Гуляет по улице собака с хозяином. Хозяин разглядывает афиши, что наклеены на заборе, читает газету на стенде. А собака всё время куда-то его тянет. Она хочет обнюхать и столб на углу, и ступеньки магазина, и ограду вокруг школы. Зачем ей это нужно?

А вот зачем. И столб, и ступеньки, и ограда, да и вся улица, с её домами, магазинами и заборами, — для собаки то же самое, что для её хозяина афиши и газеты. Она узнаёт по ним новости. Конечно, не человеческие, а свои, собачьи. Сейчас она узнала, что у столба проходила дворняжка из соседнего подъезда, около магазина ждал хозяина знакомый пудель, а у ограды гнался за кошкой какой-то чужой пёс. Обо всём этом рассказали собаке запахи.

Нам, людям, трудно даже представитель, какую массу запахов различают собаки и как хорошо они их запоминают. Однажды один человек со своей собакой плыл по морю на пароходе. На горизонте то показывались, то исчезали острова. Собака спокойно дремала — но вдруг вскочила и бросилась к борту. Она лаяла и визжала, глядя вдаль, а там виднелся какой-то очередной островок. Хозяину собаки стало интересно, и он пошёл к капитану и посмотрел на карту. Оказалось, что на горизонте был тот самый остров, на котором в прошлом году он прожил целый месяц. И теперь пёс узнал остров по запаху за несколько километров.

Почему же у собак такое хорошее обоняние, чем их нос лучше человеческого?

И у человека, и у всех зверей глубоко в носу есть специальные обонятельные клеточки, которые чувствуют запахи. Чем больше этих клеточек — тем лучше обоняние. Так вот, у собак этих клеточек в двести раз больше, чем у человека. Они получили их в наследство от своих диких предков — волков, которым тонкое обоняние помогает в охоте.

Люди давно научились использовать собачий нюх, его силу. Собаки по запаху выслеживают дичь, отыскивают потерянные вещи. Есть собаки-сыщики, есть собаки-газовщики — они вынюхивают, где из повреждённых труб выходит газ. Во время войны прославились собаки-сапёры, которые по запаху взрывчатки находили мины. Бывают даже собаки-геологи. Одну овчарку обучили отыскивать камни, содержащие ценную руду, и она находила эти камни в четыре раза чаще, чем самый опытный геолог.

Но хорошее обоняние есть не только у собак. Дикие кабаны, например, по запаху находят и вырывают из земли съедобные корешки. А если мышам предложить на выбор несколько кусков разного сыра, они его обнюхают и по запаху отыщут самый вкусный.

А как ты думаешь — могут ли рыбы различать запахи?

Есть такая рыба — лосось. Взрослые лососи живут в океане, а когда у них созревает икра — они плывут в реки. Удивительны упорство и сила этих рыб, которые пробиваются вверх по течению через пороги и водопады до прохладных и чистых горных ручьёв. Но самое замечательное то, что каждый лосось плывёт для метания икры в тот самый ручей, в котором когда-то вывелся из икринки он сам. Как находит лосось дорогу? Ведь в океаны впадают десятки рек, а в каждую реку — сотни ручьёв!

И вот ученые поставили опыт. В верховьях реки выловили несколько сотен лососей, чуть-чуть не доплывших до своих родных ручьёв, а затем в цистерне с водой отвезли их обратно, вниз по реке. Там их пометили особыми метками и выпустили, но прежде у половины рыб ноздри заткнули комочками ваты. Что же получилось? Рыбы с заткнутыми ноздрями так и остались там, где их выпустили. Они кружились на одном месте и никак не могли отыскать дорогу обратно. А все остальные снова поплыли вверх по реке, в тот самый ручей, в котором они родились. Значит, лососи отыскивают дорогу по запаху!

И вообще оказалось, что у рыб очень тонкое обоняние. Например, форель по запаху определяет места, где вода хоть чуточку загрязнена и уходит подальше, в чистую воду. А сомы и другие рыбы по запаху могут узнавать друг друга. Соседа, к которому привыкли, не тронут — а чужака будут прогонять.

Но, наверное, ещё удивительнее обоняние насекомых. Однажды в кабинете у одного учёного вылупилась из куколки огромная и очень красивая ночная бабочка — грушевая павлиноглазка. Чтобы она не улетела, учёный накрыл её колпаком из проволочной сетки. Наступил вечер, все в доме собрались ложиться спать, как вдруг прибежал маленький сын учёного. «Папа, папа! — кричал он, — в твоём кабинете летают бабочки, огромные, как птицы!»

