика отца и любимого брата. Когда же воин ступил на родной испанский берег, ему сказали, что отец его давно умер.

– Но где же мой брат? – воскликнул юноша.

Ему ответили:

– Он по-прежнему живёт в старом доме.

И Хосе, как на крыльях, поспешил к любимому брату. Он постучал в двери родного дома, и Гомес показался в окошке.

– Кто там?-спросил он недовольным голосом.

– Это я – Хосе, твой старший брат!-ответил воин.

– У меня нет брата! – закричал Гомес. – Уже десять лет, как красавица каравелла, распустив паруса, умчала его к берегам Америки, и я не имею о нём никаких известий. Но если ты в самом деле мой брат, а не ночной призрак, – вот тебе твоя доля наследства.

Сказав так, он выбросил на дорогу старый сундук и закрыл окошко.

Сколько ни взывал к нему старший брат, сколько ни молил, Гомес был глух к его просьбам. Он был более глух, чем глинобитная стена. И Хосе понял, что Гомес никогда не откроет ему дверей, потому что не хочет делиться с ним отцовским наследством.

Несчастный воин взвалил себе на плечи пустой сундук и пошёл, не разбирая дороги. Тем временем наступила ночь, и вместе с ней прилетел холодный ветер. Хосе озяб, он сбросил сундук на землю и подумал: «Очень плох этот старый сундук, но он пригодится мне, чтобы развести костёр и хотя бы немного согреться», – и стал ломать сундук.

Ударил камнем раз, ударил два, ударил ещё сильнее – крышка треснула, и в ней открылся тайник. Заглянул – в тайнике червонцы! Хотя Хосе и не учился в Саламанке, сразу же понял, что этих денег хватит ему, чтобы прожить безбедно полгода, а то и больше. Ссыпав денежки в кошелёк, он весело зашагал по городу.

Однако деньги лежат долго только у жадного или очень расчётливого человека. А Хосе не был ни расчётливым, ни жадным.

Вскоре он повстречал на улице женщину. Женщина горько плакала, и её слёзы тронули юношу.

– Расскажи мне о своём горе, – сказал женщине Хосе.

Женщина ответила:

– Если бы у меня было одно горе, я не стала бы плакать. Но у меня их два. Мой муж тяжело болен, и у меня нет денег, чтобы нанять лекаря, – вот моё первое горе. А второе моё горе в том, что у мужа много долгов и сегодня придут альгвасилы и бросят его за долги в темницу.

– Твоё горе не стоит слёз, – ответил Хосе женщине. – Возьми мой кошелёк, и тебе хватит денег, чтобы заплатить долги и нанять самого лучшего лекаря.

Женщина пошла и заплатила долги, и альгвасилы не бросили её мужа в темницу. Она наняла самого лучшего лекаря, но мужа не вылечила: сколько лекарь ни старался, больной вскоре же умер. А Хосе, отдав женщине все свои деньги, остался нищим.

– Лучше есть твёрдый хлеб, чем сидеть без хлеба! – сказал себе Хосе, пошёл во дворец и стал королевским слугой.

Работал он конюхом, работал дворником, работал поваром – и работал так усердно, что в конце концов король заметил его и сделал своим первым советником.

А жадный Гомес тем временем разорился.

Он услышал, что Хосе стал любимцем короля и первым человеком во дворце, пришёл к брату и со слезами попросил о помощи. У Хосе было доброе сердце, он пожалел младшего брата и уговорил короля взять его во дворец на службу.

И Гомес тоже стал королевским слугой, как когда-то его старший брат Хосе.

Работал он конюхом, работал поваром, работал дворником, но работал спустя рукава и думал только лишь об одном:

«Почему мой брат Хосе пользуется почётом, а я не смею даже подойти к королевскому трону?»

Злая зависть закралась в его сердце, и он решил погубить брата.

Он узнал, что король любит принцессу Белья-Флор, прекрасную, как цветок. Но принцесса, прекрасная, как цветок, не любила старого короля и скрывалась от него в замке среди высоких скалистых гор.

Никто не знал дороги к этому замку, и меньше всех знал о ней Хосе, но Гомес пошёл к королю и сказал, что найти красавицу Белья-Флор может только один человек и человек этот – его любимец и первый советник Хосе: он в заговоре с принцессой, он часто бывает в замке среди высоких скалистых гор и вместе с девушкой смеётся над стариком королём.

– Позвать Хосе! – воскликнул в гневе король и, когда Хосе явился, велел ему тотчас же привезти во дворец принцессу, прекрасную, как цветок.

– А если не привезёшь, я прикажу казнить тебя на площади перед дворцом! – закончил король и ушёл в свои покои.

Что делать! Печальный, поплёлся Хосе на конюшню, чтобы выбрать себе коня и скакать, сам не зная куда.

Много коней было в королевской конюшне. В нетерпении грызли они удила и били копытами, готовые мчаться быстрее морского ветра, и Хосе не знал, которого же из них выбрать. И вдруг старый белый конь, стоявший в самом конце конюшни, повернул к нему голову и сказал человечьим голосом:

– Оседлай меня, возьми на дорогу три хлеба и скачи без забот и печалей.

Хосе очень удивился, что конь говорит человечьим голосом, и, конечно, поверил ему. Он оседлал белого коня, взял на дорогу три хлеба и поскакал.

Хоть и стар был белый конь, но мчался не хуже молодых скакунов. Они мчались быстрее морского ветра и вскоре же прискакали к большой муравьиной куче.

– Спрыгни на землю, – сказал конь, – и брось муравьям три хлеба.

– Дорога ещё далека, и хлеб пригодится нам самим, – возразил Хосе.

– Не перечь мне, – ответил конь. – Сделай доброе дело, и ты об этом не пожалеешь.

Хосе сошёл с коня и отдал муравьям три хлеба.

Они поскакали дальше, они мчались быстрее морского ветра и вдруг увидали орла. Орёл бился в сетях, расставленных охотником, и не мог взлететь.

– Спрыгни на землю, – крикнул конь. – Разрежь сети и освободи птицу.

– Но мы потеряем время! – возразил юноша.

– Не перечь мне, – ответил конь. – Сделай доброе дело, и ты об этом не пожалеешь.

Хосе спрыгнул на землю, разрезал сети и освободил птицу.

Они помчались дальше, они мчались быстрее морского ветра и прискакали к реке. Маленькая серебристая рыбка трепетала на прибрежном песке и никак не могла добраться до воды.

– Спрыгни на землю, – опять сказал конь. – Возьми рыбку и брось её в воду.

Юноша возразил:

– Путь далёк, и у нас нет времени.

– Для доброго дела всегда есть время! – ответил конь. – Помоги рыбке, и ты об этом не пожалеешь.

Тогда Хосе сошёл с коня, поднял с земли серебристую рыбку и бросил в реку; и не успело солнце скрыться за вершинами Сьерра-Морены, они прискакали к замку среди высоких скалистых гор и остановились перед крыльцом, а на крыльце стояла принцесса, прекрасная, как цветок, и кормила кур отрубями. Это и была красавица Белья-Флор.

– Слушай, – сказал белый конь своему всаднику. – Сейчас я поднимусь на дыбы и стану прыгать. Это очень понравится принцессе, она захочет сама прокатиться на мне, и ты ей это позволишь. Но я начну брыкаться и ржать и не подпущу к себе принцессу. Тут уж придётся ей согласиться, чтобы ты придержал меня и помог ей вскочить в седло. Когда же красавица сядет на меня, не теряй ни минуты: вскочи в седло рядом с нею, обними принцессу покрепче и скачи во дворец.

Так сказал конь, и юноша так и сделал.

Лишь только принцесса вскочила в седло, он тотчас же очутился рядом с нею, громко свистнул, и верный конь лихо рванулся с места. Конечно, девушка сразу же догадалась, что незнакомый всадник похитил её по королевскому приказу и сейчас скачет с ней ко дворцу ненавистного короля.

У неё в фартуке были отруби, она рассыпала их по дороге и крикнула юноше:

– Что ты наделал! Ты рассыпал все мои отруби. Собери их!

Но юноша нежно прошептал ей в ответ, потому что уже успел полюбить принцессу, прекрасную, как цветок:

– Не печалься, милая, там, куда мчится конь, отрубей хватит на всех!

И они полетели дальше.

Они поравнялись с высоким деревом, на котором охотник расставил силки для птиц.

Принцесса подбросила свой платок, и он повис на самой высокой ветке.

– Сейчас же останови коня! – приказала Хосе принцесса. – Взберись на верхушку дерева и достань мой платок.

Но Хосе и не подумал остановиться.

– Там, куда мчится конь, у тебя будет сколько хочешь платков! – шепнул он девушке, и они полетели дальше.

Они прискакали к реке, принцесса бросила в воду свой драгоценный перстень.

– Достань его из реки! – взмолилась она.

Но и на этот раз юноша не послушал её.

– Там, куда мчится конь, найдутся перстни ещё прекраснее!

Так отвечал принцессе Хосе, а конь мчался и мчался и к вечеру прискакал ко дворцу.

– О Белья-Флор, прекрасная, как цветок! – воскликнул влюблённый король, увидав красавицу на пороге. Но красавица отвернулась от старика. Она заперлась в одной из комнат дворца и, сколько ни молил её всесильный владыка, не повернула ключа в замке.

Она сказала:

– Пока не принесут мне три вещи, которые я потеряла в дороге, я не выйду из этой комнаты.

Тогда король приказал позвать Хосе.

– Ты знаешь три вещи, которые потеряла принцесса в дороге?- спросил он.

– Знаю, – ответил Хосе.

– Сейчас же садись на коня и привези их мне! Если не привезёшь, я велю казнить тебя на площади перед дворцом!

Делать нечего, печальный поплёлся Хосе на конюшню. Горячие кони в нетерпении били копытами в землю, готовые мчаться быстрее морского ветра, но юноша даже не посмотрел на них. Он подошёл к своему верному другу, старому белому коню, обнял его за шею и заплакал.

– Не грусти, – сказал ему белый конь. – Садись на меня и скачи без забот и печали.

Они поскакали той же дорогой и вскоре остановились у высокого муравейника.

– Нужны тебе отруби? – спросил конь.

– Ты знаешь, если я не достану их, король казнит меня, – ответил Хосе.

– Зови же скорей Муравьёв. Только они могут тебе помочь.

И Хосе позвал Муравьёв.

Узнав юношу, который их накормил, муравьи сбежались со всех сторон, и не успел Хосе сосчитать до трёх, как отруби были уже у него в мешке.

– Видишь, – сказал юноше верный конь, – кто сделал добро, всегда бывает вознаграждён.

Когда они прискакали к дереву, увидали, что платок принцессы, как маленький белый флажок, развевается на самой верхушке и добраться до него нет никакой возможности.

Хосе в отчаянии опустил голову, но конь подсказал ему:

– Позови орла, он не откажет тебе в помощи.

Хосе кликнул орла, и орёл, которому юноша вернул свободу, распустил свои могучие крылья, взвился над лесом, подхватил платок своим крючковатым клювом, и не успел Хосе сосчитать до трёх, платок принцессы был уже у него в руках.

Вскоре прискакали они к реке. Волны бурлили, разбиваясь о берег.

– Как же достану я драгоценный перстень! – воскликнул Хосе. – Река глубока, а я не знаю даже, где обронила его принцесса.

– Позови рыбку, – посоветовал конь, – ты сделал доброе дело и будешь вознаграждён.

Хосе позвал рыбку. Она вынырнула из воды и, узнав доброго юношу, поспешила на помощь. Не успел Хосе сосчитать до трёх, как перстень был у него в руках.

Юноша прискакал во дворец и с глубоким поклоном вручил старому королю отруби, платок и драгоценный перстень принцессы. Король принёс принцессе вещи, о которых она просила, но Белья-Флор не открыла дверей.

Она сказала:

– Пока не будет наказан насмешник, который меня похитил, я не выйду из этой комнаты.

– Как же мне наказать его? – спросил готовый на всё король.

– Свари его в масле! – рассмеялась в ответ принцесса, и король тотчас же согласился.

Он вызвал к себе Хосе и сообщил ему о своём жестоком решении.

Печальный, пошёл юноша на конюшню, где стоял его друг, старый белый конь.

– Я пришёл проститься с тобой, – сказал он коню. – Завтра утром король сварит меня в кипящем масле.

Конь покачал головой и ответил:

– Грустить не о чем. Я выручу тебя и на этот раз. Садись в седло: мы поскачем с тобой быстрее морского ветра. Под высокой горой бьёт чудесный ключ. Искупайся в нём и спокойно иди на казнь. Поверь мне, ничего дурного с тобой не случится.

Они поскакали к высокой горе, юноша искупался в ключе и успел вернуться назад до рассвета. Когда же взошло солнце и позолотило своими лучами крыши Севильи, Хосе смело вышел на площадь, где стоял уже огромный котёл с кипящим маслом и тысячная толпа с нетерпением ожидала начала казни.

Ударила пушка, трубачи затрубили в трубы, и на площадь вышел король со своей блестящей свитой. Конечно, в свите был и коварный Гомес: он пришёл на площадь, чтобы посмотреть на гибель брата. Но случилось всё вовсе не так, как ему хотелось. Сбылось предсказанье коня: юноша отважно прыгнул в котёл и вышел из него живым и невредимым. Мало того – теперь стал он таким красавцем, что все невольно залюбовались им, а прекрасная Белья-Флор, которой давно уже нравился добрый и смелый Хосе, полюбила его на всю жизнь.

Увидев, как изменился Хосе, старый король тоже захотел стать молодым, стройным и красивым. Не долго думая, он сбросил с плечевою мантию, зажмурил глаза и ринулся в кипящий котёл. Но напрасно ждали придворные, что старик вынырнет из котла молодым и стройным, – они этого не дождались. Добрый Хосе в тот же день стал королём и женился на прекрасной, как цветок, красавице Белья-Флор, а коварный Гомес в страхе бежал в далёкие скалистые горы, и никто с тех пор его нигде не видал.

Отпраздновав свадьбу, Хосе пришёл к коню и с благодарностью обнял своего верного друга, избавившего его от стольких несчастий.

Конь сказал:

– Юноша, ты был добр и щедр. И за это вознаграждён. Делай же всегда людям добро, и ты об этом не пожалеешь.

Так кончается сказка.

И добрый Хосе, хотя и стал королём, никогда об этом не забывал.

Жил человек. А у него была дочь. Девушка была хороша, как солнце, но своенравна, как горный ветер.

Однажды отец работал в саду. Отворилась калитка, и трое юношей, один красивее другого, вступили в сад и сказали:

– Твоя дочь прекрасна, как солнце. Мы просим её руки.

Отец ответил:

– Она своенравна, как ветер. Надо спросить её согласия.

Он скрылся в доме, а юноши остались ждать у калитки.

Придя к дочери, отец сказал:

– Трое юношей, один красивее другого, просят твоей руки. Кого же из трёх назовёшь ты своим мужем?

Дочь посмотрела в окошко и увидала, что отец сказал правду: таких красавцев она ещё не встречала!

Улыбнувшись, ответила:

– Все трое мне по душе.

Отец рассердился:

– Не можешь же ты выйти замуж за троих?

– Согласна выйти за любого из них, – ответила дочь. – Но, пойми, мне нужны все трое.

И сколько отец ни спорил, повторяла одно и то же:

– Пойми, мне нужны все трое!

Несчастный старик не знал, что ответить юношам. Он долго думал, наконец вышел и сказал женихам:

– Моя дочь хороша, как солнце, но своенравна, как горный ветер: ей нужны все трое! Но не может же она выйти замуж за троих? Послушайтесь моего совета: отправляйтесь в чужие земли и далёкие страны – ищите там своё счастье.

Юноши переглянулись.

Отец объяснил:

– Ищите в далёких странах для своей невесты самый лучший, самый редкий подарок, какого нет нигде на свете. И тот, кто найдёт его, станет мужем моей дочери.

Женихи молча поклонились и вышли.

В тот же день они покинули берега Испании и отправились в чужие земли и далёкие страны на поиски своего счастья. Каждый ехал своим путём, но ни один не нашёл для невесты подарка, какого нет нигде на свете. Долго скитались они по бурным морям, не одну пару туфель изорвали об острые камни, бродя по чужим дорогам. Печаль окутала их сердца, но не погасила надежды.

И вот однажды первый жених встретил дряхлого старика.

– Здравствуй, юноша, – прошамкал старик, – не хочешь ли ты купить зеркальце?

Зеркальце было маленьким – не больше песеты, и юноша, горько засмеявшись, ответил:

– Такое зеркальце мне ни к чему. Я ищу для невесты подарок, какого нет нигде на свете.

Старик улыбнулся:

– Ты нашёл его, мой сынок. Это зеркало не простое: в любую минуту ты можешь увидеть в нём кого пожелаешь.

Юноша очень обрадовался, взял зеркальце и отдал за него старику все свои деньги.

Вскоре второй жених встретился с тем же стариком.

– Не нужен ли тебе пузырёк с бальзамом? – спросил старик.

– Мне бальзам ни к чему, – ответил юноша. – Я ищу для невесты подарок, какого нет нигде на свете.

Но и бальзам оказался не простым, а чудесным. Странник объяснил юноше, что этим бальзамом можно не только заживлять раны, но и воскрешать мёртвых. Обрадованный юноша взял пузырёк с бальзамом и отдал за него старику все свои деньги.

Третий жених, не найдя ничего, печальный бродил по берегу моря и думал уже броситься со скалы в морскую бездну, как вдруг увидал, что по волнам плывёт большой ящик. Ящик приблизился к берегу, в нём открылась маленькая дверца, и из неё один за другим стали выходить люди. Их было такое множество, что юноша не мог сосчитать. Последним вышел старик, поклонился жениху и сказал:

– Юноша, не хочешь ли ты купить мой ящик?

– Такой старый ящик мне ни к чему, – воскликнул печальный юноша. – Он годен лишь на дрова, а я ищу для невесты подарок, какого нет нигде на свете!

– В таком случае, лучше этого ящика ты ничего не найдёшь, – ответил старик. – Мой ящик плавает по волнам, летает по воздуху, сам бежит по земле, и не успеет камень, брошенный в волны, достигнуть морского дна, как ящик перенесёт тебя и твоих друзей, куда ты только ему ни прикажешь.

Они сговорились, юноша отдал старику все свои деньги и стал хозяином волшебного ящика.

Не успело солнце трижды подняться на полдень, как трое юношей встретились.

– Я нашёл чудесный подарок, какого нет нигде на свете! – воскликнул радостно первый жених и показал своё зеркальце.

– Мой подарок ещё чудесней, – сказал второй и достал пузырёк с волшебным бальзамом.

– Я думаю, что вы оба уступите первенство моему подарку, – хвастливо сказал третий и указал на большой ящик, качавшийся на волнах у самого берега.

Они стали спорить, и каждый настаивал, что его подарок самый лучший, самый редкий – такой, что лучше его нет нигде на свете.

Наконец первый жених воскликнул:

– Испытайте мой подарок на деле! Взгляните в зеркальце и вы увидите девушку, прекрасную, как солнце, и своенравную, как горный ветер.

Все трое взглянули в зеркало и в ужасе отшатнулись: невеста трёх женихов лежала на постели без движения и без дыхания.

– Она мертва! – воскликнул в отчаянии первый юноша и заплакал.

– Не плачь! – утешил его второй. – Мой бальзам оживит её!

– Мы опоздали, – возразил первый. – Пока мы достигнем берегов Испании, её уже похоронят, и никакой бальзам не спасёт её.

– Мы будем там раньше, чем сядет солнце! – сказал хозяин ящика. – Поспешим к морю: нас всех доставит на родину мой чудесный корабль!

Все трое, позабыв о недавнем споре, помчались к морскому берегу. Они вбежали в ящик, дверца захлопнулась – жжжи! – и чудесный ящик взвился в воздух. Не успело сесть солнце, а юноши, все трое, уже стояли у знакомой калитки. Старик отец выбежал им навстречу и, плача, объявил женихам, что они пришли слишком поздно. Но юноши смело вошли в дом, где без движения и без дыхания лежала невеста трёх женихов. Они окропили её губы чудесным бальзамом, девушка улыбнулась и встала. Радость юношей была беспредельна. А девушка подошла к отцу, обняла его и сказала:

– Ты видишь, отец, я права: мне были нужны все трое, все трое мне пригодились. Если бы не они, не пришлось бы мне снова увидеть солнце, а тебе – обнимать меня сегодня. А теперь дай мне год сроку, и я выберу одного из трёх женихов и назову его своим мужем. А другие двое пускай не сердятся на меня: не могу же я быть невестою трёх женихов. К тому же в нашем селении немало красивых девушек, и они без труда найдут себе подругу по сердцу.

Так и было. Прошёл год, минула зима, в горах снова зацвёл миндаль, а в селении, где жил отец со своей дочерью, сыграли сразу три весёлых свадьбы. Которого же из трёх братьев выбрала себе в мужья невеста – угадайте сами!

Жил бедняк. Беднее всех бедняков. Одно только было у него богатство: дети – мальчик и девочка. Послушные, трудолюбивые. Мальчика звали Хуанито, а девочку Урсулета. Каждый день ходили они в лес за дровами, а отец работал в поле. Одна беда: не было у них матери – умерла; некому было следить за хозяйством. Думал, думал бедняк и женился во второй раз. Женился, но не принёс счастья в дом. Мачеха была злая женщина, с первого дня невзлюбила детей, – решила их погубить.

Однажды сказала:

– Ступайте в лес за дровами, да не ленитесь. Кто раньше вернётся – испеку для него пирожок!

Побежали дети на гору. Принялись собирать хворост. Набрали по полной вязанке. Девочка набрала много-много, а мальчик ещё больше.

Побежали домой. Каждому хочется пирожка попробовать. Брат впереди бежит, а сестра отстаёт – не под силу бежать с тяжёлой ношей.

– Подожди меня, Хуанито! – кричит сестра.

– Не могу ждать, к пирогу опоздаю. Да не бойся: заслужу пирожок и с тобой поделюсь.

Присела Урсулета отдохнуть у дороги и задремала. Не скоро домой вернулась. А мальчик первым пришёл домой. Пришёл, а мачеха уже тесто в горшке месит.

