Человек в скафандре отчаянно карабкался по склону астероидного хребта. Перевалив через рваную вершину, он повалился, измотанный долгим подъемом, едва переводя дыхание. Его бледное лицо под шлемом исказилось, когда внизу на равнине он вдруг обнаружил крохотный патрульный катер. Все, теперь не добраться! Он в западне.

Молодой человек встал на ноги и поглядел вниз на глубокое ущелье, которое он только что пересек. Увидел тяжелую неторопливую фигуру патрульного, поднимавшегося к нему; в походке патрульного чувствовалась какая-то пугающая неумолимость. Юноша заметил матовый блеск металла и понял, что патрульный достал атомбластер.

«Если б я только не потерял там, внизу, свой пистолет!» — подумал он. И горько рассмеялся, поскольку знал, что никогда бы не применил оружие.

Молодой человек сделал шаг вперед и поднял руки в общепринятом жесте «сдаюсь». В голове роились невеселые мысли. Он никогда в жизни никого не убивал! Однако Патруль считал его убийцей, и сейчас только это имело значение.

Юноша был рад, что всё кончилось. Он сдастся и предстанет перед судом, хотя все улики были против него.

Здоровенный патрульный теперь угрожающе возвышался всего ярдах в десяти от молодого человека, который поднял руки ещё выше.

Патрульный все прекрасно разглядел. Под криститовым шлемом было видно, как его губы раздвинулись в широкой ухмылке. Он поднял большую руку, сжимавшую поблескивающий металл, и тщательно прицелился в юношу, которого отлично видел на фоне кобальтового неба.

В усмешке патрульного было нечто очень странное и неправильное. Молодой человек изо всех сил замахал поднятыми руками, в ужасе выкрикивая какие-то слова, которые лишь эхом отдавались внутри его шлема и звенели в ушах. Это безумие! Этого не может быть! Кодекс Патруля запрещает хладнокровное убийство…

Его мысли вдруг оборвались. Шлем вдавился внутрь, превратив лицо юноши в кровавую маску. Он было закричал, но захлебнулся булькающим стоном, немеющими пальцами пытаясь сорвать с головы шлем, впившийся в мозг. Молодой человек упал на колени, перевалился через край обрыва и успел несколько раз конвульсивно перевернуться, пока гравитационные пластины увлекали его к скале в восьмидесяти футах ниже.

Джим Скил, патрульный, продолжал усмехаться.

— Четырнадцатый, — проговорил он и убрал в кобуру пистолет.

Джим Скил торжественно спустился к подножию хребта. Каждая клеточка его большого, обожженного солнцем тела ликовала. Ладони немного вспотели и он сжимал и разжимал кулаки. Какая-то странная дрожь пробежала по телу, когда он увидел труп. Снова в голове горячо, неистово застучала кровь.

Скил зажмурился и прижал кулаки к вискам. Он довольно долго стоял так, охваченный дрожью, однако жуткие воспоминания не уходили. Перед глазами проплывала чудовищная сцена, преследовавшая его уже много лет. Опять электропистолеты кромсали измученный мозг, и он видела вокруг себя умирающих беззащитных людей, слышал их предсмертные вопли…

Джим подождал, пока пректратится дрожь и уйдет то странное ощущение. Потом пнул носком ботинка тело молодого человека. Оно перевернулось, и бледное, словно прокаженное, солнце осветило окровавленное лицо.

— Очень даже неплохой выстрел, — проворчал Скил. Потом нагнулся и обыскал мертвеца, забрав удостоверение личности.

Внезапно темная тень накрыла все вокруг. Скил удивленно огляделся и тут же понял, в чем дело. Без всякого предупреждения наступила ночь, как это обычно и бывает вот на таких медленно вращающихся астероидах. Около пещер и расщелин у подножия хребта виднелись смутные очертания кошмарных тварей, бледных, извивающихся, с чуткими амебообразными щупальцами вместо глаз. Доносился странный шипящий свист этих существ, не терпящих света, но любящих тьму и обожающих кровь, которая доставалась им так редко.

Скил проворно вскочил на ноги и поспешил к патрульному катеру, стоявшему рядом. Он оглянулся лишь раз и увидел десятки призрачных чудовищных тел, как черви копошащихся над распростертым в тени скалы человеком.

Вернувшись в штаб Федерального патрульного управления в Базе Цереры,[1] Скил привычно завел одноместный катер под стеклитовый купол. Никто из присутствовавших не сказал ему ни слова. Они даже старались не смотреть на него. Но даже если Джим Скил и заметил это, то виду не подал. Он ленивой походкой подошел к двери с надписью «КОМАНДУЮЩИЙ» и вошел не постучав.

Командор Андерс поднял глаза от письменного стола. При виде Скила его подбородок несколько напрягся. В серых стальных глазах загорелась неприязнь.

— Докладываю, сэр, — сказал Скил. Он аккуратно, даже чересчур аккуратно, разложил на столе документы, которые вынул из карманов беглеца.

Андерс медленно встал, положил кулаки на стол и тяжело оперся на них, отчего костяшки пальцев побелели.

— Ты не задержал парня? — Андерс говорил монотонным голосом, словно задавал этот вопрос уже не впервые.

— Сожалею, сэр. Он мертв.

— Мертв. — Андерс как будто не был удивлен. Вдруг его серые глаза и голос одновременно стали жесткими. — Ты убил его?

— Убил, сэр? — Скил удивленно поднял брови. — Никак нет, сэр. Мне пришлось преследовать его аж до астероида № 78 в скоплении Ланисара, и там он упал со скалы. У меня оставалось времени, только чтобы забрать его удостоверение личности и улететь до того, как выползли ночные твари. Я очень сожалею…

Андерс пнул кресло назад к стене и выскочил из-за стола. У него побелело лицо.

— Сожалею! Ни о чем ты не сожалеешь, Скил! Уму непостижимо, черт возьми, как только у тебя хватает наглости снова и снова возвращаться сюда? Как ты можешь смотреть мне в лицо… Да что там! Как тебя совесть-то не мучит? Не понимаю, что творится в твоей тупой башке, вот за этой дурацкой ухмылкой! — Командор замолчал, чтобы перевести дыхание. — Что заставляет тебя убивать, Скил? Это уже который — одиннадцатый? Двенадцатый?

Скил вздохнул и преувеличенно сокрушенно развел руками:

— Вы всегда были велеречивым занудой, сэр. Вот бумаги Миллера. И я его не убивал. Он сорвался со скалы. Это все, сэр?

— Нет! Это не все! — Андерс еще ближе подошел к Скилу, который, как башня, возвышался над ним, и свирепо выпучил глаза. — Скил, ты давно служишь в Патруле. К счастью, а правильнее сказать, к несчастью, твой предыдущий отличный послужной список и стаж позволяют тебе выкручиваться — до тех пор, пока мы не сможем что-нибудь доказать. Но в один прекрасный день ты оступишься, и мы сумеем найти доказательства. Я молю Бога, чтобы этот день поскорее наступил!

