Пролетая последние метры, корабль-разведчик опускался на каменистую поверхность красновато-бурого плато на планете Кродос-7.

Бейли и Кром, откинувшись в мягких креслах, следили за показаниями приборов. Лица астронавтов были напряжены и угрюмы, так как они знали, что в случае неудачной посадки им грозит смерть. У них было уже столько шрамов, что хватило бы на вечные времена.

Они почувствовали толчок, и четыре лампочки загорелись другим светом; длинные пальцы Бейли озабоченно забегали по пульту управления. Потом со вздохом облегчения он сделал ряд переключений и откинулся на спинку стула. Капельки пота выступили на его худощавом лице.

Коренастый Кром, который был не склонен как-либо проявлять свои чувства, повернул голову и одарил спутника неторопливой улыбкой.

- Вот мы и сели.

Бейли не улыбнулся.

- Кое-как. И, когда я вернусь на “Оппи”, кто-то за это заплатит. Дорого заплатит.

Кром заворочался в кресле и полез в карман за сигаретами; Бейли отказался от протянутой пачки; Кром вытащил сигарету и закурил; руки у него не тряслись,

- Ты думаешь, нам просто не хватило горючего?

Бейли сердито взглянул на него.

- А что же еще? Мы начали четвертый маневр, идя на посадку кормой вперед, и мне пришлось включить резерв, чтобы сесть. Теперь мы почти израсходовали весь резерв! Есть такой инженер, по имени Рамирес, он у меня попрыгает, когда мы вернемся! - Все еще с напряженным выражением лица Бейли встал и шагнул к иллюминатору. - На вид приятная планета, сказал он. - Земля пятьдесят миллионов лет назад. - Он повернулся в ту сторону, где, попыхивая сигаретой, полулежал Кром. - Ну, Курт, включай рацию и сообщи, что с нами случилось.

Кром перевалился с кресла на вращающийся стул перед радиостанцией. Он включил ее; из динамика в верхней части компактной установки донесся треск атмосферных помех.

Все в кабине, за исключением разве самого Крома, было компактным. Этот двухместный корабль был одним из четырех разведчиков, выпущенных с гигантского “Оппенгеймера”, который занимался исследованием системы Кродоса.

Бейли ждал, раздраженно барабаня пальцами. Кром понимал, что профессиональная гордость его товарища задета неудачей. Наконец Бейли пробормотал:

- Все еще молчат. Почему?

Кром отозвался:

- Не знаю.

- А передал ли ты позывные?

- Послушай сам. - Кром нажал кнопку, и сразу послышались записанные на пленку позывные, повторявшиеся снова и снова.

- Но сработал ли передатчик нормально и послал ли эти сигналы?

Кром терпеливо вздохнул.

- Ладно, буду вызывать сам, своим нежным голоском. - Он снял с рычага микрофон. - Икс-2 вызывает “Оппенгеймера”, Икс-2 вызывает “Оппенгеймера”. Пять-три-семь, шесть-два-один, четыре-семь-восемь. Кродос-7, если на Кродос-7…

Кром повторил еще раз, затем прислушался, но в динамике были слышны лишь атмосферные разряды.

Его круглое лицо стало серьезным. Он снова повторил вызов и стал ждать.

- Ничего, - сказал Бейли. Он пристально смотрел на маленький динамик, все еще повторявший болтовню звезд. - Аппаратура в порядке?

- Еще бы, - резковато ответил Кром. - Я к ней ни одного техника не подпускаю и сам отвечаю за нее. Хочешь, все проверю?

Бейли снова посмотрел в иллюминатор и предложил:

- Давай поедим, а потом я тебе помогу.

Через три часа они убедились, что радиоаппаратура в полном порядке. Кром опять включил непрерывную передачу позывных и подошел к Бейли, который просматривал результаты анализов химического состава воздуха и его влажности.

