Хакасы говорят: "Дальняя родня дружит, близкая – враждует". Так оно и есть. Например, лет 20 – 30 назад мы с великой радостью воспринимали некоторую родственность хакасского языка с языком среднеазиатских киргизов. Некоторые рады были считать киргизов, как и всех тюрков, братьями. Но вот приключилось с нами счастье – далекие киргизы в массовом порядке начали осваивать нашу Хакасию.
И почти сразу же "новоявленная родня" начала рушить миф о некоем тюркском братстве. Примеров некорректного, нежно говоря, поведения пришельцев по отношению к хакасам немало. Но не это беда, а беда в том, что обнаружилось стремление чужаков приватизировать хакасскую историю, вытеснить хакасов со страниц великой истории Древнехакасского государства, так называемого Кыргызского каганата.
Встают вопросы.
1. Кто такие киргизы Средней Азии, и какое отношение они имеют к Южной Сибири?
2. Как случается потеря исторической памяти?
Отвечает известный в научной России ученый, заведующий Группой средневековой археологии евразийских степей Института археологии Российской академии наук, доктор исторических наук ИГОРЬ ЛЕОНИДОВИЧ КЫЗЛАСОВ.
Страна ХАБАР
Выпуск 5 (106)
Среда, 27 января 2010 года
Исторические дисциплины от житейских размышлений о прошлом отличает особое научное мышление, выстроенное на знании присущих предмету закономерностей и постижении специальных процедур проверки достоверности данных разносторонних исторических источников. Непонимание этого приводит к широкой популярности сочинений, написанных различными авторами с привлечением давних письменных источников, но без знания методов их исторической критики.
Любой историк – дитя своего времени. При обращении к прошлому способность отстраниться от современных стереотипов (осознавая их историческую обусловленность) и готовность увидеть в веках то, что было реально им свойственно, есть прямой показатель мастерства.
Сегодня науке известны три разновременных мифа о происхождении народа кыргыз. Два относятся к глубокой древности и связаны с народными легендами той поры. Третий миф принадлежит к новому и новейшему времени и привнесен в сознание киргизского народа со стороны. Он утверждает, что народ кыргыз пришел на Тянь-Шань с Енисея.
Нередкая отсылка на народную память кыргызов о долинах материнской реки Энесай, созвучной названию Енисея, выявляет ненаучное мышление и совершенно несостоятельна. Великую сибирскую реку Енисеем стали называть только русские. Аборигенные народы с древности звали ее Кем (и зовут Ким или Улуг-Хем, сохраняя имя еще дотюркской поры).
Вера в приход Енисея – это великий миф и великая трагедия современного кыргызского народа. Именно так это воспринимал Леонид Романович Кызласов, в начале 50-х годов работавший в Киргизской ССР.
Ситуация такова. Ряд советских историков пошли искать историю народа, двигаясь за историей имени "кыргыз". Но если идти этим путем, то можно попасть в ловушку: имя народа нередко переходит с одного народа на другой.
Современное обыденное представление о народном имени, как о неизменном и едва ли не характеризующем сам народ явлении, далеко от научного восприятия. Совпадение имени не может быть надежным ориентиром при исторических исследованиях. Специалисты знают: при длительном бытовании термин, воспринимаемый нами как этноним, многократно меняет свое общественное значение. При анализе конкретных периодов и источников приходится восстанавливать и оговаривать присущий им действительный смысл, казалось бы, знакомого названия. На отрезке письменной истории этноним в определяющей степени связан с политической, а не с этногенетической историей народа. Славяне болгары ныне носят раннесредневековое тюркское имя. В поисках начала балканских славян, идя за именем болгар, мы уйдем к Азовскому морю и, затем, в неведомые пространства Азии, все более удаляясь от реальной славянской прародины. Цыганское самоназвание ромэн или народное имя современных румын не связывает для науки их происхождения с греками (ромеями) Византии. Сибирские татары получили свое имя не по происхождению из Монголии, а от русских, продвигавшихся в былые владения Орды. Познакомившись с этим именем на Волге, русские называли татарами все тюркские народы, даже азербайджанцев и некоторых других жителей Кавказа.
Совершенно то же самое следует сказать и о народном имени современных кыргызов. Этноним, несомненно, связывает их предков с политической историей крупнейшей раннесредневековой державы Южной Сибири и Центральной Азии, но этногенез теперешнего среднеазиатского народа не только не сводим к древним насельникам долин Енисея, впервые прославившим имя кыргызов, но и не связан с ними.