Теперь уже в глазах Скила, в которых до того момента прыгали веселые искорки, вспыхнула злость, и он сказал совершенно другим голосом:

— Коль скоро вы подняли вопрос о моем стаже, то позвольте напомнить вам, что он позволяет мне занять ваше место здесь, если я этого захочу. Но я не хочу — пока. Что же касается ваших фантазий на мой счет, то могу рассказать вам историю, сэр. Историю о том… — Он внезапно замолчал, потому что кровь снова прихлынула и застучала в висках.

— Ну давай, парень, продолжай! Ты собирался рассказать, почему убиваешь. — Андерс подождал. — Разве нет?

— Никак нет, сэр, — ответил Скил шепотом, уже взяв себя в руки.

— Я ведь знаю, у тебя должна быть какая-то причина. Какая-то дьявольская причина!.. Но какой бы она ни была, это оскорбляет все принципы Федерального патруля! Хорошо, Скил, я скажу тебе кое-что об этом мальчишке Миллере, твоей последней жертве. Он был невиновен, ты слышишь? Невиновен! С него сняты все подозрения! Я получил эти сведения час назад!

— Вы получили сведения… здесь? Каким образом?

— Не важно как. Они совершенно достоверны!

На лице Скила не дрогнул ни один мускул, он лишь немного побледнел, и глаза на мгновение расширились. И снова его лицо стало бесстрастной маской.

— Вот видишь, Скил? — Андерс едва мог сдерживать клокотавшую внутри ярость. — Любой нормальный человек локти бы кусал от отчаяния, услышав то, что я сейчас сказал! Всякий порядочный человек с ума бы сошел от мысли, какой омерзительный поступок он совершил! Но только не ты, Скил! Ты — нет, потому что ты перестал быть порядочным и нормальным! Ты отдался мании, а теперь это превратилось в садистское наслаждение… это… эти убийства… — Андерс поперхнулся и не мог продолжать.

— У вас все, сэр?

— Да, черт побери, все! Этого недостаточно? Вон отсюда! Чтобы духу твоего здесь не было, а не то я из твоей мерзкой рожи котлету сделаю!

Губы Скила сжались в поперечную черту на квадратном лице. Он повернулся на каблуках и твердым шагом вышел из комнаты.

Командор большим усилием воли подавил душившую его злость, пересек комнату и подошел к противоположной двери, которая была слегка приоткрыта. Он распахнул ее.

Девушка, сидевшая в соседней комнате, подняла глаза, но казалось, она смотрит не на Андерса, а сквозь него. Ее стройная фигурка в униформе как будто окаменела, а руками она так крепко вцепилась в подлокотники, что костяшки пальцев побелели. Глаза девушки, невероятно голубые, были затуманены ужасом. Она даже не откинула светлый локон, упавший на бледную щеку. — Вы слышали, мисс Миллер? — тихо спросил Андерс.

У нее перехватило дыхание, и несколько секунд она не могла ничего сказать. Когда же наконец заговорила, голос ее был совершенно безжизненным.

— Да, слышала… вполне достаточно, командор. Благодарю.

— Я искренне сожалею, что вам пришлось обо всем узнать вот таким образом! Но мне хотелось показать вам человека, убившего вашего брата. В противном случае вы бы мне не поверили.

— Мне… все еще немного трудно поверить… и понять. — Она очень медленно поднялась с кресла и стояла перед ним. В ее голосе зазвучало презрение. — Патруль никогда не убивает! Вот чему мы привыкли верить. Вот что стало поговоркой на трех планетах. Патруль, благородный Патруль, стражи космических трасс! Что за насмешка! Командор, почему убит мой брат? Почему такому чудовищу, как Скил, позволяют…

— Пожалуйста, мисс Миллер. Я знаю, что вам, как и любому постороннему человеку, трудно понять, но вы постарайтесь. Скил был одним из лучших наших патрульных. Его репутация была чиста, как хрусталь, впрочем, по документам она такой и остается. У очень немногих стаж больше, чем у него, а в Патруле это главное, потому что…

— Вот что главное, да? Я привожу на Цереру с Марса документы, оправдывающие брата, и узнаю, что вы натравили на него этого Скила, и притом все время знали…

Андерс вздохнул и беспомощно развел руками:

— Я вижу, вы еще не поняли. Но прошу вас, поверьте мне: если бы я знал, что ваш брат невиновен, я бы ни за что не позволил Скилу взять это задание. Ни за что, даже если бы мне пришлось пристрелить его и предстать за это перед трибуналом! Скил мог взять это дело, если хотел. Это его прерогатива — принимать задание или отказаться. Только он никогда не отказывается. Кроме того, мисс Миллер, надеюсь, вот еще что будет вам небезразлично: в Патруле, пожалуй, не найдется ни одного сотрудника, который бы не догадывался, кто такой Скил на самом деле; однако я сомневаюсь, что кто-нибудь из них, даже если представится такой случай, смог бы хладнокровно уничтожить Скила. Кодекс, видите ли, слишком глубоко сидит в патрульных. Во всяком случае, пока нет прямых доказательств, что Скил убийца.

— Вы очень много говорите о доказательствах, — насмешливо заметила девушка. — Почему бы вам тогда не добыть доказательства?

— Это я и собираюсь сделать! Лично. Но единственный путь — что-то подстроить. Впрочем, это будет трудно сделать, поскольку Джим Скил всегда работает в одиночку.

— Ну да, а потом, Кодекс всегда против вас. Что ж, командор, меня не стесняет никакой Кодекс, поэтому я намерена отомстить за брата! — Лицо Нади Миллер, обыкновенно весьма привлекательное, утратило свою миловидность. — У меня есть план. Мне бы не помешало ваше содействие, однако независимо от того, будете вы мне помогать или нет, я собираюсь его осуществить. Единственное, что мне нужно, — это заманить Скила обратно на те скалы — одного.

Андерс понимающе улыбнулся:

— Это будет опасное предприятие, особенно для молодой девушки. Скил — хладнокровный убийца, превосходный стрелок. А вам придется полагаться только на себя. Патруль не может санкционировать такого рода операцию.

— Естественно, командор. Не могли бы вы пять минут послушать меня? Я скажу, как Патрулю отделаться от этого человека, прежде чем он убьет еще кого-нибудь, чья вина состоит только в минутном душевном расстройстве. — На лице девушки отразилась боль, когда Надя вспомнила о брате.

Андерс внимательно слушал ее предложение. Когда он снова заговорил, в его голосе было меньше сомнения, а в глазах читалось уважительное восхищение.

— Мисс Миллер, мне нравится ваш план, и я согласен с ним хотя бы потому, что в нем есть одно преимущество. Скил сейчас относится ко мне с подозрением и будет тщательно следить за тем, чтобы в будущих заданиях комар носа не подточил. Но ваша идея может обратить эту осторожность против него самого.

— Я на это и рассчитываю. А обо мне беспокоиться не следует. Большинство из этих крупных скал в поясе астероидов я знаю достаточно хорошо.