Бейли заявил:

- Точь-в-точь как в Астрономическом календаре. Эта планета так похожа на Землю, как только можно пожелать. Начальник будет доволен.

- Доведется ли еще ему испытать это удовольствие? - спросил Кром. - Никто ведь не знает, что мы здесь… Не пройдет и недели, как нам придется совершить вылазку в эту симпатичную зеленую долину, чтобы раздобыть какую-нибудь еду. Раньше все считали, что меня привлекает предварительное исследование Кродоса-7, а теперь я просто человек, который хочет знать, где раздобыть пищу на следующий день. Дай-ка мне календарь.

Бейли передал ему объемистый том, и Кром стал его листать.

- Ну, - пробормотал он, - посмотрим, помню ли я, что означает хоть половина этих значков…

- Зеленая звездочка, - подсказал Бейли, - говорит о том, что сведениям не меньше пятисот лет.

Кром взглянул на него.

- Так и есть. Кое-кто в те давние времена немало постранствовал в космосе, верно? - Он снова занялся календарем, листая страницы и возвращаясь назад, чтобы свериться с пояснительной таблицей значков. - Двадцать пять часов в сутках… наклон оси ничтожный… две луны… - Водя коротким большим пальцем по таблице, он остановился на условных обозначениях в конце двойного столбца. - Четыре буквы “И”. Подчеркнуты. - Он изменился в лице. - Уоллес что-то говорил о…

Он отыскал объяснение условного знака, положил книгу и растерянно посмотрел на Бейли.

- В чем дело? - спросил тот.

- Плотность ионосферы, - пробормотал Кром.

- И что же?

- Необычайно велика; вот потому мы и не можем связаться с “Оппи”. Ионосфера Кродоса-7 такая плотная, что радиосигналы - во всяком случае, при нашей аппаратуре - не могут ее пробить.

- Ну, тогда мы сидим на мели, - сказал Бейли.

Некоторым утешением служило то, что Кродос-7 казался довольно приятной планетой. Теплое желтое солнце освещало бурые камни плато. По обе стороны горного хребта тянулись долины, покрытые знакомой на вид растительностью; слышался шум потоков, а у подножия самого пологого склона, ведущего вниз от плато, лежало маленькое озеро с широким Песчаным пляжем.

Астронавты шли вдоль берега к тому месту, где журчащий ручей впадал в озеро. На них были легкие комбинезоны, у каждого на бедре висел пистолет. Бейли разговаривал мало, и Кром подумал, что товарищ считает его виновным в создавшемся затруднительном положении. Впрочем, если бы он даже заранее увидел этот условный знак, что бы он мог сделать? Установить более мощный передатчик? Невозможно; корабли-разведчики типа Икс-2 были и без того перегружены.

Присев на бурый камень, Кром смотрел на ручей; потом он взглянул наверх, туда, где стоял их корабль, теперь такой беспомощный.

- Почти как у нас дома, - сказал он.

- Угу, - буркнул Бейли.

- Все думаешь о том, как расправиться с механиком, когда вернемся?

- Да.

- Если вернемся.

- За нами прилетят, - произнес Бейли.

- Прилететь-то прилетят, весь вопрос в том - когда? Наша планета может оказаться последней из пяти, на которую они спустятся.

- Угу.

- Впрочем, могло быть и хуже; торчали бы мы в каком-нибудь ледяном мире, одетые в скафандры. - Он неодобрительно посмотрел на маленькую ящерицу с лопатообразными лапками; ее глаз, сверкавший, как драгоценный камень, уставился на него. - А не взять ли пробу воды?

Бейли кивнул. Кром набрал полную фляжку. Затем они пошли вдоль берега озера. Скалистое основание плато отступило в глубь материка, и космонавты очутились среди редкого подлеска.

Бейли остановился у второго ручья.

- Посмотри-ка, - спокойно проговорил он. - Посмотри на берег ручья, там, на склоне.

Кром взглянул и понял, что имел в виду Бейли.

