Академик надел черную шапочку, погладил седую бородку-клинышек и сказал:
— Ну, кажется, пора. Что вы придумали? Кем ему быть?
Кибернетик почесал затылок и немного неуверенно произнес:
— Все же мне кажется, что у молодого человека такой характер, что он мог бы стать Исследователем-археологом на ближайших планетах. А может быть, Космолингвистом — ведь нужно же кому-то изучать язык обитателей третьей планеты звезды сО-лнц-Е или расшифровывать сигналы, пришедшие из Туманности Хромого Пса.
Женщина-врач возразила:
— При проверке он обнаружил обширные познания в области математики.
Кибернетик поморщился:
— Но он ведь не сумеет перевести в уме числа из двоичной системы в десятичную.
— А разве это так обязательно? Для чего же вы придумываете счетные машины? Только для того, чтобы освободить человеческий мозг от сложных расчетов?! — Врач уже начинала сердиться.
Академик примирительно постучал рукой по столу.
— Ну-ну, успокойтесь. Характер характером, способности способностями, но подумаем и о наших возможностях. Ведь электронный синтезатор еще не способен на чудеса. Скафандр космонавта или костюм индейского вождя ему под силу, но Космолингвист или таблица случайных чисел… Кстати, как вы себе это представляете?
Кибернетик промолчал. Врач тихо вздохнула. Академик посмотрел на них и предложил:
— А что, если мы спросим его самого? Пожалуй, это не будет нарушением правил. Кем бы ты хотел быть, Андрей?
Все трое взглянули на того, о ком шла речь. Но что-то, видно, очень поразило их, потому что сперва Академик, а за ним и Кибернетик с Врачом тут же встали из-за стола и вышли из комнаты…
…Андрей во время спора сидел, не поднимая глаз. Разговор, кажется, принимал не тот оборот. Нет, Математик — это слишком сложно. Не тот вид! Космолингвист? Неплохо… С кем, они сказали, нужно беседовать? С жителями Туманности Хромого Пса?. Что-то я никогда о такой не слышал… Как, интересно, может выглядеть тамошний житель?.. Куда все исчезли? Не видно бородки Академика и черных волос Врача… Пропал Кибернетик… Странно…
Андрей огляделся. Что-то в комнате изменилось. Стол теперь вроде длиннее, а сама комната — пошире, в углу стоят совсем незнакомые высокие часы с латунным маятником. Их дубовый с толстым стеклом футляр напоминает шкаф в кабинете биологии.
Вдруг маятник перестал раскачиваться. Часы засветились изнутри. Что-то темное шевельнулось там. Затем дверца часов заскрипела и раскрылась. Однако дальше ничего не произошло, и Андрей отвернулся. Он разглядывал полированную поверхность стола и думал, о чем бы он мог говорить с посланцами третьей планеты звезды сО-лнц-Е. Ну, например, если поговорить о погоде. Там, может быть, самая лучшая пора — это когда льет дождь и вообще слякоть. Дожди Андрей не переносил. Что может быть лучше теплых и ясных дней или тихих звездных вечеров! Так о чем бы он мог поговорить?
Кто-то тронул Андрея за плечо. Он обернулся и увидел, что из открытой дверцы часов на два или три метра высунулась длинная худая рука. Эта рука и похлопывала Андрея по плечу. Ногтей на пальцах не было, а самих пальцев оказалось шесть. «Шестерню» Андрей заметил сразу, но не удивился. Больше того, он тут же догадался, что рука эта принадлежит существу ОТТУДА… Правда, откуда — неизвестно, но точно, что ОТТУДА.
Андрей встал со стула и подошел к часам. На маятнике сидело существо, похожее на мартышку или на летучую мышь без. крыльев. Левая рука его была короткой и неподвижной, а правая беспрерывно вытягивалась, ощупывая предмет за предметом.
— Здравствуйте, — сказал Андрей, — вы откуда? Кто вы?
Существо не посмотрело на Андрея: Только большие уши, действительно похожие на уши летучих мышей, повернулись в его сторону.
— Откуда вы? — повторил свой вопрос Андрей. — Кто вы? Вы как сюда попали?
Длинная рука пошарила в ящике шкафа, вытащила оттуда штопор и стала выцарапывать что-то на поверхности стола.
Андрей снова подошел к столу. Там ровными бороздками на полировке красовался треугольник с квадратами, насаженными на его стороны.
— Ну, это яснее ясного! — обрадовался Андрей. — Пифагоровы штаны на все стороны равны! Есть космический контакт! Теперь сразу ясно, что вы существо разумное!
Он уже не сомневался, что гость-то прибыл не из Малаховки и не из Московского зоопарка, а точнехонько из космоса.
— Как вас зовут? — спросил Андрей, но существо молчало. Тогда он догадался, что еще не ответил на вопрос пришельца. Ведь он наверняка проверял Андрея, когда рисовал Пифагоровы штаны. Значит, действовать надо его же методом.
Андрей вынул из холодных пальцев гостя штопор и нарисовал на столе Солнце, вокруг которого по орбитам вращались Меркурий, Венера, Земля, Марс и остальные планеты. Именно так устанавливали контакты с Пришельцами из космоса все герои фантастических романов.
Гость понял все. Он похлопал Андрея по плечу и сказал на чистом русском языке:
— Привет!
Андрей снова не удивился. Это уж точно — сработал кибернетический переводчик.
— Здравствуйте, — ответил он, — как поживаете вы у себя там… Э-э…
— В Туманности Хромого Пса, на планете Игого, — подсказал гость.