— Хорошо. По крайней мере, я могу расставить для вас декорации. — Андерс вдруг посмотрел на девушку другими глазами, отдавая должное ее твердо очерченному подбородку, ладно сидящей космической униформе, открытой смелости голубого взгляда, который, как ему подумалось, легко мог бы стать нежным в менее драматической ситуации. Но он заставил себя вернуться к действительности. — На все это потребуется никак не меньше недели. Церера — неподходящее место для девушки, но раз уж вы здесь, то я посоветовал бы вам отправиться в Церера-Сити, шахтерский городок на другой стороне нашей маленькой планеты. Я буду поддерживать с вами связь и дам знать, когда и где будет ждать одноместный катер. Договорились? А теперь — до свидания… и желаю удачи!

Три дня подряд Андерс почти не вылезал из гелиобашни, терпеливо посылая в направлении Ганимеда,[2] который в этот период был ближайшим спутником Юпитера, потоки сигналов. Весь их план зависел от того, как скоро База Ганимеда их получит. Иногда атмосферные условия бывали неблагоприятными, и на передачу сообщения уходило несколько дней.

Андерсу повезло. На третий день лампочка на передатчике замигала, показывая, что сигнал принят. Командор быстро проверил орбитальное положение обеих планет, потом навел огромные серебристые экраны и тщательно зафиксировал их. Быстро манипулируя жалюзи, Андерс начал передавать:

— ПРИВЕТ, ГАНИМЕД. ВЫЗЫВАЕТ БАЗА ЦЕРЕРЫ. ОТВЕЧАЙТЕ!

Через несколько минут пришел ответ:

— УСЛОВИЯ НОРМАЛЬНЫЕ. ОТВЕЧАЕТ БАЗА ГАНИМЕДА. НАЧИНАЙ, ЦЕРЕРА.

Пальцы Андерса так и летали по клавишам управления жалюзи солнечных экранов. Он старался быть кратким, поскольку времени терять было нельзя, а на то, чтобы сообщение покрыло столь большие расстояния, уходили целые минуты

— САМОЕ ГЛАВНОЕ. НЕОБХОДИМЫ ЛЮБЫЕ ИМЕЮЩИЕСЯ СВЕДЕНИЯ ОБ ОДИНОЧКЕ. ЕГО ПОСЛЕДНЕЕ МЕСТОНАХОЖДЕНИЕ, КООРДИНАТЫ, ДЕЙСТВИЯ. АНДЕРС.

Пальцы Андерса порхали по кнопкам, контролирующим напряжение. Обычно для работы с заслонками требовалась команда из двух человек. В ожидании ответа Андерс нервно курил сигарету.

Через несколько минут на экране появились электрические вспышки:

— ЧТО ПРОИСХОДИТ? ЭТОТ ПИРАТ — НАШ КЛИЕНТ. ТАК ЧТО РУКИ ПРОЧЬ. ДВЕ НЕДЕЛИ НАЗАД ВЫРВАЛСЯ ИЗ ЛОВУШКИ. ПРЕДПОЛАГАЕМ, ЧТО СЕЙЧАС ВЕДЕТ ОПЕРАЦИИ С ПОДПОЛЬНОЙ БАЗЫ НА КАЛЛИСТО.[3] ОН НАШ! СПЭРЛИН.

Андерс прилип к клавишам и отстучал следующее:

— ЧЕРЕЗ ТРИ ДНЯ ПЕРЕДАЙТЕ СЮДА СООБЩЕНИЕ, ЧТО ОДИНОЧКА ЛЕТИТ В НАПРАВЛЕНИИ ПОЯСА. ДОЛЖНО ЗВУЧАТЬ УБЕДИТЕЛЬНО, НО НЕ ПЕРЕДАВАЙТЕ ЭТО В ШТАБ НА ЗЕМЛЕ. ЛИЧНОЕ ОДОЛЖЕНИЕ. ОБЪЯСНЮ ПОЗЖЕ.

Ответ был такой:

— ХОРОШО, АНДЕРС, ТЫ ПОЛУЧИШЬ ЭТО СООБЩЕНИЕ, НО Я НАДЕЮСЬ, ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО ДЕЛАЕШЬ, И Я БЫ ХОТЕЛ ПОЛУЧИТЬ ОБЪЯСНЕНИЯ. КСТАТИ, ТЫ СЛЫШАЛ АНЕКДОТ, КАК ОДИН…

Маленькие лампочки на табло продолжали мигать, но Андерс не стал ждать конца связи. Он сбежал по лестнице вниз и разыскал в казарме Лохсса, дежурного по гелиобашне.

— Все в порядке. — Андерс соврал ему, будто проводил текущую проверку оборудования. Он хотел, чтобы, когда придет сообщение об Одиночке, оно явилось для всех полной неожиданностью.

Так и произошло. Известие получили через три с половиной дня. Возбужденный Лохсс ворвался в ка-бинетик Андерса, размахивая официальным бланком гелиограммы.

— Командор, вам необходимо срочно ознакомиться!

Андерс прочитал послание:

«БАЗА ЦЕРЕРЫ, ВНИМАНИЕ! ГРУЗОВОЙ КОРАБЛЬ, СЛЕДОВАВШИЙ К МАРСУ С ШАХТ ГАНИМЕДА, ПРОТАРАНЕН И ОГРАБЛЕН ПОЧЕРК ОДИНОЧКИ. ПРЕСТУПНИК НАПРАВЛЯЕТСЯ В СТОРОНУ АСТЕРОИДОВ. КАК ОБЫЧНО, ЧЕРНЫЙ ОДНОМЕСТНЫЙ КАТЕР. ПОЛНОЕ ВООРУЖЕНИЕ. ПРИНИМАЙТЕСЬ ЗА ДЕЛО. ЖЕЛАЕМ УДАЧИ!»

Андерс внутренне улыбнулся и поблагодарил Спэрлина за четкость.

Новость мгновенно разнеслась по Базе Цереры. Каждый патрульный спал и видел, что однажды ему дадут задание взять Одиночку. Поимка знаменитого пирата означала бы не только славу, но и немедленное повышение. Естественно, люди начали недовольно ворчать, увидев, что Джим Скил нахально прошагал в кабинет командора Андерса.

— Доброе утро, сэр. Вызывали?

— Да, Скил. Думаю, ты уже слышал новости про Одиночку. Хочешь попробовать? Работенка как раз для тебя. — Презрительная интонация Андерса не осталась незамеченной.

Так же, как и лукавство во взгляде, которое он не смог скрыть. Скил ответил:

— Вы раньше никогда не горели желанием посылать меня на задания, командор. Или, может быть, придумали какой-то способ избавиться от меня? — Он слегка улыбнулся, но это была невеселая улыбка.

— На сей раз это не имеет значения, Скил. Есть приказ взять Одиночку живым или мертвым. Хотя, могу сказать тебе откровенно, это тот самый случай, которого я давно ждал! Ты убийца, вроде Одиночки. Я буду молиться, чтобы он первым шлепнул тебя. Тогда Патруль освободится от такого мерзавца, как ты.

Скил прищурился:

— Когда вылетать?

— Как только подготовишь катер. Уверен, что справишься? Можешь подобрать группу — до шести человек.

Скил громко расхохотался:

— Неужели вы думаете, будто кто-то из них полетит со мной? Не беспокойтесь, Андерс, я доставлю сюда Одиночку. Живого.