- В справочнике сказано: “Никаких человекообразных нет”.

- А почему же русло такое прямое?

- И в самом деле…

Кром расстегнул кобуру. Затем он пошел вверх по течению к тому месту, где вода стремительно мчалась и крутилась, низвергаясь по узкому ложу. Бейли нагнал его. Кром заметил:

- Течение очень быстрое; вполне возможно, что русло естественное. - Он посмотрел вверх вдоль скалистого склона. Поблизости от вершины поток образует водопад. Пойдем наверх, или ты хочешь подождать и посмотреть, кто придет на водопой?

- Пойдем, - согласился Бейли.

Они не спеша стали подниматься на гору по многочисленным бурым камням. Идя вдоль быстрого ручья, Бейли и Кром не видели никаких признаков деятельности человека или человекообразных существ.

Взбираясь вверх, Кром ворчал:

- Если даже календарь кое в чем и не точен, наверно, здесь-то он не врет - “никаких человекообразных нет”. Эй, а это что?

“Это” был узкий уступ, который шел вдоль откоса; снизу они его не видели, а теперь перед ними открылась ровная тропинка, по которой человек мог пройти без труда.

Бейли помог Крому взобраться на уступ и сказал:

- Не двигайся. Просто смотри на тропу. Видишь на камнях какие-то царапины и следы?..

- Вот тебе на! - прошептал Кром. - Тут кто-то ходит; кто-то довольно большой. - Он вытащил пистолет. - Похоже, что в этих краях водятся крупные звери.

Он собрался было шагнуть вперед, но Бейли остановил его.

- Одну минуту. Взгляни, как идут следы. Длинная царапина справа, потом покороче - примерно через метр от нее - другая, уже слева. Потом они опять повторяются, почти без изменений.

Он крадущимся шагом направился туда, где уступ начинал загибаться.

Кром двигался за Бейли вдоль изгиба.

- Не знаю, что и подумать, - пробормотал он. - Это, несомненно, животное, но какое…

Неожиданно он уткнулся в спину Бейли. Тот тихо сказал:

- Каким бы ни было это животное, вот его логово.

Вход в пещеру был овалообразным и достигал примерно двух с половиной метров в высоту и двух - в ширину. Астронавты стояли рядом, всматриваясь в темноту. В голосе Бейли зазвучали торжествующие нотки:

- Какое животное станет обрабатывать орудиями стены своего жилища? Ведь следы видны даже отсюда.

Кром сжал губы и покачал головой, потом подтолкнул Бейли.

- Иди вперед, а я за тобой.

Они бесшумно подкрались по уступу к входу в пещеру и на выветрившейся стене ясно увидели следы орудий. Внутри было темно.

Кром поднял камешек и бросил его в пещеру. Оба держали пистолеты наготове. Послышался легкий стук, и снова все стихло.

Бейли включил фонарик; Кром последовал его примеру. Они вошли вместе, стараясь не обгонять друг друга, медленно водя фонариками из стороны в сторону. И оба одновременно увидели маленький железный стол. Кроме того, в глубине пещеры стояла кровать с каким-то истлевшим тряпьем, вероятно остатками постели. Но Бейли и Кром не обращали на все это внимания. Их взоры были прикованы к столу: за ним, склонившись, сидел на стуле человеческий скелет!

Подойдя вплотную, они осмотрели останки. Без сомнения, человеческие и очень старые, ибо кости были белые и чистые.

- Кем он был? - прошептал Кром. Медленно обводя фонариком стены, он увидел обломки железной мебели, картотечные шкафы, куски того, что некогда могло быть скафандром. - Не слишком ободряющее зрелище для нас, - буркнул он.

- Когда-нибудь нам всем предстоит умереть, - заметил Бейли. - Погляди-ка, а это что?

На шкафу лежало нечто напоминавшее книгу. Бейли достал ее, тщательно сдул пыль и прочел поблекшую надпись: “Бортовой журнал “Громовержца”, январь-декабрь 2827 года”.

