Видит Бог, Нора не хотела опаздывать, во всяком случае настолько, но обстоятельства и природные стихии словно сговорились. Тусклый свет фонарей расплывался в растекающихся по стеклу струях дождя. Такси по-черепашьи двигалось по узким улицам Лондона среди других еле-еле ползущих машин. Наконец водитель сделал последний поворот и остановил автомобиль у ярко освещенного подъезда отеля. Элеонора Ламберт расплатилась и, подхватив небольшой саквояж с самыми необходимыми вещами, поспешила через пустынный вестибюль в гардероб. Сняв плащ, она стряхнула с него капли воды и отдала вместе с саквояжем пожилому гардеробщику. Затем повернулась к большому зеркалу в золоченой раме и придирчиво оглядела себя.

Небольшой, четко очерченный овал лица, широкий страстный рот и синие миндалевидные глаза. Для окружающих ее красота была поразительной, но Нора, никогда не страдавшая тщеславием, привыкла к своему лицу и считала его заурядным.

Благодаря плащу с капюшоном дождь и ветер не успели испортить ей наряд и прическу: узел гладких темных волос, строгость которого смягчала ровная челка до бровей, был как всегда безупречно аккуратен, шелковое платье цвета морской волны изящно облегало стройную фигуру. Вполне довольная своим видом, Нора вошла в ярко освещенный зал.

Вечер был в самом разгаре, гремела музыка, повсюду слышался смех и оживленная речь. Часть гостей танцевала под звуки оркестра, совсем не маленького, остальные парами прогуливались по залу или, собравшись небольшими группами, разговаривали и пили шампанское, которое разносили услужливые официанты.

В стороне от всех стоял худощавый русоволосый мужчина в безупречно сидящем смокинге. Его невозмутимое спокойствие среди всеобщего оживления невольно привлекло внимание Норы. У нее даже возникло смутное ощущение, что этот человек ей знаком.

Посмотрев на него более внимательно, она поняла, что ошиблась. Если бы она видела этого мужчину раньше, она бы его непременно запомнила. Такое сочетание зрелости, спокойной силы и уверенности в себе встречается не часто.

Его поза была свободной, даже расслабленной, но спину он держал прямо. Норе показалось, что он смотрит на остальных гостей несколько свысока, с легкой циничной усмешкой.

Интересно, кто он и что здесь делает? — подумала Нора. В следующее мгновение мужчина слегка повернул голову, и их глаза встретились. Неожиданное столкновение с этим холодным ироничным взглядом было подобно шоку. Словно ударившись о невидимое стекло, Нора резко остановилась. Сердце начало отсчитывать медленные тяжелые удары.

— Элеонора! Наконец-то, — раздался откуда-то сбоку раздраженный голос матери.

Нора с усилием оторвала взгляд от глаз незнакомца и повернулась к миниатюрной темноволосой женщине. На красивом лице Беатрис Ламберт сейчас было выражение недовольства.

— Где ты пропадала? Мы уже начали волноваться, особенно отец.

— Я же предупреждала, что мы готовим выставку и что я могу не успеть к началу, — попыталась оправдаться Нора. — У меня была важная встреча.

— Какие могут быть дела вечером в пятницу! И потом, я не предполагала, что ты опоздаешь настолько. Все уже подходит к концу.

Когда родители, наконец, поймут, что она самостоятельная взрослая женщина, а не девочка-подросток, которую можно отчитывать на глазах у всех, слегка раздражаясь, подумала Нора.

— Мне ведь еще пришлось заехать домой, чтобы переодеться, — попыталась объяснить она.

— Все равно я не могу этого одобрить, — строго сказала мать. — Не удивляйся, если Артур будет в ярости. Ведь сегодняшний прием был устроен специально для того, чтобы отметить наш общий финансовый успех. Не каждый день нам приходится праздновать слияние двух крупных компаний. Ты обязана была быть рядом с ним весь вечер. Он скучает без тебя.

Приглядевшись, Нора увидела, что ее жених увлеченно танцует с высокой блондинкой в ярко-красном платье.

— Что-то незаметно, чтобы он особенно скучал, — язвительно заметила она.

— А что ты ожидала увидеть, приехав так поздно? Не успеешь оглянуться, как какая-нибудь охотница за деньгами уведет его у тебя из-под носа. Не спускай с него глаз, если не хочешь остаться ни с чем!

Нора знала, что Артур склонен обращать внимание на каждое хорошенькое женское личико, но совет ей не понравился.

— Не забывай, что Артур Форбс отличная партия, — продолжала мать. — Интересный, можно даже сказать — красивый, мужчина. Ему еще нет сорока, а он уже управляющий компанией и имеет неплохой капитал.

— Его капиталы меня не интересуют, — отрезала Нора.

— И напрасно. Твой отец уже не молод, ты отлично знаешь, что ему перевалило за шестьдесят. И если я не уговорю его изменить завещание, большую часть наследства получит Фред, а ты останешься на бобах.

Фред, веселый, обаятельный, с открытым дружелюбным характером, всегда был любимцем отца. Нора знала это и совсем не удивлялась тому, что в завещании Джозефа Ламберта на первом месте стоял именно Фред. Но она понимала, как задета Беатрис тем, что муж решил передать большую часть имущества своему сыну от первого брака.

— Я совсем не возражаю против того, чтобы наследство досталось Фреду, — спокойно сказала она. — У меня есть интересная работа…

— Не понимаю; зачем тебе работать! Отец вполне может обеспечить тебя, — не успокаивалась мать.

— Мне двадцать четыре года, — возразила Нора.

Но Беатрис это не убедило.

— Я бы не вышла за него замуж, если бы знала, что он такой скряга, — проворчала она.

Нора уже не в первый раз слышала подобные жалобы матери, поэтому предпочла промолчать.

— Я буквально умоляла его не продавать квартиру в Лондоне, но он меня не послушал, — не унималась мать. — Теперь нам пришлось окончательно переселиться в Чеддингтон.

— Ну и что в этом плохого? Там гораздо спокойнее. Ему ведь не обязательно каждый день ездить в город. Некоторые дела можно решать по телефону.

Чеддингтон, где находился дом семьи Ламберт, был живописным местом достаточно близко от Лондона, и Нора вполне понимала желание отца жить там.

— Но я не хочу все время торчать в деревне. Я сойду с ума. Твой отец думает только о себе. Мои интересы его не волнуют. Что хорошего в Чеддингтоне? Хорошо еще, что иногда мне удается зазывать туда гостей… Кстати, ты не забыла, что вы с Артуром проводите этот уик-энд у нас?

— Нет, не забыла.

Танец закончился, музыка умолкла, и пары разошлись. Нора вместе с матерью пыталась отыскать взглядом высокую крупную фигуру Артура, но его нигде не было видно.

— В буфете еще полно еды. Не хочешь перекусить? — предложила Беатрис дочери.

— Нет, я поела дома, перед тем как ехать сюда.

— Ну как хочешь. А я пойду съем что-нибудь. Мне не нравится диета, которую мне назначили в последний раз. Когда я ем так мало, у меня начинает болеть голова, — пожаловалась мать.

В свои сорок семь лет Беатрис все еще имела довольно стройную фигуру, но это стоило ей огромных усилий. Она постоянно вела борьбу с лишними килограммами, которые стали отягощать ее в последние годы, и не всегда победа была на ее стороне.

После того как Беатрис ушла в буфет, к Норе подошел официант с подносом шампанского, и она, поблагодарив, взяла бокал. Сделав глоток холодного напитка, она снова обвела глазами зал, ища в толпе Артура. Но вместо этого ее взгляд опять наткнулся на того самого русоволосого незнакомца.

Резкий звук фанфар привлек внимание собравшихся. Нора тоже повернула голову и увидела, что ее отец, жених и еще один человек — худощавый и лысоватый — поднялись на возвышение перед оркестром.

Джозеф Ламберт, немолодой, коренастый и еще крепкий мужчина с седыми волосами и пронзительно-голубыми глазами, поднял руку, прося тишины.

— Большинство из вас уже знают, что фирма «Ламберт и Форбс» давно планировала слиться с американской компанией «Харви». Я рад объявить, что это наконец произошло и Чарлз Хаммер, представитель совета директоров «Харви», — Джозеф повернулся к худому лысоватому мужчине, — приехал сюда, чтобы отметить вместе с нами это знаменательное событие.

Раздались громкие аплодисменты.

— Это слияние сделает нас одной из самых крупных и, будем надеяться, одной из самых успешно развивающихся компаний в области фармацевтики. — Он поднял бокал с шампанским. — За процветание объединенной компании!

Тост был встречен еще более бурными аплодисментами, и присутствующие осушили бокалы. Троих мужчин, стоящих на возвышении, мгновенно окружила толпа поздравляющих. Когда ажиотаж стих и люди снова начали разбредаться по залу, Джозеф Ламберт и Чарлз Хаммер отошли вдвоем в сторону, серьезно обсуждая что-то.

Артур бросил взгляд в сторону Норы и нахмурил густые темные брови. Нора улыбнулась ему и сделала шаг навстречу, но выражение его широкого красноватого лица было неприветливым, а карие глаза смотрели холодно. Не обращая внимания на приближение Норы, он отвернулся и подошел к блондинке, с которой танцевал до этого.

Ошеломленная таким поведением жениха, Нора остановилась, не зная, что делать дальше. Да, конечно, она опоздала, но ведь она заранее предупредила Артура, что может задержаться на работе. Впрочем, если бы не блондинка, которая весело смеялась над тем, что рассказывал Артур, Нора подошла бы к нему и извинилась. Она подошла бы и сейчас, не обращая внимания на блондинку, если бы была уверена, что Артур готов простить ее. Но ее жених временами бывал злопамятен и неуступчив, а ставить себя в унизительное положение в присутствии другой женщины Нора не хотела.

Пока она стояла в замешательстве, пытаясь найти выход из неловкой ситуации, объявили вальс, в конце которого, как было сказано, «джентльмен получает право поцеловать свою даму».

Разумеется, сейчас Артур подойдет к ней и пригласит на танец, решила Нора. Но он без колебаний предложил руку блондинке в красном платье.

Прикусив губу, Нора хотела уже выйти из зала, но в этот момент приятный низкий голос с легким американским акцентом произнес:

— Могу я пригласить вас?

Повернувшись, она увидела перед собой загорелое худощавое лицо с прямым носом и четко очерченным, тонким, но в то же время чувственным ртом. От одного взгляда на этот мужской рот у Норы начало покалывать губы. И опять у нее появилось ощущение, что она знает этого человека.

Его глаза, пристально глядящие из-под густых ресниц, при близком рассмотрении были серыми со стальным отливом. На мгновение взгляд этих глаз почти лишил ее сил: учащенно забилось сердце, перехватило дыхание. Норе понадобилось несколько секунд, чтобы взять себя в руки.

В глубине души ей очень хотелось потанцевать с незнакомцем, но Нора хорошо понимала, что, принимая его приглашение, она только усугубит ситуацию и примирение с женихом станет еще более сложной задачей. Несмотря на то что сам Артур все время флиртовал с другими женщинами, он был крайне ревнив и, с тех пор как Нора согласилась стать его невестой, выражал резкое недовольство, стоило ей лишь посмотреть на другого мужчину.

Пока она пыталась придумать вежливый предлог для отказа, незнакомец, видя ее нерешительность, спросил с иронией:

— Боитесь, что Форбс этого не одобрит?

Итак, он знает, кто она такая и кто ее жених.

— Вовсе нет, — холодно сказала Нора. — Я…

В этот момент мимо них провальсировали Артур и его дама, прильнувшие друг к другу как сиамские близнецы. Поймав взгляд своего собеседника, Нора увидела в глубине его глаз невысказанную насмешку.

К черту все! В ней внезапно вспыхнул гнев. Почему она должна отказываться? Артур предпочел танцевать с другой, так что сам виноват. Она не намерена терпеть подобное обращение.

Нора и раньше замечала, что ее жених способен просто переступить через того, кто посмел не согласиться с ним. Но одно дело бизнес, и совсем другое — семейные отношения. Если так пойдет дальше, то после свадьбы он просто начнет вытирать об нее ноги.

— Я с удовольствием потанцую с вами.

Незнакомец улыбнулся. Улыбка осветила его глаза, в уголках рта появились тонкие морщинки, блеснули здоровые белые зубы.

Интересно, почему этот молодой — на взгляд Норы ему было лет тридцать — и привлекательный мужчина пришел сюда один?

Легко, но в то же время крепко обхватив Нору за талию, незнакомец закружил ее в вальсе. Он оказался хорошим танцором, и ей было приятно танцевать с ним.

Рядом с Артуром, с его тяжелой массивной фигурой и высоким ростом, Нора чувствовала себя маленькой и хрупкой, и ей все время приходилось смотреть на него снизу вверх. Мужчина, с которым она танцевала сейчас, гораздо больше подходил ей по росту и по комплекции. Он был всего лишь на шесть дюймов выше Норы, и благодаря ее высоким каблукам их глаза были почти на одном уровне.

От взгляда этих ясных глаз у нее неожиданно перехватывало дыхание. Чтобы справиться со смущением, она решила завести разговор.

— Вы знаете, что я помолвлена с Артуром, значит, вы знаете, кто я?

— Да. Вы Элеонора Ламберт.

— Мы в неравном положении, — холодно заметила Нора. — Вам известно мое имя, а я не знаю вашего.

— Меня зовут Ричард Редмонд, — коротко сообщил он, не добавив никакой другой информации.

Это имя ничего не говорило Норе, но все же она спросила:

— Мы встречались раньше?

— Я бы это запомнил, — ответил он.

— Тогда откуда вы меня знаете?

— Кто же вас не знает?

— Думаю, что большинство присутствующих здесь понятия не имеют, кто я такая.

Он покачал головой.

— Вы ошибаетесь. Я полагаю, что все узнали девушку, которой посчастливилось иметь одного из владельцев компании в качестве отца, а другого — в качестве будущего мужа.

— Судя по вашему тону, вы не одобряете этого?

— Просто все это очень напоминает взаимовыгодную сделку, которая позволит сохранить деньги и власть в одной семье.

— Деньги и власть не имеют к этому никакого отношения.

— В самом деле?

— В самом деле.

— Тогда ради чего вы выходите замуж за Форбса? — спросил Редмонд. — Помимо того что он разведен и слишком стар для вас, у него тяжелый характер.

— Быть разведенным не преступление, и ему всего тридцать девять лет.

— Вы ничего не сказали в защиту его характера.

— В этом нет необходимости. Это ведь только ваше личное мнение.

— И вы не ответили на мой вопрос.

— Видите ли, мы любим друг друга.

Как раз в этот момент в поле ее зрения попал Артур со своей партнершей. Блондинка обнимала его за шею, а он увлеченно шептал ей что-то на ухо.

— Он выбрал странный способ демонстрировать свою любовь к вам, — с иронией заметил Редмонд, бросив взгляд в сторону Артура.

— Видимо, он сердится на меня.

— И у него есть основания для этого?

— Отчасти.

Редмонд удивленно приподнял бровь, и Нора коротко объяснила ему в чем дело.

— Форбс ведет себя как капризный ребенок, — холодно сказал Редмонд. — Ведь вы предупредили его, что задержитесь. Я не понимаю, почему вы оправдываете его поведение.

— Я не оправдываю, — возразила Нора, задетая за живое. — Иначе я бы не танцевала с вами.

Она тут же сообразила, что допустила бестактность, но было уже поздно.

— Я понял. Зуб за зуб. Мне следовало догадаться, что у вас не было особого желания принимать мое приглашение.

Танец закончился, и пары начали целоваться. Артур бросил взгляд в сторону Норы и, убедившись, что она смотрит на него, наклонился и поцеловал блондинку, которая с готовностью ответила ему.

Раздосадованная такой явной провокацией, Нора положила ладони на грудь своего партнера и подняла лицо, подставляя губы для поцелуя.

Секунду или две Редмонд молча смотрел на нее, потом взял ее за запястья и отвел руки в стороны.

— Я не желаю, чтобы меня использовали, — холодно сказал он.

— Простите, — запинаясь пробормотала она, чувствуя себя ужасно глупо. — Вы меня неправильно поняли…

— Думаю, что правильно. Спокойной ночи, мисс Ламберт.

Он повернулся и пошел прочь. Пока Нора растерянно смотрела ему вслед, к ней подошла мать.

— Мы с отцом уезжаем прямо сейчас, — объявила Беатрис. — Конечно, я бы хотела остаться до конца, но Джозеф настаивает, что надо ехать, пока дождь не усилился. Тем более что некоторые из наших завтрашних гостей собирались приехать в Чеддингтон сегодня. Их надо встретить.

— А Фред там? — спросила Нора, которой удалось взять себя в руки.

— Нет, он проводит выходные у кого-то из университетских приятелей. Артур отвезет тебя в Чеддингтон. когда вечер закончится?

— Наверное, — неопределенно пожала плечами Нора.

— Хочешь сказать, что он все еще с этой блондинкой? Да, я вижу. Видимо, она интересуется его деньгами… Впрочем, ты сама виновата. Надо быть умнее.

— Что такого в том, что я опоздала? Если бы Артур отнесся с пониманием…

— Где ты видела, чтобы мужчины относились к женщинам с пониманием? — фыркнула Беатрис.

— Я уверена, что среди мужчин есть такие.

— Возможно, но Артур не из их числа, как, впрочем, и твой отец. — Видимо, решив, что она сказала что-то не то, Беатрис поспешно добавила: — Что поделать, у сильных мужчин есть свои недостатки, но неужели ты предпочла бы выйти замуж за какого-нибудь недотепу?

— Пожалуй, нет, — сказала Нора и в первый раз за весь вечер улыбнулась.

— Ты готова? — спросил у жены подошедший к ним Джозеф Ламберт.

— Да, только надену плащ.

Джозеф Ламберт бросил на дочь суровый взгляд.

— Ты понимаешь, что подвела Артура? Он был крайне недоволен твоим опозданием.

— Он уже дал мне это понять, — устало ответила Нора.

— Тебе следует извиниться. И чем скорее, тем лучше.

— Правильно, — добавила Беатрис. — Ты должна уладить это дело. Иначе вы с ним будете дуться друг на друга и испортите завтра мне весь день.

Едкое замечание матери слегка удивило Нору: Беатрис нередко критиковала мужа, но никогда до этого не замечала недостатков в будущем зяте.

— Может быть, ты и права, — проговорила Нора и поцеловала мать в подставленную щеку.

— Скорее всего, мы уже ляжем спать, когда вы приедете, так что увидимся утром, — сказала на прощание Беатрис. — Артуру приготовлена та же комната, что и обычно.

Решив последовать совету матери и извиниться перед женихом за опоздание, Нора обвела глазами зал и увидела его высокую плотную фигуру. Гости начали понемногу расходиться, и Артур как раз прощался с некоторыми из них. Хотя, по мнению большинства, он все еще был мужчина хоть куда, в его темных волосах уже блестела седина, линия подбородка начала расплываться и появились признаки растущего брюшка. До сих пор Нора не обращала на это особого внимания, но сейчас вдруг испытала смешанное чувство жалости и неловкости.

Рядом с Артуром уже не было блондинки. Нора подошла к нему и торопливо проговорила:

— Артур, мне ужасно жаль, что я опоздала. Я знаю, что ты вправе сердиться на меня, но давай не будем портить друг другу вечер.

В его карих глазах не было и намека на прошение.

— Вечер почти закончен. Для извинений несколько поздновато.

— Я бы подошла к тебе раньше, но ты был не один.

— Шейла красивая женщина, ты не находишь?

Нора промолчала.

— Она из Лос-Анджелеса, — продолжил Артур. — Ее отец, Доналд Сандерс, занимается рекламным бизнесом. Шейла — наследница его миллионов.

Итак, Беатрис ошиблась, и эта блондинка охотится вовсе не за деньгами.

— И она не скрывает, что я ей нравлюсь, — добавил Артур.

Нора с отвращением скривила губы.

— Тебе не кажется, что она несколько вульгарна?

— Напротив, очень обаятельна. И она не из тех, кто все время говорит «нет».

Значит, дело не только в ее сегодняшнем опоздании. Артур решил наказать ее за то, что она отказывается делить с ним постель. Все четыре месяца, что они были помолвлены, он настойчиво добивался этого. Несколько раз Нора была близка к тому, чтобы уступить, но в последний момент что-то останавливало ее. Быть может, воспоминания о прошлом.

Ее неуступчивость злила Артура. Каждый раз после ее очередного отказа он дулся, переходил на ледяной тон или вообще прекращал разговаривать с ней. Его недовольство было настолько явным, что даже Беатрис заметила это и как-то сказала дочери:

— Я знаю, что спать вместе до свадьбы сейчас стало почти нормой, но ты правильно делаешь, что не спешишь. Лучше дождись, пока он наденет тебе на палец обручальное кольцо.

Ее слова удивили Нору. До этого мать никогда не заводила разговора на подобные темы.

— Почему ты так думаешь? — спросила Нора.

— Потому что Артур из тех людей, которые, получив желаемое, могут потерять интерес и начать смотреть по сторонам.

Как Дилан.

— Когда ты станешь его женой, — добавила мать, — это уже не будет иметь такого значения. Вряд ли Артур решится на развод во второй раз.

— Ты хочешь сказать, что Артур будет изменять мне?

— Большинство мужчин делают это. И вряд ли Артур после свадьбы перестанет смотреть на других женщин. В конце концов, разве это так важно? Ты получишь деньги и положение. Мне кажется, Артур не такой скряга, как твой отец.

— Но меня не устраивает такой брак, — тихо сказала Нора.

— Ну, возможно, я ошибаюсь, — поспешила успокоить ее Беатрис. — Может быть, в его возрасте он предпочтет роль верного супруга…

Погрузившись в воспоминания о разговоре с матерью, Нора не услышала обращенных к ней слов Артура.

— Что-что? — переспросила она.

— Я сказал, что ты, похоже, ревнуешь меня к Шейле.

— Я не ревную, — спокойно возразила Нора.

— Не ревнуешь? — с разочарованным видом переспросил он. — Тогда зачем ты потащила танцевать этого зануду?

— Я его не тащила. Он сам пригласил меня. И потом, он вовсе не зануда.

Артур прищурил глаза.

— Значит, ты встречалась с ним раньше?

— Нет.

— Но он знает, кто ты такая?

— Да. Насколько я поняла, вы с ним знакомы.

Артур пренебрежительно хмыкнул.

— Знакомы — это чересчур. Но я видел его на переговорах в нашем офисе.

— И кто он такой?

— Не знаю. Один из тех, кто прилетел с Хаммером из Америки.

Теперь понятно. Нора тут же вспомнила американское произношение Ричарда Редмонда.