— Скил, передо мной тебе притворяться не надо.

— Прекрасно, сэр. До свидания.

— До свидания… но не желаю удачи.

Андерс проигнорировал протянутую руку. Скил весь напружинился, потом повернулся, шагнул к двери и быстро вышел.

Андерс развалился в кресле, выудил из пачки сигарету и закурил. Его начали одолевать сомнения. Надя Миллер была потрясена и пылала жаждой мщения. Предположим, она действительно знала астероиды как свои пять пальцев. Ну и что? Скил тоже их отлично знает, к тому же безжалостен и хитер. У нее самый быстроходный катер по эту сторону Марса? Зато Скил считался лучшим навигатором в Патруле.

Андерс злобно загасил сигарету. Он опять подумал о напряженном, но таком милом лице Нади Миллер, ее стройной фигуре, блестящих волосах и жестких синих глазах, которые ему хотелось бы увидеть нежными. Если что-нибудь случится с этой девушкой…

Но теперь он уже ничего не мог поделать. Оставалось только мучиться и ждать.

Джим Скил прильнул к приборной панели. На видеоэкране возникла крохотная огненная точка, прожегшая черноту космоса. Должно быть, опять Одиночка! Скил лихорадочно изменил курс, прочертив острую параболу в направлении ракетных выхлопов далеко впереди. На сей раз он будет держать этот корабль в пределах видимости!

Дотянувшись до панели, Скил повертел диск увеличения. Маленькие оранжевые огоньки ракеты приблизились. Он долго всматривался, пытаясь разобрать очертания корабля, и наконец удовлетворенно хмыкнул. Совершенно черный одноместный катер, тот самый. Абсолютно никаких опознавательных знаков, что категорически запрещалось Космическим Кодексом.

Скил устало усмехнулся. Больше двадцати часов подряд он играл в прятки с неуловимым черным катером. Никак не удавалось приблизиться на расстояние действия луча, а временами беглец совершенно пропадал с видеоэкрана. Один раз черный катер завел Скила прямо в астероидное скопление Кеннисона — огромное количество предательских скал носились по диким эксцентрическим орбитам. Это было сущим самоубийством для таких крошечных катеров, как у них, к тому же не оснащенных отталкивающими экранами. Скил, которого от ужаса бросило в холодный пот, в конце концов прекратил погоню. Он терпеливо кружил у скопления Кеннисона и теперь-Теперь он снова сел на хвост Одиночке! Поняв, что черный катер пролетел насквозь все скопление Кеннисона, Скил почувствовал восхищение. Ладно, больше он этот катер уже не потеряет. Пират все еще находился вне радиуса действия луча, но удержать его на своем видеоэкране Скил сумеет.

Скил потянул рычаг, давая двигателям полную нагрузку. Корабль рванулся вперед, и Скила охватило радостное возбуждение. Однако на этот раз Одиночка не пытался уйти! Черный катер становился все ближе и ближе. Глаза Скила сузились. Ведь у пирата, судя по всему, корабль намного мощнее. Может, это какая-нибудь хитрость?

Джим опять покрутил диск увеличения, чтобы получше разглядеть беглеца… И рассмеялся вслух, расхохотался от души, когда понял, почему корабль шел на такой маленькой скорости. Черный катер ковылял лишь на четырех ракетных двигателях! Два других с правого борта были помяты и безнадежно искалечены. Значит, пират все-таки не прошел сквозь астероидный рой без повреждений!

Это был шанс, которого Скил дожидался. Он спокойно и убийственно точно нацелил передние электропушки. Пальцы легли на дальномер и установили максимальную мощность заряда. Послышался нарастающий вой индукционных катушек.

Скил продолжал напряженно вглядываться в видеоэкран, следя за стремительно уменьшающимся расстоянием. Двести миль. Сто. Пятьдесят. Пора! На такой дистанции электролучи бьют насмерть. Он проверил прицел, убедился, что все в полном порядке… и нажал кнопку.

Ослепительный голубой луч с треском сорвался с носа судна и, словно нить, ушел в пространство на многие мили. Одновременно от кормы пиратского катера отделился цветной пузырек. Со скоростью света он разросся в огромный малиновый шар. Электролуч Скила ударил в этот шар, который взорвался мириадами бушующих искр, облепивших луч и жадно пожравших его.

Рука Скила дернулась, чтобы перекрыть энергию, но было уже поздно. Индукционные катушки электропушек выбило из гнезд, и они рассыпались на кусочки металла и проводов, наполнив корабль сильным запахом озона. Скил скорчился от боли, зажимая ладонью то место на руке, куда ударил раскаленный добела обрывок провода.

— Ах вот оно что, — заскрежетал зубами патрульный. — Ладно, для тинитовых бомб расстояние еще слишком велико.

Теперь ничего не оставалось, как только возобновить погоню, и Скил видел, что долго она не продлится. Несколько в стороне впереди сияла яркая точка солнечного света, которая могла оказаться довольно большим астероидом. Пиратский корабль, виляя, ковылял на изувеченных двигателях как раз в том направлении. Скил последовал за ним, быстро сближаясь. Сейчас он уже был уверен, что добыча от него не уйдет. Когда дело доходило до ближнего боя в этих скалах, Скил не имел себе равных.

Стали видны очертания астероида. Он действительно оказался большим, около двадцати миль в диаметре, с опасными плато и отвратительными вздымающимися зубчатыми хребтами. Пират, видно, был в полнейшей панике. Черный корабль подлетел к астероиду на опасно близкое расстояние, сделал один виток и приземлился на крохотном плато с таким разворотом, что у него, должно быть, срезало всю нижнюю часть фюзеляжа. Скил мягко посадил свой катер в нескольких сотнях ярдов от пирата.

Прикрепляя гравитационные пластины и надевая шлем, Скил увидел, как из черного катера выпрыгнул и побежал человек в скафандре. Скил быстро вышел, достал электропистолет и тщательно прицелился. Выстрелил.

Все-таки беглец был далековато. Луч ушел вниз, прорезав в камне неглубокий желобок сразу же позади бегущей фигурки. Пират оглянулся, не переставая бежать. Скил усмехнулся и пошел за ним широкими размашистыми шагами. Теперь он был совершенно спокоен и уверен в себе. Все это так знакомо…

Знакомо? Слишком уж знакомо, черт возьми! Скил остановился и прикрыл глаза от отраженного поверхностью солнечного света. Он поглядел на низкий силуэт хребта, к которому бежал человек. В мозгу Скила, казалось, зазвенел какой-то странный, настойчивый колокольчик. И тут, ощутив легкое удивление, он вспомнил! Это был тот самый астероид, где он преследовал своего последнего беглеца, к тому же при весьма похожих обстоятельствах! Может, и хребет тот самый, где он убил молодца… как же его звали? Не важно.

Скил снова зашагал вперед. Секунду-другую он видел пирата, но тот вдруг растворился в солнечном свете и исчез. Это озадачило Скила, однако, подойдя ближе, он увидел небольшое отверстие пещеры у самого основания хребта. Именно там и спрятался беглец. Скил хохотнул и вытащил из-за пояса пистолет. Дело сделано. Раз он так близко подобрался к дичи, то уже не упустит ее.