- Какого года?

- Две тысячи восемьсот двадцать седьмого… почти триста лет назад.

Кром подошел и стал рядом. Он был глубоко потрясен.

- Открой.

Бейли поднял переплет очень осторожно, но его старания оказались тщетными: бумага под переплетом была уже не бумагой, а пылью, пылью, которая мгновенно разлетелась и упала к его ногам.

Кром чертыхнулся.

- Так нам никогда и не удастся выяснить, что же случилось с “Громовержцем”.

- Или кто он такой, почему он здесь приземлился, с каким грузом летел. Придется обо всем догадываться самим.

Бейли хотел уже отбросить переплет в сторону, но Кром остановил его.

- Взгляни, на переплете что-то написано.

Они подошли поближе к выходу; буквы выцвели, но часть слов все же можно было разобрать. Бейли тихо прочел: “…не могу больше жить. Если бы не Пятница, я бы, наверно, уже давно сошел с ума… ценный груз погиб…” Как по-твоему, что это за подпись?

- Похоже на “Дж.Холланд, капитан”, - сказал Кром.

- Триста лет, - прошептал Бейли.

- Ну, как, продолжим?

- Нет. Лучше пойдем назад и попробуем наладить радио.

- Это было бы невероятной удачей, - уныло откликнулся Кром. - Вот если бы наш корабль был побольше, нам поставили бы генератор, а не батареи.

- Надо все время пробовать, - заметил Бейли. Он окинул взглядом скалистый склон. - Не вернуться ли нам этим путем?

- Пойдем лучше берегом озера, - предложил Кром.

Они спустились вниз, миновали кустарник, перебрались через второй ручей и оттуда направились к озеру. Песок был такого же теплого цвета, как скалы; растительность буйно зеленела, небо было багрово-синим. Кром мысленно отметил, что все вместе создает прекрасную картину; однако это не вызвало в нем никакого энтузиазма. Он сказал:

- Интересно, как долго прожил здесь капитан Холланд?

- Если он мог жить, то и мы сможем; теперь мое мнение об этой планете значительно улучшилось.

Кром волочил ноги по песку.

- Рад, что это так: может, нам придется долго пробыть здесь. Завтра надо будет поискать другой скелет.

- Чей еще?

- Пятницы.

- Это могла быть и собака. И если Пятница - собака или человек - умер раньше Холланда, тот должен был похоронить его.

- Это верно… - начал Кром, но вдруг умолк и в изумлении уставился на песок.

Затем он стал на колени, чтобы рассмотреть следы. Бейли сделал то же самое.

- След человека!

Они посмотрели друг на друга. Кром спросил:

- Ты как думаешь?

- Или существа, похожего на человека.

- Пятки глубоко вошли в песок. А почему?

- По той же причине, по которой тут всего два следа. Он перескакивал с камня на камень; как раз здесь между камнями большое расстояние, так что ему пришлось прыгнуть на песок.

Сжимая в руке пистолет, Кром внимательно разглядывал великолепный ландшафт.

- Этот… человекообразный может навестить нас?

- Может. - Бейли поднялся, отряхнул пыль с комбинезона и подошел к ближайшему камню. - Взгляни, здесь опять царапины, такие же, как на уступе возле пещеры.

Кром подошел ближе.

- Уф, - заметил он. - Я рад, что мы не встретились с ним там, кто бы он ни был. Ну, как, пойдем назад и попробуем радио?

На следующее утро они ограничились скромным завтраком. Казалось, Крому доставляет мрачное удовольствие перечислять ожидавшие их невзгоды.

- Продуктов хватит еще на шесть дней; вода здесь хорошая. Батареи проработают недели две, если даже пользоваться ими всего по два часа в день. В пещере лежит скелет, который надо похоронить, и один бог знает, сколько человекообразных следит за каждым нашим движением. Славно, не правда ли?

Бейли погасил сигарету.