— А чем он занимается?

— Понятия не имею, — отмахнулся Артур. — Он сидел почти на всех совещаниях, но, думаю, он мелкая сошка. Чей-то личный секретарь или референт. А почему это тебя интересует?

Пренебрегая здравым смыслом, Нора честно призналась:

— Он мне понравился.

Артур изумленно посмотрел на нее и переспросил:

— Понравился?

— Он очень спокоен и уверен в себе. Я уважаю таких мужчин.

— Хотя он был настолько дерзок, что пригласил тебя на танец, ему все же не хватило смелости для поцелуя. Я это заметил.

— Думаю, что дело не в недостатке смелости.

— Значит, он знает свое место.

— Знает свое место?

— Ну, он ведь человек не нашего круга, — снисходительно пояснил Артур.

— Вот как? — В голосе Норы зазвучал лед. — А я и не подозревала, что принадлежу к какому-то особому кругу.

Артур усмехнулся и примирительно сказал:

— Я считал, ты подошла, чтобы извиниться, а не затевать новую ссору.

— Это так. Извини. И не будем говорить о Редмонде.

— Ах его зовут Редмонд! Пожалуй, мне стоит обратить на него особое внимание.

— В каком смысле?

— В самом прямом. Сдается мне, он чересчур самонадеян.

Нора уже пожалела, что, упомянула имя Ричарда Редмонда. Она хорошо знала, что Артур способен буквально извести мелкими придирками не угодившего ему мелкого служащего.

— Ты больше не сердишься на меня, Артур? — мягко сказала она, желая сменить тему. — Ведь я извинилась за свое опоздание.

— Ты должна понимать, что когда мы поженимся, тебе придется бросить работу. Я вообще не понимаю, зачем тебе это нужно! — не отвечая на вопрос, недовольно продолжал Артур.

— Хотя бы затем, чтобы платить за квартиру.

— Ты вполне могла бы жить с родителями.

— Я не хочу. — Как только Нора получила возможность зарабатывать на жизнь, она перебралась в отдельную квартиру и теперь не желала терять независимость. — После свадьбы я буду работать половину дня, — решила она умиротворить жениха.

— После свадьбы тебе вообще незачем будет работать.

— Но чем я буду заниматься целый день?

— А чем занимаются жены состоятельных людей?

— Давай оставим эту тему. — Нора пожала плечами, не желая продолжать бесплодный спор.

— Правильно, у нас на повестке дня есть более важные вопросы, — сказал Артур, обнимая ее за талию.

— Какие?

Он наклонил голову к ее уху.

— Мне надоело твое глупое упрямство. Я хочу, чтобы сегодняшнюю ночь ты провела со мной.

— Но мы собирались ехать в Чеддингтон.

— Ну и что? Там во всех комнатах стоят двуспальные кровати. Ты можешь прийти ко мне, или я приду к тебе.

— Нет, это невозможно. Я не могу допустить, чтобы это произошло в доме моих родителей.

— Что за глупости, Нора. Они ничего не узнают. А если и узнают, то уверен, что твой отец ничего не скажет. В конце концов, мы собираемся пожениться. Опомнись, времена королевы Виктории давно прошли.

— Да, но все же я считаю это неудобным.

— Тогда давай заедем сначала ко мне, а уже потом поедем в Чеддингтон.

Нора колебалась. Она предпочла бы отказаться, найдя какой-нибудь предлог. Но, с другой стороны, Артур явно теряет терпение. При нынешней сексуальной свободе он видит в ее позиции лишь глупое упрямство. Видимо, настало время избавиться от страхов прошлого.

Она уже открыла рот, чтобы сказать «да», но Артур опередил ее:

— Вот что, Нора, мне это надоело. Я не намерен больше ждать. Если я и в этот раз услышу «нет», ты об этом пожалеешь.

Это уже чересчур. Нора не выносила угроз. Ни от кого.

— В таком случае я говорю «нет».

Если бы Артур воспользовался своим обаянием, он, наверное, смог бы уговорить ее. Но он явно был не в том настроении, чтобы уговаривать.

— Черт, тогда я найду более сговорчивую женщину!

— Ты имеешь в виду Шейлу?

Он самодовольно улыбнулся.

— Она от меня без ума. Уж она-то не станет отказываться, стоит мне только предложить.

— Ну и кто тебе мешает? — Гордо подняв подбородок, Нора вышла из зала.

Спустившись в гардероб, она села на лиловую бархатную кушетку и тупо уставилась в зеркало на стене. Праздничный вечер обернулся кошмаром. Если бы она знала, что ее опоздание приведет к таким ужасным последствиям, она перенесла бы деловую встречу, из-за которой так задержалась.

А так она умудрилась вызвать неудовольствие отца, показать себя не с лучшей стороны перед Ричардом Редмондом и окончательно поссориться с Артуром.

Нора тяжело вздохнула. Разумеется, он начал ухаживать за Шейлой только для того, чтобы позлить ее.

Как глупо все получилось. Если бы он сдержался, они сейчас вместе ехали бы к нему домой. Наверное, ей не следовало так резко реагировать на его слова. Нужно было принять его предложение.

Впрочем, еще не все потеряно. Можно отыскать сейчас Артура и снова извиниться. Сказать, что она передумала и готова поехать с ним.

Нора поспешно поднялась с кушетки и встала в хвост небольшой очереди к стойке гардероба. Получив свои вещи, она сунула вечернюю сумочку в глубокий карман плаща, потом перекинула сложенный плащ через одну руку, взяла саквояж в другую и поспешила в заполненный людьми вестибюль отеля.

Пока она искала в толпе Артура, ей на глаза попалась Шейла Сандерс. В накинутой на плечи роскошной меховой шубе, она направлялась к выходу. Откуда-то из тени выступил Артур, видимо поджидавший ее. Придерживая Шейлу за талию, он вышел вместе с ней на улицу.

Секунду или две Нора стояла в оцепенении. Потом гнев и смятение подтолкнули ее вперед, и, пробившись сквозь толпу, она вышла на улицу. Сквозь пелену дождя она успела заметить, как от подъезда, разбрызгивая колесами воду, отъехал черный «кадиллак» Артура.

Порывистый ветер швырял ледяные струйки дождя под козырек над крыльцом отеля, но Нора стояла, не чувствуя холода, и смотрела вслед отъехавшей машине.

— Может быть, вы все-таки оденетесь? — Ричард Редмонд взял у нее плащ, накинул ей на плечи и прикрыл голову капюшоном. Сам он был без головного убора, в короткой кожаной куртке с поднятым воротником. — Позвольте мне взять это. — Он протянул руку и забрал у нее саквояж.

— Спасибо, — пробормотала Нора. Оглядевшись, она направилась к выстроившимся в линию такси.

— Боюсь, что все они заказаны заранее, — заметил Ричард.

Он был прав. Нора остановилась в растерянности, не зная, что делать дальше. Она, наверное, еще долго мокла бы под дождем, если бы Ричард не взял ее под руку и не подвел к белому «воксхоллу».

— Садитесь, я отвезу вас домой.

Ричард открыл дверцу, и Нора, все еще в состоянии замешательства и оцепенения, молча позволила усадить себя в машину. Положив на заднее сиденье ее саквояж, он сел за руль.

Видя, что она не шевелится. Ричард наклонился над ней и застегнул ее ремень безопасности. Его потемневшие и растрепавшиеся от дождя волосы едва не коснулись ее лица. Когда они встали в хвост веренице машин, отъезжающих от отеля, Ричард спросил:

— Кажется, вы живете в Челси?

Нора откинула капюшон. Интересно, откуда он узнал это?

— Да, в Челси. Но я не собиралась ехать к себе домой.

— А к кому домой вы собирались ехать?

Нора прикусила губу и промолчала. Ричард бросил на нее мимолетный взгляд.

— Догадываюсь. Но, похоже, неожиданно ваше место заняла другая?

Значит, он видел, что Артур уехал с блондинкой. Собрав остатки гордости, Нора надменно проговорила:

— Я собиралась ехать за город к родителям.

— В Чеддингтон?

Он и это знает. Поразительная осведомленность для постороннего человека.

— Да.

— Значит, Форбс тоже собирался ехать туда?

А он быстро соображает. Слишком быстро.

— Как это вы догадались, Холмс?

Ричард усмехнулся.

— Элементарно, Ватсон. Вы не на машине, вы не поехали с родителями, и вы не заказали такси. Значит, рассчитывали, что жених отвезет вас, — пояснил он и сочувственно добавил: — Ничего удивительного, что вы потрясены таким хамством.

— Отчасти я сама в этом виновата, — призналась Нора.

— Все равно вам должно быть обидно.

— Я скорее разозлилась, чем обиделась, — сказала она. И поняла, что это правда.

— Вот и отлично. Со злостью легче справиться.

Тем временем они приблизились к выезду на улицу, и он спросил:

— Так куда вас везти? В Челси или в Чеддингтон?

— Я не могу просить вас отвезти меня в Чеддингтон, — рассудительно сказала Нора. — Это далеко.

— Я с удовольствием сделаю это, если вы действительно хотите туда ехать.

Нора представила, как ей придется объяснять родителям отсутствие Артура, и у нее сразу пропало желание ехать в загородный дом.

— По правде говоря, не очень, — призналась она. — Но я не могу поехать к себе.

— Ну и ну, — пробормотал Ричард. — У вас там что, засада? За вами охотятся бандиты?

Нора неожиданно рассмеялась.

— Нет, все гораздо проще. Моя подруга по колледжу, которая живет в Шотландии, попросила разрешения переночевать у меня сегодня.

— И в квартире только одна спальня?

— Да. К тому же у Дженни и Майка медовый месяц. Завтра утром они уезжают во Францию.

— Гм… Ну, если вы не можете вернуться к себе и не хотите ехать к родителям, то почему бы не поехать ко мне? — вкрадчивым тоном предложил Ричард.

Нора хотела было дать резкий ответ, но поняла, что он всего лишь поддразнивает ее.

— Боюсь, я слишком суеверна, чтобы ехать в незнакомое место в дождливую пятницу.

— Жаль.

— Но все равно спасибо за великодушное предложение.

— Не стоит благодарности. Всегда к вашим услугам. Так куда мы едем?

Нора подумала, не попросить ли своего нового знакомого отвезти ее в недорогой отель, но затем отбросила эту мысль. Зачем ей лишние расходы? В любом случае завтра утром родители потребуют у нее объяснений. Телефонным разговором она не отделается, так что придется ехать. Приняв решение, она сказала:

— Если вы не возражаете, я поехала бы в Чеддингтон.

— Хорошо, едем в Чеддингтон.

Наконец они выехали на оживленную, несмотря на поздний час и непогоду, улицу. Нора нервно покусывала губы, придумывая, как ей объяснить отсутствие Артура. Конечно, можно сказать родителям правду. Но она догадывалась, что они ответят: мол, сама во всем виновата. И будут в чем-то правы. Не надо было опаздывать сегодня. Впрочем, ее опоздание не главная причина. Ничего бы этого не случилось, если бы она с самого начала согласилась делить с Артуром постель.

Несколько раз она была почти готова на это, но в последний момент ее останавливали воспоминания о том стыде и унижении, которые она испытала шесть лет назад, с Диланом.

Нора познакомилась с ним, когда училась на первом курсе колледжа искусств. Сын одного из состоятельных друзей ее отца, Дилан Уоррен был на пять лет старше ее и гораздо опытнее. Видимо, и все его прошлые подруги были достаточно искушенными в любовных делах, потому что невинность Норы в сочетании с ее яркой внешностью удивила и заинтриговала его.

Впрочем, Нора не могла сказать, что целомудрие было ее сознательным выбором. Просто так получилось. Еще в школьные годы необычная красота привлекала к ней внимание едва ли не каждого мужчины в возрасте от семи до семидесяти. Но она была разборчива и держала всех на расстоянии. Она ждала особенного человека. Того, кого смогла бы полюбить.

Был, правда, один молодой человек, отличный от других. Но, прежде чем мимолетное влечение смогло перерасти в нечто большее, он исчез с ее горизонта.

Когда она познакомилась с Диланом, его красивая внешность и мужская зрелость произвели на нее сильное впечатление. Она влюбилась — точнее, решила, что влюбилась. Она искренне убедила себя, что он и есть тот, кого она ждала.

Но, несмотря на это, скорее по привычке, чем намеренно, она держала Дилана на расстоянии, до тех пор пока, потеряв терпение, он не сделал ей предложения.

Хотя Нора была еще очень юна, с точки зрения ее родителей это была очень выгодная партия, и они сразу дали согласие. После помолвки Дилан удвоил свои усилия, и в конце концов Нора уступила.

Она не сомневалась, что любит его, но их первая интимная близость принесла ей разочарование. Нора успокаивала себя тем, что, когда они привыкнут друг к другу, все наладится. Но этого не произошло. Она во всем винила себя, свою неопытность, и изо всех сил старалась доставить жениху удовольствие.

Однажды вечером, спустя почти три месяца после помолвки, она приехала на квартиру к Дилану без предупреждения, желая сделать ему приятный сюрприз. И застала его в постели с другой.

Несмотря на обиду и изумление, Нора в душе была готова простить Дилану случайную связь. Но тут в разговор вступила девушка, и оказалось, что связь эта вовсе не случайна: подружка Дилана ночевала у него каждый раз, когда не было Норы.

— Чему ты удивляешься? — с издевкой сказала девушка, натягивая чулки. — Ему нужна настоящая женщина, а не холодная статуя, которая просто лежит и…

— Прекрати! — пресек ее откровения Дилан.

Но было уже поздно. Нора поняла, что Дилан рассказал этой бесстыдной шлюхе интимные подробности, то, что Нора считала сокровенным и очень личным.

Оскорбленная до глубины души, она бросила ему в лицо обручальное кольцо и ушла. Когда родители узнали о разорванной помолвке, они попытались уговорить ее изменить решение, сетуя, что она упустила возможность удачно выйти замуж. Но Нора, не объясняя причин разрыва, ясно дала им понять, что с Диланом все кончено.

Единственный человек, которому она рассказала все, была Дженни, ее подруга и соседка по комнате в общежитии.

— Ты должна радоваться, что не успела выйти замуж за этого подонка, — сказала Дженни. — Забудь о нем. Он тебя не стоит.

— Мне обидно, что я была такой дурой.

— Никто не застрахован от ошибок. Это еще не конец света.

— Я думала, что он любит меня, — печально проговорила Нора. — А он меня просто использовал.

— Но ведь тебе это тоже доставляло удовольствие?

Нора молча покачала головой. Дженни грубо выругалась.

— Вот увидишь, в следующий раз все будет по-другому, — попыталась утешить ее подруга.

Но Нора тогда поклялась, что другого раза не будет. Ей потребовалось немало времени, чтобы восстановить самоуважение…

Звук сирены и яркий свет встречных фар, отразившийся в мириадах дождевых капель, вернули Нору к действительности.

Улица, по которой они ехали, была узкой, рассчитанной только на одну машину. Ричард не моргнув глазом съехал на тротуар, чтобы освободить дорогу, и через секунду мимо них промчалась «скорая».

Какое самообладание! — с уважением подумала Нора. Почувствовав на себе ее взгляд, Ричард улыбнулся ей краем рта, и сердце у нее учащенно забилось.

Проехав еще немного по узким улочкам, они выбрались на окраину города. Дождь продолжал лить не переставая. Когда они проехали перекресток, Нора вдруг сообразила, что не объяснила Ричарду дорогу, а он не спросил. Если он американец, то как он узнал, куда ехать?

— Вам знаком этот район? — поинтересовалась она.

— Я родился и вырос здесь, неподалеку от Чеддингтона.

— Вот как? Значит, ваши родители англичане?

— Отец англичанин, а мать американка.

— И давно вы живете в Америке? — спросила Нора, желая узнать как можно больше о своем новом знакомом.

— Уже несколько лет.

— А у вас есть братья или сестры?

— Сестра. Она замужем, живет неподалеку от Лондона.

Он ничего не добавил, и Нора, несмотря на любопытство, не стала расспрашивать, чтобы не показаться назойливой.

Пригороды остались позади, и дорога из неприятной превратилась просто в опасную: темная, грязная, местами усыпанная обломками веток. В свете фар Нора видела, что обочины уже залиты водой, и, хотя Ричард ехал осторожно, из-под колес все время летели брызги. Неподалеку от Чеддингтона дорога спускалась в низину, и вышедший из берегов ручей затопил ее. По счастью, Ричард знал объезд, но Нора все равно чувствовала себя ужасно неловко из-за того, что доставила малознакомому человеку столько хлопот.

— Я не думала, что будет такое, — извиняющимся тоном сказала она.

— Вы о погоде? Не волнуйтесь, мне приходилось ездить и в худших условиях.

Через несколько минут они уже ехали по спящим улочкам Чеддингтона. Единственный фонарь освещал раскачивающуюся на ветру вывеску деревенской гостиницы.

— Мы почти приехали, — с облегчением сказала Нора. — После того как проедете церковь, поверните налево, потом еще примерно полмили по переулку — там въезд в нашу усадьбу. Ворота должны быть открыты.

Черные с золотом кованые ворота действительно были распахнуты настежь, подъездную аллею ярко освещали фонари. У крыльца было припарковано несколько дорогих автомобилей. Рядом с «мерседесом» и «порше» простенький «воксхолл» Ричарда выглядел как-то неуместно.

Не глуша двигатель, Ричард вышел из автомобиля, чтобы достать с заднего сиденья саквояж. Вынув из сумочки ключи от дома, Нора тоже выбралась наружу. Большой усадебный дом был погружен в темноту, только в холле и на парадной лестнице горел неяркий свет.

— Не знаю, как отблагодарить вас, — сказала Нора, беря свой саквояж.

— Не стоит благодарности. Полагаю, что все уже спят, так что позвольте пожелать вам спокойной ночи, — добавил он.

— Почему бы вам не остаться? — неожиданно для себя предложила Нора. — Я не смогу спокойно заснуть, зная, что вам из-за меня пришлось возвращаться в город в такую погоду.

— Я не хочу создавать вам лишних хлопот.

— Это самое меньшее, чем я могу отблагодарить вас. И никаких хлопот не будет. Оставайтесь. Комната, приготовленная для Артура, свободна, вы можете занять ее.

— В таком случае я воспользуюсь вашим предложением.

Подойдя к машине, он заглушил мотор. Потом вошел следом за Норой в холл и первым делом взял у нее саквояж. Нора закрыла входную дверь, задвинула тяжелый засов и повела Ричарда по устланной ковром лестнице наверх, а затем направо, через декоративную арку.

— Это моя спальня.

Нора взяла у Ричарда свой саквояж и занесла его внутрь. Потом пересекла широкий коридор и распахнула другую дверь.

— А это комната Артура. — Включив свет, она вошла и жестом пригласила Ричарда. Комната, обставленная с комфортом, была в полном порядке. — Артур не держит здесь одежду, поэтому я не могу предложить вам пижаму, — извинилась она.

— Не беспокойтесь, — с улыбкой сказал Ричард. — Я сплю без пижамы.

Нора почувствовала, что краснеет, и, торопливо заглянув в ванную, продолжила:

— Но я уверена, что здесь найдется новая зубная щетка и все прочее.

— Спасибо.

— А вот бритвы, кажется, нет, — с сожалением добавила она.

Ричард пожал плечами.

— Ничего страшного. Хотя я не представляю себя с бородой, но могу разок и не побриться.

— Хорошо, спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Нора, — серьезно сказал он.

Охваченная странным волнением, Нора вернулась к себе. Стоя перед зеркалом, она вынула шпильки, сдерживающие аккуратный узел, и густые темные волосы упали на спину. Взяв в руки расческу, она вдруг вспомнила о Фреде. Он не собирался приезжать сюда на эти выходные, значит, гость вполне может воспользоваться его бритвой. Босиком, чтобы не шуметь, она прошла в комнату брата. В ванной, как она и предполагала, нашлась электрическая бритва. Если Ричард еще не лег, лучше отдать ему бритву сейчас, не дожидаясь утра, решила Нора.

Из-под двери комнаты пробивалась узкая полоска света. Нора негромко постучала. Ответа не последовало, и она постучала снова. Молчание.

Может быть, он в ванной?

Приоткрыв дверь, Нора услышала шум льющейся воды. Она на цыпочках подошла к тумбочке у кровати — уж здесь-то бритва обязательно попадется ему на глаза.

Повернувшись, чтобы так же тихо удалиться, она застыла от неожиданности. В дверях ванной стоял Ричард с растрепанными мокрыми волосами, в коротком, наполовину распахнутом белом махровом халате. На его мускулистых ногах, покрытых короткой золотистой порослью, поблескивали капельки воды.

Без спешки или смущения он запахнул халат и завязал пояс. Нора смотрела на него в смятении — но не от испуга, а от неожиданно вспыхнувшего влечения.

— Я стучала, — запинаясь пробормотала она. — Но вы, наверное, были в душе. Я принесла вам бритву Фреда. Он не приедет сюда на эти выходные.

Ричард удивленно приподнял бровь.

— А кто такой Фред?

— Мой брат по отцу.

— Ах да…

Окончательно смутившись, Нора решила, что лучше ей поскорее уйти. Но на ее пути к двери неожиданно оказался Ричард.

— Еще раз спокойной ночи, — еле слышно проговорила она.

Он взял ее за руку и улыбнулся. В его серых глазах вспыхнули золотые искорки. Нора как зачарованная не могла оторвать взгляд от его лица. Мысли путались и разбегались. Наконец она сделала попытку высвободить руку, но Ричард не выпустил ее.

— Я должна идти, — прошептала она.

— Должна?

Нора облизнула внезапно пересохшие губы, не осознавая, как соблазнительно выглядит это движение. Ричард подтянул ее за руку ближе и негромко сказал:

— Пожалуй, на этот раз я воспользуюсь приглашением.

Скользнув свободной рукой под водопад шелковистых волос, он мягко обхватил ее голову и в следующую секунду коснулся губами ее губ.

Легкий щекочущий поцелуй ласкал и возбуждал одновременно. Но, хотя по всему ее телу, до кончиков пальцев ног, пробежали приятные импульсы, в этом не было ничего тревожащего или пугающего, ничего такого, что говорило бы об опасности.

Где-то в глубине ее сознания мелькнула мысль, что не следовало позволять незнакомому человеку целовать ее, но его поцелуи были так приятны и так невинны. Все происходило как-то само собой и ни к чему ее не обязывало. Ей казалось, что она может уйти в любую минуту, как только захочет.

Но она не учла того, что чем дольше он целовал ее, тем сильнее ей хотелось, чтобы это продолжалось. Соблазн ответить на его поцелуи был так велик, что Нора приоткрыла губы. И тут же затрепетала от нежного, бархатистого прикосновения кончика языка.