Скил стоял прямо у входа в темную пещеру, прислушиваясь, сжимая в пораненной руке пистолет. Узкий проход вел куда-то вниз. Далеко в глубине пещеры Скил разглядел смутное мерцание, которое не было солнечным светом.

Он осторожно двинулся в направлении этого странного явления и вскоре заметил, что каменные стены покрыты маленькими плоскими существами величиной с серебряный доллар.[4] Они оказались миниатюрными маячками, излучавшими свет через тонкую, прозрачную поверхность!

Впрочем, данное явление не было фосфоресценцией. Скил остановился, чтобы внимательно рассмотреть одно из этих существ. Их блеск больше всего походил на настоящий солнечный свет, но никакого тепла при этом не было. Когда Скил осторожно прикоснулся к одному из них, свет мгновенно погас, и существо стало точно такого же серого цвета, как камень, к которому оно прилепилось.

Скил двинулся дальше. Там стены пещеры оказались сплошь покрытыми сияющими тварями. Но когда он пробегал мимо, вибрация от свинцовых ботинок, видимо, пугала их, и они гасли, оставаясь серыми и неподвижными, пока Скил не удалялся. Потом они вновь зажигались, и получалось, что Скил движется в постоянном пятне темноты; впереди и позади него было светло, но темно там, где вибрация от топающих ног пугала пуговично-лишайниковых тварей.

Туннель поворачивал и петлял, от него ответвлялось несколько других больших ходов. Скил больше не видел беглеца и вскоре замедлил шаги. Он включил шлемофоны, но звука удаляющихся шагов не услышал. Тем не менее пират был здесь всего несколько минут назад, потому что светящиеся существа впереди вяло мерцали, вновь разгораясь. Сурово сжав губы, держа оружие наготове, Скил медленно прошел еще немного вперед и замер, прислушиваясь.

Он остановился в небольшом полутемном гроте, в который выходили три туннеля. Немного поколебавшись, Скил выбрал левую пещеру и с величайшей осторожностью вошел в нее. Однако никаких признаков того, что пират выбрал этот путь, не было. Скил вдруг понял, что действовал с глупой и опрометчивой самоуверенностью. Ведь это могла быть ловушка! Он стал поворачиваться, чтобы идти обратно.

— Стоять на месте!

Голос громыхнул в шлемофонах, больно отдаваясь в ушах. Что-то ткнулось Скилу в ребра так резко и грубо, что он поперхнулся.

Скил медленно поднял руки, но голос снова резанул барабанные перепонки:

— Не поднимай руки! Опусти. Медленно!.. Вот так. Теперь брось пистолет.

Скил так и сделал. Человек позади него нагнулся и поднял оружие.

— Можешь повернуться.

Скил подчинился. И сумел выговорить лишь три слова:

— Черт возьми! Женщина!

— Точно. Только пусть это не вводит тебя в заблуждение. — Она сделала шаг назад, продолжая держать патрульного под прицелом двух пистолетов.

— Подставка! — проревел Скил. — Работа Андерса. Я должен был догадаться!

— Нет. Это моя работа. — Ее голос в наушниках звучал мягко, но улыбку под шлемом вряд ли можно было назвать улыбкой; девушка обнажила зубы, однако добродушия в этом заключалось не больше, чем в ледяном блеске голубых глаз. — Моя работа, — повторила она, — и теперь, когда ты знаешь, что я не Одиночка, скажу тебе, кто я на самом деле. Меня зовут Надя Миллер.

По глазам Скила она увидела, что он начал понимать.

— Миллер, — снова медленно произнесла она, смакуя это слово. — Моего брата звали Арнольд Миллер, — ты убил его.

— Смотрите, мисс Миллер, мне кажется, вы что-то напутали. Я, конечно, знал вашего брата. Я ловил его. Но я не убивал, он сорвался со…

— Он упал со скалы. Не сомневаюсь. После того, как ты его прикончил. — Девушка махнула пистолетом, который держала в правой руке. — Ладно, иди впереди меня. Двигайся!

Скил пожал плечами и подчинился, наблюдая, как гроздья светящихся существ гаснут от вибрации шагов. Минут пять они шли молча в постоянном пятне темноты. После нескольких поворотов туннель резко направился вниз, и Скил наконец спросил:

— Куда ты меня ведешь?

— К твоему патрульному катеру. Там ты напишешь подробное признание. Или я убью тебя. Вообще-то я даже надеюсь, что ты откажешься подписать его.

— Такими темпами нам отсюда не выбраться! Боюсь, вон там ты неправильно повернула влево.

— Не думаю. Давай двигайся, а то, если я наткнусь на тебя, один из пистолетов может случайно выстрелить.

Скил выругался, но продолжал идти, поскольку слова Нади звучали вполне серьезно.

— А это была тонкая уловка, — сказал Скил, — пройти насквозь через то чертово скопление астероидов.

— Мне тоже так казалось. Я, конечно, надеялась, что ты полезешь за мной и уже никогда оттуда не выберешься.

— Ты очень рисковала.

— Игра стоила свеч… даже если ничего не получилось.

— Сдается мне, что и сейчас ничего не получится. Мы идем не туда: возвращаемся внутрь хребта, вместо того чтобы выбираться наружу.

— Давай-давай, топай.

Они шли дальше.

Около следующего пересечения, где гораздо более узкий проход под острым углом сливался с тем, по которому они двигались, Надя приказала остановиться. Девушка поглядела вокруг и заколебалась.

— Я говорил тебе, — Скил хихикнул. — Ты заблудилась. Ты дважды неправильно повернула, но, к счастью, я это заметил. Хочешь, я вернусь и покажу тебе дорогу?

— Нет! Продолжай идти вперед. — Голос ее звучал не очень уверенно.

На этот раз Скил не пошевелился.

— Послушай, — мрачно сказал он. — Ты хоть понимаешь, что снаружи скоро наступит ночь? Может, уже наступила!

— Ну и что?

— Ну и что! — повторил пораженный Скил и повернулся к ней. — Уж не хочешь ли ты сказать, будто не знаешь, что такое ночь на астероиде? Особенно на одиночном вот таких размеров?

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что когда на таких здоровенных каменных обломках настает ночь, то странные штуки выходят поприветствовать ее. Из щелей выползают свистящие существа, очень опасные твари со щупальцами, которые ненавидят свет, но бродят в темноте! Теневая сторона астероидов прямо кишит ими.

— Тебе не удастся запугать меня. — Однако прерывистое дыхание Нади было красноречивее слов. — Так или иначе, я приняла решение. Мы подождем до утра.

Услышав такое, Скил рассмеялся:

— До утра? Да оно наступит только через десять часов. У этой планеты очень медленное осевое вращение. Знаешь, сколько кислорода у нас осталось в баллонах? Примерно на четыре часа. Так что стоять здесь и беседовать времени нет. Я собираюсь попробовать добраться до катера. А ты — как знаешь.