- Пойдем? - Он встал, опустился на колени у люка в полу и принялся нащупывать ногами лестницу. - Я теперь ненавижу этот корабль. Когда-то я думал, что разведчики - славные машины, но сейчас считаю иначе. У меня развилась клаустрофобия [1], и я чувствую себя обманутым, потому что для починки почти всей нашей аппаратуры необходимы специалисты.

Под сверкающими лучами утреннего солнца они снова спустились к берегу озера. Оба горели нетерпением увидеть следы, узнать, не стало ли их больше, но обнаружили все те же отпечатки, что и накануне, только очертания их слегка стерлись. Опять миновав кустарник, Бейли и Кром перешли второй ручей и стали карабкаться по склону к уступу.

- Мне пришло в голову, - пробормотал Бейли, когда они шагали по уступу, - что Холланд, вероятно, пользовался и другими пещерами. Я предлагаю, когда мы осмотрим вчерашнюю пещеру, поискать старые склады или что-нибудь в этом роде. Мы можем наткнуться на полезные вещи.

Подойдя к пещере, Кром уже собирался зажечь фонарик, как вдруг остановился и схватил Бейли за руку,

- В чем дело?

Вытаскивая свой пистолет, Кром едва слышно прошептал:

- Там кто-то движется!

Его голос донесся до Бейли, как легкое журчание.

Бейли подскочил к входу с одной стороны, Кром - с другой. Внутри раздался какой-то топот. Кром отвел предохранитель; Бейли уже поднял свой пистолет. Звук раздался еще раз что-то вроде металлического шарканья; оба замерли, крепко сжимая пистолеты.

И вдруг чей-то голос произнес: “Хозяин”. Голос был спокойный, глухой и бесстрастный. Кром смотрел на Бейли, открыв рот от изумления.

- Ты слышал…

- Хозяин, - произнес голос, на этот раз отчетливее. В темной глубине пещеры двигалась какая-то фигура. Два луча света от электрических фонариков одновременно разорвали тьму, выхватив из нее отливавшую металлическим блеском человекообразную фигуру.

- Хозяин.

Бейли стоял у входа, не сводя с робота луча своего фонарика.

- Подойди сюда, - отчетливо сказал он.

Робот подошел и остановился у входа. Он был среднего роста, весь на шарнирах, с маленькой яйцеобразной головой; по-видимому, он обладал довольно развитым мозгом. Кром прочел на дощечке его характеристику: “Универсальный робот. Бирмингем, Англия. Серия № 43123. М/С”.

- Что значит М/С?

Робот ответил глухим ровным голосом:

- Я Робот Многочисленных Способностей. Пятница.

- Пятница?

- У меня есть имя, как у людей.

Бейли попросил:

- Расскажи нам, как ты сюда попал.

Пятница ответил:

- “Громовержец” был одним из первых больших межпланетных кораблей, применявшихся для грузовых перевозок. У нас выбыла из строя часть двигателей, и поэтому мы сильно отклонились от курса. Затем произошла еще одна авария с двигателями и пришлось пойти на посадку. Мы опустились среди высоких гор бронзового цвета. В живых остался только капитан Холланд.

- У тебя были какие-нибудь обязанности на корабле? спросил Кром и сразу почувствовал, что это глупый вопрос.

- Нет. Груз состоял из роботов… - Вдруг голос дрогнул. - Я ослаб. Скоро и со мной все будет кончено, как с капитаном.

Бейли воскликнул:

- Но ведь все это произошло триста лет назад!

- Да, - подтвердил Пятница. - Триста лет. Год - человеческая мера времени. Много времени, хозяин.

- Триста лет, - прошептал охваченный благоговейным страхом Кром, - триста лет эта машина расхаживала здесь, подчиняясь той программе, которая была задана ее конструкторами. Триста лет!

- Почему тебе удалось так долго продержаться? - спросил Бейли.