Целенаправленные исследования показали, что переселение кыргызов с Енисея на Тянь-Шань археологически не подтверждается. Отсутствие на Тянь-Шане и Памиро-Алае памятников тюхтятской и аскизской культур, характеризующих государство кыргызов Южной Сибири IX – XVII вв., особенно показательно. Захоронения и изделия этих культур ныне известны от восточных границ Восточной Сибири (отроги Яблонова хребта) до западного края Восточной Европы (отроги Карпатских гор). Они указывают на широчайшую международную активность саяно-алтайской державы, которой управлял аристократический род (сёк) кыргыз. Ее постоянные торговые фактории обнаружены на Каме, Волге и Суре, но домонгольские древности долин Чу, Таласа или Нарына не содержат следов пребывания там саяно-алтайских посланцев.
Глубокое конкретно-историческое исследование родоплеменного состава современных кыргызов Тянь-Шаня и всей совокупности их самобытной народной культуры показало, что в их сложении не участвовало население Саянской горной страны.
Прародина современных тянь-шаньских киргизов находится на северо-западе Монголии и Китая, а их славных предков звали бурутами. Не случайно язык южных алтайцев наиболее родственен современному кыргызскому, а прочие тюркские языки Саяно-Алтая далеки от него. С южноалтайскими совпадают не только названия ряда кыргызских этнических групп, но даже и их подразделений. Предки этих народов в прошлом жили рядом. Но всё это не сибирские, а центральноазиатские по происхождению этнические особенности.
Буруты, разбитые монголами, в течение нескольких веков передвигались с исторической родины на Тянь-Шань. И это описал историк XVII века Абуль-Гази. Другой средневековый историк Ибн-Вали описал, как кыргызы Древнехакасского государства погибли под ударом монголов, а их славное имя взял себе другой народ.
Кстати, о названии "кыргыз". До 30-х годов прошлого века в России киргизами называли и казахов (а киргизов Тянь-Шаня именовали кара-киргизами). Они, казахи, тоже с Енисея ушли? С предком-кыргызом связывают свое начало якуты. И они с Енисея? Дело в том, что имя сибирских правителей-кыргызов стало символом степной аристократии, так как руководимое ими Древнехакасское государство стало последней крупной державой тюркских народов Южной Сибири и Центральной Азии. Далее была уже монгольская власть.
Как случается потеря исторической памяти? В нашем случае, по вине русской и киргизской интеллигенции, создавшей миф о приходе киргизов на Тянь-Шань с Енисея. Это приключилось в 30-е годы прошлого столетия, когда писалась первая история Киргизии.
В киргизском эпосе "Манас" родную им реку называют Энесай. И это первое свидетельство того, что предки среднеазиатских киргизов никогда не знали реку Енисей.
Если бы киргизы ушли на Тянь-Шань с Енисея, то они в своем эпосе называли бы реку так, как тысячелетиями называли и называют ее аборигены: Ким или Хем. А восприятие названия эпического имени Энесай как имени Енисея родилось у сказителей "Манаса" в первой половине XX века, когда через газеты в отроги Тянь-Шаня дошло русское название реки. Потому что слово Енисей – это русское название реки, заимствованное в низовьях у тунгусов, искаженное и принесенное казаками на берега Кимсуга. Вообще, в "Манасе" есть немало "новоделов". Например, повествование о битве Манаса с Ильей Муромцем, в которой он, естественно, побеждает героя русских былин. И это еще одно подтверждение того, что киргизские сказители первой половины XX века привносили в народный эпос фрагменты освоенной ими русской литературы и определенного пласта русской культуры.
Энесай и Илья Муромец – это одного поля ягоды – плоды нововведений уже грамотных сказителей. В том числе тех, кто слышал и читал труды археолога А.Н.Берштама, пропагандировавшего приход киргизов с Енисея. Так история коренных народов Саяно-Алтая была бездумно отдана другому народу. Против этого возражал Леонид Романович Кызласов. Он считал, что историю нельзя брать или отдавать взаймы, так как это порождает национальную трагедию – отказ от своих предков.
На специальной научной сессии Академии наук СССР в 1956 году происхождение киргизов с Енисея было отвергнуто. В 1984 году в "Истории Киргизской ССР" сами киргизские историки отказались от енисейской концепции и описали вытеснение предков киргизов – бурутов из северо-западной Монголии на Тянь-Шань. То есть были приняты во внимание научные разработки Л.Р. Кызласова, С.М. Абрамзона и других серьезных ученых. К примеру, этнограф Абрамзон, посвятивший
жизнь изучению киргизов, еще в 1971 году в монографии "Киргизы и их этногенетические и историко-культурные связи" писал: "Попытки установления прямолинейной связи между киргизами Тянь-Шаня и Памиро-Алая, с одной стороны, и киргизами Енисея – с другой, основанные главным образом на совпадении имени тех и других не принесли какого – либо существенного результата, не стали базой для научного решения проблемы происхождения киргизского народа".
Но теперь, когда развалился СССР, тех киргизских ученых, которые в 1984 году писали "Историю Киргизской ССР", попрали и в Бишкеке вновь подняли идею о приходе о Енисея – Энесая. Сейчас политизированы многие моменты из истории народов…