Не обращая внимания на оружие в руках Нади, Скил протиснулся мимо девушки. На какую-то долю секунды она растерялась, но тут же пошла следом. Надя понимала, что патрульный совершенно прав, говоря о кислороде, но сомневалась, не сочинил ли Скил все остальное, чтобы обмануть ее. В любом случае, до тех пор пока у нее в руках оружие…

Скил не ошибся. Он сделал несколько поворотов, и они начали подниматься. Надя чувствовала себя глупо из-за того, что заблудилась. Наконец Скил проговорил:

— Ну вот и пришли!

Глянув ему через плечо, Надя увидела маленький кружочек света — выход из пещеры. Скил бросился вперед, девушка поспешила следом.

Добежав до выхода, они резко остановились. Между ними и отверстием лежал темный участок туннеля. Дальше Скил и Надя ясно видели каменистое пространство и голубовато-серебристый патрульный катер, поблескивающий в лучах заходящего Солнца. Наступала ночь. Медленно выползала эбеновая тень хребта, все поглощая на своем пути. Она уже почти достигла катера.

— Опоздали, — простонал Скил. — Теперь мы тут заперты!

Вдруг Надя поняла, что никакого подвоха в словах Скила нет.

— Бежим! Еще успеем!

— Нет!.. — Скил машинально протянул руку, чтобы удержать ее. Но Надя уже выбегала из пещеры.

Он медленно пошел за ней, зная, что далеко она не уйдет. Его острый взгляд уже уловил то, чего девушка еще не видела: бесформенную, копошащуюся массу, ползущую в темноте по направлению к людям.

Скил был как раз позади Нади, когда она вдруг вскрикнула. Несколько отвратительных тварей поднялись и слепо шарили щупальцами по ее шлему. Надя заорала, отшатнулась назад, подняв руку с электропистолетом, и натолкнулась на Скила. Но прежде чем она успела выстрелить, ее ноги как будто сделались резиновыми, и девушка упала в обморок.

— Так я и знал, — усмехнулся Скил. — На одних нервах далеко не убежишь.

Он оттащил Надю на несколько ярдов назад, где был искусственный свет. Ее руки все еще крепко сжимали пистолеты. Скил грустно улыбнулся и взял оружие.

Когда Надя вынырнула из моря мрака, у нее от света заболели глаза. Сев, она увидела, что находится в пещере, там, где пуговично-светящихся существ было больше всего.

Невдалеке, у самой границы света и тьмы, Скил, приникнув к полу пещеры, что-то высматривал. Потом он вернулся к ней:

— Привет, Миллер. Я рассматривал наших милых зверюшек. Их здесь видимо-невидимо. Но не волнуйся, слишком близко к свету они не подбираются.

Надя быстро встала, бросив взгляд на оба пистолета за поясом у Скила.

— Не сомневалась, что ты обязательно воспользуешься…

— А как же иначе? Я не могу позволить, чтобы меня гоняла по астероиду вооруженная женщина. Надя посмотрела мимо него в темноту:

— Похоже, нам больше не придется друг за другом гоняться.

— Похоже на то. Дела обстоят довольно скверно. — Он вытащил один из пистолетов. — Так что можете это взять себе. — Скил бросил пистолет, и девушка ловко его поймала.

— Благодарю, — сухо произнесла она. — А с чего ты взял, что я сейчас не убью тебя? Я здесь как раз с этой целью, знаешь ли.

— Знаю, знаю. Но не убьешь. Сказать почему? Вибрация от луча погасит весь свет в пещере, и ночные штучки тут же бросятся сюда.

Надя кивнула, понимая, что он совершенно прав:

— Ну что? Тупик? Ладно, Джим Скил. Только имей в виду: если мы когда-нибудь выберемся отсюда, в самый последний момент я тебя убью. Нипочем не позволю этому ночному зверью лишить меня такого удовольствия.

Скил усмехнулся. Девушка начинала приходить в себя! Чем больше он за ней наблюдал, тем больше она ему нравилась. Ему нравился упрямый очерк ее бледного, как орхидея, подбородка, твердый разрез губ и смелость, светившаяся за фальшивой жестокостью глаз.

Он пожал плечами:

— Кислорода еще на четыре часа. Советую на треть уменьшить подачу и дышать неглубоко. Это даст тебе еще несколько часов.

— Нет. Если я не найду отсюда выхода за четыре часа… Во всяком случае, я не собираюсь сидеть здесь и дожидаться конца. Я иду обследовать пещеру. Пойдешь со мной?

— Пожалуй, — согласился Скил. — Хотя не думаю, что мы отыщем другой выход. Но когда хожу, я лучше соображаю.

Они шли молча бок о бок, заглядывая в соседние туннели и прилегающие пещеры, однако при этом внимательно запоминали обратный путь. Повсюду на стенах светились пуговичные создания, и тем не менее другого выхода нигде не было. Впрочем, ничего хорошего он им все равно не сулил. Ночные чудовища снаружи были повсюду.

— Ты говорил, что на ходу лучше соображаешь, — уныло произнесла Надя. — Приходит что-нибудь в голову?

— Да.

— Что именно?

Скил остановился и внезапно повернулся к девушке. Надю удивило незнакомое, растерянное выражение его лица.

— Я вот обдумывал все с самого начала, — сердито сказал Скил. — Ты говорила, будто прилетела сюда, чтобы убить меня. Ведь у тебя было множество возможностей.

— Но я этого не сделала, и ты не можешь понять почему. В конце концов существует Кодекс. Теперь мне ясно, что имел в виду командор Андерс.

Она говорила тихо, будто сама с собой. С минуту они шли, не произнося ни слова. Потом, словно продолжая разговор, Надя сказала:

— У тебя тоже был шанс. Там, когда я потеряла сознание…

— Неужели ты думаешь, — чуть ли не зарычал Скил, — что я бы выстрелил электролучом здесь, в пещерах, где эти светящиеся создания означают для нас жизнь?

— Существуют и другие способы. — Надя твердо посмотрела на него. — Мог открыть мои кислородные баллоны.

— Не мели вздора. — Скил резко отвернулся. — И не приставай ко мне. Я все еще пытаюсь думать.

— Еще будет время подумать. — Она была настойчива. — Скажи мне вот что, Скил. Почему ты стал убийцей? Ведь когда-то у тебя был лучший послужной список в Патруле!

— А я и сейчас самый лучший патрульный!

— Нет, Скил, это не так.

— Черт тебя возьми, я… — Он замолчал. И добавил едва слышно: — У меня есть причина. Я никогда никому об этом не рассказывал.

— Ты почти что рассказал Андерсу. Я в тот день сидела у него в кабинете.

— Андерс — дурак!

— Расскажи мне. — В том, как Надя попросила, в интонации ее голоса чувствовалась какая-то теплота. Может, даже намек на понимание.

И вдруг Скил начал говорить, быстро, комкая слова, как будто хотел закончить свой рассказ до того, как снова вернется ужасная пульсирующая боль.