И действительно — бабочками была полна вся комната. Мягко хлопая крыльями, они кружились около свечей и занавески — а через открытое окно всё летели и летели новые грушевые павлиноглазки.

Больше всего их было около колпака, под которым сидела пленная бабочка. Значит, она чем-то подманивала сородичей. Только чем?

И тут оказалось, что бабочки летят не только к своей товарке, но и к блюдечку с песком, на котором она сидела утром.

Значит, они летят на запах бабочки! Для человека он не ощутим — но бабочки его чувствуют очень хорошо. Чем же они нюхают? Ведь носа у них нет! Может быть, своими усиками, похожими на нежные пёрышки?

Тогда учёный поставил опыт. Он пометил прилетевших бабочек пятнышками краски и попросил приятеля отвезти их подальше и выпустить. Только перед этим он тоненькими ножницами отрезал у части бабочек усики. Почти все бабочки, у которых усики остались целы, вернулись обратно. А их безусых не прилетела ни одна. И это значило, что бабочки действительно чувствуют запах усиками. Мало того — их усики оказались невероятно чувствительными. Ведь некоторые меченые бабочки были увезены за восемь километров и по запаху всё-таки отыскали дорогу назад, к своей пленной приятельнице.

Потом учёные узнали, что таким тонким обонянием обладают не только павлиноглазки, а ещё и разные другие насекомые.

В конце концов это их свойство удалось использовать на пользу людям. Теперь многих насекомых, вредящих садам, уничтожают при помощи специальных пахучих ловушек.

Бывает так, что запах становится оружием.

Живёт в Америке очень интересный зверь — скунс. Нет у него ни острых когтей, ни сильных челюстей, чтобы защититься от врагов, и всё-таки никого он не боится. Неторопливо идёт куда-нибудь по своим делам, высоко подняв распушённый чёрно-белый хвост, будто предупреждая всех встречных — смотрите, я иду!

И кто его ни увидит — волк ли, медведь, или человек, — сразу сворачивает в сторону, да побыстрее. В чём же дело, почему такая честь скунсу?

А дело в том, что под хвостом у него есть железа, которая вырабатывает особую жидкость. Если скунса потревожить, он повернётся к обидчику задом и брызнет в него этой жидкостью, а она жгучая, едкая и невероятно вонючая. Неделю отмывать — не отмоешься. Не напрасно скунсу дали ещё другое название — вонючка. Вот и уступают ему дорогу и человек, и медведь, и волк. Кому охота с таким связываться?

Но вонючки бывают не только среди зверей. На юге вечером можно встретить крупных жуков с коротенькими «хвостиками» на надкрыльях. Это чернотелки-медяки. Тронешь жука — он сразу застывает на месте, упёршись головой в землю и высоко подняв брюшко. Так он предупреждает: «Не трогай меня!» А почему нельзя трогать? Да потому, что на конце брюшка у него выступает капелька вонючей жидкости. Попробуй съешь такого!

Ещё лучше защищается жук-бомбардир. Если на него кто-нибудь нападёт, жук выстреливает в обидчика каплей жидкости, которая с треском взрывается, оставляя жгучее и ядовитое облачко. Вот и побаиваются бомбардира хищники, не трогают его.

«Как вкусно!» — говорят и взрослые, и дети, когда едят хорошо приготовленный обед, или фрукты, или пирожное. А как ты думаешь, что такое — вкусно? И что такое — вкус?

Возьми щепотку сахара и попробуй её кончиком языка. Сразу почувствуешь: сладко. Если вместо сахара лизнёшь крупинку соли, ощутишь: это солёное. А вот если тем же кончиком языка прикоснёшься к капельке клюквенного сока, то и не поймёшь — какой он. Только когда сок разойдётся во рту и попадёт на боковые стороны языка, ты решишь: это кислое. А когда попробуешь что-то горькое, тебе не скажут правду ни кончик языка, ни его края. Горькое ты почувствуешь только тогда, когда оно попадёт на самую заднюю часть языка.

Почему так происходит? Дело в том, что язык человека покрыт множеством крохотных сосочков, и каждый из них чувствует только один вкус. Сосочков, которые отличают сладкое и солёное, больше всего на кончике языка. Те сосочки, которые чувствуют кислое, расположились по его бокам, а «горькие» сосочки — у основания языка.

Вкус — очень важное ощущение, оно помогает и людям, и животным разобраться, что можно есть, а что нельзя. Ведь обычно то, что вкусно, — значит съедобно, не ядовито.

Но человек и животные питаются по-разному, и то, что вкусно для животных, далеко не всегда нравится нам.