- Идемте, - ответил робот и пошел вперед по тропинке. За скалистым выступом в глубь откоса уходила пещера. Она была гораздо больше первой. Робот вошел в нее и, сделав несколько шагов, остановился.

- Смотрите, - сказал Пятница.

В тусклом свете они увидели всевозможные ящики и коробки, но их внимание прежде всего привлекло множество расчлененных тел роботов.

- Вот благодаря чему я продержался, - пояснил Пятница. - Груз, как я говорил, состоял главным образом из самовосстанавливающихся Роботов Многочисленных Способностей. Я использовал их для продления собственного существования, даже после того, как капитан скончался. Но теперь запасных частей больше не осталось. Скоро и я кончусь. А пока - чем могу вам служить?

- Посмотрим, что тут есть, - сказал Кром. Он углубился в пещеру, включив свой фонарик. - Взгляни-ка, здесь несколько ящиков с продуктами! Они могут нам очень пригодиться.

Бейли подошел к нему.

- Продукты трехсотлетней давности?

- Никогда нельзя знать заранее. А это что такое?

Бейли прочел надпись на ящике:

“Радиопередатчик с направленным лучом А7, радиус действия не ограничен”.

Они посмотрели друг на друга и поняли, что думают об одном и том же.

- Предположим, он работает, - сказал Бейли, - но где мы возьмем источник энергии?

Кром посветил фонариком в другую сторону.

- А тут что?

Судя по этикеткам на десятке плотно запечатанных бутылей из непрозрачного пластика, то были элементы кислотных батарей.

- Кислотные батареи? - переспросил Бейли.

Мысль Крома работала с молниеносной быстротой.

- Да, конечно, так. Химическая реакция служила для Холланда источником электрической энергии. Если эта штука в порядке, ее можно заставить работать. Пятница, подойди-ка сюда!

Робот повиновался. Кром показал, какие ящики и бутыли он хочет достать; на нескольких упаковочных ящиках он и Бейли разложили старинный агрегат, который, по их понятиям, был невероятно громоздким.

Кром, весь кипевший от возбуждения, вдруг бросил работу, схватился руками за голову и застонал.

- Что случилось?

- Я дурак. Все это нужно поднять на плато к самому кораблю.

- Почему?

- Потому что там находится наша единственная антенна. Если Пятница отнесет все это наверх, получится быстрее, чем если бы мы сняли антенну с корабля и стащили ее вниз. Пятница, ты можешь поднять эти ящики и пронести их, скажем, восемьсот шагов?

- Я ослабел, но исполню приказание.

Кром как-то странно посмотрел на робота.

- Жалко старика, - сказал он.

- Это ведь машина, - напомнил ему Бейли.

- Но он последнее звено, связывающее нас с капитаном. За один раз все, пожалуй, не снести. Пошли.

Кром сам удивлялся тому чувству, какое он испытывал при виде Пятницы, когда тот, ковыляя, поднимался к месту, куда падала тень от корабля-разведчика. Пятница тащил на себе ящики и коробки с необходимым для астронавтов оборудованием. Крому редко приходилось иметь дело с роботами, и вид человекообразной машины, еле двигавшейся со своей тяжелой ношей, производил на него какое-то странное впечатление; а когда он заговорил с Пятницей и робот ответил ему все тем же глухим голосом, он почувствовал себя и вовсе неловко. Триста лет этой машине, триста лет пробыла она здесь, как бы дожидаясь их!

Под вечер большой старинный передатчик был собран. Батареи, залитые электролитом, бесшумно пузырились, когда Кром проверял контакты. Тонкий кабель - ввод антенны, - извиваясь, исчезал в иллюминаторе корабля.

- Ну, попробуем? - предложил Бейли.

Кром надел наушники.

- Попробуем. - Он взглянул на слегка дрожавшую стрелку. У этого передатчика мощность вдвое больше, чем у нашего; теперь сигналы должны пробиться. Многое, конечно, зависит от того, где сейчас находится “Оппи”; к тому же трудно сказать, как повлияет на передачу здешнее солнце.