— Это случилось давно, еще в те дни, когда на Марсе только открывались шахты. Патруль получил сообщение, что всего в нескольких часах хода от Земли ограблено грузовое судно. Мы прибыли туда быстро… слишком быстро. Шестнадцать человек. Пираты еще не успели покинуть дрейфующий корабль. Мы попали в засаду, и нам ничего не оставалось, как сдаться без боя. Бандиты нас разоружили, а потом без предупреждения начали жечь электролучом. Я упал и притворился мертвым, а повсюду вокруг мои товарищи действительно гибли!

Все было кончено за несколько секунд, но я даже и сейчас слышу их предсмертные крики и шипение электропистолетов. Наверно, у меня внутри что-то сломалось. Некоторое время я провел в психиатрической клинике. А когда вышел оттуда, то дал себе чудовищную клятву. Я поклялся отомстить за своих пятнадцать друзей, за всех до последнего! Для этой цели подойдет любой преступник. Во мне сидела такая лютая ненависть!.. Наверно, остальное ты знаешь. С тех пор я всегда работал в одиночку, и никакому преступнику от меня пощады не было. Да, я убивал. Четырнадцать раз. И почти достиг цели!

Скил замолчал. Надя не сводила с него глаз.

— Но ты остановишься на этом, Джим Скил?

Он не ответил.

— Я помню, что в тот день сказал Андерс..

— Я тоже это помню! — прошептал патрульный. — Бог свидетель, я помню его слова, и они с тех пор не дают мне покоя. Он сказал, что любой нормальный человек сошел бы с ума от отчаяния, если бы сделал то, что я! Твой брат, мисс Миллер, — он был невиновен, — но, Боже правый, я не чувствую никакого раскаяния! И впервые это пугает меня!

Он ждал, что Надя ответит ему, скажет хоть что-нибудь — все равно что, — однако девушка молчала. Скил долго не двигаясь сидел на полу пещеры, крепко прижав кулаки к шлему.

Надя подняла глаза на маленький циферблат кислородного датчика внутри шлема.

— Теперь уже меньше трех часов… Скил встал на ноги.

— Пошли, — спокойно сказал он. — Я нашел выход.

— Из пещер, ты хочешь сказать? — Надя снова твердо посмотрела на него синими глазами, в которых уже не было прежней жестокости.

Скил отвел взгляд.

— Да, — ответил он, — я это и имею в виду

Они вернулись ко входу в пещеру, где начиналась тьма. Но Скил остановился, немного не доходя до границы света. Приблизившись к стене, он дотронулся до светящейся «пуговицы». Существо мгновенно погасло. Медленно и аккуратно Скил оторвал его от стенки. Оно было желеобразным, с крохотными, едва различимыми чашечками присосок. Держа в руке сероватую штуковину, Скил подошел к Наде и протянул руку к ее скафандру. Девушка отпрянула назад, содрогнувшись от отвращения.

— Стой спокойно! — потребовал Скил. — Оно ничего тебе не сделает, а жизнь, может, спасет!

Скил положил существо Наде на плечо, и оно не подавало признаков жизни секунд десять. Потом снова превратилось в небольшой светящийся диск, похожий на миниатюрный маяк.

— Видишь, сработало! Следовало додуматься до этого раньше. Ну-ка пройдись. Своим нормальным шагом.

Надя пошла, но при первом же шаге штуковина погасла. Подождав, когда «пуговица» снова зажжется, Надя осторожно прошлась по пещере на цыпочках. На этот раз существо продолжало светить.

Скил кивнул:

— Не очень-то приятно, однако другого выхода нет! Нам нужно облепить друг друга этими штуками, пока мы не станем ходячими столпами огненными! Потом на цыпочках прокрадемся через темноту среди этих кошмарных ночных тварей к моему катеру. Это будет мукой, настоящей пыткой. Миллер, как думаешь, ты выдержишь?

Она утвердительно покачала головой, подавив желание поежиться от мысли о желеобразных нашлепках, покрывающих тело.

— Хорошо, — сказал Скил. — Сначала ты облепишь меня. Прикрепляй их к рукам, плечам, груди и спине. Только покрывай каждый дюйм! Чем сильнее мы будем светиться, тем легче нам будет пройти через этот зверинец.

Надя принялась за работу, кусая губы каждый раз, когда дотрагивалась до одного из светящихся существ; впрочем, отвращение она преодолела прежде, чем закончила дело. Вскоре Скил купался в сияющем ореоле с головы до пояса.

— Мне кажется, я понял секрет «светлячков», — сказал Скил, теперь уже украшая Надю. — Должно быть, они выбираются на поверхность, когда светит солнце, и запасают достаточно световой энергии, чтобы хватило на ночь. Тепловую энергию они каким-то образом потребляют. Ведь это холодный свет. — В качестве завершающего штриха Скил посадил несколько существ вокруг Надиного шлема, как светящуюся корону.

— Ну а теперь настоящая проверка, — сурово проговорил он. — Мы пойдем рядом. Не нервничай, Миллер, а самое главное — двигайся медленно, крадучись. Если эти штуковины погаснут, нам конец!

Словно в замедленной съемке, они выходили из пещеры наружу, во тьму. И сразу же поняли, что их ожидает мучительный кошмар. Стена ночи, казалось, затрепетала перед ними и отступила. Вместе с темнотой отступили и едва видимые сероватые очертания около земли. Но за спиной и повсюду вокруг них снова сомкнулась тьма. Ночные существа тоже приблизились, держась у самой границы маленького светлого кружка.

Щупальца тварей были длинными и чувствительными. Они стлались по земле, куда свет едва попадал, и тянулись к ногам. Одно из них обвило лодыжки Скила, и он сразу ощутил его силу. Скил услышал Надин сдавленный вскрик и понял, что с ней произошло то же самое. Тем не менее они не прервали своего медленного, плавного продвижения.

— Держись! — сказал Скил. — Может, там, снаружи, их будет поменьше.

Через несколько минут, которые показались часами, они выбрались наружу и увидели мерцание звезд на кобальтовом небе. Скил и Надя остановились передохнуть. Глаза уже начали привыкать к темноте и различали несметные массы сероватых ночных тварей, ползущих к ним.

— Боюсь, что я ошибся, — пробормотал Скил. — Здесь еще хуже.

— Пока они держатся на расстоянии. — Надю передернуло. — Если они подберутся ближе, я… я могу запаниковать и побежать к катеру.

— Тебе до него не добраться, — предупредил Скил. Они шли вперед, осторожно, шаг за шагом отодвигая темноту. На полпути к катеру заболевшие мышцы вынудили их снова отдохнуть. Извивающиеся тени как будто становились смелее. Скил теперь чувствовал их повсюду вокруг ног. Ему приходилось бороться с острым желанием бежать, пинать их ногами, делать хоть что-нибудь, чтобы отогнать тварей. Вместо этого Скил осторожно нагнулся, шаря перед собой светящимися руками. Тени моментально отступили.

— Думаю, нам лучше прервать отдых. Пошли, давай попробуем на этот раз добраться до катера.

Силуэт корабля смутно виднелся в сотне ярдов, но казалось, что до него сто миль.