Взять, например, горькое. Люди это вкус не любят, и это легко объяснить — многие горькие растения для нас несъедобны. А вот зайцы, лоси и бобры с удовольствием грызут горькую кору осины, она для них — лучшее лакомство. Значит, горький вкус для них может быть приятным. Совсем иначе у попугаев. Один учёный поставил в клетку к попугаям две чашки. В одной — обычная еда, в другой к той же еде он подмешал хину. Для человека это лекарство — одно из самых горьких. А птицы с аппетитом ели из обеих чашек — значит, они просто не чувствуют горького.

К сладкому многие животные относятся так же, как люди. Обожают сладости мыши, крысы, любят их и лошади. Волки нередко лакомятся арбузами на бахчах, причём выбирают те, что спелее и слаще. О собаках и говорить нечего — вспомни, как они выпрашивают кусочек сахара. А вот кошки к сладкому равнодушны, они его просто не чувствуют. Если и съест Мурка кусочек конфеты, то не потому, что она сладкая, а потому, что пахнет молоком или чем-то другим, вкусным для кошек. Не чувствуют сладкого и многие птицы, которые едят насекомых.

Кислое звери не любят — от лимона откажется и лошадь, и корова, и собака. Ну, а солёное?

К соли у многих травоядных животных отношения особое. Дело в том, что в траве и листьях, которыми они питаются, соли мало — а ведь для организма она необходима. Поэтому эти животные отыскивают солонцы — места, где в земле есть соль. Этим нередко пользуются охотники. Положат где-нибудь на лужайке несколько больших кусков каменной соли, а через неделю или две приходят и подкарауливают добычу. Первым о солёной приманке узнают зайцы, а за ними приходят лоси, олени, косули, кабаны. Даже белки не прочь погрызть солёненького. И чтобы домашний скот не страдал без соли, на скотных дворах и в конюшнях обязательно кладут куски каменной соли, которую лижут лошади и коровы. А часто и просто подмешивают соль в кормовую смесь.

Хищные звери — волки, львы, тигры к соли безразличны. Собаки и кошки — тоже. Ведь она есть в их пище — мясе животных.

Когда я был маленьким, отец показал мне один интересный опыт. Он поймал обычную бабочку-белянку и осторожно, чтобы не повредить, взял её пинцетом за крылышки. В другой руке он держал кусочек ваты, смоченный сахарным сиропом.

— Смотри, я держу ватку у головы бабочки, — сказал отец. — Сахар не пахнет, вот бабочка его и не замечает. Видишь, её хоботок свёрнут как пружинка. А теперь гляди!

И он тихонько тронул ваткой кончик передней ноги бабочки. Она встрепенулась, развернула свой хоботок и стала жадно сосать сладкую воду. Бабочка почувствовала сладкое своею ножкой совсем так же, как человек — языком.

Потом я не раз повторял этот опыт на мухах. Стоило прикоснуться сладкой капелькой к ноге мухи, как та сразу же вытягивала хоботок.

Правда, насекомые могут пробовать еду на вкус и ртом, но у многих из них лапки всё-таки гораздо чувствительнее, чем хоботок или язычок. На этих лапках учёные нашли особые волоски, которые ощущают вкус, — и они определяют его гораздо точнее, чем вкусовые сосочки у нас на языке. Если растворить в ведре воды одну-единственную чайную ложку сахара, то человек попробует эту воду и ничего не заметит. А бабочка тронет капельку ногой и почувствует, что в ней есть сахар.

И обмануть вкус насекомых гораздо труднее, чем человеческий. Есть такое вещество — сахарин. Людям он кажется в сотни раз слаще сахара — бросишь в стакан дну крохотную таблетку, и чай сладкий. А для пчёл и бабочек он совсем не сладок, им настоящий сахар давай.

Чувствуют насекомые и горькое — его они обычно не любят, так же, как люди. И солёное чувствуют, и кислое. Нам порой кажется — просто так муха по столу бегает, а она еду ищет. Потрогает лапкой здесь, потрогает там, глядишь — и нашла что-нибудь вкусненькое.

Сидит на подоконнике кот и умывается. Послюнит лапку, потрёт ею шерсть на голове, потом за усы примется — приглаживает их, а они всё равно топорщатся. Как ты думаешь, для чего ему нужны такие длинные усы? Неужели только для красоты? А если для дела — то для какого?