– Я здесь, матушка! – закричал Хуанито. – Заслужил я пирог?

– Сейчас будет готов твой пирог, – заворчала в ответ злая женщина. Выглянула за дверь – нет никого: Урсулета ещё далеко, а отец, как всегда в это время, – в поле. Взяла и убила мальчика. Закопала его в саду под окошком. Смотрит – поднялось из земли вишнёвое деревцо. Распустились на нём розовые цветы, а потом и ягоды закраснелись – сочные, спелые, алые, точно кровь. Собрала их мачеха и закатала в пирог.

Пришла Урсулета с большой вязанкой:

– Вот и я, матушка. А где Хуанито?

– Выпил глоток воды, играть побежал.

– А откуда у тебя столько вишен?

– На базаре купила. Сладкий будет пирог. Отнеси его к пекарю: пусть испечёт.

Урсулета была послушной девочкой. Взяла пирог, отнесла к пекарю.

Посадил пекарь пирог в печку, стала корочка подрумяниваться. А пекарь знай дрова подбрасывает.

И вдруг раздался из печи голос:

Испугался пекарь, кричит:

– Откуда у тебя этот пирог, девчонка?!

– Мачеха мне дала.

– Расскажи сейчас же, как было дело.

– А я ничего не знаю. Послала нас мачеха вдвоём за дровами. Хуанито первым вернулся, а когда я пришла домой, пирог был уже готов.

– опять закричал пирог. – Скорей, скорее! – и Урсулета узнала голос брата.

– Это он! Это он! – воскликнула девочка и заплакала.

– Твоя мачеха злая женщина, – сказал пекарь, который так ничего и не понял. – Наверно, она колдунья.

Он вытащил из печки пирог и отдал девочке, а та отнесла его мачехе.

Пришла вся в слезах и спросила:

– Матушка, где же мой брат Хуанито? Он ещё не вернулся?

– Сказано: выпил глоток воды и играть побежал.

– А вы знаете, что пирог в печке кричал?

– Глупая! – расшумелась мачеха. – Разве может пирог кричать?

– И всё-таки он кричал и кричал очень громко: «Пирожок тащи, горячо в печи!»

– Не может этого быть! – рассердилась мачеха ещё больше и стала топать ногами. – Замолчи сейчас же! Это тебе показалось!.. Отнеси лучше пирог отцу в поле. Он сегодня ещё не обедал.

Урсулета поняла, что с братом случилось что-то неладное, но не посмела ослушаться мачехи. Вышла из селенья – встретила на дороге старушку. Никогда ещё не видала девочка этой женщины: сгорбленная, седая, она опиралась на длинную палку, но глаза у неё были очень добрые.

– Постой, милая! – сказала бабушка Урсулете. – Куда ты идёшь и что несёшь?

– Я иду к отцу в поле и несу ему пирог с вишнями.

– А ты знаешь, что это за вишни?

– Не знаю.

– Придёт время – всё узнаешь. А теперь помни: станет отец есть пирог и тебе предложит. А ты не ешь, скажи, что уже обедала. Станет косточки на землю бросать – все в платок собери, ни одной не оставь. Станет спрашивать, зачем тебе косточки, скажи – птицам бросить. А я подожду тебя у дороги. Назад пойдёшь – все косточки мне отдашь!

Урсулета так и сделала. Принесла отцу в поле пирог с вишнями.

Отец обрадовался:

– Вот так пирог! Откуда же у матушки вишни?

– Говорит – на базаре купила.

– Садись со мной, вместе обедать будем.

– Спасибо, отец, я сыта, я только что пообедала.

Отец стал есть пирог и бросать косточки на землю, а девочка принялась собирать их в платок.

– Ты зачем косточки в платок собираешь? -спросил отец.

– Потом птичкам брошу.

Собрала в платок все косточки, узелком завязала. Ни одной на земле не оставила, попрощалась с отцом и пошла домой.

На том же месте ожидала её старушка.

– Вот вам, сеньора, косточки, – сказала Урсулета. – Все до одной собрала.

Похвалила её старушка, развязала платок, улыбнулась, пошептала что-то и подбросила косточки вверх. Смотрит девочка – обернулись косточки пёстрой проворной птичкой. Взмахнула крыльями птичка, закружилась в воздухе и запела тоненьким голоском:

Пропев свою песенку, птичка взлетела высоко в небо и скрылась за облаками.

Урсулета очень обрадовалась, услышав такую песенку. Теперь она знала, что Хуанито, хотя и превратился в птичку, но не погиб. Она попрощалась с доброй старушкой и пошла своей дорогой.

А птичка полетела на каменоломни, где каменщики обтёсывали тяжёлые мельничные жернова. Закружилась над ними и запела всё ту же песенку:

– Как хорошо поёт эта птичка! – воскликнули каменщики. И попросили: – Спой нам ещё раз эту песенку!

– Спою охотно, – ответила птичка, – если вы подарите мне за это самый большой мельничный жернов.

Каменщики рассмеялись в ответ:

– Бери, если сможешь его унести!

Тогда птичка пропела им свою песенку от начала и до конца, а потом легко, как соломинку, подхватила клювом тяжёлый жернов и скрылась за облаками. Каменщики только головами покачали от удивления; птичка же прилетела в селение и положила жернов на черепичную крышу того самого дома, где жил отец с Урсулетой и с мачехой, но этого никто не заметил.

Потом птичка полетела на королевский двор, где искусные мастера чеканили золотые монеты, а работники ссыпали их в большие мешки.

– запела птичка над монетным двором, и все – и мастера и работники, – бросив своё дело, стали слушать её звонкое пение.

– Как восхитительно поёт эта проворная птичка! – воскликнули мастера и работники. – Спой нам ещё раз свою песенку, а мы ещё раз тебя послушаем.

– Конечно, спою! – прощебетала птичка в ответ. – Но за это вы дадите мне самый большой мешок с золотыми монетами.

– Ты его получишь, – ответили птичке работники и мастера, – но при условии, что сама унесёшь его отсюда.

И птичка пропела им свою песню ещё громче и ещё лучше, чем в первый раз. Окончив пение, она, как пушинку, подхватила самый большой мешок с золотом и улетела. А мастера и работники долго смотрели ей вслед, раскрыв рты от удивления.

Птичка же снова прилетела в селение, где жил отец с Урсулетой и мачехой, и положила мешок с золотом на черепичную крышу рядом с мельничным жерновом. И этого, как и в первый раз, никто не заметил.

Теперь птичка полетела к реке, где женщины белили на солнце льняное тонкотканое полотно. Когда же птичка пропела им свою песенку, они попросили её спеть ещё раз.

– Я спою, если вы подарите мне кусок полотна, но скатайте его потуже, а то я не смогу его унести, – ответила птичка.

Женщины согласились. Они скатали полотно в такой тугой и тяжелый свёрток, что сами лишь с трудом могли его приподнять.

– Попробуй теперь унести его, – со смехом сказали они проворной птичке. – Мы не станем тебе помогать!

– Конечно, я его унесу! – прощебетала птичка и запела так хорошо, как только могла:

– Чири, чири, чири, чири. Я не мёртвый, а живой. Меня мачеха убила, Не узнал отец родной…

– А теперь получай свою награду! – весело закричали женщины птичке и удивились не меньше, чем удивлялись каменщики, мастера и работники, когда птичка подхватила клювом тяжёлый свёрток и исчезла за облаками. Конечно, она прилетела в то же селение и положила полотно на той же черепичной крыше рядом с жерновом и мешком золота.

Был уже вечер, и отец, возвратившись с поля, ужинал с мачехой в доме, а Урсулета сидела у крылечка.

– Чири, чири, чири, чири! –

громко защебетала птичка, усевшись на самый край черепичной крыши, и запела:

– Я любимый братец твой, Я не мёртвый, а живой. Меня мачеха убила, Не узнал отец родной.

Она повертела головкой, поглядела сверху на девочку одним глазом и на этот раз продолжила свою песню:

– Но сестрица Урсулета Не могла забыть об этом, Горько плакала, вздыхала, Мои косточки собрала, Их старушке отнесла, Брата милого спасла.

– Идите, идите сюда скорее! Послушайте, как хорошо поёт эта маленькая птичка! – воскликнула Урсулета, и отец с мачехой подошли к окошку.

А девочка сказала птичке:

– Спасибо тебе за песенку!

– А тебе спасибо за доброе сердце! – ответила птичка и сбросила к ногам Урсулеты кусок льняного полотна.

Девочка взяла подарок, внесла его в дом и развернула. Полотно оказалось таким тонким, таким белым, что все удивились. И его было так много, что Урсулете его хватило бы на всю жизнь, даже если бы дожила она до ста лет.

– Отец, выйди теперь и ты из дома и попроси птичку пропеть тебе песенку, – сказала девочка.

– Спой мне песенку, – сказал отец. Он вышел из дома и вежливо поклонился птичке.

Птичка не заставила себя просить во второй раз. Она охотно просвистела и прочирикала свою песенку от начала и до конца, а потом сбросила отцу с крыши полный мешок золотых червонцев.

– Матушка, где же ты! – закричал мачехе обрадованный отец. – Попроси и ты птичку спеть для тебя песенку!

– Зачем я пойду! – грубо ответила мачеха.

– Но ты же видела, – рассудительно отвечал отец. – Урсулете она подарила кусок отличного полотна, а мне так много золота, что я сразу стал богаче всех в нашем селенье. Ступай, ступай сейчас же. Наверное, и для тебя припасла птичка подарок.

– Не пойду! Не пойду! – заупрямилась мачеха.

– Не будь глупой, выйди из дома и попроси птичку спеть ещё раз, – настаивал отец.

Злой мачехе не оставалось ничего другого, как обратиться к птичке с той же просьбой. Она вышла из дома и попросила:

– Спой мне песенку ещё раз!

– Чири, чири! Меня мачеха убила!

– громко прощебетала птичка и сбросила на мачеху с крыши тяжёлый мельничный жернов.

Она сбросила его так ловко, что жернов наделся мачехе прямо на шею, и как ни вертела головой злая женщина, как ни старалась стащить его с себя руками, жернов словно прирос к её плечам! Мачеха взвизгнула от злости и взлетела на воздух. И тут все поняли, что она колдунья и самая настоящая ведьма.

Но колдовства её хватило ненадолго. Жернов был настолько тяжёлым, что, долетев до леса, мачеха перевернулась в воздухе и свалилась в чащу. Говорят, до сих пор бродит она по лесу и старается сбросить с себя ненавистный жернов.

Но что же случилось дальше с отцом, птичкой и Урсулетой?

Птичка, наградив каждого по заслугам, полетела к старушке – к той самой, которая превратила в птичку вишнёвые косточки. Добрая женщина пошептала над ней, и птичка стала стройным весёлым мальчиком. Вы уже догадались, что это был Хуанито! Он тотчас же прибежал домой, обнял сестру и отца, и все трое с тех пор живут, не зная печали, в своём домике под черепичной крышей. Урсулета уже подросла, она отлично ведёт хозяйство, и отец вовсе не собирается приводить в дом новую жену.

Я заходил к ним в гости. Дали мне пирожок со сладким кремом. Но погода была жаркая, и, пока я нёс его домой, крем растаял. Осталась одна только корочка и сказка про добрую девочку Урсулету.

Очень давно жил бедный рыбак. Так рассказывают – значит, так и было. Он жил в маленьком домике на берегу тихой реки. Прозрачная, как слеза, и спокойная, как весеннее утро, протекала она, прячась от людей и от солнца в зарослях тростника, среди кустов и деревьев, склонявших к воде свои ветви. Никто никогда не заглядывал на берега тихой реки, и только пение птиц неумолчно раздавалось в густой листве.

И вот однажды рыбак поплыл по тихой реке. Он собирался уже забросить сети, как вдруг увидал, что течение несёт ему навстречу стеклянный ящик. Ящик плыл, плавно покачиваясь на волнах, и сверкал, как алмаз. Никогда не видал рыбак такого чуда! Он ударил веслом, подплыл поближе и удивился ещё больше, когда увидел в ящике двух близнецов-ребятишек: мальчика и девочку. Они не плакали – нет! Они смеялись и были прекрасны, как лепестки розы!

У рыбака сжалось сердце. «Если они поплывут дальше, – подумал он, – река унесёт малюток в море, а в море разразится буря, и дети непременно погибнут!» Он пожалел ребятишек, бережно поднял на руки и принёс в свой убогий дом.

– Этого ещё не хватало! – рассердилась жена. – Зачем ты принёс нам этих подкидышей? Или своих детей мало? Или забыл, что на руках у нас восемь ртов, а вместе с этими будет десять! Как же мы всех прокормим?

Рыбак покачал головою:

– Знаю, знаю, но что было делать? Не мог же я бросить детей на гибель. К тому же никогда ещё не видал я таких славных ребятишек. Будь что будет! Мы станем ещё больше работать, и, кто знает, не наградит ли нас судьба за доброе дело удачей.

Так сказал рыбак, и дети остались в доме. Они росли с родными детьми рыбака и с каждым годом становились всё здоровее и крепче.

Они стали такими умными и такими добрыми, что рыбак с женой не могли на них нахвалиться и нередко ставили их в пример своим ребятишкам. За это-то и невзлюбили родные дети приёмышей – редко играли с ними, не брали с собой на прогулки. Молчаливые, одинокие, бродили близнецы по берегам тихой реки, прозрачной, как слеза, и спокойной, как весеннее утро. Прислушивались к пению птиц, приносили им крошки и так подружились с птицами, что стоило близнецам показаться на берегу, как птицы – соловьи, стрижи, ласточки – с громким щебетом слетались со всех сторон, садились на руки, клевали хлеб с ладоней и даже научили детей своему птичьему языку. От них же научились брат и сестра рано вставать, быть всегда весёлыми и всегда петь песни. За это рыбак и его жена полюбили приёмышей ещё больше.

Конечно, детям рыбака это было не по душе.

– Ну что из того, что вы прекрасны лицом и благородны на вид, – говорили они близнецам. – Зато нет у вас настоящей матери, вы даже сами не знаете, кто ваш отец. Но мы-то знаем:

– Жабы! Лягушки! – дразнили они близнецов, а брату с сестрой оставалось только отмалчиваться, потому что они и на самом деле не знали, кто их отец и мать.

Это было обидно. Очень обидно. Вот и решили они уйти из дома – искать отца с матерью. Они ушли рано утром, так рано, что в доме все ещё спали и никто не слыхал, как хлопнула дверь и близнецы исчезли из дома.

Конечно, они не знали, где искать родителей, и пошли наугад – прямо через поле. Ни одной души, ни одного селения не встретили они до полудня. Не у кого было спросить дорогу, негде преклонить голову. Наконец увидали полуразрушенный домик, но и здесь не пришлось отдохнуть и утолить голод сестре и брату: в домике никого не было, а двери были закрыты. Близнецы очень устали и присели отдохнуть у порога. Кругом стояла полная тишина, только птицы щебетали где-то совсем-совсем близко. Дети подняли головы и увидали, что под крышу слетелись ласточки. Их было множество, и они болтали наперебой. А так как дети понимали птичий язык, то невольно прислушались. «Не подскажут ли нам хоть птицы дорогу», – подумали брат и сестра и стали слушать с ещё большим вниманием.

– Ола, как счастливы мои глаза увидеть тебя! – воскликнула маленькая ласточка с белой грудкой. – А я-то думала, что ты вовсе забыла своих деревенских подруг. Как-никак, а живёшь ты в городе, и не где-нибудь, а в королевском дворце!

– Конечно, я живу во дворце, под самым королевским окошком, – отвечала ласточка с длинным хвостиком, – но нисколько не горжусь этим. Ведь гнездо моё получила я по наследству от моих родителей, и в том, что живу я рядом с самим королём, нет моей заслуги!

– Ах, как она мила! Ах, как скромна! – затрещали ласточки наперебой, а городская ласточка продолжала:

– Расскажите мне лучше ваши новости. Хорошо ли поёт соловей? А жаворонок всё такой же голосистый и всё так же высоко взвивается в небо? А снегирь всё такой же нарядный? Расскажите всё без утайки, Беатрис!

Ласточка с белой грудкой, которую звали Беатрис, захлопала крылышками и отвечала печально:

– Кумушка, плохие пришли времена. Всё меняется – и привычки, и песни. Даже здесь, среди полей и цветущих рощ! Представь себе, наш дружок, наш милый хохлатый жаворонок, повадился летать на крестьянские поля, он клюёт маис и турецкие бобы, а когда хозяин выбегает с палкой, чтобы прогнать его, отвечает ему дерзкой песенкой:

Ну, как тебе это нравится? А воробей! Ты помнишь старого бесхвостого воробья? Так вот: прилетаю я весной из-за моря в своё родное гнездо, а оно уже занято.

– Простите, сеньор, – сказала я воробью, – это моё гнездо.

– Нет, моё.

– Но вы ошибаетесь: это гнездо построили мои дедушка и бабушка, в нём вылупились мои родители, наконец, я сама в нём вылупилась и хочу высидеть в нём своих детей!

– А мне здесь нравится!

– Уйдите, я вас прошу!

– Не уйду! Не уйду!

Вот бессовестный! Я просто не знала, что делать, и заплакала. Хорошо ещё, что подруги мои не растерялись и, пока я рыдала, все вместе налетели на воробья и вытолкали разбойника из гнезда! Как ты счастлива, что живёшь в городе, где не бывает таких беспорядков!

– Ах, у нас бывает и хуже! – вздохнула в ответ городская ласточка.

– Неужели? Так расскажите, расскажите скорей! – закричали все ласточки разом, и городская гостья сообщила им следующее:

– Случилось так, что королю пришлось отправиться на войну. Я пролетала по саду и сама видела, как садился он на коня и ускакал вместе с войском. Осталась королева одна во дворце. Ах, она была очень красива, но советники и министры не любили её, они даже презирали прекрасную королеву, потому что красавица родилась не в замке, не во дворце, а в бедной семье портного. К тому же была очень умна и насквозь видела все их проделки и плутни! Вот и задумали они погубить королеву. Как раз в это время родились у неё дети, близнецы – мальчик и девочка, прекрасные, как лепестки розы. Как радовалась королева! И я радовалась вместе с ней: садилась на подоконник и щебетала громко-громко, любуясь на малюток, лежавших в золотой колыбели. Но видала я и другое, – видала, как под покровом ночи советники и министры писали донос своему королю и владыке; они писали ему, что у красавицы королевы родились не мальчик и девочка, а кот и змея! Подумать только! Малютки ничуть не походили на этих животных! Но придворные знали, что делали. Они знали, что король наш горяч и шутить не любит. И вот уже через месяц на всех площадях читали королевский указ. Король приказал бросить в реку то, что родила королева, а несчастную мать живую замуровать в городской стене!

Тогда тёмной ночью сестру и брата – совсем ещё маленьких – положили в стеклянный ящик…

– Ой, – сказал брат, схватив сестру за руку, – ты слышишь: их положили в стеклянный ящик!

– Слышу, – вся дрожа, отвечала сестра. – Но неужели? ..

Она не договорила, но, конечно, оба подумали: уж не о них ли самих говорит длиннохвостая городская ласточка?

А та продолжала:

– Их положили в стеклянный ящик и бросили в реку, а красавицу королеву замуровали в стене. И она непременно бы погибла…

Тут ласточка понизила голос и прошептала:

– Этого не должен никто узнать, подруги. У королевы была преданная служанка. Она решила спасти добрую королеву и потихоньку вязальной спицей просверлила в стене отверстие и с тех пор каждое утро подаёт через него своей госпоже немного воды и хлеба. Она кормит её, как мы кормим своих птенцов. И королева жива до сих пор.

– А дети? Неужели они погибли? – защебетали разом все ласточки.

– Успокойтесь, подруги! Они тоже живы! Их подобрал один добрый рыбак. Они растут вместе с его детьми. Часто бродят по берегам тихой речки и за эти годы стали ещё прекраснее.

Услышав это, ласточки радостно взвились в воздух и закружились в небе. Конечно, дети тоже обрадовались и так удивились, что не могли сказать друг другу ни слова. Как хорошо, что научились они говорить по-птичьи! Они всё поняли! Всё узнали! Они узнали, кто их отец и мать!

А ласточки уже снова слетелись под крышу и стали расспрашивать свою городскую подругу:

– Но почему же дети не вернутся к отцу? Почему не освободят мать-королеву?

– А кто же поверит им? Разве легко доказать, что они королевские дети?

– Так неужели же нет никакого средства, чтобы раскрыть обман? – заволновались птицы.

– Есть, но только одно.

– Какое же? Отвечай скорее!

– Об этом мне рассказала кукушка. Я встретилась с ней, пролетая по королевскому парку. Ведь вам известно, что она немного гадалка: сколько раз прокукует – столько лет и проживёт человек. Так говорят в народе. Она-то вот и узнала, как спасти детей и несчастную королеву. Для этого надо…

Тут даже птенцы ласточек высунули из гнезда свои головы и так вытянули шейки, что чуть не вывалились на землю. В другое время матери клюнули бы их за такое любопытство, но на этот раз не заметили ничего, – так хотелось им поскорее узнать, как выручить несчастную королеву. Дети тоже затаили дыхание, чтобы не пропустить ни слова.

– Надо найти Птицу-Правду! – громко прощебетала ласточка. – Она умеет говорить языком человека, и только ей поверит король. Но многие, очень многие в городе не любят Правды, а придворные и министры ни за что не пустят её во дворец.

– Где же скрывается эта чудесная птица?

– Она заперта в замке «Войдёшь – не вернёшься»! И проникнуть в него почти невозможно. Двери замка и днём, и ночью охраняет чудовищный великан. Он засыпает только в полночь и то не надолго, только на четверть часа. И если заметит, что кто-то входит в замок, тотчас же хватает его своей страшной лапой и проглатывает так же проворно, как глотаем мы комаров и мошек.

– Но всё-таки где находится этот замок? – спросила любопытная кума Беатрис, самая старшая из деревенских ласточек.