Левая рука Скила коснулась Нади. Все «светлячки» с этой стороны тут же погасли. Скил замер, и секунд через десять они снова зажглись. Он немного отодвинулся, повернул голову и посмотрел на девушку. Она глядела прямо перед собой. Скил хорошо видел ее профиль, освещенный ореолом вокруг шлема. Этот свет подчеркивал каждый мускул Надиного лица, и Скил вдруг понял, что такому лицу совершенно не идет столь напряженное, хмурое выражение. Надя опять держалась исключительно на нервах. Скил от восхищения даже ругнулся шепотом.

И еще было странно, насколько быстро и четко он мог думать посреди всей этой кошмарной тьмы и замедленности. Никогда раньше вещи не представлялись ему в таком ясном свете. Ни разу…

Мысли Скила внезапно вернулись к реальности, когда что-то оплело ему щиколотки. Казалось, ноги запутались в клубке хлещущих шипами щупалец! Медленно, с усилием ему удалось освободиться. Скил сделал еще шаг вперед. Нога опустилась на что-то мягкое и извивающееся, стегнувшее его. Скил опрометчиво шагнул назад, потерял равновесие и навзничь рухнул в кромешную тьму, поскольку все светящиеся «пуговицы» на нем потухли.

На мгновение Надя замерла от ужаса и не шевелилась, хотя щупальца опутали ноги и ей.

— Не останавливайся! — заскрипел зубами из темноты Скил. — Теперь ты сможешь дойти. Не думай обо мне!

Однако Надя не двинулась с места, а только наклонилась в сторону Скила. Она медленно нагнулась так, что все ее светящееся тело почти накрыло Скила. Все «светлячки» на ее правой руке погасли, когда она коснулась земли. Надя молилась, чтобы биение сердца не вспугнуло остальных! Напрягая все силы, девушка стояла, опираясь на руку и затаив дыхание, и глядела на смутных копошащихся чудовищ.

Из одного тела у них росло с десяток щупалец. На конце каждого щупальца был нарост с гибкой вибрирующей антенной, а под ней располагались открывающиеся и закрывающиеся щели, которые вполне могли быть губами.

Испытывая тошнотворный ужас, Надя увидела, как несколько таких наростов бьются о шлем Скила. Другие пытались прорвать его скафандр. Девушка медленно переместила свой вес, подняла левую руку и придвинула ее к тварям. Те отпрянули от света. Через несколько секунд начали загораться «пуговицы» Скила, и он осторожно поднялся на ноги.

Скил, смертельно бледный, стоял неподвижно и смотрел на девушку.

— Это решает дело, — пробормотал он, однако Надя не поняла, что он имеет в виду. Теперь она чрезвычайно осторожно шла впереди. Скил держался немного сзади и продвигался даже еще медленнее, все больше отставая.

Катер был меньше чем в пятидесяти футах перед ними, и Надя уже почти добралась до него. Скил знал: сейчас или никогда. Она овладеет катером и вылетит на Базу Цереры. Он рассказал свою историю, признался в убийстве — убийстве четырнадцати человек! Надя сообщит об этом, и ей поверят. Можно было сделать лишь одно.

В этот момент раздался ее голос:

— Быстрее! Думаю, ты уже можешь побежать и успеть!

— Нет, торопиться некуда. Не сейчас, Миллер.

Видимо, она уловила в его голосе некую странную интонацию. Надя оглянулась и увидела, как он вытаскивает из-за пояса электропистолет. Скил медленно поднял вытянутую руку.

Он увидел Надин недоуменный взгляд, вдруг побледневшее лицо. Он видел, как она открыла рот, но не дал ей ничего сказать.

— Полагаю, что это конец, Миллер! Номер пятнадцать! — Скил нажал на спусковой крючок, и из электропистолета вылетел луч.

Сотрудники Базы Цереры толпились маленькими взволнованными группками около воздушного шлюза купола. Все взоры были прикованы к гигантскому видеоэкрану, где виднелась крошечная точечка, которая далеко в космосе по дуге направлялась к ним. Да, это был одноместный катер — вот только чей? Тот, черный, на котором улетела девушка? Или это Скил возвращался после очередного убийства? Теперь на Базе уже каждый знал о заговоре.

Андерс тоже стоял здесь, и на лице его отражались противоречивые чувства. Сколько раз он казнил себя за то, что позволил Наде Миллер участвовать в безумной затее! Ожидая ее возвращения, он мучился и не находил себе места.

Точка на экране выросла и превратилась наконец в серебристо-голубой катер Космического Патруля. Лицо Андерса вдруг побелело. Его бросило в жар и затрясло от ярости. Если это Скил… Если Надя не вернется…

Через несколько минут патрульный катер приблизился к куполу. Шлюз автоматически открылся. Катер грациозно скользнул внутрь, и мощные магнитные якоря остановили его. Из кабины выбрался человек и усталой походкой направился к поджидающим людям.

— Надя! — закричал Андерс и бросился навстречу девушке, чтобы помочь вылезти из скафандра. — С тобой все в порядке? А где Скил?

Надя улыбнулась Андерсу:

— Джим Скил не вернется. — Она быстро рассказала о пещерах, о светящихся «пуговицах» и о мучительном пути к катеру сквозь скопление ночных тварей. — В те последние минуты Скил был абсолютно другим человеком, — объяснила она. — Он, наверно, знал, что собирается сделать… Что должен сделать. Это был совершенно сознательный поступок. Я уже почти добралась до катера, даже не подозревая, что Скил так отстал от меня. Я обернулась как раз в тот момент, когда он поднимал оружие. Он крикнул: «Номер пятнадцатый!», а потом выстрелил.

— Выстрелил в тебя? — озадаченно спросил Андерс.

— Нет. Я подумала было, что именно это он и собирается сделать. Но луч ударил больше чем в двадцати футах от меня. Он просто выстрелил наугад, и моментально все эти светящиеся штуки на нем погасли. И тогда я… Я увидела, как кошмарные существа набросились… со всех сторон… Это была настоящая лавина… — Девушка закрыла лицо руками, стараясь отогнать воспоминания,

— Электролуч, — задумчиво проговорил Андерс. — Да, так и должно было случиться. Когда стреляешь из пистолета, особенно при полной мощности, то получаешь слабый электрический удар. Но Скил наверняка это знал! Зачем он так поступил? Если бы для того, чтобы спасти тебя, то я бы еще мог понять; но ты говоришь, что уже дошла до корабля…

— Спасти меня? — пробормотала Надя. — Нет. Мне кажется, он хотел спасти себя.

Андерс все еще не понимал.

— А как насчет твоего брата? Скил в чем-нибудь признался?

Надя посмотрела на него. Глаза ее блестели, но она не плакала. Она ощущала великое, поющее в душе умиротворение, слишком глубокое для слез.

— Мой брат, командор? Когда будете писать отчет по этому делу, то можете сказать… Вы можете сказать, командор, что мой брат погиб, сорвавшись со скалы.

Церера — первая по времени открытия и самая крупная малая планета (здесь и далее примечания переводчика)

Ганимед — один из четырех крупных спутников Юпитера, наибольший по размерам, четвертый по расстоянию от планеты

Каллисто — один из четырех ярких спутников планеты Юпитер

Около 3,5 см в диаметре. Чеканка серебряных долларов США была прекращена в 1935 г.