Это было совсем не похоже на то, как целовал ее Артур. Поцелуи жениха были властными, жаркими и иногда причиняли ей боль. В них совсем не было тонкости, нежности и фантазии, которыми так незаметно покорил ее Ричард.

Продолжая ласкать ее рот, он провел свободной рукой вдоль ее стройного тела. Когда он коснулся ее груди и очертил большим пальцем окружность вокруг соска, Нора поняла, что настало время остановиться. Но ощущения, которые вызвало в ней это легкое прикосновение, были настолько возбуждающими, что ее тело начало таять. Все ее существо жадно впитывало ласку, требуя еще и еще. Жажда нарастала, и происходящее уже не было просто невинным развлечением. Нора чувствовала, что поцелуи и ласки перешли в новое, опасное измерение.

Это была страсть. Но не буйная, бесконтрольная страсть, которая могла бы испугать ее, не та страсть, что сметает и подавляет все на своем пути. Нет, в действиях Ричарда по-прежнему чувствовалась сдержанность, он ничего не навязывал и ни к чему не принуждал. Он лишь заманивал Нору все дальше и дальше, пока она не потеряла способность думать, пока окончательно не запуталась в паутине чувственного наслаждения…

Чтобы скрасить серость хмурого утра, в просторной столовой, выходящей окнами на восток, зажгли люстры. Одни гости еще завтракали, другие беседовали за чашечкой кофе или просматривали воскресные газеты.

Отца не было видно, чему Нора искренне обрадовалась. Она понимала, что это трусость, но подсознательно хотела отложить тот момент, когда буря отцовского гнева неминуемо обрушится на ее голову.

Пожелав всем собравшимся доброго утра, Нора направилась в конец длинного стола и, не дойдя нескольких шагов, замерла на месте. Человек, намазывающий маслом тост и непринужденно беседующий с ее матерью, был не кто иной, как Ричард Редмонд.

Возмутительно привлекательный Ричард Редмонд.

Он улыбнулся каким-то словам Беатрис, потом поднял глаза и увидел Нору.

— Доброе утро, — сказал он и встал. — На нем были темно-серые брюки, светло-зеленая рубашка с подходящим по цвету галстуком и пиджак. Пиджак был явно из гардероба Фреда, насчет остальных вещей Нора не могла сказать этого определенно. Он выглядел спокойно и уверенно, в его лице не было ни тени смущения.

— Доброе утро, — пробормотала Нора, чувствуя, что краснеет. И неожиданно резко добавила: — Я думала, вы уехали.

— О? — Он встал, обошел вокруг стола и отодвинул для нее стул.

Нора села и сказала почти осуждающе:

— Вашей машины не было.

Вернувшись на свое место, Ричард подвинул к себе вазочку с джемом и невинно добавил:

— Поскольку эта машина взята напрокат, я, следуя совету миссис Ламберт, поставил ее в гараж.

Чтобы убрать ее с глаз долой как не соответствующую общему стилю, подумала Нора.

Беатрис налила Ричарду кофе и улыбнулась. Гостеприимная хозяйка, старательно исполняющая свои обязанности и потому оказывающая внимание случайному гостю. Пусть даже он ездит на взятом напрокат дешевом автомобиле.

— Ричард сказал мне, что он из «Харви»… — повернулась Беатрис к дочери.

Интересно, знает ли мать, что он всего лишь чей-то референт. Похоже, не знает, решила Нора, но не стала ничего говорить.

— Я думала, что я видела его на скачках в Аскоте или где-то еще, но, видимо, ошиблась, — продолжала Беатрис.

Нора налила себе кофе и с наслаждением сделала несколько глотков.

— Я хочу сказать, что было очень любезно с его стороны привезти тебя в Чеддингтон в такую погоду. — Беатрис вопросительно посмотрела на дочь, удивленная ее невежливым молчанием.

— Да, конечно, — сухо подтвердила Нора.

Беатрис повернулась к Ричарду и, чтобы сгладить неловкое впечатление от неразговорчивости дочери, сказала:

— Я очень рада, что Нора уговорила вас остаться. Может быть, вы играете в вист или бридж?

— И в то и в другое, но не слишком хорошо.

— Поскольку полковник Коллип не смог приехать, мы будем рады любому, кто составит компанию.

— Но мистер Редмонд вряд ли сможет остаться до вечера, — не выдержала Нора.

— Я думаю, ему лучше остаться, — возразила Беатрис, явно удивленная горячностью дочери. — Река вышла из берегов и затопила несколько дорог в окрестностях, так что лучше подождать до завтра.

— Но ведь он не взял с собой никакой одежды, — продолжала настаивать Нора.

— Одежда не проблема. Фред и Ричард носят примерно один размер, а у твоего брата целый гардероб вещей, которые он даже ни разу не надевал.

Нора бросила на Ричарда красноречивый взгляд.

— Я уверена, что мистер Редмонд…

— Нора, мы достаточно хорошо знакомы, чтобы вы могли называть меня Ричардом, — перебил он ее.

Нора прикусила губу и продолжила:

— Я уверена, что Ричарду надо возвращаться. Мы не можем рассчитывать, что он…

— Я уже сказал миссис Ламберт, что буду рад остаться, — спокойно заявил Ричард.

Нора в бессильной ярости сверкнула глазами. Что замышляет этот самоуверенный тип?

— Вот видишь, все в порядке, — слегка раздраженно сказала мать. — Я еще полчаса назад распорядилась, чтобы Ричарду приготовили постель в комнате Фреда. Так что, если Артур приедет, он сможет занять ту же комнату, что и обычно. Хотя он сказал, что не уверен в этом…

— Ты с ним говорила?

— Он позвонил минут двадцать назад, чтобы извиниться за свое отсутствие. Он сожалеет, что не смог привезти тебя сюда, как это планировалось.

— А папа знает об этом?

Беатрис отрицательно покачала головой.

— Нет. Отец ушел сразу после завтрака. Они с Брауном проверяют, все ли в порядке после вчерашнего ливня.

— Артур рассказал тебе, что произошло вчера вечером? — небрежно спросила Нора.

— Кажется, дочь Доналда Сандерса почувствовала себя плохо, и, поскольку свободных такси не было, ему пришлось отвезти ее домой…

Нора заметила презрительную усмешку в глазах Ричарда.

— Поскольку мы с твоим отцом уже уехали, Артур правильно сделал, что выполнил обязанности хозяина.

Судя по невинному тону Беатрис, она не догадывается, что дочь Доналда Сандерса и та блондинка, которая весь вечер висла на шее у Артура, одно и то же лицо.

— Он сказал, что заедет за тобой и, если погода будет нормальная, привезет тебя к обеду. И был очень удивлен, когда я сказала ему, что ты уже здесь.

Еще бы не удивлен, усмехнулась про себя Нора.

— Артур сказал, что произошло недоразумение, — продолжала Беатрис. — Он не смог найти тебя сразу, чтобы объяснить в чем дело, а когда вернулся в отель позже, тебя там уже не было. И он решил, что ты поехала к себе на квартиру. Вы случайно не поссорились? Почему ты вдруг решила ехать сюда без него?

— Моя квартира занята, — сказала Нора.

— Занята?

— Я пустила переночевать Дженни и Майка.

— Ну и что?

— У них медовый месяц.

— Ах вот в чем дело! Тогда все в порядке. Или будет в порядке, когда Артур вернется.

— Но ведь ты сказала, что он может и не приехать?

— Поначалу он действительно колебался, но, когда узнал, что ты здесь, сказал, что постарается добраться сюда, несмотря на непогоду.

Нора в глубине души надеялась, что это ему не удастся. Или что он передумает. Достаточно того, что ей придется столкнуться с гневом отца.

— Не знаю, насколько это реально…

— Если он поедет по шоссе до Лонгфилда, а потом свернет на Хилл-роуд, он доберется без проблем, — заметил Ричард.

Его оптимизм не улучшил настроения Норы. Она никак не могла понять, почему он так спокоен и его нисколько не пугает возможная встреча с Артуром.

Может, Ричард считает, что она будет молчать о том, что произошло ночью? Но он не знает, что, к несчастью, рано утром она столкнулась в коридоре с отцом. Она была бы рада скрыть свой поступок, но не сможет сделать этого.

Если отец и Артур встретятся, это только подольет масла в огонь. И гнев обоих мужчин выплеснется не только на нее, но и на Ричарда.

— Вы говорите так, как будто хорошо знаете эти места, — заметила Беатрис, обращаясь к Ричарду.

— Да, это так.

— Значит, вы не все время прожили в Штатах?

— Только несколько последних лет. Я родился и вырос здесь, неподалеку от Чеддингтона.

— О! — просияла Беатрис. — Тогда вы, возможно, знаете сэра Питера Редмонда?

Нора вздохнула. Ее мать с большим почтением относилась к титулам, хотя сам происходила из незнатной семьи.

Ричард приподнял бровь.

— Богатого и знатного владельца Хартвелл-холла?

— Да, — подтвердила Беатрис, не замечая иронии. — Он ваш родственник? Может быть, отец?

— Мой отец был бедным сельским врачом, — спокойно сказал Ричард.

Странно, подумала Нора, зачем он подчеркнул свое происхождение? Он явно сделал это намеренно.

Беатрис поспешно сменила тему разговора и сказала с преувеличенной любезностью:

— У нас нет определенных планов на сегодня. Боюсь, что развлечения на свежем воздухе отпадают. Впрочем, в библиотеке есть бильярдный стол. Некоторые наши гости вместе со мной собираются поехать в церковь. Можете присоединиться к нам.

— Спасибо, но я надеюсь уговорить Нору пойти со мной на прогулку, — сказал Ричард. — Почему бы нам не пройтись немного? — обратился он к Норе.

Нора с удовольствием бы прогулялась, но только не в обществе Ричарда. Она уже собралась было вежливо отказаться, но затем решила, что стоит воспользоваться этой возможностью, чтобы объяснить ему с глазу на глаз, почему ему следует как можно быстрее уехать из Чеддингтона.

— Неплохая идея, — сказала она. — Мне действительно надо подышать свежим воздухом и немного размяться.

Беатрис с удивлением посмотрела на дочь: еще несколько минут назад Нора избегала общения с Редмондом, а теперь вдруг охотно согласилась идти с ним гулять.

— В таком случае я пойду собираться в церковь. Увидимся за обедом. Может быть, и Артур подъедет.

— Это будет забавно, — заметил Ричард, и в его глазах блеснули странные огоньки.

Не реагируя на его замечание, Нора вскочила с места. Лучше уйти поскорее, чтобы не столкнуться с отцом.

— Я иду одеваться.

— Я тоже. Правда, мои туфли мало подходят для ходьбы по пересеченной местности, поэтому мне придется позаимствовать где-нибудь пару подходящих башмаков.

— Полагаю, там же, где и костюм. В комнате Фреда, — сухо сказала Нора, поднимаясь по лестнице. — Это дальше по коридору.

— Да. Миссис Ламберт показала мне утром. — Заметив, как сжались губы Норы, он хмуро добавил: — Я понимаю, вы предпочли бы, чтобы я исчез тихо и незаметно. Но, к сожалению, спускаясь по лестнице, я встретился с вашей матушкой. Мне пришлось объяснить ей, кто я такой и почему с утра в смокинге. Она была очень любезна.

— Да, вероятно, была, — сухо заметила Нора.

Наверняка на Беатрис произвел впечатление безупречный костюм Редмонда.

Уловив скрытый смысл слов Норы, Ричард с иронией спросил:

— Вы считаете, что было бы лучше, если бы я заявил о своем родстве с сэром Питером Редмондом?

— Нет, не считаю. Но не собираюсь извиняться за снобизм моей матери…

— Я и не жду извинений. Вы не несете ответственности за ее ошибки. Хотя она, возможно, несет ответственность за ваши.

Нора вспыхнула, и ее синие глаза ярко блеснули.

— В своих ошибках виновата я сама. Я совершила неблаговидный поступок, и я же за него отвечу.

Он бросил на нее пристальный взгляд.

— Я не…

Они как раз поравнялись с дверью ее комнаты, и Нора, не дав ему закончить фразу, повернула ручку и резко сказала:

— Может, мы закончим этот разговор позже?

— Разумеется. — И Ричард, не прибавив ни слова, исчез в глубине коридора.

Норе не потребовалось много времени на сборы: она сменила жилет на кремовый шерстяной джемпер, надела туфли на толстой плоской подошве, куртку и, даже не взглянув на себя в зеркало, вышла в коридор. Ричард уже ждал ее.

В полном молчании они вышли из дома и, обогнув кирпичную стену, окружающую усадьбу, направились по тропинке к лесистому холму. Было холодно и ветрено. Нора и Ричард были без головных уборов, а поднятые воротники служили слабой защитой. Чтобы согреться, они невольно зашагали быстрее.

Тропинка пошла в гору, и Нора замедлила шаг. Теперь они шли бок о бок. Вчера Норе показалось, что Ричард невысокого роста, но сегодня она поняла, что это обманчивое впечатление создалось из-за ее каблуков. Сейчас ей приходится смотреть на него снизу вверх.

Пока Нора раздумывала, как бы начать разговор на щекотливую тему, Ричард первым нарушил молчание:

— После холодного утреннего приема я с удивлением услышал, что вы согласились пойти со мной на прогулку. Как я понимаю, вряд ли вы искали моего общества. У вас были другие причины?

— Совершенно верно, — холодно сказала Нора. Я хотела попросить вас, чтобы вы уехали.

— Не могли бы вы пояснить мне кое-что. Это мой вид так вам невыносим, или же вы обычно предпочитаете, чтобы мужчины, с которыми вы проводите ночь, тихо исчезали поутру?

— Как вы смеете? — Нора едва не задохнулась от гнева. — За кого вы меня принимаете? Я не имею привычки вступать в случайные связи. Прошлая ночь была первым и единственным разом, когда я…

— Обманула жениха? — подсказал Ричард.

— Позволила, чтобы меня соблазнили.

— Я не хотел бы показаться невежливым, но все же позвольте заметить, что это произошло в ответ на ваше приглашение.

— Ничего подобного! — возмутилась Нора.

— Вы пришли в мою комнату под предлогом…

— Но это не было предлогом. — Видя, что Ричарда ее слова не убедили, Нора повторила: — Честное слово, не было.

Он нахмурился.

— Почему вы не хотите признать, что все это было продолжением игры «зуб за зуб»?

— «Зуб за зуб»? — непонимающе повторила она.

— Ваш жених уехал с другой женщиной, поэтому вы пригласили меня остаться на ночь. Вы ведь хотели использовать меня?

Вспомнив инцидент во время танцев, Нора остановилась и резко повернулась к Ричарду. На ее лице отразился неподдельный ужас.

— Неужели вы и вправду считаете, что я использовала вас, чтобы отомстить за обиду?

— А что еще я мог подумать?

— Вы ошибаетесь. Совершенно ошибаетесь, — с неожиданной горячностью воскликнула она. — Возможно, я совершила много ошибок, но я не из таких женщин. Поцелуй во время танцев, когда все вокруг целуются, это не такой уж большой грех. Но у меня и в мыслях не было заходить так далеко.

— Хорошо, но, если желание отомстить ни при чем и если у вас нет привычки пользоваться подвернувшимся случаем, тогда зачем вы вернулись в мою комнату?

— Я уже объяснила.

— Вы хотите сказать, что только для того, чтобы отдать мне бритву?

— Да.

— В таком случае вы поразительно наивны.

— Скажите прямо: глупа.

Ричард взял ее за руки и мягко проговорил:

— Простите.

— За что? За то, что подумали обо мне так плохо? Или за то, что соблазнили меня?

— И за то и за другое. У меня нет привычки соблазнять чужих невест, если только…

— Если только они сами этого не хотят?

Он отрицательно покачал головой.

— Простите, я все совершенно неправильно понял. Я думал, что вы хотите этого так же, как я. Мне показалось… — Он резко оборвал себя. — Мне следовало обо всем догадаться еще утром, когда вы сбежали как испуганный кролик. Поверьте, я не думал, что все так получится. Я виноват перед вами. — Он выпустил ее руки. — Если хотите, мы можем вернуться и я сразу уеду.

Именно этого Нора и добивалась, но справедливость требовала снять с Ричарда часть вины. Покраснев как маков цвет, она проговорила:

— Это правда, что бритва не была предлогом. Правда и то, что до сих пор я не позволяла себе заниматься просто сексом…

Ричард приподнял бровь.

— Я полагал, что это было нечто большее, чем просто секс.

— Разве это возможно? Ведь мы фактически незнакомы…

— Ну и что? Разве чувства зависят от продолжительности знакомства?

Нора промолчала, не зная, что сказать.

— Мне казалось, что вам было так же хорошо, как и мне. Или я опять ошибаюсь?

Нет, он не ошибается. Это было чудесно, но Нора не была готова признаться в этом. Не отвечая на вопрос, она продолжила:

— Я хочу сказать, что вина лежит не только на вас. Я тоже несу ответственность за то, что произошло. Я должна была вовремя остановиться, но не сделала этого. Это так на меня не похоже, — откровенно призналась она. — Вот почему я не хотела видеть вас сегодня утром. Я чувствовала ужасный стыд и боялась, что вы будете считать меня чересчур доступной. На деле оказалось, что вы думали обо мне еще хуже.

— О чем я искренне сожалею.

— Я тоже сожалею, что втянула вас в историю, которая может иметь крайне неприятные последствия.

Ричард смотрел сверху вниз на ее милое лицо. Растрепавшаяся челка, необычайно серьезные синие глаза, покрасневший от холода носик. Подавив желание поцеловать эти бледные губы, чтобы вернуть им нормальный цвет, он резко сказал:

— Идемте. Мы замерзнем, если будем стоять.

Поглощенная своими мыслями, до этой минуты Нора не замечала холода. Но после слов Ричарда сразу почувствовала, что ноги у нее онемели и вся она продрогла до костей.

— Но мы собирались возвращаться, — возразила она, клацая зубами.

— Мы вернемся другой дорогой. У вас такой замерзший вид, что я предлагаю сначала выпить по чашке кофе. «Старый дуб» в пяти минутах ходьбы отсюда.

Нора не знала, что делать. Перспектива выпить горячего кофе была весьма заманчива, но в то же время она хотела, чтобы Ричард благополучно исчез отсюда до того, как вернется Артур и отец обнаружит, что она провела ночь не с женихом, а с другим мужчиной.

Заметив ее колебания, Ричард решительно взял ее за руку.

— Идемте, начинается дождь. — И он буквально потащил ее вверх по дороге, ведущей к деревенской гостинице.

«Старый дуб» был своеобразной достопримечательностью Чеддингтона. Потемневшее от времени, наполовину деревянное здание сохранилось в своем неизменном виде с тех пор, когда в нем останавливались путники, путешествующие в конных экипажах. Теперь гостиница служила в основном трактиром, где любили собираться местные жители. Внутри, над грубо оштукатуренными белыми стенами, нависал низкий потолок из дубовых балок. В камине ярко полыхали огромные поленья. Пол, выложенный большими каменными плитами, когда-то грубо отесанными, был отполирован до гладкости множеством ног.

Сейчас трактир был пуст. Хозяйка, крепкая энергичная женщина средних лет, расставляла стаканы за стойкой бара.

— Неважная сегодня погода, — приветливо сказала она.

— Это точно, — ответил Ричард.

Словно в подтверждение его слов порыв ветра швырнул в оконное стекло россыпь ледяной крупы.

— Что желаете? — гостеприимно улыбнулась хозяйка.

— Если можно, горячего кофе, и побольше.

— Хорошо. Садитесь поближе к огню, погрейтесь.

Ричард помог Норе стащить куртку, снял свою и повесил одежду на деревянные крючки у двери. Вместо пиджака он надел темно-зеленый свитер, который был ему очень к лицу.

Почувствовав неожиданную вспышку желания, она поспешно отвела глаза и пошла к камину. Когда они оба удобно устроились у огня, Нора сняла туфли и вытянула заледеневшие ноги навстречу приятному теплу.

Хозяйка принесла кофейник и две глиняных кружки.

— Вряд ли в такой день у нас будет много посетителей, — сказала она, — но через полчаса обед будет готов. Сегодня то, что вы любите, — добавила она, обращаясь к Ричарду, — баранина с овощами.

— Похоже, вы здесь часто бываете, — заметила Нора, когда хозяйка ушла на кухню.

— Я заходил сюда несколько раз, после того как вернулся из Штатов, — небрежно сказал он.

— А я думала, вы живете в городе.

— Да. Но уик-энд я обычно провожу в этих местах. Меня с ними связывает много воспоминаний.

Нора налила себе кофе и, поскольку у нее не было проблем с фигурой, добавила ложку сахара и густых деревенских сливок. Ричард последовал ее примеру.

Они с удовольствием выпили по кружке и налили себе еще, а Нора так и не могла придумать, как предупредить Ричарда о грозящих неприятностях. Но он начал разговор сам.

— Вы говорили что-то о неприятных последствиях…

— Да, — вздохнула она. — Когда Артур узнает о том, что случилось, он будет вне себя.

— Не думаю, что он имеет на это право, — спокойно сказал Ричард. — В конце концов, он первый, образно говоря, сбился с пути.

— Он не примет это во внимание. И потом, я сама подтолкнула его к этому.

— Подтолкнула? Своим опозданием на вечер?

— Отчасти… Но не только этим.

— А чем же?

— Я предпочла бы не говорить об этом, — краснея сказала Нора.

— И поэтому, чувствуя свою вину, вы намерены во всем ему признаться?

— Нет. Дело в том, что у меня нет выбора. Понимаете, когда сегодня утром я выходила из вашей комнаты, я столкнулась в коридоре с отцом. У меня в руках была одежда, то платье, в котором я была вчера…

— Ага, неопровержимая улика, — с юмором заметил Ричард. — Тогда почему же ваш отец не ворвался ко мне с кочергой в руках?

— Потому что он думал, что там Артур.

— Понятно… То есть ваши родители знают, что вы спите со своим женихом?

— Нет.

— Значит, вы привыкли красться по ночам по коридору?

— Нет, — резко сказала Нора.

Ричард насмешливо посмотрел на нее.

— Вы хотите сказать, что под крышей родительского дома вы с ним соблюдаете моральные нормы викторианской эпохи? — Нора не ответила, и он задумчиво проговорил: — Скажите, когда ваш отец увидел, что вы вышли из комнаты, где, как он полагал, спал Форбс, он очень огорчился?

— Напротив, думаю, после того что случилось на вечеринке, он скорее обрадовался. Они с Артуром давно работают вместе, и он очень хочет видеть его своим зятем…

— Это вполне объяснимо. Они люди одного типа.