– Не могу же я знать всё на свете! – захлопала крылышками городская гостья. – Мне известно только, что неподалёку от замка, посреди бесплодной равнины, возвышается старинная башня и на самом верху этой башни живёт злая-презлая ведьма. Только она знает, как пройти в замок «Войдёшь – не вернёшься», но – хоть убей её! – никому не укажет дорогу. И существует одно лишь средство заставить колдунью разговориться: надо принести ей полный кувшин разноцветной воды. Однако, даже проникнув в замок, не так-то легко разыскать чудесную птицу. Ее сторожат птицы Лжи. Они клюют её, не дают дышать, они прячут её в тёмном сыром застенке. А где находится этот застенок, тоже никто не знает. Говорят, что знает об этом только старый филин, живущий во дворе замка на вершине старого дуба, но он заколдован и обречён на молчание, пока кто-нибудь не придёт и не скажет ему слово «ночь». Но как же дети узнают это волшебное слово? Без него же ни за что не найти им Птицу-Правду.

Тут ласточка посмотрела на небо и стала собираться в дорогу.

– Уже поздно, – сказала она подругам. – Смотрите, садится солнце. Оно ищет своё гнездо из морской пены и торопится опуститься в волны. Прощайте. Мне пора во дворец. Прощай, кума Беатрис. Спокойной ночи!

Так сказала длиннохвостая ласточка и полетела в город. А дети, позабыв и усталость, и голод, поспешили за нею следом. К вечеру добрались они до города, где жил король. И брат, и сестра знали уже, что они королевские дети, но не пошли во дворец. Они попросились переночевать в одном бедном доме, а утром, пока ещё спала хозяйка, принялись за работу. Девочка прибрала в доме, а мальчик наносил воды из колодца и полил в саду цветы. Когда же хозяйка проснулась и увидела, что вся работа сделана, ей это очень понравилось, и она предложила детям жить вместе с нею.

– Пускай сестра живёт с вами, – ответил мальчик. – Я же должен уйти по очень важному делу, которое и привело меня в эти края.

Он обнял сестру, попрощался с доброй женщиной и отправился в опасный путь – искать Птицу-Правду.

Но разве знал мальчик, где находится замок «Войдёшь – не вернёшься»? Он шёл три дня, но никто не мог указать ему дорогу. Настал четвёртый день. Усталый и печальный, мальчик присел отдохнуть под высоким деревом и вдруг услышал тихое воркованье. На ветке сидела горлица.

– сказал мальчик горлице на птичьем языке, и горлица отвечала:

Но мальчик не испугался, он сказал горлице:

Горлица поняла, что мальчик ни за что не повернёт обратно. Она слетела ему на плечо и громко проворковала:

Горлица улетела, а мальчик пошёл в ту сторону, куда дул попутный ветер. Он очень спешил, потому что боялся: а вдруг своенравный ветер изменит своё направление!

Ветер летел впереди, а мальчик бежал вслед за ним и вскоре очутился посреди бесплодной сухой равнины. Кругом – ни кустика, ни ручейка, только камни, обожжённые солнцем, громоздились вокруг. А ветер летел всё дальше – туда, где вздымались крутые голые скалы. Со всех сторон обступили они дорогу. Солнце село, стало темнеть, а ветер всё мчался и мчался. И вдруг затих. Мальчик тоже остановился, он не знал уже – куда идти дальше. Но в это время на небе расступились тучи, луна озарила равнину, и среди голых скал он увидел мрачную башню, сложенную из огромных камней. Это была башня ведьмы.

Мальчику стало страшно. Ах, как хотелось ему убежать обратно, как не хотелось встречаться со злой колдуньей, но он вспомнил сестру, вспомнил мать-королеву, заживо замурованную в крепостной стене, и, подняв с дороги камень, со всей силы ударил им в железные двери. Глухое эхо раскатилось по скалам, отозвалось вдали протяжным вздохом, и тяжёлая дверь открылась. Старуха с факелом вышла навстречу, а за нею выползли из дверей тараканы, змеи, сверчки, пауки, кузнечики, цикады и навозные жуки-скарабеи.

– Сеньора ведьма, – произнёс мальчик дрожащим голосом, – мне известно, что только вы можете указать дорогу к замку «Войдёшь – не вернёшься». Будьте добры, окажите мне эту услугу.

Ведьма оскалила зубы и затряслась от смеха.

– А не поздно ли ты собрался в дорогу, малыш? Подожди до утра, и я сама провожу тебя к людоеду в гости. А сейчас ложись-ка ты лучше спать с моими детишками! – Она указала на тараканов и змей. – Не бойся, они тебя не обидят.

– О нет, сеньора! – воскликнул мальчик. – Я не могу дожидаться утра: ещё до рассвета я должен возвратиться туда, откуда пришёл. Укажите мне сейчас же дорогу.

– Вот упрямый! – разворчалась старая ведьма. – Не всё ли равно, когда погибнуть – вечером или завтра утром! Но если ты такой непоседа – так и быть – я укажу тебе дорогу, но за это ты принесёшь мне полный кувшин разноцветной воды из фонтана, который бьёт на дворе замка. Согласен?

– На всё согласен, – ответил бесстрашный мальчик, и колдунья принялась будить старую тощую собаку:

– Вставай, вставай! Отведи сейчас же этого маленького глупца в замок «Войдёшь – не вернёшься». Слышишь? Он торопится. Наверное, ему жить надоело!

Собака заворчала спросонья, отряхнулась и поплелась по пустынной дороге. А мальчик, захватив с собою большой кувшин для воды, заторопился следом.

Вскоре же они подошли к большому замку. Тёмный и молчаливый, он возвышался среди бесплодной равнины. Все двери были открыты настежь. Но ни шум голосов, ни малейший шорох не говорили о том, что кто-то живёт за его мрачными стенами.

«Войдёшь – не вернёшься» – вспомнил мальчик страшное название замка. «Неужели я никогда не выйду отсюда? Не лучше ли сразу повернуть обратно?» Но в это время часы на башне пробили полночь, собака взвизгнула и исчезла в одно мгновение. Решительный час наступил. Мальчик остался один, совсем один, но он не думал уже о возвращении, – он старался припомнить всё-всё, что слышал от королевской ласточки. «Надо скорей разыскать застенок, где томится Птица-Правда, – думал он. – А то проснётся злой великан». Мальчик смело вошёл в ворота. Во дворе не было ни души. Он осмотрелся. Но где же зачарованный филин? Ему надо сказать заветное слово, он очнётся и укажет дорогу к застенку. Но… какое же это слово?» Мальчик похолодел от страха: он забыл заветное слово. Совсем забыл. Сколько ни силился, не мог припомнить! А луна уже скрылась за облаками, стало темно, высоко в небе злобно загудел ветер. В отчаянии прислонился мальчик к высокому дереву и закрыл лицо руками.

– Какая ночь! Какая страшная ночь! – прошептал он, и вдруг откуда-то сверху, из мрака отозвался гулкий голос:

– Ночь? Кто сказал «ночь»? Кто посмел разбудить меня? Это я – старый филин!

Мальчик очнулся. Луна уже снова озаряла двор мёртвым светом, а с дерева смотрели на мальчика два блестящих глаза. Это был филин. Слово «ночь» расколдовало его.

– Это я – королевский сын! – громко воскликнул мальчик. – Помоги мне скорей, укажи – где томится Птица-Правда!

– Птица-Правда? Птица-Правда? – загудел с дерева филин. – Она там – в подземелье, но будь осторожен, будь внимателен, её стерегут птицы Лжи. Пёстрые, яркие, они кружатся в воздухе и поют прекрасными голосами. Не прикасайся к ним, не обольщайся их красотой. Возьми только маленькую белую птичку. Это и есть Птица-Правда, Птица-Правда…

– Спасибо тебе, добрый филин! – ответил мальчик. – А потом я должен набрать разноцветной воды из фонтана. ..

– Разноцветной? Глупец! – отозвался филин. – Ты сам погубишь себя! Эта вода нужна ведьме для колдовства. Не бери разноцветной воды – зачерпни прозрачной: вода, прозрачная, как слеза, разрушит все чары ведьмы. – Филин захохотал. – Отнеси ей полный кувшин! Торопись! Сейчас людоед проснётся!

Но мальчика не нужно было ни уговаривать, ни просить. Он уже спускался по широким ступеням в тёмное подземелье.

В одно мгновенье очутился перед птичником, распахнул двери и невольно зажмурил глаза: яркие птицы Лжи кружились перед ним. Они пели сладкими голосами.

– Птица-Правда! Где ты? – закричал мальчик. Но напрасно ждал ответа. Он ворвался в птичник. Пёстрые птицы не пускали его, клевали, налетали со всех сторон. Но он заметил уже в уголке скромную белую птичку, схватил её и спрятал у себя на груди. Громко вскрикнули птицы Лжи, но мальчик уже бежал за водой к фонтану. В это время по замку пронёсся протяжный рёв: людоед просыпался.

Зачерпнуть чистой воды из ключа, протекавшего у подножия фонтана, было делом одной минуты. А рёв становился всё сильнее. Мальчик выбежал за ворота и пустился в обратный путь. Вслед ему полетели огромные камни: людоед проснулся! Прячась за скалами, мальчик бежал всё дальше, не останавливался ни на минуту, пока рёв и грохот камней не затихли вдали.

Так добежал он до башни ведьмы. Старуха уже ждала его на пороге, а вокруг неё кишели пауки, тараканы, змеи, сверчки, кузнечики и навозные жуки-скарабеи. Колдунья выхватила у мальчика кувшин и, воскликнув: «Теперь станешь ты пауком!» – выплеснула на него разом всю воду. Она думала, что в кувшине разноцветная колдовская вода, но мы-то знаем, мальчик принёс прозрачной воды. Это была добрая и чудесная «вода красоты». Она не повредила мальчику, а ящерицы, змеи и насекомые тотчас же бросились к разлившейся по камням струе и стали купаться в ней. О чудо – юркие ящерицы на глазах у мальчика превратились в стройных рыцарей, цикады – в прекрасных принцесс, тараканы – в весёлых студентов из Саламанки, а навозные жуки-скарабеи – в почтенных докторов, одетых в длинные мантии и шапочки учёных. Комары стали звонкоголосыми певцами, мухи – печальными вдовами в чёрных кружевных мантильях, а пауки – монахами в рясах.

Увидев это, старая ведьма схватила метлу, взвилась в воздух и исчезла в ночном небе, а все спасённые отвесили мальчику глубокий поклон и отправились каждый своей дорогой. Мальчик же, согревая Птицу-Правду своим дыханием, поспешил обратно в город.

Как обрадовалась сестра, увидев брата живым и невредимым! Но она обрадовалась ещё больше, узнав, что он принёс Птицу-Правду. Однако самое трудное было ещё впереди. Нелегко, почти невозможно было пробраться в королевский дворец. Неизвестно откуда – быть может, подсказала им это злая ведьма, – но придворные уже знали, что Птица в городе. Они боялись Правды, они боялись, что раскроются все их преступления, и решили ни за что не пускать во дворец волшебную птицу.

– Убить! Отравить её! – приказали они солдатам и удвоили стражу перед дворцом. Они готовили охотничьих соколов, чтобы преследовать Птицу и изловить её, они строили клетки, чтобы запереть Правду и снова бросить в застенок. Они распустили слух, что маленькая белая птичка скрывает под перьями чёрное оперенье, что она вовсе не Птица-Правда, а самая злая птица на свете, что она хочет убить самого короля. Однако король не поверил этому. Узнав, что чудесная птица находится в городе, он издал приказ: каждого, кто принесёт во дворец Птицу-Правду, немедленно провести в тронный зал!

Глашатаи объявили приказ на площади, и мальчик, услышав приказ короля, взял сестру за руку и смело пошёл во дворец. Он нёс птицу за пазухой и громко пел:

– Королю несу я Птицу, Королю несу я Правду!..

Так дети приблизились ко дворцу. Но не верные королевские слуги, а хитрые советники и министры выбежали им навстречу.

– Схватить мальчишку! – приказали они солдатам, и солдаты в высоких шапках, с копьями и алебардами окружили детей и уже схватили их, чтобы бросить в темницу, но в эту минуту птичка выпорхнула из-за пазухи и с громким щебетом полетела прямо в окно к королю.

– О сеньор, я – Птица-Правда,

– запела она, опустившись перед королевским троном.

– Принесли меня к вам дети: Ваши дети – брат с сестрою. Прикажите же скорее Распахнуть пошире двери – Во дворец впустить обоих!

Конечно, король очень удивился словам птицы, но тотчас же поверил ей, потому что никто не мог не поверить Правде. Слуги распахнули двери дворца, и сам король вышел навстречу детям. Он обнял их и заплакал от счастья. И даже солдаты в высоких шапках, с копьями и алебардами не могли удержаться от радостных слёз, потому что дети – и брат, и сестра – лицом были как две капли воды похожи на самого короля. Пришли музыканты и, надув щёки, стали играть на медных трубах. Когда они кончили, король воскликнул:

– Дети мои, если бы ваша мать могла вас увидеть! Но я сам её погубил!

– Нет, – смело ответил мальчик, – она жива. Прикажите разобрать крепостную стену, и королева выйдет вам навстречу.

Позвали каменщиков. Они разбили ломами стену, и народ увидал свою королеву. Королева была бледна, как изваянная из мрамора, но когда увидала детей и прижала их к своему сердцу, тотчас же порозовела от радости и стала такой прекрасной, какой не была ещё никогда. Это очень понравилось королю. Он взял королеву под руку и повёл во дворец. Конечно, и дети вошли вместе с отцом и матерью в тронный зал, а придворные – советники и министры – так испугались, что разбежались в разные стороны и не стали ждать, пока палач отрубит им головы по приказанию короля.

А король сел на трон, посадил рядом с собой прекрасную королеву, а у ног своих – молодого принца и молодую принцессу. В тот же день назначил он бедного рыбака своим первым министром. Не забыл и служанку, которая столько лет, рискуя жизнь, кормила несчастную королеву: он сделал её герцогиней-дукессой, а женщину, приютившую в городе сестру и брата, пригласил во дворец и назначил фрейлиной королевы.

Вечером был большой пир. Весь город поздравлял принцессу и принца. И король с королевой всех угощали. Гости всё съели, и на тарелках ничего не осталось.

Осталась только сказка – длинная, как река. Но и река кончается, добежав до моря.

А сказка? Куда придёт сказка, где кончится, – об этом никто не знает!

Жил в Алемтежу богатый купец. Чем больше денег откладывал он в сундук, тем скупей становился. Целыми днями только о том и думал, как бы нажиться и бросить в сундук ещё одну горсть золотых монеток.

Однажды он купил гурт овец и продал его с большим барышом. Весёлый, с тугим кошельком в кармане, купец возвращался домой с базара. И как было ему не веселиться! В кошельке позванивали четыреста золотых эскуду.

«На эти четыреста я опять куплю овец и продам их за восемьсот. Куплю новых и опять продам вдвое дороже…» – думал жадный купец и так размечтался, что выронил кошелёк из кармана.

Только дома он обнаружил пропажу и вместе с тугим кошельком чуть не потерял последний рассудок.

Всю ночь он не спал, вздыхал и охал, а утром отправился к властителю города, великому герцогу, и, низко кланяясь, стал просить его:

– О великий герцог, заступник несчастных и покровитель всех честных людей! Выручи меня из беды, прикажи объявить указ: если кто-нибудь найдёт кошелёк с четырьмястами эскуду, пускай принесёт к тебе и из четырёхсот получит в награду сорок.

Герцог пожалел купца и в тот же день велел объявить на площади о потере и об обещанной щедрой награде. А через три дня к герцогу пришла бедная женщина и вручила ему кошелёк с четырьмястами эскуду.

– Твоя честность достойна награды, – сказал великий герцог и приказал позвать купца.

Увидев свой кошелёк, купец высыпал деньги на стол и с жадностью принялся пересчитывать золотые. Их было ровно четыреста.

Но теперь купцу не захотелось расставаться хотя бы с десятой долей денег.

– О женщина! – воскликнул мошенник. – Здесь не все деньги! Кроме этих вот, четырёхсот эскуду, я положил в кошелёк ещё четыре венецианских золотых!

Женщина спокойно ответила:

– Сеньор купец, если бы я хотела присвоить себе ваши деньги, я взяла бы весь кошелёк и не принесла бы его сеньору герцогу.

Все поняли, что она говорит правду, но купец продолжал кричать и бранить женщину.

Конечно, герцог догадался, что жадный купец попросту не хочет платить обещанной награды, и приказал ему:

– Подойди ко мне и дай сюда кошелёк.

Купец выполнил приказание.

Герцог спросил:

– Ты утверждаешь, что в твоём кошельке были ещё четыре венецианских монеты?

– Да, сеньор герцог.

– Почему же ты не сказал мне об этом раньше? Или ты хочешь присвоить чужое?

И, возвысив голос, сказал:

– Этот кошелёк не принадлежит купцу. Я тоже на днях потерял кошелёк, и в нём было как раз столько же золотых эскуду, но не было ни одной венецианской монеты. Значит, этот кошелёк мой.

Затем, обратившись к женщине, герцог прибавил:

– Почтенная сеньора, дарит не тот, кто богат, а тот, кто добр, – так говорят у нас в народе. Потому-то ты и принесла сюда этот кошелёк. Возьми же его себе в награду за доброту.

И он отдал женщине кошелёк со всеми эскуду.

А жадный купец ушёл ни с чем и стал надолго посмешищем для всего Алемтежу.

Осиротел мальчик Саншу, и, кроме смекалки, не оставили ему отец с матерью никакого наследства. Пришлось поневоле искать работы и наняться в пастухи к богатому скотоводу.

Весь день бегал Саншу за хозяйскими овцами, а когда наступил вечер, хозяин поставил перед ним миску горячей пустой похлёбки да ещё прикрикнул:

– Смотри не копайся!

– О мой хозяин! Но твоя похлёбка слишком горяча! – скромно ответил мальчик.

– А ты подуй на неё, – огрызнулся хозяин. – Во дворе ещё много работы!

«Ну, в этом доме я не останусь, – подумал мальчик. – Здесь не дадут даже поесть спокойно!» – и на следующее утро пошёл наниматься к другому скотоводу.

Опять целый день бегал Саншу за хозяйским стадом, и вечером поставил хозяин перед ним миску горячей пустой похлёбки.

– О мой хозяин! Твоя похлёбка слишком горяча! – сказал мальчик.

– А ты не спеши, парень, – отозвался хозяин. – Подожди, пока похлёбка остынет.

«Этот хозяин добрее первого, – подумал мальчик. – Но и здесь я не останусь работать. Времени на еду тут всегда хватит, но, кроме пустой похлёбки, в этом доме ничего не получишь».

Он дождался утра и пошёл наниматься к третьему хозяину.

Целый день пас Саншу хозяйских овец на горном склоне, когда же вечером ему подали миску пустой похлёбки, смышлёный мальчик лукаво посмотрел на хозяина и снова сказал:

– О мой хозяин! Твоя похлёбка слишком горяча!

– А ты, сынок, покроши в неё кукурузной булки, – улыбнулся хозяин в ответ, и мальчику это очень понравилось.

Он накрошил полную миску кукурузной булки и не спеша досыта наелся густой похлёбки.

«Вот этот дом мне подходит!» – решил мальчик. Он остался в пастухах у третьего скотовода и так прилежно смотрел за стадом, что за всё лето у него не пропало ни одной овечки.

Странствующий монах ходил деревни в деревню и во имя святого Антония выпрашивал себе подаяние. Крестьяне не были слишком богаты, но хитрый монах умел посулить им на том свете такое блаженство, что нередко бедняки делились с ним последним.

Одним словом, жилось монаху не плохо, его брюхо стало круглым, как тыква на огороде, а румяные щёки лоснились, как два спелых яблока.

Как-то раз постучался монах под окошком у одного земледельца и затянул свою песенку:

– Добрые люди, во имя святого Антония, подайте страннику на пропитание…

Окошко тотчас же отворилось, и монах уже думал, что хозяин позовёт его в дом и накормит досыта, но хозяин появился в окошке и сказал монаху:

– Ваше преподобие, ступайте своей дорогой. Святой Антоний уже получил свою долю: не дальше как вчера ко мне приходил такой же, как и вы, праведник и выпросил во имя Антония каравай пшеничного хлеба.

– Так подайте мне во имя святой Сесилии!

– А Сесилия третьего дня получила целый бараний бок, – ответил крестьянин.

– Во имя пресвятой девы Марии… – запел монах, но крестьянин даже не дал ему закончить.

– Святая Мария унесла у меня петуха и курицу! – сердито крикнул крестьянин монаху и захлопнул окошко.

Другой бы на его месте давно ушёл, но этот монах был хитёр и настойчив, к тому же подошло время обеда, а ему совсем не хотелось продолжать путь на пустой желудок. Поняв, что крестьяне уже раскусили его проделки и на эту удочку больше не попадутся, святой отец осмотрелся и выбрал дом побогаче – под высокой черепичной крышей. Это был дом деревенского старосты.

Однако на стук окошко лишь чуточку приоткрылось, и хозяин, увидев на дороге монаха, сердито буркнул:

– А ну, проходи, преподобный отче!

Однако монах не смутился таким приёмом. Он весело подмигнул старосте и спросил:

– Друг мой, а вы никогда не вкушали бульон из камня?

– Бульон из камня? – удивлённо переспросил хозяин и распахнул окошко настежь, думая, что плохо расслышал слова монаха.

– Ну да, из самого обыкновенного камня! – воскликнул монах, поднимая с дороги увесистый булыжник и тщательно вытирая его полой своей рыжей рясы. – Разве вы не знаете, что это самое вкусное кушанье?

– Быть не может! – продолжал удивляться хозяин. – Из простого камня? – А сам смекнул уже, что бульон из камня будет в хозяйстве большим подспорьем! Стоит только научиться его варить!

От жадности у старосты затряслись руки.

– Так покажите же мне скорей, как это делать, – стал он молить монаха, уже открывая двери.

– Дайте мне только пустой горшок, и вы убедитесь, что слова мои – чистая правда! – заливался монах.