Кошки — ночные звери, они любят странствовать ночью по чердакам и подвалам. Они хорошо видят при свете луны и звёзд и всегда найдут дорогу с одной крыши на другу. Но в подвалах ни луна, ни звёзды не светят, и свет уличных фонарей туда не добирается. Как же наш кот ходит в темное, не натыкаясь на стены, ящики и трубы? Что ему помогает? Усы!

Они веером торчат на его мордочке — и стоит их волоскам чего-нибудь коснуться, как кот сразу чувствует: осторожно, впереди препятствие! Он нащупывает усами дорогу в темноте так же, как ты делаешь это руками, когда с завязанными глазами играешь в жмурки.

Чувствовать что-то на ощупь — значит осязать. На ощупь ты находишь монетку в кармане, достаешь из-под дивана закатившийся мячик. Слепым людям осязание во многом заменяет зрение, для них даже делают специальные книги, которые можно читать пальцами. И совершенно необходимо осязание многим животным, особенно тем, которые живут в темноте. Например, в пещерах.

В вечном мраке пещер обитает немало насекомых, многоножек, мокриц. И всем им осязание помогает находить дорогу.

Вот бежит пещерный жук. Глаз у него нет — всё равно в темноте ничего не увидишь. Зато у него есть усы — длинные, усаженные волосками-щетинками. Этими усами жук и добычу вынюхивает, и дорогу нащупывает. Да что там усы — всё тело у него в щетинках, ими жук ощущает самые слабые колебания воздуха. Станет подбираться к нему враг, колыхнёт воздух — жук это почувствует и удерёт.

Помогает осязание спасаться и дождевому червю. Ты его хорошо знаешь. Это тот самый червяк, что выползает на дорожки после дождя и на которого так хорошо клюёт рыба.

Ни глаз, ни ушей у червяка нет — зато осязание прекрасное. Он всем своим телом ощущает самые слабые колебания почвы. И когда к червям под землёй приближается их самый страшный враг — крот, они чувствуют, как дрожит земля, и стараются вылезть наверх, уползти. Только не всем это удаётся — уж очень быстро роет землю голодный крот.

Но осязание не только помогает животным находить дорогу или вовремя замечать врагов. Кое-кто приспособил его и для охоты.

Одного такого охотника ты не раз видел. Это паук. Вот он сидит на краешке своей серебристой сети-паутины и ждёт. Возьми травинку, постукай ею по паутине. Паук встрепенется, сделает два-три шага вперёд, но к травинке не подбежит, не примет её за муху или бабочку. Он очень тонко чувствует лапками рывки паутины и знает, что настоящая добыча будет дёргать сеть совсем иначе. Вот и сидит он у себя в уголке, держась за паутинки, — ждёт, караулит.

Другого охотника ты найдёшь в зелёном, поросшем водорослями пруду. Это водяной клоп — гладыш. Он плавает очень смешно — вниз спиной и вверх ногами. Гладыш любит висеть под самой поверхностью воды, широко расставив ноги. Неподвижно висит, будто спит. Но стоит какой-нибудь букашке упасть на воду, как гладыш бросается к ней и хватает. Каким образом узнал он о добыче? Очень просто — букашка в воде стала барахтаться, и поверхность воды чуть-чуть задрожала. Гладыш почувствовал эту дрожь щёточками на ногах и кончике брюшка. Они сразу сообщили ему — где упала букашка. А если упадёт на воду листок — не поплывёт к нему гладыш. Ведь листок не барахтается.

Переменчива весенняя погода. Выйдешь в лес — там неуютно, сыро, холодно, как будто не май начался, а октябрь. Но унесёт ветер тучи, вспыхнет солнце — и все лесные жители сразу почувствуют тепло. Закружатся между берёз первые бабочки, муравьи покроют муравейник блестящим живым ковром, а не пенёк выберется вялая, отощавшая после зимы ящерка. И кажется, что весь лес, как эта ящерица, греется сейчас под тёплыми солнечными лучами.

Совсем иначе в пустыне. Её обитатели побаиваются солнца — уж слишком жарко оно печёт, обжигает. Увидеть их можно только вечером или рано утром. А поднимется солнце — попрячутся кто в норы, а кто просто в песок. О них нам расскажет только путаница следов, оставленных на песке жуками и змеями, тушканчиками и шакалами.

Чтобы не замёрзнуть и не перегреться, и людям, и животным просто необходимо чувствовать тепло и холод. Мы ощущаем тепло и холод кожей — в ней рассеяны тысячи особых чувствительных точек. Выйдешь зимой погулять — сразу мороз защиплет тебя за пальцы и за лицо. Вернёшься домой, протянешь руки к печке — они сразу почувствуют жар, и лицу тоже станет жарко. Почему лицо и пальцы особенно сильно чувствуют тепло и холод? Да потому, что в их коже особенно много чувствительных точек. А в глазах этих точек нет совсем — вот они и не чувствуют ни мороза, ни тепла.