— Ну, не совсем… — Нора попыталась найти возражения, но не смогла. Отец и Артур действительно похожи. Мать тоже об этом говорила… С самого детства Нора не умела находить общий язык с отцом и, как ни старалась, так и не научилась этому. И теперь, осознав, как похож Артур по характеру на отца, она невольно прикусила губу.

— Итак, хотя ваш отец не возражает против того, чтобы вы делили постель с Форбсом, он придет в ярость, узнав, что вы провели ночь с другим.

— Именно так, — подтвердила Нора. — Вот почему я хочу, чтобы вы уехали до возвращения Артура.

— Я не слишком склонен к бегству. Только если вы согласны бежать со мной.

— Нет, я остаюсь. Какой смысл уезжать, если мне рано или поздно придется решать эту проблему. А вот для вас лучше уехать поскорее…

Нора надела туфли и встала, но Ричард остановил ее, взяв за руку.

— Никакой спешки нет. Все равно уже первый час…

Первый час! Нора не думала, что они гуляли так долго.

— Давайте перекусим здесь, — предложил Ричард. — За кухню я ручаюсь. — Увидев, что она качает головой, он начал уговаривать: — Подумайте сами, разве не лучше пообедать здесь, в спокойной обстановке, у такого уютного огня?

В предложении Ричарда был смысл. Если Артур уже приехал, выяснение отношений может начаться прямо во время обеда, на глазах у гостей. И все-таки главное — сделать так, чтобы Ричард уехал, не встретившись с Артуром.

— Вы ведь не завтракали, — продолжал настаивать Ричард, — я видел, что утром вы только пили кофе. Наверняка вы проголодались.

— Нет, я не голодна.

— Зато я голоден.

— У нас просто нет времени, чтобы задерживаться здесь на обед, — возбужденно возразила Нора. — Вы сможете перекусить в каком-нибудь кафе по пути в Лондон.

— Но я не собираюсь уезжать прямо сейчас.

— Но вы должны…

Нора хорошо знала властные замашки Артура и уже сталкивалась со вспышками его ревности даже без всяких на то причин. Однажды он едва не ударил официанта в ресторане за то, что тот «глазел» на нее.

А теперь причина налицо, и Нора боялась представить, чем это может закончиться. Что, если Артур разъярится и затеет драку? Ведь Ричард ниже его ростом и существенно легче…

— Артур может выйти из себя, — честно предупредила она.

— И что же?

— Он может наброситься на вас с кулаками.

В этот момент появилась хозяйка.

— Если вы хотите есть, то все готово. Принести?

Нора собралась было вежливо отказаться, но Ричард опередил ее:

— Это было бы очень кстати, миссис Фергюсон.

Когда хозяйка ушла, Нора взмолилась:

— Пожалуйста, Ричард…

— Как любезно с вашей стороны, что вы так заботитесь обо мне, — с улыбкой сказал он.

— Это не любезность, это необходимость. Вы еще не видели Артура в гневе. Я не думаю, что он посмеет ударить женщину, но у него нет предубеждения против драки с мужчинами.

— А вы падаете в обморок при виде крови?

Его легкомыслие привело Нору в отчаяние. Ее глаза наполнились слезами.

— Неужели вы не понимаете? Если вы пострадаете, виновата буду я.

Ричард взял ее руку и нежно поднес к своим губам.

— Не беспокойтесь. Я, конечно, не супермен, но и не беззащитный ягненок. Я смогу постоять за себя.

Неожиданно, без всяких на то причин, Нора поняла, что так оно и есть.

Словно прочитав ее мысли, Ричард улыбнулся и сказал:

— Тогда давайте забудем об этом и просто пообедаем.

— Не знаю, смогу ли я, — сказала она, смахивая с ресниц слезинки.

— А теперь вы чего боитесь? Что я его побью? — смеясь спросил он.

Улыбнувшись против своей воли, Нора покачала головой.

— Как все неудачно получилось.

— Что ни делается, все к лучшему, — философски заметил он.

— Из этого ничего хорошего не выйдет, — возразила Нора. — Вы еще не задумывались о том, что, после того как все вскроется, ваша работа может оказаться под угрозой?

— Признаться, не задумывался.

— Вот почему я надеялась, что вы успеете исчезнуть до того, как кто-нибудь увидит вас или узнает, кто вы такой. Теперь уже поздно… — Ее вдруг осенила новая идея. — Разве что поговорить с мамой и попросить ее забыть о вашем появлении.

— Боюсь, что из этого ничего не получится, — спокойно сказал Ричард. — Наверняка оба ваших родителя уже дома. Да и Форбс уже должен был добраться, если ему ничего не помешало… А вот и обед.

Хотя Нора была уверена, что не хочет есть, по настоянию Ричарда она все же попробовала еду, тем более что от принесенного блюда шел удивительно аппетитный аромат пряных трав.

— Поешьте как следует, — сказал Ричард. — Совсем ни к чему морить себя голодом.

Она послушалась его совета, и у нее действительно проснулся аппетит.

— Вкусно, — призналась она, доев последний кусочек мяса. — Здесь готовят почти так же хорошо, как в «Миленисе».

— А что такое «Миленис»?

— Маленький греческий ресторанчик неподалеку от галереи, где я работаю. Я иногда там обедаю. Там все очень вкусно и, главное, дешево.

— Я думал, что для девушки из состоятельной семьи дешево — это не главное.

— При чем тут семья? После окончания школы я живу самостоятельно.

— Но ведь родители помогали вам, когда вы учились в колледже?

— Нет. Я работала по вечерам и по выходным.

— А почему такой богатый человек, как ваш отец, бросил единственную дочь на произвол судьбы?

— Может, он считает, что это помогает закалить характер. А может, мама права, когда называет его старым скрягой.

Эта тема была неприятна Норе, и она очень обрадовалась появлению миссис Фергюсон, которая принесла яблочный пирог и сыр. Подбросив в камин пару поленьев, хозяйка поспешила к стойке, чтобы обслужить двух мужчин, зашедших выпить пива.

Когда хозяйка принесла свежего кофе, Ричард сердечно поблагодарил ее за обед.

— Жаль, что здесь так мало посетителей, которые могли бы оценить вашу кухню.

— В это время года всегда немноголюдно. По правде говоря, меня это устраивает, ведь мы с мужем сейчас работаем только вдвоем. Позвоните в звонок у стойки, если захотите еще кофе.

Когда Нора стала наливать кофе, взгляд Ричарда упал на ее кольцо с великолепными бриллиантами.

— Вы давно помолвлены? — как бы невзначай спросил он.

— Четыре месяца.

— И когда свадьба?

— Это еще не решено. Может быть, в конце мая или в июне.

Артур хотел устроить свадьбу поскорее, еще до Пасхи, но Нора упросила отложить церемонию до лета.

— Вы сказали, что Форбс разозлится на вас… А что, если он захочет разорвать помолвку?

— Нет, не захочет, — уверенно сказала Нора.

— А вы? Вы не хотите порвать с ним?

— Думаю, нет.

Она хотела иметь мужа, семью, детей, и Артур был первым мужчиной, который понравился ей после того случая с Диланом.

— Несмотря на то как он обошелся с вами вчера вечером?

— Я уже сказала, что в этом значительная доля моей вины.

— И что же вы такого сделали? Должна быть серьезная причина, чтобы он бросил вас и уехал с вечера с другой.

Нора покачала головой, не желая говорить на эту тему.

Но Ричард продолжал настаивать:

— Неужели вы поверили тому, что он повез мисс Сандерс домой, потому что ей стало плохо?

— Нет, не поверила.

— И вас это не рассердило?

— Разумеется, рассердило. Но я же говорю, что сама в этом виновата.

— Почему?

Видя, что он не отстает, Нора устало сказала:

— Когда я подошла к Артуру, чтобы извиниться за опоздание, он начал говорить о том, как красива Шейла Сандерс и как она его обожает. Он надеялся вызвать во мне ревность…

— Зачем?

— Он хотел, чтобы я согласилась провести с ним эту ночь, а, поскольку мы собирались в Чеддингтон, я отказалась. Мне не очень хотелось, чтобы это произошло в доме родителей. — Нора вдруг поняла, как смешно звучат ее оправдания после случившегося этой ночью, и покраснела. — Он пытался уговорить меня, но я не соглашалась. Тогда он предложил, чтобы мы сначала поехали к нему домой, а уже потом в Чеддингтон. Я уже готова была согласиться, но он потерял терпение и сказал, что не намерен больше ждать и что если он и в этот раз услышит «нет»…

Нора внезапно замолчала, сообразив, что сказала слишком много. По выражению глаз Ричарда она поняла, что он догадался о том, что отношения между ней и Артуром не настолько близки, как он думал сначала, — факт, который она предпочла бы скрыть.

— И что было дальше? — спросил Ричард.

— Я отказалась ехать к нему, и он пригрозил, что найдет более сговорчивую женщину.

— Он имел в виду мисс Сандерс?

— Да. Он стал хвастать, что она от него без ума. Я сказала, что не стану ему мешать, и ушла.

— Браво! — сказал Ричард, хлопая в ладоши.

— Но неужели вы не понимаете, что, если бы я согласилась поехать к нему домой, ничего бы этого не случилось?

— А вы хотели поехать?

— Нет, — призналась она, опуская глаза. — После нашей ссоры я была не в настроении…

Ричард посмотрел на нее, прищурив глаза.

— Вы его любите? — спросил он.

— Да, — сказала Нора. И, словно желая устранить всякие сомнения, повторила: — Конечно, люблю.

— Тогда почему вы не спите с ним? Ведь сейчас это стало почти нормой, когда жених и невеста начинают делить постель задолго до свадьбы.

Нора хотела резко заявить, что это не его дело, но почему-то вяло пробормотала:

— По нескольким причинам. Это долгая история.

— Я не спешу. Теперь уже нет никакого смысла торопиться. Мне очень любопытно, почему вы избегаете близких отношений с человеком, которого выбрали себе в мужья. Вы, такая нежная и страстная женщина, и вдруг…

Щеки Норы залились румянцем, и Ричард невольно залюбовался ею.

— Я вовсе не такая.

— С чего вы взяли?

— У меня были на то причины.

Нора отвела глаза и, сама не зная почему, вдруг начала рассказывать ему о Дилане. Она никому не рассказывала об этом, кроме своей подруги. Ни родителям, ни Артуру. Впрочем, они с Артуром вообще редко разговаривали. Он предпочитал проводить время в компании своих приятелей или смотреть спортивные передачи по телевизору. А в тех случаях, когда они все же разговаривали, он больше рассказывал сам.

— Сколько лет вам тогда было? — спросил Ричард.

— Восемнадцать.

Он слегка поморщился, словно от боли.

— Вы сказали, что были обручены с ним. Ваши родители одобряли это?

— Да. Отец Дилана — друг моего отца.

— И он, несомненно, богат?

— Да.

— Вы поэтому согласились выйти за него замуж?

— Нет, не поэтому. Я думала, что люблю его.

— Так что же случилось? Почему вы порвали с ним?

Нора спокойно и бесстрастно закончила свой рассказ.

— После того как он так со мной обошелся, я потеряла уверенность в себе как в женщине…

— Но ведь наверняка потом, в следующий раз, все было иначе?

— Следующего раза не было.

— Вы хотите сказать, что после того случая стали избегать мужчин?

— Я не избегала их намеренно. Просто так получалось. Пока я не познакомилась с Артуром, мне никто не нравился настолько, чтобы я захотела попробовать снова.

— Но вы признались, что даже его держите на расстоянии.

— Да. — Глядя на огонь, она вздохнула. — Я не знаю почему. Просто так получается. Само собой…

Как случилось все само собой прошлой ночью. Только совсем наоборот.

Она ждала, что сейчас он задаст вопрос, на который она не знает ответа. Почему он стал тем мужчиной, с которым она легко и свободно перешагнула через барьер, окружавший ее несколько лет? Почему не смогла переступить его с Артуром?

Нора вдруг с изумлением поняла, что незаметно для себя полностью обнажила перед этим человеком душу. Как вчера ночью обнажила перед ним свое тело. От этого открытия ей стало не по себе.

Словно прочитав ее мысли, Ричард улыбнулся и сменил тему разговора:

— Вы сказали, что работаете в галерее. Что это за работа?

— Мы устраиваем выставки, покупаем картины, продаем их. Консультируем частных коллекционеров.

— Вас, наверное, интересует современное искусство?

— Не только. Вообще-то в галерее я считаюсь специалистом по живописи восемнадцатого века. Но мне интересно делать все, что требует художественного подхода. Я ведь закончила колледж искусств, сама немного рисую… Например, мне бы очень хотелось заняться интерьером своего дома, но пока я не могу позволить себе этого. Мне приходится снимать дешевую квартиру с мебелью.

— Имея богатого жениха?

— Я не хочу просить у него помощи.

Ричард вопросительно приподнял бровь, но потом решил оставить ее слова без комментария.

— А сейчас вы чем занимаетесь? — спросил он.

— Готовлю каталог новой выставки.

Позабыв обо всех проблемах, Нора оживилась и стала увлеченно рассказывать о том, как ей нравится ее работа.

— Я вижу, вы серьезно увлечены этим, — заметил Ричард.

Искорки в ее глазах потухли.

— Артур хочет, чтобы я бросила работу после свадьбы, — грустно сказала она. — Он считает, что, если муж хорошо зарабатывает, у жены нет необходимости работать.

— С финансовой точки зрения — да. Но ведь работа нужна человеку не только для того, чтобы зарабатывать деньги.

— Похоже, Артур так не думает.

— И чем же вы будете заниматься?

Это был больной вопрос для Норы.

— Не знаю, — коротко ответила она. Потом отвернулась и стала надевать туфли. — Нам пора.

— Пожалуй, вы правы.

Ричард подошел к стойке бара, позвонил в медный колокольчик и, когда появилась миссис Фергюсон, расплатился с ней за обед, добавив щедрые чаевые.

— Вы появитесь здесь в следующие выходные? — спросила хозяйка.

— Не знаю, посмотрим.

— Надеюсь, что погода улучшится.

Они надели куртки и вышли на улицу.

Снаружи все было серым. После тепла и уюта холодный пронизывающий ветер и дождь со снегом были особенно неприятны. Опустив головы, они быстро зашагали к усадьбе. Отправляясь на прогулку, ни один из них не захватил перчаток.

Ричард на ходу засунул руки в карманы. Нора последовала было его примеру, но неглубокие карманы ее куртки-анорака, предназначенные скорее для украшения, чем для практических целей, были слабой защитой от холода. Ричард взял ее холодную как лед руку и засунул в свой глубокий и теплый карман. Этот заботливый жест тронул Нору до глубины души.

Дождь усилился, и вскоре они оба промокли насквозь. Несмотря на неизбежные неприятности, которые ожидали Нору по возвращении в родительский дом, она обрадовалась, увидев ярко освещенные окна. Сейчас ей хотелось только одного — согреться.

Втайне надеясь, что их никто не увидит, Нора предпочла войти в дом со двора. Им повезло: на боковой лестнице не было ни души. Остановившись у дверей своей комнаты, Нора повернулась и посмотрела на своего спутника.

Его уши покраснели от холода, мокрые волосы прилипли к голове, а по лицу текли струйки воды. Но выглядел он спокойно и уверенно.

— Никто не видел, как мы вернулись, — сказала Нора. — Поэтому если вы быстро переоденетесь, то…

— Вообще-то я бы с удовольствием принял горячий душ, — заметил он.

— Ну как вы не понимаете? У вас есть шанс…

— Какой шанс?

— Уехать незаметно. Вам надо выйти через ту же дверь, через которую мы вошли, взять свою машину, повернуть налево и выехать через задние ворота…

— И предоставить вам в одиночку расхлебывать эту кашу?

— Именно этого я и хочу. Конечно, меня ждет неприятный разговор, но мне никто не причинит вреда. — Она взяла его за руку выше локтя и слегка встряхнула. — Уезжайте, пока не поздно. Если вы останетесь, будет только хуже.

— Это еще неизвестно.

— Известно, — прошипела она. — Ваше присутствие еще больше разъярит Артура. Пожалуйста, уезжай.

— Это дело касается нас обоих, и я соглашусь уехать, только если вы поедете со мной.

Соблазн был велик, но Нора покачала головой.

— Какой в этом смысл?

— Никакого. Поэтому я и не собираюсь сбегать. Зачем откладывать? Лучше покончить с этим сразу.

Слова Ричарда прозвучали так, как будто он с предвкушением ждет предстоящей бури. Он открыл дверь ее комнаты и буквально втолкнул ее внутрь.

— Идите и снимите поскорее с себя мокрую одежду, не то простудитесь.

Нора поняла, что не сможет переубедить его. Закрыв дверь, она прошла в ванную, разделась и включила душ. Под горячими струями она понемногу оттаяла и перестала зябко дрожать. Впрочем, ее грела не только вода. Глубоко внутри теплилось странное приятное чувство. Хотя здравый смысл говорил ей, что было бы лучше, если бы Ричард уехал, Нору почему-то грела мысль, что он не оставил ее одну.

Надев махровый халат, она тщательно вытерла и расчесала волосы. Потом открыла шкаф, чтобы достать сухую одежду. Окинув взглядом свой скромный гардероб, она выбрала серую юбку и лиловый шерстяной джемпер.

Наконец, собравшись с духом, Нора открыла дверь и вышла как раз в тот момент, когда в глубине коридора появился Ричард. Черный свитер, который он, видимо, позаимствовал у Фреда, был ему очень к лицу. Негромко что-то насвистывая, он подошел ближе. Его абсолютно спокойный вид и озорной блеск в глазах встревожили Нору.

— Ваше легкомыслие может вам дорого обойтись, — сердито сказала она.

— Легкомыслие? — с широкой улыбкой переспросил он. — Я абсолютно серьезен.

Они спустились по лестнице в холл. Дверь, ведущая в библиотеку, внезапно отворилась, и оттуда вышел Артур.

При виде Норы напряжение на его лице сменилось смешанным выражением облегчения и недовольства.

— Где ты была? Твоя мать сказала, что ты ушла гулять почти сразу после завтрака.

— Да, правильно.

Нора сама удивилась своему спокойствию.

— Но тебя так долго не было, что я уже начал думать, не уехала ли ты в город.

— Мы зашли выпить кофе, — вступил в разговор Ричард, — а поскольку начался дождь, я уговорил Нору пообедать в трактире.

Артур резко повернул голову в сторону Ричарда и сверкнул глазами.

— Какого черта, Редмонд?

В этот момент в холл спустилась рыжеволосая миссис Кастерс с пакетом в руках. С любопытством оглядев всех троих, она обратилась к Норе:

— Вы не знаете, где сэр Джозеф? Я обещала показать ему фотографии…

— Боюсь, я…

— Я только что разговаривал с ним по телефону, — с обворожительной улыбкой перебил ее Артур. — Он звонил, чтобы извиниться за то, что так надолго оставил своих гостей. Дело в том, что он попал в небольшую аварию.

— Боже! Он не пострадал?

— По счастью, нет. Сэр Джозеф вместе со своим управляющим осматривали дома арендаторов, пострадавшие во время бури, и на обратном пути их машина попала в канаву с водой и застряла. Сейчас они пытаются вытащить ее трактором.

— О Боже, какой кошмар! Бедный, бедный сэр Джозеф! Как это ужасно…

Артур вежливо, но решительно прервал ее причитания:

— Поскольку у хозяйки дома разболелась голова, не будете ли вы так любезны рассказать остальным гостям о случившемся и передать искренние извинения сэра Джозефа?

— Да, да, конечно!

Довольная тем, что ей поручили такое важное дело, рыжеволосая дама поспешила в гостиную. Любезное выражение тут же исчезло с лица Артура. Заметив это, Нора поспешно предложила:

— Может, пройдем в библиотеку, если там никого нет?

Библиотека была любимым местом Норы. Несмотря на строгость обстановки, в этой просторной комнате было удивительно уютно. В одном конце стоял бильярдный стол, в другом был камин, рядом с которым полукругом располагались невысокие кожаные кресла.

Артур, вошедший последним, закрыл дверь и тут же резко повернулся к Ричарду.

— Я спросил, какого черта?

— Боюсь, я не вполне понимаю, о чем речь, — сказал Ричард и вопросительно приподнял бровь.

— Не пытайтесь прикинуться невинной овечкой. Зачем вы лезете, куда вас не просят? Сначала приглашаете Нору танцевать, потом увозите ее у меня из-под носа.

— Насколько я помню, вы были заняты другим делом.

— С чего вы взяли?

Рослый и широкоплечий Артур буквально нависал над Ричардом, но, похоже, того это нисколько не смущало. Он по-прежнему был спокоен и уверен в себе.

— Я заметил, что вы уехали из отеля с другой дамой.

— Это не ваше дело, черт побери!

— Когда я увидел, как ваша покинутая невеста мокнет под дождем, то решил, что это мое дело.

— Хотели сыграть роль благородного рыцаря? — фыркнул Артур.

— В данном случае это сравнение вряд ли уместно, поскольку я…

Нора догадалась, что он собирается сказать, и поспешно вмешалась:

— Ричард предложил отвезти меня сюда, потому что все такси были заняты.

— Что-то не верится.

— А разве ты повез домой Шейлу не по той же причине? — холодно спросила Нора.

Артур слегка смутился и предпочел оставить вопрос без ответа.

— Он мог бы отвезти тебя в Челси. Но предпочел ехать среди ночи сюда, явно надеясь продолжить знакомство.

— Я не могла поехать в Челси, поскольку там ночевала Дженни со своим мужем. Поэтому я попросила Ричарда отвезти меня сюда.

— И он воспользовался этой возможностью.

— Это я уговорила его остаться. Я не могла допустить, чтобы из-за меня он возвращался ночью в город в такую ужасную погоду.

— Ну а сейчас-то он что здесь делает? — недовольно спросил Артур.

— Мама предложила ему остаться до завтрашнего утра, — сказала Нора, чувствуя неловкость: они говорят о Ричарде так, словно его здесь нет.

— Хочешь сказать, что он не планировал здесь оставаться? Тогда почему он привез с собой одежду?

— Он не привозил…

— Беатрис была так любезна, что предложила воспользоваться гардеробом Фреда, — вступил в разговор Ричард.

Нора обратила внимание, что он намеренно назвал ее мать по имени, чтобы позлить Артура. И преуспел в этом.

— Вы слишком самонадеянны, молодой человек, — сказал Артур, багровея от злости. — Кто дал вам разрешение называть хозяйку дома по имени?

— Она сама.

— Нет сомнения, что она приняла вас за кого-то другого. Что вы ей наплели?