— Вот именно, в Туманности Хромого Пса.
— Ничего, живем помаленьку. Тут у вас в экспедиции находимся второй миллион лет.
— Вы уже так давно на Земле? И вас никто не видел?
— Нет, — ответил гость. — На Земле вы первый, кто узнал нас. Правда, здесь мы недавно, с начала кайнозойской эры.
— А где же вы раньше были? — спросил Андрей.
— Да сидели на Сатурне и дули пузырь. Неизвестно, из какого материала он был сделан, только дулся. Дулся-дулся — и лопнул. Ну, и тарарам получился! Кого по шее стукнуло, кого по спине… У Главного — шишка на лбу, фиолетовая, точь-в-точь как небо над нашей родной Игого. Натворили в общем. Главному — выговор из Центра, нам тоже не сладко: кого на Марс перевели, кого обратно отозвали. Не успели, мол, въехать в новую планетную систему, а уже мусорите, какой пример подаете!
На Марсе работа совсем плевая. Одна забава — рой себе каналы от полюса и до полюса. Но и там долго пробыть не пришлось. Только мы сделали для него спутники серии «Д-с» и «Ф-с», как вдруг новый приказ: вылетайте на Землю! Там, мол, по слухам, в будущем цивилизация ожидается. Проверить и доложить. Нам что, на Землю, так на Землю. Проверили. Докладываем: да, будет! Все признаки за это.
Главный доволен. Еще бы, такую работу провернули и сэкономили полторы секунды. Глядишь, в Центре отметят. Даже речь сказал:
«Братцы-инопланетцы! То да се… Ждите, пока земляне появятся. А теперь отдыхайте, сил набирайтесь!..»
Прокричали мы три раза «И-го-го!» и стали отдыхать. Кто в костях квадратные дырки выпиливает, кто железную колонну ставит. А мы с приятелем стали в игру играть — валяй-вобл называется. Кто во что быстрей превратится. Приятель стал камнем, и я тоже. Он сделался речкой, и я потек ручейком. Он в акулу превратился, а я в треску. Он за мной погнался. Я испугался, что ненароком слопает! Сразу полетел куда глаза глядят да вот сюда и попал…
Андрей, слушавший сначала без особого интереса (все фантасты точь-в-точь так же об этом пишут), вдруг оживился:
— Вы говорите, можно превратиться во что угодно? — спросил он у инопланетного гостя. — А можно ли все лицо целиком изменить? Чтобы никто не узнал? А нельзя ли… — Андрей нагнулся к самому уху Пришельца и что-то зашептал.
Гость слушал внимательно. Потом закивал головой.
— Можно. Только нужен гиратам сенелор. У тебя есть триста балей гиратама сенелора?
— Н-нет. А без этого гиратама никак нельзя?
— Без него нельзя. Ничего не получится.
— Жаль. А долго вы тут еще будете?
— Нет, — сказал гость, — сейчас улетаем дальше — на Венеру. Главный вызывает. Говорит, там тумана маловато, рассеивается. Подпустить надо… Прощай. Готовь гиратам сенелор. Не меньше трехсот балей. Может быть, лет через тысячу встретимся… Пока!
В часах опять вспыхнул свет, снова пропал. И часы тоже исчезли. И комната сама приобрела прежний вид.
Андрей сел за стол.
В комнату вошел Академик, за ним заглянули Кибернетик и Женщина-врач.
— Ну, вот он и проснулся, — радостно сказал Академик, — а мы тебя уже хотели будить. Ведь костюм к твоему школьному новогоднему маскараду еще не готов. А электронный синтезатор, которому мы закажем этот костюм, работает только до девяти вечера. Так что ты поторопись. Мама, — Академик показал на Врача, — хочет, чтобы ты был Математиком. Но костюм Математика заказать сложно.
Андрей посмотрел на отца, на мать, на деда и произнес:
— Я уже почти выбрал костюм, вернее, чуть-чуть не превратился в существо с другой планеты.
— Что-то ты, батенька, сочиняешь, — сказал Академик, — как это ты мог превратиться в другое существо? И что это за существо?
— Ну, вот ты мне не веришь, дедушка! Это был гость с другой планеты, из Туманности Хромого Пса. Он меня чуть-чуть не превратил в себя. Вот только у него не было с собой гиратама сенелор.
— Чего-чего? — удивилась Женщина-врач.
— Гиратама. Без него превращать нельзя. А то как было бы здорово! Никто бы меня не узнавал! А я пришел бы в зал. Уши у меня — во! Левая рука — вот такусенькая. А правая зато — ого! И по шесть пальцев на каждой. Ребята лопнули бы от зависти.
— Ну-ну, полно, — сказал дедушка, — все это тебе приснилось. Мы ведь ушли потому, что ты уснул. Положил щеку на руку, глаза закрыл и уснул.
— Бывают же такие сны, — покачал головой отец.
— Так ты, значит, хочешь быть Пришельцем из космоса? — спросила мама с улыбкой.
— Да-да. Я уже рассказывал, какой он. Папа, ты нарисуй. Пусть синтезатор сделает мне костюм Пришельца.
— Ну, ладно. Пришелец, так Пришелец, — вздохнул Кибернетик. — Пойдем делать заказ.
Все вышли из комнаты. И никто не заметил, что на столе лежит неизвестно откуда взявшийся штопор для пробок, а на полированной поверхности глубоко выцарапаны «Пифагоровы штаны».