Конечно, тут уже вся семья сбежалась взглянуть на чудо: и дочка старосты в пёстром чепце и старостиха – толстуха в нарядной юбке. Хозяин поставил горшок на стол, и все, вытаращив глаза, уставились на святого. Монах же тем временем не спеша вымыл камень, сунул его в горшок, залил водой и, поставив на огонь, принялся помешивать ложкой, чтобы – упаси бог! – камень не пригорел.

Когда вода в горшке закипела, монах облизнулся и сказал:

– Друзья мои, этот бульон попробует первым тот, кто даст мне немножко сала.

Хозяйская дочка тотчас вскочила и принесла монаху кусочек сала.

Святой отец бросил его в горшок, помешал в горшке ложкой и, попробовав, произнёс:

– Этот отвар пресный. Не хватает щепотки соли.

Конечно, на соль хозяин не поскупился.

Монах посолил бульон, опять попробовал, причмокнул губами и сказал с блаженной улыбкой:

– Даже ангелы на небе и те не отказались бы от такого бульона! Недостает только капусты.

– Вот вам капуста! – воскликнула хозяйка, подавая монаху два больших кочана. – Варите только скорее. Я никогда не пробовала бульона из камня.

Ей тоже очень хотелось поскорее отведать чудесного бульона. Монах же тем временем очистил кочаны и положил листья в горшок. Немного погодя он сказал:

– Теперь бы ещё кусок колбаски, и вы увидите, что такого бульона не едал даже папа римский!

Хозяин принёс колбасы. Монах опустил её в горшок и принялся усердно пробовать пищу.

– Ну что, готово? – с нетерпением спросила хозяйка.

– Обождите, обождите… – бубнил монах, глотая ложку за ложкой и облизываясь.

– Я принесла сала и буду пробовать первой! – не унималась дочка.

– Нет, я! Я принесла капусту! – не уступала мать.

– Да кто тут хозяин! – рассердился староста. – Я отдал ему чуть ли не полколбасы и никому не уступлю права отведать первым бульон из камня!

Так они спорили, ожидая, что монах предложит им по чашке бульона, но святой тем временем всё пробовал, пробовал чудесный бульон – не маловато ли соли, хватает ли перцу – и так очистил горшок до самого дна. Все с удивлением уставились на камень: камень лежал на дне горшка и не стал ничуть меньше, а ведь он варился так долго. Это было настоящее чудо!

– А что же теперь будет с камнем? – в один голос воскликнула вся семья.

Монах спокойно ответил:

– Я его вымою и возьму с собой. Я вижу, что и в другой раз он может мне пригодиться.

С этими словами хитрец положил камень в свой необъятный кошель и распрощался с хозяевами.

Так монах пообедал, где ему не хотели дать ничего. А жадный староста и его любопытные дамы до сих пор ещё вспоминают, какой чудесный аромат шёл от горшка, в котором святой отец варил бульон из самого обыкновенного камня.

Из города в город, от деревни к деревне ходил Жуан – Монах без забот. Не зря его так и прозвали. Куда ни придёт – там смех и веселье. Другие монахи – чуть на порог – забубнят молитву, а потом тянут руку за подаянием. А Жуан ничего не просил. Споёт, даже спляшет – всех насмешит. Ну как не угостить весёлого парня! Всюду бывал Жуан, многое повидал, обо всём умел рассказать. Где правду скажет, где и соврёт, да так складно – заслушаешься! Пошла о нём слава по всей стране, что всё на свете знает Жуан, что умнее Жуана нет никого в королевстве.

В конце концов услыхал про монаха даже король и приказал позвать во дворец Жуана.

– Ты Жуан – Монах без забот?

– Я, ваша милость.

– А это правда, что ты забот не знаешь?

– А какие же у меня, ваша милость, заботы? Сегодня тут, завтра там: поел, поспал – и опять в дорогу.

– А ещё говорят, что тебе всё на свете известно.

– Раз говорят, значит, правда! – ответил беззаботный монах.

«Как же так? – подумал король. – У всех заботы, даже у меня, короля, и то заботы, а этот монах без забот живёт. Ну нет, заставлю я его призадуматься!»

И сказал Жуану:

– Я загадаю тебе три загадки, сеньор всезнайка, и если ты мне на них через три дня не ответишь, тебе отрубит голову королевский палач.

– Какие же это загадки?

– Ты должен ответить мне, сколько весит Луна.

– А ещё? – не моргнув глазом, усмехнулся монах.

– Сколько в море воды?

– Это же пустяк! – А сам подумал: «Пропала моя голова!»

А король уже последний вопрос задаёт:

– Скажешь, о чём думает твой король. Ступай!

Вытолкали слуги Жуана за двери. Хоть и был он Монах без забот, да приуныл поневоле.

Идёт печальный: судите сами – кому охота с головой расставаться?

Навстречу мельник:

– Ола, сеньор Жуан – Монах без забот! В первый раз вижу тебя таким печальным! Неужели и тебя одолели заботы?

– Целых три.

– Да ну?

– Три загадки! Загадал мне их сам король, и если я на них через три дня не отвечу, мне отрубит голову королевский палач.

– А какие же это загадки?

– Сколько весит Луна?

– А ещё?

– Сколько в море воды?

– Это же пустяк!

– А потом я должен ответить, о чём думает сеньор мой король. А почем я знаю, о чём думает его милость? – развёл руками Жуан.

– Да разве же это заботы? – рассмеялся мельник.

– До смеха ли тут?

– Не горюй! Ты отдашь мне свою одежду, я оденусь в твою рясу и пойду к королю. Сам отвечу на все загадки, а не дам Жуана в обиду!

Так и сделали.

Через три дня, под вечер, присылает за Жуаном король. Ввели во дворец монаха. Ряса до пят, капюшоном лицо закрыто – монах как монах. Конечно, это был не Жуан, а мельник, но разве знал об этом король?

Он сказал:

– Начнём! – и задал первый вопрос: – Сколько весит Луна?

Монах указал рукой за окошко, где на небе уже поднимался месяц, и спросил короля:

– Что вы видите, ваша милость?

– Луну.

– Всю?

– Нет, только четверть.

– Вот и весит Луна только четверть пуда.

Покачал король головой, но не сумел возразить монаху. Задал второй вопрос:

– Сколько в море воды?

– Сейчас сосчитаю. Но, ваша милость, прикажите сперва закрыть все реки, а то вода набежит – и мне вовек не окончить счёта!

Прикусил губу с досады король, а сам думает: «Хитёр монах, да меня не перехитрит, – ни за что на последний вопрос не ответит». Нахмурился и спросил:

– Отвечай, всезнайка! О чём думает твой король? Ну, что ж ты молчишь? Не знаешь?

– Почему не знать, ваша милость, – с усмешкой ответил монах. – Вы думаете, что говорите с Жуаном, с весёлым монахом, что живёт без забот, а я совсем не монах, я – мельник!

Он сбросил рясу, и король остолбенел от изумления. Когда же пришёл в себя, мельник был уже далеко: у городских ворот отплясывал он весёлый танец вместе с беззаботным Жуаном.

В монастыре, после вечерни, собирались монахи на ужин.

Послушник Амбросиу тоже пришёл в столовую. Он занял место у самой двери, потому что был ещё совсем молодым монахом и другого места ему не полагалось.

Подали рыбу.

Амбросиу посмотрел в тарелку, а рыбёшка досталась ему такая маленькая – ну не больше мизинца!

А в то же время отцу-настоятелю поднесли на блюде такую огромную рыбину, что даже трудно было себе представить, как справится он один с таким чудовищем! Однако святой отец не смутился и двумя руками решительно пододвинул блюдо к себе поближе.

Послушнику стало обидно.

«Ну, погоди же, толстый обжора, – подумал он, – я отучу тебя кормить людей впроголодь!»

Подмигнув соседям, он низко склонился над тарелкой и принялся громко нашёптывать что-то своей маленькой рыбке, словно беседуя с ней по секрету.

Настоятель заметил это и удивлённо спросил:

– О брат Амбросиу, что ты шепчешь там над своею рыбой?

Послушник смиренно ответил:

– О преподобный отче! Простите, что я нарушил тишину, но я спрашивал эту рыбку, не встречала ли она моего отца-рыбака, который утонул в море.

– И что же она ответила? – заинтересовался толстый монах.

– Ничего не ответила, – глубоко вздохнул Амбросиу. – Моя рыбка ещё слишком мала, чтобы об этом помнить. Но она сказала… – Тут Амбросиу понизил голос и, указывая пальцем настоятелю в тарелку, закончил: – Она сказала, что, наверное, о нём знает та большая рыба, что лежит на вашей тарелке!

Собрались друзья на пирушку. Пятеро было женатых, а шестой – холостой. Он был аббатом.

Пировали весь день – развеселились. Вот и стал преподобный аббат подтрунивать над друзьями:

– Все вы женаты, я один – холостой, и живётся мне лучше всех. Сам я хозяин в доме, куда хочу – туда и пойду, что хочу – то и возьму, никого не спрошу. А вами жёны весь день командуют; у вас в доме, как говорится, курица умней петуха! Ну, скажите, что я не прав!

Друзья обиделись:

– Конечно, не прав!

– А ну, попробуйте докажите!

Завязался горячий спор. Спорили – чуть не охрипли. Наконец аббат сказал:

– Я человек богатый, а теперь стал ещё богаче. У меня в саду такой урожай орехов, какого никогда ещё не бывало. Так вот: кто из вас докажет, что живёт своим умом, а не ждёт весь день, чтоб жена ему указала пальцем, что надо делать, тому отсыплю я полный мешок орехов. Идёт?

– По рукам! – согласились друзья.

– Ну что ж, по рукам, – подтвердил аббат и пошёл домой собирать орехи.

Остались друзья одни – задумались: орехов каждому хочется, а как докажешь, что и в самом деле ты старший в доме? Нет-нет да и уступишь жене – не в том, так в другом. Всегда так в семье бывает.

Один Фернанду не сомневался, сидел да усы покручивал. Весь город знал, какой он строгий хозяин: дома при нём ни жена, ни дети и рта открыть не смели! Что ещё тут доказывать, если все соседи могли за него поручиться!

Стукнул кулаком по столу и сказал друзьям:

– О чём тут думать? Всё равно орехи мои!

И пошёл за орехами к аббату.

– Никто, – говорит, – во всём городе не посмеет сказать, что в моём доме курица умней петуха! Если не веришь – спроси людей.

– Почему мне тебе не верить? – отвечал с усмешкой аббат. – Успокойся, ты получишь орехи. Пойди принеси мешок.

Через час вернулся Фернанду с небольшим мешком. Отсыпал ему аббат орехов и спрашивает:

– Фернанду, неужели не было у тебя мешка побольше, чем этот?

– Конечно, был. Как не быть большому мешку в хозяйстве!

– Почему ж ты его не взял?

– Я бы взял, да жена не дала. Говорит: стыдно с таким большим мешком идти – и велела взять поменьше.

Как принялся аббат хохотать:

– Высыпай орехи обратно! Теперь я вижу, кто у вас верховодит в доме!

Так и ушёл ни с чем Фернанду. А дома ещё от жены влетело, что не умел держать язык за зубами и так глупо проболтался.

Крестьянин всю жизнь откладывал медные деньги на чёрный день. И вот пришла старость, крестьянин ослеп и не мог уже работать в поле, но не погиб от голода, потому что во дворе, возле дома, под высокой финиковой пальмой у него был зарыт большой кувшин из серой глины, до краёв наполненный медяками.

Каждую субботу вечером, после захода солнца, слепой выходил во двор, разгребал руками землю и вынимал из заветного кувшина несколько медных монеток, чтобы прожить до следующей субботы.

Прошёл год. Но крестьянин не унывал, так как у него всё ещё оставалось порядочно денег. И вдруг в одну из суббот слепой не нашёл кувшина на месте. Сколько ни шарил он руками под высокой финиковой пальмой, не мог ничего; нащупать: осталась в земле от кувшина только глубокая круглая ямка.

Бедняга понял, что деньги у него украли. Но кто же мог это сделать? Наверное, кто-нибудь из соседей! Но соседей у крестьянина было двое – один справа, а другой слева. Справа жил бедняк, а слева- богач-торговец. Конечно, бедняк больше нуждался в деньгах!

«И всё-таки, – подумал слепой, – никогда бедняк не позарится на гроши такого же, как и он, горемыки! Значит, деньги вырыл другой сосед». К тому же окно богача выходило как раз во двор слепого, и из него легко было подсмотреть, как крестьянин зарывал под деревом свои сбережения.

«Чем больше человек богатеет, тем жаднее становится», – подумал слепой и постучался в дом богача.

Конечно, он не сказал торгашу ни слова о своей пропаже. А начал так:

– О сеньор сосед! Я очень болен и чувствую, что скоро умру. А у меня есть деньги – много денег. Я копил их всю свою жизнь и накопил целый кувшин медных монет. Этот кувшин из серой глины я закопал во дворе, под высокой финиковой пальмой. Что же будет с ним после моей смерти? Ведь нет у меня ни родных, ни друзей. Так вот, сеньор ваша милость, я решил оставить все мои денежки вам, потому что вы всегда были для меня добрым соседом. И я оставлю вам не только медные деньги. Нет, у меня есть ещё горшок с серебром. Он спрятан в другом месте. Но чтобы вы могли взять все мои деньги сразу, я завтра же закопаю горшок рядом с кувшином под высокой финиковой пальмой.

Богач внимательно выслушал его и долго благодарил. Когда же крестьянин ушёл, взял заступ, потихоньку пробрался во двор слепого и закопал кувшин с медяками на прежнем месте.

«Теперь мне достанутся не только медные деньги, но и горшок с серебром!» – радовался богач. Но радовался напрасно, потому что слепой на другой же день выкопал свой кувшин из серой глины и спрятал его в надёжном месте.

А вечером снова постучался в дом богача и объявил ему, громко плача:

– Сеньор ваша милость! У меня всё украли! И горшок, и кувшин – все мои сбережения! Всё до последнего сентаву! Идёмте скорее ко мне во двор!

Он привёл богача к высокой финиковой пальме, и тот убедился, что под деревом нет ни горшка, ни кувшина.

Богач понял, что слепой перехитрил его, но как быть? Не тащить же слепого к судье за то только, что взял он назад свои собственные медные деньги!

Ходит месяц Март по дорогам от селенья к селенью – стучится под окошками:

– Выходите, крестьяне, в поле. Пришло время сеять, пришло время копать огороды!

Ни одного дома не пропустит.

Так рассказывают крестьяне в долине реки Тежу. Старенький уже Март – борода седая. Сколько лет по дорогам ходит. Долго ли тут состариться!..

Одни рассказывают, а простаки да малые дети верят, что и в самом деле ходит весною от дома к дому длиннобородый дедушка Март и велит всем выходить на работу.

Один молодой крестьянин женился, но жена попалась ему такая ленивая – ничего не хотела делать.

– Неужели тебе не скучно сидеть без работы? – говорил ей муж. – Взяла бы пряслице, напряла бы ниток!

Но ленивая жена отвечала:

– И завтра напрясть успею. Нельзя мне сегодня работать: у меня сестра именинница!

И на каждый день была у неё своя отговорка: то рука болит, то нога, то в соседнем селенье праздник.

Так прошла зима, прошёл январь месяц, февраль – и тот к концу подошёл.

Наконец крестьянину надоело смотреть, как жена сидит сложа руки.

Сказал:

– Берегись, завтра первое марта. Уж наверно, старик Март тебя не похвалит!

Жена только плечами пожала:

– Не боюсь я твоего Марта. С утра разложу перед дверью циновки, чтобы их побелило солнце. Увидит циновки Март, обрадуется – похвалит меня, что так радушно его встречаю!

Муж ответил:

– А не кажется ли тебе, что месяц Март обрадуется ещё больше, увидев, что ты прядёшь нитки?

На это жена ничего не ответила. До вечера просидела в саду, а потом улеглась спать на мягкой постели. Но муж в эту ночь совсем не ложился. Он надел старый халат, смастерил себе длинную седую бороду, взял в руки суковатую палку и потихоньку вышел из дома.

И вот настало первое марта!

Жена надела своё самое лучшее платье, расстелила перед домом чистые циновки и уселась у двери – нарядная, спокойная и очень довольная тем, что так ловко придумала обмануть старика Марта.

Сидит и ждёт, скоро ли придёт месяц Март. Наконец увидала, что к дому приближается незнакомый старик с длинной седой бородой, и сразу же догадалась, что это и есть месяц Март. Она кивнула старику головой и учтиво сказала:

– Здравствуйте, сеньор Март!

Старик ответил:

– Здравствуй, красавица!

Потом посмотрел на циновки, нахмурил брови и строго спросил:

– Отвечай, почему не работаешь?

– Как не работаю, сеньор Март! – затараторила в ответ женщина. – Да я глаз не смыкаю, ни минутки не знаю покоя. Не видите, что ли, – спозаранку белю циновки!

Она была очень красноречива и могла бы трещать целый час подряд, но старик перебил её.

– Не хитри! – закричал он сердито. – Не ты белишь циновки – их белит солнце. А ты сидишь сложа руки! Но если муж не приучил тебя к работе, так я сам возьмусь за дело.

Так сказал месяц Март и в подтверждение своих слов отколотил ленивицу своей суковатой палкой.

Когда женщина пришла в себя, старика уже не было. Она побежала в лавку, купила пряслице и тотчас же принялась за работу.

Возвратившись домой, муж увидел, что жена прилежно прядёт нитки и напряла уже большой клубок.

Он сделал вид, что удивлён не на шутку, и воскликнул:

– О жёнушка! Вот умница! Я вижу, ты хочешь встретить старика Марта настоящей работой!

– Да он уже приходил, – смущённо ответила жена.

– О чём же вы говорили? – с любопытством спросил крестьянин.

– О, сеньор Март был со мной очень любезен, но сказал, что больше любит, когда его встречают мотком ниток, а не расстилают перед домом циновки.

Так ответила она мужу, а крестьянин подумал: «Нет, не зря ходит месяц Март по дорогам, не зря стучится в окошки. И недаром каждой весной вспоминают его крестьяне в долине реки Тежу».

Вот вам, сеньоры, еще одна сказка про ленивую и нерадивую жену. Даже не сказка, а самый достоверный рассказ. Правда, в нём встретитесь вы с волшебницей, но она ни капельки не похожа ни на фею с магической палочкой, ни на злую колдунью с крючковатым носом. Она не гадала на картах, не вызывала злых духов, не шептала таинственных заклинаний и всё-таки была самой настоящей волшебницей, потому что каждый, кто с ней встречался, начинал сам творить чудеса.

Послушайте сказку – и увидите, что творить чудеса не так уж трудно. Стоит лишь захотеть и немножечко постараться.

Так вот: где-то когда-то жил крестьянин. Он был молод и трудолюбив, а его жена была молода и ленива. Настолько ленива, что ни одно дело не могла довести до конца. Её дом был всегда полон сора, а постели до вечера оставались неприбранными. Когда муж рано утром уходил на работу, в ведре не было воды, чтобы умыться. А когда поздно вечером он возвращался с поля, ужин не был готов, огонь не пылал в очаге, а жена спала крепким сном.

Наконец молодой муж рассердился. Возвратившись домой под вечер, он разбудил жену и отколотил её хорошенько. Он отколотил её так прилежно, что жена проплакала до рассвета и с первыми лучами солнца пошла жаловаться своей соседке, которую звали все Тиа Верде Агуа.

Не удивляйтесь, что у соседки такое длинное имя: это было даже не имя, а прозвище. Тиа Верде Агуа значит: тётушка Зелёная Вода. И не зря так прозвали крестьяне старуху; многие думали, что она немножко колдунья. Да вы и сами сейчас убедитесь в этом!

Итак, обиженная жена пришла к Тиа Верде Агуа и сказала:

– Тётушка, ваша милость! Ну что мне делать: мой муж совсем меня разлюбил! – И она подробно рассказала старухе о своём горе.

– Я знаю, как помочь тебе, – спокойно ответила Верде Агуа. – Я пришлю тебе десять моих помощников. Проворные и невидимые, каждый день и час они будут тебе служить, и с их помощью ты легко справишься с хозяйством. Поверь мне, твой муж будет очень доволен и снова тебя полюбит.

Ленивица очень обрадовалась.

– Когда же ты их пришлёшь? – спросила она тётушку в нетерпении.

– Хоть сегодня, – отвечала старуха. – Только надо их как следует встретить.

– Как же их встретить?

– А ты встань пораньше, прибери постели, подмети пол – не оставь ни соринки, а потом разведи огонь в очаге и принимайся готовить пищу. Если ты каждый день станешь так делать, мои помощники тебя никогда не покинут.

Обрадованная жена поспешила домой и, не откладывая, стала готовиться к встрече волшебных помощников тётушки Верде Агуа. Она даже сама удивилась, как ловко всё у неё получалось! «Ай да помощники!» – радовалась она. А когда муж пришёл с работы и увидал, что нет на полу ни соринки, а на огне, распространяя приятный запах, подрумянивается вкусное жаркое, – он обнял свою жену так крепко, как в первый день после свадьбы.

Радостная и весёлая, в тот же вечер прибежала жена к тётушке Верде Агуа и от всего сердца благодарила её за помощников, невидимых и проворных, которые вернули ей счастье.

Конечно, на другой день с ещё большим усердием стала готовиться женщина к встрече добрых помощников и убедилась, что все десять явились вовремя и целый день не покидали её ни на минуту, потому что вечером удивлённый муж снова похвалил свою хозяйку и обнял её ещё крепче.

И на третий, и на четвёртый день повторялось то же самое. Счастье и мир поселились в доме. Муж удивлялся – жену словно подменили – и всем, всем на селе рассказывал, что лучшей жены нет на свете.

– Не нахвалюсь я на ваших помощников, тётушка! Они такие проворные! – восхищалась жена, забежав как-то вечерком к своей соседке. – Одно только меня огорчает: я ни разу их не видала и не знаю даже, как они выглядят!

– Ну, этому делу нетрудно помочь! – отвечала старуха. – Но скажи мне: неужели ты их в самом деле никогда не видала?

– Никогда! – призналась простодушная женщина.

– Так посмотри внимательно на свои руки! – рассмеялась тётушка Верде Агуа. – Мои десять помощников – это твои десять пальцев! Не правда ли – они всегда с тобою и всегда тебе помогают!