— Ничего. — В глазах у Ричарда мелькнули озорные искорки. — Хотя, не буду скрывать, я слегка ввел ее в заблуждение.

— Не сомневаюсь. Ладно, зарубите себе на носу, что вам не место в этом доме. Вы не принадлежите к нашему кругу и никогда не будете принадлежать.

— Меня это не волнует.

— Черт бы побрал ваше высокомерие! Слушайте, Редмонд, не испытывайте моего терпения! Уезжайте отсюда, и побыстрее.

— Я уеду, если меня попросит об этом хозяйка дома.

Артур гневно сверкнул глазами.

— Мне надоело ваше нахальство. Убирайтесь! Немедленно!

Ричард не двинулся с места.

— Странно… — задумчиво проговорил он. — Должно быть, я что-то упустил. Видите ли, я не знал, что это ваш дом.

Нора с ужасом поняла, что Артур уже вне себя от ярости.

— Ну ты, умник, убирайся подобру-поздорову, а не то я просто вышвырну тебя вон!

— И вы полагаете, что у вас хватит сил сделать это лично?

— Сил у меня достаточно, и я сделаю это с огромным удовольствием.

— Нет! — вскричала Нора, увидев, что Артур сделал угрожающий шаг вперед. — Остановись, Артур. Это не твой дом, и ты не имеешь права вышвыривать отсюда кого бы то ни было.

— Пытаться это сделать, — поправил ее Ричард.

— Ты напрашиваешься, — взревел Артур.

— Перестань, Артур, — резко сказала Нора. — Дом полон гостей, и незачем устраивать скандал. Отцу это не понравится. И мне тоже.

— Ты пытаешься защитить его? — фыркнул Артур, поворачиваясь к ней. — Хорош рыцарь — прячется за женской юбкой.

— В этом нет необходимости, — сказал Ричард. — Я вполне способен постоять за себя.

— Так чего же ты ждешь?

— Ничего. Но, во-первых, вы на шесть дюймов выше и в полтора раза тяжелее меня. Во-вторых, я в чужом доме. А в-третьих, я не хотел бы нечаянно покалечить вас.

Эти слова окончательно вывели Артура из терпения, и он как разъяренный бык бросился на противника. Ричард сделал шаг в сторону и молниеносным движением провел классический прием дзюдо. Артур, не ожидавший ничего подобного, тяжело повалился на ковер. Секунду или две он лежал неподвижно, потом пошатываясь встал на ноги. Несколько раз тряхнув головой, словно для того чтобы вернуть ясность мысли, он пробормотал:

— Ну, ты!..

Увидев, что он сжал кулаки, Нора закричала:

— Прекратите, вы оба! Как вы смеете устраивать драку в моем доме! Сюда в любую минуту может войти кто-нибудь из гостей.

Артур, еще не до конца пришедший в себя после падения, медленно разжал кулаки, и Нора усадила его в ближайшее кресло. У нее самой вдруг подкосились колени, она опустилась в кресло напротив и сердито посмотрела на Ричарда, который с невозмутимым видом встал у камина, облокотившись о каминную полку.

Поймав взгляд Норы, он шутливо поднял руки вверх.

— Простите великодушно.

— Зачем вы это сделали?

— По-вашему, я должен был позволить ему вышвырнуть меня отсюда?

— Нет, но вы намеренно провоцировали его на драку.

— А вы предпочли бы, чтобы я подлизывался к нему?

— Нет, но вы могли бы вести себя более…

— Мирно? — подсказал он.

— Более разумно.

— И что бы от этого изменилось?

Нора молча вздохнула. Да, Артур так и так бы вышел из себя. И, если бы Ричард молча стоял перед ним, он воспринял бы это как признак слабости. А теперь Артур будет вынужден относиться к противнику с уважением…

Но она ошиблась.

— Черт бы вас побрал, Редмонд, — пробормотал Артур. — Вы думаете, что выиграли? Да вы просто дурак. Вам это с рук не сойдет. Я управляю компанией и не позволю, чтобы мальчишка на побегушках вроде вас…

— Мое положение несколько выше…

— Не имеет значения. Какую бы должность вы ни занимали в нашей компании, вам придется с ней расстаться.

— Это угроза?

Артур обнажил зубы в улыбке, больше похожей на хищный оскал.

— Не просто угроза. Считайте, что вы уже уволены.

У Норы сжалось сердце. Она так и знала, что все закончится этим. А ведь Артур еще не узнал самого главного.

Она с извиняющимся видом посмотрела на Ричарда, однако на его лице не было и тени огорчения.

— Поскольку компания «Харви» купила вашу фирму, я сомневаюсь, что вам удастся избавиться от меня.

— Я добьюсь от руководства «Харви» согласия на ваше увольнение, чего бы мне это ни стоило.

— Личные симпатии и антипатии не должны мешать делу. Чтобы уволить человека, нужны веские причины.

— Я найду причину. А если не найду, то придумаю, — раздраженно сказал Артур.

— Да, я успел заметить, что вы мастер придумывать. Беатрис пересказала нам ваши выдуманные объяснения насчет того, почему вы уехали из отеля с Шейлой Сандерс.

Нора поняла, что Артур сейчас снова взорвется, и поспешила перехватить инициативу:

— Ты не передумал жениться на мне?

— Что? — ошеломленно переспросил Артур.

Нора усилием воли заставила себя не думать о присутствии Ричарда, который все так же стоял у камина. Отчетливо выговаривая слова, она повторила:

— Я спросила, не передумал ли ты жениться на мне?

— Разумеется, нет. Ты же знаешь, что я без ума от тебя.

— После вчерашнего я решила, что у тебя, возможно, изменились планы.

— Если ты говоришь о Шейле, то я объяснил твоей матери…

— Может быть, она и поверила в абсурдную историю о том, что Шейле стало плохо. Но не я. Особенно после тех слов, что ты сказал мне, перед тем как уехать.

Артур нервно взъерошил ладонью жесткие темные волосы.

— Но, послушай, Нора, я сказал это только для того, чтобы вызвать в тебе ревность. Это были всего лишь слова.

— Ты отвез ее к себе на квартиру? — требовательно спросила Нора.

— Нет. К ней домой, как я уже говорил.

— И ты остался у нее.

— Нет, я уехал… — проговорил Артур.

— Это ложь.

— Ну хорошо, я остался на чашку кофе. А потом уехал.

— Не считай меня дурочкой, Артур.

Он обиженно надул губы.

— Ладно, я действительно у нее остался. Но ты сама виновата. Ты меня довела. У мужчин есть определенные потребности.

Нора почувствовала себя виноватой. Она была готова простить Артура при условии, что такое больше не повторится.

— А как насчет женских потребностей?

Артур слегка смутился.

— Но ведь ты сама…

— Я говорю в широком смысле. Если у мужчин есть определенные потребности, почему бы тебе не признать, что и у женщин они тоже есть?

— Да, наверное, — нехотя согласился он. — Но у мужчин это по-другому.

— Что значит — по-другому?

— Мужчина может просто удовлетворить свои потребности, и это ничего не будет для него значить.

— А женщина?

— У женщин это не просто физическое влечение. Им нужны эмоциональные узы.

— Шейла влюблена в тебя?

— Что? Конечно нет.

— Ты ей просто понравился?

— Послушай, Нора…

— Значит, это может быть просто физическим влечением?

— Ну хорошо, может.

— Но если мужчина может провести ночь с женщиной, считая, что это ничего не значит, и рассчитывая на прощение, то должно быть справедливо и обратное?

— Хорошо, я готов признать это. Но я не понимаю, к чему ты клонишь…

— Я пытаюсь разрушить старый двойной стандарт, которого до сих пор придерживаются мужчины.

— Но, послушай, Нора, раз этот, как ты говоришь, двойной стандарт существует веками, значит, это вполне естественная вещь. Это свойство мужского характера. Ни один мужчина не согласится делить свою женщину с кем-то еще.

— Мы живем в век равноправия между мужчиной и женщиной. Ты провел ночь с Шейлой и считаешь, что в этом нет ничего особенного. Ты уверен, что я прощу тебя. Но простил бы ты меня, если бы я сказала тебе, что провела эту ночь с Ричардом?

Артур слишком хорошо знал Нору, чтобы встревожиться.

— Неужели ты это сделала? — с иронией спросил он.

— Да, — серьезно подтвердила она.

Артур не ожидал такого ответа. В первое мгновение на его лице появилось растерянное выражение. Затем он, видимо, решил, что это лишь попытка отплатить за его неверность, и снисходительно усмехнулся.

— Я не шучу, Артур.

Усмешка исчезла с его лица, но Нора видела, что он не верит ей. Они помолвлены уже четыре месяца, и она до сих пор не подпускает его к себе. Разве мог он допустить, что она способна провести ночь с малознакомым мужчиной? Да еще с тем, кого Артур относит к людям второго сорта?

Сделав нарочито серьезное выражение лица, он сказал:

— Ты сделала это намеренно, в отместку мне?

— Нет. Просто так случилось… Твоя комната была свободна, и я предложила Ричарду занять ее. Я принесла ему бритву Фреда…

— И тут он решил соблазнить тебя, а ты не смогла устоять перед его чарами? — язвительно спросил Артур.

— Примерно так и было, — спокойно подтвердила Нора, игнорируя сарказм его слов.

— Ладно, — снисходительно сказал он. — Я прощаю тебя. Забудем об этом.

Нора поняла, что он отказывается воспринимать ее слова всерьез. Он не хочет видеть правду, потому что эта правда может больно ранить его самолюбие. Он не хочет даже думать о том, что она могла предпочесть ему другого мужчину.

— И это никак не повлияло на твое желание жениться на мне?

— Напротив, я считаю, что надо устроить свадьбу как можно скорее. Поскольку мы не собираемся устраивать пышную церемонию, совсем ни к чему откладывать это до лета.

Нора ненадолго задумалась, потом сказала:

— Хорошо, я согласна, но при двух условиях.

— И что это за условия?

— Во-первых, я продолжу работать. — Увидев, как потемнело лицо жениха, Нора пояснила: — По крайней мере, до свадьбы.

— Хорошо, — неохотно согласился он. — А второе условие?

Нора медлила, тщательно подбирая слова.

— Пообещай мне, что, несмотря на случившееся, ты не станешь предпринимать никаких действий против Ричарда.

Артур, по-видимому только сейчас вспомнив о присутствии другого мужчины, хмуро покосился в его сторону.

— Как ты, однако, заботишься о нем.

— Я прошу тебя, Артур.

— Хорошо, но только если ты обещаешь, что не будешь больше встречаться с ним. И вообще не будешь иметь с ним никаких дел.

— Я согласна. Но и ты не должен больше встречаться с Шейлой или другими женщинами.

Артур кивнул и слегка покраснел.

— Даю тебе слово. — Он нерешительно улыбнулся. Повернувшись к Ричарду, который с непроницаемым выражением лица все еще стоял у камина, Артур назидательно проговорил: — А вам, юноша, я настоятельно советую держаться от меня подальше. Лучше всего, если вы попросите, чтобы вас перевели обратно в Штаты.

Ричард промолчал в ответ.

— Чего вы ждете? Можете уезжать, — раздраженно сказал Артур.

— Я уеду, когда Нора попросит меня об этом, — холодно сообщил Ричард.

В этот момент дверь библиотеки открылась и вошел Джозеф Ламберт в элегантном домашнем костюме. Его серебристые волосы были еще влажными после душа.

— Ну и погода! А мне с самого утра пришлось торчать на улице. — Он повернулся к Артуру. — Жаль, что ты не пошел со мной. Мне была нужна твоя помощь.

— К сожалению, я смог приехать только пару часов назад.

Джозеф нахмурился.

— Разве ты не ночевал здесь? А кто же тогда привез Нору?

— Я ее привез, — раздался спокойный голос Ричарда.

Сэр Джозеф медленно повернулся к нему.

— Мне знакомо ваше лицо. Кажется, вы работаете в «Харви»? Вы помощник Чарлза Хаммера?

— Да.

— Боюсь, я не смогу вспомнить ваше имя.

— Редмонд. Ричард Редмонд.

Отец повернулся к Норе. Его суровый взгляд ясно спрашивал: «Какого черта этот тип все еще здесь?»

— Дорогу занесло снегом, и я предложила Ричарду переночевать у нас.

— И где ты его разместила?

Нора отлично понимала, что отец задал этот вопрос не из простого любопытства. Вот он, момент, которого она так боялась.

— В комнате Артура, — спокойно сказала она, стараясь ничем не выдать своего напряжения.

Лицо сэра Джозефа потемнело от гнева. Он медленно повернулся к Ричарду.

Дело принимало опасный оборот. Желая спасти Ричарда от новых неприятностей, Нора торопливо пояснила:

— Мама пригласила мистера Редмонда остаться до завтра, но, к сожалению, он должен уезжать. — Поднявшись с дивана, она подошла к Ричарду. — Спасибо, что привезли меня сюда, — официальным тоном проговорила она. — Я знаю, что вы хотели выехать до того, как стемнеет, так что счастливого пути.

— А вы не хотите поехать со мной?

Она покачала головой и протянула ему руку на прощание.

— Нет.

— Вы уверены, что приняли правильное решение? — спросил он, мягко сжимая ее пальцы.

Нора поняла скрытый смысл его вопроса — он говорил не о поездке с ним, а совсем о другом, — но все же выдержала взгляд этих ясных серых глаз.

— Вполне уверена.

— В таком случае передайте вашей матушке мою благодарность и извинения за то, что уезжаю, не простившись с ней.

Он все еще сжимал ее ладонь в своей. Чувствуя нарастающее смущение, Нора резко выдернула руку.

— Прощайте.

— До свидания, — ответил он.

Ричард небрежно взмахнул рукой, прощаясь с остальными, и вышел. Дверь закрылась за ним с негромким щелчком.

Внезапное сожаление охватило Нору. Ощущение потери и чувство одиночества были настолько сильны, что воспринимались почти как физическая боль.

Но нет, она не может позволить себе подобных мимолетных увлечений. Этот человек для нее чужой. Она сделала выбор. Они с Артуром любят друг друга, и если он сдержит данное ей слово, то все будет хорошо. Лишь бы отец не вмешался.

Нора сделала глубокий вдох и повернулась лицом к отцу. Он стоял спиной к огню, надувшись как индюк.

— Сдается мне, что этот Редмонд слишком много себе позволяет.

Нора ожидала, что Артур добавит резких слов в адрес Ричарда, но, к ее удивлению, он промолчал.

— Не понимаю, о чем думала Беатрис, приглашая его, — проворчал сэр Джозеф. Потом требовательно спросил у дочери: — Ты давно с ним знакома?

— Со вчерашнего вечера.

Отец не смог скрыть удивления.

— А ты знала, что он всего лишь референт?

— Да, Артур сказал мне.

— И каким образом ты с ним познакомилась?

— Он пригласил меня танцевать.

— Вот нахал. Таких надо сразу ставить на место. Почему ты ему не отказала?

— А почему я должна была отказывать? Артур танцевал с Шейлой Сандерс.

На это отцу было нечего возразить. Он и сам видел, как его будущий зять весь вечер ухаживал за вульгарной блондинкой.

— И что было дальше? Этот Редмонд приставал к тебе?

— Вовсе нет. Когда танец закончился, он попрощался и ушел. — Заметив, что упоминание о Шейле смутило жениха, Нора не без ехидства добавила: — Я вряд ли встретилась бы с этим человеком снова, если бы Артуру не пришлось отвлечься для совершения добрых дел…

— Каких еще добрых дел?

Артур, излишне стараясь быть убедительным, повторил историю, рассказанную им Беатрис.

— Речь идет о дочери Доналда Сандерса… Ей вдруг стало плохо… Свободных такси не было, и я предложил отвезти ее домой. К сожалению, я не успел предупредить Нору.

— После того как они уехали, — продолжила рассказ Нора, — Редмонд увидел, что я мокну под дождем, и предложил подвезти.

Сэр Джозеф умел читать между строк и, разумеется, все понял. Но решил не продолжать тему. К чему ссориться с будущим зятем из-за таких пустяков? Он и сам, будучи женатым мужчиной, позволял себе ухаживать за другими женщинами.

Он предпочел забыть и об утренней встрече с дочерью в коридоре. Нора не из тех, кто станет играть в подобные игры с малознакомым мужчиной.

Подбросив в камин пару поленьев, Джозеф повернулся к Артуру и начал разговор о делах.

— Когда после объединения компаний все утрясется, у меня уже не будет необходимости ездить в офис каждый день. Один-два раза в неделю — этого хватит.

— Вы будете управлять компанией отсюда или хотите отойти от дел?

— Начну постепенно передавать дела. Мне скоро будет шестьдесят один, и я хотел бы привести в порядок имение и прочую недвижимость. Боюсь, придется сменить управляющего…

Наблюдая за мужчинами, Нора могла только радоваться тому, что все обошлось и что между ней и Артуром восстановились нормальные отношения. Осталось только забыть о Ричарде и о его кратком вторжении в ее жизнь.

Она надеялась, что здравый смысл победит и он уедет обратно в Америку. Хотя Артур и пообещал не преследовать Редмонда, вряд ли между ними установятся нормальные деловые отношения. И любое следующее столкновение грозит Ричарду крупными неприятностями.

Тебе не следует думать о Ричарде, напомнила себе Нора.

Но, несмотря на все усилия, остаток дня, включая ужин, она думала только о нем. Казалось, мысли о нем каким-то образом вытеснили из ее головы все остальное.

После ужина она неохотно согласилась сыграть партию в бридж, но была за игрой крайне рассеянна и делала массу ошибок. По счастью, ее партнером был Артур. Когда роббер закончился, мужчины перешли к бильярдному столу. Вместо того чтобы присоединиться к обществу собравшихся в гостиной дам, Нора взяла с полки книгу и села в кресло у камина.

Но и чтение не увлекло ее. Звук бильярдных шаров и потрескивание дров в камине усыпляли, и Нора невольно закрыла глаза. В полудреме ее непокорные мысли снова вернулись к Ричарду.

Она видела его лицо так отчетливо, как если бы он стоял рядом. Правильные черты лица, серые глаза, морщинки в уголках глаз, слегка ироничная улыбка, упрямый подбородок…

Но дело было вовсе не во внешности. Ей понравились его спокойствие, уверенность в себе, мягкое чувство юмора и теплый тон его слов, обращенных к ней.

Она вспоминала ночь, проведенную в его объятиях. Как легко его ласки пробудили в ней ответную страсть. Эта ночь стала наслаждением для них обоих, в этом не было сомнений.

Сам не ведая того, Ричард преподнес ей прекрасный дар: он избавил ее от глубоко укоренившегося страха перед близостью с мужчиной, восстановил в ней веру в себя, в свою женственность. И за это она всегда будет ему благодарна.

Нора знала, что именно тот старый страх заставлял ее всячески оттягивать дату свадьбы. Но теперь она смело может выходить замуж за Артура, не беспокоясь о том, что не подойдет ему как жена…

— Я вижу, ты уже засыпаешь, — раздался голос Артура.

Она подняла голову и увидела, что бильярдная партия завершилась и мужчины столпились у небольшого бара, чтобы по обыкновению выпить перед сном порцию виски с содовой.

— Да, в самом деле пора спать.

Нора встала и поставила книгу на полку.

— Я провожу тебя наверх.

— А как же виски?

— В другой раз.

— Я заметил, что ты молчала весь вечер, — сказал он, когда они поднимались по лестнице. — Ты не заболела?

Это было так трогательно и так не похоже на Артура — задавать подобные вопросы.

— Нет. Просто устала.

У двери ее комнаты он спросил:

— Я могу войти? Или твое замечание насчет усталости было намеком?

— Но я и в самом деле устала.

— Так я могу войти или нет?

Она искренне собиралась сказать «да». Но вместо этого произнесла:

— Лучше не надо.

— Черт возьми, Нора, мы ведь решили, что поженимся в самое ближайшее время. Я уже ничего не понимаю. Почему ты все время отказываешься?

Но как могла она согласиться, если ее мысли были заняты другим мужчиной? Если ее губы еще хранили отпечаток других губ, а тело еще помнило о прикосновении других рук?

— Я надеялся, что сегодня ты наконец согласишься, — недовольно сказал Артур.

— Извини, Артур, но я не могу.

Уловив нотку отчаяния в ее голосе, он слегка смутился и пробормотал:

— Ну, хорошо… Я понял. В таком случае я, пожалуй, пойду выпью виски.

Он вяло поцеловал ее и спустился вниз.

Нора догадалась, что нечаянно ввела его в заблуждение, заставив думать, что сегодня не подходящий день месяца. Но ей было все равно. Главное, что он ушел.

Готовясь ко сну, она прочла себе суровую лекцию. Ей следует забыть о Ричарде, выкинуть его из головы, чтобы мысли о нем не ставили под угрозу ее отношения с Артуром.

Нора успела пройти целый квартал и остановилась на перекрестке, когда неожиданно рядом с ней появился Ричард.

Зажегся зеленый свет. Спокойно забрав у Норы зонтик, Ричард взял ее под руку и повел через дорогу, как ни в чем не бывало продолжая прерванный разговор.

— Я не пытаюсь настроить вас против вашего жениха. Просто хочу открыть вам глаза. Еще при первой нашей встрече я сказал вам, что у Форбса тяжелый характер.

— А я сказала вам, что у меня другое мнение. По крайней мере, он не пытается никого опорочить… А если ему и случается ошибиться, то он как честный человек всегда признает свою неправоту.

— Значит, скрывая от вас то, что у него есть ребенок от другой женщины, он поступает честно?

Нора рывком высвободила локоть и резко заявила:

— Я не верю ни слову из вашего рассказа.

— Тогда попробуйте сегодня вечером спросить об этом у него самого.

Это был разумный совет. Только так она сможет разрешить свои сомнения. Но сегодня вечером Артур улетает по делам в Голландию и должен вернуться только завтра. Нора вдруг поняла, что не сможет ждать так долго. Ей не терпелось узнать правду, услышать от Артура подтверждение, что все это чушь.

— Мы недалеко от офиса компании, — сказала она. — Артур сейчас должен вернуться с обеда. Почему бы не поговорить с ним сейчас?

— Действительно, почему бы нет? И не забудьте понаблюдать за выражением его лица.

Нора неожиданно замедлила шаг.

— Проблема в том, что он захочет узнать, от кого я услышала этот рассказ, — проговорила она.

— Можете смело сказать ему, что получили информацию от меня.

Сказать такое означало подписать Ричарду смертный приговор. Как бы ни была недовольна Нора тем, что он не оправдал ее ожиданий, она все же не желала ему зла.