Кром нажал на ключ. Вспыхнула крошечная желтая лампочка. Он вздохнул с облегчением. Затем огляделся вокруг.

Робота нигде не было видно.

- Куда девался Пятница?

- Не знаю.

- Он совсем ослабел.

- Но это же машина.

- Да, - задумчиво произнес Кром, - так оно и есть. - Он принялся крутить ручку настройки. - Вызывает Икс-2, вызывает Икс-2, - говорил он в микрофон. - Корабль-разведчик Икс-2 вызывает “Оппенгеймера”. Вызывает Кром. Совершили вынужденную посадку на Кродос-7, Кродос-7.

Он повторил это несколько раз, затем замолчал и стал прислушиваться. Ничего не было слышно… только вздохи и треск помех в маленьком динамике.

- Ну и что? - спросил Бейли.

- Пока еще рано, - ответил Кром. Он снял наушники, передал их Бейли и сказал: - Продолжай посылать сигналы, а я схожу на корабль за магнитофоном и пристрою его сюда.

Когда через пять минут он вернулся с магнитофоном, Бейли прекратил передачу. Кром записал на ленту свое сообщение и вставил ее в магнитофон; теперь они сидели, курили и пытались делать вид, будто не напрягают слуха в надежде уловить человеческий голос.

- Триста лет, - пробормотал Кром. - С трудом верится,

В динамике затрещало:

- Алло, Кром… алло, Кром… “Оппенгеймер” вызывает Крома…

Они в один голос вскрикнули и бросились к передатчику. Кром убрал магнитофон и вступил в прямую связь. Пауза продолжалась секунды три.

- Алло! Кто это говорит?

Радист “Оппенгеймера” назвал себя:

- Это М’Бала. Что случилось?

Кром принялся объяснять, но его прервал Бейли; он начал отпускать такие замечания в адрес механиков корабля-базы, что они граничили с оскорблениями.

- Но вы невредимы?

- Ни одной царапины, - доложил Кром.

- В течение двенадцати земных часов за вами будет послан разведчик № 3. Вслед за ним вылетит ремонтная бригада. Слушайте нас через десять земных часов. Понятно?

- Понял. Кончаю, - сказал Кром. Он откинулся с чувством облегчения и весь обмяк. Потом стянул с себя наушники. - Я совсем ослаб.

- Я тоже, - признался Бейли.

- Но я счастлив; мне хочется поделиться с кем-нибудь радостью. Вот что! Я отыщу Пятницу и расскажу ему. Без него бы нас, возможно, и не обнаружили.

Бейли усмехнулся.

- Правильно, так и сделаем.

Снова они поднялись к уступу и пошли вдоль него. У овального входа в пещеру лежал робот. Сигнальная лампочка у него на груди не горела.

Кром нагнулся.

- Пятница! - прошептал он.

На сей раз Бейли не стал напоминать ему, что это только машина. Кром несколько раз щелкнул активизатором - ничего не изменилось.

- Печально, - сказал Бейли.

Кром стоял подавленный. На секунду он вспомнил о скелете в пещере, потом посмотрел на робота.

- Исчезло последнее звено, - пробормотал он.

И, не вымолвив больше ни слова, зашагал вниз по склону. Бейли отправился следом за ним. Когда они дошли до золотистого берега и зашагали рядом, Кром остановился.

- Давай похороним завтра останки Холланда?

- Конечно, - сказал Бейли.

- Как ты считаешь, - нерешительно спросил Кром, - будет чертовски глупо, если мы похороним и Пятницу?

Бейли задумчиво взглянул на него.

- Нет, - ответил он, - пожалуй, не глупо.

Кром еще раз остановился на берегу озера. Он сделал это для того, чтобы посмотреть, что осталось от двух почти человеческих следов; их еще сильнее замело песком, и они теперь были едва различимы.