Ну и довольная же была молодая жена! Она шла домой и радовалась. Ещё бы – она поняла, что сама, своими руками вернула себе счастье. Она знала, что теперь десять верных помощников никогда её не покинут, а это не так уж плохо!

Вот каким чудесам научились мы с вами у доброй волшебницы по имени тётушка Зелёная Вода. Оказывается, что творить чудеса не так уж трудно: стоит лишь немножечко постараться.

Отслужил солдат королю. Отслужил все четыре года. Хоть не много платили солдату, не с пустым кошельком собрался в дорогу. Четыре года вина не пил, четыре года табаку не курил: по грошу на хозяйство откладывал. На войне денежки ни к чему, а дома всегда пригодятся.

Надел на плечи ранец парень, ремень затянул потуже – хоть сейчас в поход. Зашёл к знакомому старику попрощаться.

А старик как родного сына любил солдата. Сказал:

– Отвечай на прощанье, что дороже тебе – деньги, которые ты скопил на службе, или три добрых совета.

– Деньги в хозяйстве нужны, как кровь, – ответил парень. – Надо и дом поправить, и быка купить – поле пахать. Как вернусь к молодой жене без денег?

Старик засмеялся:

– Деньги могут украсть в дороге, а моих советов никто не отнимет.

– А какие же это советы?

– Очень добрые, мой дружок: лучше денег в пути пригодятся.

– Ладно! – согласился солдат. – Я всегда верил тебе и сейчас поверю! – И отдал старику все свои сбережения.

– А теперь слушай, – начал хозяин. – Вот мой первый совет: не ходи по тропинке, а ходи всегда по большой дороге.

– А какой же второй совет?

– Не ночуй в доме с богатым вместе.

– И этот совет запомню.

– Запомни и третий: никогда не суди о людях по первому взгляду.

Стал солдат прощаться, а хозяйка, жена старика, вынесла на блюде пирог и поставила на стол перед солдатом:

– Возьми, сынок, на дорогу.

Поблагодарил парень хозяев, взял пирог и пошёл. Идёт, пирог в руке держит, думает: «Хорош пирог, но будет ещё вкуснее, если до дому донесу, вместе с женою съем. Пусть и она городским пирогом полакомится».

Так подумал солдат и вышел на королевскую дорогу.

Догоняет его погонщик мулов. На мулах поклажа: на одном – кувшины с оливковым маслом, на другом – ковры навьючены. Везёт товар продавать в селенье. А до селенья ещё далеко. Разговорились. Всё о себе рассказал солдат. Идут – беседуют. Слева – поле, а справа лес. Через лес тропинка.

– Пойдём по тропинке, – сказал погонщик, – напрямик скорее дойдём до селенья.

– Нет, – отвечает солдат, – ты как хочешь, а я пойду по большой дороге.

Попрощались. Пошёл погонщик с мулами прямиком через лес, а солдат шёл, шёл по большой дороге – только к вечеру добрался до селенья. Смотрит – выбегает из леса погонщик. Один бежит, без мулов и кричит: напали в лесу на него разбойники и мулов, и товар – всё отобрали!

«Первый совет помог мне», – подумал солдат. Пошёл дальше. К вечеру дошёл до таверны; устал – пора отдохнуть с дороги.

Входит: сидит за столом какой-то проезжий. Одет богато, за всё золотом платит.

– Садись со мной, – говорит солдату. – Денег у меня много, досыта угощу!

Хоть и голоден был солдат, отказался: вспомнил второй совет старика – не ночевать с богачом под одной крышей. Поплёлся дальше. Только к утру дошёл до другого селенья.

Ещё и не рассвело, а крестьяне все на ногах.

– Что случилось?

– Злодея ищут!

– Какого?

– Убил он ночью богатого старика в таверне. Унёс тяжёлый мешок с деньгами!

«Ну, – подумал парень, – хорошо, что я с богачом ночевать не остался! Не плохо посоветовал мне старик. Посмотрим, что дальше будет!»

Накормили его крестьяне хлебом с овечьим сыром. Пошёл своей дорогой солдат. До родного дома уже недалеко.

Идёт, думает: «Удивлю-ка жену. Четыре года ждала, а я тут как тут!» Не пошёл в дверь, со двора зашёл – заглянул в окошко. Смотрит – а в доме чужой человек! Раз чужой – значит, вор! Солдат-то был молодой, шутить не любил. Выхватил нож – и прыг в окно. Замахнулся ножом, да вспомнил третий совет старика: не судить о людях по первому взгляду. Бросил нож и сказал чужому:

– Кто такой?

А в это время входит жена:

– Здравствуй, Жуан! Как вовремя ты пришёл! Теперь у меня двойная радость. Это мой брат родной: вчера вернулся он из Бразилии!

Обнялись и сели за стол.

«Ну, – подумал солдат, – помог мне и третий совет доброго старика».

Он рассказал жене и шурину всё, как было, и стал угощать их пирогом. Хотел разделить его на три части, а нож не режет: что-то твёрдое в пироге. Разломили, а там все деньги, что накопил солдат за четыре года.

Вот и вся сказка – больше я ничего не знаю.

Семь лет свинопас выгонял хозяйских свиней в поле, семь лет не платил ему ни гроша скупой хозяин.

Пришло время – собрался парень жениться и обзавестись своим домом, а денег нет. Пошёл и поклонился хозяину:

– Заплатите мне за работу.

Хозяин завздыхал и заохал:

– Ну, куда ты спешишь? Не пропадут твои деньги. Подожди, через год сполна с тобой расплачусь!

Но парень уже не раз слышал такой ответ и давно понял, что хозяин с ним добром никогда не расплатится! Стал думать, как же, в конце концов, получить от хозяина свои денежки: за семь лет их накопилось немало.

Погнал свиней в поле, а сам всё думает: как же быть с деньгами?

Вдруг видит – идёт человек по дороге. Подошёл поближе, остановился, посмотрел на стадо и спрашивает:

– Твои, парень, свиньи?

– А тебе что?

– Продай свиней. Я дам неплохую цену.

– Ладно, бери свиней, только отдай мне хвосты и уши.

Сговорились. Положил свинопас денежки в свою пастушью сумку, отдал ему покупатель свиные хвосты и уши и погнал стадо по дороге.

«Ну, – думает свинопас, – за первый год хозяин со мной рассчитался. Теперь надо ещё за шесть лет получить!»

Пошёл к болоту, насадил на жерди свиные хвосты и уши, воткнул жерди в трясину, а сам побежал домой к хозяину и начал кричать:

– Сеньор хозяин! А сеньор хозяин! Помогите! Свиньи в болоте тонут!

Всполошился богач, примчался к болоту, а из трясины торчат свиные хвосты и уши! Стал свиней за хвосты тянуть, а хвосты в руках остаются.

Испугался, думает: «Так свиней из болота не вытащишь, только хвосты оторвёшь!» Позвал свинопаса и приказал:

– Беги скорее к жене и скажи, чтобы она дала тебе два мотка верёвок: мы верёвками свиней из болота вытащим!

А свинопас знал, что у хозяина дома припрятаны два мешка с деньгами. «Вот теперь заплатишь ты мне сполна!» – решил он и, прибежав домой, крикнул хозяйке:

– Скорее, скорее! Хозяин приказал, чтобы вы дали мне два мешка с деньгами!

– Сразу оба? – удивилась хозяйка. – И зачем ему деньги?

– Уж этого я не знаю, – ответил смышлёный парень. – Спросите у него сами. Выйдите на балкон и крикните хозяину – оба или не оба.

Хозяйка так и сделала: выбежала на балкон и громко крикнула мужу:

– Что? Оба ему отдать?

Конечно, простоватый хозяин подумал, что она спрашивает о мотках верёвок, и крикнул жене во всё горло:

– Отдай оба! Да не копайся!

Хозяйка была послушной. Вынесла из чулана мешки с деньгами и отдала их свинопасу. Свинопас взвалил мешки на плечо, но не пошёл к болоту, где ждал его хозяин а вышел на большую дорогу. Он вскоре же добрался до таверны. В таверне в это время никого не было, и трактирщик стоял у дверей, ожидая посетителей.

– Сеньор! – учтиво обратился к нему свинопас. – Нет ли у вас ремня да покрепче?

– Конечно, есть, – отозвался трактирщик. – Но зачем тебе ремень?

– Да я, видите ли, очень спешу. Вот и хочу стянуть себе ремнём ноги покрепче, чтобы бежать быстрее.

Трактирщик удивился, но дал парню ремень. Свинопас перепутал себе ремнём ноги и запрыгал по дороге со своими мешками.

– Ну, так ты далеко не ускачешь! – засмеялся вслед ему трактирщик.

– Подожди! – откликнулся парень. – Я ещё не распрыгался. Дай время – так поскачу, никто за мной не угонится!

Так ответил он трактирщику и продолжал прыгать по дороге. Когда же допрыгал до леса и трактирщик уже не мог его увидеть, развязал ноги, перетянул ремешком мешки потуже, чтобы удобнее было их нести, и припустил прямо через лес к своей деревне.

Вскоре прибежал к таверне хозяин.

– Сеньор трактирщик! – крикнул он, даже ещё не добежав до двери. – Не проходил ли тут человек с двумя мешками?

– Проходил.

– В какую же сторону он пошёл?

– Да пошёл-то он прямо к лесу, – ответил трактирщик. – Только вы едва ли его догоните.

– Почему же? Ведь я налегке, а он с тяжёлой ношей.

– Ну, вижу я – вы не знаете этого хитрого парня! Он взял у меня ремень и туго-натуго перевязал себе ноги, чтобы бежать быстрее, и теперь, наверное, так скачет, что за ним и верхом на коне не угнаться!

– Как же он это сделал? – стал расспрашивать богач.

Трактирщик объяснил.

– Ой, перевяжи мне скорее ноги, да потуже! – взмолился богач. – Я должен непременно догнать этого парня. Ведь он унёс у меня два мешка с деньгами!

Трактирщик не заставил себя просить два раза и тотчас же перевязал ремнём хозяину ноги. Богач поблагодарил его и заскакал по дороге к лесу. Еле-еле за час добрался он так до опушки леса и там свалился.

А парень был уже далеко со своими двумя мешками. К вечеру добежал он до родной деревни, а через три дня отпраздновал весёлую свадьбу.

Говорят, живёт он и теперь с молодой женой, не зная горя. А скупой хозяин до сих пор лежит в лесу со связанными ногами и ждёт, чтобы его развязали.

Водном городе жил бедный сапожник Жозе. Чуть свет садился он у дверей своего дома, до позднего вечера постукивал молоточком, приколачивая к старым башмакам новые подмётки. Но как ни трудился, не мог заработать столько, чтобы досыта накормить своё семейство.

Уж очень много было у него ребятишек.

Оборванные и голодные, целыми днями они прыгали по мостовой, играли в камешки и с нетерпением ждали, пока сядет солнце, потому что вечером мать кормила их густой бобовой похлёбкой, а отец, закончив работу и поужинав вместе со всеми, откладывал в сторону большую ложку, снимал со стены свою скрипку-виолу и принимался наигрывать весёлый танец батуке. И как только начинал он играть, мать сбрасывала свой старый передник. Она била изо всех сил в тамбурин из ослиной кожи, а ребятишки пускались в пляс. Весь дом ходил ходуном. Дети плясали так беззаботно, что не только мать с отцом – вся улица радовалась их веселью.

Да, немало друзей было у Жозе среди бедняков! Собравшись под окнами, они улыбались хозяину и каждый вечер от души веселились вместе с ним.

Но не только бедняки любили посмотреть, как веселится сапожник. В высоком доме, напротив бедной лачуги, жил богатый и знатный сеньор. Каждое утро он видел из своих окон, как прилежно трудится Жозе, каждый вечер слышал, как беспечно наигрывает он на своей виоле, – и решил помочь бедняку. Он позвал своего слугу, дал ему большой мешок с деньгами и сказал:

– Отнеси эти деньги соседу, что живёт напротив моего дома. Он знает нужду, но не знает уныния. Пусть эти деньги будут ему наградой.

Сапожник чуть не лишился ума от счастья, получив такой щедрый подарок. Он схватил мешок и вместе с женой тотчас же принялся пересчитывать деньги. В этот вечер они забыли и про виолу, и про тамбурин из ослиной кожи. Забыли даже про ужин. Голодные ребятишки плакали и просили дать им хоть корку хлеба, но родители вместо хлеба оделяли их колотушками, потому что боялись сбиться со счёта. А вместо весёлых звуков танца, из дома сапожника по всей улице неслись в этот вечер брань, плач и крики.

– Что же мы будем делать с такими большими деньгами? – спросила жена, когда счёт был окончен.

– Мы зароем их в землю! – решил сапожник.

И они весь вечер копали за домом яму, чтобы спрятать в ней свой большой мешок с деньгами.

А соседи и друзья удивлялись. Они спрашивали друг друга:

– Вы не знаете, что случилось с сапожником Жозе? Он заперся в своём доме, а с нами и знаться не хочет!

На другой день сапожник выкопал мешок из земли и сказал жене:

– Спрячем-ка лучше деньги в сундук: во дворе их могут украсть.

– А сундук поставим под кроватью, – согласилась жена. – Я буду его сторожить и днём и ночью.

Они положили деньги в сундук, поставили под кровать и всю ночь не спали.

Но шила в мешке не спрячешь. Соседи догадались, в чём дело, и в их сердцах проснулась зависть. Они сказали:

– И привалило же дурню счастье! Теперь мы знаем, почему он так зазнался!

И перестали кланяться Жозе.

Утром сапожник снова пересчитал свои деньги и сказал жене:

– Нехорошо, что деньги лежат в сундуке и не приносят нам никакого дохода. Давай откроем большую сапожную мастерскую, найдём работников, повесим вывеску с разноцветными буквами и будем жить, ничего не делая, как настоящие купцы.

– Ну нет, – возразила жена. – Лучше мы купим землю. Я родилась в деревне и знаю, что земля принесёт нам гораздо больше дохода, чем твоя сапожная мастерская.

– Я с тобой не согласен! – закричал муж.

– А я не согласна с тобой!-кричала жена.

Так они спорили весь день и всю ночь, а соседи радовались их ссоре и смеялись над ними.

К утру и муж, и жена совсем обессилели и охрипли от крика.

Наконец сапожник воскликнул:

– Будь прокляты эти деньги. Они унесли из нашего дома радость, а принесли только ссору. Помнишь, когда я был беден и трудился с утра до ночи, у нас были друзья, а теперь все от нас отвернулись. Ну разве не верно говорит пословица, что друзья на площади дороже, чем денежки в сундуке? Вернём-ка мы богачу этот большой мешок с деньгами, и пускай возвратятся в наш дом честный труд и веселье.

Жена обрадовалась и горячо обняла мужа.

Так они и сделали: пошли к богачу и вернули ему большой мешок с деньгами.

В тот же вечер снова услыхали соседи весёлые звуки виолы. Жена накормила детей густой бобовой похлёбкой, сбросила старый передник и стала бить в тамбурин из ослиной кожи, а ребятишки принялись отплясывать весёлый танец батуке – и плясали так беззаботно, что снова вся улица радовалась их веселью.

И друзья, собравшись под окнами, улыбались хозяину и от всей души веселились вместе с ним.

У одной бедной и старой крестьянки был сын. Его звали Педру, но соседи звали его иначе, – они называли его Педру де Малас Артес, что значит: «Педру, который всё делает плохо», или попросту неумейка Педру. И не зря: за что бы ни брался парень, всё получалось у него не так, как у людей.

Мать только вздыхала, глядя на своего неумейку. Она работала с утра до ночи, выбивалась из сил, чтобы прокормить себя и сына, а от Педру не было никакой помощи.

Однажды она соткала кусок полотна. Полотно было тонкое – такому полотну цены нет. «Ну, – думала женщина, – продам я на базаре полотно и выручу немало денег. Будет чем поправить хозяйство!»

Она сказала сыну:

– Смотри-ка, Педру, этим полотном мы заткнём все наши дыры!

Сказала и вышла из дома: пошла спросить соседей, почём платят теперь за полотно на базаре.

Не успела мать выйти за двери, а Педру уже принялся за работу. Он разрезал полотно на куски и стал затыкать ими дыры в своей лачуге.

Весёлая возвратилась мать: она узнала, что выручит за свою работу много денег. А сын встретил её ещё веселее:

– Посмотри, матушка, как я постарался! Все дыры заткнул, ни одной не оставил.

Хоть и очень была огорчена старуха, промолчала: ну что спросишь с неумейки! Ведь он старался!

На другой день сказала сыну:

– Сходи на базар, купи и принеси домой поросёнка. Только смотри, ничего не напутай.

– Сейчас, матушка. Для меня это проще простого! – ответил сын и стал собираться в дорогу.

Пошёл на базар Педру де Малас Артес. С утра пошёл, а до позднего вечера не вернулся. Целый день ждала его мать, наконец пошла навстречу. Видит: лежит её ненаглядный сыночек в пыли на дороге с большущим боровом на спине, – устал, подняться не может: всю дорогу борова на спине тащил!

Старуха разохалась:

– Горе мне с тобой, Педру! Ну, зачем ты борова на спине тащил? Надо было обвязать его толстой верёвкой и гнать прутом по дороге. Он сам бы до дому добежал.

– Верно, матушка, так было бы лучше, – согласился с ней неумейка Педру. – В другой раз я так и сделаю, как ты сказала. Такой прут возьму – мёртвый и тот поскачет!

Прошло два дня. Послала мать своего Педру на базар за кувшином.

– Купи, – говорит, – сынок, под простоквашу большой кувшин.

Проворного Педру два раза просить не нужно. Схватил деньги и побежал на базар, а через час вернулся с ручкой от кувшина:

– Ну, что я – скоро?

– Скоро-то, скоро, – говорит мать. – Но почему ты вернулся только с ручкой? А где же кувшин под простоквашу?

– Уж мне этот кувшин! – отвечал сердито Педру. – Я всё сделал, как ты сказала. Обвязал его толстой верёвкой и погнал по дороге прутом, но кувшин попался очень ленивый: трёх шагов не прошёл – и разбился! Вот и осталась от него одна только ручка!

Мать принялась объяснять сыну:

– Ты бы делал, как все умные люди делают. Нёс бы кувшин за ручку, а ещё лучше – уложил бы его в солому, на телегу к соседу, который тоже возвращался с базара.

– Верно, матушка, в соломе бы кувшин не разбился, – согласился с ней неумейка и на другой день отправился в лавку купить иголок.

Он купил дюжину самых тонких иголок и возвращался домой со своей удачной покупкой. По дороге его нагнал сосед с огромным возом соломы:

– Садись, подвезу, Малас Артес!

Обрадовался парень, вскочил на телегу, а иголки в руках держит – думает, как бы не разбились! Думал, думал и спрятал их в солому поглубже.

Приехал домой довольный:

– Получай, матушка, свои иголки!

– А где же они?

– У соседа в телеге! Я их спрятал в соломе. Уж наверное, ни одна не разбилась!

С тех пор мать не давала советов своему ненаглядному сыночку. Знала: всё перепутает неумейка Педру. Она принялась за работу и настирала целую груду белья. Но бельё надо было выполоскать, и она позвала сына:

– Сходи на речку – выполощи бельё. Но, смотри, полощи дочиста!

– А как я узнаю, что оно уже чистое?

– Сам увидишь. А не увидишь – людей спроси.

– Ладно!

Пошёл на реку Педру де Малас Артес. Целый день старательно полоскал бельё, а чистое ли оно – не знает. И спросить не у кого: на берегу ни души. Тут он увидал, что по реке плывёт лодка под парусами. Стал Педру кричать, замахал руками. Увидали его люди в лодке, перепугались: кричит парень не своим голосом, руками машет, как мельница! Уж не тонет ли кто-нибудь! Налегли на вёсла, измучились: пришлось им грести против течения. Наконец причалили к берегу.

– Говори скорей, что случилось?!

А Педру стоит, улыбается:

– Посмотрите на это бельё, уважаемые сеньоры, и объясните мне, хорошо ли я его выполоскал!

Выскочили люди из лодки на берег и отколотили парня. Колотили да приговаривали:

– Ты бы лучше молчал. А если кричать охота – пожелал бы нам попутного ветра, да посильнее!

Пошёл домой Педру де Малас Артес, а путь лежал через поле, где крестьянки вязали снопы.

– Пусть дунет ветер, да посильнее! – закричал неумейка. – Пусть дунет, да посильнее!

– Отдуем-ка мы его посильнее! – рассердились крестьянки и отколотили неумейку.

– Неужели ты не знаешь, – сказали они парню, – что от ветра всё зерно разлетится! Ты бы лучше помог нам и крикнул: «Чтоб ни зёрнышка не упало, чтобы ничто у вас не летало!» Будешь помнить?

– Запомню! – ответил Педру и пошёл дальше.

Он пришёл к лесу и увидал, что в кустах сидят птицеловы, караулят у силков птичек. «Ну что же, – подумал добрый Педру, – надо людям помочь». Подбоченился да как закричит:

– Чтоб ничто у вас не летало! Чтоб ничто у вас не летало!

Всех птиц распугал. Конечно, и птицеловы надавали тумаков парню, а на прощанье дали совет:

– Не так надо было говорить, Педру де Малас Артес, совсем не так! Ты бы крикнул: «Слетайтесь смелее да бейтесь в силках сильнее!» Вот тогда бы мы были довольны.

Всё понял неумейка Педру и пришёл в город. На площади крики, обступила толпа двух драчунов, никак не могут разнять. А Педру уже учёный, знает, что делать. Протискался вперёд да как закричит:

– Слетайтесь смелее да бейтесь сильнее!

– Замолчи, дурень! – набросились на него горожане. – Мы и так не можем справиться с драчунами. Ты бы лучше схватил их за ворот и крикнул: «А ну, марш, один направо, другой налево!»

Наверное, крепко отколотили бы неумейку горожане, но спасли его быстрые ноги. Прибежал Педру к церкви, а из дверей выходят жених с невестой. Тут уж Педру не растерялся – схватил обоих за ворот да как закричит:

– А ну, марш, один направо, другой налево!