— Нет, не стоит этого делать. У вас возникнут серьезные неприятности.

— Не волнуйтесь на этот счет.

— Но я не хочу, чтобы из-за меня вы потеряли работу.

— Какая неожиданная заботливость! — с иронией сказал он. — Особенно если учесть тот полный враждебности взгляд, которым вы наградили меня перед уходом из ресторана.

— А чего вы ожидали? Вы пытаетесь опорочить человека, которого я… — она хотела сказать «люблю», но почему-то запнулась, — за которого я собираюсь выйти замуж…

Ричард остановился и повернулся к ней. Продолжая держать над ее головой красно-синий зонт, он взял свободной рукой ее за подбородок и заставил смотреть ему в лицо. Снежинки таяли на его волосах и стекали каплями воды по лицу.

— Вы ошибаетесь. «Опорочить» означает сообщить ложные сведения. Все, что я сказал, — правда. И хотя мне не нравятся такие типы, как Форбс, и я не одобряю его поведения, поверьте, это разоблачение не доставляет мне никакого удовольствия. Но я счел необходимым проинформировать вас, пока не поздно.

— Я вижу, вы не жалеете сил, чтобы воспрепятствовать моему браку с Артуром, — язвительно сказала Нора. — Спасибо, но я сама разберусь, что мне делать, и прошу вас оставить меня в покое. — Она резко высвободилась и решительно зашагала вперед.

— Боюсь, это не получится, — торжественно сказал Ричард, догоняя ее.

— Почему?

— Потому что я привык доводить любое начатое дело до конца.

Стиснув зубы и глядя прямо перед собой, Нора ускорила шаг. Ричард невозмутимо шел рядом. Через пару минут они уже входили в здание, где размещался главный офис компании.

Мраморный пол просторного вестибюля был мокрым от капель, стекающих с плащей, зонтов и обуви. Служащие как раз возвращались с обеда. Стряхнув с красно-синего зонтика воду и хлопья еще не растаявшего снега, Ричард сложил его и с серьезным видом протянул Норе. Она холодно поблагодарила и небрежно сунула в одну из корзин, предназначенных для зонтов посетителей.

Нора знала, что кабинет Артура находится на верхнем этаже, рядом с кабинетом отца. Она была уже на полпути к лифту, когда Ричард схватил ее за руку.

— А вы ничего не забыли?

— Ах да, конечно, — едко сказала она и принялась рыться в сумке в поисках кошелька. — Я должна вам за обед.

— Я имел в виду другое. — Его глаза были прикованы к ее лицу. — Вы забыли попрощаться. — Он бросил взгляд в вестибюль и добавил: — Пожалуй, сейчас самый подходящий момент…

Прежде чем Нора догадалась о его намерениях, он взял ее за локти, привлек к себе и накрыл ее губы своими. Захваченная врасплох, она не пыталась сопротивляться. От поцелуя, легкого, но в то же время властного, у нее быстрее забилось сердце и закружилась голова. Когда Ричард выпустил ее и сделал шаг назад, Нора медленно повернула голову и, как сквозь туман, увидела Артура. Он стоял в дверях и смотрел в их сторону.

По выражению его лица было ясно, что он все видел. Более того, догадалась Нора, все было специально подстроено так, чтобы он увидел. Она хотела высказать Ричарду свое возмущение, но язык не слушался ее. В этот момент рядом с ними остановился высокий лысоватый человек, в котором она узнала Чарлза Хаммера, одного из управляющих компании «Харви».

— Мистер Редмонд, — обратился Хаммер к Ричарду, — у вас найдется минутка, чтобы обсудить некоторые вопросы перед сегодняшним совещанием?

— Конечно. Давайте поднимемся в мой кабинет. — Повернувшись к Норе, Ричард вежливо попрощался: — До свидания, мисс Ламберт.

Хаммер и Редмонд направились к лифту. Нора в оцепенении смотрела им вслед. В следующее мгновение рядом с ней возникла мощная фигура Артура. Его лицо было темнее тучи.

— Черт возьми, Нора, ты провоцируешь меня? — воскликнул он, хватая ее за запястье.

— Нет. Я…

— Ты обещала, что не будешь больше встречаться с Редмондом. А сама целуешься с ним на глазах у публики, да еще прямо у меня под носом. Что за игру ты затеяла?

— Отпусти меня, Артур! Мне больно.

Но он стиснул ее запястье еще сильнее.

— Сначала ответь на мой вопрос.

— Отпустите ее. — Негромкий голос Ричарда прозвучал резко как удар хлыста.

— Какого черта?! — возмутился Артур.

— Делайте, что вам говорят, не то я уложу вас на обе лопатки на глазах у всех.

Выпустив руку Норы, Артур повернулся к своему противнику и стиснул кулаки.

— Не делайте глупостей, — предостерег его Ричард тем же негромким голосом. — Не стоит устраивать сцену.

— Что, испугался? — съязвил Артур.

— Вовсе нет. Но я не хочу участвовать в скандале. Я вообще не люблю насилия. Однако, если вы еще раз тронете Нору пальцем, мне придется отбросить щепетильность и преподать вам урок. Понятно? И чтобы прояснить все до конца, отвечаю на ваш вопрос. Она не затевала никаких игр. Она не целовала меня. Это я ее поцеловал. Фактически у нее не было выбора, поэтому ее вины тут нет. Если вам так хочется найти виновного, то это я.

Нора втайне была вынуждена признать, что это не совсем так. Она могла оттолкнуть его, вырваться, залепить пощечину. Но не сделала ничего подобного. Вместо этого она застыла как зачарованная и позволила ему целовать себя. Более того, ей это было приятно.

— А теперь, прошу меня извинить, — продолжил Ричард. — Меня ждет Хаммер. — Он направился к лифту и, обернувшись через плечо, добавил: — Но не забывайте о том, что я сказал.

Артур обнажил крепкие белые зубы и прорычал:

— Ну ты, самоуверенный выскочка…

— Пожалуйста, Артур, — с отчаянием в голосе перебила его Нора. — Давай поднимемся в твой кабинет. Не можем же мы разговаривать в вестибюле.

Не говоря ни слова и явно кипя от ярости, Артур повернулся и пошел к лифту. Нора поспешила за ним. По счастью, Редмонд и Хаммер, по-видимому, успели уехать в другом лифте.

Когда они поднялись на верхний этаж и вошли в приемную, Артур резким тоном дал седовласой секретарше указание не беспокоить их. Видимо, она привыкла к его манерам, потому что в ответ спокойно спросила:

— Вы не забыли, что в половине третьего у вас в кабинете совещание?

— Нет, не забыл, — отрезал он.

Просторный кабинет Артура был обставлен с бросающейся в глаза роскошью. Дорогой ковер на полу, огромный письменный стол, встроенный бар.

Нора бросила на журнальный столик свою сумку, сняла плащ и опустилась в одно из больших кожаных кресел. Артур предпочел сесть за письменный стол. Видимо, на этом месте он чувствовал себя спокойнее.

Пока Нора обдумывала, с чего бы начать разговор, Артур сердито сказал:

— Почему ты нарушила свое обещание не видеться с Редмондом?

— Я не нарушала обещания, — возразила Нора, стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно. — Во всяком случае, намеренно…

— Тогда как вы оказались вместе?

— Я зашла пообедать в греческий ресторанчик недалеко отсюда, он называется «Миленис». Пока я просматривала меню, неожиданно появился он и сел за мой столик.

— В Лондоне множество ресторанов, а он случайно пришел именно в этот? Какое поразительное совпадение! — недоверчиво сказал Артур.

— Ну, может, это не совсем совпадение. Когда он гостил у нас в Чеддингтоне, я упоминала о том, что часто обедаю в «Миленисе» и что там вкусно и дешево.

— Значит, он пришел туда с намерением увидеть тебя?

— Не знаю, намеренно или нет, — солгала Нора, пытаясь выгородить Ричарда. — Может быть, он просто хотел недорого пообедать…

— А почему ты не рассталась с ним после обеда?

— Вообще-то я ушла из ресторана первой. Он догнал меня на перекрестке, и остаток пути мы прошли вместе.

— А почему ты пошла сюда, а не к себе на работу?

— Хотела тебя увидеть. Мне надо поговорить с тобой.

— Неужели этот разговор нельзя было отложить до завтрашнего вечера?

— Нет, нельзя, — решительно сказала Нора. — Это очень важно.

— Какого черта этот Редмонд пристает к тебе? — воскликнул Артур, не обращая внимания на ее слова.

— Вообще-то я не могу сказать, что он пристает… — возразила Нора. — Я собиралась подняться к тебе в кабинет, когда он остановил меня. Он сказал, что я ушла не попрощавшись. И… и поцеловал меня.

— А он не боялся, что я это увижу?

— Напротив, — сухо сказала она и тут же пожалела о своих словах.

— Хочешь сказать, что он сделал это нарочно, чтобы позлить меня? — взвился Артур.

— Боюсь, что да.

— Он об этом еще пожалеет. После того как он попытался сделать из меня идиота на глазах у всех…

— По-моему, он попытался помешать тебе сделать из себя идиота, — необдуманно сказала Нора.

Ну почему сегодня язык отказывается ей повиноваться!

— Почему ты все время его защищаешь? — раздраженно спросил Артур.

— Я его не защищаю. Но не забывай: ты пообещал, что не будешь предпринимать никаких действий против Редмонда. Это было одним из условий, на которых я согласилась передвинуть срок свадьбы.

— Не хочешь ли ты сказать, что из-за этого типа ты собираешься снова перенести дату?

Нора вздохнула. Чем дольше продолжается этот разговор, тем сильнее раздражается Артур. Видимо, защищать Ричарда бесполезно. В конце концов, он сам напросился на неприятности.

— Нет, я не собираюсь переносить дату свадьбы, — сказала она. — Но я хочу, чтобы ты сдержал свое обещание. — Заметив, что выражение карих глаз жениха смягчилось, она добавила: — Пожалуйста, Артур, давай оставим эту тему и поговорим о том, зачем я пришла.

Он раздраженно повел плечами.

— Хорошо. Ты сказала, что это дело нельзя отложить до завтра. Как я догадываюсь, оно связано с подготовкой к свадьбе?

— Не совсем. — Нора нервно облизнула губы. — Ты сказал мне, что после разрыва с женой и до знакомства со мной у тебя никого не было.

Артур промолчал.

— Это так? — спросила Нора.

— Да, это так, — сухо подтвердил Артур.

— И ты не был обручен с другой девушкой?

— Обручен? Нет, конечно нет. К чему ты клонишь?

— Я слышала, что в твоей жизни была другая женщина…

— Послушай, Нора, после развода с женой единственная женщина для меня — это ты. Если речь идет о Шейле, то это было случайное знакомство на один вечер. И ты знаешь, почему это произошло.

— Нет, я говорю не о Шейле.

— Тогда в чем же дело? — нетерпеливо спросил он.

— Мне сказали, что после развода ты жил с другой женщиной и что у нее ребенок от тебя.

— Что? — Он вскочил на ноги. — Где ты услышала эту нелепую историю?

— Неважно где. Это правда?

— Разумеется, нет!

У Артура был такой расстроенный вид, что Нора поверила ему.

— В таком случае, извини, — с раскаянием в голосе сказала она.

Он покачал головой.

— Я не виню тебя за то, что ты поверила сплетням, особенно после истории с Шейлой. Я сам виноват. В прошлом я слишком легко вел себя по отношению к противоположному полу, но я клянусь, что после нашей свадьбы не буду даже смотреть на других женщин. Мне нужна только ты. Когда ты станешь моей женой, я буду самым счастливым мужчиной на свете.

Он вышел из-за стола и, подойдя к Норе, наклонился и поцеловал ее.

Что ж, Артур ответил на мой вопрос, сказала себе Нора. Она услышала именно то, что хотела услышать. Теперь она может выходить за него замуж. И все же в глубине души у нее оставались сомнения. Артур был искренен и убедителен. Но и Ричард почти убедил ее в том, что у жениха есть тайная подруга!

— А где ты услышала об этом? — спросил Артур, прерывая ее размышления. — Я очень хочу это знать.

Она покачала головой.

— Это не важно.

— Для меня это очень важно. Черт, Нора, кто рассказал тебе об этом? Видимо, кто-то хочет расстроить нашу свадьбу… — Глядя на его оцепеневшее лицо, Нора поняла, что он догадался. — Редмонд! Кто же еще? Это он, не так ли? Я должен был сразу понять… Ну что ж, на этот раз он перешел все границы. Я покажу ему, кто здесь босс! Я добьюсь его увольнения во что бы то ни стало!

Нора прикусила губу. Она была уверена, что Ричард не сам придумал всю эту историю. Скорее всего, он получил ложную информацию от кого-то из деловых соперников Артура, которые пытаются скомпрометировать его в глазах новых американских партнеров. Значит, Ричард не виноват.

— А ты не торопишься с выводами? — спросила она невинным тоном.

— Хочешь сказать, что это не Редмонд?

— Он ведь совсем недавно приехал из Штатов. Откуда ему знать местные сплетни?

— Но если это не он, то кто же?

— Как я уже сказала, это не важно. Давай забудем об этом. — Видя, что Артур все еще хмурится, Нора поспешила улыбнуться и перевести разговор на другую тему. — Кажется, у тебя совещание в половине третьего?

— Да. — Он посмотрел на часы. — Осталось десять минут.

— Тогда я лучше пойду, — сказала Нора и встала.

Артур обнял ее и улыбнулся. Его лицо сразу преобразилось. Когда он так обаятельно улыбался, было совсем не трудно понять, почему женщины влюбляются в него. Чувствуя приятное возбуждение, Нора охотно ответила на его поцелуй.

— Как чудесно! — пробормотал он, целуя ее снова.

Через неделю они поженятся, подумала Нора. И как только они станут мужем и женой, натянутость, отравлявшая их отношения в последние дни, исчезнет. Им будет хорошо вместе…

Артур со вздохом выпустил ее из объятий и, многозначительно взглянув на кожаный диван, с сожалением сказал:

— Как не вовремя это совещание! Но отменять его слишком поздно.

Намек Артура привел Нору в замешательство. Нет, она не готова заниматься этим у него в кабинете, даже если бы никакого совещания не было. Она поспешно надела плащ, взяла сумку и поспешила к двери.

— Если самолет не опоздает, я буду у тебя завтра вечером в половине седьмого, — сказал ей вслед Артур.

— Хорошо.

Она с улыбкой обернулась и, перед тем как закрыть за собой дверь, послала ему воздушный поцелуй.

Продолжая улыбаться, Нора вышла в коридор и свернула за угол к лифтам. Но в следующую секунду улыбка исчезла с ее губ. Рядом с дверью лифта, небрежно прислонясь к стене, стоял Ричард и внимательно наблюдал за ней.

— Вы что, не нашли ничего лучшего, чем подкарауливать меня? — сердито спросила она.

Он удивленно приподнял брови.

— Вы уверены, что я подкарауливаю вас?

— А иначе что вы делаете в коридоре?

— Допустим, собираюсь на совещание в кабинет Форбса.

— Это правда?

— Я действительно собираюсь туда пойти. Но должен признаться, что на самом деле я поджидаю вас, чтобы узнать, чем закончился ваш разговор с Форбсом.

Нора нажала на кнопку и надменно сказала:

— Поскольку у меня нет намерения отчитываться перед вами, вам лучше заняться своими делами и не тратить понапрасну рабочее время.

В его глазах мелькнули веселые искорки.

— Вы говорите как дочь босса.

— А я и есть дочь босса, — язвительно напомнила она.

Подошел лифт, и Нора, даже не удостоив Ричарда прощальным взглядом, шагнула в пустую кабину. Он вошел следом и нажал кнопку.

— Я думала, вы идете на совещание, — резко сказала она.

— В жизни есть более важные вещи, чем совещания.

— Остается только надеяться, что мистер Хаммер согласен с вами, — холодно заметила Нора.

— Я в этом уверен. Он славный человек, и у нас с ним почти не бывает разногласий. Он все время прикрывает меня.

— Буду рада, если вам это поможет.

— Хотите сказать, что Форбс охотится за мной?

— Хочу сказать, что вам не следует больше рисковать.

Лифт остановился, и двери открылись. Уже сделав шаг наружу, Нора поняла, что это не вестибюль, а третий этаж. Она хотела было вернуться в кабину, но Ричард, крепко обхватив за талию, повел ее по коридору и буквально втолкнул в небольшой скромный кабинет.

— Что вы делаете? — возмутилась она. — У меня нет времени на дурацкие шутки.

— Никаких шуток. Только серьезный разговор.

— В половине четвертого у меня деловая встреча, — холодно сообщила Нора.

— Тогда у нас куча времени. Когда мы закончим, я вызову вам такси, — сказал Ричард. — И даже заплачу за него.

Он стоял, преграждая путь к двери, и, хотя вид у него был небрежный, Нора поняла, что он не выпустит ее, пока не узнает то, что хотел узнать.

— Почему бы вам не сесть? — вежливо предложил он.

Нора знала, что, если она сейчас пошлет его к черту и просто уйдет, он вряд ли станет удерживать ее. Но почему-то, вместо того чтобы сделать это, она послушно опустилась на плетеный стул.

Ричард присел на край письменного стола.

— Ну и как все прошло?

— Что прошло?

— Когда вы шли по коридору, вы лучезарно улыбались.

— А что, это запрещено?

— Нет, но из этого я делаю вывод, что либо вы так и не осмелились задать Форбсу вопрос, либо он все отрицал.

— Вас это не касается.

— Мне необходимо это знать.

Нора упрямо молчала.

Подождав немного, Ричард со вздохом сказал:

— Ладно, если вы мне не расскажете, придется спросить у Форбса.

— Напрасно надеетесь, что он вам скажет, — фыркнула Нора.

— Возможно, скажет. А если нет, я готов выбить из него это.

Негромкая угроза могла показаться шуткой, но Нора поняла, что Ричард действительно готов привести ее в исполнение.

— Может быть, легче выбить это из меня? — ехидно спросила она.

— Я никогда в жизни не бил женщин и не имею желания начинать. Хотя есть, пожалуй, более приятные способы…

Секунду спустя он склонился над ней, пристально глядя на ее губы.

При мысли о том, что он сейчас поцелует ее, Нору охватила паника.

— Не надо! Не смейте прикасаться ко мне… Хорошо, я все расскажу…

— Боже мой, — проговорил Ричард, — если бы я знал, насколько эффективен этот метод, я бы применил его раньше.

— А я-то думала, что только Артур умеет запугивать, — с горечью заметила Нора.

Ричард мрачно улыбнулся.

— Вспоминая ваше счастливое лицо, я могу предположить, что он умеет лгать.

— Я ему верю, — надменно заявила Нора.

— Если вы потрудитесь передать мне его слова, я сам сделаю выводы.

— Он полностью все отрицает, — сказала Нора.

— И вы ему поверили? Подумайте, Нора, он лгал вам раньше и продолжает обманывать сейчас.

Сомнения снова шевельнулись в душе Норы. Чтобы подавить их в зародыше, она резко встала со стула, заставив Ричарда невольно отступить на шаг назад.

— Вы зря теряете время, — холодно сказала она. — И я прошу вас больше не вмешиваться в мою жизнь и в дела Артура. Честно говоря, вам было бы лучше вернуться в Штаты. А теперь, если не возражаете, я хочу уйти.

— Вам вызвать такси?

— Нет, не надо.

Взяв сумку, она пошла к выходу.

Ричард каким-то образом оказался у двери раньше, чем она. Сначала Нора подумала, что он хочет помешать ей уйти, однако он с вежливой улыбкой приоткрыл дверь.

— До свидания, мисс Ламберт.

— Прощайте, мистер Редмонд.

— Минуточку, я забыл кое о чем…

Она остановилась и обернулась.

Дверь быстро захлопнулась. Через долю секунды сумка Норы со стуком упала на пол. Прижав ее руки к бокам, Ричард завладел ее ртом.

Нора попыталась оказать сопротивление, но безрезультатно. Она хотела ударить его по ноге, но едва не потеряла равновесия. Сначала это был поцелуй в наказание — жесткий, сердитый, но затем последовала череда легких щекочущих прикосновений, которые ласкали, кружили голову, возбуждали. Ричард легонько прикусил ее нижнюю губу. От неожиданности Нора ахнула и невольно приоткрыла рот. Он мгновенно воспользовался этим. Теплая волна захлестнула ее, заставляя забыть обо всем на свете.

Когда Ричард выпустил ее из объятий, она не сразу пришла в себя. Он наклонился, поднял с пола сумку и протянул Норе. Мгновение спустя раздался короткий стук в дверь, и в кабинет заглянула молоденькая секретарша. Удивленно посмотрев на них, она сказала:

— Извините, что беспокою вас, мистер Редмонд, но мистер Хаммер просил напомнить вам о совещании.

— Спасибо, Лиз. Передайте ему, что я буду с минуты на минуту.

Девушка повернулась, чтобы идти, но замешкалась в коридоре, явно снедаемая любопытством.

— До свидания, мисс Ламберт, — официальным тоном попрощался Ричард. — Огромное спасибо за помощь. Позвольте проводить вас. — Дьявольски лукавый блеск в его глазах совершенно не вязался с нарочито церемонными манерами.

Стиснув зубы, Нора прошла мимо него и, не дожидаясь лифта, сбежала по лестнице в вестибюль. Отыскав свой зонтик, она вышла на улицу и, ежась от порывов ледяного ветра, принялась ловить такси. Это был единственный шанс не опоздать на деловую встречу.

Ричард приблизился к ней и остановился за ее спиной. Нора вздрогнула и напряглась, собирая силы для сопротивления. Он легко коснулся губами нежной кожи на ее затылке, потом начал вынимать шпильки, удерживающие тугой узел волос. Темные шелковистые пряди свободно рассыпались по плечам.

— Не надо, — взмолилась Нора. — Не надо прикасаться ко мне. Я не хочу этого.

— Ах ты моя прелестная лгунья, — проговорил он, целуя ее в плечо у основания шеи. — Я ведь знаю, что на самом деле именно этого ты и хочешь.

Он обнял ее, затем передвинул ладони слегка вперед и вверх, так что большие пальцы коснулись нижних половинок грудей. Сквозь тонкий крепдешин блузки Нора чувствовала приятное возбуждающее тепло его рук. Она застыла в нерешительности, не зная, какую тактику защиты лучше выбрать: открытое сопротивление или демонстрацию полного равнодушия.

Решив, что лучше притвориться бесстрастной, она застыла, стараясь не реагировать на щекочущие прикосновения его губ к своей шее. Полностью поглощенная этим пассивным сопротивлением, Нора не заметила, когда и как проворные пальцы успели расстегнуть ее блузку. Она спохватилась только в тот момент, когда теплые ладони обхватили ее груди, защищенные лишь крохотными кусочками атласа и кружев.