Чувство тепла и холода есть и у зверей, и у птиц, и у рыб. А некоторые змеи используют его для охоты. Тёмной ночью скользит такая змея среди травы и камней. Остановится, поднимет голову и как будто смотрит или прислушивается к чему-то. Но вокруг темнота — что в ней увидишь? И услышать она ничего не может, ведь змеи глухие. Что же змея делает? Она ищет тепло!

На голове у неё есть особые ямки, в которых натянута очень чувствительная к теплу и холоду кожица. Если поблизости есть что-то тёплое, змея сразу это почувствует. А что может быть тёплым в прохладной ночной степи? Только добыча — мелкий зверёк, какая-нибудь мышка. Ямки на голове очень точно сообщат змее — с какой стороны эта добыча и далеко ли она.

До сих пор мы с тобой говорили о таких чувствах, которые есть и у животных, и у людей. Но у животных бывают и такие чувства, которых нет у людей.

Живёт в северном море маленькая морская рыбка — песчанка. Назвали её так потому, что она прячется в песке на дне моря. Сидит там, как в норке, и кажется ей — что никто её не найдёт и не тронет. А над дном плывёт другая рыба, крупная и хищная, — скат. Он широкий, плоский и совсем не похож на наших речных и озёрных рыб. Глаза у него не по бокам головы, а сверху; поэтому вниз он смотреть не может. Не может он увидеть и песчанку. И всё-таки он подплывает прямо к месту, где она спряталась, — и всасывает её в рот вместе с песком. Песок выплюнет, а рыбку проглотит. Но как же скат мог её заметить?

Очень просто. Он почувствовал её электрическое поле.

Дело в том, что в каждом живом существе возникает электричество. Обычно оно такое слабое, что его замечают только самые чувствительные приборы. Если животное это обитает в воде — то вокруг него, как облачко, образуется электрическое поле. Это происходит потому, что вода проводит электричество. Многие рыбы, в том числе и скаты, умеют его чувствовать — и, как видишь, с пользой для себя.

Люди научились создавать такое электрическое поле искусственно, опуская в воду специальное устройство. Изобрели даже электрические ловушки — они приманивают рыбу к трубе, по которой насос выкачивает её прямо на рыболовное судно.

Но бывают рыбы, которые вырабатывают не так уж мало электричества. Одну такую рыбу я видел.

Случилось это в океанариуме — так называется зоопарк, где живут рыбы и другие морские животные. Много там было разных чудес. За стеклом плавали голубые, розовые, зелёные рыбы, похожие на бабочек. А в стороне, в узком и длинном аквариуме, лениво шевелилась какая-то чёрная, с виду совсем не интересная рыбина. В воду зачем-то были опущены провода, а сбоку приделаны лампочка и электрический звонок.

— Что это такое? — спросил я.

— Это одна из самых интересных рыб на свете, — ответил экскурсовод. — Смотрите внимательно!

Я глядел минуту, вторую и уже устал смотреть, когда вдруг рыба задела хвостом один из проводов. Сразу же вспыхнула лампочка и зазвенел звонок.

— Это электрический угорь, — сказал экскурсовод. — Он вырабатывает электричество, как живая батарейка. Лампочка и звонок работают от его тока.

Живёт эта рыба в Южной Америке, в неглубоких речках. Вода там такая мутная, что увидеть свою добычу, лягушек и мелких рыб, она не может. Зато очень хорошо чувствует их по изменению электрического поля. Подплывёт лягушка — рыба оглушит её током и съест. И врагов она тоже отгоняет ударами тока. Даже люди побаиваются заходить в речки, где водятся электрические угри.

Есть и другие рыбы, которые охотятся таким же образом — электрические скаты, электрические сомы. Но почему только рыбы сделали электричество своим оружием, а чувство электричества хорошо развито именно у рыб и некоторых других водных животных? Почему, например, нет на свете электрических ящериц или электрических кошек?

Очень просто. Ведь воздух не проводит тока — вот сухопутные животные и не могут ощутить его на расстоянии. А вода, как ты помнишь, проводит.

Чувство электричества у рыб учёные открыли недавно, оно ещё не изучено как следует.

Наверное, есть и такие чувства у животных, о которых мы ничего не знаем — их ещё надо открыть. И может быть ты, когда вырастешь, откроешь их и станешь изучать.