И досталось же неумейке от родственников жениха и невесты! Они отколотили его как следует и сказали:

– Ну и глупец! Надо было молодых поздравить и сказать: «Какое счастье! Пусть будет так каждый день!» Понял?

Конечно, и на этот раз неумейка всё понял по-своему. Он вышел за город и возле кладбища встретил процессию. Печальные люди в чёрных одеждах шли за гробом. Тогда Педру де Малас Артес стал на дороге и, учтиво раскланявшись, торжественно произнёс.

– Поздравляю, сеньоры! Какое счастье! Пусть будет так каждый день!

Второй раз не пришлось ему повторять своё поздравление.

– Каждый день будут бить тебя, дурень! – закричали люди, провожавшие гроб, и тут же, на дороге, отколотили удивлённого парня.

А где же теперь Педру де Малас Артес?

Он сидит дома и помалкивает. Хоть и был он неумейкой, а понял, что не всякое слово к месту! Но Педру не унывает. Он весел по-прежнему и, говорят даже, собирается жить своим умом, а не чужой подсказкой. Но скоро ли это будет – никто не знает!

Жил когда-то король, а у короля было три советника – нарядные, важные и такие толстые, что, посмотрев на их надутые лица, каждый мог подумать, что они очень умны. Так думал и сам король и поручил им дела всего королевства.

Однако дела с каждым годом шли всё хуже и хуже, и в конце концов королевская казна совсем опустела. Даже старый король и тот стал подозревать, что его мудрецы совсем не так уж мудры, как это кажется с первого взгляда. Тогда он позвал молодого принца, своего сына и наследника, и спросил его, что делать.

– Поручи это дело мне, – ответил юноша. – Уж я-то как-нибудь разберусь, кто они – мудрецы или обманщики.

А надо сказать, что молодой принц, хотя и был королевским сыном, совсем не походил на отца. Король-отец никуда не выходил из дворцовых зал, а принц-сын был во дворце редким гостем. Целыми днями скакал он на диком коне по горным кручам, спал на голой земле и частенько беседовал с путниками и крестьянами. Поэтому он знал людей куда лучше, чем его престарелый отец.

Не откладывая дела до завтра, принц пригласил советников на прогулку.

– Подать карету! – крикнули все трое разом.

Но принц сказал:

– А я хочу прогуляться пешком.

Что же делать, – пришлось советникам уступить, потому что принц, несмотря на молодость, был всё-таки родным сыном короля, а с королями шутки плохи. Итак, юноша быстро зашагал по дороге, а следом за ним, отдуваясь и переваливаясь с боку на бок, засеменили три толстяка.

Вскоре дошли они до виноградника. Увидев крестьянина, который срезал спелые грозди, принц крикнул с дороги:

– Эй, дядя Луиш, я вижу, много снега выпало на горной вершине!

Крестьянин поклонился принцу и почтительно отвечал:

– Пора, сеньор принц, – давно настало для этого время.

Советники ничего не поняли: кругом было ровное место, и нигде не виднелось ни холмика, не то что горы. Откуда же могла взяться вершина, да ещё покрытая снегом?

А принц, приблизившись к старику, продолжал расспросы:

– А сколько раз у тебя горел дом?

– Уже два раза, сеньор.

– Сколько же раз ощиплют тебя, как индейку?

– Да ещё разочка три.

Советники опять ничего не поняли и стояли с разинутыми ртами. А принц прибавил:

– Ощипли-ка, дядя Луиш, трёх моих индюков.

– Ощиплю на совесть, раз вы приказали! – воскликнул крестьянин.

А принц строго сказал советникам:

– Почтенные сеньоры и первые мудрецы королевства! Если вы при всей своей мудрости не сумеете разгадать этого разговора, не видать вам дворца как своих ушей.

Он весело зашагал по дороге, а перепуганные советники стали упрашивать старика крестьянина объяснить им, что же значит этот загадочный разговор.

Смышлёный старик ответил:

– Всё объясню, если вы, сеньоры, отдадите мне ваши плащи и расшитые золотом камзолы.

Не хотелось советникам расставаться со своим нарядным платьем, но ещё меньше хотелось потерять королевскую милость. Ну что тут делать? Пришлось советникам раздеваться!

– Так вот, – начал старик. – «Много снега выпало на горной вершине» – это значит: «Стар я стал, и голова моя поседела». Затем его величество принц спросил, сколько раз горел у меня дом? И это я понял: он спросил, сколько раз выдавал я замуж своих дочерей? А я выдал уже две, и два раза у меня были убытки не меньше, чем от пожара! И, наконец, последний вопрос: сколько раз ощиплют меня, как индейку? Пословица говорит: «Кто выдает замуж дочь, того ощиплют, как индейку на свадьбе». И правильно говорит: тут уж всем заплатить придётся – и старосте, и святому падре, и бездельникам альгвасилам, – ощиплют они меня подчистую! А у меня ещё три незамужних дочери. Вот и выходит, что придётся мне быть ощипанным ещё три разочка. А три индюка…

– Но кто же три индюка? – воскликнули в один голос советники.

– Это вы, почтеннейшие сеньоры, – ответил с улыбкой старик крестьянин. – Как видите, я исполнил приказ и ощипал вас на совесть. Разве без плащей и камзолов не похожи вы на ощипанных индюков?

Советники были очень довольны, что старик подсказал им ответы на все четыре загадки, но в этот момент из-за кустов вышел принц и сказал ощипанным мудрецам:

– Я слышал всё. Не сумели вы сами разгадать нашего разговора. Поклянитесь, что сегодня же приготовите для трёх дочерей старика приданое. Смотрите же – не скупитесь!

Принц – это принц, а слово принца – закон. Пришлось советникам согласиться.

Гостей позвали, три свадьбы сыграли, и я там был. Дали мне две виноградных грозди – одну для меня, другую для того, кто слушал сказку. А юный принц возвратился к отцу-королю.

– Где же мои мудрецы?-спросил король.

– Они тебе не нужны.

– Но как же я обойдусь без советников?

– Догадаться просто, – ответил принц. – Один человек упал в воду и стал тонуть. Тогда он начал кричать и звать на помощь, но никто не пришёл к нему. Покричал он и утонул.

– Глупец! – воскликнул король. – Нечего было кричать, надо было плыть самому.

– Вот и нам с тобой придётся самим управлять королевством, – ответил юноша.

Так они и сделали.

Эта сказка не только про короля, но и про нас с тобой: делай своё дело сам и не жди, что другой постарается за тебя.

У короля был старый слуга. Король очень любил его и доверял ему больше всех, потому что старик был предан ему всем сердцем и за всю жизнь ни разу не обманул своего господина.

Однажды королю подарили быка. Звали его Кардил. Это был большой и свирепый бык – лобастый, с могучей грудью и широко расставленными рогами. А надо сказать, что король был большим охотником до боя быков. Он заранее уже представлял, как прекрасен будет Кардил в бою с бесстрашным тореро. Появившись на цирковой арене, такой бык мог принести славу всему королевству!

Кому же поручить охрану такого чуда? Только верному и преданному слуге. Король распорядился отвести быка в один из своих прекрасных парков, а слуге-старику строго-настрого приказал беречь быка как собственный глаз.

Об этом узнал один знатный фидальго – так называют дворян в Португалии. Он пришёл к королю и сказал:

– Мой сеньор! Напрасно вы доверяете старику. Я уверен, что он нисколько не лучше других людей и при первом же случае обманет вас, как обманывают другие.

Король не поверил.

– Мой слуга предан мне всем сердцем и за всю жизнь ни разу не сказал мне слова неправды, – ответил он дворянину.

Но фидальго настаивал на своём:

– Бьюсь об заклад, не пройдёт и трёх дней, он обманет вас и солжёт вам в глаза!

– Ты ответишь мне за эти слова! – рассердился король. – Я принимаю вызов! Но если ты проиграешь, поплатишься головой!

Тем и кончился разговор. Пришлось задуматься дворянину: он знал, что слуга неподкупен, и никак не мог придумать, как же заставить честного старика солгать самому королю.

Тогда он приказал своим людям разузнать потихоньку, как живёт старик и что для него дороже всего на свете, и узнал, что старый слуга давно овдовел и живёт с единственным сыном. Этот юноша, почти ещё подросток, скромный и прекрасный лицом, был для него единственной радостью. Он узнал также, что старый слуга, выполняя королевское приказание, целые дни проводит в отдалённом парке, присматривая за быком Кардилом, и потому юноша подолгу остаётся дома совершенно один.

Злая мысль пришла в голову дворянину. Он нанял трёх разбойников, и злодеи похитили юношу.

Возвратившись домой и не найдя сына, старик пришёл в отчаяние. Он стал искать его по всему городу, но не нашёл, потому что злой фидальго спрятал юношу в подвале своего дома. Всю ночь не спал несчастный старик, так велико было его горе. Но, верный долгу, наутро всё же отправился в королевский парк присматривать за быком.

Тут и явился к нему фидальго.

– Хочешь снова увидеть своего сына? – спросил он слугу.

– Он жив? – воскликнул обрадованный старик. – И вы знаете, где он находится?

– Конечно, знаю, – отвечал старику фидальго. – И ты не только увидишь его, ты получишь его обратно, если тут же, при мне, заколешь быка Кардила.

Старик стал бледен, как его рубашка. Нарушить приказ короля? Об этом он не мог даже подумать. Однако оставить сына в руках злодеев было ещё страшнее. Любовь к мальчику победила. Слуга выхватил из-за пояса острый стилет и точным ударом, не хуже искусного тореро, убил наповал Кардила. А фидальго – по уговору – выпустил юношу на свободу.

Дворянин был уверен, что перехитрил короля и выиграл в споре. Он ни минуты не сомневался, что старый слуга побоится за свою голову и ни за что не объявит королю страшной правды. Он тотчас же поспешил во дворец и донёс королю, что слуга убил Кардила.

Король пришёл в ярость. Велел дворянину выйти из зала и приказал позвать слугу, так дерзко нарушившего королевское приказание.

Привели старика.

– Где бык? – нахмурив брови, в упор спросил его король.

Дрожа от страха, старик прошептал:

– О, бык благородный, Свирепый Кардил, Тебя я бессменно Берёг и хранил, Берёг, соблюдая Приказ короля. Сегодня ж, Кардил, Ты погубишь меня…

– Говори яснее! – крикнул король, которому вовсе не понравились такие стихи.

И слуга чистосердечно признался во всём, не утаив ни одной подробности.

Король выслушал рассказ до конца и уже спокойно сказал старику:

– Не легко мне было потерять такого замечательного быка, но было бы ещё тяжелее потерять веру в твою правдивость и честность, мой верный слуга.

Он сделал старика своим первым советником, а палач в тот же вечер отрубил дворянину голову на городской площади.

Март хорош – целый год хорош», – говорят крестьяне в Индана-а-Нова. И недаром так говорят, потому что Март своенравный месяц: стоит ему подуть с гор холодным ветром – завянут на пастбищах травы, погибнут в полях ростки пшеницы. Так повелось ещё с тех далёких времён, когда горы и реки, земля и звёзды, даже годы и месяцы могли разговаривать, как люди.

Давно это было.

Много лет подряд плохая весна приходила на крестьянские земли. От стужи гибли стада, вымерзали посевы. Из сил выбились пастухи и хлебопашцы. Тогда старики пошли повидать месяц Март и сговориться с ним.

Пришли, сняли шапки, поклонились Марту:

– Сеньор Март, ваша милость, вы – ключ ко всему году, – сказали они своенравному месяцу. – Если вы милостивы к нам – это наша радость, если суровы – это наше несчастье. Пощадите в этом году крестьянские стада и земли, и мы в долгу не останемся: в благодарность каждый из нас принесёт вам по тучному ягнёнку.

Выслушал Март стариков и не сказал в ответ ни слова. Ждали, ждали, а он всё молчит да молчит.

– Ну что ж, – решили крестьяне, – кто молчит, тот согласен!

Надели шапки и с большой надеждой возвратились в свои селения.

Старики не ошиблись. Сеньор Март сдержал своё обещание. Весь месяц весеннее солнце ласково пригревало землю, зелёным ковром одело горные склоны, а дождей выпадало ровно столько, сколько нужно. Суровых же ветров не было и в помине.

Быстро прошли друг за другом весёлые дни месяца Марта, потому что каждый день приносил людям радость, а кто радуется, тот дней никогда не считает. Наконец настал двадцать девятый день месяца.

Собрались пастухи. Старики говорят:

– Пришло время расплатиться с сеньором Мартом. Пусть каждый из вас отдаст ему обещанного ягнёнка!

Но молодые не согласились с ним.

Самый скупой вышел вперёд. Он не любил выполнять своих обещаний и сказал:

– Разве не прошёл уже месяц Март? Ему осталось только два дня жизни. По всему видно, что плохой весны в этом году не будет. Так зачем же мы станем отдавать ягнят сеньору Марту? Нам ягнята самим пригодятся.

Покачали старики мудрыми головами, но другие – а их было много – раскричались, расшумелись и в конце концов решили оставить ягнят себе и не давать их месяцу Марту.

Конечно, сеньор Март тотчас же узнал об этом решении и пришёл в ярость.

– Обманщики! – зашумел Март холодным ветром. – Вы не хотите выполнять обещание, но у меня осталось ещё два дня, а третий я займу у моего кума – Апреля. Три дня немалый срок, за три дня я успею проучить вас по заслугам!

Он дунул, и увяли на пастбищах травы. Холодным ветром сорвался с гор – и погибли в полях ростки пшеницы. Три дня и три ночи хлестал Март по земле дождями, весёлые пастбища превратил в голые скалы, а цветущие поля – в долины печали и горя. Ягнята и овцы гибли от стужи, и год, начавшийся весёлым, цветущим мартом, стал годом голода, нищеты и разорения.

Так было в давние времена, когда ещё и горы и реки, и земли и звёзды, даже годы и месяцы разговаривали, как люди, но до сих пор не забыли о былом несчастье крестьяне в Индана-а-Нова и все те, кто живёт с ними по соседству, – и пастухи и трудолюбивые землепашцы. Они помнят и каждую весну повторяют свою песенку-поговорку:

Если в марте расцветает Пышным цветом горный край, Значит, лето обещает Полноценный урожай, – Кукуруза уродится, И стада дадут приплод; В закромах сулит пшеницу Месяц март на целый год!

Так поют крестьяне в Индана-а-Нова и ранней весной с тревогой поглядывают на небо: нет ли где тучки, не сулит ли она непогоду, не рассердится ли и на этот раз на людей весёлый, но своенравный месяц – сеньор Март.

По улицам королевской столицы шёл человек с большой корзиной на голове и нараспев выкрикивал свой товар:

Цветы были прекрасны, и кричал он очень громко, но люди только смеялись над продавцом, потому что никто не хотел платить деньги за слёзы и страдания. Так, не продав ни одного цветка, продавец пересёк все переулки, прошёл все улицы и наконец вышел на площадь перед королевским дворцом.

– Купите цветы!.. – запел он ещё громче, и принцесса выглянула в окошко. Она не знала ещё, что такое слёзы и страдания, и песня продавца не испугала её. А цветы были так хороши, что красавица тотчас же приказала служанке купить всю корзину и посадить в саду прекрасные георгины и розы.

Каждое утро стала принцесса спускаться в сад, чтобы полюбоваться своими цветами, а цветы становились всё пышнее и пышнее и с каждым днём всё больше и больше нравились принцессе. Красавица потеряла сон. Всю ночь, не смыкая глаз, лежала она в своей постели под шёлковым балдахином и с нетерпением ждала восхода солнца, чтобы разбудить служанку и бежать с нею в сад любоваться прекрасными цветами.

Однажды утром она прибежала в сад так рано, что солнце ещё не успело позолотить верхушки гор. И что же увидала принцесса? Между цветами прыгал пушистый кролик. Он был презабавным – поводил ушками и припадал к земле при каждом прыжке.

– Поймай, поймай его! – захлопала принцесса в ладоши, и послушная служанка принесла кролика госпоже, а красавица сняла с головы ленту и сказала служанке: – Привяжи его и отведи во дворец. Он будет жить вместе со мной.

Они пошли через сад, и кролик послушно запрыгал за ними следом. Но у самых дверей дворца зверёк рванулся и убежал в сад вместе с лентой принцессы. И девушки не могли найти его, как ни искали.

Весь день красавица была печальной, а наутро побежала в сад, и снова среди цветов увидала кролика.

– Привяжи-ка его покрепче! – приказала служанке красавица и сорвала с шеи тканый шёлковый шарф. Служанка выполнила приказание принцессы, они пошли ко дворцу, но у самых дверей кролик стремительно прыгнул в сторону и исчез в кустах вместе с шарфом красавицы.

На третье утро принцесса и служанка снова поймали кролика: На этот раз они привязали его золотой цепочкой, на которой висел медальон с портретом самого короля. Но и это не удержало пленника: он вырвался и умчался вместе с цепочкой и королевским портретом.

Принцесса затосковала и вскоре слегла в постель. Пришёл королевский врач, покачал головой и сказал королю:

– Вашей дочери нужны развлечения: прогулки в коляске, весёлые разговоры, пение и танцы. Пусть праздник сменяется праздником, и принцесса забудет свою печаль и осушит слёзы.

И тотчас же во дворец явились лучшие певцы, музыканты, танцоры и сказочники. Они пели, играли, танцевали и рассказывали такие забавные истории, что король и министры забросили все свои дела и слушали их с утра до вечера. Но принцесса по-прежнему была безутешной. Молча лежала она на своей постели под шёлковым балдахином и печально смотрела вдаль, будто кто-то стоял перед ней, и крупные слёзы катились по её побледневшим щекам. На глазах у всех красавица угасала, и никто не знал, как и чем ей помочь.

Слух о болезни принцессы разнёсся по всей стране и вскоре дошёл до маленькой бедной хижины, стоявшей на опушке густого леса. В этой хижине жили две сестры, две древние старушки. Одна была немножко хромой, а другая совсем горбатой. Они жили душа в душу и никогда не разлучались, но, узнав о несчастье в королевском дворце, старая горбунья сказала сестре-хромоножке:

– Сестрица, а что, если я пойду во дворец и попробую полечить принцессу своими сказочками?

Хромоножка улыбнулась в ответ:

– Я знаю, что ты очень добра, но во дворце найдутся сказочники получше тебя.

– А я всё-таки попробую, – ответила горбунья. – Уж очень мне жаль молодую принцессу.

Она завязала в узелок маисовую лепёшку и пару жареных рыбок, взяла в руки палку и отправилась в путь.

Дорога была не близкой, а горбунья была очень стара, и поневоле частенько приходилось ей присаживаться на отдых. То присядет в тени дерева на придорожном камне, то просто на земле у прохладного ручейка. Шла она, шла – вдруг видит: лежит у самой дороги большой мельничный жернов. «Вот, – думает, – тут и выспаться можно!» Присела на краешек жернова и задремала. Вдруг точно кто-то толкнул её под локоть. Открыла глаза, смотрит – что за чудо! – земля перед ней раздвинулась, и поднялся из земли ослик, навьюченный двумя золотыми корзинами. Старушка была очень любопытна: заглянула в корзины, а в них пусто! Но ещё больше удивилась горбунья, когда заметила, что чудесным осликом управляют две руки, а чьи это руки – никак не поймёшь: руки-то есть, а человека не видно! Руки похлопали осла по спине, побежал осёл на лужайку и принялся щипать свежую травку. Горбунья стала ждать, пока возвратится осёл. «Надо, – думает, – разузнать, откуда он появился!» А осёл тут как тут – прибежал обратно и давай стучать копытом в землю. Старушка не стала терять времени даром – раз – и прыгнула в одну из корзин. И вдруг разверзлась земля, и ослик, как камень, полетел вниз – только ветер свистел в ушах. Наконец он остановился. Выглянула бабушка из корзины и видит: стоит ослик перед роскошным дворцом! Это ей очень понравилось. Раз – и бабушка выпрыгнула из корзины. Осмотрелась – и прямо в двери: «Надо, – думает, – разузнать, что там внутри, во дворце».

Тут как будто только её и ждали! Посреди зала возвышался большой стол, уставленный лучшими кушаньями. Села старуха за стол, а руки тут как тут: придвигают гостье блюда одно за другим. Проголодалась горбунья с дороги, наелась досыта. А руки уже спешат – отворяют двери в другую комнату, где стояла постель с мягкой пуховой периной. «Ну, – думает бабушка, – тут я высплюсь получше, чем на жернове у дороги!» Легла на постель и проспала до рассвета. Даже во сне ничего не видела! А утром подбежала к окошку и выглянула в дворцовый сад. Смотрит – бежит по дорожке маленький пушистый кролик: ушами поводит, при каждом прыжке к земле припадает. Добежал до дворца – и в двери. Старушка – навстречу, а сама прячется, чтобы не спугнуть зверюшку. Подбежал кролик к фонтану, прыг в воду – и вынырнул из воды прекрасным принцем. Залюбовалась бабушка красавцем. А он не видит её – подошёл к зеркалу, взял золотой гребень и принялся расчёсывать свои чёрные кудри. Расчёсывает и вполголоса напевает, да так печально:

Причесался, нырнул в фонтан, обернулся кроликом и ускакал обратно в сад.

«Вот это сказка так сказка! Такой никогда самой не придумать,- подумала бабушка. – Пойду-ка скорей во дворец и всё расскажу принцессе! Пускай девушка позабавится». Села за стол, хорошенько позавтракала, разыскала свою палку и вышла в сад. Смотрит – а ослик уже стоит у крыльца со своими золотыми корзинками. Старушка – в корзинку и – фьють – полетела вверх со скоростью ветра. Не успела оглянуться, а она уже на дороге – на том самом месте, где лежал мельничный жернов. Поклонилась бабушка ослику и пошла прямой дорогой в королевский дворец.

Приходит и говорит:

– Ваше величество, я пришла издалека, хочу позабавить принцессу, рассказать ей сказочку, какой ещё никто не слыхал, потому что всё это было со мной на самом деле!