Это была неожиданная и очень серьезная опасность. Легонько потирая большими пальцами соски, он прошептал, щекоча губами ей ухо:

— Зря притворяешься. Я отлично знаю, что тебе не все равно. Я слышу, как стучит твое сердце и как часто ты дышишь.

— Это от отвращения, — хрипло проговорила Нора.

Ричард рассмеялся.

— Мне нравится, когда женщина слегка сопротивляется.

— Если вы сию же минуту не уберете руки, узнаете, что значит настоящее сопротивление.

— Осторожнее, — предупредил он. — Ничто так не воспламеняет мужчину, как борьба.

Решив, что он сказал это только для того, чтобы добиться от нее полной покорности, Нора резко повернулась к нему лицом и занесла руку для пощечины.

Но ударить не успела, потому что Ричард схватил ее за запястье. Она непроизвольно охнула от боли, и он сразу же ослабил давление.

— Прости, я забыл про этот синяк. — Затем, легко удерживая ее руку, он подставил щеку. — Можешь ударить, если от этого тебе полегчает.

Насмешливая улыбка, с которой он произнес эти слова, была подобна спичке, поднесенной к бочке с порохом.

— Несомненно, полегчает, — сказала Нора, притворно-сладко улыбаясь в ответ. И, замахнувшись левой рукой, со всей силы залепила ему пощечину.

Удар, звук которого напомнил выстрел, был таким сильным, что голова Ричарда резко отклонилась в сторону. На мгновение они оба замерли. Затем, увидев, что Ричард медленно поднимает руку, Нора испуганно отпрянула.

Заметив ее непроизвольное движение, Ричард успокаивающе сказал:

— Все в порядке. — Он осторожно потрогал щеку. — Я просто оцениваю степень повреждения.

Потрясенная до глубины души, сожалея, что позволила себе эту вспышку гнева, она поспешно проговорила:

— Простите. Я не должна была делать этого.

— Я сам напросился. Правда, ты застала меня врасплох…

Воспользовавшись моментом, Нора принялась торопливо застегивать блузку.

— Я ожидал удара с правой руки, — продолжил он, — но никак не с левой. Оказывается, ты отлично владеешь обеими.

В его голосе не было никакой угрозы, только удивление. Нора вздохнула свободнее. Видимо, опасность миновала.

Она победила.

Заправив блузку в юбку, она проговорила, стараясь, чтобы голос звучал как можно увереннее и спокойнее:

— Теперь, когда вы поняли, что я не из тех женщин, с которыми можно шутить, позвольте мне надеть плащ и уехать.

— Моя милая Нора, — сказал он с дьявольской улыбкой, — ты выиграла лишь небольшую стычку, но не все сражение.

При всем желании она бы не успела среагировать на угрозу, прозвучавшую в его голосе. Она не поняла, как это произошло. Одно молниеносное движение, и она оказалась лежащей на спине, на ковре из белоснежной овчины, придавленная сверху тяжестью его веса.

На секунду Нора замерла от неожиданности, потом начала бороться. Ричард осторожно отвел ее руки за голову и крепко прижал их к ковру. Нора продолжала отчаянно извиваться, потом вдруг поняла, что сопротивление и в самом деле разжигает желание, причем не только в нем, но и в ней самой, и затихла.

— Ладно, — с улыбкой сказал Ричард. — Если за пять минут не смогу добиться от тебя признания, что ты хочешь меня, я оставлю тебя в покое.

Он взял свободной рукой ее за подбородок, наклонил голову и нежно поцеловал. Нора стиснула зубы, и тогда он начал покрывать легкими, как прикосновение бабочки, поцелуями ее щеки, виски, закрытые веки. Когда он снова коснулся губ, ей пришлось удвоить усилия, чтобы удержать рот закрытым и не допустить вторжения внутрь.

Если бы его поцелуи были жесткими, требовательными, ей было бы гораздо легче сопротивляться. Но эти нежные ненавязчивые прикосновения обманывали, завлекали, обещали наслаждение.

Когда он обвел кончиком языка контур ее губ, Нора невольно затрепетала. Тем временем медленно и неторопливо он снова расстегнул на ней блузку, распахнул ее и уткнулся лицом в ложбинку между грудями.

— Не надо, пожалуйста не надо, — прошептала Нора, чувствуя его влажное дыхание на своей груди.

Мгновение спустя он нащупал впереди застежку бюстгальтера, расстегнул и получил свободный доступ к темно-розовым соскам. Когда он принялся ласкать их ртом и пальцами, Нора не выдержала и застонала от почти невыносимого наслаждения.

Ричард протянул руку вниз и снял с нее туфли, потом провел рукой вдоль затянутой в нейлон стройной ноги, до округлого колена и выше, пока не нащупал участок голой кожи над кружевной резинкой чулка. Задержавшись там на мгновение, он продвинул руку еще дальше и коснулся выреза атласных трусиков. Кончики пальцев пробежали вдоль выреза вверх, почти до талии, и затем снова спустились вниз, лаская внутреннюю поверхность бедра.

Нора чувствовала, что побеждена. Все ее тело горело огнем, дышало желанием. Все потеряло смысл, кроме этого мужчины и того, что он делал с ней. Не было ни прошлого, ни будущего, только настоящее, то, что происходило здесь и сейчас, порождая всепоглощающую, захлестывающую страсть.

Но, вместо того чтобы удовлетворить эту страсть, Ричард неожиданно убрал руку.

Нора вдруг поняла, что свободна, а Ричард стоит над ней и смотрит на нее. Когда она перевела затуманенный непонимающий взгляд на его лицо, он протянул ей руку и помог подняться. Она встала, слегка споткнувшись, и он схватил ее за плечи, помогая удержаться на ногах.

— Ричард, я…

Она обвила его руками за шею и прижалась к нему всем телом в безмолвной мольбе.

— Произнеси это вслух, — сказал он.

— Я хочу тебя, — хрипловато прошептала она.

— Тогда сначала уберем это.

Ричард снял с ее пальца обручальное кольцо и небрежно бросил его на каминную полку. Потом начал неторопливо, с наслаждением раздевать ее. Когда юбка, блузка, шелковая нижняя юбка и бюстгальтер оказались в куче на полу и Нора осталась в чулках и трусиках, он обхватил ладонями ее бедра и наклонил голову, чтобы снова коснуться языком жаждущих ласки сосков.

— Пожалуйста… — в агонии прошептала она.

Выпрямившись, он снял с себя туфли и носки, стянул через голову свитер, потом взял Нору за руки и подвел ее пальцы к ремню своих брюк.

Никогда до этого ей не приходилось раздевать мужчину. Нетерпение только мешало, и она с большим трудом расстегнула пряжку. Сжалившись над ней, Ричард сам довершил остальное.

Он был удивительно изящно и пропорционально сложен. Под гладкой загорелой кожей проступали крепкие тренированные мышцы.

— Дай мне посмотреть на тебя, — сказал он.

Нора послушно сняла трусики, затем, опираясь рукой о его плечо, стянула сначала один чулок, потом другой. Теперь они, совершенно нагие, стояли и смотрели друг на друга, не испытывая ни капли смущения, но только радость созерцания природной красоты человеческого тела.

— Ты прекрасна, — почти благоговейно проговорил он.

— Ты тоже, — хрипло прошептала она.

Он взял ее за руки и привлек к себе, плоть к плоти. Нетерпение куда-то ушло, и несколько мгновений Нора стояла, закрыв глаза, положив голову ему на плечо, довольная уже этой простой близостью. Тепло и чистый мужской запах его кожи были такими приятными, знакомыми и родными. Как будто она вернулась домой после долгого блуждания в чаще.

Взяв рукой за подбородок, Ричард повернул к себе ее лицо и нежно поцеловал. Это было лишь легкое прикосновение губ, но оно имело для Норы гораздо более глубокий смысл. Теперь она уже не сомневалась, что любит этого мужчину. Любит с того самого момента, когда их взгляды впервые встретились.

Их встреча была предрешена судьбой.

Слегка отстранившись, Нора улыбнулась и зачарованно коснулась рукой его щеки. Потом провела пальцем по подбородку, очертила контур рта — аскетического и чувственного одновременно. Ричард взял ее за руку и начал целовать кончики пальцев, лаская их языком и слегка посасывая. Что-то сладко заныло у нее внутри, и желание вспыхнуло с новой силой.

Почувствовав ее порыв, Ричард протянул руку и выключил торшер. Теперь комнату освещал только теплый колеблющийся свет камина.

Он привлек ее к себе и поцеловал — на этот раз страстно, нетерпеливо. Она обвила руками его шею и приоткрыла губы. Не разнимая объятий, они мягко опустились на ковер из овечьей шкуры.

Этот простой факт объяснял все — почему Ричард соблазнил ее в первый раз, зачем поцеловал на глазах у Артура прямо в вестибюле главного здания компании, для чего заманил в Оукхилл…

Короче говоря, это объясняло, почему он так упорно стремился расстроить ее свадьбу с Артуром. Все это делалось ради той женщины, которую он любит. Стало понятным даже то, почему Кэтрин Беннет так охотно помогала ему.

Словно железная рука стиснула сердце Норы, выдавливая из него жизнь.

— Что ты думаешь о Тине?

Вопрос Ричарда отвлек Нору от печальных размышлений.

— Какая разница, что я о ней думаю? — устало сказала она.

— Для меня это важно.

Нора вздохнула и честно ответила:

— Она показалась мне очень юной, нежной и удивительно невинной.

— Тина действительно такая. Ей было всего восемнадцать, когда Форбс соблазнил ее. Она тогда только-только устроилась на работу в компанию, на какую-то мелкую должность. Глупышка влюбилась в него и поверила его обещаниям жениться на ней. Когда оказалось, что она беременна, ей пришлось уйти с работы. Форбс снял для нее этот дом и даже пригласил няню, которая приходит по утрам и помогает ухаживать за ребенком. Честно говоря, мне очень обидно за Тину. Она заслуживает лучшего… — Он немного помолчал, потом продолжил: — Поверь мне, Тина и Кэтрин очень сожалеют, что причинили тебе боль. Они согласились на мой план только потому, что Тина очень боится, что Форбс бросит ее и ребенка, а Кэтрин сочувствует ей. Я надеюсь, ты сможешь простить меня.

— Наверное, мне следует даже поблагодарить тебя.

Уловив в ее словах иронию, Ричард нахмурился.

— Ты уже решила, что будешь делать дальше? — спросил он после некоторого молчания.

— Верну Артуру его кольцо, — без колебаний сказала Нора.

У Ричарда вырвался вздох облегчения.

— Я боялся, что он попытается отговорить тебя от этого… Но, поскольку ты пробыла наверху меньше минуты, видимо, он либо не пытался оправдываться, либо ты не стала его слушать.

— На самом деле он меня даже не видел. Он спал.

— В таком случае это избавляет Тину от лишних проблем. Она ужасно переживала, что ей придется как-то объяснять твое появление там… Или ты намерена все рассказать Артуру, когда будешь возвращать кольцо?

— Нет, я не собираюсь ничего рассказывать. Я только скажу ему, что знаю, что он лгал мне. И на этом между нами все будет кончено. Надеюсь, эта девушка будет счастлива с Артуром. Теперь я понимаю, что я была бы с ним несчастна.

Несмотря на все усилия Норы, в ее голосе прозвучали жалобные нотки.

Ричард протянул руку и успокаивающе сжал ее ладонь.

— Я обещаю, что ты получишь свою долю счастья.

Вряд ли, подумала Нора, учитывая, что человек, которого она любит, использовал ее, чтобы помочь женщине, которую он любит.

Сделав глубокий судорожный вдох, она проговорила:

— Скажи мне вот что…

Она замолчала, не зная, как лучше сформулировать мысль. Ричард бросил на нее короткий взгляд.

— Что ты хочешь узнать?

— То, что ты вернулся в Англию в составе представителей «Харви», случайность или нет?

— Это не случайность.

— То есть ты приехал с намерением предотвратить мой брак с Артуром?

— Можно сказать и так.

— Ну что ж, твоя миссия выполнена, — с дрожью в голосе сказала Нора. Потом озабоченно добавила: — Но в ходе этого дела ты потерял работу… Правда, быть может, руководители «Харви» позволят тебе работать у них в Штатах?

— Несомненно, позволят. Но, поскольку я только что приобрел Оукхилл, я не собираюсь возвращаться в Штаты. И потом, я надеюсь жениться в скором времени.

— Да, разумеется, — холодно сказала Нора.

— Кажется, ты этому не рада, — заметил Ричард, скосив на нее глаза.

— Я просто подумала о том, что тебе как семейному человеку понадобится работа, — сказала она, проигнорировав его замечание. — Что, если я заставлю Артура взять тебя обратно?

— Интересно, каким способом? — ледяным тоном поинтересовался Ричард.

— Не тем, о котором ты подумал.

— Я рад этому. Иначе мне пришлось бы свернуть Форбсу шею. Тогда каким же?

— Небольшой шантаж.

— Мне трудно представить тебя в роли шантажистки, — с улыбкой сказал Ричард, — но твое предложение меня заинтриговало. Продолжай, пожалуйста.

— Я могу спасти его гордость, сказав отцу и всем остальным, что мы отменили свадьбу, так как поняли, что не подходим друг другу… И пригрожу ему, что, если он не восстановит тебя на работе, я расскажу всю правду о причинах нашего разрыва.

Ричард расхохотался.

— Просто, но, полагаю, очень эффективно. — Дотянувшись до ее руки, он поднес ее к своим губам и поцеловал в ладонь. — Спасибо, любимая, я очень признателен тебе. Но в этом нет необходимости. Я не собираюсь работать на Форбса.

Потрясенная ласковым обращением, Нора прикусила губу. Если бы она действительно была его любимой…

Подсознательно она желала этого с того самого момента, как они встретились. Это произошло так недавно, всего неделю назад, но за эти дни Ричард полностью перевернул ее жизнь.

И надо признать, к лучшему.

Если бы она вышла замуж за Артура, она повторила бы судьбу своей матери. Брак с Джозефом Ламбертом не принес Беатрис счастья. Нора давно поняла это.

Ричард спас ее от такой горькой участи, и она должна быть благодарна ему за это. Лучше вообще не выходить замуж, чем иметь такого мужа, как Артур.

Хотя дело даже не в Артуре и его юной любовнице, а в том, что сама Нора полюбила другого. Она встретила человека, который мог бы дать ей тепло и счастье, и отчаянно завидовала Кэтрин Беннет, которая получит все это. От этой мысли сердце Норы готово было разорваться на части.

Зависть не слишком приятное чувство, напомнила она себе. Видимо, Кэтрин Беннет заслужила свое счастье и после первого неудачного брака теперь получит любящего и заботливого мужа.

Что же, попыталась успокоить себя Нора, у нее не будет семьи, но зато есть работа, которой она сможет отдавать все свое время. Но почему-то впервые в жизни мысль о работе не улучшила ее настроения.

Как и всегда в вечерние часы пик, тем более в пятницу, улицы были забиты автомобилями. Уже подъезжая к Челси, они попали в пробку. Ричард включил радио. Слушая негромкую музыку, Нора откинула голову назад и закрыла глаза. Незаметно она задремала и очнулась только тогда, когда услышала голос Ричарда:

— Ну вот мы и приехали.

Открыв глаза, она увидела, что они действительно подъехали к многоэтажному дому, где она снимала квартиру. Ричард повернул к въезду в подземный гараж.

— Надо было оставить машину на уличной стоянке, — сказала Нора. — Сюда тебя не пустят.

— Почему это?

— Потому что этот гараж только для постоянных жильцов. Видишь впереди шлагбаум? Нужен пропуск.

— Нет проблем.

Ричард извлек откуда-то пропуск, предъявил дежурному и через несколько секунд поставил машину на одно из пронумерованных мест. Поймав озадаченный взгляд Норы, он спросил:

— Я что-то сделал не так?

— Эти места для постоянных жильцов, — сказала она.

— Правильно. И, поскольку я здесь живу, это место закреплено за моей машиной.

— Что-что? — непонимающе переспросила Нора.

— Я сказал, что я здесь живу и это мое место.

— Но в этом доме живу я, — возразила она.

Он изобразил на лице крайнее удивление.

— Неужели? Значит, мы соседи.

— Ты можешь говорить серьезно? — возмутилась она.

— Я абсолютно серьезен. — Он вышел из машины и открыл дверцу, помогая выйти Норе.

Пока они шли к лифтам, она попыталась разобраться в чем дело.

— Каким образом ты здесь поселился?

— Самым обычным. Одна из квартир была свободна, и я арендовал ее на некоторое время.

Все это очень странно, решила Нора. Неужели во всем Лондоне не нашлось другой подходящей квартиры?

— И на каком же этаже ты живешь?

— На том же, что и ты.

— Сейчас ты мне скажешь, что твоя квартира рядом с моей.

— К сожалению, нет. В противоположном конце коридора.

Лифт остановился на седьмом этаже. Они оба вышли, и Ричард пошел следом за Норой.

— Ты ведь, кажется, живешь в другом конце коридора?

— Да, — нисколько не смутившись, подтвердил он.

Дойдя до двери ее квартиры, он подождал, пока она найдет в сумке ключи, и, взяв их у нее, открыл дверь.

— Спасибо. — Собрав все свое самообладание, Нора проговорила: — Боюсь, мы больше не встретимся, разве что случайно. Всего доброго. — Она протянула руку для рукопожатия.

— Как официально, — с мягкой усмешкой сказал Ричард.

Не обращая внимания на протянутую руку, он взял Нору за подбородок и поцеловал в губы.

Этот пылкий и властный поцелуй, подразумевающий серьезные намерения и требующий ответа, совершенно сбил Нору с толку. Когда Ричард наконец оторвался от ее губ, она подняла отяжелевшие веки и посмотрела на него затуманенными глазами.

Обняв Нору за талию, он подтолкнул ее внутрь и закрыл за ними дверь.

— Зачем был нужен прощальный поцелуй, если ты собирался войти? — охрипшим голосом спросила Нора, когда они прошли через тесную прихожую в гостиную.

— Этот поцелуй вовсе не был прощальным. Просто я воспользовался возможностью поцеловать тебя. — Хитровато глядя на нее из-под полуопущенных ресниц, он добавил: — Мне нравится тебя целовать.

Нора понимала, что не должна поощрять его легкомысленное поведение, но не смогла сказать ни слова в знак осуждения.

Оглядев гостиную, Ричард пренебрежительно заметил:

— Все эти квартиры похожи одна на другую. Достаточно удобны, но при этом одинаково невзрачны.

Его замечание возмутило Нору. Она еще не пришла в себя после поцелуя, а он говорит о каких-то прозаических вещах, да еще в таком тоне!

— Ты пришел сюда, чтобы критиковать мою квартиру? — едко спросила она.

— Конечно нет. Есть более важные дела… Ты сказала, что Форбс обещал приехать к тебе в половине седьмого? Значит, он будет с минуты на минуту…

— Ты ведь не собираешься оставаться здесь до его прихода? — с подозрением спросила она.

— Собираюсь.

Предчувствуя неприятности, Нора воскликнула:

— Нет, лучше уходи! Пожалуйста!

— Если ты настаиваешь, я не буду показываться ему на глаза, но одну я тебя не оставлю.

— В твоем присутствии нет никакой необходимости.

— А что, если Форбс потеряет голову и решится применить силу, чтобы получить желаемое?

Об этом Нора не подумала.

— Нет, это невозможно, — прошептала она.

Почувствовав ее сомнения, Ричард серьезно спросил:

— Ты в этом уверена?

Уверена ли она? Нора не успела ответить, потому что раздался звонок в дверь.

— Оставайся здесь, — шепотом сказала она Ричарду.

Она вышла в прихожую, закрыла дверь в гостиную и только потом открыла входную дверь. На пороге стоял Артур, как всегда элегантный, в отлично сшитом деловом костюме темно-серого цвета. Несколько опешив от того, что Нора не пригласила его войти, он наклонился, чтобы поцеловать ее. Она резко отвернула голову, так что губы Артура лишь слегка задели ее щеку.

— В чем дело? — недовольно спросил он.

Нора сняла с пальца обручальное кольцо и молча протянула ему.

— Что происходит, черт возьми? Почему ты возвращаешь мне кольцо?

— Я разрываю помолвку, — решительно сказала Нора.

— Не говори глупостей. Через неделю у нас свадьба.

— Свадьбы не будет. Можешь сказать всем, что мы не подходим друг другу и, к счастью, вовремя это обнаружили.

— Не подходим друг другу? С чего ты это взяла? Послушай, дай мне войти. Нам надо поговорить.

— Нам не о чем разговаривать. Или ты хочешь рассказать мне, где был сегодня после обеда? — Заметив, что он побледнел, она добавила: — Нет, вряд ли ты захочешь рассказывать об этом.

— Не будь идиоткой, Нора, — взорвался он, — ты отлично знаешь, что я был в командировке.

— Утром, возможно, да, но после обеда ты навещал свою любовницу.

— Кто наплел тебе такую чушь?

— Это правда, и ты это знаешь.

— Поверь мне…

— Ты напрасно споришь, Артур. Я знаю, что ты был в доме на Гринфилд-лейн. И знаю, кто там живет…

Лицо Артура сделалось багрово-красным.

— Ты что, следила за мной? — спросил он, хватая ее за руку.

Нора поморщилась от боли, но промолчала.

— Хорошо, я готов признать, что действительно был там. Но после нашей свадьбы с этим будет покончено…

— Я уже слышала это, Артур, — сказала она, рывком высвобождая руку. — Я не верю тебе. Лучше уходи.

— Если ты готова простить и забыть, я клянусь…

В его словах звучало искреннее раскаяние, и Нора почувствовала угрызения совести. Она ведь тоже не хранила ему верность…

— Не надо клятв. Я готова простить и забыть, но я не готова стать твоей женой.

— Послушай, Нора, я не хотел тебя обманывать…

— Дело не только в этом. Я поняла, что сделала ошибку. Я не люблю тебя и потому не могу выйти за тебя замуж. — Увидев его расстроенное лицо, она добавила: — Прости, Артур, я не хотела тебя обидеть. Но между нами действительно все кончено.

Артур посмотрел на нее долгим взглядом, потом сунул кольцо в карман, повернулся и пошел по коридору к лифту.

Нора закрыла дверь. Руки и ноги у нее дрожали. Пошатываясь она вернулась в гостиную и упала в кресло. Ричард отвернулся от окна и тихо спросил:

— Разговор был тяжелым?

— Да. Самое ужасное, что я виновата перед ним так же, как и он передо мной.