Привели бабушку к принцессе. Лежит красавица на постели под шёлковым балдахином – даже не взглянула на старую. А горбунье что – присела рядом на стульчик и давай рассказывать. Рассказывает, а принцесса лежит, как лежала, даже не шевельнётся. Обо всём рассказала бабушка: и как во дворец попала, как поужинала, как выспалась, но только лишь помянула кролика, очнулась принцесса, подняла голову, улыбнулась и приказала подать себе завтрак.

Обрадовалась горбунья, видит – дело на лад идёт. Говорит, рассказывает, а принцесса уже сидит в постели. А как дошло дело до принца, вскочила на ноги, весёлая, чуть не пляшет, как будто никогда и больной не была! Смеётся и говорит:

– Бабушка, милая! Сейчас же едем в подземный дворец. Хочу взглянуть, как там кролик живёт!

Позвали верную служанку принцессы и в тот же день отправились в путь. К вечеру дошли до волшебного жернова, дождались ослика, прыгнули в золотые корзины и – фьють – полетели под землю. Горбунья-то ничего – не струсила: уже привыкла к таким прогулкам, но принцесса со служанкой так обомлели от страха, что бабушка насилу вытащила их под землей из корзинок.

И вот входят они в роскошный подземный дворец, идут из зала в зал. Волшебные руки открывают перед ними настежь все двери. А сколько рук хлопотало кругом, словно готовились во дворце к большому празднику! Одни прибирали комнаты, другие несли к столам дорогие блюда, а на хорах руки невидимых музыкантов уже настраивали свои волшебные скрипки.

Так из зала в зал, из комнаты в комнату шла принцесса со служанкой и бабушкой по дворцу и не могла надивиться его красоте и богатству. Но разве богатства искала принцесса? Она надеялась встретить кролика, но кролика нигде не было! Служанка побежала вперёд. Она открыла одну из дверей и вдруг громко вскрикнула от испуга: посреди спальни на мраморном полу лежал прекрасный принц, бледный как полотно, и сердце его не билось.

– Не ходите сюда, он умер! – воскликнула служанка. Но принцесса и бабушка уже вошли в спальню. Увидев принца, красавица отшатнулась, но жалость и сострадание пересилили страх. Она бросилась к несчастному юноше.

– Уйдём отсюда, мы пришли слишком поздно, – зашептала горбунья, стараясь увести принцессу. Но красавица как зачарованная смотрела на прекрасного принца, затем медленно склонилась над ним, и крупные слёзы одна за другой, покатились из её глаз. Первая слеза упала на сердце юноши, и сердце начало медленно биться. Вторая – оживила уста, и юноша улыбнулся. Третья – упала на лоб, и прекрасный принц открыл глаза. Он встал и сказал принцессе:

– Спасибо тебе, красавица. Злой волшебник заколдовал меня и превратил в смешного кролика, но твои слёзы и доброе сердце разрушили злые чары.

Он взял красавицу за руку, и тотчас же громко грянула музыка, все двери распахнулись настежь, и принцесса с удивлением увидала, что в залах веселятся уже нарядно разодетые гости, и уже не руки, а невидимые прежде румяные повара в высоких белых колпаках несут к столам дорогие блюда, в то время как слуги в расшитых ливреях, вежливо кланяясь, рассаживают по местам приглашённых.

– О принц! – воскликнула красавица в изумлении. – Скорее скажите мне, что за праздник у вас во дворце сегодня?

– Моя свадьба, – с улыбкой ответил принц.

– Но кто же невеста?

– Моя невеста – принцесса соседнего королевства!

– Но принцесса – ведь это я?-смутилась девушка.

– Ты и будешь моей женой, – с учтивым поклоном ответил принц и под звуки самой весёлой музыки повёл красавицу в зал. Они сели за свадебный стол, и знатные гости подняли кубки за здоровье новобрачных.

Так справили они весёлую свадьбу, но больше всего радовало принцессу, что теперь роскошный дворец принца-кролика уже не стоял под землёй. Он высился на крутой скале на берегу лазурного моря. Птицы кружились над ним, и громко пели о счастье принцессы и принца.

Старушка тоже осталась жить во дворце. Все очень любили и уважали её, но вскоре горбунья затосковала и стала проситься домой. Долго уговаривали её принцесса и принц навсегда остаться во дворце, но уговорить не могли.

– Я не королева и не знатная дама. Я в хижине родилась и в хижине хочу скоротать свою старость, – твердила горбунья.

И тогда принц приказал подать золотую карету и отвезти бабушку в бедную хижину на опушке густого леса.

Радостной была встреча горбуньи и хромоножки. Много лет ещё прожили они душа в душу. А когда хромоножка скучала, горбунья старалась развеселить её и пела ей вот такую песенку:

– Бывает, бывает. Бывает порой, Что слёзы нам счастье Приносят с собой. И хижина часто милее дворца…

И сказка прочитана вся до конца.

Три брата шли через поле: старший, средний и младший.

– Эй, ребята, вы не видали моего осла? – окликнул их случайный прохожий.

– Мы никого не видали! – ответили братья и продолжали свой путь.

Потом старший сказал:

– Это был мул, а совсем не осёл.

Средний прибавил:

– Он хромал на левую ногу.

– И не только хромал: этот мул был слепым на правый глаз! – закончил третий.

Так шли они, разговаривая между собой и не замечая, что прохожий идёт за ними следом. Прохожий же, услыхав про мула, воскликнул:

– Стойте! Конечно, это был мул, а совсем не осёл. Отвечайте же – в какую сторону он пошёл!

– Но мы его не видали! – ответили братья.

– Как не видали? Откуда же вы узнали, что он хром и слеп? Нет, вы не только видели моего мула, вы его где-то припрятали! Отдайте его сейчас же!

– Как же мы его отдадим, если мы его не брали? – возразили братья.

Но прохожий продолжал настаивать на своём. Так, споря и пререкаясь, они дошли до селения. Тут их окружили крестьяне и, узнав о причине спора, отвели к своему судье.

Судья сказал братьям:

– Этот человек утверждает, что вы у него украли мула. Так это или не так?

– Нет! – заявили братья. – Никакого мула мы не видали!

– Как же так! – зашумел прохожий. Он замахал руками и закричал: – Это воры! Они говорят, что в глаза не видали мула, а сами назвали его приметы!

– Верно! – подтвердил судья и, приказав прохожему замолчать, спросил братьев:

– Как же узнали вы, что это был именно мул?

Старший ответил:

– Если бы это был осёл, он ступал бы на землю ровно и задними, и передними ногами. Когда же мул идёт по дороге, он сильнее взрывает землю задними ногами и с каждым шагом оставляет на земле глубокую ямку. Вот мы и узнали мула по следу.

– Допустим, что это так, – согласился судья. – Но как узнали вы, что мул хром?

Средний брат ответил:

– Мы шли через поле. С обеих сторон высокой стеной поднималась пшеница, покрытая свежей утренней росой. И я заметил, что слева росы на колосьях почти не осталось, в то время как с другой стороны она так и искрилась, так и сверкала в лучах восходящего солнца. Ну, разве трудно было нам догадаться, что несчастный мул припадал на левую ногу и левым боком сбивал росу со спелых колосьев!

И с этим пришлось судье согласиться. Но всё-таки он никак не мог понять, как же догадались братья, что мул был кривым на один глаз и притом именно на правый.

Младший брат объяснил:

– О, сеньор судья! Если бы хозяин кормил своего хромого мула досыта, мы никогда бы этого не узнали. Но мул был голоден и на ходу объедал колосья, притом объедал он их лишь с одной стороны дороги – с левой, потому что справа не мог видеть пшеницы своим слепым правым глазом.

Выслушав такие разумные ответы, судья развёл руками от удивления и отпустил братьев.

Прохожему же сказал:

– Я убедился, что эти люди не виноваты ни в чём. И если бы ты был таким же наблюдательным, как они, ты никогда не потерял бы мула. Иди поищи его в другом месте.

И как ни бранился прохожий, пришлось ему самому искать своего хромого мула, кривого на правый глаз.

Всё было так, как бывает в старинных сказках. У крестьянки было две девочки: одна – падчерица, а другая – родная дочь. Конечно, крестьянка очень любила родную дочь, а падчерицу бранила от рассвета до позднего вечера. Целый день работала бедная девушка на кухне, ухаживала за мулом, доила коз, мыла, скребла, стирала и всё-таки не могла угодить капризной мачехе. А родная дочка ни утром, ни днём, ни вечером ничего не делала – только наряжалась да ела сладкие кушанья.

А каждый знает, что тот, кто думает постоянно лишь о себе самом да любуется на себя в зеркало, становится гордым, злым и неотзывчивым к чужому горю. Тот же, кто трудится целыми днями и сам знает нужду, всегда рад помочь другому в несчастье. Так и случилось: родная дочка выросла злой и сварливой, а добрее падчерицы не было никого во всём селении. Тут мы должны объяснить, что у девушек были одинаковые имена: и родную дочь, и падчерицу звали Мария. Вот и прозвали их соседи: одну Добрая Мария, а другую Злая Мария.

Итак, однажды в палящий полдень, когда солнце стоит высоко над горами и тени становятся такими короткими, что путнику негде укрыться от зноя, старая бедная женщина постучалась в дом, где жили девушки, и попросила дать ей кусочек хлеба. Но Злая Мария даже не взглянула на неё и крикнула:

– Ступай прочь, противная нищенка, мы ещё не пекли хлеба!

Что делать – постучалась старушка на кухню, где работала вторая Мария. Выслушав её просьбу, добрая девушка сказала:

– Мне нечего дать вам. Я могу предложить лишь яйцо, которое только что снесла курица.

Она отдала старушке яйцо. Та приняла его с благодарностью, сварила на огне и принялась есть. Когда же облупила яйцо, в нём оказался большой драгоценный камень. Нищенка поднесла его к окошку, и камень засверкал, заискрился разноцветными лучами. Это был настоящий бриллиант! Старушка подарила его падчерице и сказала:

– Носи всегда этот камень на шее, и пока ты будешь его носить, счастье не изменит тебе.

Услышав это, Злая Мария тоже прибежала с яйцом и стала совать его в руки старушке.

– Спасибо, – ответила нищенка. – Я уже сыта. Разбей сама это яйцо – и ты получишь, что заслужила.

Так сказала старушка и ушла, а гордая Мария тотчас же, даже не сварив, разбила яйцо, но яйцо оказалось тухлым: оно выстрелило и забрызгало девушке и лицо, и руки, и её нарядное платье. А Добрая Мария в тот же вечер повесила себе драгоценный камень на шею и стала ждать, пока сбудется предсказание нищенки.

Долго ждать девушке не пришлось. Едва рассвело, затрубили трубы и с большой свитой прискакал в селение сам король, владыка всего королевства. Он прискакал, чтобы посмотреть, как живут его подданные. Вот тут-то и принёс девушке счастье волшебный камень. Король взглянул на неё, горячо полюбил и вскоре женился на ней. Добрая Мария стала королевой и вместе с королём уехала в столицу. А так как она и в самом деле была очень доброй, то простила все обиды и мачехе, и своей сводной сестре и взяла обеих к себе во дворец. Но разве не бывает так: сделаешь людям добро, а они отплатят тебе злом? Так было и в этот раз.

Не прошло и года, ускакал король на войну, а добрая королева осталась во дворце. Конечно, вместе с нею осталась и мачеха со своей родной дочкой. Вот и решили они, не теряя времени, овладеть волшебным камнем, а Добрую Марию погубить.

Молодая королева была очень доверчива и, как мы увидим, даже слишком доверчива. Каждое утро она купалась в дворцовом пруду и оставляла на берегу не только свою одежду, но вместе с ней и волшебный камень. И вот, улучив минуту, когда Добрая Мария заплыла на самую середину пруда, Злая Мария подкралась и унесла камень. И дочь, и мачеха отлично знали силу камня. Они в тот же день ушли из дворца и поспешили в ту сторону, где сражался король. Они были уверены, что достаточно Злой Марии надеть на шею волшебный бриллиант, король примет её за свою жену, Добрую Марию, и Злая Мария станет королевой! Однако дорога была не близкой, и дочка с мачехой решили отдохнуть. Они крепко заснули, а в это время по небу пролетали гуси. Один из них увидел блестящий камень, закружился над спящими и унёс в своём клюве драгоценный бриллиант. Ни мать, ни дочь этого не заметили и на другой же день, уверенные в успехе, явились к войску. Они сказали стражникам:

– Вот королева, она пришла к королю – своему мужу, по которому очень соскучилась. – И стражники пропустили их к королю. Но король тотчас же узнал мачеху с дочкой и велел их прогнать. Только тут заметила девушка пропажу камня и вместе с матерью бросилась бежать. Куда они убежали, мы не знаем, потому что с тех самых пор никто и нигде их не встречал.

Но что же стало с доброю королевой? У неё не было больше камня, и счастье ей изменило. Даже король, который вскоре же возвратился с войны, не узнал её и спросил придворных:

– Зачем эта женщина пришла во дворец? Вы говорите, что это моя жена – королева? Нет, это не она: это такая же обманщица, как и та, что приходила ко мне недавно. Пошлите её скорее на кухню!

С королевы сняли нарядное платье и отвели на кухню.

Вот и пришлось Доброй Марии снова мыть, скрести, стирать и хлопотать у плиты целыми днями. Но она не жаловалась, потому что давно привыкла к тяжёлой работе. Одно только огорчало её: король, которого она так горячо любила, решил снова жениться. И вот, не прошло и месяца, как стали во дворце готовиться к новой свадьбе. Наконец настал торжественный день. Съехались гости, прибыла и невеста из далёкого заморского королевства. А Добрая Мария всё хлопотала на кухне. В этот день у неё было особенно много хлопот: она готовила к праздничному столу свадебного гуся. И вот, разрезая птицу, чтобы начинить её пряностями, яблоками и душистыми травами, она заметила, что у гуся внутри что-то засверкало. Это был волшебный бриллиант! Теперь королева знала, что делать. Не сказав никому ни слова о находке, она спрятала камень у себя на груди и сама понесла к столу гуся на большом оловянном блюде. Как билось её сердце, когда с блюдом в руках остановилась она перед женихом и невестой.

– А вот и свадебный гусь! – весело объявил гостям король. – Взглянул на великолепно зажаренную птицу, взглянул на женщину, державшую блюдо, и… узнал свою любимую жену – королеву!

– Это она! – воскликнул обрадованный король. – Мария, поставь скорее блюдо на стол и садись рядом со мной!

Добрая Мария села за стол рядом с королём, заиграла музыка, и пир продолжался.

Вы спросите, куда же девалась невеста? Конечно, она не осталась на свадьбе. Она вернулась в своё заморское королевство, где вскоре же её выдали за другого короля, правда, не такого храброго, но зато он не был женатым, а это очень важно для жениха, даже в том случае, если этот жених король.

В далекой стране жил старый король. У него было три сына – три молодых принца. Однажды король созвал своих сыновей и сказал им:

– Я устал править королевством и хочу передать его одному из вас.

– Кому же, сеньор отец? – спросили юноши и отвесили королю низкий поклон.

– Тому, кто женится на самой красивой девушке, – с улыбкой ответил король, и сыновья отправились в путь.

Не долго искали невест старшие сыновья. Они вскоре же возвратились во дворец с молодыми жёнами, и обе принцессы были так хороши, что даже старый король и тот не знал, которой же из них отдать предпочтение. Однако младший сын всё ещё не возвращался, и рано было решать, кто из сыновей унаследует от отца королевство.

А юный принц тем временем скакал на своём коне из одной страны в другую, но нигде не мог найти девушку, которая пришлась бы ему по душе. Но вот однажды в непогоду и дождь молодой принц заблудился в диких горах Месеты и во мраке никак не мог выбраться на дорогу. Но умный конь вывел его к воротам высокого старинного замка.

Принц постучался. Его встретил почтенный старик и проводил в самую лучшую комнату. Хозяин был так приветлив, что принц сразу же почувствовал к нему доверие, и утром, отдохнув после долгого пути, рассказал ему без утайки, кто он, куда скачет и чего ищет в чужих краях.

– Благодарите судьбу, что она привела вас к моей двери! – ответил старик. – Потому что у меня растёт дочь, красивая, словно солнце, и к тому же у неё доброе сердце.

Услыхав об этом, принц очень обрадовался, что настал конец его поискам, и тотчас же захотел посмотреть на невесту.

– Это невозможно, – возразил старик. – Сейчас моя дочь находится далеко отсюда, но если вы твёрдо решили взять ее в жены, я пошлю за ней, и вы встретитесь только в день свадьбы. Поверьте мне, с нею вы будете счастливы.

– Я верю вам! – воскликнул принц. – Сейчас же пошлите за вашей дочерью! – И они тут же назначили день свадьбы.

Много карет съехалось в этот день к старинному замку. Из разных стран собрались на свадьбу нарядные и знатные гости. Наконец подкатила к воротам золотая карета, лакеи распахнули дверцы, и из кареты вышла невеста. Принц глянул и ужаснулся: он увидел обезьяну!

Но слово было дано, а принц, несмотря на молодость, никогда не изменял своему слову. Он подал руку невесте и повёл её в замок, где с нетерпением ожидали молодых нарядные и знатные гости.

Сыграли свадьбу, а после свадьбы вместе с молодой женой принц вернулся в своё королевство. Нет слов описать, как огорчился король-отец, узнав о странной женитьбе своего младшего, самого любимого сына. Он приказал юноше поселиться в небольшом дворце над рекою Тежу, которую называют также и Тахо, и никогда не показываться в столице.

Принц послушался короля и стал жить со своей женой-обезьяной над рекою Тежу. Он очень жалел молодую и обращался с ней как с настоящей принцессой. Так жили они вдвоём, почти не выходя из своего маленького дворца. Но вот однажды король вызвал к себе всех трёх сыновей и объявил им, что завтра же поедет посмотреть их жён, чтобы решить наконец, кому же из трёх сыновей передать королевство.

– Сеньор отец! – стал упрашивать его младший сын. – Не утруждайте себя поездкой, я заранее отказываюсь от наследства!

Но король даже не выслушал его до конца и ещё раз повторил, что завтра же приедет во дворец над рекою Тежу.

Юноша поспешил домой, чтобы приготовить дворец к приезду короля, и увидел, что во дворце всё переломано и разбито. Пол был усеян обломками мебели и осколками. Тяжёлые занавеси сорваны с окон, а на месте зеркал зияли огромные дыры.

– Кто это сделал? – воскликнул юноша.

– Я, – спокойно отвечала жена-обезьяна.

– Как же мы встретим теперь отца-короля?!

Он был в отчаянии.

– Скачи сейчас же в дом моего отца и привези большой апельсин, который лежит в моей комнате на столе, – приказала жена.

Такой приказ ещё больше озадачил принца, но терять ему было уже нечего. Чтобы не огорчить и не рассердить жену, он вскочил на коня, помчался в горы к высокому старинному замку и рано утром возвратился домой с большим апельсином.

Но здесь его ожидало новое горе. Жена-обезьяна, как умела, тоже приготовилась к встрече отца-короля: она взгромоздила друг на друга обломки столов и стульев и сверху, как на троне, уселась сама.

В ужасе принц стал скликать слуг, чтобы скорее убрать всю эту рухлядь и не опозориться перед отцом. Но в это время за воротами уже затрубили трубы, загремели кареты – и дворецкий объявил о прибытии его величества короля!

Несчастный принц хотел убежать из зала, но жена остановила его:

– Не бойся, – громко сказала она. – Брось апельсин в потолок изо всей силы! Скорее! Не теряй ни минуты!

Принц схватил апельсин, бросил его в потолок, раздался гром и – о чудо! – всё изменилось вокруг: стены дворца оделись богатыми коврами, обломки стульев превратились в позолоченный трон, но – что удивительнее всего – жена-обезьяна стала такой красавицей, что ей могло позавидовать само солнце!

В это мгновение в залу вошёл король со свитой. Он был удивлён, поражён и обрадован красотой принцессы.

– Мой младший любимый сын! – воскликнул он. – Я только что побывал у твоих братьев. Их жёны прекрасны, но такой красавицы, как твоя жена, я никогда ещё не встречал. Тебе одному по праву принадлежит всё моё королевство.

Принцесса спустилась с трона, поклонилась королю и сказала:

– Мы благодарим вас от всей души, сеньор-король, за вашу милость и доброту, но передайте королевство кому-нибудь другому из ваших сыновей. Нам оно ни к чему, потому что я владею страной ещё более обширной и ещё более прекрасной, чем ваша, и отдаю её моему доброму принцу, который сдержал своё слово и женился на мне, несмотря на моё безобразие. Этим он избавил меня от злого колдовства и вернул мне счастье и красоту.

У красавицы королевы родился сын. Конечно, и отец-король, и придворные, и все слуги тотчас же сбежались посмотреть на новорождённого. Как же удивились они, когда увидали, что родился у королевы не мальчик, а самый настоящий медвежонок! Косолапый, покрытый шёрсткой, он забавно кувыркался в своей золотой колыбели, но, глядя на его смешные проделки, никто даже не улыбнулся. А больше всех горевала сама королева. Она пригласила самых замечательных докторов и со слезами просила их превратить медвежонка в мальчика. Однако, как они ни старались, медвежонок так и остался медвежонком. Наверное, кто-то заколдовал его. Ведь у королей всегда немало врагов, и среди них бывают не только люди, но и волшебники. А с ними бороться и королям не под силу!

И всё-таки это был не простой медведь, а принц и наследник всего королевства! Надо было дать ему настоящее королевское воспитание. Поэтому, едва сын подрос, красавица королева пригласила к нему самых замечательных учителей, и они обучили принца всевозможным наукам: читать, писать, считать, даже танцевать научили медведя! И когда он появлялся на придворном балу – танцевал так ловко и рассуждал так умно, что, если бы не обросшая густой шерстью морда, никто бы не подумал, что это не человек. В нарядном камзоле и со шпагою на боку чудо-медведь выглядел настоящим принцем!

Наконец принцу исполнилось двадцать лет, и королева послала его путешествовать. Во многих странах побывал чудесный медведь, многому научился и стал ещё умнее. А возвратившись домой, объявил королеве, что хочет жениться.

Королева заплакала.

– Забудь об этом, сынок, – сказала она. – Ты не человек, а медведь, и никто тебя не полюбит.

Но принц не согласился с королевой и продолжал настаивать на своём.

Конечно, как часто бывает в сказках, недалеко от дворца жил кузнец с тремя дочерьми.

Все три дочери были очень красивы, и принц частенько любовался ими из своего окошка. А потом стал приходить к кузнецу в гости. Когда же девушки привыкли к нему и перестали его бояться, спросил старшую дочь – не хочет ли она стать принцессой и выйти за него замуж.

Старшая дочь была хитрой девушкой. Она не сказала принцу ни «да» ни «нет» и попросила его прийти за ответом на другой день. Сама же пошла к отцу и объявила ему, что не любит и никогда не полюбит принца, но выйдет за него замуж, станет принцессой, а потом убьёт медведя.

Умный принц, хоть и был медведем, но сердцем понял, что девушка его нисколько не любит и утром, придя к кузнецу, объявил ему, что не любит старшую дочь и хочет жениться на средней.

Однако и средняя дочь кузнеца была не добрее старшей. Она тоже ничего не ответила принцу и просила его подождать до завтра. Сама же пошла к отцу и объявила ему то же самое: она станет принцессой, а потом убьёт медведя.

И на этот раз сердце подсказало принцу, что средняя дочь его нисколько не любит. Наутро он пришёл к кузнецу и сказал, что хочет жениться на младшей.

Третья дочь вовсе не походила на своих сестёр. Она была доброй девушкой. И, услыхав от отца, что принц хочет на ней жениться, покраснела от радости и тут же призналась, что давно уже любит несчастного принца и хоть сейчас готова выйти за него замуж.

– Но он же не человек, а медведь! – старался отговорить её кузнец.

– Ну и что же? – отвечала ему красавица. – Лучше жить с добрым медведем, чем со злым человеком!

Она вышла к принцу и объявила ему о своём согласии.

Так младшая дочь кузнеца стала принцессой и женой чудо-медведя.

Вскоре у них родился сын. Вы думаете, что это был опять медвежонок? Нет, у принцессы родился мальчик, такой прекрасный, что все на него любовались.

Конечно, и красавица королева пришла полюбоваться на внука. Увидав в колыбели не медведя, а весёлого румяного мальчика, она не могла скрыть своего удивления.

– Вы заблуждаетесь, ваше величество, – призналась с радостью молодая принцесса. – Ваш сын не всегда бывает медведем: дома он сбрасывает свою шкуру и становится человеком!

Она была простодушна. Она не знала, что это тайна, о которой нельзя говорить никому на свете. Теперь же от королевы во дворце стало известно, что принц-медведь каждый вечер превращается в человека.

Принц опечалился.

– Что ты наделала! – сказал он своей молодой жене. – Ты погубила нас обоих. Теперь я должен уйти из дома и жить в лесу, как живут все звери. Но если ты всё-таки захочешь увидеть своего несчастного мужа, ищи меня на Зелёном лугу.

Так сказал принц-медведь и исчез. А принцесса даже не успела спросить у него, где находится этот Зелёный луг. Она обегала весь дворец, спрашивала у придворных, у слуг, даже у поваров на кухне, но никто не мог ей сказать, как пройти к Зелёному лугу. Тогда принцесса обратилась за советом к одной знакомой волшебнице.

– Ступай в горы, постучись к Луне и спроси у неё совета, – ответила волшебница.

Как сказала колдунья, так и сделала молодая принцесса. Она отправилась в горы и добралась до самой высокой вершины, из-за которой – она знала это – каждый вечер поднималась Луна. Но Луны ещё не было. Только три бледные девушки вышли ей навстречу.

– Мы дочери царицы-Луны, – объяснили они принцессе. – Обожди немного. Наша мать скоро поднимется над горой.

Так и случилось. Царица-Луна медленно взошла над вершиной.

– Как я устала! – простонала она. – Как надоело мне каждый месяц то таять, омываясь дождями, то опять становиться полной. Дайте мне поесть, девочки.

Дочери принесли ей ужин, и Луна стала есть и увеличиваться. Она росла и росла, и принцесса так удивилась этому, что невольно вскрикнула. Только тут заметила её царица и недовольно спросила:

– Кто ты такая и что нужно тебе в моём доме?

Откровенно обо всём рассказала Луне принцесса, а потом спросила, как найти дорогу к Зелёному лугу.

– О нет! – вздохнула в ответ Луна. – Я не знаю дороги к Зелёному лугу. Я никогда не видала Зелёного луга. Постучи-ка ты лучше к Солнцу. Отец-Солнце ходит по небу выше меня. Он всё видит. Спроси у него совета.

Делать нечего – побежала принцесса к Солнцу. Оно жило за краем моря и каждое утро поднималось над волнами.

Три девушки, три дочери Солнца, встретили принцессу у края моря. Краснощёкие и весёлые, они объяснили принцессе, что их отец ещё не всходил на небо, но очень скоро взойдёт. И вот, лишь только показалось над волнами пылающее светило, принцесса тотчас же обратилась к нему с вопросом:

– Солнце! Ты поднимаешься выше всех, даже выше Луны. Помоги же мне, объясни, как найти дорогу к Зелёному лугу.

Солнце приподнялось над волнами. Оно стало большим и круглым и весело рассмеялось:

– Это верно, я поднимаюсь выше всех, даже выше Луны, но вот луга, Зелёного луга, никогда ещё не видал. Уж не спрятался ли он за дремучим лесом? В дремучий лес мои лучи никогда не проникают. Там хозяин не я, а холодный Ветер.

Принцесса побежала за Ветром. Она прибежала в дремучий лес и стала звать:

– Ветер! Ветер!

Но Ветер не появился. Наконец из чащи донёсся тихий стон и, тощие, бледные, дрожа от холода, вышли навстречу три дочери Ветра. Они прошептали:

– Ветер близко, очень близко. Берегись – он сейчас ворвётся…

Не успели сказать – зашумели, закачались деревья, дождём посыпались листья, небо загудело, завыло, и в чащу ворвался Ветер.

– Знаю, знаю, всё знаю! – громко засвистел он в ответ на слова принцессы. – Ещё сегодня я пролетал над Зелёным лугом и ерошил шерсть на спине твоего медведя! Ступай сквозь чащу, сквозь бурелом, иди без дороги дремучим лесом, спеши вслед за мной – только не отставай: я выведу тебя к Зелёному лугу!

Он громко свистнул и ринулся прямо в чащу, а принцесса поспешила за ним. Деревья хватали её за одежду, били ветками по лицу, корни цеплялись за ноги, а Ветер всё мчался и мчался вперёд, не останавливаясь ни на мгновение.

Весь день и всю ночь бежала принцесса вслед за Ветром. Но вот забрезжило утро, деревья стали редеть, и перед нею открылся просторный луг – Зелёный луг, покрытый изумрудной травой. На лугу паслись медведи. Весёлые и беспечные, они играли и кувыркались на сочной траве. Их было так много, что принцесса невольно отступила: она не знала, который же из них её муж, её любимый принц! И вдруг заметила в стороне от резвящихся и весёлых зверей одинокого и печального медведя. Он стоял неподвижно и глядел на принцессу грустными глазами.

– Это он! – вскрикнула красавица, подбежала к зверю и крепко обняла его за шею.

Она не ошиблась. Медведь взревел и поднялся на задние лапы. Чары рушились. Принц сбросил с себя медвежью шкуру и стал навсегда молодым и стройным красавцем.

Взявшись за руки, радостные и счастливые, они пошли во дворец и предстали перед самим королём.

– Неужели это мой сын? – спросил удивлённый король.

– Это чужой человек. Мы с ним незнакомы, – зашептались придворные.

– Уведите его! – приказал король. И слуги уже бросились выполнять приказание. Но мать-королева остановила их.

– Позовите учителей, которые обучали принца! – приказала она и вместе с королём удалилась в свои покои, оставив учителей проверять знания юноши.

Знаменитые учителя три дня задавали пришельцу вопросы, и он отвечал им обстоятельно и толково обо всём, чему они его научили когда-то.

На четвёртый день учёные пришли к королю и сказали:

– Ваше величество! Он знает всё. Это ваш сын и наследник, которого мы обучали всем наукам!

Привели принца, и король обнял его. Он приказал трубить в трубы и устроить во дворце праздник с музыкой и весёлыми танцами. На балу принц танцевал с принцессой, и в нарядном камзоле, со шпагою на боку он совсем не был похож на медведя. И все радовались за него.

Радовался король-отец, радовалась королева-мать. Но больше всех радовалась молодая принцесса, любовь которой сделала принца навсегда человеком.

Почему бы и нам не радоваться вместе с ними!

Случилось так, что королевский сын подружился с бедняком, сыном сапожника. Молодые люди не скрывали ни от кого своей дружбы, – вместе появлялись на улицах и площадях города, вместе гуляли в королевском саду, и принц даже гордился своим другом, потому что Мигел – так звали бедного юношу – был добр, честен и смел, и к тому же строен и хорош лицом.

И всё-таки эта дружба не понравилась королю. Он призвал к себе Мигела и приказал ему немедленно удалиться из королевства. Пришлось юноше взвалить котомку на плечи и отправиться в далёкое странствие. Однако, узнав об этом, юный принц тоже стал собираться в дорогу, и как ни грозил ему старый король, сел на коня и поскакал вдогонку за другом.

Конечно, вскоре же он догнал Мигела. Друзья обнялись и отправились в путь вдвоём. Так ехали они из одной страны в другую и наконец вступили в дремучий лес. Вековые деревья окружили их со всех сторон, спокойные, величественные и молчаливые. И вдруг юноши услыхали далёкий крик. Кто-то просил о помощи. Они поспешили вперёд. Крики становились всё громче и громче. Наконец на лесной поляне они увидали прекрасную девушку, привязанную к стволу толстого дерева.

– Что случилось с тобой, красавица? – в один голос спросили принц и Мигел.

Девушка отвечала:

– На меня напали разбойники. Они отняли мои драгоценности и перебили всех моих слуг.

– О несчастная! – воскликнул принц, который уже догадался, что это принцесса, полюбил её и решил жениться на ней. – Мигел, возьми кинжал и разрежь скорее верёвки, чтобы освободить пленницу! – И когда друг выполнил его просьбу, принц подал принцессе руку и усадил на своего коня.

Одним словом, их было двое, а стало трое. Весело разговаривая, они продолжали свой путь, пока не наступила ночь.

Путники расположились на ночлег. Принцесса и принц вскоре же крепко заснули, но верный Мигел не спал. Лес был такой густой и тёмный, что в любую минуту снова могли появиться разбойники!

Итак, юноша охранял сон принца и его невесты. Он терпеливо расхаживал между деревьями взад и вперёд, как часовой перед королевским дворцом. Постепенно он углублялся всё дальше и дальше в лес и наконец очутился перед большой пещерой. «Уж не разбойники ли прячутся здесь?» – подумал юноша и, обнажив шпагу, вступил под тёмные своды. Но в пещере никого не было. Юноша присмотрелся и увидал только три чёрных блестящих камня, лежавших посередине. Он хотел уже возвратиться обратно, как вдруг в пещеру влетели три голубя – белых словно пух или облачко в погожий день. Голуби сели каждый на свой камень и громко заворковали. Мигел прислушался и стал различать слова.

Первый голубь сказал:

– Бедный принц! Он спит спокойно и не знает, что его ждёт несчастье в роще золотых апельсинов. Если принцесса надкусит плод, она погибнет!

Второй голубь сказал:

– Как мне жаль принцессу! Несчастье ждёт её у хрустального родника. Если принц зачерпнёт прозрачной воды, он умрёт!

Третья голубка закончила:

– Что значат ваши тайны по сравнению с моей! Что значат эти несчастья по сравнению с тем, о котором я поведаю вам! Если принц и принцесса не погибнут в пути, их ждёт гибель в своей постели, потому что в день свадьбы, ровно в полночь во дворец приползёт страшный семиголовый змей и съест их обоих!

Мигел в ужасе бросился из пещеры, чтобы предупредить друзей об опасности, но голуби поднялись на воздух и преградили ему дорогу. Юноша поневоле остановился, а птицы запели согласным хором:

Несчастный Мигел! Он так любил принцессу и принца и в то же время не мог предупредить их об опасности: одно слово – и он превратится в немую безжизненную статую! И всё-таки юноша не терял надежды. «Кто знает, – думал он, – быть может, минуем мы и волшебную рощу с отравленными плодами, и хрустальный родник с такой заманчивой, прозрачной, но ядовитой водой!»

Он разбудил принца и сказал ему:

– Поспешим во дворец! Если ты возвратишься домой с такой красивой невестой, король так обрадуется, что простит тебе ослушание, а мне разрешит жить в городе рядом с тобой.

Принц всегда доверял благоразумию друга, и вскоре же все трое двинулись в обратный путь.

Что только ни делал Мигел, чтобы миновать рощу золотых апельсинов. Он старался идти открытым полем, за десятки шагов обходил каждое дерево, и всё-таки на рассвете словно из-под земли выросла перед ним заколдованная роща. Она вся сверкала в лучах раннего солнца, а таких сочных, таких крупных, таких золотистых плодов ни принц, ни Мигел не видали даже в королевском саду!

«Ну вот, – подумал Мигел, – сейчас принцесса захочет полакомиться апельсинами…» – и тотчас же услыхал звонкий голос красавицы:

– О мой принц! Сорвите мне один из этих прекрасных плодов!

– Принцесса, – тотчас же возразил ей Мигел, – эти апельсины не продаются!

– О, если я съем один из тысячи, не рассердится же хозяин! – рассмеялась красавица и привстала в седле, чтобы дотянуться до ветки, сплошь усеянной золотистыми плодами. Но в ту же минуту Мигел хлестнул её коня, принцесса вскрикнула, а конь, рванувшись вперёд, вынес её из заколдованной рощи.

– Что ты делаешь! – вспылил принц.

Мигел спокойно ответил:

– Так надо, друг. – И принц умерил свой гнев, потому что, как мы знаем, верил в благоразумие Мигела.

Наконец, уже к вечеру, путники достигли цветущей долины, где их ожидало новое испытание. Ручеёк, прозрачный и чистый как слеза, струился, омывая разноцветные камешки. Это и был заколдованный хрустальный родник!

Не успел Мигел оглянуться, как принц уже подбежал к роднику и зачерпнул полную пригоршню прозрачной воды. Ещё мгновение – он отхлебнёт и погибнет! Однако и на этот раз Мигел сумел предотвратить несчастье. Не говоря ни слова, он сильно толкнул друга под локоть: вода расплескалась, а принц, которому очень хотелось пить, воскликнул в гневе:

– Да что с тобою сегодня, Мигел? Почему ты не даёшь мне напиться?

– Так надо, – снова ответил юноша принцу. – Путь далёк, поспешим скорее домой.

И на этот раз сдержал себя королевский сын. Мигел торжествовал. Две опасности были уже позади. Юноша был уверен, что сумеет спасти своих друзей и от семиголового змея. И вот, наконец, все трое приблизились ко дворцу. Сам король вышел им навстречу. Он расцеловал сына, обнял принцессу-красавицу и приказал готовиться к свадьбе. А Мигела призвал к себе и сказал:

– Хотя ты и сын сапожника, но, я вижу, был верным товарищем моему сыну. Проси у меня чего хочешь, и я исполню твою просьбу.

Мигел ответил:

– Ваше величество, разрешите мне в день свадьбы всю ночь стоять на часах у комнаты новобрачных.

Долго танцевали и веселились на свадьбе жених и невеста и только поздно вечером, усталые и счастливые, пошли отдыхать в свою спальню. Когда же они уснули, верный Мигел стал в дверях с обнажённой шпагой в руке.

Ровно в полночь он услыхал шорох. Шорох становился всё громче. Змей приближался. Он был уже перед дверью спальни! Но юноша отважно вступил в бой с семиголовым чудовищем и отрубил ему все семь голов одну за другой. А затем, вместе с туловищем, сбросил эти страшные головы в глубокий ров, окружавший со всех сторон королевский дворец. Потом он вернулся в комнаты – посмотреть, не проснулся ли принц. В одежде, забрызганной кровью змея, с обнажённой шпагой, он приблизился к постели, но в этот-то момент и проснулась принцесса. Увидев, что Мигел склонился над принцем со шпагой в руке, она решила, что юноша или убил уже, или же собирается убить её молодого мужа, и громко закричала.

На крик сбежались придворные, гремя оружием, прибежали стражники.

– Вот, вот убийца! Схватите его! – не переставала кричать принцесса. – Смотрите – он весь в крови! Бросьте его в темницу!

Увидев Мигела, окружённого стражей и со шпагой в руке, принц сказал ему:

– Мой друг, я верю тебе, но объясни этим людям, что случилось и почему ты стоишь здесь среди ночи в моей спальне с окровавленным оружием?

– О принц! – воскликнул Мигел и… остановился. Он вспомнил, что не может безнаказанно открыть другу ни одной из трёх своих тайн. Он вспомнил предсказание трёх голубей, которое слышал в пещере:

…если ты проговоришься – В холодный мрамор превратишься, Окаменешь в тот же час!

А принц уже настаивал:

– Что ж ты умолк, мой друг, или тебе нечего сказать в своё оправдание?

– О принц… – повторил Мигел уже печальным голосом. – Если б ты знал, во что обойдётся мне каждое слово, ты не требовал бы от меня объяснений.

Принц уже колебался, но принцесса приказала:

– Пускай говорит сейчас же! Или ты не помнишь, мой принц, мой супруг, как этот юноша, который называет себя твоим другом, хлестнул моего коня и не дал мне полакомиться золотыми плодами! Или не помнишь, что он не дал тебе напиться из хрустального родника, когда ты изнывал от жажды! Он не друг – он враг твой, он хотел тебя убить!

Такого несправедливого обвинения не мог вынести верный Мигел.

– Неправда! – громко воскликнул он. – Сейчас я всё объясню!

Он смело шагнул вперёд и заговорил.

Он говорил, как в лесу, в пещере, узнал от чудесных птиц три заветные тайны и как спас принцессу от верной смерти в роще золотых апельсинов.

Он говорил, и с каждым словом ноги его холодели: сперва онемели ступни, потом колени, когда же Мигел закончил рассказ о первой тайне, он был уже до пояса холоден, неподвижен и бел как мрамор.

И всё-таки юноша продолжал рассказ.

Он протянул руки вперёд, словно умоляя друга верить каждому его слову, и поведал принцу о том, как спас его самого от верной смерти у хрустального родника. И снова при каждом слове чувствовал юноша, как смертельный холод поднимается всё выше по его телу, проникает в грудь и сжимает сердце, как немеют и каменеют руки, как смерть подступает к самому горлу!

Теперь уже юноша мог только поворачивать голову – немного вправо, немного влево.

– Довольно! – вскричал принц, испуганный этим зрелищем.

Но Мигел встряхнул волосами и, крикнув: «Я всё скажу!» – мужественно довёл до конца свою страшную повесть. Когда же отзвучало последнее слово, все увидали, что вместо цветущего, полного жизни и сил юноши перед ними стоит немая, лишённая жизни статуя из белого недвижного мрамора.

– О Мигел! – воскликнул в отчаянии принц и бросился обнимать колени статуи. – Проснись! Вернись к нам!

Но каменный Мигел не отвечал ни слова.

Печальные, разошлись придворные. Медленно, гремя копьями, удалилась стража. Принцесса уже раскаивалась в своей настойчивости.

– Ах, зачем я заставила его говорить! – рыдала она. – Зачем не поверила на слово, как ты, мой принц, мой супруг!

Юный принц был безутешен. Он приказал вынести статую в сад и поставить её на дорожке, усыпанной жёлтым песком, под высоким деревом. И не было в королевском саду статуи более прекрасной, чем каменный Мигел.

С гордо поднятой головой он стоял перед самым дворцом. По утрам в лучах восходящего солнца розовел и теплел холодный мрамор, словно кровь струилась по жилам юноши, словно снова начинало биться отважное сердце. А когда днём пробегали по изваянию скользящие тени деревьев, казалось, что статуя шевелится и вот-вот сойдёт с высокого постамента.

Несчастный принц! Часами сидел он у подножия каменного изваяния.

– О друг! – восклицал он. – Отзовись! Я всё отдам, лишь бы возвратить тебе жизнь!

Он повторял эти слова без конца, повторял каждый день, повторял до тех пор, пока однажды не услышал таинственный голос:

– Отдай свою жизнь, и твой друг вернётся к тебе!

Кто сказал эти слова, принц не знал. Кругом не было ни души. Но всем сердцем он отозвался на них:

– Отдать мою жизнь? Я готов!

И, выхватив острый клинок из ножен, принц приставил его к груди, чтобы пронзить своё сердце.

Но тот же таинственный голос промолвил:

– Стой. Не спеши!

Принц глянул на статую, и – о чудо! – статуя зашевелилась! Разгладились складки на лбу, дрогнули губы, ожили руки, и каменный Мигел легко спрыгнул на землю. Нет, он не был уже больше каменным: он шёл навстречу принцу! Смелым движением выхватил из рук его шпагу и отбросил далеко в кусты.

Так кончается волшебная повесть о принце и его каменном друге. Юноши обнялись и рука об руку пошли во дворец, чтобы впредь никогда больше не разлучаться.

Так верность и дружба оказались сильней самых злых заклятий и даже сильнее смерти.

Ушла сказка. И нет её больше. Далеко ушла. Не скоро назад вернётся.

По тропинкам ходит сказка с горным посохом, по волнам плывёт под весёлыми парусами, в городах, в сёлах под окном стучится. Где была – там нет. Где не бывала – туда торопится.

Придёт – присядет. Одному пошепчет, с другим пошутит, третьего научит, никого не забудет – крепка, как вино, мудрая старая сказка.

Один улыбнётся, другой посмеётся, третий задумается – только глухой ничего не услышит.

***

Была у меня сказок полная корзинка. Что было – всё роздал. Больше ничего не осталось. Кончились мои сказки.

Дали мне редьки мешок, Дали сала кусок, Дали на дорогу Всего понемногу: Вина фляжку, Молока чашку. А кто слушал сказку – Всем спасибо за ласку.