— Ты преувеличиваешь. Не стоит так переживать.

— Не понимаю, как ты можешь быть таким легкомысленным, — резко бросила ему Нора. — Мы с тобой вели себя ничуть не лучше, чем Артур и та девушка.

— Не стану спорить, мы все вели себя не безупречно, — согласился Ричард. — Но давай отложим этот разговор до другого раза. — Взяв Нору за руки, он заставил ее встать. — У тебя есть полчаса, чтобы принарядиться и…

— Зачем мне наряжаться? Я не собираюсь никуда идти.

— Мы идем ужинать в ресторан.

— Ну уж нет. Я никуда не пойду.

— Будешь весь вечер сидеть и вздыхать?

— Нет, но…

— Мы поужинаем в ресторане, а потом проведем ночь в…

— Ты сошел с ума! — воскликнула она. — Я не собираюсь проводить эту ночь с тобой!

Ричард вздохнул.

— Какая жалость… А мне показалось, что тебе нравится, когда тебя соблазняют.

— Поскольку ты уже добился того, чего хотел, у тебя нет необходимости соблазнять меня дальше, — сказала Нора, не сумев скрыть горечь.

— По правде говоря, я и не собирался этого делать, во всяком случае сегодня. Сегодняшняя ночь будет в высшей степени благопристойной. Мы будем спать в разных комнатах. Но, поскольку у нас совсем нет времени, я объясню тебе все позже… А сейчас иди и одевайся. Да, не забудь захватить с собой ночную рубашку, смену белья и твое самое лучшее платье или костюм.

— Но я…

— Хватит возражений. — Открыв дверь спальни, он подтолкнул ее внутрь. — Собирайся.

Ничего не понимая, Нора подчинилась. Она чувствовала себя так, словно ее подхватил порыв ветра, закружил в вихре и понес куда-то. Сопротивляться было бесполезно, и она начала лихорадочно рыться в шкафу в поисках нужных вещей.

Упаковав сумку и достав платье, подходящее для ужина в ресторане, она поспешила в ванную, разделась и включила душ. Теплая вода действовала успокаивающе, и Нора попыталась привести мысли в порядок.

Поведение Ричарда удивило ее. Она предполагала, что, выполнив свою задачу и убедившись, что помолвка между Норой и Артуром расторгнута, он тихо уйдет из ее квартиры и ее жизни. А тут вдруг неожиданное приглашение на ужин и неясные намеки. Все это взволновало и встревожило Нору. Сердце возбужденно стучало в груди, а перспектива провести еще один вечер с Ричардом — пусть даже последний — подняла настроение.

Гардероб Норы не был богатым. По правде говоря, в нем было всего одно вечернее платье — то самое, которое было на ней в день знакомства с Ричардом. Цвета морской волны, простого облегающего покроя, платье было подарком матери, купленным во время одного из редких совместных походов по модным бутикам.

Длинные темные ресницы и изящные брови Норы не нуждались в подкрашивании. Все, что ей осталось сделать, — это уложить волосы в тугой узел и добавить к аромату чистой кожи капельку духов.

Надев поверх платья короткий серебристый жакет и туфли на высоком каблуке, Нора в задумчивости остановилась перед зеркалом. Не сошла ли она с ума? Что, если этот вечер, проведенный вдвоем, сделает неизбежное расставание еще более тяжелым? Может быть, ей следовало проявить твердость и отказаться? Хотя бы ради Кэтрин Беннет…

Нет, она не в состоянии пожертвовать этими драгоценными последними часами, о которых, быть может, будет вспоминать всю оставшуюся жизнь. Будь что будет.

Нора перекинула через плечо тонкий ремешок вечерней сумочки, подхватила небольшой саквояж с необходимыми вещами и распахнула дверь в гостиную. Ричард стоял у окна, погруженный в размышления. Его взгляд был устремлен вниз, словно он пристально рассматривал какой-то предмет на полу.

Судя по всему, он успел зайти в свою квартиру: вместо делового костюма на нем был смокинг, а аккуратно причесанные волосы влажно поблескивали. Несколько секунд Нора незаметно наблюдала за ним, стараясь запечатлеть в памяти эту худощавую фигуру и тонкий профиль.

Словно почувствовав на себе ее взгляд, Ричард поднял голову и посмотрел в ее сторону. Нора успела заметить выражение его лица — в нем было сомнение, непривычная неуверенность. Впрочем, уже в следующее мгновение это выражение исчезло, сменившись обычным спокойствием. Медленно окинув ее взглядом с головы до ног, он проговорил:

— Ты выглядишь просто бесподобно…

От его похвалы Нора невольно залилась румянцем. Приглядевшись, Ричард добавил:

— И никакой губной помады. Это еще лучше!

— Ты не одобряешь, когда женщины красят губы?

— Я предпочитаю, чтобы твои были не накрашены. Тогда я смогу целовать тебя. — И, прежде чем Нора успела возразить, он подкрепил свои слова действием. Когда он выпустил ее из объятий, она сказала с тихой укоризной:

— Ты не должен меня целовать. Это нечестно по отношению к миссис Беннет.

— А если я скажу тебе, что Кэтрин нисколько против этого не возражает, ты успокоишься?

— Нет, не успокоюсь. — Нора с несчастным видом покачала головой. — Что бы она ни говорила, я ни за что не поверю, что она хладнокровно относится к такому твоему поведению.

— Ладно, у нас нет времени обсуждать эту тему, — посмеиваясь сказал Ричард. — Еще немного, и мы опоздаем.

Когда они подъехали к ресторану, было уже почти восемь часов. Судя по обилию роскошных автомобилей, это был дорогой ресторан. Нора с беспокойством посмотрела на своего спутника: понимает ли он, во что ему обойдется сегодняшний вечер?

Но лицо Ричарда было невозмутимым. Слегка придерживая рукой за талию, он ввел Нору в сверкающий зеркалами вестибюль. Навстречу им вышел седовласый метрдотель.

— Добрый вечер, мистер Редмонд. Ваши гости уже здесь. Они ждут вас в баре.

Упоминание о гостях было очередной неожиданностью. Нора предполагала, что они проведут этот вечер вдвоем…

В баре было немноголюдно. Крепко держа Нору за локоть, Ричард уверенно повел ее к молодой паре, устроившейся на высоких табуретах у стойки. Женщина с пышными русыми волосами, сидя спиной к ним, оживленно разговаривала с темноволосым мужчиной. Увидев их, мужчина встал и приветливо улыбнулся. Его спутница тут же обернулась.

Нора обмерла. Это была Кэтрин Беннет.

Безумие, чистое безумие! Лучше убежать отсюда, чем провести вечер в обществе миссис Беннет. Словно прочтя ее мысли, Ричард крепко взял ее за локоть и подтолкнул вперед.

— Нора, это моя сестра Кэтрин, вы с ней уже знакомы…

Сестра! Кэтрин Беннет — сестра Ричарда! Нора залилась краской, вспомнив о своих ревнивых предположениях.

— Добрый вечер, — сказала Кэтрин, смущенно улыбаясь.

— А это Гарри Беннет, муж Кэтрин. Гарри, позволь представить тебе Элеонору Ламберт…

Нора, чувствуя себя как во сне, протянула руку.

— Рада познакомиться.

Гарри крепко сжал ее пальцы.

— Я тоже очень рад. Как я понял, моя жена и ее брат за несколько дней перевернули вашу жизнь.

— Ну что ты такое говоришь! — одернула его Кэтрин.

— Но ведь это правда? — нисколько не смущаясь, спросил он у Норы.

— Совершенная правда, — согласилась она, улыбаясь в ответ на его улыбку.

— Я должна принести вам свои извинения, мисс Ламберт, — вступила в разговор Кэтрин.

— Пожалуйста, зовите меня Нора. И не надо никаких извинений. Я надеюсь, что все получилось к лучшему.

К ним подошел метрдотель, чтобы проводить к столику. Ресторан был великолепен. Мягкий приглушенный свет, решетки с вьющимися растениями, отгораживающие столики друг от друга, негромкая музыка.

— Правда, здесь очень мило? — воскликнула Кэтрин. — Я так рада, что ты пришла, Нора. Вообще-то я не была уверена, что Ричард сумеет уговорить тебя.

— В какой-то момент я и сам засомневался, хватит ли у меня обаяния, чтобы уговорить ее, — сказал Ричард.

— Какое там обаяние! — со смехом возразила Нора. — Он просто заставил меня прийти.

Вечер удался. Еда была отменной, вина изысканными. Как бы по негласному соглашению все четверо придерживались нейтральных легких тем, и беседа текла совершенно непринужденно. Нора слушала, улыбалась, время от времени вставляла слово, но не переставала размышлять над тем, что только что узнала. Она вспомнила, что в тот вечер, когда Ричард вез ее в Чеддингтон, он упоминал о замужней сестре, живущей в Англии. Теперь, приглядевшись, она отметила внешнее сходство между братом и сестрой — волнистые русые волосы, серые глаза. Если бы она обратила внимание на это раньше, то не сделала бы неверных выводов и ей не пришлось бы так переживать.

Но почему же Ричард сразу не сказал ей правды? Ведь он догадался, что она считает Кэтрин той женщиной, на которой он планирует жениться. Он тщательно следил за тем, чтобы не сказать заведомой лжи о своих отношениях с Кэтрин, но в то же время не стал развеивать заблуждений Норы; напротив, он даже подталкивал ее к неверным выводам.

Зачем? Какие у него на то причины? Нора решила отложить решение этой загадки на потом.

Когда официант унес тарелки из-под десерта, Кэтрин встала, взяла свою сумочку и сказала Ричарду:

— Пожалуй, нам пора ехать. Желаю приятно провести остаток вечера.

Оба мужчины тоже поднялись.

— Разве вы не хотите выпить кофе? — удивленно спросила Нора.

Кэтрин похлопала себя по плоскому животу и жизнерадостно заявила:

— Поскольку я жду ребенка, кофе мне на пользу не пойдет.

— И, кроме того, как будущим родителям нам надо больше спать, — добавил Гарри, обнимая жену за талию.

— Спасибо за приятный вечер, — сказала Кэтрин. — Надеюсь, завтра мы увидимся…

Гарри улыбнулся Норе, похлопал Ричарда по плечу и повел жену к выходу из зала.

— Наконец-то мы одни! — воскликнул Ричард. Взяв Нору за руку, он коснулся губами ладони и, не сводя глаз с ее лица, спросил: — Тебя не утомил разговор?

— Совсем нет. — Нора чувствовала легкую дрожь в своем голосе. — Мне очень понравились твоя сестра и ее муж.

— Я рад.

— Почему ты не сказал мне, что она твоя сестра?

— Как, я ведь представил вас друг другу, разве ты не помнишь?

— Почему ты не сказал мне этого раньше?

Официант принес кофе, и они молча ждали, пока он разольет его по чашкам.

— Ты ведь понимал, что я считаю Кэтрин той женщиной, на которой ты хочешь жениться? — возобновила атаку Нора, когда они снова остались одни.

— Да, понимал, — признался Ричард.

— Так почему же ты не вывел меня из заблуждения?

— Потом объясню. Лучше расскажи, что подтолкнуло тебя к этому выводу?

Нора вздохнула.

— Ты ведь говорил, что собираешься жениться на женщине, которая пока связана с другим человеком. Кэтрин представилась как миссис Беннет, и ты сказал, что любишь ее, а она любит тебя, поэтому я решила, что она и есть твоя будущая жена. Это казалось логичным… — Ричард промолчал, и Нора с упавшим сердцем спросила: — Так, значит, есть какая-то другая женщина, на которой ты надеешься жениться?

— Да.

— И скоро?

— Очень скоро.

— И тебе уже удалось решить все проблемы?

— Еще не все.

— То есть она все еще связана с другим мужчиной?

— Нет, слава Богу, с этим покончено. Но я не уверен, что ее родители одобрят наш брак, особенно учитывая то, что меня только что уволили с работы.

— А она не согласна выйти за тебя без их одобрения?

— А ты согласна?

— На что?

— Выйти за меня замуж?

Нора изумленно моргнула, потом растерянно спросила:

— Это что, шутка?

— Нет, это предложение.

— Предложение?!

— Я понимаю, что это не то нежное и романтическое предложение руки и сердца, о котором пишут в романах. Если бы тут рядом был цветущий сад, залитый лунным светом, я встал бы на одно колено и сделал бы все так, как положено. Но сейчас на улице холодно и темно…

— Ты можешь говорить серьезно?

Его серые глаза весело блеснули.

— Я никогда в жизни не был серьезнее, чем сейчас.

— Не хочешь же ты сказать, что я…

— Та женщина, на которой я хочу жениться? Женщина моей мечты? Именно так.

Шутит он или нет? Не смея радовать себя надеждой, Нора осторожно сказала:

— Этого не может быть, потому что ты увидел меня всего лишь неделю назад.

— Гораздо раньше, — возразил он. — Я видел тебя полтора месяца назад, когда только-только вернулся в Англию. Ты приходила в офис компании, видимо для того, чтобы пообедать с Форбсом. Я уже тогда знал, что хочу жениться на тебе, и помощь Тине была лишь побочным мотивом. Достижение этой цели требовало времени, а я не мог позволить себе допустить ошибку. Мне очень помогло, что вы с Форбсом поссорились на том вечере и он уехал с Шейлой Сандерс. Если бы этот небольшой план провалился, мне пришлось бы придумывать что-нибудь другое…

— Какой еще план? Не мог же ты спланировать то, что Артур на вечере увлечется Шейлой?

На лице Ричарда появилось виноватое выражение.

— Я должен кое в чем признаться. Никакой Шейлы Сандерс не существует. Эту девушку зовут Шейла Клей, и я нанял ее в… э-э… специальном агентстве.

Нора недоверчиво покачала головой, не зная, смеяться или ужасаться его поступку.

— Ты нанял девушку по вызову, чтобы она соблазнила Артура! Как ты мог пойти на такое?!

— В любви, как и на войне, все средства хороши, дорогая. И если бы Форбс действительно любил тебя, он не стал бы у всех на глазах флиртовать с другой, кто бы она ни была. Тем более он не бросил бы тебя ради нее в тот вечер. Поэтому не смотри на меня с такой укоризной. Все это было сделано для того, чтобы ты поняла, что он не любит тебя. Впрочем, как и ты его.

Нора надменно приподняла бровь.

— А почему ты был так уверен, что я не люблю его?

Он доверительно наклонился к ней и сказал:

— Такая женщина, как ты, не станет обманывать человека, которого любит. Факт, что ты провела ночь со мной, послужил для меня доказательством того, что ты не любишь Форбса. Но я хотел, чтобы ты сама поняла это. Увидев утром твое лицо, я понял, что мне предстоит нелегкая борьба. Потом, когда мы сидели в трактире и разговаривали и ты сказала, что любишь Форбса, я понял: ты просто обманываешь себя. Я надеялся, что после выяснения отношений ты вернешься со мной в Лондон. Но все пошло не так, как мне хотелось. Форбс сделал широкий жест и «простил» тебя. На самом деле он просто не поверил в твою измену. Мне пришлось начинать все сначала, причем теперь у меня было совсем мало времени, потому что вы с ним назначили день свадьбы. И тогда мне пришлось привлечь Кэтрин.

— Объясни же наконец, почему ты ввел меня в заблуждение насчет Кэтрин.

— Ты сама ввела себя в заблуждение, а я просто воспользовался этим, чтобы проверить твои чувства.

— Ничего не понимаю…

— Я убедился, что тебя влечет ко мне так же сильно, как и меня к тебе, что ты не в состоянии справиться с этим. Иначе ты не позволила бы себе провести ночь с мужчиной, который собирается жениться на другой. — Увидев, как на щеках Норы проступает краска смущения, он пояснил: — Мне нужна была уверенность в твоих чувствах, чтобы завершить приготовления.

— Какие приготовления? — с подозрением спросила Нора.

— К нашей свадьбе. Разрешение на вступление в брак я получил заранее, но надо было еще кое-что организовать. Поэтому я поехал сегодня утром в Финчвуд. А когда вернулся, был потрясен тем, что ты попыталась от меня сбежать и к тому же не оставила намерения выйти замуж за Форбса. Именно поэтому мне пришлось отвезти тебя на Гринфилд-лейн, вместо того чтобы ехать покупать свадебное платье. Кстати, раз уж речь зашла о свадебном платье, ты еще не сказала «да»…

Судя по его уверенному тону, он не сомневался в том, каким будет ответ. Все это совершенно не укладывалось в голове у Норы. Боже, он даже успел получить разрешение!

— Должен предупредить тебя, что, если ты сейчас не скажешь «да», я обниму и поцелую тебя прямо здесь и буду целовать до тех пор, пока не получу ответа, — заявил Ричард.

— В ресторане, на глазах у всех? Это невозможно! — запротестовала Нора.

— Хочешь пари? — спросил он, вставая.

— Да.

— Что означает это «да»? Ты хочешь пари или согласна стать моей женой?

— Я согласна стать твоей женой.

— Хорошо, — удовлетворенно сказал Ричард и снова сел. — Тогда допивай кофе и пойдем. Если тебе здесь понравилось, мы заглянем сюда в другой раз.

— Не надо! — вырвалось у Норы.

— Тебе здесь не понравилось?

— Понравилось… Но здесь, наверное, очень дорого, — смущенно призналась она.

— А я думал, что как дочь богатых родителей ты привыкла бывать в дорогих ресторанах.

— Нет. Я никогда не чувствовала себя богатой и не стремилась к богатству. Кстати, у меня нет никакого состояния. И наследство мне не светит. Тебя это не смущает?

— Нисколько. А теперь идем отсюда. Я умираю от желания поцеловать тебя.

Пока Ричард расплачивался, его машину уже подогнали со стоянки к подъезду и даже услужливо распахнули дверцу. Усердие персонала было вознаграждено щедрыми чаевыми, и несколько секунд спустя они уже выехали на магистраль, ведущую из города.

Нора сидела молча, пытаясь привести в порядок сумятицу мыслей и чувств. Тот факт, что все чудесным образом уладилось и теперь она выходит замуж за человека, которого любит, никак не укладывался у нее в голове. Она была попросту ошеломлена головокружительной скоростью, с которой все это случилось. Предложение Ричарда было совершенно неожиданным, и Норе требовалось время, чтобы осмыслить происходящее. Пока что она еще не чувствовала себя счастливой.

Вспомнив, как далеко зашел Ричард, чтобы добиться разрыва ее помолвки с Артуром, Нора невольно вздрогнула. Такая беспощадная настойчивость в достижении цели могла испугать кого угодно…

Они выехали из города и свернули на тихую проселочную дорогу. Очнувшись от своих мыслей, Нора увидела в свете фар ряды голых кустарниковых изгородей.

— Куда мы едем? — спросила она.

— В Финчвуд. Мы переночуем у Кэтрин и Гарри. А завтра в двенадцать часов обвенчаемся в деревенской церкви. Я уже обо всем договорился. — Искоса бросив взгляд на ее смущенное лицо, он добавил: — Свадьба будет скромной, но, наверное, ты бы хотела, чтобы твоя семья тоже присутствовала?

— Да, я бы этого хотела. Но вряд ли они согласятся приехать.

— Наверное, будет лучше, если именно отец поведет тебя к алтарю?

— Боюсь, что он откажется от этой чести, — сказала Нора. — Думаю, он не будет рад моему замужеству.

— Осмелюсь предположить, что мое появление в качестве зятя станет для него шоком, особенно учитывая, что он собирался выдать тебя замуж за Форбса, — сказал Ричард.

Нора не отрицала этого. Она предчувствовала, что родители будут потрясены ее разрывом с Артуром и скоропалительным браком с Ричардом. Но это не меняло дела.

— Мы просто не успеем им сообщить, — тихо сказала она. — Все это так внезапно.

— Я позвоню им, как только мы приедем в Финчвуд.

— Боюсь, ты зря потеряешь время.

В голосе Ричарда появилась сталь.

— Я сделаю так, что они приедут. — Искоса взглянув на Нору, он добавил: — Но сейчас меня волнует нечто более важное.

Съехав на обочину, он остановил машину, выключил мотор и погасил верхний свет. Когда он отстегнул ремни безопасности обоих кресел и обнял ее, сердце Норы забилось с лихорадочной скоростью от волнующего и одновременно пугающего предчувствия. В зеленоватом мерцающем свете приборной панели она увидела, что он улыбается.

— Чего ты так испугалась? Я хочу лишь поцеловать тебя.

Сначала он коснулся ее рта легко, почти играючи, но, когда ее губы раскрылись в ответ, в поцелуе появилась страстность, ненасытность. Что-то сладко заныло в глубине ее тела. Когда Ричард оторвался от ее губ, она уже ничего не соображала и не стала бы сопротивляться, если бы он захотел большего прямо в машине.

Но Ричард владел собой гораздо лучше, чем она. Он пристегнул сначала ее ремень безопасности, потом свой. Мгновение спустя они уже снова ехали дальше.

Эта короткая остановка потрясла Нору до глубины души. Она никак не могла понять, почему до сих пор ни один мужчина не был способен вызвать в ней такой отклик. Почему Ричард мимолетным поцелуем пробуждает в ней бурю эмоций? Почему она воспламеняется от одного его прикосновения?

Он обладает огромной властью над ней. Пугающей властью. А что, если он любит ее не так сильно, как она его? Нет, наверное, все-таки любит, успокоила она себя. Иначе зачем ему было так настойчиво добиваться ее?

Завтра она станет его женой. От этой мысли у Норы потеплело на душе.

Машина въехала в ворота усадьбы и остановилась у крыльца. В полумраке Нора разглядела массивный двухэтажный дом с высокими окнами. Ричард помог Норе выйти из машины, взял ее саквояж и, указывая на дом, пояснил:

— Эта усадьба принадлежала родителям Гарри. Они умерли несколько лет назад.

Они вошли в просторный холл и поднялись по лестнице. В доме было тихо. Видимо, хозяева уже легли спать. Ричард открыл дверь одной из комнат и зажег свет.

— Кэтрин приготовила эту комнату для тебя, — сказал он, ставя на пол саквояж Норы. — Я буду в соседней. У меня еще есть кое-какие дела, так что спокойной ночи, дорогая. — Нора подставила губы для поцелуя, но Ричард только покачал головой. — Лучше не надо. Если я сейчас начну целовать тебя, то уже не смогу оторваться.

Она разочарованно подняла руку и провела пальцем по его щеке и подбородку.

— Неужели это такие важные дела?

— Ты что, пытаешься соблазнить меня?

— Да. Я хочу наверстать упущенное.

Он негромко рассмеялся.

— Боюсь, я не смогу устоять перед искушением. Но все же мне нужно полчаса.